Аделия. Позор рода

Когда парень уже развернулся, чтобы уйти, ректор неожиданно даже для самого себя его остановил.

– Рис, подожди, – сказал, глядя на напряжённую спину парня. – Ты читал свой приговор?

Тот медленно обернулся и посмотрел на лорда Трелли с ледяной усмешкой.

– Ну а как вы думаете? – сказал с горькой иронией.

– Прочитай ещё раз. А лучше, пару сотен раз.

– Я и так знаю в нём каждую букву.

– Да? Ну, в таком случае, просто попробуй посмотреть на него не с позиции осуждённого, а со стороны властей, – равнодушно ответил ректор.

– И что мне это даст?

– Может… ничего. А может быть и всё. Кто знает?

После чего лорд Трелли махнул рукой, указывая Дарису на выход, а тот просто развернулся и покинул столь ненавистный кабинет. Приказ «уйти с глаз» он всегда исполнял беспрекословно и даже с радостью.

Оставшись в одиночестве, ректор активировал перед собой отчёт Риса о тестировании леди Тен Алор и с любопытством всмотрелся в цифры, обозначающие уровень дара. Да, владеть таким потенциалом и не уметь им пользоваться было настоящим преступлением. К тому же это просто опасно. Но чем больше руководитель Белого университета думал о новой студентке, тем сильнее уверялся в мысли, что её отец не зря отправил её именно сюда. Ведь лорд Тен Алор наверняка знал о способностях Дариса – не мог не знать. Без согласия председателя Совета Союза преступника такого масштаба никто бы в живых не оставил.

А из этого следует несколько выводов или даже – выходов. Вопрос лишь в том, сможет ли Рис осознать, какой шанс выпал на его долю. И главное, станет ли он этот шанс использовать…

***

Как таковых, групп здесь не было. Каждый из студентов занимался по индивидуальной программе, посещая только те лекции и семинары, которые выбрал для него высший искусственный разум. Именно эта умная «фигня» просчитывала уровень интеллекта студента, его потенциал, и выдавала такой набор дисциплин, который мог быть наиболее полезен каждому конкретному одарённому. Причём сия программа постоянно корректировалась в зависимости от успехов или неудач ученика.

Именно в этом заключалась особенность системы образования в Белом университете. Здесь студенты были разделены только по курсам и кафедрам, да то – весьма условно. И хоть в большинстве своём учебная программа представителей одного факультета совпадала, но не редки были случаи, когда в группу по изучению одного и того же материала одновременно входили представители разных факультетов или даже курсов.

В свой первый учебный день я просто пыталась понять, как тут всё устроено. Присматривалась к другим студентам, исправно слушала лекции, вникала в новые для меня науки, такие как «стратегия и тактика», «аналитика», «социология». Пыталась понять, зачем они вообще мне нужны. Но, что странно, на лекциях оказалось по-настоящему интересно. Даже не могу сказать, что мне понравилось больше всего.

В итоге, после такого начала учёбы я пребывала в столь радужном настроении, что даже курить не хотела (к тому же, стараниями Дариса, сигарет у меня всё равно не осталось)! Более того, проявляя чудеса дружелюбия, в столовой я сама пошла знакомиться с двумя девочками, которые тоже сегодня присутствовали вместе со мной на всех трёх лекциях. Другие студенты менялись, – кто-то уходил, кто-то появлялся, – и только с этими двумя юными леди у нас пока на сто процентов совпадали расписания.

Знакомство прошло отлично. Оказалось, что они обе знают, кто я такая, что, в общем-то, не удивительно, учитывая то, как часто моё лицо появляется в Сети. Сами девочки оказались сёстрами, хотя внешне совсем не были похожи. Учились они здесь первый год, так же, как я, владели телекинезом, но имели разные специализации.

Старшая из них – рыжеволосая Саралла, была боевиком, и в основном её дар носил разрушительный характер. Чаще всего таких, как она, обучали в военных академиях, но в Белом университете сумели найти иное применение столь специфическому дару. Здесь боевиков учили тотальному контролю над собой и своей силой, и выискивали способы её применения на благо жителей Союза, в самых разных отраслях и направлениях.

