В паутине любви. Книга 2. Порочная любовь

Ира Манеева сидела у себя дома и вязала свитер. Ее быстрые пальцы мелькали очень быстро, чего нельзя было сказать о ее мыслях, они тянулись медленно и вяло как летний тягучий знойный воздух. В ее воображении возникали картины прошедшего лета, когда она со своим мужем ездила на юг. Это жаркое слово заставляет трепетать женские и мужские сердца, воспоминания об отпуске или его предвкушение всегда вызывает бурю эмоций. Главной особенностью летнего отдыха является его недосягаемость, мало кому из мирян удается отдохнуть летом, этой милости удостаиваются немногие: любовницы начальников, студенты и очередники, которые ждали этого вожделенного события не один год. Ира была из разряда дам, которым удавалось отдыхать только летом, будучи ослепительной красавицей, она считала, что такая мелочь как поездка к морю в теплые месяцы это что-то самой собой разумеющееся, не достойное внимания. Размышления тренера по гимнастке были прерваны хохотом Даши, ее дочурки студентки литерного института.

– Мама, через неделю мне нужно уезжать на учебу, можно я надену твои джинсы? – сказала дочка, глядя жалобными глазами на маму.

– Не понимаю при чем тут твоя учеба и эти грубые штаны, которые украшают только мужчин? – недоуменно спросила Ира. – Такая одежда годится только для садовника, да и, то только когда он поливает розы.

– Я хотела тебя разжалобить, мне надоели бальные платья, я хочу, как прислуга упиваться простотой лесной жизни, – Даша смотрела на маму просящим взглядом.

– Хорошо, надень их, но не появляйся в них в приличном обществе, имидж, прежде всего. Береги честь смолоду, помни об этом, – нравоучительно сказала Ира, а сама подумала, как она далека от идеала. В голове сразу всплыли воспоминания о летнем любовном романе, который не задел ее сердце, но всколыхнул в ней воспоминания о Вие, когда они вместе занималась любовью. Рыбак с юга был грубоватым, но очень обаятельным человеком. В летние месяцы он не работал и занимался тем, что развлекал приезжих прогулками на своем скоростном катере. Речи его были просты, как и любовь, он все время рассказывал одни и те же истории из своей жизни, умудряясь ничего не напутать, что не часто случается с такими ловеласами. Иру привлекло в нем спортивное тело, которое редко встречается у мужчин высшего света, страдающих ожирением и подагрой. Она отдавалась ему почти каждый день втайне от мужа, который все время проводил в пляжном баре.

– Мама, я тоже хочу носить джинсы, – сказала Настя. – Почему сестре можно, а мне нет?

– Они тебе пока велики, подрасти немного, – Даша упивалась своим счастьем, джинсы были ее мечтой. Она показала язык Насте, чем вызвала ее ярость.

– Девочки успокойтесь, а где Юра? – спросила Ира.

– Вот он идет, – сказала Даша, глядя на своего уже подросшего брата. Молодой человек в сентябре собирался пойти в школу, он все время делал важный вид, подражая взрослым.

– Юра, собирайся, мы сейчас пойдем в магазин, надо купить тебе школьную форму и канцелярские принадлежности, – сказала Ира, вставая с дивана. Через полчаса они уже были в детском мире, где стояли около стойки со школьной формой. Пока продавщица ходила за нужным размером, Ира начала разглядывать себя в зеркало. Лицо ее не постарело, она выглядела на двадцать пять, хотя ей было уже за тридцать. Оставшись довольной своей внешностью, она вдруг увидела в зеркале Вия, спускавшегося с верхнего этажа, где были расположены канцелярские товары. Он тоже заметил ее и подошел к ней.

– Сударыня, рад видеть вас нежданно в месте этом. Какой судьбой вас занесло сюда? Ужель влекомы вы судьбой беспечной, где канцелярия ведет счета, а сердце мучается в клетке тесной.

– Я рада видеть сударь вас опять, вы все гуляете в отрогах гор уральских, вот счастье снова вижу я любовь, чего еще желать на свете вечном.

– Сияние солнца, как любовь ярчей всех ароматов жизни многотрудной, вы светитесь надеждой и любя, становитесь сильней и многозвучней.

– Вы прежний, как и раньше, вас любить, не забывая лишь обязанностей скромных, семьи порочной без любви живя, я вижу только то, что вы беспечны. Так выставлять себя всем напоказ, как я когда-то в танце выставляла, то молодость была моя, я не жалею в прошлом все осталось.

– Но выставлять свою любовь не стыдно, коль чист хрусталь ее огня, таить любовь, вот преступление, жить без любви, жить без огня. – Ира, я так рад тебя видеть! – обрадовался Вий. – Сколько лет, сколько зим!

