Клуб фальшивых супергероев

Автор: Ксения Левонесова

Общество фальшивых супергероев

– Что вы можете рассказать о себе?

– Если в автобусе останутся два свободных места: рядом с вонючим бомжом и около меня – почти наверняка сядут с бомжом.

Мужик в очках ухмыльнулся. Решил, что это шутка. А может, их всех учат улыбаться на собеседованиях – сейчас ведь в моде фальшивая американская улыбочка.

– Кирилл…

– Называйте меня Кир. Это мое имя.

– Хорошо, Кир. Вы интересный человек, конечно… но думаю, вам лучше поискать место, где ваш творческий подход оценят по достоинству. К тому же, у вас совсем нет опыта работы.

Кир встал, сразу став выше собеседника в два раза.

– Ясен пень у меня нет опыта, мне ведь всего шестнадцать!

– Если вы действительно хотите найти работу, я бы посоветовал… – мужик в очках попытался еще что-то сказать, но его прервал скрип откинутого стула. Кир едва не выбил дверь в кабинет, где его собеседовали.

Все советы по поводу собственного поведения он и так знал: нужно быть сдержанней, спокойней. Об этом твердили все, от учителей и родителей до сверстников. Особенно занудничали девчонки-одноклассницы, важно поправляя волосы:

– Кир, к десятому классу уже можно было научиться себя вести.

Он содрогнулся, вспоминая рожи одноклассниц. Каждую из них он помнил нескладной прыщавой девчонкой и теперь никак не мог воспринимать их лица, обмазанные косметикой, всерьез.

Отец пытался отдать Кира в спорт, но необходимость соблюдать режим тренировок, питания и прочей ерунды раздражала.

«Займись хоть чем-нибудь полезным! Хотя бы работу на лето найди», – не выдержал отец, и теперь приходилось бродить по собеседованиям. Конечно, никто не собирался принимать на работу несовершеннолетнего, да Кир и не особо стремился. Обходил два-три места в неделю для очистки совести, в остальное же время гулял без цели, слушал радио – он не раз собирался составить плейлист, но никак не мог придумать, какие песни туда закинуть.

– Алле, пап, – Кир набрал номер отца.

– Дай-ка угадаю. Тебя не взяли?

– Ага. Даже не представляю, что их не устроило. Я вечером приду.

Из телефона донесся вздох.

– Почему с тобой всегда все сложно, Кир?

– Не ко мне вопрос.

Не дожидаясь ответа отца, он прервал звонок. В нескольких фразах Кир успел услышать достаточно разочарования. Хватит на целый день – и лишь к вечеру, может быть, обидные слова выветрятся, голова забьется фразочками из бессмысленных песен. Так он спасался каждый день.

Кир за десять минут добрался до набережной. Это была не парадная часть, скорее начало набережной. Здесь больше деревьев, меньше людей. И все равно Кир дважды чуть не попал под колеса велосипедистам – дважды обматерил их вслед. Никто не останавливался, чтобы с ним поругаться.

«Следующему криворукому водиле я не уступлю дорогу. Лучше пну по колесу, чтоб перевернулся и проехался рожей по асфальту».

Кровожадная мысль не принесла спокойствие. Кир запрыгнул на бортик, идущий вдоль реки, перекинул ноги в сторону воды и стащил рюкзак со спины. В небольшом кармашке его уже заждались сигареты – пачка сама прыгнула в руку, будто соскучилась по хозяину. Последние полгода Кир даже не скрывал от родителей, что курит. Они знают, что все равно не смогут ему ничего запретить. Узнали, разозлились, но все их крики разбивались о стену равнодушия: единственное, что Кир научился игнорировать в совершенстве – упреки предков.

Вдох никотина – как глоток свежего воздуха.

«Вроде бы от сигарет повышается давление? У меня наоборот – я чувствую, как напряжение сваливает из моего тела».

Щелкнул сигарету – и пепел упал на штаны.

– Черт!

Кир оттряхнул штанину и загляделся вниз. Наушники он снял, наслаждаясь звуками воды. Под ногами бушевала река. Мини-волны накатывали друг на друга.

«Море выглядит также, только больше? Возможно ли вообще представить море лучше, чем оно есть? Особенно если никогда прежде его не видел…»

– Ай! – Кир уронил сигарету. На среднем и указательном пальцах остались черные точки – он так сильно ушел в себя, что сигарета успела прогореть почти до самого фильтра.

