Последний день магии. Сердце никса
- -
- 100%
- +
– Я выбирал между злом и злом, как и вы. Так почему же вы вините только меня?
– Заканчивай с этим, Вэл, мы пришли не за этим! – окликнул Август. Он чувствовал, как напряжение висит в воздухе, как человеческая ненависть заставляет пульсировать вены.
– Решил свалить всю вину на нас, поганец? – разозлился старик. Люди за его спиной начали перешептываться, все громче и громче. Вэл почувствовал, как над ним нависает волна недовольства. Она смоет его, не оставив ни следа.
Дверь ближайшего дома раскрылась, оттуда выбежал ребенок. Паренек с цветным кубиком в руках. Вэл узнал его: мальчишка, чья мать попыталась убить его.
Женщина тут же всполошилась:
– Джонни, я велела тебе не выходить из комнаты! Иди сюда!
Но малыш не послушался и ловко проскочил мимо ее рук, оказавшись возле Вэла.
– Я помню тебя! – заявил Джонни. За месяц его голос окреп и уже не казался таким уж детским.
Кто-то из взрослых шагнул вперед, но побоялся приближаться, все еще не до конца веря, что Вэл потерял силы.
– Конечно, помнишь. Я лишил тебя магии.
– А, ты про это? Ерунда! Зато ты подарил мне классный кубик. Смотри, я собрал его!
Джонни протянул шестигранный куб. Вэл взял его – действительно собран.
«Что за глупая ситуация», – подумал Вэл, но его отвлекли. Из домов стали вываливаться дети, целая лавина детей с игрушками в руках!
– Ты подарил мне вот это!
– Я помню, как ты отправил маму работать в школе!
– Ты угощал меня яблоками!
Малышня окружила Вэла, пытаясь вручить игрушки, толкая и перекрикивая друг друга. Август обеспокоенно взирал на это: не пора ли спасать друга из лап ребятни? Но они выглядели дружелюбно. Кто-то даже обнимал Вэла.
– Эй, почему вы не ненавидите меня? – чуть не плача спрашивал Вэл. На правой руке повисла девчушка, сорвав бинт. Рука без клейма оголилась. Вэл помнил девочку, повисшую на нем. Когда лишал ее магии, она плакала громче всех. Те, кому он причинил больше всего боли, теперь окружили, не давая взрослым добраться. Кто-то из родителей пытался выхватить свое дитя, но они тут же скрывались за спинами других малышей. Ребятня кружила вокруг, как бестолковые непредсказуемые атомы, а Вэл и не знал, что с ними делать.
– А ну перестаньте! – вскрикнул старик, и малышня замерла. Похоже, он действительно здесь главный. – Отойдите от этого палача!
– Нет! Он хороший! – уверенно заявил Джонни.
– Давно не болело клеймо, мелкий негодник? – зашипел старик. – Это он поставил на тебя метку!
– Он же сказал, его заставили! А вас кто заставил отдавать детей в его лапы?
«Малыш Джонни, ты так повзрослел, – подумал Вэл. – Жаль, что это все бесполезно! Все эти игрушки, яблоки – мелочь по сравнению с тем, что я натворил».
– Он лишал магии незнакомцев, а вы – отдавали нас, родных! – вступилась еще одна девушка, самая старшая из ребятни. Она держала на руках младенца, хоть ей и самой было не больше одиннадцати. Вэл помнил и ее – спокойная, рассудительная. Когда он выжигал магию, она даже не вскрикнула, повинуясь воле родителей.
– С чего вы решили, что он виновен больше, чем вы? – выступил вперед еще один паренек, ровесник Джонни. Клеймо на шее у него заклеено, и Вэл помнил, почему: вырывался во время казни, из-за чего черная метка отпечаталась на нем дважды. Двойное уродство.
– Плохой человек не дарит игрушки! – вступилась совсем маленькая девчонка, потрясая погремушкой. Вэл помнил и ее – хныкала от жгущей боли, поэтому пришлось найти для нее развлечение.
«Я помню их всех. Каждого! Неужели я запомнил каждую из жертв? Чем я заслужил их прощения?»
Август толкнул в спину, напоминая, зачем они здесь. Вэл, воспользовавшись молчаливым смущением взрослых, заговорил:
– Я много всего натворил, знаю. Вы имеете право проклинать меня, ненавидеть, можете даже попытаться убить. Но я пришел не за этим. Сейчас к замку движется армия. Не армия даже, отряд. Горстка людей, которые не хотят жить в мире, который я так отчаянно хотел построить. Они хотят уничтожить Рэймонда и возродить магию. Прошу, помогите им.