Я тоже являлась боевиком… в какой-то степени. Но вреда от меня пока было ощутимо больше, чем пользы. А уж о владении тонкими гранями дара и вовсе речи не шло. Потому про мою специализацию пока говорить было очень рано.

Сестра Сары, Мирна, оказалась весёлой обладательницей живых зелёных глаз, и таких же зелёных волос длиной по плечи. Она владела куда более мирной разновидностью телекинеза, чем мы. Помимо способности управлять потоками энергий, Мирка умела видеть энергетические связи: любые, даже те, о существовании которых многие не подозревали. Более того, она могла распознавать связи между людьми, предметами и событиями, и училась просчитывать, как конкретная связь будет изменяться в будущем.

Позже выяснилось, что живём мы с новыми знакомыми в одном корпусе, но на разных этажах. Меня поселили на третьем – в элитных апартаментах, а сёстры проживали на втором, вместе в одной комнате, так как их родители не могли похвастаться ни происхождением, ни богатством. Но несмотря на такую разницу в социальном положении, обе девушки приняли меня очень тепло.

– Ты в реальности такая же забавная, как в Сети, – улыбаясь, сказала Сара, когда после обеда мы вышли прогуляться по аллеям университетского парка. – Мы с Миркой уже несколько лет следим за твоими приключениями, и даже не надеялись, что жизнь так легко нас столкнёт.

– Приключениями? – рассмеялась я. – А мне казалось, это называется, неприятности.

– Ну, тут как посмотреть, – ответила Мирна. – Со стороны всё это выглядит именно как приключения. Причём очень забавные. К примеру, та недавняя авария эрши…

Они с сестрой переглянулись и одновременно прыснули со смеху. Я же только насупилась, стараясь вспомнить, что там вообще могло быть весёлого. Хотя, может, и было, я же не видела, что смонтировали из снятого галути материала мои закадычные девочки-подружки. У них был свой канал в Сети, где они частенько выкладывали этакие репортажи о моих глупостях. Я же иногда сама отправляла им файлы с видео. А с места аварии оно точно должно было получиться зрелищным.

Заметив моё недоумение, Сара пояснила:

– Ты так над бедным парнем издевалась! Это же просто огонь! Он трясся от страха, а ты просто убивала его своим непоколебимым спокойствием. Кстати, в комментариях даже настоящий спор развязался: что за траву ты на самом деле куришь?

Я закатила глаза и демонстративно вздохнула.

– Это успокаивающая курительная смесь, между прочим, назначенная одним крайне известный психотерапевтом. Мне её уже несколько лет с Анкатара поставляют. Стоит дорого, но папа пока не жаловался. Говорит, я после неё даже адекватной становлюсь.

– А что, обычно ты какая-то не такая? – с любопытством спросила Мирна.

– Да нет. Просто меня очень легко из себя вывести. А когда я зла – меня иногда заносит. Могу сделать что-то, а уже потом подумать.

Девочки смотрели на меня с интересном, потому я даже снизошла до пояснений:

– По утверждению психологов, я просто излишне эмоциональна.

– Что-то не похоже, – заметила Сара.

И мне было что ответить, но стало лень вдаваться в подробности. Я и без того для этих девочек – уникум. Можно сказать, звезда Сети.

– Так вы же меня совсем не знаете. Может, я вообще сущее проклятие? – проговорила с улыбкой, но они мне, кажется, не поверили. – Серьёзно. У меня поганый характер. А любимая мачеха и вовсе называет меня позором рода.

– Аделия, ты уж извини, но если ты и проклятие, то очень весёлое, – заметила Мирна.

Да уж. И не переубедишь их. Интересно, как скоро они перестанут смотреть на меня с таким восторгом? Можно подумать, что я специально все свои неприятности устраивала, чтобы повеселить таких, как они. Стало даже как-то немного обидно.

– Аделия, – обратилась ко мне Саралла. – Я написала ребятам с факультета, что мы с тобой встретились, и они предлагают вечером собраться в большой гостиной боевиков. Посидим, пообщаемся, познакомишься со всеми. Всё равно завтра выходной.

– Вы хотите устроить вечеринку? – спросила удивлённо.

