ДАНТЕ ГАБРИЭЛЬ РОССЕТТИ. ЖИЗНЬ И ТВОРЧЕСТВО. ПАРАЛЛЕЛИ

A CENTURY OF ROUNDELS

BY ALGERNON CHARLES SWINBURNE

DEDICATION TO

CHRISTINA G. ROSSETTI

Songs light as these may sound, though deep and strong

The heart spake through them, scarce should hope to please

Ears tuned to strains of loftier thoughts than throng

Songs light as these.

Yet grace may set their sometime doubt at ease,

Nor need their too rash reverence fear to wrong

The shrine it serves at and the hope it sees.

For childlike loves and laughters thence prolong

Notes that bid enter, fearless as the breeze,

Even to the shrine of holiest-hearted song,

Songs light as these.

КРИСТИНА РОССЕТТИ И МУЗЫКА

Многие произведения Кристины Россетти переложены на музыку.

«Song» («WhenIamdead, mydearest...»)— пожалуй, самое известное стихотворение, переложенное на музыку множеством композиторов.

«Echo»— произведение, часто используемое в камерной вокальной музыке.

Стихотворение In the Bleak Midwinter было опубликовано под названием "Рождественская песнь" в январском номере журнала Scribner's Monthly за 1872 год. Рождественский гимн можно послушать в Интернете, красиво.

Удивительно, но «Ярмарка гоблинов», просто готовый мюзикл, пока не нашла своей музыкальной судьбы.

2. Майкл Вильям Россетти. Воспоминания.

СОДЕРЖАНИЕ.

Ранние годы.

II.Мои родители, брат и сёстры.

III.Школа.

Жизнь семьи 1839 – 1844.

Налоговый департамент.

VI. Домашняя жизнь – Мой брат и я.

Прерафаэлитское братство.

Пробы пера.

IX. Последние годы жизни моего отца.

X. Становление ума и характера.

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Немногое могу я сказать в качестве предисловия, но так как прошёл по жизни не нажив значимого количества врагов, то, надеюсь, что лишь немногим дал этой книгой повод для изжоги. Существуют два момента в реакции на мою работу, с которыми я не хотел бы столкнуться. Надеюсь, избежал обоих. Первое – обвинение в самовосхвалении. Второе упрёк в скверном характере и несправедливых отзывах о людях, упоминаемых в книге. То, что в людях заслуживало похвалы, я хвалил. Осуждать недостатки я по праву мог лишь в небольшой степени или никак. Некоторые читатели могут высказать мнение, что, несмотря на моё личное знакомство с некоторыми известными личностями, я не сказал о них ничего особенно важного, не буду опровергать данное мнение, но из этого не следует, что я не знаю больше, чем написал. В некоторых случаях я знаю намного больше, но опорочить репутацию или нарушить доверие человека, заставило бы меня относиться к самому себе с презрением. Некоторые моменты я помню неплохо, могу, например, назвать даты событий. Но плохо помню лица и не могу точно воспроизвести содержание происходивших бесед, их предмет и особенно конкретные слова. Вследствие этого немногое могу сообщить о беседах даже с известными людьми и передать точно произнесённое. А выдумывать фразы близкие по смыслу сказанному не считаю возможным. В результате страницы моих воспоминаний редко оживляются реально сказанными словами, очень прискорбно, но в свете вышеизложенного, избежать этого невозможно.

Начав книгу в августе 1901-го, я практически закончил её в марте 1903-го. Однако с тех пор произошли некоторые события имеющие право появиться в моих воспоминаниях. Посвятив им несколько страниц, я в целом постарался сохранить текст неизменным. Моя жизнь небогата событиями и приключениями и, возможно, не представляет интереса ни для кого, кроме меня самого и близких. Я не собираюсь подробно повествовать о моей жизни и почти не упоминаю события даже сильно повлиявшие на меня, но постараюсь привести здесь воспоминания о выдающихся личностях и знаменательных событиях. Необходимо отметить, что в некоторых опубликованных ранее работах присутствуют элементы моих личных воспоминаний, особенно касающиеся членов моей семьи. В данной книге я буду к ним возвращаться, но, по возможности, постараюсь избежать дословного воспроизведения.

Материалы, о которых идёт речь, включают следующие работы:

1. 1884. Notes on Works by Dante Gabriel Rossetti — Four articles in The Art Journal.

2. 1886. The Collected Works of Dante Gabriel Rossetti — Editorial matter. Amplified in the illustrated edition of his Poems, 1904.

3. 1888. The Portraits of Dante Gabriel Rossetti — Articles in The Magazine of Art.

4. 1889. Dante Gabriel Rossetti as Designer and Writer.

5. 1 895 Dante Gabriel Rossetti : his Family Letters, with a Memoir by myself.