– Пойти против магов? – поморщился один из взрослых.
– Воспользоваться единственной надеждой, – вмешался Август.
Вэл с благодарностью взглянул на него и продолжил:
– С каждым днем в мире становится меньше магов. Остались еще в столице, в больших городах. Возможно, кто-то есть в Меркене и Севрене. Но никогда больше не будет шанса собрать столько людей. Ударим сейчас – и Рэймонд падет. Все оковы, все его колдовство, которым он окутал мир и разум людей, исчезнут. Вы еще сможете рассказать внукам, что такое магия, сможете научить их поднимать предметы и залечивать болячки!
– Ты сошел с ума…
– Неужели вы хотите оставить все как есть? – Август выступил из-за спины Вэла. – Обвиняете его в предательстве, а сами трусы! – Хотелось избавиться от противного привкуса слова «предательство», и он сплюнул в сторону, поморщившись. – Тьфу!
– Мама, разве его можно победить? – спросил Джонни у женщины, стоявшей за стариком. – Если так, нужно попробовать! Я тоже пойду!
– Нет Джонни, ты останешься дома. Взрослые сами разберутся, – ответила женщина.
– Сара, о чем ты говоришь? – возмутился старик. – Никто никуда не пойдет.
– А кто нас остановит? Вы? – женщина презрительно хмыкнула. – Я устала прятаться за спинами мужчин! Устала жить в мире, где нет магии! Если понадобится, я пойду одна, и одна нападу на проклятую крепость. Моей злобы хватит, чтобы сжечь вашего Рэймонда и без магии!
– Я пойду с тобой, Сара, – отозвался мужчина, у которого Вэл и Август ночевали в последний раз. – Я верю, что этот парень изменился. Не могу сказать, почему, но верю. И если он говорит, что есть шанс все исправить – я пойду за ним!
– За предателем, – фыркнул старик.
– За человеком, который решил не сидеть на заднице ровно, – сказал еще кто-то.
Вэл медленно отходил, боясь попасть под раздачу: начался горячий спор, грозящий перейти в драку. Август успокаивающе положил руку на плечо.
– Эй, ты смог их растрясти. Молодец.
– Боюсь, это ни к чему не приведет…
– Не правда. Посмотри, кто-то уже пошел домой собираться в дорогу.
Август оказался прав. Люди разбредались, оставляя недовольного старика одного. Они, ущемленные и пристыженные собственными детьми, теперь готовы были на все, чтобы исправиться в их глазах. В конце концов, возле старика осталось только несколько детей. Они, поняв, что ничего больше не происходит, стали заниматься привычными делами: бегать, лепить снежки, играть. Джонни, отделившись от малышни, подошел к парням. Рядом с ним шла и старшая девочка. Джонни остановился и решительно посмотрел в глаза Вэла. Ему тут же захотелось отвести тяжелый детский взгляд.
– Мы знали, что ты придешь, – заговорил малыш. – Взрослые болтали о том, что произошло в замке. Мы сразу поняли, что ты стал другим, но не думай, что забыли это, – Джонни показал на клеймо. – Если ничего не получится, я вырасту и убью тебя.
Как ни в чем не бывало, Джонни вместе со старшей девчонкой ушли прочь. Август сочувствующе посмотрел на Вэла.
– Тебе угрожает восьмилетний.
– Почему-то я не сомневаюсь в его словах.
– Я тоже. Но если ничего не получится, мы и так умрем. Без его помощи. Поехали, нам нужно объехать еще много сел.
Вэл кивнул и забрался на Мистера Коня. Мельком взглянул на руку Августа – линии все еще светятся.
«Уж не его ли магия помогла мне? Или это была просто удача?»
Август отвлек от мыслей:
– Вэл, как думаешь? Они смогут убедить остальных людей выступить на нашей стороне? Голубей там послать или еще как-нибудь?
Вэл пожал плечами.
– Не знаю. Главное, чтобы мы сами не опоздали на битву.
Глава 24. Белая тьма
Рина успела перезнакомиться с всем лагерем: с громилой Артуром и его агрессивным братом Роджером. С Аланом, который сидел в соседней клетке, и с кучкой меркийцев, которые едва понимали ее речь. Со столичными жителями, которые бросили все, рискнув поставить на кон свою жизнь, и с парочкой балбесов, решившими поучаствовать в настоящей битве. Каждый из них знал, на что шел, и никто не собирался отступать. Рина ощущала себя частью чего-то великого, правильного.
