- -
- 100%
- +
Глава 1
Арфель решительно толкнула створку двери и ступила в прохладный полумрак. Не так давно чайный дворик леди Агерт превратился в простую таверну, но сладости по-прежнему оставались в меню. И, за что Арфель и любила это место, здесь по-прежнему собиралась приличная публика. Никак пьяных драк или буйных приставал.
«Ничего себе», – подумала Арфель и еще раз обвела помещение взглядом. В таверне собралось преизрядное количество девиц, их матерей и, местами, их отцов. При этом свободных столиков было около половины.
Передернув плечами, Арфель решительно прошла к своему любимому столику и села. Через мгновение перед ней появилась разносчица. Если Арфель правильно помнила, то молодую девушку звали Дарли. Точно, Дарли, она еще приходила за травами для своего младшего братишки. Кажется, у него была простуда с осложнениями.
– Облепиховый взвар, малиновый мусс с творогом и коричные плюшки,– перечислила Арфель.
– Могла и не говорить, – улыбнулась разносчица, – твой заказ известен заранее. Как Лес?
– Спокоен, – улыбнулась Арфель. – Травы растут, а что еще нужно?
– Муж леди Агерт наохотил оленя, – шепнула Дарли. – А ты же знаешь, в городе та самая дел… легд… ледегация!
– Делегация, – со вздохом поправила Дарли Арфель. – А кто ж не знает-то? Но при чем здесь олень?
– Так свежее мясо. – Разносчица выхватила из-за пояса тряпку и принялась натирать стол. – Хозяин смотрит. Так вот, говорят, что сам Илуор нид Энтан придет сюда! Отведать оленью ногу под брусничным соусом.
– Делать ему нечего, – пренебрежительно фыркнула Арфель. – Ему вот-вот проходить Испытание. Как-никак будущий Великий Вожак, Глава Всех Стай. Отсюда до Серого Дола три верховых дня, а уж на волчьих лапах и за сутки управиться можно. Дома и отведает оленины.
«Или задерет в лесу и сырым пожует», – мысленно добавила Арфель и тут же укорила саму себя: «Нехорошо так о защитниках».
– Ну, может, и правда брешут, зато смотри, сколько людей собралось. – Дарли подмигнула. – Как они трамбовались, как трамбовались! Ты же знаешь, оборотни не любят, когда много столиков занято.
– Дарли! Дыру протрешь! – раздался громоподобный голос хозяина трактира, господина Агерта.
И Арфель в который раз задумалась, как утонченная и добрая леди Агерт умудрилась выйти замуж за господина Агерта. И при этом сохранить за собой право титуловаться.
Пока травница раздумывала, в таверну вошли четверо мужчин. Среди них сильно выделялся очень высокий, жилистый черноволосый человек.
«Слишком худ для оборотня», – подумала Арфель и отвела взгляд, потому что остальные точно были оборотнями. «Они не смогут попросить у меня ночь. Я невинна, и в этом моя защита. По закону стаи», – мысленно сказала себе травница и устремила взгляд на столешницу.
Скрип отодвигаемого стула, и напротив нее садится тот самый человек, что слишком худ для оборотня.
– Позволишь?
Она вскинула глаза и обожглась о янтарный взгляд. Темные волосы с едва заметным красноватым отливом, хищные черты лица и клыки, что он сейчас скалит в улыбке. Небось еще и думает, что выглядит дружелюбно.
«Все-таки оборотень. Отчего же он такой худой?» – Арфель молча смотрела на него и никак не могла найти подходящих слов.
– Да не бойся ты меня, – усмехнулся оборотень. – Я же чую, что ты не подходишь под Соглашение. Да и невеста у меня есть, не бойся.
– А?
Он выразительно вздохнул и попытался пояснить:
– Ты выделяешься на фоне прочих. Платье поношенное, явно рабочее. Подол заляпан соком растений, на пальцах тоже есть пятна. И пахнет от тебя Лесом. Значит – травница. Пришла одна, для Соглашения не годишься, значит, пришла просто утолить голод. И я тоже чертовски голоден, мне не нужна постельная грелка – и чем это все не повод поесть вместе?
– А твои друзья?
– Как видишь. – Он указал взглядом куда-то влево.
Арфель украдкой посмотрела туда и увидела, что оборотни расселись по одному и сейчас явно красуются перед собравшимися девицами.
– Нужды восполнить запас энергии нет, – пояснил оборотень. – Но ребята хотят развлечься, так что сегодня все только по желанию человечек.