Нет, подобные мероприятия я очень любила. Боле того, во время получения базового образования в пансионе на Дитерии меня вообще считали королевой вечеринок. Да и не помешало бы расслабиться. Просто я как-то не ожидала, что и в этой строгой студенческой жизни есть место веселью.

– Ну… не назвала бы это вечеринкой, – чуть смущённо проговорила зеленоволосая Мирна. – Так, скромные посиделки в компании своих.

Я красноречиво ухмыльнулась. Вот чего у меня никогда не получалось, так это скромных посиделок. Моя подруга Дора как-то даже сказала, что я способна превратить в фарс любое, даже самое серьёзное мероприятие. Интересно, а сегодняшний вечер станет исключением?

– Во сколько, говорите, собираемся? – спросила, даже не скрывая предвкушающую улыбку.

– В семь, – ответила Сара. – Мы зайдём за тобой.

– Договорились.

***

Беседа с психологом прошла, как обычно. Меня спрашивали, я отвечала максимально коротко и спокойно. Мой собеседник всеми силами пытался почувствовать мои эмоции, построить со мной доверительную беседу, но получалось у него плохо. Что-что, а представителей его профессии я умела игнорировать просто мастерски. Меня они мучили начиная с восьми лет. С тех самых пор, как я оказалась в приюте.

Правда, тогда это были самые обычные люди, без какого-либо дара, и с ними у меня ещё получалось нормально общаться. Но вот позже, когда в моей жизни появился отец, со мной стали работать только психологи-эмпаты, и вот этих ребят я по-настоящему невзлюбила. Хотя, нелюбовь у нас с ними была взаимной: я раздражалась из-за того, что они считывали мои эмоции, пытались оказывать влияние, а они – из-за собственных неудач.

К счастью, я всегда слишком хорошо ощущала чужое вмешательство в моё сознание. А ещё, когда мне было одиннадцать, один крайне симпатичный мальчик научил меня и вовсе закрываться от эмпатов, чтобы не позволять им себя «читать».

Папа тогда часто брал неожиданно обретённую дочь с собой в поездки по планетам Союза, и мне приходилось общаться с детьми таких же политиков, как мой родитель. Я плохо помню того мальчика, да и провели мы вместе всего пару часов. Он был сыном какой-то важной шишки, и со мной возился исключительно от скуки. А когда узнал, что я имею иммунитет от эмпатических воздействий, и вовсе решил научить меня ставить заслоны на собственные эмоции.

Мы были почти незнакомы, но я всё равно умудрилась влюбиться в него по уши. Да у меня и не оставалось ни одного шанса этого избежать. С первого момента нашей встречи я смотрела на этого семнадцатилетнего красивого блондина, как на божество. А он только ухмылялся и прямо говорил, что мне сначала нужно подрасти.

А потом… всего через два месяца после того вечера… он погиб, и моя первая чистая любовь погибла вместе с ним. Тогда я окончательно закрылась и от психологов, и от эмпатов. И была уверена, что мою защиту от их вмешательства пробить просто невозможно. Но один гад буквально вчера доказал мне обратное.

Два часа медитаций прошли замечательно – я отлично выспалась на мягком настиле. Преподаватель дважды меня будил, но в итоге просто смирился. Увы, ничего не могла с собой поделать: едва погружалась в медитативный транс – сразу проваливалась в сон. Эта проблема была со мной с юности, и… собственно, лично я её совсем не считала проблемой. Может быть и существовал способ научиться нормально медитировать, но мне не особенно хотелось заниматься его поисками.

А вот на физподготовке я взбодрилась. Вместе с другими девушками с удовольствием пробежала несколько кругов по тренировочной площадке, а после поучаствовала в общей разминке. Но когда нам скомандовали разбиться на группы по двое и приступить к спаррингам, я даже на мгновение растерялась. Вот уж чего никогда не умела – так это даться.

Но лишь после того, как меня шестой раз уронили на землю, тренер всё-таки сжалилась.

– Тебе, Тен Алор, нужно начинать с самых азов, – проговорила аэста1 Сименс, глядя на меня с откровенным снисхождением. – Ты вроде в хорошей форме, но совершенно не умеешь ни нападать, ни защищаться. Даже падаешь, как поваленное дерево.

Она взлохматила свои короткие тёмные волосы и, поджав губы, добавила:

– А научиться придётся. Но у нас тут много талантливых умельцев. Я найду для тебя наставника.

