- -
- 100%
- +
Глава 1
"Муссонный Малабар" в зёрнах
1
"Добро пожаловать, господин…" – Девушка-администратор взглянула на монитор, – "…господин Андраш Боев. Ваш номер люкс готов. Ваша ключ-карта." - её лёгкая улыбка хранила больше тайн, чем слов. Я улыбнулся в ответ: "Спасибо. Надеюсь, вид из окна оправдает ожидания."
"Уверена, вам понравится", – её глаза блеснули загадочным огоньком, который я не смог расшифровать. Таинственность витала в воздухе.
Номер люкс превзошёл мои ожидания: просторный, с панорамными окнами, с завораживающим видом на город, мерцающий огнями. Современный, но сдержанный дизайн. Я подошёл к окну – в медленном течении Любляницы отражался свет фонарей. Любляна очаровательна!
Но бизнес – прежде всего!
Я – успешный биржевой брокер, человек, просчитывающий вероятности на бирже, как в шахматной партии. И сейчас мой интерес – словенская компания "Полёты на воздушных шарах – "Дождись меня"".
Мой партнёр по бизнесу Дьюла ждал моего звонка:
– Андрей-Андраш! Ты уже видел новости? Все только и говорят о нашей сделке с компанией "Полёты на воздушных шарах – "Дождись меня"". Акции взлетели до небес!
– Замечательно!
– Слишком громко, а деньги любят тишину. К сожалению, мне не удалось выяснить, кто раздул шумиху. Получается, что за этим триумфом скрывается аноним.
– Аноним?
– Возможно, хочет взвинтить цену, чтобы насолить нам. Или, что ещё хуже, у него денег куры не клюют. Анонима нельзя просчитать и нельзя игнорировать!
– А что наш заклятый друг, Колесов?
– Колесов без боя компанию нам не отдаст! Возможно, Колесов и есть аноним! Не хватало, чтобы сейчас чёрная кошка перебежала дорогу! – Дьюла порой выдаёт такие перлы на русском…
– Дьюла, я контролирую ситуацию!
Безусловно. Ведь "анонимом" на этот раз был я сам. Игра началась! Точнее, я её только что начал.
Я уже выкупил контрольный пакет акций по поручению Дьюлы. После оглушительных новостей цена акций взлетела вдвое, и я, поддавшись инстинкту спекулянта, машинально нажал клавишу "Sell", в один миг избавив фонд от акций, а себя — от однообразной рутины на целый день.
Другая причина, по которой я оказался в Любляне, – девушка по имени Эвридика. Вчера она обронила в сети: "Ты классный, но я ничего не обещаю!" – веское основание, чтобы купить билет до Брника!
Мы договорились встретиться с Эвридикой на Мосту Влюблённых ровно в семь вечера, и я сгорал от нетерпения увидеть её, чтобы обнять. Она – сама мисс Непредсказуемость, никогда не знаешь, что она выкинет в следующий момент! Впрочем, в этом мы с ней похожи.
Она ждала, облокотившись на ажурные перила, украшенные причудливыми фигурками жуков и морских чудовищ. Взгляд её был насмешливым. На плече – походная джутовая сумка с планшетом и провизией: свежей зеленью и хрустящим французским багетом.
– Привет, Эвридика!
– Сумасшедший! До сих пор не верю, что ты прилетел! – она торжествовала.
– Ты была слишком загадочна, чтобы не прилететь!
– А ты умеешь удивлять!
– Знаешь, в офлайне ты ещё красивее, чем в онлайне! Нельзя быть такой красивой, если ты никого не ждёшь в гости!
– Я знаю, но ничего не могу с этим поделать! Ты голоден?
– Здоровый мужчина всегда голоден.
– Предпочитаешь мясо по-французски или всё-таки вегетарианец? – вопрос прозвучал так, словно решалось, будем ли мы вместе!
Я не стал рисковать: – Может, лучше я приглашу тебя в ресторан? – и, окинув взглядом её припасы, добавил: – Здесь вообще есть рестораны?
– Сразу видно русского! В Европе в рестораны ходят только те, кто не умеет готовить, у кого совсем нет времени или кого пригласили. Разве ты не знал? Первое правило европейца – считать свои деньги.
