Многоходовочка не удалась

От автора

Здравствуйте, мои дорогие читатели. Вы открыли сборник рассказов про любовь и отношения от Елизаветы Заяц, автора канала «Сказки от Зайки» на Яндекс.Дзен. Это моя вторая книга, и я счастлива, что судьба подарила мне возможность ее написать.

Истории, которые вы здесь найдете, происходили в реальной жизни. Может быть, в действительности все и было немного не так, как описано, но очень похоже. Могу же я, в конце концов, приукрасить некоторые детали? Да и рассекречивать своих героев совсем не хочется. Хотя в рассказе «Сбитый летчик» многие узнали моего друга Сережу..

В некоторых историях в конце есть мое субъективное мнение на счет поведения героев. Я бы хотела отметить, что не имею психологического образования. Я не психолог. И не психотерапевт. Я вообще к этой науке имею минимально отношение, но мне нравится изучать поведение людей и докапываться до сути их истинных желаний.

Пожалуйста, не принимайте мои умозаключения за истину в последней инстанции. Спорьте. Не соглашайтесь. Проверяйте. Имейте свое мнение, отличное от моего, ведь в споре рождается истина.

И еще, важный момент. Мои рассказы не смотрел редактор, и над ними не работал корректор. Поэтому, если вы вдруг увидите тавтологию, ошибки или опечатки, то, пожалуйста, не расстраивайтесь. Я не учитель русского языка, и в школе у меня была четверка. Ошибки – часть жизни, и не делает их только тот, кто вообще ничего не творит.

Надеюсь, вам понравятся мои рассказы. Надеюсь, что они заставят вас задуматься о жизни. Ну, или хотя бы повеселят. Если вы улыбнетесь, то все было не зря.

Приятного чтения! С любовью, Лиза.

Странненькая сестра, за которую стыдно

Свадебный вечер был в самом разгаре. Гости уже пошли вовсю танцевать под Верку Сердючку и веселиться, а шампанское было почти допито. Внезапно музыка утихла. И ведущий объявил, что сейчас свои поздравления преподнесет сестра жениха.

Жених Саша заметно напрягся, заерзал на стуле, поправил галстук, выпил воды, откашлялся. Пока его сестра вытаскивала свои пакеты с подарками из большой клетчатой сумки, он нервно постукивал по столу пальцами.

В этот момент невеста прошептала ему на ухо:

– Ты никогда мне не говорил, что у тебя есть сестра. Почему?

– Нуууу, – замялся Саша и посмотрел в сторону, – я не хотел тебя пугать.

– Что? – удивилась Ирина, – чем пугать?

– Понимаешь.... Женя странненькая у нас, – Саша потер шею, – немного не от мира сего.

Ирина непонимающе посмотрела сначала на Сашу, а потом перевела взгляд на его сестру Евгению. Женя была обычной. Такой простой девушкой: голубая юбка в пол, русая коса, ноль макияжа, много браслетов. С виду тихая и скромная. В чем была странность, Ирина не могла понять.

Евгения подошла к столу молодых с микрофоном в руках и с пакетами, из которых выглядывали какие-то вещи. Девушка заметно нервничала, и ее голос дрожал.

– Дорогие Саша и Ирина, – сказала Женя и широко улыбнулась, – сегодня вы дали клятвы друг другу в любви и верности. Сегодня бог благословил ваш союз, – девушка порывисто вздохнула, – я вам желаю счастья, гармонии и единения, пусть бог даст вам много детишек и здоровья. Живите в почитании и будьте счастливы!

– Спасибо, Женя! – Ирина встала и обняла сестру Саши. Она тепло и искренне прижала ее к себе, а потом заглянула ей в глаза, – благодарю тебя. И я рада с тобой познакомиться.

– Я тоже, – прошептала Женя.

Саша быстро обнял сестру и с покерфейсом забрал у нее пакеты с подарками.

– Нормальная сестра у тебя, ничего не странная, – заметила Ирина, когда все снова ушли на танцпол.

Она решила открыть пакеты с подарками от Жени. В одном пакете была ваза с замысловатыми рисунками. Во втором фигурка слоника, в третьем – чайник. Все такое индийское и национальное.

– Ух ты! Какая красота, смотри, Саш! – Ирина достала слоника и покрутила в руках.

– Индийская дичь. Ну, сестрица в своем репертуаре, – хмыкнул Саша.

– В смысле? – спросила Ирина.

– Женя у нас из этих.... – замялся Саша, – фанатичка, в общем.