6. 1896. New Poems by Christina Rossetti — Editorial matter.

7. 1898. The Blessed Damozel, by Dante Gabriel Rossetti — Introduction.

8. 1 898-1 901. Prefatory Notes to The Poems of Dante Gabriel Rossetti — Siddal Edition.

9. 1899. Ruskin, Rossetti, Preraphaelitism — Editorial matter.

10. 1900. Prseraphaelite Diaries and Letters— Edited and partly written by me.

11. 1900. Lenore, by Burger, translated by Dante Gabriel Rossetti — Editorial matter.

12. 1 90 1. The Germ, Facsimile Reprint — Introduction by me.

13. 1901. Gabriele Rossetti, a Versified Autobiography — Translated and supplemented by me.

14. 1902-3. Bibliography of the works of Dante Gabriel Rossetti — Articles in The Bibliographer (New York), since republished and amplified as a pamphlet.

l 5. 1903 Dante Rossetti and Elizabeth Siddal — Article in The Burlington Magazine.

1 6. 1903. Rossetti Papers, 1862 to 1870.

17. 1904. The complete Poetical Works of Christina Rossetti, also a selection of them in the Golden Treasury series — Editorial matter.

Имеется также ряд меньших по объёму работ по той же теме, не включённых в данный список. Хочу отметить, что, даже не продолжая моих воспоминаний, в предыдущих работах уже снабдил публику достаточной информацией о родственниках и знакомых, более интересной, чем сведения непосредственно обо мне.

В течение нескольких последних лет нарастает тенденция написания воспоминаний и автобиографий (по моему мнению, первым, кто способствовал её возрождению, был Сэр Генри Тейлор (Sir Henry Taylor) и, возможно, меня можно извинить за желание присоединиться к хорошей по числу членов и их качеству компании людей, не утаивающих события частной жизни. «Интервьюирование» - мания современной жизни и весьма вредная. Те, кто пишет воспоминания, интервьюируют сами себя что, по моему мнению, меньшее из зол.

1. РАННИЕ ГОДЫ.

Я родился в Лондоне 25 сентября 1829 года в доме № 38 по Шарлот стрит, Портлэнд Плэйс (Charlotte Street, Portland Place). (Отдельные, но исторически связанные улицы в центральных районах Лондона. Прим. Переводчика). Со времени написания данной книги Шарлот стрит была переименована в Хэллом стрит (Hallam Street). В других моих работах я уже сообщал довольно подробные сведения о моём отце Габриэле Россетти, поэте, борце за конституцию Неаполя и политическом беженце в Англии, о его браке с Фрэнсис Мэри Лавинией (Frances Mary Lavinia), младшей дочерью Гаэтано Полидори (Gaetano Polidori).

Не останавливаюсь на подробностях, допуская, что всё это уже известно читателю.

Я стал третьим из четырёх родившихся в семье детей. Мария Франческа (Maria Francesca) родилась в феврале 1827 года , Габриэль Чарльз Данте (Gabriel Charles Dante) или Данте Габриэль в мае 1882 года и Кристина Джорджина (Christina Georgina) в декабре 1830-го. Все мы родились в одном и том же доме. Кроватью, на которой мы появились на свет, мой брат пользовался почти до самой смерти в 1882 году. После его кончины, кровать и всю обстановку дома продали. Мне не удалось сохранить её как семейную реликвию и кто сейчас владеет ею, если она ещё существует, мне не известно.

В раннем моём детстве нашу семью нельзя было назвать откровенно бедной, но средства семьи были крайне ограничены. Отец зарабатывал на жизнь, преподавая итальянский язык, а его обширная литературная работа едва ли приносила какой-либо доход. В большинстве случаев он не мог себе позволить расходы, связанные с изданием книг и полностью зависел от подписки и щедрости друзей. Те редкие годы, когда ему случалось заработать 300 фунтов, можно считать очень удачными. По моему мнению, доход семьи в то время варьировался от 220 до 280 фунтов в год. Как профессор итальянского языка в Лондонском Королевском колледже (King's College, London) он получал плату настолько незначительную, что она не стоит упоминания.