– Ты все такой же, нисколько не изменился, – Ира смотрела на молодого человека влюбленными глазами, – говорят у тебя новая пассия, это правда?

– Ты имеешь в виду Капеллу? Она мой секретарь, мы с ней знакомы еще со времен жизни в будущем. Неужели ты ревнуешь?

– Ревность не порок, коли любовь настоящая, – сказала Ира. Она не могла наглядеться на Вия. С возрастом он стал еще интереснее, его притягательный магнетизм и обаяние стали еще сильнее, он манил к себе женщин, как свет от лампочки привлекает к себе мотыльков.

– А как ты поживаешь? Вижу, Юра стал уже совсем большим.

– Да, растем, он идет в школу в сентябре, – ответила равнодушно Ира.

– Все дружишь с Николаем Ивановичем? – поинтересовался Вий.

– Какой ты едкий, да наша дружба с годами стала крепче.

– А любовь?

– А любви никогда не было, мы только дружим.

– Понимаю, нужный человек.

– Приходится быть любвеобильной, на мою зарплату трудно жить, – сказала Ира. Продавщица принесла школьную форму и положила ее на стол возле раздевалки.

– Я пойду, – сказал Вий.

– Подожди, я слышала, что ты разводишься?

– Нет, мы помирились, я вернулся к Натали, – сказал Вий.

– Значит, ты тоже не свободен, – заключила Ира. Владимир Александрович посмотрел на свою бывшую подружку и вдруг сказал: «Если хочешь, мы можем встретиться у меня в коттедже, там сейчас никто не живет, я использую его для литературных трудов».

– Когда, – шепотом спросила Ира.

– Давай завтра вечером часов в семь, – предложил Вий.

– Я приду, – еле слышно прошептала Ира, она чуть не потерла сознание от счастья. С этого дня молодые люди начали регулярно встречаться. Их свидания проходили по четвергам, так захотела Ира. Она всегда приходила к Вию в отличном настроении, улыбка никогда не сходила с ее лица. Вий ждал ее с нетерпением и, когда она появлялась на пороге, он радовался как маленький ребенок. Нежность мужчины приятна, хорошие слова еще приятнее, а подарки в виде денежных знаков – это предел мечтаний любой дамы. Букет цветов в сто рублевых ассигнациях наилучший подарок на любой праздник, особенно на день рождения, когда, собственно говоря, не радоваться, а грустить надо, ведь старше стала на год девушка хмельная, погрязшая в грехе разврата невзначай, лишь пригубив, а не испив из рая, она отдалась грезам во грехах. Прильнув к любви, не получив те средства, она забыла грешную любовь, а он, поняв, что срок любви исчерпан, те ассигнации лишь положил в конверт. Ира никогда не принимала подарки Вия, она сказала ему, что он нужен ей для любви, для всего остального есть другие мужчины. Вий сначала равнодушно относился к любовникам Иры, но с некоторого времени он начал ее ревновать. Его увлечение переросло в сильное чувство, которое разрывало его на части.

– Ира, не ходи больше к Николаю Ивановичу, – как то-раз сказал он, – мне это не симпатично.

– Мой милый, ты живешь со своей женой, но я не устраиваю тебе сцены, – ответила, улыбаясь, Ира. Она чувствовала, что может крутить своим возлюбленным, как угодно, потому что он влюбился в нее по уши.

– Или я или он, – сказал решительно святой отец, снимая трусы. Ира обрадовалась, как девчонка, его слова лишний раз подтверждали, что он ее безумно любит.

– Конечно Николай Иванович, – начала она дразнить его, – только он! Его денежные инъекции лечат меня от депрессии, мне не надо ходить к психологу, это экономит семейный бюджет.

– Тебе нравится мучить меня, но это так жестоко, – сказал жалобно служитель культа, стягивая трусы со своей подруги.

– Смелей мой юный друг, с Николаем Ивановичем все происходит быстрее, – рассмеялась Ира. – Особенно хорошо у меня получается с мужем, он всегда так нежен со мной и каждый раз после этого, он дарит мне подарки. Она продемонстрировала Вию колечко с драгоценным камнем. Вий взял руку Иры и поцеловал ее.

– Боже мой, я втрескался в нее по уши, теперь она будет крутить мной, как захочет, – подумал Владимир Александрович. Ира, словно угадав его мысли сказала: «Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом, стань как Николай Иванович, и я уйду от него». Вий задумался: «А ведь она права, кому нужен святой отец с его религией. Наверное, я выгляжу смешно, поэтому она надо мной издевается. Если бы она только знала, почему мне приходится рядиться в рясу».

