- -
- 100%
- +
Пролог
* * *
103 года назад…
… Где-то в лесах дремучих, на полях колючих…
В небе сверкали молнии, разгоняя тьму, которая окутала всё небо и поле битвы. Вдали были слышны крики и звон ударов металла о металл. Дружина князя Олега сражалась с нечистью, которая отравляла землю русскую.
Никогда ещё не было таких врагов на Руси. Маленькое поселение, но принесло большие проблемы. Это было поселение колдунов рода Кощеева, и тот был во главе.
На поле брани, Олег с тремя своими приближёнными ведьмаками сражался с Чернобогом, а остальная рать Олегова сражалась с потомками Кощея.
Битва продолжалась три дня и три ночи. Силы колдунов во много раз превосходили силы ведьмаков. Ведьмак не мог напрямую пользоваться энергией, а лишь через свои снадобья и порошки, которые были заготовлены заранее.
В руках у каждого из ведьмаков были необычные мечи, отлитые из серебра священного и выкованные мастерами – ведьмаками.
Колдуны подавляли рать Олега силой своей чёрной. Обращались то в волка, то в птицу. Рвали когтями, кусали зубами. На поле боя стоял немыслимый шум: вой, крик птичьих глоток, лязг и ржание коней.
– И сколько вы, молодцы, будете пытаться меня победить? – произнёс Кощей, выходя из теневой защиты и обернулся в образ человека.
– Столько сколько будет нужно! – крикнул Олег, подав знак рукой своим товарищам, и пустился в атаку.
– Как знаете, – разочарованно произнёс Чернобог , улыбнувшись, поднял левую руку к небу и добавил. – давайте заканчивать, букашки.
В небе над ним ударила молния, но никак не останавливалась, обретала форму круга, а внутри того кольца молний, сгущалась тьма.
– Олег, я знаю, что это! – крикнул мужчина лет пятидесяти с длинными, кое-где с сединой, волосами и посохом в руке. – Он призывает духов, что от злобы остались в яви.
– Ты знаешь, что с этим делать? – задал вопрос Олег.
– Да, но мне нужно больше силы. – произнёс старик и вытянул в небо руку, начав читать свой заговор.
– Братья, всё к Градимиру! Передаём ему часть дара. – выкрикнул Олег и первым подошёл, кладя руку на плечо мужчине и, сосредоточившись, отдал частицу своего дара провидца.
Мужчины окружили старика и последовали примеру их князя. Воздух тут же наполнился морозцем, будто зима придёт с минуты на минуту.
– Морана – мать всего мёртвого, трижды славься на Руси земельке! Даруй мне сил свою часть маленькую! Возьми часть наших ведьмачьих и помоги ирода злого с землицы родной вывести…
Начал восхвалять старик Морану.
– Остановись, будь ты проклят, старик! – Кощей обеспокоенно кинулся в сторону Градимиру, направляя на того свой теневой кинжал. – Не думал я, что кто-то имеет связь с этой стервой!
Чернобог знал, что Моране лучше не показываться на глаза, поэтому он и спрятался как можно глубже в русские земли и сам не отсвечивал. Только его потомки в погоне за силой, накликали на их поселение беду.
Воздух разразился треском, будто тысячи молний ударили одновременно в одну точку и, внезапно для всех, появилась она. Красивая и высокая девушка под три метра ростом. С длинными чёрными волосами, свисающими до самой земли, будто сама река Смородина. На голове чёрный кокошник и платье, столь же чёрное, как и её волосы. На контрасте с белоснежной кожей создавался образ, который никак по-другому не назовёшь, как – богиня! Рука с серпом, которую она медленно, но уверенно поднимала руку в сторону Кощея, указывая оружием на него, внушала страх перед этой женщиной.
– Ты, подлец! Как ты мог. – прокричала девушка так, что осталось впечатление, будто голос её выбил каждую эмоцию из тела присутствующих, а холод от слов заморозил мысли.
– Мора, прости, я не хотел! – крикнул Кощей, отходя назад.
Поле битвы замерло, как только на нём появилась новая фигура. И не просто ещё один воин, а целое божество, которое за всю жизнь, многие люди не видели. Все знали, какой нрав у богини смерти и зимы. Её лучше не злить, поэтому все и ждали развязки от её решающего хода.