– Из каких, из этих? – уточнила Ирина, складывая подарки обратно в пакеты.

Саша вздохнул.

– Она в секте кришнаитов. Ходит, песни поет по улицам, – Саша поморщился, – деньги последние отдает просто так каким-то людям. Дура, в общем.

– Оооо..

– Да, поначалу она еще у нас просила денег постоянно, но мы не стали давать. И вообще, – Саша скривился, – она с детства отбитая какая-то. Я даже на свадьбу ее не хотел приглашать. Не дай бог она тут устроит цирк со своим харекрешна. Стыдно мне, что у меня такая сестра.

– А на вид нормальная. Так и не подумаешь.

– Угу, – ответил Саша, – это потому что я ей строго-настрого запретил одеваться в эти их костюмы и вообще произносить всякие кришнаитские слова у меня на свадьбе. Пусть лучше люди не знают, кто она такая, мне так спокойнее.

Ирина странно посмотрела на нового мужа, но промолчала.

Говорят, в семье не без урода. В каждом семействе найдутся скелетики, которые не принято выставлять напоказ, хвастать этим или гордиться. Наоборот. Принято стыдиться.

Стыдно, когда твой какой-то там дядька сидел в тюрьме. Стыдно, когда отец алкаш и буян. Стыдно, если родственники совсем простые из села и о-кают. Стыдно, когда мама как-то не так одевается и вообще странненькая. Но есть ли связь между твоим стыдом и внутренним наполнением этого человека?

После свадьбы Ирина очень быстро забеременела, но беременность не удалось сохранить. И вторую. И третью.

В маленькой семье наступила большая молчаливая война.

Саша негласно обвинял свою жену в том, что она неполноценная и порченая, раз не может выносить ребенка. Нет, вслух он этого не говорил. Он просто об этом думал, а женщины же все чувствуют. Их не обманешь.

Ирина страдала от его молчания, от его холодности и от того, что потеряла троих нерожденных деток. Это было действительно больно и мучительно, и поддержка мужа была бы очень помогающей. Но ее не было.

Другие родственники и друзья были не в курсе происходящего, потому что Саша запретил выносить сор из избы. Нечего делать. Они говорили всем, что пока не готовы к детям и хотят пожить для себя. Ну, модная нынче версия. И только Женя что-то подозревала, наблюдая тяжелые вздохи Ирины и ее отсутствующий и потухший взгляд.

***

На очередном семейном празднике Женя отвела Иру в сторонку и шепотом сказала ей:

– Ир, я скоро уезжаю на Бали. Поехали со мной!

– Ой, – испугалась Ира, – я не могу же.

– Почему?

– Меня Саша не отпустит.

Женя махнула рукой.

– Не говори ему, что поедешь со мной. Скажи, что уедешь в санаторий какой-нибудь далекий. Он все равно ездить не будет к тебе. У него же работа. Знаю я его. Скажешь, что в санатории одни пенсионеры, он не запретит.

Ирина задумалась. А что, и правда. Бали будет для нее намного полезнее любого санатория. Хочется в тепло. Очень хочется. Дома холодно во всех смыслах. Дурацкий ноябрь. Даже душа дома мерзнет. А Саше можно сказать, что доктор прописал санаторное лечение. Хотя, врать не хочется совсем. Он же все-таки муж. Но, зная его характер, он точно не отпустит никуда. Тем более, с Женей. Ох, что ж делать…

Ира переминалась с ноги на ногу и теребила кулончик на шее, раздумывая, как поступить.

– Когда ты уезжаешь? – спросила она.

– Я еще не купила билеты. Приходи ко мне в четверг, мы с тобой вместе все купим и выберем. Ладно?

– Хорошо, я подумаю до четверга. Я позвоню тебе.

– Да, и Ир.. я знаю, что Сашка про меня тебе что попало наговорил. О том, что я сектантка, и все такое. Так вот, это неправда. Я не состою в секте и тебя никуда не затяну. Не бойся. Мы просто с друзьями едем на Бали жить на три месяца. А ты можешь уехать, когда захочешь. Хорошо?

– Хорошо, – улыбнулась Ира впервые за весь вечер.

Саша был не против санатория. Надо, так надо. Он вообще был в последнее время отстранен от семейных дел и пребывал в угрюмости и сосредоточенности на делах и работе.

Женя с Ириной уехали.