То есть из этого выходило, что сама она заниматься со мной не будет, а просто перепоручит кому-то из студентов. Ну и хорошо. Думаю, так будет даже интереснее.

Вот так и прошёл мой первый учебный день, а впереди ждал интересный вечер. Не знаю, как остальные, а я собиралась сегодня основательно расслабиться и повеселиться.

***

Рис сидел за длинной барной стойкой ночного клуба «Эльвейс», держал в руках высокий стакан с коктейлем и лениво рассматривал танцующих людей. Его чуть расфокусированный, словно пьяный взгляд блуждал по этой разномастной толпе, перескакивая с одной девушки на другую. И со стороны всё это выглядело так, будто он просто выбирает себе подругу на вечер, что в подобном месте было в порядке вещей.

На самом же деле Дарис просто разглядывал ауры. Он имел уникальный дар – не только чувствовать, но и видеть внутреннюю энергию людей, умел отличать её оттенки, определять предрасположенность. И здесь он сегодня не отдыхал, а выполнял очередное задание ректора. Лорду Трелли зачем-то очень понадобился сильный поисковик. Да ещё и не простой, а с огромным потенциалом. У Риса было пару предположений на этот счёт, но он предпочитал оставить их при себе.

От него-то и требовалось – просто найти и уговорить явиться на аудиенцию в Белый университет. Да только этим поиском парень занимался уже третью неделю. Искал в парках, на концертах, в ресторанах, просто на улицах городов. Даже в бедные кварталы и школы заглядывал, но пока безуспешно. Те, кого он находил, почему-то оказывались для Трелли неподходящими. То слишком взрослыми, то наоборот – молодыми. То характер не подошёл, то пол. Но теперь Рис хотя бы понимал, что искать нужно девушку возрастом от двадцати до двадцати трёх лет. Желательно, любознательную, лёгкую на подъём и, лучше всего, сильно нуждающуюся в деньгах.

Потому и пришёл сегодня именно сюда – в место скопления не самой обеспеченной молодёжи. И в этот вечер ему, кажется, наконец, улыбнулась удача.

Привлекшая его внимание девушка танцевала одна, чуть в стороне от основной толпы. Худенькая, изящная, темноволосая, с милым личиком – она даже понравилась Дарису. Да и уровень дара, по его оценке, у юной красотки был впечатляющим. И что самое приятное, она давно заметила внимание симпатичного светловолосого парня и теперь кидала в его сторону откровенно заинтересованные взгляды.

Расплатившись за коктейль, Дарис лениво соскользнул со стула и направился к ней. Нет, танцевать парень не собирался – не в том был настроении, да и алкоголь покупал только для вида, и до сих пор оставался совершенно трезв. Сейчас у него были совсем другие цели.

– Почему же такая красивая, и одна? – спросил он, склонившись к уху незнакомки. Увы, говорить иначе мешала громкая музыка.

– Потому что жду своего красавчика, – ответила брюнетка, глядя на него с откровенной улыбкой.

– Парня? Мужа? – спокойно уточнил Рис, не отводя взгляда от её завораживающих тёмных глаз.

– Нет, – проговорила девушка, чуть прикусив губу. И, провокационно коснувшись его руки, добавила: – Тебя.

И тут не нужно было быть эмпатом, чтобы понять такой откровенный намёк. А когда юная соблазнительница сама потащила Дариса наверх в так называемые комнаты отдыха, и, закрыв дверь на замок, толкнула парня на диван, всё стало ясно без слов.

Вот только девочка сегодня явно выпила немало. Причём пила какую-то психотропную гадость. Действовала неумело, даже как-то топорно. Торопливо сняла с себя блузку, попыталась раздеть Риса, но он уже понял, что опыта у неё в подобных вопросах почти нет.

– Как тебя хоть зовут? – спросил Дарис, когда она дрожащими руками расстёгивала пуговицы на его рубашке.

– Софира, – проговорила девушка.

– А я – Рис, – сказал парень, ловя её пальчики. И посмотрев в глаза, спросил: – Зачем ты это делаешь? У тебя вообще мужчины были?

– Были, – нехотя бросила она и отвела взгляд.