Мы все время стремимся к звездам, туда, где в таинственной темноте мерцают созвездия, влекущие нас своим призрачным блеском, где пыль веков, перемешанная с газовыми облаками и туманностями, открывает тайны мироздания, вздымаясь как коралловые рифы среди морских пучин вверх, туда, где над облаками давно потухших желаний и снов мы творим новые мифы и сказания о сегодняшних временах, созидая новую науку и рвя в клочья классические догмы учебников. Презрение к идолопоклонничеству в науке, стремление в светлую даль нового знания, наперекор непризнанию и неимоверным трудностям жизни это путь гения. Он всегда находится на грани выживания, его почти невозможная жизнь, несмотря ни на что, приносит ему огромное удовлетворение и радость. Занимаясь своим ремеслом, он творит новое, перечеркивая и громя все старое, не задумываясь о том, какое это производит впечатление на людей. Его устами говорит Бог, общение с ним, тем который направляет его и дает ему знания, является гарантией успеха. Анализируя полученные от него знания, гений отдает их людям. Первые познания еще далеки от истины, они наполовину состоят из размышлений блаженного, но через всю эту научную полуправду постепенно начинают проступать контуры будущих теорий. Знания не бывают абсолютными, они всегда видоизменяются, что-то отбрасывается, вносится новое, что сегодня казалось незыблемым, завтра может стать сомнительной истиной, или вообще может быть отброшено. И это нормально, нельзя винить ученого в том, что он ошибался. Да он оказался не прав, но в его несчастливом труде тоже есть ценность, наука больше не пойдет по ложному пути, неправильная версия отброшена, открывается другой путь, который должен привести к успеху. В отвергнутых знаниях всегда есть польза потому, что многие понятия и трактовки могут быть полезными для новых теорий, даже сама постановка вопроса уже представляет собой ценность. Когда-то то, что отвергается сейчас, тоже было революцией в науке, но часто ли ученые мыслят на философском уровне? Все научные революции происходят из-за поверхностного понимания предмета исследований, которое предшествовало гениальному прозрению. Плоскость истины, как правило, лежит на поверхности, странно, что никто не замечал ее раньше, но это лишь часть айсберга, который представляет собой философию, из глубин которой нужно мыслить и творить. Современный ученый должен быть философом, но, чтобы им стать, нужно мыслить философски. К сожалению, этому не учат в университетах, где студентов набивают знаниям, они сыплют цитатами, задаются вопросом, кто лучше Шопенгауэр или Ницше, но ведь хорошо известно, что любить надо мармелад или эскимо, а такой интимный вопрос следует задавать в постели. Наше гуманитарное знание направлено на зубрежку, а не на мышление, память, вот что самое главное. Помню, значит, знаю? Может быть лучше, знаю, значит мыслю?

Задавались ли вы когда-нибудь вопросом, можно ли летать со скоростью, превышающей скорость света? Скорее всего, вы думаете, что это невозможно, но на самом деле полеты со сверхсветовой скоростью возможны в результате телепортации с использованием мысленных команд и электромагнитных полей. Но еще можно летать с применением обычного ракетного двигателя и высшего – Я человека. В настоящее время для полетов по просторам Вселенной используются ракеты, которые не способны лететь со скоростью, превышающей скорость света. Это происходит по причине того, что космическая техника пока еще плохо развита и существует мнимое теоретическое ограничение, накладываемое теорией относительности Эйнштейна. Есть еще одна причина, которая состоит в том, что скорости процессов в мире не могут превышать скорость движения души, равной скорости света. Несмотря на это, перспектива развития ракетной техники все, же существует, принцип реактивного движения в сочетании со сверхспособностями человека могут дать значительно более существенный результат, заключающийся в том, что можно достичь скорости равной двум скоростям света. Рассмотрим, как это можно сделать. Для набора скорости 2с ракета должна лететь, постепенно разгоняясь (Рисунок 1), это обычный режим. На отрезке до скорости света происходит путешествие только в пространстве. Как только ракета достигла скорости света, пилоту звездолета, представляющего собой человека, имеющего высшее – Я, обладающее способностью к регулировке скорости души и способностью смены направления ее движения по линии жизни или в обратном направлении, нужно обратиться к нему, и оно повысит скорость души пропорционально ускорению движения корабля (Рисунок 2). Таким образом, снимется ограничение на превышение скорости света, при преодолении которой звездолет начинает лететь не только в пространстве, но и во времени. Полет в прошлое или будущее зависит от направления движения души (Рисунок 3), где показано как прошлое и будущее связаны с физическим пространством. Для того, чтобы лететь в заданную точку пространства нужно сначала прицелить на нее корабль, ориентируясь на реликтовое излучение. При полете, превышающим скорость света, звездолет исчезнет из нашего времени, его невозможно будет зафиксировать приборами или связаться с ним по радио, он будет находиться вне конкретных измерений метафизического мира. При этом в локальной области вокруг оболочки звездолета абсолютное абстрактное время убыстряется, абстрактное время внутри тоже убыстряется, размеры предметов и расстояния остаются без изменения. Это значит, что часы в звездолете пойдут быстрее. Убыстрение процессов не безопасно для здоровья, человек в состоянии выдержать только скорость 2с. При наборе звездолетом скорости света комфортным для человека ускорением будет ускорение Зд. Чтобы набрать скорость света с таким ускорением необходимо лететь примерно 12 месяцев. Достигнув скорости 2с, звездолет будет лететь прямолинейно равномерно, при этом человек не будет испытывать перегрузок, которые будут возникать только при коррекции курса.