Богиня бросила взгляд на старца, что вызвал её из Нави.
Он знал, в каких Морана отношениях с Кощеем; мужчина принял это глупое, но смелое решение, ведь Градимир мог погибнуть, если бы отдал свой дар, но друзья ему помогли, а тот, что главный среди них быстро сообразил, что нужно сделать, чтобы спасти друга.
Морана сделала пас рукой и, вливая немного энергии, она подняла на ноги Градимира и отдала свой приказ. – Возьми этот порошок и посыпь им голову Кощея, а когда это сделать – поймёшь сам.
В момент, когда богиня поделилась своей энергией, дар ведьмака чуть поменялся, смешиваясь с божественной энергией, что ускользнуло от взора богини, но в будущем это сыграет главную роль в очистке мира от зла.
И тут же начался бой.
Моране было тяжело сражаться с тем, кого она считала своим мужем в давних временах, но он просто предал её. Так ещё и забрал её книги знаний – это было возмутительно. Ну ничего, сегодня она, наконец-то, нашла его, хоть и с помощью ведьмака. Пора было бы забрать свои знания, которые использовались во вред и отомстить за причинённые обиды. Но женское, хоть и божественное, сердце не смогло так просто бросить любимого, поэтому она промахнулась.
Можно было подумать, что богиня срубит своим серпом Кощею голову, но рука дрогнула, и она попала лишь в плечо.
Тело Кощея в это же мгновение сковало льдом и Градимир понял, что это тот самый момент, когда нужно действовать. Он кинулся к телу Кощея, чтобы посыпать его голову чёрным, словно сама тьма, порошком. Как только порошок попал на Чернобога, он окутался тенью и медленно растворился в воздухе будто его тут и не было.
– Эффект от этой смеси должен был заточить дух того, на кого он попал в глубинах нави, но из-за того, что его тело не погибло, ибо он смог немного отклониться в последний момент и дух остался связанный с Явью, он лишь погребён заживо под печатями… – слукавила богиня, не желая признаваться в своей ошибке, и добавила. – он погребён под корнями мирового древа. Я ставлю на тебя три печати, которые сдержат Кощея на долгое время. Брат первому ведьмаку! Найди способ убить Кощея и передай этот способ своим потомкам, если не сможешь сделать всё сам. – проговорила девушка и пропала так же быстро, как и появилась.
Градимира сковала ужасная боль по всему телу. Казалось, что в его тело, душу и разум впиваются тысячи игл. Печати вставали на свои места. Старику придётся выполнить божественное задание от Мораны.
– Вот же… – проговорил старик и отключился.
Только сама богиня и Кощей знали об этой печати, которая переходила по наследству с даром ученику ведьмака. Теперь ещё один человек обретёт знания о том самом порошке и печатях, но для этого Моране придётся пригласить в свой дом Градимира и рассказать ему об этом.
На этой ноте бой был закончен, ибо сила крови кощеевой потеряла силу в тот момент, когда его запечатали под корнями мирового древа. Это не означало, что колдуны потеряли всю силу, но те, что полагались только на силу рода Кощеева, должны были начать с самого начала постигать это ремесло. Из-за этого битва и закончилась через пару часов, после событий с участием богини.
* * *
Градимир пришёл в себя и почувствовал изменения, будто внутри чего-то не хватало. И встав с лежанки, сделанной для него братьями – ведьмаками, чтобы тот отдохнул, он двинулся на зов из нутра.
Оказавшись в дремучем лесу, он увидел парня, лежащего в крови, и тот тяжело дышал.
– Убе-ей… – прокряхтел парень.
Внутри Градимира, что-то щёлкнуло и тот, будто всю жизнь этим занимался, приложил большой палец правой руки ко лбу и почувствовал, как энергия колдуна, хоть и слабая, перетекает к нему, наполняя старика мощью.
Осознав, что получил после встречи с богиней, старик остановился на мгновение, прислушался к себе и бросился назад в лагерь.
– Нужно рассказать об этом Олегу! – выкрикнул Градимир.
Глава 1
Арка первая.