– Так зачем? – снова спросил Дарис. – Просто ты ведь меня не особенно и хочешь.

– Хочу! – заявила Софира, прижавшись к нему всем телом.

Он так и не отпустил её руки, потому продолжить его раздевать она никак не могла.

– Скажи, для чего тебе это? Я уже понял, что ты настроена решительно, но всё же поясни. Тогда мы сразу продолжим, – и, коснувшись губами её шеи, тихо добавил: – Обещаю, Софи, тебе понравится.

– Так давай уже приступим, – бросила она, будто на самом деле спешила уже со всем закончить.

– Сначала скажи.

Девушка тяжело вздохнула, попыталась вырвать свою руку, но Рис не отпустил.

– Я просто хочу переспать с мужчиной, – проговорила она, глядя в сторону. Но так как Рис продолжал её держать, явно не удовлетворившись таким ответом, раздражённо пояснила. – У меня есть жених, который ни во что меня не ставит. Спит с другими девушками, утверждая, что ему можно. Я не могу так больше! Хочу поставить в отношениях точку, но слишком к нему привязана. А если пересплю с другим, то сама уже не смогу вернуться к Тоду. Он – моя болезнь. А я хочу другой жизни!

– Ясно, – с серьёзным видом кивнул Рис.

А в следующее мгновение просто повалил её на диванчик, навис сверху и снова припал губами к тонкой девичьей шейке.

– Расслабься, Софи. Выброси из головы всё лишнее. Я помогу тебе, а ты… поможешь мне, – прошептал он ей на ухо. – Завтра в полдень будь в приёмной ректора Белого университета. Тебя будут ждать.

– Зачем? – тихо спросила Софира, наслаждаясь его лаской. И почувствовав, как его пальцы скользнули под ткань её белья, девушка вдруг напряглась, сжалась, словно испугалась чего-то. – Рис, ответь!

– Узнаешь, – прошептал парень. – Завтра. А сейчас давай просто вместе забудемся. Мне это нужно не меньше, чем тебе.

Она сдалась, и очень скоро им обоим стало совсем не до разговоров.

***

Скромные посиделки начались именно так, как и говорили девочки – тихо, мирно, скучно. Я бы даже сказала – тухло. В большой гостиной общежития факультета боевого телекинеза собралось много народу, но наша компания заняла лишь один угол, где располагался диван, столик и пара кресел. Меня познакомили с несколькими парнями и девушками, чьих имён я предсказуемо не запомнила. Они приветливо рассказывали мне об университете, преподавателях. Кто-то даже пытался травить байки. Но между нами всё равно то и дело повисало неприятное напряжение.

Нет, я всегда могла найти общий язык с кем угодно, но только при соблюдении двух условий: весёлая атмосфера и неприкосновенность моего личного пространства. Увы, в файле у ректора была написана чистая правда: от чужих прикосновений, особенно от мужских, неминуемо срабатывал мой гадкий дар. И несчастные парни, рискнувшие до меня дотронуться, получали такой энергетический удар, что не сразу могли прийти в себя.

Конечно, из этого правила имелись исключения. К примеру, на касания отца, врачей, пожилых людей я не реагировала никак, а касания девушек вызывали у меня просто сильный дискомфорт. Но вот с молодыми мужчинами дела обстояли хуже некуда. Причём работало это даже в том случае, когда инициатива по сближению исходила от меня. Нет, я могла без последствий прикоснуться к парню… но для этого тоже требовалось обязательное соблюдение двух условий: он должен мне до безумия нравиться, а сама я должна быть вусмерть пьяна. Так себе перспектива, не правда ли?

Когда общие темы оказались исчерпаны, а в нашей скучной светской беседе повисла очередная неловкая пауза, я решила, что нужно с этим что-то делать. Чего-чего, а скуку я не выносила совершенно, потому и предложила поиграть… хотя бы в «объясни слово».

Правда, скоро выяснилось, что в этой компании сегодня собрались одни умники, и слова они придумывали соответствующие. Да что говорить, я даже примерно не знала большинство из тех терминов, что они загадывали! Зато запомнила высокого темноволосого Тома – настоящего гуру теории боевого телекинеза. Поспорить с ним в уровне знаний мог только низенький пухлый Адам – его закадычный друг. Они учились вместе, жили в одной комнате, и всё время соперничали в том, кто же из них умнее.

