Как я встретил жизнь

Проходя по мостовой, вымощенной камнями такого размера, что смело бы походили на драконьи яйца, я разглядывал людей. Одни веселились, улыбаясь своей новой пассии, и наверняка рассказывали другому человеку о своей личности, очевидно возвышая себя. На свиданиях и в первые месяцы влюбленности всегда так: столько всего хорошего обнаруживается в людях. И благородство, и жажда семейных уз, и порицание неких свойств характера или действий, которыми грешит сам осуждающий. Потом пелена влюбленности спадает, и пассия разглядывает личность во всей красе. У тех, кто говорил про благородство обнаруживается эгоизм последней стадии. У тех, кто слащаво говорил про детей – отсутствие ответственности даже перед самой своей личностью, чего уж говорить об остальных. А осуждающими все понятнее – они сами становятся жертвами своих осуждений. Удивительное свойство лжи на первом свидании.

Вторые – тихо брели себе в одиночестве, раздумывая о бытовых делах вечера. Сделать уроки с ребенком, погулять с собакой, сделать ужин на четверых. И, кстати, ужин на четверых! Это же опять идти в магазин. В общем, типичная жизнь в проявлениях класса трудяг.

Третьим был я. Идя в одиночестве, но думая обо всех других здесь, кроме себя.

Рассматривая лица каждого, я задумался о том, в чем же заключается моя жизнь? Я – студент университета, у меня есть один единственный друг и тот в другом городе. Я никогда не путешествовал дальше, чем до области злосчастного города. У меня нет работы, приносящей мне удовольствие. Есть только неумолимая жажда заработка денег и любимое хобби: копать землю в поисках артефактов древности. Хобби отнюдь не тривиальное, но настолько малооплачиваемое, что я немедленно отказался от идеи становиться ученым. В прочем, это наверно и объединяет нас всех, собравшихся сегодня здесь, на этой мостовой. Жизнь, без малейшего намека на смысл и разочарование от своих несбывшихся желаний.

Постукивая туфлями, я шел дальше по улице, рассчитывая увидеть что? Брожу тут часто, знаю все закоулки. Что же я хотел увидеть? Невидимая сила тянула меня куда-то в темноту, где спрятана судьба. И все же она тянула меня, как магнит. Зайдя в темный переулок, где часто бывали пьяницы я все так же постукивал туфлями. В нос ударил резкий запах мочи, перемешанный со спиртом. Я шел дальше, звук отскакивал от домов и вонзался мне в уши, как дротик. Напряжение росло и давило на грудь, а я все продолжал идти. И вдруг я увидел фонарь, мерцающий оранжевым цветом. Он будто бы говорил со мной азбукой Морзе, выдавая сигналы: «сейчас что-то произойдет». А мотыльки, летающие вокруг света, пытались успокоить его разговор. Пока я пытался понять то, что хочет мне сказать фонарный столб, в переулке появилась женщина. Одета она была не по погоде. Осенние вечера бывают теплыми, но это был явно не тот вечер, ведь мое пальто едва согревало меня! А тут женщина, в грязно-зеленой блузке, с каким-то ярким тюрбаном на голове и в штанах шароварах смотрела на тот же фонарный столб. «Из Индии что ли?» – подумал я. «А даже если из Индии! На улице ужасный холод, а она вышла в таком виде. Скорее всего сумасшедшая».

– Вам чем-нибудь помочь? – спросил я.

В голове конечно же раздумывал: «Идиот. Надо было просто идти домой».

– Это я хотела у вас спросить. Помочь ли вам чем-нибудь?

Я стоял смирно, по моему телу пробежал холодок, словно играя со мной.

– Мне? Помочь? Да вроде не нужна мне помощь. Ведь это я в пальто, а не вы.

– Не имеет значения в чем вы живете. Имеет значение то, хотите ли вы жить.

Я опешил. Никогда подобного я не слышал от какой-то женщины. Внутренний критик продолжал гнать меня с улицы, а любопытный ребенок, решил спросить:

– При чем тут то, хочу ли я жить? Конечно хочу!

Женщина повернула на меня свою голову. Фонарь освещал ее плечи, они были шоколадного цвета. Ее нос, он был с едва заметной горбинкой. И ее грудную клетку. Худощавую, на которой видны все ребра. Она пошла ко мне навстречу и, подойдя ко мне на расстояние вытянутой руки, я увидел ее лицо. Она была ни на кого не похожа. Ты можешь знать как выглядят марокканец или как поведет себя француз, когда ему не понравится человек, но ее лицо – это будто смесь. Один глаз был зелено-голубой, а второй настолько черный, что сливался со зрачком. Кожа ее тоже была неоднородна. Как пазлы. Разные оттенки фигурировали в этом сумбуре. Казалось, что ее писал Пикассо. На лице еще было что-то вроде родимого пятна, расположенного на левой щеке. Губы ее были обычного размера и выражали спокойную улыбку.

«Нет, она наверно точно сумасшедшая».

– Я не сумасшедшая, – сказала женщина.

Я смутился.

– Я и не думал про вас такое. Кто вы?

– Я – жизнь.

Я смутился еще больше и уже залез рукой в карман, чтобы в случае чего вызвать полицию.