***

На Бали Ира смогла вздохнуть полной грудью, пока смотрела на небо, морщась от утреннего солнца. Ей было хорошо и спокойно. Здесь она поймала тот самый момент удовольствия от размеренной и простой жизни. От простой еды. Без пафоса и напускного величия.

Через неделю пребывания вдали от дома Ирина поняла, что снова беременна. Она раздумывала недолго.

– Жень, а ты тут на сколько останешься?

– Планирую в апреле вернуться.

– А сможешь со мной остаться до лета?

– Почему до лета?

Ира улыбнулась.

– Жень, я беременна. И не хочу домой. Я хочу выносить ребенка тут.

– Ты уверена? – медленно спросила Женя.

– Да.

Женщины обнялись и поплакали. Ну, это наше любимое бабское дело, обниматься и плакать.

***

Беременность была легкой, потому что Ирина была счастлива. Она немного волновалась в первые три месяца, не случится ли снова выкидыш, поэтому Саше ничего пока не говорила.

Кстати, то, что она улетела на Бали, она раскрыла почти сразу. Еще в аэропорту отправила смс мужу:

«Саш, я передумала. Мы с Женей летим на Бали. Прости. Люблю.»

Он, конечно, побесился, но потом успокоился. А ближе к родам и сам прилетел к своим родным девчонкам.

Ирина родила точно в срок. Здоровую девочку. Пухлощекую и с большими и умными глазами, так похожими на глаза ее странненькой тети Жени.

Как часто мы недооцениваем людей, вешая на них ярлыки и оценки? Как часто мы стыдимся тех, кто с добром и любовью к нам относится? Откуда вообще берется этот дурацкий стыд за родственников, которые не похожи на нас?

Я думаю, что он берется там, где человек не разрешает себе быть самим собой и сам ограничивает себя, не давая проявляться какой-то части своей личности. Либо человек отождествляет себя с этим родственником, поэтому его и бесит, что тот ведет себя как-то не так.

Но это все – заморочки того, кому стыдно. И это только его проблема.

Как подглядывать за Анжеликой из дома напротив

В квартире дома напротив зажёгся свет. Сергей привычно подсел к окну, заняв свой ежедневный вечерний пост. Он уже заранее приготовил себе черный чай с четырьмя кусочками сахара и, шумно отхлебнув горячей жидкости, принялся ждать.

Каждый вечер Сергей наблюдал за женщиной в том окне на 7 этаже. Она была такая красивая и завораживающая, что он мог несколько часов подряд следить за тем, как она ест, читает, ходит по квартире или просто сидит перед ноутбуком.

Но самым его любимым был момент, когда она выходила из душа с полотенцем на голове. Тогда она обязательно пила что-то из большой кружки и улыбалась, стоя у окна. И смотрела куда-то мимо Сергея. А потом ставила чашку на стол, снимала полотенце с головы и взбивала волосы руками. Вот этот момент был самым классным. Волосы были мокрыми и волнистыми. Блестели и переливались в свете лампы. И Сергей часто представлял, как проводит по ним рукой и пропускает пряди между пальцев.

А ещё иногда она жгла свечи и ходила с этими свечами по дому. В общем-то, именно так Сергей ее и приглядел одним декабрьским вечером.

***

Перед праздниками у остальных соседей уже вовсю в окнах сверкали гирлянды и светились ёлки, а у этой женщины – нет. Чаще всего у нее мерцал только ночник. И вот, однажды в окне появилась и она.

В тот вечер женщина была в белой полупрозрачной ночнушке с глубоким вырезом, сквозь которую виднелись внушительные гpyди. (Не знаю, кто ввел в моду любовь на тощие тела, но Сергею всегда нравились дамы с формами, такие сладкобедренные и любогрудные женщины).

Черные пышные волосы девушки едва касались плеч и издалека выглядели как шапка. В руках она держала толстую свечу. Пламя горело так сильно. Сергей никогда не видел такого сильного пламени у свечи.

И вот, она стояла лицом к окну, смотрела огромными блестящими глазами на огонь и что-то шептала. Как будто заклинание какое-то.

Сергей прислонился лбом к своему окну и не мог оторвать взгляд от той девушки.

– Что она говорит? Что шепчет? – думал он.

И тут же в его голове возник тихий голос:

– Анжела. Анжелика.

С тех пор Сергей начал каждый вечер наблюдать за девушкой и про себя называл ее Анжеликой. Он никому не рассказывал про свою тайную фантазию, это был только его секрет. Она даже пару раз приснилась ему во влажном сне, от чего он потом ходил, как чумной.