Когда они въехали в границы Рэймонда, она ожидала увидеть волнение, но люди едва заметили, что пересекли заветную гору. Когда остановились на последний ночлег – думала, что ночью никто не сможет уснуть от страха, но из каждой повозки доносился храп. В конце концов, Рина поняла, что люди слишком устали, чтобы бояться.
Утром, последним утром в их жизни, путешественники устроили настоящий пир: в котел полетело все оставшееся мясо, на закуску кто-то даже смог испечь хлеб. Чуть подгорелый по краям и сырой внутри, но все же безумно вкусный. Особенно если представить, что ничего в жизни больше не удастся поесть. Ко всему этому добавился суп из сушеных яблок – Рина пробовала его впервые. По сравнению с безвкусной водой, которой она то и дело питалась в темнице, сладковатый компот казался лучшим изобретением человечества.
Кто-то достал гитару и пел, устроившись у костра ранним утром, кто-то укрывался в повозках, прощаясь с друзьями или, если был один, с лошадьми. Только Рине не с кем было прощаться.
Она пожалела, что вернула куртку Августу – так с ней остался бы хотя бы его запах. Хотя бы такое немое напоминание о том, что они могут быть вместе… если выживут.
Рина сидела на краю одеяла – кто-то бросил его у костра и ушел, позабыв.
Почему-то костры зажгли, даже не беспокоясь, что их заметят: крепость виднелась на горизонте. До нее ехать – от силы несколько часов. Все слишком устали, и даже от Артура отмахивались недовольно:
– Я выучил весь план еще неделю назад, – зарычал Роджер.
– Мы придумали его позавчера!
– Отстань, пока я тебя не ударил. Я просто хочу пожрать.
В движениях каждого чувствовалась бесконечная усталость. Только праздничный сытый завтрак немного приободрил людей. Они будто позабыли, что ждет их впереди, сидели и веселились. Но как только отдали сигнал собираться – усталость навалилась вновь, и улыбки сменились сосредоточением.
Вот она, финишная прямая. Самая сложная. Ударить в лоб – единственный вариант. Незаметно приблизиться к замку невозможно. Маги могли бы сделать отряд невидимым, но на это ушло бы слишком много сил. Когда караван тронулся, даже внутри повозок перестали поддерживать тепло, по крупицам сохраняя магию.
Рина брела рядом с одной из повозок, не желая забираться внутрь. Холод помогал расслабиться, не думать ни о чем. А еще можно было вглядываться вдаль, надеясь, что увидишь знакомую фигуру.
«Вернись, Август. А лучше – сбеги как можно дальше».
Исчезновение двух мальчишек едва заметили. У всех и без того хватало дел. Рина без остановок прокручивала в голове:
«Прорваться через ров, добраться до ворот. Перерубить канат, опустить ворота».
Это был единственный шанс попасть внутрь. Если не получится – все окажется бессмысленным. Маги, по пять за раз, поднимут нескольких человек на стену. Рину – в том числе. Для разрезания каната ей даже вручили короткий складной ножичек, который она прицепила к запястью. Новая игрушка ей понравилась: можно выкидывать лезвие по нажатию кнопки. Вытаскивались из ножа и еще какие-то штуки: спиралевидный металлический штык, еще что-то, похожее на затупленные ножницы. Рина так и не разобралась, что к чему.
К крепости ехали в почти полной тишине. Зимнее солнце не торопилось выходить, и Рина успела подумать о том, что это последний день в жизни многих. Утро получилось мрачным. Небо затянуло тучами, начался снег. Все это не придавало оптимизма.
– Если нас не заметили, то это поможет! – крикнул Артур всадникам, которые ехали впереди. – Если начнется снежная буря – еще лучше!
– Кому лучше? Поубивают, как слепых котят!
– Ты плохо знаком с котятами! Они выживают в любых условиях.
Рина все же забралась в повозку, спасаясь от мороза. Плотно прикрыла за собой ткань, мешая снегу и холоду проникнуть внутрь. На Рину тут же посмотрели очнувшиеся люди. Они дремали, даже не ложась на расстеленные ковры и ткани. Просто сидели, уронив тела друг на друга, и пытались заснуть перед кошмаром. Рина тоже присела, зная, что не сможет уснуть… и задремала.