Арфель покивала и бросила сердитый взгляд в сторону кухни. Ей хотелось получить свой малиновый мусс, сразу попросить счет и уйти отсюда поскорее. Присутствие такого количества волков смущало юную травницу. Во-первых, потому что это были оборотни, те самые! Во-вторых, господи, это же оборотни! Ну и в-третьих, токи силы, исходящие от этого тощего волка, что-то задевали глубоко внутри Арфель. Не так задевали, чтобы пойти на Соглашение, а просто как-то нервно щекотали. Как будто ее магия напоминала: я тут, я есть, меня мало, но я есть. Это ощущение было слишком странным, и Арфель не была уверена, что оно ей нравится.
«И не должно нравиться», – строго сказала себе девушка. Она не может позволить себе никаких любовных интрижек с лохматыми! Слишком хорошо ей, травнице, известно, чем эти любовные истории заканчиваются.
Между тем оборотень явно ждал от нее хоть какого-то ответа. И Арфель, старательно растянув губы, произнесла:
– Ясно. Вы очень проницательны. Прошу, располагайтесь с удобством. Если вы здесь еще не были, то советую попробовать малиновый мусс с творогом.
– Я, милая, как бы по мясу, – расхохотался оборотень. – Ну-ну, не обижайся. Сейчас съем огромный кусок оленины и обязательно попробую твой мусс.
– Он не мой, – сдержанно ответила она и обратилась к подошедшей Дарли: – Спасибо и счет.
Дарли сочувственно улыбнулась и сноровисто расставила заказ.
– На меня запиши, – тут же бросил оборотень, – а ты посиди подольше. Прошу. Твой хозяин обещал мне лучшую оленину во всем Ондиниуме. И кувшин морса. Все на счет нид Энтан.
– Как прикажете, милорд. – Дарли присела в реверансе.
Малиновый мусс потерял всякую привлекательность. Арфель уныло ковыряла ложечкой свой десерт и спрашивала сама себя: с чего вдруг ей приспичило идти в таверну? Могла ведь и дома блинов напечь или даже пироги поставить! Чай не безрукая! А сейчас сиди и жди, пока лохматому надоест ее компания. И, судя по всему, этот тощий волк – приближенный самого Илуора нид Энтана. Близкий друг или брат? В общем, тот, кто весьма вольно распоряжается его счетом.
«Уйти бы», – тоскливо подумала Арфель и чуть поморщилась: магия внутри зазвенела особенно тоскливо. Увы, оборотням не отказывали нигде – ни в человеческой Империи, ни в Сером Доле. Хотя, наверное, в Доле все было иначе, там-то только оборотни живут. И их редкие человеческие любовницы, кшэртрии.
У такой вседозволенности была достойная причина: только оборотни стояли между царством Людей и царством Тьмы. Демоны прорывались сквозь все магические заслоны и преграды, и людям, чтобы выжить, пришлось принять «темных оборотливых тварей». Принять не как равных, а как высших. Все это вылилось в пресловутое Соглашение и кшэртрий. Увы, от постельного интереса девушек могла защитить только невинность. Ну и, конечно же, супруг, буде он рискнет выйти на поединок против оборотня. На памяти Арфель таких мужчин не находилось. А вот те, что после Соглашения избивали своих жен, – каждый второй. Интересно, хоть кто-то из оборотней задумывался о том, что после их игрищ происходит с женщинами? Полукровок-то они собирают по всей Империи, а вот их матери… Никому не интересна жизнь использованной и выброшенной женщины.
– Ты как маленькая, но очень сердитая тучка, – рассмеялся оборотень. – Хочешь, подарю тебе золотой подвес?
Арфель аж поперхнулась и тут же замахала руками:
– Ни в коем случае! Ничего мне не нужно! Спасибо, спасибо, у меня все есть. Очень благодарна, да. За великую честь.
Оборотень выглядел одновременно ошеломленным и обиженным.
– Это не Соглашение, это просто так. Ты какая-то милая, уютная, – он пожал плечами, – домашняя.
– Вы тоже очень… – Арфель попыталась подобрать хоть какой-нибудь эпитет и в итоге произнесла: – Очень впечатляете. Но мне правда ничего не нужно. Я не ношу золото.
– Вижу, – кивнул оборотень. – Хорошо. Ты можешь обращаться ко мне просто по имени и без ваших человеческих официальностей. Илуор.
– Аф, – пискнула Арфель. – А-арфель Льефф, травница, одаренная.