– Создается впечатление, что здесь все помешаны на экономии, либо недоедают.
– Вовсе нет! Просто всегда есть соблазн, куда лучше потратить деньги, – она лукаво улыбнулась, – Что нового в Москве, в городе мажоров? Все та же бешеная гонка?
– Ничего не меняется. Вечная битва за место под солнцем! Сумасшедший город – человейник!
– "Это не город. Это трещина в океанском дне времени, покрытая каменистыми обломками сгоревших мечтаний и страстей, по которой мы – словно в водолазном колоколе – совершаем прогулку," – она вдохновенно процитировала Кафку.
Я тут же подхватил: – "Это интересно, но через некоторое время у человека перехватывает дыхание".
– Не то что Словения – большая, уютная деревня, как и вся Европа. После Москвы я полюбила маленькие города, где никто никуда не торопится, и ты чувствуешь себя нужным. Забавно, правда? Сначала мы грезим о Москве, а потом спасаемся от нее бегством.
– Пожалуй! Сегодня пронизывающий ветер.
– Могу сварить кофе "Муссонный Малабар" в зернах. Обожаю свежемолотый кофе из турки. Мы почти пришли. Я живу вон там, на втором этаже. Или все-таки лучше вино? Друзья из Черногории привезли бутылочку "Pro Corde". Это не просто вино, а лекарство!
– Непростой выбор. Ты предложила мой любимый кофе, и все же в такую погоду я выберу лекарство!
Поднимаясь по узкой деревянной лестнице, я ощутил теплый запах дерева и домашнего уюта — в воздухе витал тонкий аромат лаванды и свежеиспеченного хлеба. Квартира оказалась небольшой, но светлой и обставленной с изысканным вкусом. Кругом фотографии, коллажи из газетных вырезок, создававшие атмосферу творческого хаоса. На стенах — акварели с видами Любляны, а на подоконнике — горшки с душистыми травами.
Эвридика умело откупорила бутылку вина и разлила его по двум изящным бокалам. «Pro Corde» оказалось терпким, с легкой кислинкой и ароматом лесных ягод.
– Виноград вырос на южном побережье, на красной земле на высоте восемьсот метров над уровнем моря, на правом склоне горы! – уверенно заявила она, смакуя темно-рубиновый напиток.
– Урожай 2004 года? Превосходный букет!
Мы сели на мягкий диван у окна, глядя на вечернюю Любляну, расцвеченную огнями. Разговор тёк легко и непринужденно, словно мы знали друг друга целую вечность. Она рассказывала о своей работе – Эвридика оказалась, как я и предполагал, журналисткой. Я, в свою очередь, поведал о трейдерских буднях, стараясь не вдаваться в детали, чтобы не показаться занудой. Она слушала с неподдельным интересом, задавая умные вопросы. Мы все больше очаровывали друг друга.
Наконец, из кухни потянуло аппетитным ароматом жареного мяса.
– Предлагаю ужинать при свечах! Мясо по-французски готово! – пригласила к столу Эвридика. – Для меня мужчина-вегетарианец – это очень подозрительно. Наверняка что-то скрывает…
– Это не про меня! – сказал я, а сам подумал: "А может быть, я все же вегетарианец?!"
После ужина мы танцевали под тихую музыку, прижавшись друг к другу. Вечер пролетел, как одно мгновение. Вино согрело, а интересные беседы создали особую, интимную атмосферу.
Когда мы, наконец, засобирались на улицу, ветер стих, и в небе появилось множество звезд. Мы долго гуляли по ночной Любляне, держась за руки, словно влюбленные школьники. Эвридика показывала мне свои любимые места: старинные дворики, укромные скверы и мосты, перекинутые через реку и парк Тиволи.
Утром я проснулся с сильным подозрением, что влюбился, и робкой надеждой на взаимность. Эвридика уже ушла за круассанами, оставив на подушке записку с ароматом лаванды: "Ты классный! Обещаю вернуться".
У меня всё ещё оставался шанс уйти по-английски — не прощаясь. Но запах горячих круассанов и "Муссонный Малабар" в зернах одержали верх. А лаванда усыпила мою бдительность.