Он полез было за еще одной сигаретой, но тут услышал визг. Обернулся – ничего. Показалось. Просто велосипед резко, со свистом остановился. Кир занырнул в рюкзак, пытаясь найти пачку, но снова услышал визг. Теперь он точно различил девчачий голосок где-то неподалеку.

– Отстаньте от меня!

Долго слышать визги не хватало терпения. Кир забросил рюкзак за спину и бросился на крик. Далеко бежать не пришлось – в пятидесяти метрах был знакомый спуск к воде. Обычно там либо обитали пьянчуги, либо обжимались влюбленные. Сейчас же там точно творилось что-то иное.

Кир перегнулся через широкий парапет.

Внизу стояла девчонка, навскидку класса из пятого, и прижимала к груди рюкзак в виде плюшевого мишки. Ее обступили два мальчишки ее же возраста. Один поигрывал пеналом, то и дело подбрасывая его в воздух. Второй поднимал руки, явно готовый принимать подачу.

– Отдайте!

– А ты взлети и забери! Ты ведь умеешь? – подначивали мальчишки.

Кир не стал ждать, чем это закончится, и поспешил вниз. Девчонка увидела его и взвизгнула от счастья:

– Братик! Они забрали мой пенал! И тетрадки в воду кинули!

Она добежала до Кира в два счета и уткнулась мордашкой ему в плечо. Кир, уже занесший руку, чтобы забрать пенал, неуверенно погладил малышку по голове. В воде он действительно увидел размокшие листы – эти тетрадки уже не спасти.

– Не бойся, малышка, – подыграл он, удивляясь сам себе. – Что вы делаете, придурки?

– Кто бы говорил! У тебя сестра придурошная! – дальний мальчишка даже не смутился. Кир повел головой, хрустнув шеей. Почему-то это произвело на паренька впечатление, и дальше он говорил не так нагло: – Она же это… не в себе. Говорит всем, что умеет летать. Вот балда, а? – он неуверенно усмехнулся.

– А мы играли просто, – попытался оправдаться второй.

Кир аккуратно отодвинул малышку в сторону. Она все еще прижимала рюкзак-мишку к груди и смотрела на все происходящее с искренним детским испугом.

Он шагнул к паренькам, и они инстинктивно отшатнулись назад. Кир прекрасно понимал, какое впечатление производит: высокий, жилистый. Хоть и не качок, но чтобы зашугать пятиклассников устрашения во внешности хватает.

Рука протянулась вперед и схватила того, что до сих пор сжимал пенал.

– Детей нельзя бить! – пискнул тот.

– А я детей и не бью. Только малолетних уродов!

Кир сжал шею пареньку со стороны затылка, надавив на болевые точки. Прием, знакомый с детства – только тогда Кир сам был жертвой для старшаков.

Пацан упал на колени, но этого было мало: Кир нажал сильнее и макнул парня головой в ледяную реку. Ненадолго, секунды на три – как раз хватит, чтобы охладить пыл и испугаться, но при этом не наглотаться воды. Голова паренька оказалась как раз рядом с промокшей насквозь тетрадью, зацепившейся за ступеньку спуска.

«Повезло, в этом году вода высоко поднялась», – безмятежно подумал Кир. Чувство справедливости наполнило его, даря небывалое спокойствие.

Когда Кир отпустил пацана, тот вынырнул, тяжело дыша, вскочил и бешеными бешено пялился на старшака. Кир молча встал и отряхнул руки от воды – немного намокли.

– Я же чуть не задохнулся! – взвизгнул пацан. С волос ручьями стекала вода, замочив школьную форму. Второй парнишка сместился поближе к лестнице, но не сбегал. Впрочем, и на помощь к другу он не спешил.

– Значит так. Чтобы завтра у… – Кир взглянул на девчонку, – у моей сестренки была пачка новых тетрадей. Пачка! И пенал чистенький, новый. Этот ты уже замочил – можешь засунуть его себе… куда угодно. А у нее должен быть новый. Поняли? Если я услышу от нее хоть намек на то, что вы ее опять обижаете – приду в школу, и ты, мелкий, будешь купаться уже в унитазе. Второй тоже не расслабляйся! Пошли вон!

Едва услышав, что могут идти, пацаны рванули по лестнице. Кир прикрыл глаза, наслаждаясь своей маленькой победой. Ну да, детей не бьют. Но это касается нормальных детей, а таких – надо бить, бить, бить! Если родители не смогли привить им правила приличия, пусть их действия ограничивает хотя бы страх.