– Аристократка? – удивился оборотень.
– Нет, что вы… что ты. Просто травница. – Она смешно наморщила нос и доверительно добавила: – Мой папа просто сделал меня маме и уехал. Потом моя сила оказалась слишком слабой, и приехавшие родственники даже не стали афишировать свою фамилию.
– Бесчестно.
«Не оборотню судить», – хотела сказать Арфель, но вместо этого сдержанно произнесла:
– Они купили для нас с матерью дом, оплатили мое обучение в Школе Низшего Искусства, а также наняли учителей по Общим Наукам. Все бы так бесчестно поступали.
– И где твоя мать сейчас?
– Ее не стало прошлой зимой, – сухо произнесла Арфель.
– Прости, – без капли раскаяния произнес Илуор.Наконец оборотню принесли оленину, и тот отвлекся на нее. Арфель не без содрогания наблюдала за тем, как ловко Илуор расправляется с розоватым мясом. И как при таких аппетитах он такой худой?
– Ранен был, – хмыкнул оборотень. – Все силы бросил на заживление раны. Месяц-другой, и мясо обратно нарастет.
– Прости, – смутилась Арфель.
Но она была уверена, что ни слова не сказала вслух! Неужели он телепат?! Но это чисто человеческая способность… Что за странный оборотень!
«А Лунные князья, говорят, обычными и не бывают. И живут дольше обычных оборотней и решения принимают весьма и весьма не характерные для волков. Как будто предвиденьем обладают: все странные поступки в последующем оборачиваются полезными приобретениями», – припомнила Арфель и доела последнюю ложечку мусса.
– За что ты любишь этот город? – неожиданно спросил оборотень.
– Что?
– Почему ты остаешься здесь? В Империи есть более приятные места, где хорошая травница ценится на вес золота.
– А разве я говорила, что я хорошая травница? – удивилась Арфель. – Я родилась и выросла здесь.
«А еще я не могу продать дом», – добавила она мысленно.
– Я узнал твой запах, – хмыкнул оборотень. – Именно он был на тех травах, что использовал целитель.
– Мастер Дэррик? – улыбнулась Арфель. – Самый лучший целитель в городе.
– Нет, это был мастер Эррол, – нахмурился оборотень. – Разве не он лучший в городе?
Арфель замялась:
– Понимаете… Понимаешь, он тоже хорошо лечит. Но уступает мастеру Дэррику. Но при этом мастера Дэррика не зовут врачевать благородных, ведь он лечит абсолютно всех. Что оскорбляет наших лордов и леди. Ведь где это видано, чтобы утром он трогал нищего бродягу, а вечером касался лилейной кожи знатной дамы. Вот поэтому мастер Дэррик лучший целитель в городе, но зовут его не ко всем. Но вы не подумайте, мастер Эррол тоже не дурак.
– Ты, – коротко произнес оборотень.
– Я? – растерялась Арфель.
– «Ты не подумай, мастер Эррол тоже не дурак», – процитировал Илуор.
– А. Да. Да, простите. Прости. Так вот, мастер Эррол очень трезво оценивает свои силы и, если он взялся вас лечить, значит, был уверен, что справится. Ему не нужны лишние смерти в послужном списке.
Оборотень кивнул и отодвинул от себя опустевшее блюдо. Подскочившей Дарли он небрежно бросил:
– Принеси мне такой же мусс, как был у Арфель. Ты что-нибудь будешь?
– Я сыта, – поспешно ответила Арфель.
– Что она обычно берет? – прямо спросил оборотень у Дарли. Та чуть поежилась и нехотя ответила:
– В хорошие дни госпожа Льефф позволяет себе чашку горячего шоколада со сливками.
– В хорошие дни? – удивился оборотень.
И Дарли упавшим голосом сказала:
– Он очень дорогой. Дороже него только кофе и гранатовое вино.
– Значит, чашку шоколада для госпожи Льефф, – подытожил оборотень.
Она бы хотела отказаться, но на языке появился фантомный привкус сладкого, превосходного напитка, и Арфель, опустив голову, тихо-тихо сказала:
– Спасибо.
– Не за что, – небрежно бросил оборотень. – Что в вашем городке есть интересного?
– Я бы советовала вам посетить театр, – робко улыбнулась Арфель. – Там сейчас дают замечательную пьесу – Леди Цветов и Ветра. А еще можно зайти в городскую оранжерею, там сейчас зацвели колдовские гибриды – удивительное зрелище. Да и городская библиотека известна далеко за пределами Ондиниума.