Вскоре вернулась Эвридика, и нами овладела неудержимая жажда перемен. "Едем! Прямо сейчас! На Блед!" — прозвучало, как дерзкий вызов.
Остров на озере Блед словно магнитом притягивает туристов, жаждущих прикоснуться к колоколу желаний. Эвридика объяснила мне, что стоит подняться на башню на острове и ударить в колокол, и любое заветное желание обязательно сбудется.
– У тебя есть желание? – спросила она, кокетливо поправляя непослушные волосы. Волосы никак не хотели слушаться.
– У меня много желаний, – ответил я, – и все они связаны с тобой! Иди ко мне.
– Ах ты, хитрец! Но для этого тебе все же придется выбраться из уютной постели и позвонить в волшебный колокол, – отозвалась она заразительным смехом.
– Как же у вас, женщин, всё сложно! Как жениться??? Ты что, поедешь в этом платье?
– Я всегда всё своё ношу с собой!
– Даже без сумочки?
– Я — женщина не из этого мира!
2
На автовокзале царила тишина — мы без труда приобрели билеты на ближайший автобус. Фотогеничные львы, застывшие под крышей здания напротив, словно благословляли нас в путь. День обещал быть волшебным. Золотистые искры плясали в глазах Эвридики, предвкушая приключение.
— Я тысячу лет не была на озере. Тебе там понравится! Лодочники за двадцать евро переправят нас на крошечный остров с церквушкой, в которой часто венчают пары. По традиции, жених должен пронести невесту на руках по всем девяноста девяти ступеням, чтобы доказать свою любовь. Заинтригован?
— То есть ты хочешь, чтобы я носил тебя на руках по всему острову и по этим сизифовым ступеням? И что, у кого-то дошло до венчания?
— Ты невозможен!
— Не поверю, пока не увижу своими глазами.
— Сколько у вас, мужчин, отговорок! Вся надежда на колокол!
— Девяносто девять ступеней! Да это какие-то мазохисты! Почему не сто?
— Эвридика! Неужели сама Эвридика! — мы только ступили на берег острова, как незнакомый мужчина протянул Эвридике руку, словно хрустальной статуэтке. Моложе меня лет на пять, а может, и больше. Подтянутый, энергичный. Он бы точно взбежал по этим ступеням с невестой на руках, как горный козел. Он сразу вызвал во мне неприязнь.
Эвридика залилась смехом и приняла его руку. Они обнялись, и стало ясно — они знакомы целую вечность.
— Это Сергей! Это Андрей! Прошу, без церемоний, — представила Эвридика нас друг другу.
Если она ждала бурной реакции, то напрасно. Я и бровью не повел, хотя ревность уже вонзала свои когти в мое сердце.
— На этом острове нам все равно не разминуться, — небрежно заметил я "новому другу". – Так что придется вместе занимать очередь к колоколу желаний.
Моя фраза была наполнена двусмысленностью. Кажется, он понял, но предпочел не замечать. Его взгляд был прикован к Эвридике. И я ему, похоже, тоже не приглянулся.
— Читал твой последний репортаж об искусственном интеллекте — настоящая сенсация! Твой успех вызывает восхищение… и немного ревности.
"Звучит подозрительно двусмысленно", — подумал я. — "Неужели она не чувствует напряжения? Или ей нравится играть с моей ревностью!"
— Сергей тоже журналист, — попыталась сгладить обстановку Эвридика. — Он любому профи легко фору даст, просто скромничает.
Я видел, как Сергей восхищается Эвридикой, и моя злость росла в геометрической прогрессии. Эвридика словно почувствовала мое состояние и взяла меня за руку.
— Ну, не дуйся, как маленький! Мы просто друзья. Я ему нравлюсь, а люблю я только тебя! Не ревнуй меня, пожалуйста!
— Я не ревную, просто он мне неприятен. Может, мы побудем вдвоем?
— Здесь это невозможно. На острове и для двоих тесновато. Лучше любуйся красотой острова и Альпами. Посмотри, какая панорама!
Вдали, за гладью озера, на горизонте, словно на искусно сотканном полотне, вырисовывались белоснежные горные вершины и бездонное синее небо. Величественные Альпы! А у подножия гор – сочная зелень еловых лесов и сосновые рощи, утопающие в теплых лучах солнца. Казалось, сосны светятся изнутри. Спору нет — потрясающе красиво!