После этой игры все немного расслабились, а значит пришло самое время начать другую.

– Может, в фанты? – предложила я, обводя компанию хитрым взглядом.

А когда мои новые знакомые согласились и сели по-старинке писать на маленьких клочках бумаги задания, я обернулась, осмотрела весь зал, где кроме нас находилось ещё несколько компаний, и громко сказала:

– Мы собираемся играть в фанты. Кто с нами? Давайте, присоединяйтесь. Будет весело!

И пусть не сразу, но народ начал подтягиваться. Каждый участник бросал в одну коробку листок с заданием, а во вторую какую-то свою вещь. Вытягивать и то, и другое для следующего участника предстояло предыдущему, и потому существовала высокая вероятность, что кому-то придётся выполнять собственное задание. Потому особенно гадких или жутких не писали. Хотя никаких ограничений в этой игре не было.

Теперь стало ощутимо веселее.

Я искренне посмеялась над тем, как хрупкая блондинка изображала падающий эрши, а крепкий, даже накаченный парень с лёгкой щетиной показывал нам миниатюру: девушка перед свиданием. Вот у кого на самом деле был настоящий актёрский талант! Я ухохатывалась до слёз!

А потом мне выпал крайне интересный фант: «Сделать сногсшибательный коктейль для всех». Нет, смешивать напитки я никогда не умела. Но что мешало мне попробовать?

– Мне нужна помощь, – сказала я, потирая ручки. – Несите алкоголь. Всякий, любой, какой найдёте. Я знаю, что купить его тут негде. Если закажу, то придётся ждать минимум полчаса, и могут не пропустить сюда курьера. Потому… давайте соберём, у кого что есть.

Поддержали меня не все. Но несколько парней всё же кивнули и отправились на поиски необходимых для коктейля ингредиентов. А я вдруг вспомнила о том пойле, которое презентовал мне капитан лайнера. Ведь та бутылка всё ещё лежала в моей комнате.

Пока верные помощники собирали алкоголь по общежитию, я выскочила на улицу и бегом направилась в свой корпус. Чтобы сбегать туда и обратно, у меня ушло не больше десяти минут, но вот к моменту моего возвращения вся компания почему-то заметно заскучала. Теперь даже игра в фанты перестала казаться им интересной, а просто веселиться у ребят как-то не очень получалось.

– Чувствую, мой сногсшибательный коктейль сейчас необходим всем, – проговорила я, водружая бутылку на соседний стол, где уже стояло несколько ёмкостей с принесённым алкоголем. – Сейчас как наколдую, и все будем пробовать.

– Я не пью, – строгим тоном проговорила чопорного вида блондинка, сидящая чуть в стороне от остальных. Да ещё и одарила меня таким надменным взглядом, что я невольно ухмыльнулась.

– Я тоже не буду пить, – поддержал её кто-то из парней.

– Дело ваше, – сказала я, пожав плечами. – Тухните трезвыми.

Окинув задумчивым взглядом собранные алкогольные «богатства», вздохнула и попросила принести какую-нибудь чашку побольше. А лучше кастрюлю.

– Сейчас, Аделия, – кивнул самый активный мой помощник – тот самый парень, чьими актёрскими талантами я недавно восхищалась. Только вот имя, увы, не запомнила.

Пока из всего этого скучного сборища он был самым раскованным и интересным. А ещё мне очень понравились его тёплые карие глаза с густыми длинными ресницами. Да и вообще, я почему-то чувствовала, что мы с ним обязательно подружимся.

В итоге он принёс мне большую вазу для фруктов, и даже прихватил откуда-то бутылку с соком аруту. А ведь это было именно то, что нужно!

– Спасибо! – воскликнула я, с довольным видом выливая в чашу не меньше половины этого напитка.

Аруту – вкуснейшие сладкие ягоды, которые в изобилии росли на многих планетах Союза. Есть их было проблематично из-за очень толстой корочки, а вот сок из них получался отменный: густой, сладкий, тягучий. Его часто использовали в коктейлях, чтобы скрыть вкус алкоголя. А мне сейчас именно это и требовалось.