Выше я упомянул о щедрости друзей. Одним из них был достопочтенный Джон Хукэм Фрээр (Right Honourable John Hookham Frere) живший на Мальте. Мой отец общался с ним там со времени бегства из Неаполя и до того как обосновался в Лондоне. Другой - мистер Чарльз Лайел из Киннорди в графстве Форваршир (Mr. Charles Lyell, of Kinnordy in Forfarshire) был автором написанной октавами поэмы «Монахи и великаны» и переводчиком Аристофана. Этот высокодуховный человек, безгранично щедрый обладал к тому же в своём распоряжении значительными средствами. Во время пребывания в Лондоне он щедро поддерживал отца, без всякой просьбы с его стороны и время от времени присылал чеки на 50 или 100 фунтов. Я полагаю вероятным, что Фрээр, убеждая Россетти переехать с Мальты в Лондон, обещал следить за его успехами и обязался не покинуть в трудную минуту. Однако он, казалось, не был настолько озабочен финансированием изданий литературных трудов Россетти как мистер Лайел. Возможно, причиной этого было то, что он не питал особенного интереса к темам работ Россетти, в круг которых входили систематическая интерпретация книг Данте и многих других авторов средневековых и не только. Первым, поселившись в Лондоне, Россетти издал «Ад» Данте с аналитическими комментариями. (Dante's Inferno with a Comento Analitico (Analytic Comment). Книга вышла в 1826 – 27 годах. Мистер Лайел в данном случае выступал в роли обычного подписчика. В дальнейшем он потратил несколько сот фунтов на издания «Дух антипапства, приведший к Реформации». (Spirito Antipapale che produsse la Riforma (Antipapal Spirit which led to the Reformation) и «Тайна платонической любви в средние века, как следствие античных мистерий». (Mistero delVAmor Platonko del Medio Evo derivato dai Misteri Antichi (Mystery of the Platonic Love of the Middle Ages derived from the Antique Mysteries). Две эти работы, составившие в целом восемь томов, были напечатаны в 1832 и 1840 годах. Причём первая книга стала единственной, опубликованной в Англии. Мистер Лайел (отец знаменитого геолога Сэра Чарльза Лайела) был горячим поклонником Данте и в 1835 году даже перевёл на английский язык несколько его лирических стихотворений. Потратив небольшое состояние на книги Россетти он удовлетворил как свои собственные пристрастия, так и интерес итальянских критиков. Это ни в малой мере не умаляет его щедрости. Его энтузиазм в дальнейшем проявился в десятках и сотнях писем, которыми он обменивался с Россетти, обсуждая литературные вопросы. В последние годы жизни, умер Лайел в 1849 году, он до некоторой степени отступил от системы интерпретации Россетти. Лайела смущала крайность взглядов Россетти и нежелание предстать в глазах критиков их соавтором. Шарлот стрит, наиболее редко посещаемая улица в окрестностях Портлэнд Плэйс, у дома №38 заканчивается тупиком. В моё время улица была весьма нереспектабельна и грязна, я думаю, такой и остаётся по нынешнее время. Время от времени более приличная часть обитателей улицы пыталась изгнать нарушителей приличий, однако их усилия успеха не имели и последние оставались и вели себя по-прежнему. Я помню парикмахерскую, недалеко от нашего дома, владелец которой считал себя по меньшей мере местным Фигаро или Лепарелло,. Витрины его заведения украшали довольно неприличные цветные картинки. О доме № 38 я помню немногое. Дом имел довольно скромный фасад да и места внутри было немного. К концу 1835 года, когда мне исполнилось шесть лет, разросшемуся семейству пришлось переехать в более просторный дом № 50 по той же улице. Годовая рента составляла 60 фунтов. Тут мы прожили до начала 1851 года. Мой дед по матери Гаэтано Полидори как и мой отец преподавал итальянский язык и был писателем, но политическим беженцем не являлся. Он арендовал пару комнат на углу Wells Street и Oxford Street.

3.Повторное открытие Боттичелли прерафаэлитами.

Заслуга повторного открытия Боттичелли принадлежит прерафаэлитам, а именно Данте Габриель Россетти и Эдварду Берн-Джонсу, а также художественному критику, художнику, писателю, и общественному деятелю — Джону Рескину (1819–1900). Он был проповедником утопического социализма, его последователи организовывали коммуны, которые назывались «Колонии Рескина».

Данте Габриель Россетти (1828–1882) был среди первых поклонников и пропагандистов Боттичелли в Викторианской Англии. Ощущение и изображение мира Пре-Рафаэлитами было созвучно манере Боттичелли, поэтому они сразу обратили внимание на его работы в Лувре. Несмотря выдающуюся роль в Россетти этом в открытии, имеется некая анекдотическая часть. Когда он узнал о Боттичелли от своих друзей, ото послал своего ассистента Мюррея (Murray) купить Мадонну Боттичелли за 300 фунтов стерлингов. (Вот времена были, Росетти платит 20 фунтов стерлингов за Смеральду, а Рескин — 300 за Мадонну). Это было в 1877 году.

Когда картина (Мадонна Ботттичеллли) прибыла в Англию, Рескин написал Мюррею письмо с таким текстом:

«…так уродлива, что я не посмею ее показать кому-нибудь. То, что вы купили такое уродство, поколебало мое доверие к вам

Все же под влиянием своих друзей Пре-Рафаэлитов Рескин изменил свое мнение. Важно упомянуть, что еще ранее в 1872 году он дважды съездил в Рим изучить фрески Боттичелли в Сикстинской Капелле.