Госпожа Льефф действительно любила свой родной город. Да, раскинувшийся вокруг Лес не очень-то любил людей. Да, чтобы собирать травы, ей приходилось неделями спать под открытым небом: слишком далеко ее дом от мало-мальски приличной лесной опушки. Но спрос на травы оставался неизменно высок. Да и в одной из приключенческих книг она вычитала интересный способ ночевки в лесу – на толстой ветке, привязав себя к стволу. Это куда безопаснее, чем дрожать под плащом в густых кустах.
Заказ перед Арфель ставила не Дарли, а хозяин таверны.
– Как вы нашли окорок? – любезно осведомился он.
– Нашел? – удивился оборотень, но, видимо, быстро понял, что имеет в виду господин Агерт. – Превосходная степень прожарки. Впрочем, неудивительно: Ондиниум на границе с Серым Долом, так что волей-неволей вы перехватываете наши повадки.
Господин Агерт подобострастно захихикал и потер руки.
– Может, чего-нибудь еще? Земляника с кремом для вашей соглашенной?
У Арфель потемнело в глазах. Конечно, она так и знала, теперь весь город будет обсуждать, как низко пала травница. И гадать, с кем она потеряла невинность. И сын господина Трента теперь точно задерет ей подол где-нибудь в подворотне, и никакая магия ей не поможет…
– Госпожа Арфель не соглашенная, – звучно, четко произнес Илуор. – Арфель Льефф не подходит для Соглашения, поскольку хранит себя в чистоте.
Она спрятала лицо в ладонях и глухо застонала. Надо было вскакивать и бежать. В конце концов, не стал бы оборотень силой водворять ее обратно за стол.
Наверное, если когда-нибудь ей придет в голову обернуться назад и попытаться понять, в какой момент ее жизнь пошла как-то не так, она без колебаний укажет именно на сегодняшний день. Что ей стоило испечь коричных плюшек дома? И выгодней, и вкусней. Эх.
Глава 2
Одеяло было слишком жарким, подушка слишком жесткой, а простыня и вовсе будто возненавидела Арфель – перекрутилась и обнажила матрас. В итоге госпожа Льефф коротко, но прочувствованно выругалась и встала. Раз уж у нее не выходит уснуть, значит, следует заняться чем-нибудь полезным. Например, заложить травяную основу для отвара «крепкого здоровья». Конечно, сейчас середина лета и до осени далеко. Но, с другой стороны, сейчас середина лета и до осени рукой подать, а там потянутся мамочки с простуженными детьми, старики с недомоганиями и работяги, что так и не научились беречься от холодных осенних ливней.
Простенький душ порадовал Арфель чуть теплой водой с меловым привкусом. Что ж, спасибо и на том. Растеревшись полотенцем, она надела свежее платье и спустилась на первый этаж.
«Конечно, это не одеяло с подушкой виноваты, – думала она и старательно отмеряла травы. – Клятые оборотни. Клятые необходимые оборотни».
Милорд нид Энтан так и не позволил ей спокойно уйти домой. После обеда оборотень потащил ее смотреть ту самую пьесу, о которой она ему рассказала. После они прошлись по торговым рядам и Арфель с трудом удалось отбиться от подарков, которыми Илуор так и норовил ее осыпать.
Прошедший день встал перед глазами Арфель так ясно, будто она вернулась на пару часов в прошлое:
«– Да прекрати же! – рассердилась она и притопнула ногой. – Не нужно мне ничего!
– Я же от души, – нахмурился оборотень. – Хочу, чтобы у тебя память обо мне добрая осталась.
– Она и так останется, – скривила губы госпожа Льефф. – Вот уж чего-чего, а тебя мне еще не раз припомнят.
Он серьезно посмотрел ей в глаза и спросил:
– А это так плохо – провести день со мной?
– Учитывая, сколько женщин хотели этого для своих дочерей – это практически преступно, – усмехнулась Арфель. – Я не хочу обсуждать Соглашение, Илуор.
– Его бессмысленно обсуждать, – пожал плечами оборотень.
И Арфель согласно кивнула. Действительно, бессмысленно. Оборотни отрываются на людях за века гонений. Вот только войну с двуипостасными придумали мужчины, а страдают в итоге женщины. Она, Арфель Льефф, никогда не выйдет замуж. Просто потому что все, что защищает ее от Соглашения, – невинность. Страшно представить, как она выйдет за любимого, а спустя пару месяцев будет вынуждена лечь под двуипостасного. А самое гадкое в этом всем одно: человеческая женщина не имеет права первой подать на развод. Только мужчина может оставить свою супругу.