Так продолжалось несколько месяцев, пока он не встретил ее в ближайшей Семерочке. Он даже не сразу узнал свою Анжелику, свою фантазию и свое грешное желание.

***

Она была в бежевом пальто и розовом шарфе. Вспотевшей и уставшей. Волосы прилипли ко лбу, а на лице преобладало выражение «ненавижу супермаркеты». Она толкала тележку с продуктами, в которой лежали молоко, йогурт, масло и туалетная бумага. Никакой романтики.

Сергей обомлел, когда понял, что это она. Стал ходить за ней по всему магазину, делая вид, что тоже хочет взять хлеба и соуса к ужину, хотя у самого на дне корзинки предательски подмигивал всем окружающим Доширак и консерва от Восточного.

Так он и тащился за девушкой сначала до кассы, а потом на улицу, пока она не встала посреди дороги. Анжелика поставила пакет на землю и достала поющий телефон из кармана. Сергей остановился рядом.

– Да, Саша, – ответила Анжелика своему телефону, – шо?.... Нет, я не могу.... Ну, шо Света, шо Света! Не могу я, Саша..... Ладно… Давай, все.

Потом она рассмеялась и положила телефон в карман. Сергей стоял рядом, как вкопанный, и смотрел на женщину. И вовсе она не Анжелика, как оказалось. А обычная такая Света с с выразительным южным акцентом.

– Шо вы ходите за мной, мущщина? – обратилась она к нему.

Сергей таращился на нее и не мог пошевелиться.

– Я вам говорю, да, – дама взяла свой паркет в руки и недобро глядела на Сергея.

И действительно, что он ходит за ней? Сергей поправил шапку.

– Я то.... Эээ…

– Идите домой, мущщина. Вы меня пугаете. Ходют тут всякие. Понимаешь.

Анжелика отвернулась и пошла в сторону своего дома. А Сергей остался стоять на своем месте, глядя ей вслед. Знаете, что он подумал?

«Лучше бы я ее не видел!»

Потому что пока она жила в далеком окне, она была идеальной женщиной. Такой загадочной и притягательной. Она манила своей недосказанностью и красотой (издалека мы все красивые и идеальные). Но вблизи оказалось, что Анжелика, которая Света, – обычная женщина лет сорока. У которой и волосы уже с проседью, с правой стороны не хватает резца, да и лак на ногтях облупился, и сапоги к тому же грязные. Не такая уж и идеальная. Простая и обычная. Еще и с акцентом.

Все фантазии Сергея разлетелись вдребезги.

Вот так мы часто смотрим на людей в запретграммах и думаем, что где-то там живут идеалы и ангелы, всегда красивые, всегда ухоженные, здоровые и успешные. Но все это только в нашей голове, и не стоит идеализировать вообще никого.

Все мы – живые люди и устаем таскаться по супермаркетам.

Многоходовочка не удалась

Ирина бы ничего не заподозрила и жила бы себе тихо и мирно, если бы не странный звонок среди ночи. Муж дрых как сурок, а трель его телефона раздавалась на весь дом. Ирина проснулась. Ткнула мужа в бок. Он нехотя повернулся и, крехтя словно дед Пердед, положил ладошки под щеку.

– Ну точно ребенок, ей богу, – подумала Ирина и дотянулась до его телефона. Она щурилась от яркого света, но все равно разглядела странное буквосочетание «Зульфия эклеры».

«Какие это ещё эклеры звонят нам в два часа ночи?» – подумала она.

Ира поморщилась и включила режим полета, чтобы телефон больше не звонил.

Остаток ночи она не могла уснуть и все думала про эклеры, Зульфию, мужа и себя. К утру Ира четко решила, что у мужа имеется любовница по имени Зульфия (имя то какое, она что, татарка?), продающая эклеры, и надо с этим что-то делать. Иначе ну куда это годится?

Утром муж, как ни в чем не бывало, проснулся, потянулся и, почесывая свой окорочок, прошел прямо в трусах на кухню. Там он быстро сожрал бутерброд с колбасой, три яйца всмятку и прихлебнул черным кофе. Он громко выдохнул, улыбнулся жене и сделал погромче телевизор.

Ирина стояла у окна с каменным лицом и молчала. Она смотрела на мужа с нескрываемым презрением, ее раздражало буквально все в нем. Его чавкающее лицо. Его волосатый круглый живот. Его жирные пальцы, которые он вечно облизывал после еды.