– Братик! – к руке что-то прикоснулось, и Кир вздрогнул.

– Они ушли, можешь уже не называть меня так.

– А как? – тут же спросила девочка. Она уже не выглядела испуганной.

– Кир.

– Спасибо, Кир. Они постоянно меня доставали. Больше не будут, наверное.

– Да не за что, – ляпнул он, и тут же вспомнил, что так говорить не вежливо. Нужно отвечать «пожалуйста» – иначе выходит, что твоя помощь ничего не стоила. Это странное правило он знал, но постоянно вспоминал постфактум. – А это… за что они тебя? Ты вроде не кривая, не косая. У нас в классе только страшных всяких дразнили.

– Меня зовут Аня. Анита – можно и так называть. Меня не поэтому… Ну… Они услышали, что я умею летать.

Кир гоготнул, но тут же взял себя в руки. Девочка говорила совершенно серьезно.

– Умеешь летать? Это типа ты так придумала?

– Нет, не придумала. На самом деле. Я умею летать, но только пока что не могу. Крыло сломала. Ты не видишь, наверное? Никто не видит. Вот тут, правое, – Аня повела плечом. Кир уставился в пустоту за ее спиной и через несколько секунд почувствовал себя психом.

– Я не вижу. А кто-то видит?

– Мира, например. Хочешь, познакомлю? Она единственная его видит, а остальные просто верят и пытаются помочь.

– Что за Мира? Странное имя.

– Мирослава ее зовут. Она людей замораживает.

Кир не выдержал и наконец засмеялся.

– Слушай, Анька, не хочу тебя обижать, но походу пацаны не зря тебя… блин, прости. Просто я уже взрослый, не верю в такое. Если нравится, играй в супергероев дальше. Вон, подружка твоя, Мира, наверняка компанию составит. А мне идти надо, дел полно.

– Погоди, – остановила его малышка. Она достала телефон и перекинула рюкзак-мишку через плечо. – Можно я запишу твой номер? Обещаю, я не буду звонить! Если только мальчишки больше не будут меня мучить… Кир, мне больше не к кому обратиться. Пожалуйста!

Кир сжалился и продиктовал номер.

– Только звони, если реально будут проблемы. Я играть с тобой не собираюсь, окей?

– Окей, – повторила Аня.

На этом они попрощались, и Кир, пытаясь осознать случившееся, побрел вдоль набережной. Рядом проезжали велосипедисты, почти задевая его рулем, но он не реагировал на них.

«Похоже, я выплеснул энергию и успокоился. Вроде что-то читал про это», – подумал Кир.

Он шел, курил и пинал камушки под ногами, из-за чего походка получалась неровной, зигзагообразной. То и дело приходилось лавировать между сторонами тротуара, чтобы добраться до отпрыгнувшего камушка.

Прозвенел сигнал сообщения. Кир достал телефон.

– Фу ты, я же просил!

Это была Аня. Скинула какую-то фотку.

«Наверное, котики какие-нибудь няшные», – предположил Кир.

Когда фотография открылась, он невольно присвистнул. Это были не котики.

Светлые волосы до поясницы, тоненькое лицо, огромные голубые глаза. Сама в белом платье, словно модель. Фотография явно случайная – девушка смотрит в сторону, поза небрежная, в чем-то даже странная – тень от дерева закрыла половину лица. И все равно – красивая. Из образа выбиваются только странные наручные часы с огромным белым циферблатом.

«Я чувствую себя глупо. Ты мне не поверил. Приходи на встречу? Мира расскажет, что я правда умею летать. Завтра…»

Далее следовал адрес. Кир недовольно вырубил экран телефона – его пытаются купить на фотографию красивой девчонки! Совсем за идиота держат?

Еще одно сообщение.

«Придешь?»

И все-таки купили.

«Да».

Глава 2. Мальчик, для которого не существует расстояния

На следующий день Кир отсидел все уроки и, как обычно, забежал домой закинуть портфель. Отец выехал из комнаты проводить сына.

– Опять гулять?

– Ага.

– И чего тебе дома не сидится?

– Не хочу всю жизнь проторчать, не выходя из четырех стен, – буркнул Кир, и тут же незаметно прикусил язык. Он обещал себе не говорить такого отцу, но порой фразы сами вылетали. – Хочешь, вывезу тебя во двор, прогуляемся?