Ей снился чудесный мир с летающими по небу железными птицами, с высоченными домами, с миллионами людей на улицах. Мир, где каждый ест настоящую еду, где нет магии, но в ней и не нуждаются. Чудесный мир, в который она не попадет.
«Прости, Август. Я соврала тебе».
Рина проснулась от резкой остановки. Ударилась головой о стену повозки и подскочила, понимая, что началось.
Вместе с другими людьми она выскочила из повозки. Остановилась в последний момент – прямо перед ней ударил красный снаряд. Раскололся, прожигая снег искрами. Еще один попал в повозку. Дерево загорелось мгновенно.
Из снежной пелены прилетали заклятья, молнии били под ноги лошадям, пролетали над головой. Артур строил всех очнувшихся, подгонял к невидимой за стеной снега крепости. Повозки бросили, лошадей отцепили от них и оседлали. Рина побежала вперед, боясь пропустить свой выход.
«Сколько бежать до крепости?»
В бесконечной белой пелене – магической, теперь она в этом не сомневалась – Рина сбивалась ног.
«Я туда бегу? Повернуть? Почему никого не вижу?»
Рядом никого не было, и Рина поняла, что сходит с ума. Она уже не могла определить, откуда бежала и куда двигаться. Снег залетал в глаза, нос замерз, а спина вспотела. Рина скинула куртку.
«Замерзнуть не успею, хоть мешаться не будет!»
Бежать стало легче. Рина так разогналась, что чуть не упала, не заметив ямы. Затормозила в последний момент.
– Ров!
Внизу блестело розовое магическое полотно – та магия, что откидывает попавших в нее подальше от крепости.
«В него нельзя падать!»
Справа послышались крики. Рина помчалась вдоль рва и наткнулась на своих.
– Вызвали бурю и теперь сами ничего не видят! – кричал один.
– Нет, нас заманивают в ловушку! – возразил другой маг.
– Струсил?
– Нет! Отправляй!
Один из лишенцев взлетел в воздух, смешно махая руками. Его подняли за шкирку, как котенка, и перенесли на стену – из-за снега ее почти не было видно.
«Зато враги нас тоже не видят, – подумала Рина. – Они стреляют вслепую!»
– Вроде получилось? – неуверенно спросил один из магов.
– Я следующая! – вызвалась Рина, и ее без лишних слов подняли в воздух.
До этого с ней никогда не делали ничего подобного. Руки и ноги безвольно обвисли, гигантская невидимая рука потянула вверх, ускоряясь и бросая снег в глаза. Рина попробовала поднять руки вверх – легко, будто перышко! От детского восторга она замотала руками, привыкая к новому ощущению и даже засмеялась.
Маги внизу не смогли нормально прицелиться, и Рину швырнуло на стену с двухметровой высоты. Пятки мгновенно онемели от боли. Рина упала на колени, сдерживая крик, но тут же подскочила.
«Некогда реветь!»
Пробежала несколько метров – маг у бойницы! Рина достала нож. Ударила в спину, целясь под левую лопатку, чтобы лезвие прошло глубоко – так ее учили. Лезвие оказалось слишком маленьким, едва проткнуло куртку. Маг ойкнул и развернулся, но Рина ударила ножом наотмашь по лицу и скинула мага вниз.
По пути к воротам встретилось еще двое. Никто не ожидал увидеть девчонку со спины – все враги падали вниз, поверженные не столько ее силой, сколько внезапностью.
«Наколдовали снежную бурю и сами ничего не видят. Идиоты!»
Рина учуяла запах костра. За снегом то и дело мерцали молнии, от частых взрывов заболели уши.
«Я открою ворота – а никто не придет. Все уже умерли, умерли!» – стучало в висках, но Рина упорно бежала. Наконец добралась до винтовой лестницы, почти кубарем свалилась вниз. Подскочила, держась за копчик, и выбежала во двор.
Здесь снега было меньше, но все равно белый туман не давал ничего увидеть. Рине казалось, что она в страшном белом сне. Движется одна, надеется на помощь людей, которых уже не существует.
Колесо с веревкой, которая держит ворота. Рина вскинула нож и начала резать канат. Звуки, казалось, грохочут где-то далеко. Белая пелена подсказывала, что вот-вот выскачет враг – но никого не было. Рина перерезала мышцу каната, каждую ворсинку проклиная всем сердцем.
«Ну же, скорее, прошу!»
Последние жилки порвались сами собой, не выдержав груза. Рину оглушило грохотом – ворота упали.
«Никто не придет, не придет… Они все погибли, а меня схватят и убьют. Август, прости!»