Где-то на юго-западе в Больших лугах…
Большие луга просыпались, с неохотой выходя из сонного царства, будто маленький ребёнок вставал на ноги после длительной болезни. Ему нужно пройти через борьбу с самим собой, заставить себя идти и помогать родителям по хозяйству.
Деревенька была на грани. Если зиму люди проживут, то следующие лето, должно принести достаточно продовольствия, ибо в любом другом случае, придётся переселяться к другому поселению, что приведёт к потере родовых связей, которые сильны меж братьями и сёстрами в Больших лугах. Всех сразу, никакое другое поселение к себе не возьмёт.
В нынешнее время мало кому хотелось пробуждаться ото сна и делать свою поступь к проблемам, которые навалились на их деревню, как воды, вышедшие из реки, после обильных дождей. Именно их – дождей и не хватало прошедшим летом. Наступила засуха, и это было намного хуже, чем вышедшая из рек вода.
Видно, боги разгневались на своих внуков за глупость. Но никто не смел поставить под сомнения – выбор богов о том, как наказать своих потомков. Даже самый маленький ребёнок знал, что если боги решили, то так тому и быть.
Да и с родителями так же. Никто из детей не ругал предков. Никогда, даже если тот явно обращался с ним жёстко. Если так есть, то так и будет, значит так надо. В их деревне не было принято, до сего момента, умерщвлять старых и беспомощных или новорождённый, которые были не к месту, ибо семьи и так большие. Такие практики проводились в других деревнях-то, но их старейшина запретил под страхом изгнания. Это было ещё одной причиной, почему люди в деревне не хотели уходить в более уютные края с плодоносной землёй.
Зима будет тяжёлая, хоть и тёплая, ведь сухих дров заготовили множество, как и стогов сена; животина не проголодается. Да и к тому же война, случившиеся между княжествами, прошедшая десять лун назад, забрала много запасённых ресурсов. Тем самым, сделав будущую зиму куда страшнее из-за голода. Многие могут не пережить или придётся резать скот, чтобы накормить общину. Это действие имело свои последствия в следующих сезонах.
Никто не ведал, что не поделили Северяне и Древляне; почему произошла война. Ходят слухи, что северяне хотели расширить свои владения до богатых лесов древлян, но досталось всем вокруг и Большим лугам тоже. В первые луны, особо жёстких набегов не было, война была локальной, но чем дальше заходили наступления, тем страшнее становились последствия от военных действий. Вначале война шла где-то там далеко. Никто и подумать не мог, что набеги дойдут до их дома. Со временем начали приходить лиходеи от дружин северян. Они начали разворовывать склады с запасами еды, хотели забрать девушек, но мужики, собравшись с духом, дали отпор и те оставили их в покое. К тому же, пришло несчастье, с другой стороны. Сами князья за то, чтобы не сжечь деревню, просили запасы зерна, муки, лошадей.
Большинство из деревенских забывались во сне и не хотели просыпаться, чтобы подольше отдыхать, но, чтобы хоть как-то выжить – приходилось жить в привычном режиме дня. От рассвета до заката. Многие стали охотиться и принимать больше мяса, что привело к болезням желудка, ведь раньше всем поселением готовили кашу или из пшена, или из овса. Недавно нашли ещё один способ приготовления каши. Брали молодую берёзку, срезали слой коры, беря следующий слой в обработку – получалась берёзовая каша. Этим фактом, многие жители были обеспокоены, ведь из давних веков, деревья были святыней. Никто не имел права так зверски использовать природу. Даже, сам хозяин леса – леший, отзывался об этом сухо, но понимал, что без этого ему перестанут приносить подношения и почитать. Пришлось войти в положение, так сказать.
Итак, только общность духа и единение в деревне поднимало настроение большинству жителей. Многим было легче проходить это испытание вместе, ведь в деревне каждый брат каждому. В Больших лугах, сколько себя знают их жители. Никогда не было ссор или серьёзных конфликтов. Все жили в мире и покое, и в единение с природой. Природу почитали, как святыню святынь.
* * *
… Утро в деревне
Утро входило в силу, наполняясь шумными возгласами петухов, почувствовавших тепло солнца, как лягушка после зимовки, которая нагрелась и начала прыгать в поисках еды.