– Нет, я лучше поторчу в четырех стенах, – ответил папа. По коридору зажужжали колеса его трона – так Кир еще в детстве назвал инвалидное кресло, желая поддержать отца. С тех пор в семье закрепилось такое название – трон. Отца порой называли королем – взамен инвалида. Когда-то казалось, что юмор и подмена понятий помогут закрыться от проблем, но нет. Кир все чаще уходил «гулять», просто не в силах находиться дома.

Отца он любил, но за долгие годы скопилась усталость от постоянной заботы, хотелось только сбежать. Мать тоже все чаще задерживалась на работе, и Кир порой думал, что на ее жизни трагедия отца сказывается даже больше, чем не нем самом.

Кир наклонился, чтобы обуться, и поднялся, для удобства схватившись за железную трубу. В квартире они на каждой стене, чтобы отцу было проще перемещаться.

– Я закрою!

В ответ тишина.

«Черт! Обиделся. Как сказать ему, что я не собирался обижать?»

Улица встретила ярким солнцем. Кир поморщился – очки забыл. Возвращаться не стал, пришлось идти, прячась в тенях деревьев и домов. В детстве он любил представлять, что солнечные лучи – это автоматные очереди, и если он пробудет в них дольше нескольких секунд, то проиграет.

Таких «попутных» игр с годами становилось все меньше. В начале весны, когда сошел снег, Кир заметил, что перестал перешагивать трещины в асфальте, и окончательно почувствовал себя старым. Момент «взрослости» в жизни он по забывчивости не допускал.

Слоняться по полупустым дворам быстро надоело. Кир то и дело поглядывал время. Странная девчушка назначила ему встречу в четыре часа, причем сделала это в каком-то подвальном помещении. Кир невзначай прошел мимо. «Детско-подростковый клуб коМикс». В слове «коМикс» первые две буквы явно дописали позже, простым фломастером. Рядом с табличкой висит что-то вроде самодельного почтового ящика с дыркой для писем. Он был небрежно слеплен из каких-то кривых деревяшек и напоминал нескладный скворечник, сделанный школьниками на уроке труда. На троечку.

«А, ладно, приду чуть раньше. Чего такого-то?» – решил Кир и спустился, чувствуя себя неуютно. Он не любил новые знакомства – люди всегда оказывались не теми, кем он представлял. Так мама знакомила его в далеком детстве с другими ребятами: «они очень хорошие, добрые, вы подружитесь! И не забудь похвастаться своей машинкой». Кира отводили в детскую комнату в гостях, где он оказывался один на один с незнакомыми мальчишками чуть постарше. Они сначала смотрели на него волком, будто оценивая. Потом снисходительно протягивали руку – знакомились. На этом их мужское воспитание заканчивалось, и они отбирали игрушку «только посмотреть», а через несколько часов, когда Кира уже забирала мама, возвращали: «Ой, тетя Маша, а мы сломали случайно!»

Кир терпеть не мог детей. От дурацкого воспоминания отмахнулся, как от сигаретного дыма – все это было давно и неправда. С теми мальчишками они пересекались еще раз, уже повзрослевшие. Братья выросли молчаливыми хулиганами, их родители кричали на них по любому поводу.

Внизу лестницы в подвал путь преградила металлическая дверь. Кир облегченно вздохнул – закрыто! Но дверь тут же с лязгом отворилась.

Перед ним стоял парень. Короткие волосы, спортивная одежда, сутулится. «Похож на боксера. Только мелкий какой-то».

– Кир? – коротко спросил парень.

– Ага.

– Майк, – он протянул руку. Рукопожатие вышло непривычно крепким, будто боксер нарочно сжал ладонь покрепче, показывая силу. Кир скривился: больно не было, только неприятно, что перед ним пытаются выпендриться таким дурацким способом. – Слушай сразу, Кир. Я против того, что Анита таскает сюда всяких бродяг. Но она очень меня попросила – поэтому ты здесь. Прояви уважение, побудь тут минут пять – и вали.

– Сам решу, когда валить. Не ты меня звал, – Кир почувствовал, что уже готов ударить этого придурка. Вместо этого он прошел внутрь, посильнее задев Майка плечом. Задел – и показалось, будто об стену ударился.

«Мощный пацан. Урод, конечно, но мощный», – отметил Кир.

Этот клуб внешне мало отличался от других. Обычно тут играли в шахматы, настольный теннис, или занимались лепкой из пластилина – по крайней мере, Кир представлял это именно так. В детские клубы ходили только двое из его знакомых, и оба больше походила на ботанов, чем на адекватных людей.