Раньше Ирина не замечала этих мелочей, и все в муже казалось ей родным и милым. Она любила родинки на его плечах, любила гладить его седеющие волосы и иногда давила прыщи на его спине, что тоже было ей по душе. Но именно сегодня ее бесило все. Муж как будто в один миг стал чужим.

«Вот же гад», – подумала Ира и принялась мыть посуду.

Она решила пока не выяснять отношений и не спрашивать про Зульфию со своими эклерами. У Ирины за ночь появился план.

Ирина решила замутить многоходовочку:

1. Ей надо было успокоиться. Месть – это блюдо, которое подают холодным. А уж в кулинарии Ирина знала толк. Поесть она любила.

2. Надо было собрать информацию. Но тайно, чтобы муж не узнал. И тут в помощь она хотела взять свою подругу, одну коллегу на работе у мужа, которую она уже давно знает, и свою маму. Ирина еще толком не придумала, какую именно информацию ей надо собрать, но война план покажет.

3. Поймать негодяя с поличным. Потому что остальное для Ирины не имеет никакого значения. Только факты.

4. Публичная порка. Ирина собиралась снять факт измены на видео и выложить в сеть, чтобы все вокруг знали, каков идиот ее муж.

5. Что делать потом Ирина еще не придумала. Возможно, она бы его просто убила, а возможно… нет, остальные варианты не казались ей подходящими. Только убийство. Только хардкор.

Пункт 1

С первой задачей, успокоиться, Ирина справлялась не вполне успешно. В течение дня она порой забывалась и отвлекалась на дела. Но потом эмоции снова накрывали, и она негодовала, ведя диалоги со своим мужем в своей голове.

Она то оправдывала его, то ругала. То жалела себя, то упрекала себя за то, что набрала в последнее время пяток лишних килограмм. То злилась на то, что он обманщик, то впадала в уныние от того, что теперь ей придется жить одной, а ведь мужа то она любит в конце то концов.

В общем, полный фарш творился в ее голове, и ни о каком успокоении речи и быть не могло.

Пункт 2

Вечером, когда они сели с мужем ужинать, все было нормально. Ирина положила супругу салат из свежих помидор, картошечку с гуляшом, достала соленые огурчики, как он любит. Муж улыбнулся и принялся с аппетитом лопать. Ира же сидела с покерфейсом и не могла есть. Она грустно смотрела на мужа и молчала.

– Очень вкусно, Ирочка, – сказал муж с набитым ртом. – А ты сама то почему не ешь? Картошечка прям удалась у тебя сегодня. Ты ж моя кулинарщица любимая!

В этот момент эмоции Иры снова нахлынули, и она уже не смогла с ними справиться. Негодование, злость и ревность вырывались наружу, и Ира перестала себя контролировать. Пункт 2 ее многоходовочки благополучно летел в тартарары.

Она наклонилась к мужу и низким могильным голосом спросила:

– Кто такая Зульфия?!

Муж замер. Улыбка сползла с лица. Глаза округлились.

– Какая Зульфия? – не понял он.

– Зульфия эклеры. Это кто? – повторила Ира снова не своим голосом.

– Да не знаю я никакой Зульфии. Ты чего вообще? Откуда ты взяла эту Зульфию? Понятия не имею.

Муж покачал головой и снова начал есть, но уже напряженно и без воодушевления. Он офигел от нападок жены и не знал, как разрядить обстановку и успокоить женщину.

Ирина встала, взяла с подоконника телефон мужа и, тряся им у него перед носом, начала орать:

– Сегодня ночью тебе звонила какая-то Зульфия Эклеры. А ты даже не пошевелился, чтобы ей ответить. Я отключила телефон, а теперь объясни мне, Сережа, ты мне изменяешь, да? Скажи мне сразу и честно. Я не хочу жить с изменщиком. Я даже убивать тебя не буду, если ты сам признаешься. Кто такая эта Зульфия? – Ирина уже перешла на визг.

– Да не изменяю я тебе, – заорал в ответ муж, – успокойся, бешеная. Дай сюда телефон. Смотри!

Он отобрал у жены телефон, разблокировал его и показал историю вызовов. Никакой Зульфии там и в помине не было. Потом зашел в телефонную книгу и там пролистал все контакты. Никакой. Зульфии.

Ирина недоумевала.

– Тебе приснилась какая-то фигня, а ты меня обвиняешь во всех грехах. Ну ты нормальная вообще?