Пение различных птиц пробуждало ту энергию в теле, что на ночь закрывалась на засов снов, где-то внутри души, а разум колебался от состояния сна к бодрствованию. Соловей, севший на забор подле озерца, начал петь свою мелодию. Каждый слышавший её, открывал глаза, словно от поцелуя любимого человека. Каждый слышавший её, пробуждался с теплым чувством внутри, с чувством надежды. – Ничего ещё не потеряно! – думалось каждому, уловившему эту песнь с утра.
Солнце выглядывало из-за горизонта, будто стараясь найти своих почитателей, которые только и ждут начала дня, чтобы вновь приступить к работе. И до самого полудня наблюдало оно, вместе с луговиком и его свитой, за рабочими. Те, кто не успел бы спрятаться на отдых, на перерыв, на обед, получат свою порцию солнечного тепла на голову, ибо нечего перерабатывать. Да, многие считали, что это было придумано, лишь бы не работать, но это правило уже вошло в привычку и абсолютно каждый деревенский соблюдал этот закон.
Так же солнце наблюдало за дорогой и путниками. Считалось, что Дождьбог, бог солнца, с первыми его лучами следит за каждым и наказывает лиходеев, поэтому грабежи и происходили ночью, ибо гнев бога в свою сторону никому не хотелось вызывать. Не дай род, на них свалится неудача и придет рать по их души.
Запах, после небольшого ночного морозца, который пробирал до мурашек человека, осмелившегося выйти, в чем мать родила для удовлетворения своих нужд, смешивался с запахом овсяной каши и свежеиспечённого хлеба, прямо из печи. Это ещё засветло, проснулись деревенские женщины и готовили завтрак для своих мужчин и детей.
Послышался удар молота о наковальню. Местный кузнец Огнеслав начал работу раньше всех и подавал, тем самым, пример детям и другим мужчинам, что до сих пор спали, с неохотой пробуждаясь, чтобы начать свой день. Но знали его, так же как старосту их дружного поселения.
Это был огромных размеров мужчина, больше двух метров в росте. Взгляд суровый, но мудрый, будто он прожил несколько столетий. Красивый острый нос, который подчёркивает мужественность и твердость характера. А руки – сильные и огромные, указывали на то, что мужчина не чурался физического труда.
Мозолистые пальцы давали понять о его умении постоять за себя в случае чего, ведь меч в руку ляжет, как родной. Длинные волосы, собранные в пучок сзади, светлые и густые. Такие же, как и борода, отпущенная до груди.
Держались волосы на повязанном чуть выше лба – очелье, что бы волосы не мешались во время работы. Это было исконно славянское украшение для волос, которое сплели из бересты. Этого мужчину можно было назвать настоящим богатырём.
В его руках красовался огромный молот, которым можно было напугать десяток лихих людей. Одет этот громила был в белую длинную рубаху, поверх которой накинут кожаный фартук. На поясе поверх фартука находился кожаный ремень с металлической бляхой, которая нередко была учителем в порядке и морали для молодого сына кузнеца – Красимира.
На руках, в районе предплечья находились кожаные наручи, защищавшие руки от брызг раскалённого металла. На ногах были надеты штаны из плотной ткани, которая практически не сгорала при попадании частичек, красного от жара печи, металла.
Занимался Огнеслав изготовлением подков во время пропашки земли, оружия для мужиков, чтобы те могли охотиться на всякую животину в лесах и защищать деревню от набегов лихих людей или животных, будь то медведь или стая волков. Плоских прутьев, которыми в будущем обтягивал деревянные дощечки и получались ведра. Также, он старался изобретать то, что помогло бы его жителям жить комфортнее. Поэтому в его деревне уже давно были подсвечники с восковыми свечами. Так он назвал то, что получилось, когда верёвку, выделанную из нитей, опускаешь в воск, который остается после сборки мёда и поджигаешь. Горит этот факел очень долго. К тому же, он поставил его в блюдце из металла, которое придумал и сделал сам. Теперь можно было ставить такие факела на стол.
– О-ох, работа ладится, жизнь моя красавица. – тихонько напевал Огнеслав свою любимую песенку. Не хватало игры его друга Градимира для завершённости картины.