После прогулки по острову мы оказались в ресторанчике, примостившемся у самой кромки воды. Сергей и не думал оставлять нас наедине, словно не понимая – или намеренно игнорируя, – что он лишний.
– Я угощаю! – выпалил он, натянуто улыбаясь. – В благодарность за такую замечательную экскурсию. "Издевается", – промелькнуло у меня в голове.
Я отрезал: – Это лишнее. На острове было не разойтись!
Сбежать от его навязчивого общества оказалось невозможным.
– Ты надолго в городе? – он продолжал тараторить, не замечая моего раздражения. – В Любляну влюбляешься моментально!
– Не знаю. Зависит от многого. А о чём ты пишешь?
– Освещаю криминальную хронику: преступления, происшествия, всякую городскую чернуху. Скука смертная. Вот моя визитка. Пригодится, ведь я остался в долгу.
— Сегодня нет работы?
– Я и сейчас при исполнении.
– И в каком же злодеянии нас подозревают?
– Украсть такую красивую девушку, как Эвридика, – уже преступление.
– Преступлением было бы не украсть её! – со смехом парировал я.
– Шучу, конечно. Но здесь, на Бледе, пропали две девушки с разницей в месяц. Об этом стараются не говорить. Я веду собственное расследование.
– Серьёзно? Мне остров показался преступно спокойным местом.
– Первое впечатление, как известно, обманчиво.
– И какая же ваша версия? – я намеренно выделил слово "ваша".
– Скорее всего, серийный случай. Полиция, разумеется, отрицает. Но девушек так и не нашли… – Он осекся, словно проговорился. – Вы извините меня, должен бежать. Работа. Береги себя, Эвридика!
Я расплатился за десерт: кремшнит для Эвридики и крепкий чёрный кофе.
– Постой! – она взяла меня за руку, в её глазах плясали озорные чертики. – Ты заметил, что мы наконец-то одни?
– Звучит как искушение. Что ты опять задумала?
– Попробуй угадать…
– Значит, колокол, исполняющий желания, – не выдумка?!
– О, ты так вдохновенно звонил в колокол… Ни одна девушка не устояла бы!
И она потащила меня в дамскую комнату, заговорщицки оглядываясь по сторонам:
— Всё-таки ты неисправимый везунчик! Совсем никого!
Мы заперлись в кабинке и, стараясь не шуметь, отдались страсти. Каждой клеточкой тела я чувствовал: она действительно любит меня. Но даже в этот момент не мог отделаться от ревности ко всем мужчинам, когда-либо смотревшим на неё.
— Я исполнила все твои желания? — Эвридика встала на цыпочки и поцеловала меня. — Жди меня у озера. Я буду скоро.
Всё, что происходит на Бледе, остаётся на Бледе. Я расположился в плетёном шезлонге и сделал глоток освежающего пива. Прошло долгих полчаса, и меня начало охватывать необъяснимое беспокойство. По моим меркам, "скоро" уже повторилось дважды. Но Эвридики нигде не было видно.
Я вскочил, отбросил пустую банку и вернулся в ресторан. Но там её тоже не было. Никто из персонала не видел "такую самую красивую девушку"… Нужно было звонить Сергею, как бы мне этого ни хотелось.
— Что случилось? – он не сразу понял, о чем я говорю. А когда до него дошёл весь ужас моих слов, он ответил:
— Ты уже обратился в полицию? Нет? Жди меня. Я выезжаю.
Ну же, Эвридика! Каждый куст, каждое дерево казались мне молчаливыми свидетелями ее исчезновения. Как сквозь землю провалилась! Неужели Сергей был прав? Неужели это похищение? Но кому она могла понадобиться? И почему именно сейчас, когда я рядом?
3
Полицейского, проводившего опрос я мысленно окрестил инспектором Лестрейдом – за прямолинейность, граничащую с непроходимой тупостью. Он не оставил сомнений в своей версии произошедшего.
По его словам выходило, что трое русских – двое мужчин и этакая роковая обольстительница – случайно встретились на острове. – Хм, как же русские любят случайные встречи втроем, – я и прежде слышал загадочное русское выражение – «сообразить на троих», – ухмыльнулся он.