Рисунок 1 Полет со скоростью 2с

Рисунок 2 Управление полетом

Рисунок 3 Полет во времени и в пространстве

На пути звездолета могут встретиться черные дыры, пролетая мимо которых нужно быть очень осторожными. Они представляют собой переходы в отрицательные миры. Черная дыра – это туннель, попадая в который живое существо перерождается в существо того мира, в который попадает. С той стороны тоннеля тоже черная дыра, попадая в которую происходит аналогичное перерождение. Из всего сказанного следует, что летать со сверхсветовой скоростью возможно, при условии, что человек научится работать со своим высшим – Я и ученые создадут ракетную технику и теорию такого полета.

– Альзир Иванович, вас уже заждались, – сказала Любовь Арсеньевна, глядя на входящего в предбанник кабинета молодого человека, который внешне мало походил на заместителя директора по научной работе. Его внешность скорее напоминала английского лорда, вернувшегося после игры в крокет, расшитый камзол отливал полудрагоценными камнями, белая манишка была украшена галстуком и рубином, играющим оттенками красного цвета, черные волосы ниспадали локонами вдоль длинной шеи и опускались на широкие плечи. Атлетичное и одновременно стройное сложение Альзира говорило об его аристократизме, а хорошие манеры всегда производили на дам неизгладимое впечатление.

– Пришлось задержаться в лаборатории, – сказал молодой человек, подтягивая галстук, – научный совет уже в сборе?

– Да, только вас ждут, – Люба с восхищением смотрела на Альзира. Ее масленые глаза покрылись поволокой, она заморгала и засмущалась. Такой поразительный эффект происходил с ней всегда, когда Альзир Иванович проходил мимо ее стола.

– А Наталья Николаевна тоже пришла? – поинтересовался он, с трудом скрывая волнение.

– Как же без нее, она там. Проходите. Не забудьте протереть руки водкой, Николай Иванович строго наказал дезинфицировать верхние конечности при входе в кабинет. Такая странность великого художника не вызвала гнева в душе Альзира, он понимал, что гениальный человек, талантлив во всем. Молодой человек взял в руки чекушку, стоящую на полочке около пальмы, ополоснул маслянистой жидкостью кисти рук, а потом вытер их об листья тропического растения. Пройдя в кабинет, Альзир увидел в центре комнаты длинный стол, за которым сидели заместители директора и начальники отделов. Они глубокомысленно смотрели перед собой и на статую голой жрицы, держащей в руках лавровый венок, который находился над головой Николая Ивановича. Когда дверь за Альзиром захлопнулась, глаза жрицы стали испускать лучи яркого света, заиграла музыка как в музыкальном средневековом автомате, а потом на латыни были произнесены слова, смысл которых никто не понял, но судя по улыбке Николая Ивановича, они были вполне цензурными.

– А вот и наш докладчик, – обрадовался директор. – Жрица реагирует только на вас, ее так настроили. Проходите Альзир Иванович. Молодой человек подошел к трибуне, стоящей возле правой стены, за которой висела школьная доска для того, чтобы выступающий мог рисовать на ней схемы и писать формулы. – Приступайте к докладу Альзир Иванович, мы ждем ваших предложений по работе нашего института. Оратор достал из портфеля папку, вынул из нее листочки, разложил их перед собой и приступил к изложению своих гениальных мыслей. Мысли трибуна действительно были гениальными, через пятнадцать минут, разразился грандиозный скандал. Начальник теоретического отдела придрался к формуле, которая не имела почти никакого значения. Он начал спорить, подвергая сомнению весь доклад. Альзир вступил с ним в полемику. Буря в стакане воды явилась следствием того, что самолюбие Ивана Ивановича Заумного было безнаказанно задето тем, что, его не назначили на должность заместителя директора по научной работе, на которую он претендовал десять лет. Это кресло занял выскочка Альзир. Брызжа слюной и выкрикивая проклятия, Иван Иванович в сердцах чуть не наступил на ногу Наталье Николаевне Петровой, которая успела отодвинуть туфлю с ногой и тем оберегла себя от несчастного случая на производстве.