Полутемное помещение – мало лампочек. Слева от входа какая-то комнатушка. Кир заглянул: похоже на туалет, переделанный под гардероб – маленькая коморка, в которой на общий стол набросаны легкие курточки и сумки. Некоторые из них покрыты пылью, будто к этим вещам не прикасались с зимы.

– Тебе дальше, – Майк толкнул в спину.

– Руки убери, – мгновенно огрызнулся Кир и пошел дальше. Воздух оказался довольно влажным, из-за чего в клубе казалось душно.

Они вошли в большую комнату.

– Кир! – Анита выскочила из ниоткуда и бросилась его обнимать, будто они знакомы всю жизнь. Кир тем временем оглядывался.

В комнате действительно стоял теннисный стол – ну кто бы сомневался! – по углам несколько столов, длинный диван и с десяток стульев. Помимо Аниты и Майка в клубе было еще двое: один парень просто спал, улегшись с локтями на край стола, рядом сидела девушка постарше и что-то рисовала – симпатичная, но не та, за кем пришел Кир. Он едва взглянул на юную художницу.

Кир невольно загрустил. Загадочной Миры, на чью фотографию он повелся, не было.

«Меня развела десятилетняя девчонка. Что тут вообще происходит? Это точно детский клуб или тут секта какая-то? Хотя в секте все добрые, а тут все меня разорвать готовы. Не больно и хотелось!»

– Так здорово, что ты пришел! – ликовала Аня и наконец отлипла от него. – Представляешь, сегодня мальчишки принесли мне тетрадки и пенал, все как ты им сказал! И они не обижали меня больше. Не то что не обижали – они еще и защитили от еще одного дурака!

– Круто, – бросил Кир. – А где… ммм… что тут вообще делаете?

– Мы тут все супергерои! – восторженно поделилась Аня, и ее тут же легонько стукнул по затылку Майк. Парень, спящий на столе, что-то невнятно пробурчал и отвернул голову.

– Руки не распускай, – набычился Кир и сжал кулаки. «Мне бы только повод его ударить… хотя тут, наверное, все за него вступятся».

– Анита, держи язык за зубами, – пригрозил Майк и поднял глаза на Кира. – Ерунду мелет, пытаюсь отучить. Ну че, поздоровались? Свободен.

– Я не к тебе пришел. Аня, сыграем в карты? – Кир зацепился взглядом за открытую колоду. Пачка карт напомнила о сигаретах – забыл купить. Черт!

– Не, давай просто сядем, поболтаем? – предложила она и плюхнулась за стол.

Кир присел рядом и пытался найти, куда деть взгляд. Ему тут больше нечего делать, и он с радостью бы ушел – но тогда Майк решит, что это он его выгнал! Кир остался из принципа и теперь страдал, судорожно пытаясь придумать, о чем можно поговорить с пятиклашкой.

– Эм… И чего эти пацаны, сильно до тебя докапывались? – спросил он и тут же вспомнил, что уже, кажется, спрашивал что-то подобное.

– Нет, недавно начали. Вроде все нормально было, просто вчера у них настроение такое было… подоставать кого-нибудь. Выбрали меня жертвой. Я с ними недавно учусь, меньше года.

– Переехала? А где до этого жила?

Аня подняла руку и демонстративно начала загибать пальцы:

– В Англии, США, Нидерландах, Нигерии, Узбекистане…

Кир невольно усмехнулся. Почему-то последняя страна выглядела, как в загадках «найдите лишнее».

– …в общем, много где жила. Везде, наверное.

– Я вижу, у тебя с фантазией все в порядке.

Кир посмотрел на девчонку, которая рисовала в метре от него. Она водила по бумаге медленно, будто задумавшись. «Возможно, подслушивает?»

– Я не фантазирую, правда! Просто раньше я умела летать – и везде бывала. А сейчас вот в России застряла.

– Ну и дурацкое же у тебя крыло. Нашло, где ломаться. Не могло в Турции где-нибудь, на море?

– Там они у меня работают исправно, – ответила Аня. – А вот в местах, где люди не очень хорошо живут, случается… Наверное, я тут ненадолго. Ребята мне помогут.

– Чем?

– Мы… должны кое-что сделать, – Аня смутилась.

«Еще не придумала эту часть игры? Надоело!»

Кир резко поднялся и тут же смутился из-за жгучего желания уйти отсюда как можно быстрее.

– Короче, я рад, что у тебя все круто. Мне пора.