– Ты думаешь о чем-то плохом, – заметил Илуор.
Пожав плечами, Арфель прохладно заметила:
– Это не плохое, это – существующее.
– Соглашение, – задумчиво кивнул оборотень. – Мы умираем, чтобы демоны не прошли в Империю. А тебе жаль нескольких крох энергии?
И госпожа Льефф поняла, что промолчать не сможет. Что-то темное, злое, нетерпимое поднялось из глубины ее души.
– Мне жаль тех несчастных женщин, что втайне от мужей бегают ко мне за обезболивающими травами. Мне жаль тех, кто был использован походя, тех, кому их же супруги не простили ночи с оборотнем.
– О чем ты? – нахмурился оборотень, и Арфель невесело рассмеялась:
– В понимании мужчин, если его супругу принудили исполнить долг, значит, она сама виновата. Значит, она как-то особенно крутилась рядом с отрядом. Значит, сама захотела. А значит, она кто? Шл… Продажная женщина. Такую можно избивать, можно делать с ней что душеньке угодно, ведь она никуда не денется. Не вы ли, оборотни, продавили закон, не дающий женщине покинуть своего мужа?
Илуор смотрел на нее молча, не мигая. Его янтарно-желтые глаза будто что-то искали, искали и не находили.
– Ты не лжешь, – медленно произнес оборотень. – Но ты заблуждаешься.
– Конечно, – горько усмехнулась Арфель. – Конечно.
– Почему ты не замужем? – неожиданно спросил оборотень. – Тебе не меньше двадцати, верно?
– Потому что я не готова делить постель и с мужем, и со случайным оборотнем, – жестко произнесла Арфель. – Я не готова прятать синяки, как леди Агерт. Я не готова терпеть насилие, как госпожа Сандер. Я не хочу обслуживать в постели дружков озверевшего мужа, как уже покойная госпожа Тиннер. Я хочу покинуть вас, милорд нид Энтан.
– Иди, – коротко произнес он.
Она резко развернулась и чеканным шагом направилась к выходу с торговой площади. Она не заметила, что за ней последовал невысокий худой парень. Ох, Арфель была в такой ярости, что не заметила бы и огромного волка, не то что обычного человека!
Но уже у самого своего дома ей пришлось заметить его – преследователь преградил ей путь.
– И сколько ты берешь за ночь, сладенькая? – грязно ухмыльнулся Трент-младший.
– Я не продаю себя, – жестко произнесла Арфель. – Пойди прочь, или я пожалуюсь на тебя в магистрат.
– И чем же это я хуже оборотня? – развязно спросил он. – Уж поверь, тебе понравится. Будешь повизгивать и просить добавки.
Внезапно он резко изменился в лице, побелел и бросился бежать. Арфель только оторопело посмотрела ему вслед. Затем резко обернулась и сложила на груди руки:
– Оборотни не слышат вежливых просьб?
– Я всего лишь хотел убедиться, что ты дойдешь до дома, – раздраженно ответил Илуор. – Кто это?
– Старший сын господина Трента, – скривилась Арфель. – Редкая жестокая бестолочь. Ни к чему не приспособлен, кроме вина и девок. Сватался ко мне.
Оборотень медленно кивнул, затем поклонился:
– Так, может, это не вина оборотней? Может, те недостойные мужчины нашли бы иную причину, чтобы изводить своих жен?
– Вас ждет невеста, – задумчиво произнесла Арфель, – с кем вы готовы ее поделить?
В глазах оборотня загорелось пламя.
– Не смей, – прорычал он. – Волчица из достойной семьи не позволит запятнать себя случкой с несколькими самцами!
– То-то и оно, – кивнула Арфель, – то-то и оно. Всего вам доброго, милорд нид Энтан. Всего самого наилучшего.
Она вошла в дом, а оборотень остался стоять снаружи. Он к чему-то шумно принюхивался, сжимал и разжимал кулаки. А ей оставалось только глотать слезы. В груди ужасно пекло, как будто кто-то щедро сыпанул горячего песка. И обида, исполинская, огромная обида расцветала в душе, заполоняя собой все».
Из воспоминаний Арфель выдернул громкий стук. Кто-то ломился в дверь.
– Открывай, травница, – с рыком разнеслось по первому этажу. – Клянусь Луной, я вышибу эту сдребтову дверь! Ты обязана оказать помощь, женщина.