– Не надо вызывать полицию, я пришла ответить на твои вопросы.

Я промолчал.

– Ты недавно задавал вопросы о том, почему ты не можешь обрести работу, почему тебе не везет в личной жизни, почему жизнь заставляет тебя страдать в твоей конуре. Ведь ты говорил: «За что мне все это. Когда я буду счастлив?». Теперь я пришла и отвечу тебе на вопросы.

Я стоял неподвижно. Я действительно задавал такие вопросы себе в последний год. Переезд, безденежье, куча возможностей и ни одной совпадающей с моим желанием. То же и с женщинами.

– Откуда вы знаете про то, что говорил я?

– Я знаю все обо всех. Ведь я жизнь.

Внутренний задира во мне проснулся, и я спросил:

– А что вы скажете о владельце вот того бара, за углом?

– Он страшно несчастлив. Проиграл свою квартиру и живет теперь на мешках с картофелем в каморке. Жена его ушла после этого случая. Правда, теперь она равнодушна ко всему, что происходит в ее жизни.

Я был поражен. Владелец бара действительно развелся и проиграл квартиру в карты. Я уже не мог у него занимать выпивку в счет долга.

– Хорошо, и о чем же вы хотите поговорить со мной?

Жизнь ответила:

– Я хочу убить тебя.

Я снова остановил взгляд на ней и впал в ступор.

– Убить? Меня? Но за что?

– За то, что ты не ценил свою жизнь. Зачем она тебе, если ты ее не ценишь?

– Но ведь я ценю! Я просто грущу временами, ты же понимаешь это?

– Страдания и грусть разные вещи. Ты превратил страдания в рутину и становишься ужасным снобом. Мне надоело это и поэтому я хочу забрать обратно то, что принадлежит тебе на время

Я был в шоке. С моего лба тек холодный пот, а лицо было таким жарким. Сердце стучало в груди все сильнее.

– И как вы хотите меня убить?

– Масса возможностей. Сейчас может появиться какой-нибудь сумасшедший и ткнуть в тебя ножом. Тебе может упасть кирпич на голову. Ты можешь пройти дальше и тебя собьет машина. Да что угодно! Банальный сердечный приступ.

– Сердечный приступ? В двадцать лет?

– Это же я решаю, как ты умрешь.

– Подождите, подождите! Не надо меня убивать! Вы говорили, что можете ответить на мои вопросы. Может быть, вы ответите мне и я смогу дальше жить?

– А разве это поможет тебе?

Я перехватил воздух и сказал:

– Давайте я послушаю ваши ответы и если не смогу найти способ их применить, то вы убьете меня.

Жизнь посмотрела на меня и согласилась.

– Почему вы не даете мне работу мечты?

– Потому что это не твоя мечта, – сказала жизнь.

Я снова впал в ступор, но продолжил.

– Почему вы не даете мне много денег? Я ведь готов работать только ради них!

– Ты не для праздной жизни. Ты – для труда и счастья от него.

– И что вы мне предлагаете? Работу за три копейки?

– Я предлагаю тебе работу, через которую ты встретишь свою любовь. Любовь поможет тебе выбраться из безденежья и более того, она поможет стать тем, кем ты должен быть.

– А кем я должен быть?

– Счастливым! Вы, люди, не понимаете, что все, что происходит с вами: отказы, расставания, разочарования, грусть – это то, от чего я увожу вас. Я забочусь о вас и вашем счастье! А вы все время кричите: «деньги! секс! деньги!». Вы не умеете быть счастливыми даже в горе! Вы не умеете быть теми, кто вы есть на самом деле! «Вы умеете только гнаться за чужими мечтами», —сказала жизнь полным зла голосом.

Переведя дух, она сказала:

– Я пытаюсь защитить тебя. Доверься мне.

Я стоял как тот самый фонарный столб. Рот у меня онемел и перестал шевелиться. В голове забегали светлячки мыслей и я вспомнил. Когда мне отказали в приеме на работу высотником – я расстроился, а потом услышал, как парень на моем месте разбился. Когда я подвернул ногу на улице и не пошел в университет – на улице была летящая погода. Когда я расстался с девушкой, которая мне очень нравилась – я стал чувствовать себя лучше.

– Ты защищала меня…

– Вот именно, – сказала жизнь.

Я стоял и смотрел на нее. Она грустно улыбалась мне и тут я решил сказать:

– Дай мне еще один шанс?

– Зачем?

– Я хочу начать думать по-другому и стать счастливым.

– И у тебя хватит сил?

– Ты ведь знаешь ответ на этот вопрос. Хватит ли у меня сил?

– Хватит, – сказала жизнь.

Я начал плакать, слезы полились из моих глаз.

– Спасибо, спасибо, – начал я лепетать как пятилетний мальчик и поднес руки к глазам, чтобы вытереть слезы.

Когда я снова мог видеть женщины уже не было. Она будто испарилась. Я посмотрел еще раз на фонарь, он перестал моргать. Мотыльки уже не бились в него, а размеренно летали по кругу. Я пошел дальше по переулку и прокручивал диалог, который только что был.

«У меня хватит сил еще поменять себя и стать собой. У меня хватит сил», – думал я.