Ирина озадаченно смотрела на мужа. Она даже немного расстроилась, что в телефоне не было никакой Зульфии. Как же так? Она же видела. Она же сама отключила телефон.

Муж снова ел, запихивал в рот куски мяса и жевал огурцы. А потом вдруг замер на пару секунд, открыв рот. Да как засмеется! Он хохотал минут пять, пока жена хлопала глазами.

– Ну ты крот слепошарый! – сказал он сквозь смех своей жене.

– Чего? – не поняла Ирина.

Муж снова достал телефон, зашел в раздел «напоминания» и ткнул пальцем.

– Смотри. Тут написано «Заказать эклеры». Просто напоминание сработало в 2 часа ночи, а не в 2 часа дня. Я ошибся, когда выставил время, вот и все. Какая там Зульфия тебе привиделась?

Ирина тоже начала хихикать. А потом смеяться в голос. Успокоившись, она обняла мужа и сказала:

– Я тебя люблю.

– Я тебя тоже, – ответил он, – и это....

– Что?

– Я забыл заказать эклеры на завтрашнюю годовщину.

Ирина еще больше засмеялась.

– Думаю, обойдемся без них.

Жена нужна только для того, чтобы рожать детей

Владислав всегда хотел себе в жены идеальную женщину. Такую покорную и спокойную. С мягким взглядом. Длинными волосами. Чтоб не сквернословила, не пила и не курила. Из хорошей семьи. Благополучную. Чтоб у нее на кухне было чисто, и обеды варились по расписанию.

Владислав всегда представлял, что именно такая женщина должна стать матерью его детей.

Именно такой женщины он достоин, ведь сам то он молодец. Он именно такой: из хорошей семьи, с нормальной работой, весь чистенький и опрятный только что вышел из барбершопа.

И он встретил такую, о какой мечтал. Леночка действительно была нежной, ласковой, хозяйственной и вообще идеальной. Такая вся возвышенная и пресвятая. Носила предпочтительно пастельные оттенки в одежде и никогда даже голоса не повышала. Улыбалась и кивала. То, что нужно. До свадьбы никаких проникновений, потому что не положено. Это важно.

Семейство Владислава в лице маман, строгого бати, тетушек, дядюшек, бабушек и дедов одобрили невесту, приняли ее в свой круг и полюбили, как родную. Леночка действительно идеально вписалась в семью Владислава и нравилась всем родственникам и друзьям.

Быстро сыграли свадьбу, на которую папа дал денег. Выпили-закусили за крепкий брак, плодовитость и счастье молодых.

Владислав со своей Леночкой поселились в трешке в центре города с видом на парк и зажили дружно и спокойно.

Почти сразу Лена забеременела и родила дочку. Все радовались. Особенно Владислав.

Потом Лена снова забеременела, и семья переехала в квартиру побольше. Все снова радовались рождению сыночка. Особенно Владислав.

Потом Леночка опять забеременела, и тут ее прорвало. Знаете, у беременных бывают разные загоны. И зависит это все от гормонов и чего-то там еще, я уже не помню, забыла. Кто-то жрет колбасу со сгущенкой, кто-то сходит с ума от запахов в дешевом китайском магазине, кто-то начинает рукодельничать. А у нашей Лены было дикое, просто умопомрачительное и башнесрывающее желание физической любви.

Она зависала на сайтах для взрослых, покупала всякие прибамбасы в интимшопе, готовила устриц и рыбное филе для мужа, чтобы он был всегда готов. В общем, пыталась очень деликатно разогнать интимное домашнее болотце.

Но поскольку Леночка от природы была девочкой тихой и скромной, то и тут она действовала мягко и не в лоб. Намеками. Намеками.

Владислав намеки понимал, но предпочитал делать вид, что в домике. И вскоре это стало настоящей проблемой.

Однажды Лена задумалась и начала анализировать их интимную жизнь с самого начала. И обнаружила, что за всю свою семейную жизнь она с мужем занималась исключительно детоделанием. А вот так, чтобы для удовольствия и от души.... неа.

Во время беременности ей как-то не хотелось, а он боялся навредить плоду. После, в период младенчества, она так уставала, что ей ничего и не надо было, только сон. А потом снова по кругу.

«Что-то тут не так», – подумала Лена, и эта мысль ее разозлила и придала ей уверенности в себе и сил.

Однажды Владислав вернулся домой подшофе, потому что на работе был корпоративный вечер. Хороший тамада, и конкурсы интересные, вот эта вот вся история.