«Почему я не приняла снотворные капли?» – вопросила сама у себя травница и направилась к двери. Потому что да, обязана. Не только из-за Соглашения, но и из-за собственных взглядов на жизнь. Нельзя отказать страждущему в помощи, даже если это клятый оборотень. Клятый необходимый оборотень.
– Хватай травы и поедешь со мной. – На пороге стоял один из тех мужчин, что сопровождали Илуора. – У него воспалилась рана, боюсь, до Серого Дола не довезем.
Она коротко кивнула и метнулась к полкам, что заполонили собой стены первого этажа. В простую, но крепкую и вместительную сумку легло несколько склянок с обеззараживающим раствором, свежие бинты и еще с десяток необходимых флаконов. Перекинув сумку через плечо, она схватила плащ с глубоким капюшоном – не хватало еще потом оправдываться, что и где она делала глубокой ночью.
– Готова, – выдохнула Арфель и поймала странный взгляд своего ночного гостя. Он как будто чувствовал себя виноватым. Хотя, может, так оно и было? Все-таки разбудил среди ночи.
Этот странный взгляд не давал ей покоя, но обдумывать это все не было времени. Запрыгнув в карету, она крепче вцепилась в сумку – кони несли с ужасающей скоростью.
– Мы заняли верхние комнаты в таверне «Белый Гусь», – коротко произнес оборотень.
– Хорошее место, – согласилась Арфель.
Выходя из кареты, она накинула на голову капюшон.
Вихрем взлетев по ступеням, Арфель замерла перед темным залом. Странно, разве оборотни не должны в ужасе метаться по залу, кипятить воду и делать что-нибудь еще, столь же бессмысленное и энергозатратное?
– Я всех разогнал, – буркнул ее проводник. – Иди за мной.
На лестнице, как и на всем втором этаже, царила абсолютная тьма.
– У него светобоязнь, – бросил оборотень.
– Светобоязнь? – переспросила Арфель.
– Какая же ты травница, если не знаешь этого?
– Травница – не целитель, – возмутилась госпожа Льефф. – Редкая трава не переносит свет!
– Вот и считай, что тебя ждет редкая трава, – буркнул оборотень и потянул на себя дверь. – Милорд?
Ответом ему был полный муки стон. Но, что самое странное, внутри комнаты свет был. Слабый, красноватый, как будто исходящий от какого-то артефакта.
– Мне потребуется угол, где будет яркий свет, – серьезно произнесла Арфель. – В такой тьме я могу перепутать снадобья или не заметить чего-либо. За целителем уже послали?
– Должен быть с минуты на минуту, – пробасил оборотень. – Угол организуем. Ты пока дай ему обезболивающее.
– Не думаю, что это хорошая идея.
– Организм оборотня слабые человеческие снадобья переваривает очень быстро. Так что твой отвар сможет облегчить ему ожидание целителя, но при этом не помешает диагностике.
Арфель кивнула, она и раньше слышала, что оборотни очень редко болеют и что людские зелья на них почти не действуют. Ее сомнения разрешил еще один стон. Она прищурилась и решительно шагнула вперед.
«Надо же, тут довольно прохладно». Она поежилась и решила не снимать плащ.
Вытащив флакон с обезболивающим, она оставила сумку у двери, слева. Очертания мебели угадывались слишком слабо, и Арфель не хотела случайно испортить какую-нибудь важную вещь. Мало ли что? С оборотнями следует держать ухо востро.
Илуор находился практически без сознания. Запах крови пропитал комнату, но на теле она ран не заметила. Зато запястья, за которые волк был привязан к изголовью кровати, были стерты практически до мяса.
– Как бесчеловечно, – выдохнула Арфель и начала по капле вливать оборотню уменьшающий боль отвар. – Куда же ты рвался? Не вижу ни единой раны. Хэй, как вас зовут? Вы сказали, что…
Ее перебил звук плотно закрывшейся двери.
– Что за шутки? – нахмурилась Арфель и тут же сама себя хлопнула по лбу. Ну конечно, проводник же сказал, что сделает ярко освещенный рабочий уголок. Который, скорее всего, понадобится и целителю. Интересно, кого приведут?
– Ар-р-р-фель,– раскатисто выдохнул Илуор. – Пришла.
– Можно подумать, у меня был выбор, – вздохнула травница и откинула со лба оборотня черно-рыжеватую прядку. – Что с вами успело произойти?
– Пришла, – выдохнул он и закрыл глаза.