Рина всматривалась в пустоту, стараясь не мигать, чтобы не пропустить ни мгновенья. Надежда, что кто-то придет, с каждой секундой угасала, но Рина не знала, что делать дальше – ее миссия заканчивалась здесь, у порванного каната.
«Двенадцать, тринадцать…»
Рина отсчитывала секунды, боясь, что останется одна в белой пустоте.
«До скольки я досчитаю, прежде чем меня найдут? До сотни? Двух? Двадцать один, двадцать два…»
Из пелены вырвался Артур. За ним – бородатый брат, с хищным оскалом ища врагов. За ними – остальные. Союзники ввалились во двор и яростно заревели:
– Получилось! Пробрались!
Артур бросил одному из меркийцев:
– Рассеять бурю! Иначе мы не сможем сражаться!
Маг вскинул руки. Татуировки на теле вспыхнули, усмиряя погоду. Снег повиновался, отхлынул, словно волна. Рина с ужасом огляделась: со всех стен на них смотрели сотни, тысячи магов!
Позади с грохотом закрылись ворота – перерезанный канат не помешал им подняться вертикально и закрыть нападающих в крепости.
Рина похолодела. Никто не стрелял в них, будто наслаждаясь численным превосходством. Артур сориентировался первым и приказал своей горстке людей:
– Сюда, наверх!
Все рванули в помещение, из которого только что вырвалась Рина – через него можно подняться на стены. Враги словно очнулись и продолжили бить заклинаниями. Кто-то из своих поставил щит на вход, когда все столпились внутри. По винтовой лестнице можно подниматься лишь по одному человеку. Роджер рванулся первый, и в середине его встретили: какой-то отважный лишенец решил справиться с бородатым громилой, но мгновенно улетел вниз, приземлившись на голову. Рина услышала хруст кости. Она поднялась на первую ступень, заняв за кем-то очередь к смерти, и старалась не смотреть по сторонам.
Роджер раскидывал людей, словно тряпичные игрушки. Враги забрасывали его заклинаниями сверху, но кто-то из своих помогал бородачу, создавая защиту и сшибая молниями верхних магов. Рина старалась съежиться, стать как можно меньше, чтобы в нее не попали.
Крики наполнили комнату. Поверженные враги напоминали дождь из тел, и Рина вскрикивала при каждом их падении. Тела сбрасывали в кучу, чтобы они не задавили союзников.
«Минус жизнь. И еще. И еще. Каждая ступень – одна жизнь!» – считала Рина.
За три ступени до вершины раздался рев. Рина вскинула голову. Роджер остолбенел, схватившись за сердце, и стал медленно опадать назад. Артур тут же подхватил его.
– Брат!
– Борись, слабак! – проревел Роджер и, поняв, что уже не сможет сражаться, перевалился через перила и слетел вниз. Рина невольно взглянула – упал на одного из врагов, стал таким же неподвижным.
Артур заревел, вторя погибшему брату, и мощным магическим ударом снес врагов до самого верха. Свои смогли быстро подняться по лестнице наверх. Рина вырвалась на стену, вдыхая грудью воздух – свежий, не пропитанный криками и смертью!
Их терпеливо ждали, лениво осыпая ударами. Враги знали, что все равно победят, и будто растягивали удовольствие.
«Где Рэй? Мы не сможем добраться до него, все зря!» – запаниковала Рина и вцепилась кому-то в спину, стараясь остановить дрожь. Взгляд упал на поле за замком.
На них надвигалась лавина. Черная лавина из людей, лошадей, мужчин и детей. Словно обратные круги на воде, потоки лишенцев слетались к замку.
«Нам конец!» – не разобравшись, подумала Рина. С ужасом взглянула на замерших врагов. Они ошалело смотрели на лавину, не понимая, что это такое.
«Нет, это наше спасение! Это Август!» – поняла Рина.
– Нужно опустить ворота! – закричала она. – Найдите, кто их поднял! Бейте в него!
Глава 25. Самая высокая башня
Август и не знал, что возможно двигаться так быстро. За ним бежала настоящая армия фермеров – бежала, растянувшись почти до горизонта. Кто нашел лошадей – мчались рядом, не отставая. Август чувствовал, что дает силы всем – линии на руке жгли, пропуская через себя магию, все силы природы, передавая ее из воздуха в сердца людей. Пришлось даже избавиться от куртки – все равно холода Летов не чувствовал.