– Да, Огнеслав мальчик мой, когда вы вместе… У вас получается хорошая музыка. Мои уши искушённого гурмана, слушают с удовольствием – тонким голоском, пропищал маленький растрёпанный человечек из-под печи, называемый домовым.
– А ну тихо, Тумка. А то получишь по башке! – усмехнулся Огнеслав, услышав голос своего домовёнка. И вновь, погрузился в свои мысли. – Эх, брат, скоро придёт время. Надеюсь ты сделаешь правильный выбор… – Пробубнил мужчина, продолжая набивать своим молотом мелодичный ритм своей работы, думая о друге.
* * *
Где-то на окраине Больших лугов, приступал к работе, тот самый, мельник – Таислав, один из кормильцев деревни. Чтобы заготовить на зиму, как можно больше муки, сохранённой в погребах от грабителей. Мужчина или, скорее уже, старик молол большую часть суток, оставляя время только на сон, забывая даже про еду. По-другому, их небольшие запасы зерна, быстро бы пошли по крошечным лапкам и мордашкам мышей, крыс, хомяков или, даже по загребущим рукам местных воришек, коих сложно было поймать, ведь сон у мужиков – богатырский и разбудить их может только солнце.
Мужчина был не то, чтобы крупным или шибко сильным. Нет, он был худым, высоким, но очень жилистым. Такая изнуряющая работа не давала возможности обрасти жирком или накачать мышцы, ведь его монотонная работа не давала шанса отложить какую-либо энергию на потом, а большие мышцы будут мешать работе и тратить еще больше энергии.
На его лице красовалось вечно уставшее выражение лица, вкупе с глубоко посаженными глазами и длинными русыми волосами – картина пугала маленьких детей, да и что говорить, даже некоторые взрослые обходили его стороной. Ведь мужчина был скрытен и не разговорчив.
Длинная борода с короткими усами, сливались в как бы ручей, по которому, казалось, можно было спуститься вниз медленно и мягко. Его образ завораживал, а сила в таком маленьком теле, относительно других мужчин – откровенно говоря, пугала. Но, как только он произносил слова, всё напряжение пропадало. Его голос был мягким и глубоким. Он действовал так, будто кто-то морок напускает и погружает человека в сон, в постель с тысячей мягчайших перин, которые бывают лишь у князей.
– Огрх.... Как же так, приходится молоть вручную… Ни ветра, ни дождей, как выживать в таком месте. Перееду. Будь род свидетелем – перееду! – выругался Градимир, продолжая изнурительную работу на мельнице.
– Да так и хорошо всё будет. Чего ты, брат, гневаешься. Подожди, немного, и к тебе придут за ответами, так и дашь им эту книгу. – ехидно улыбнулась тень…
– Да… – в ответ неизвестному, произнёс лишь одно слово мельник.
* * *
На пригорке, подле старенького дома, находящегося около небольшого огорода, сидел Градимир и с кем-то разговаривал. Его собеседника не было видно, но никто и не удивлялся. Он был их деревенский ведьмак и второй по старшинству после старосты. Старик защищал деревню от нечисти и проводил некоторые обряды, которые в последнее время перестали ему даваться. Стар был дед и пора бы было передавать силу и уходить на покой.
Глубокие от старости морщины на лице, похожие больше на рытвины после возделывания поля, вместе с длинными седыми волосами, будто весь цвет был потерян ещё давным-давно. И голубые глаза, пронзающие до глубины души. Создавали образ мудреца, который знает ответ на любой вопрос.
Одет Градимир был в белую рубаху, опущенную ниже колен, подвязанную красным узорчатым поясом, на котором висели трещотка и два рожка. А на шее Велеса печать. В руке старик держал посох, на верхушка которого, виднелся вырезанный медвежий оскал.
– Что ты мне скажешь, Мотька? Как будем бороться с напастью злющей, нужно увести ото сюда злого рока. – молвил Градимир своему помощнику, Мотьке.
Маленькое существо похожее на ёжика, но без иголок. Вместо этой колючей брони, Мотька был одет в, будто стог сена – жёлтый и лохматый, как подранный волколак после нападений кучки подпольных паразитов. На двух лапках и с красивыми чёрными глазками.