В 1867 году картину Боттичелли «Смеральда Брандини», которая сейчас среди самых больших сокровищ в музее Виктории и Альберта в Лондоне купили на «Кристис» для Данте Габриэля Россетти, по его словам — за 20 фунтов.

Данте Габриэл Россетти. Весна Боттичелли

FOR SPRING, BY SANDRO BOTTICELLI

(In the Accademia of Florence.)

was written by Dante Gabriel Rossettiand was published in 1881.

What masque of what old wind-withered New-Year

Honours this Lady?* Flora, wanton-eyed

For birth, and with all flowrets prankt and pied:

Aurora, Zephyrus, with mutual cheer

Of clasp and kiss: the Graces circling near,

`Neath bower-linked arch of white arms glorified:

And with those feathered feet which hovering glide

O`er Spring`s brief bloom, Hermes the harbinger.

Birth-bare, not death-bare yet, the young stems stand,

This Lady`s temple-columns: o`er her head

Love wings his shaft. What mystery here is read

Of homage or of hope? But how command

Dead Springs to answer? And how question here

These mummers of that wind-withered New-Year?

* The same Lady, here surrounded by the masque of Spring,

is evidently the subject of a portrait by Botticelli

formerly in the Pourtales collection in Paris.

This portrait is inscribed “Smeralda Bandinelli”.

1880

Глава 2

ПИТОМНИК ПОЭТОВ И МЕЧТАТЕЛЕЙ

В семье Россетти существовал культ поэзии, все их дети так или иначе были связаны с поэтическим творчеством и литературной деятельностью. Мария Франческа написала книгу "Тень Данте". Кристина стала поэтессой, Уильям Майкл проявил себя как художественный критик, стал биографом семьи, а впоследствии историографом, летописцем и отчасти теоретиком Братства. Не был он чужд и поэзии, печатался в прерафаэлитском журнале «Росток».

Данте Габриэль в юности проявлявший большой интерес к поэзии, стал художником. Выбирая свой путь в жизни, он обращался за советом к известным поэтам и те, признавая несомненный талант юноши, открыли ему глаза на прозу жизни, указав, что прожить поэтическим творчеством невозможно. Россетти всю жизнь считавший себя скорее поэтом, рассматривал живопись как средство получения дохода и, следовательно, возможности заниматься любимым делом. В пять лет он сочинил первую драму, в тринадцать – повесть, в пятнадцать дед вручил ему оттиск его первой поэмы. "Sir Hugh the Heron" Поэма основана на рассказе Аллена Каннингема, (Allan Cunningham) The Elfin Miller of Croga Mill, который Россетти прочитал в 1840 году. В семье языком поэзии был итальянский, а культ Данте Данте Габриэль унаследовал от отца, написавшего «Аналитический комментарий» к «Божественной комедии».

Профессорский пост Габриэля Россетти позволял его детям бесплатно обучаться в школе при Королевском колледже, куда Данте поступил в 1837 году.

Королевской хартией Короля Георга Пятого школа была основана в 1829 году как младшее отделение недавно образованного Королевского Колледжа в Лондоне. Школа занимала первый этаж здания колледжа на улице Стрэнд. В колледже отец Россетти преподавал итальянский язык, его сын поступил в школу в 1837 году. В школу Данте Россетти из дома на Шарлотт стрит шёл мимо Британского музея, вход в который был бесплатным и куда мать часто водила детей. В школе Россетти получил неплохие познания в древнегреческом, латинском, немецком и французском языках, а также в математике. Но настоящая «школа» далёкая от скуки и рутины существовала в семье. Тут общались на нескольких языках, читали и обсуждали интересные детям книги. Кроме обязательной Библии в ранние годы Россетти читал Шекспира, переводы Гёте и Шиллера, поэмы и романы Вальтер Скотта, поэмы Монка Льюиса (Monk Lewis), детские балладыЧеви Чейза (Chevy Chase),трёхтомную книгу Карлтона (Carleton) «Traits and Stories of the Irish Peasantry», повествующую о жизни Ирландскихфермеров-арендаторов 19 века, Робинзона Крузо,Гулливера, двухтомныйсборникморализаторских басен в стихах Джона Гэя (John Gay), стихи поэта возрождения Ариосто (Ariosto) в книге иллюстрированной французскими гравюрами 18 века, Арабские ночи («Тысяча и одна ночь») и другие многочисленные сказки. Прочитал он в переводе и, мало известный, ныне роман Дюма «Паскаль Бруно» о благородных сицилийских разбойниках, а вот «Трёх мушкетёров», опубликованных в 1844 году, став взрослым, я предполагаю, читать не стал. И всё это, не считая итальянской поэзии, которая пропитывала всю атмосферу семьи.