– Август! – крикнул Вэл. Он был рядом. У него получилось подстегнуть целую волну людей. Они поверили всего на миг – и последовали за ними.
– Чего тебе?
– Остановись! Ты пропускаешь через себя слишком много магии! Когда все закончится, усталость навалится на тебя! От такого ты даже умереть можешь!
Ветер стирал слова, и Август лишь понял, что Вэл хочет его остановить. Летов пришпорил лошадь. Она слушалась беспрекословно.
Крепость уже близко. Август посмотрел на стену – две кучки людей столкнулись, перекидываясь конфетти. Ему показалось даже, что среди людей он смог различить Рину, но точнее разглядеть не смог.
Они оказались у ворот. Закрытых ворот. Вокруг валялись обездвиженные тела, словно следы приходящей войны.
– Не упадите в ров! – предупредил Август, обернувшись. Люди стекались к замку, словно муравьи, но как попасть внутрь?
Скрежет, скрип. Деревянный мост через ров упал, обдав всех ледяным потоком воздуха. Сугробы взмыли вверх, и Август рванул вперед сквозь снежную завесу.
Он ворвался в замок. Тут же полетели заклинания. Молния ударила в лошадь. Та вскочила на дыбы, опрокинув Августа. На миг он отключился.
Очнулся на снегу, сотый раз пытаясь вдохнуть воздух. Спина болела, удар будто достал до легких.
«Живой и ладно. Встать!» – приказал Август самому себе и подскочил. Сзади уже бежали фермеры, наполняя замок. Маги уже не целились – стреляли в кого попало, и обязательно попадали.
– Скоро будем ходить по телам! – предупредил Вэл, появившись из неоткуда.
– Мы привели их на убой! – возмутился Август.
– Они дают нам время. Нужно найти Рэя! Тогда все закончится!
Август схватил Вэла за руку и затащил в какое-то помещение. Здесь не падали магические снаряды, а потому было тише.
– Где он может быть? Сражается со всеми?
– Скорее всего, держится подальше, – неуверенно ответил Вэл. – Он любит, чтобы все делали за него. Но наблюдает – наверняка.
– Может, на той огромной башне?
– Донжон? Возможно. Идем туда!
– Нет, – Август затормозил. – Я должен найти Рину.
– Не убьем Рэя – и искать будет некого! Давай же, ты мне нужен!
Летов кивнул и последовал за Вэлом.
За несколько секунд, пока они разговаривали, двор успел наполниться криками и телами. Вэл пораженно застыл в дверях.
– Так быстро…
– Не стой столбом, убьют! – Август шлепнул по затылку, и это помогло прийти в себя. – Как пройти на этот твой Донжуан?
– Донжон. Здесь.
Вэл опомнился и побежал вперед, стараясь не смотреть под ноги. Из-за этого спотыкался несколько раз, нечаянно задевая чью-нибудь конечность, путаясь в одежде. Август хмурился – паника на лице Вэла все сильнее. И все же он движется вперед.
Они подобрались к главной башне, ни разу не попав под обстрел. Похоже, маги на стенах предпочитали целиться во взрослых мужчин, а не в двух мальчишек. Кто-то смог прорваться на стены – Август увидел, что людей там стало больше. Все, кто вбегал через ворота, оказывались во внутреннем дворе – словно жертвы на блюдечке. Оставалось только подстрелить и съесть.
– Сюда.
Громадная башня внутри оказалась узкой, темной. На стенах безжизненно висели лампочки.
– Нужно наверх! – Вэл бросился на винтовую лестницу. Август последовал за ним.
Казалось, они забираются целую вечность. Летов считал ступеньки, но на трехсотой сбился.
– Сколько тут этажей? – спросил он.
– Два. Нижний и верхний.
– По ощущениям, я будто на небоскреб забираюсь.
– Еще немного.
В редкие узенькие окна виднелся замок. Летов хотел остановиться, рассмотреть поле боя, найти среди маленьких муравьишек-людей Рину, но на это не было времени. Чтобы подняться на башню, приходилось огибать ее несколько раз. Подъем, казалось, никогда не закончится. Только магия помогала им не выдыхаться.
Август почувствовал свежий воздух, и секунду спустя они выбрались на вершину башни.
От высоты захватило дух – весь мир как на ладони! Летов тут же вспомнил, как в школе изучали доказательства, что земля круглая. Вот оно, главное доказательство. Посмотреть с такой высоты – и сразу видно, как горизонт уходит вниз. Август не сразу заметил, что не только он взирает с башни.