– Подтверждаете, что у вас было, как это… романтическое свидание? И да, и нет? Ваш друг утверждает, что вы дико ревновали. Ах, он вам не друг? Всё это крайне подозрительно! Взгляните на ситуацию моими глазами: девушка, близкая вам обоим, исчезает. Вы влюблены и безумно ревнивы. Второй мужчина – ее бывший бойфренд. Несложно предположить, что вы не поделили даму. После этого девушка пропадает – разумеется, всё только с ваших слов. Никто ваши показания не подтверждает, тела нет. Согласитесь, крайне странно! Прошу вас, джентльмены, в ближайшее время город не покидать.
– Значит, Сергей был бойфрендом Эвридики? – изумился я.
– Вы не знали? Гм… Я навёл справки о каждом из вас. Получается классический любовный треугольник, и лично мне всё ясно. Если ваши показания вообще хоть чем-то подтвердятся, конечно. Так-с… Как давно вы знакомы с девушкой? Второй день? Тогда я вообще ничего не понимаю. Но уверяю вас, расследование будет самым тщательным. В конце концов, девушка могла просто бросить вас, чтобы позволить разобраться в собственных чувствах. В любом случае, правда скоро выплывет наружу. А пока, господа, подождём!
– Это русские! – бросил Лестрейд своему напарнику, который обшаривал ресторан, заглядывая даже в туалетные кабинки. – У них всегда так!
Вот такая идиотская версия. Черт бы побрал этого болвана! Что же случилось с Эвридикой на самом деле?! И почему она мне солгала? Впрочем, это объяснимо. У каждого из нас есть свои скелеты, запертые наглухо в шкафу прошлого.
И что мы имеем в сухом остатке?
Я – главный подозреваемый, с отпечатками пальцев, щедро рассыпанными по всему месту преступления. Плюс, на носу важнейшая сделка в партнерстве с Дьюлой, и если мне предъявят обвинение или в прессу просочится хоть какой-то компромат, сделка рухнет, акции компании "Полёты на воздушных шарах "Дождись меня" полетят в тартарары, а наш фонд понесёт колоссальные убытки. Акулы бизнеса скупят по дешёвке акции на дне, и бизнес уйдёт в чужие руки за бесценок. Мы с Дьюлой навеки потеряем желанную компанию – "Дождись меня".
Если только сам Дьюла не в игре! В любом случае, для недоброжелателей план просто идеален! Расчёт на то, что, застряв в чужом городе, я никак не смогу контролировать ситуацию! Замкнутый круг.
До чего же вовремя сейчас оказалась бы бутылка виски – именно для этого и нужен комплимент от отеля!
Но какую роль во всем этом играет Эвридика? Может, я и профан в женской психологии, но ей почему-то верю!
Да, Блед я запомню на всю жизнь, как и этот безумный день. Сейчас меня больше всего волновало даже не крушение бизнеса, а Эвридика. На чьей она стороне?
Сергей был мрачен. Казалось, он не находил себе места. Ходил взад-вперед и на ходу делился своими догадками:
– Прости, мне пришлось рассказать полиции всё, что происходило между нами с момента встречи. Я бы сам тебя заподозрил, если бы не знал о пропажах девушек на Бледе, при схожих обстоятельствах. Мне удалось выяснить, что венгерская криминальная группировка похищает девушек славянской внешности в сексуальное рабство. Все похищенные были невероятно красивы. Доказать я ничего не смогу, но в полиции эту версию рассматривают как приоритетную. Ты не замечал слежки в эти дни? Может, что-то показалось подозрительным?
– Нет! Мне пора. Если что-то выяснится, звони.
Я вдруг осознал, что совершенно ничего не знаю о Сергее, чтобы вычеркнуть его из списка подозреваемых. Вспомнилось, как подозрительно вовремя он оказался возле нашей лодки на острове. Как навязчиво маячил рядом, не отходя от нас с Эвридикой ни на шаг. И его двусмысленное "Береги себя, Эвридика" вполне могло прозвучать как затаенная угроза.