Аня удивленно посмотрела на него.

– Уходишь? Ну ладно…

Кир направился к выходу, по пути поймав кривую улыбку Майка – тот явно принял уход чужака со своей территории за личную победу.

– Осторожнее!

Кир слишком поздно повернул голову – они стукнулись лбами и даже слегка коснулись носами. От неожиданности он моргнул, а когда открыл глаза – перед ним стояла девушка с фотографии.

«Точно модель!» – пронеслась мысль.

Она откинула длиннющие белые волосы за плечо и потерла лоб.

«Вроде не сердится?»

– Ну ты лось!

«Сердится», – грустно понял Кир.

– Прости. Засмотрелся в сторону…

– Ты ведь Кир? – лицо девушки просияло, будто она увидела старого друга. – Ты помог Аните!

– Говоришь так, будто я Землю спас.

– Для некоторых это проще, чем прийти на помощь незнакомке на улице.

Кир неопределенно покачал головой.

– Ну может и правда… Ты Мира?

– Да. Ты уже со всеми познакомился? Смотри! – Мира схватила его за руку и вновь потащила в помещение. Стало еще душнее и жарче, чем было. Свободной рукой Кир провел по лбу – не вспотел случайно? – Аниту ты уже знаешь, она наш талисман! Если бы не она, мы бы тут не собирались. Это Дима, – она указала на спящего мальчишку. – Лера – она рисует как бог! Так же редко, но круто. А это Майк. Он бука, но вы поладите!

– Да я вообще не собирался тут задерживаться…

Мира отпустила руку Кира, и он тут же захотел взять свои слова назад.

– Анита никогда не ошибается. Она приводит в клуб только тех, кто тут нужен. И кому он нужен – только здесь мы можем чувствовать себя семьей.

– Спасибо, у меня уже есть семья.

– Она говорила тебе, что мы умеем? – Мира посмотрела Киру в глаза, и он почувствовал себя рыбой, которую поймали крючком за губу. Никак не отвернуть голову – станет больно. Будто попал под какие-то чары, потерял контроль над телом!

– Типа про супергеройства? – сказал Кир и тут же почувствовал себя глупо. Для собственного спокойствия добавил: – Ну и бред!

– Эй! – донесся обиженный возглас Ани. Тут же подскочил Майк:

– Ты бы за словами следил, умник. Ты называешь чушью дело, в которое все мы верим! Хотя черт с тобой, у меня есть способность стирать память. Подойди-ка поближе, надо влупить тебе по роже! А если не получится – врежу еще раз.

– Да ладно, – Кир поднял руки в знак примирения. – Кто сказал, что я в это не верю? У меня есть странная сила. Я чувствую, если рядом находится придурок. Пип. Пип. Пип. Где же он? – Кир начал водить пальцем, как детектором, и направил его на Майка: – Пип-пип-пип! Видишь? Нашел придурка!

Тут же Кир заметил, как ему в лицо летит кулак – и так же быстро понял, что не успевает увернуться. Успел зажмуриться и слегка отвернуть голову, спасая нос.

Время будто-то замедлилось: удар все не приходил. Кир открыл глаза: Мира слегка касалась руки Майка, но этого касания хватило, чтобы он завороженно замер.

– Видишь? Я же говорила, она умеет замораживать людей! – подскочила Анита.

«Она не останавливает время, – подумал Кир. – Она останавливает парней! Майк ее сейчас глазами сожрет».

– Короче, беги отсюда, пока я не передумал! – вместо удара бросил боксер.

Кир действительно пошел к выходу, направив себе за спину средний палец.

Он выбрался из подвала, но легче дышать не стало, разве что на улице была не такая сильная влажность.

– Сигареты не найдется? – спросил Кир у мимо проходящего мужчины. Тот окинул его взглядом и достал пачку.

– Рано тебе еще курить, парень.

– Не я такой – жизнь такая.

– И говорить так рано, – прикурить все же дал.

Несколько затяжек помогли успокоиться. Кир посмотрел на вывеску: «Детско-подростковый клуб коМикс». Теперь название показалось ему забавным – там действительно верят в эту чушь.

«А может, это ролевики? Слышал про таких, только они больше рыцарями да эльфами притворяются. Может, до супергероев эволюционировали?» – подумал Кир.

Из подвала выглянула Мира и тут же нырнула обратно. Будто проверила, не ушел ли гость далеко. Несколько секунд спустя она вышла, таща за собой сонного паренька.