– А что я? Я ничего! Я не знаю и знать не могу! – Писклявым голосом ответил хозяину служитель ведьмаков.
Мотька был из рода нечисти, которую подчинили ведьмаки древности, чтобы те помогали своим владельцам и передавали опыт прошлых поколений.
– Ах ты, мышиный сын, вздумал информацию скрывать? – разозлился Градимир так, что по воздуху пробежал разряд молний, а глаза налились чернотой из самой глубины души.
– Ничего подобного, хозяин… Я, правда, не знаю! Никогда на моей памяти, не было такого. Тут будто поработал колдун из рода Змеевича.
– Хм… Это уже не по силам моим, Моть… – задумчиво почесал бороду старец. – Думаю скоро наступит момент, когда я передам тебя следующему хозяину.
– Хозяин! – всплакнув крикнул Мотька…
* * *
…около озера. Три ткачихи…
– Ну что, девки! Какие наряды будем готовить к Авсени? – радостно задавала вопрос Леда своим подружкам.
– А что тут думу вести… – устало вздохнула Блажена и продолжила – те же самые, что и в прошлом году.
– Ну ты чего, Жен. Что-то случилось?
– Да, Блажен, ты какая-то бледная. – настороженно посмотрела на девушку Дара.
– Поранилась немного, кровушки потеряла немного. – смущённо ответила девушка своим подругам.
– Вперёд к Агнеше! И никаких мне тут. – тоном, не терпящим возражений, дала указания Леда.
– Хорошо… Ну тогда обсудите без меня, а потом расскажете.
– Давай-давай, хватало ещё заразу какую подцепить. – Хором произнесли подруги Блажены.
Блажена не просто поранилась, нет, это была лишь отговорка. Она уже долгое время болела, но не хотела подводить своих, поэтому скрывала. А сейчас, она забыла нанести румянец ягодой, как раньше.
– Пусть будет так… – себе под нос, пробубнила девушка.
* * *
То же время. Дара и Леда…
Две девушки сидели на берегу из небольшого, но чистого озера, в который тёк небольшой ручеёк. Девушки поняли, что Блажена им не договорила, но ничего с этим поделать не могли, ведь она старшая из женщин в их деревеньке. Хоть Леда и вела себя так, но это её характер, именно такой, который должен быть и главной в женской части общества.
– Дара, как там твой сынишка? – немного отстранённо, поинтересовалась Леда.
– Все ладно у него. Дружит с Красимиром и Велимирой, вместе со своим младшим братом, но тот, больно, нелюдим.
– Это хорошо! Велима говорит, что с ними еще добрый мальчишка – Богумир водится.
– Да мне, мой сынок говорил. Добрый и хороший мальчик, прям, как его отец. – вздохнула Дара и улыбнулась. – а дочь твоя, что?
– А ты знаешь на что надавить! – в шутку надув губки, произнесла Леда. – уже замуж пора бы, но всё тянет, никто ей не нравится. – Нахмурившись, ответила девушке.
– А вот, Страшеславу нравится Велимира. Может быть сведём их? – девушка задала вопрос подруге.
– Как вариант. – Улыбнулась Леда и девушки направились по домам.
* * *
Дома у Агнеши…
– Вот же дурёха! Зачем тянула? Теперь придётся постараться, чтобы спасти тебя. – разразилась причитаниями Агнеша.
Девушка была в деревне лекаркой, которая трудилась круглый год на благо деревенских. Весной, летом и осенью девушка собирала травы, сушила и варила снадобья для излечения от разных хворей.
Агнеша выглядела, как молоденькая девушка с бледно-голубыми глазами. Утончённые бровки, маленький носик и пухлые губки могли свести с ума любого мужчину, но все деревенские, сколько себя знали, помнили её такой же молодой и красивой. Было неизвестно сколько ей лет. Даже, её одежда никогда не менялась.
На голове у неё сияло, какое-то металлом, очелье. Очень красивое, по мнению девушек в деревне, и подчёркивающее её золотистые, будто само солнце, волосы. Худенькое и утончённое тело, покрытое мягким сарафаном и накидка сверху, в которой лекарка хранила некоторые травы и повязки, пропитанные целебными растворами, дополняли образ и делали её загадочной и таинственной девушкой.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.