Воображение тут же нарисовало удручающую картину, в которой главным злодеем выступал Сергей и его сообщники – венгерские сутенёры. Зачем он выставил меня перед полицией в столь невыгодном свете? Какую цель он преследовал? Если допустить, что он мог незаметно вернуться на место происшествия – а у него были и мотив, и возможность организовать похищение, – то пазл складывается.
И, наконец, еще одна версия: исчезновение Эвридики как-то связано с её профессиональной деятельностью. Или совсем уж невероятная – Эвридика сама провернула всю эту аферу.
Итого целых пять версий. В шахматах такая ситуация называется цугцванг. Мысли роились в голове, не давая покоя.
По дороге в отель в Любляне я не переставал вспоминать улыбку Эвридики. Как же мне её сейчас не хватало! Ее золотистых глаз напротив. И я уже соскучился по её гибкому телу. Всё на свете отдал бы, чтобы только она была рядом, моя непредсказуемая Эвридика.
И тут меня осенило! Я понял, что мне нужно сделать в первую очередь. Конечно, мне нужно было найти кого-то, кто знал Эвридику до меня. Кого-то, кто мог бы пролить свет на ее прошлое, на ту жизнь, которую она так тщательно скрывала. Инспектор Лестрейд был, конечно, тупицей, но в одном он был прав – я знал её всего два дня. Этого слишком мало, чтобы доверять безоговорочно, чтобы быть уверенным в её искренности.
Нужно было найти ниточки, ведущие в её прошлое.
Я вспомнил, что Эвридика упоминала подругу, с которой работала на ТВ. Имя я, к сожалению, не запомнил, но это была зацепка.
Добравшись до отеля, я первым делом попытался найти ее профиль в социальных сетях. Задача оказалась не из легких, но после нескольких часов поисков, перебора сотен имен и фотографий, удача улыбнулась мне. Я нашел профиль девушки, которая очень походила на то описание, что дала Эвридика. Фотографии подтверждали – это она.
Я написал ей сообщение, представился, рассказал о ситуации и попросил о встрече. Мой венгерский, конечно, оставлял желать лучшего, но Google Translate пришел на помощь. К моему удивлению, девушка почти сразу ответила согласием. Мы договорились встретиться на следующий день в одном из кафе в центре Любляны.
Целую ночь я бесцельно слонялся по номеру, то и дело поглядывая на часы. В голову лезли самые мрачные сценарии: Эвридика в опасности, её пытают, возможно, уже слишком поздно… Я отгонял эти мысли, стараясь сосредоточиться на предстоящей встрече. Необходимо было сохранять хладнокровие, чтобы не наделать глупостей. Я был обязан превзойти самого агента 007. Не сразу, но я справился.
Кафе оказалось небольшим и уютным, с запахом свежесваренного кофе и выпечки. Я пришел заранее и занял столик в углу, чтобы иметь возможность наблюдать за входящими. Невыносимое ожидание продолжилось. Стрелки в часах скрипели подозрительно громко, а время отсчитывали подозрительно медленно.
Наконец, в дверях появилась девушка. Она была немного ниже, чем я ожидал, с темными волосами и большими карими глазами. В ней сразу же угадывалась та самая подруга Эвридики. Она назвала свое имя – Габриэлла.
Мой Google Translate оказался неплох, и мы могли худо-бедно общаться. Я объяснил ситуацию еще раз, стараясь быть максимально тактичным и не напугать ее. Габриэлла слушала внимательно, хмуря брови. Когда я закончил, она вздохнула и заговорила на чистом русском, чем меня немало удивила.
Ее рассказ оказался неожиданным и запутанным. Эвридика, по словам Габриэллы, всегда была скрытной и загадочной. Она практически ничего не рассказывала о своей семье и прошлом. Работала в какой-то сомнительной компании, занимающейся рискованными расследованиями. Ходили слухи о ее связях с криминалом, но Габриэлла не верила в это до конца. Однако она подтвердила, что в последнее время Эвридика была чем-то сильно обеспокоена и несколько раз говорила о том, что за ней следят.
И самое главное – Габриэлла обмолвилась о какой-то флешке, которую Эвридика якобы украла неизвестно у кого. Это был поворот, которого я никак не ожидал.