Прелести баловства

ПРОЛОГ

Женское баловство не знает границ, и одной из его форм является так называемое «блядство». Это когда баловница немного заиграется и вовлечет в свое баловство мужчину, заманив его в итоге баловаться в кровать. Именно заманив и именно баловаться, поскольку серьезных намерений она в такой ситуации, как правило, не имеет, например, не планирует выйти за него замуж, или завести детей. В таком случае это уже будут претензии на статус невесты, а здесь уже попахивает совместным хозяйством, какое уж тут баловство.

Прошли времена, когда, согласно заветам основных религий, женщины, по сути, приравнивались к домашней скотине. Теперь они вправе распоряжаться собой по собственному усмотрению и баловаться, как им хочется, даже если кто-то посчитает такое блядством, вкладывая в это слово дурной смысл, а не радуясь жизни.

Глава 1

– Привет. Ну что, как интервью?

Услышав в трубке голос Вадима, Жанна зажала рот рукой. Он как чувствовал, звоня каждый раз, как только с ней случалось ТАКОЕ. Вот и сейчас она только-только пришла в себя после этого интервью.

– Да все нормально прошло, – как можно невозмутимей постаралась ответить она.

– А что с голосом-то? Как то ты…– видно ей не совсем удалось справиться с волнением.

– Кхы-кхы! – откашлялась Жанна. – Да воду пила и поперхнулась немного. Все окей теперь.

– А… ну ладно. Встречаемся в пятницу? – на выходные они обычно ходили потусить.

– Так сегодня еще среда!

– Ну мало ли…

– Конечно. Только к вечеру у меня с редактором разбор интервью. Наберу тебя, как освобожусь.

– Хорошо, жду звонка.

– Да и до этого еще созвонимся. Пока.

– Целую.

«Да уж… Знал бы Вадик, как все было, – отключившись, усмехнулась Жанна. – Хорошо хоть, не расписались еще, а то ведь измена была бы… А так – блядство какое-то и только. Опять ведь, черт побери! Нехорошо, конечно. Ну да ладно, по делу, считай, что уж тут…»

Она работала журналисткой в солидном издании, а Вадим – экономистом в крупном банке, и вроде как они были женихом с невестой, по крайней мере, на этом настаивала мама Вадима, а он сам на их женитьбу серьезно рассчитывал. Парень был приличным, зарабатывал хорошо, и, в общем, был для нее неплохой партией, тем более, что ей уже приближался тридцатник и пора было, наверное, под венец.

И, самое главное, он был вне себя от её красоты, а она действительно была красива. Красива настолько, что порой любовалась само собой в зеркало, особенно, раздевшись, в ванной. Господь явно не сэкономил на ней, и когда кто-то ценил это так же, как она, ей было безумно приятно. Этим-то Вадим и «зацепил» её, хоть и перебирал порой, буквально боясь до неё дотронуться, словно до нежности раскрывшегося цветка.

Близости между ними еще не было, как-то только все вокруг да около, но намерения у Вадима были серьезными, а Жанну такое, в общем, устраивало. Мужчины порой бывают странными, кто-то годами может иметь женщину, но о браке даже не помышляет, а кто-то еще ни разу и не попробовал, а планы строит на всю жизнь. Ее Вадим был как раз из таких. Так что формально ходя в его невестах, измен она не совершала, готовилась к замужеству и все. Попробуй-ка останови жизнь, когда ты молода, современна и свободна.

Журналистика была ее призванием, и Жанна обожала брать интервью у известных людей; это у нее получалось. Редактор журнала ценила такую ее способность и именно ей поручала самые ответственные встречи. Вот и в этот раз, договорившись об интервью с известным политиком, она попросила ее встретиться с ним.

– Этот депутат совмещает бизнес и политику. Очень непростая и загадочная личность, – инструктировала ее редактор. – Но нам больше интересна его личная жизнь. Многие хотели бы узнать именно об этом. Любит народ подглядывать в замочные скважины. А потому, нам нужно нестандартное интервью. Попробуй вытащить из него что-нибудь интимное. Спровоцируй на это. Уверена, сможешь, а для нас такая информация крайне важна. Если удастся расколоть его, твоя журналистская карьера пойдет в гору.

– Есть уже что-нибудь об этой стороне его жизни? – задумчиво наморщила лоб Жанна. – Пытались покопаться?

– Немного. В прошлом женат. Сейчас – видный холостяк. Нравится женщинам. Несколько бурных романов. Сейчас, вроде как, встречается с певицей N, хотя замечен в компании и с другими женщинами.

– В смысле – погуливает вовсю?

– Неясно. Вот и хотелось бы разобраться с этим. Надо же народу знать правду о лидерах.

– Поняла.

– Но у него условие насчет техники интервью.

– И какое?

– Дает интервью не на диктофон, а под запись. Боится ненароком сболтнуть лишнего, а под конец просматривает запись журналиста.

– Ну ничего себе!

– Такое условие. Ничего не поделаешь.

– Что же, ладно. Такое, так такое, – удивленно хмыкнула Жанна.

– Ну ты же умеешь, не впервой такое, – подмигнула ей редактор.

– Да уж. Мы могли бы служить в разведке – как пелось в какой-то песенке, – улыбнулась в ответ Жанна. – Иду на риск, с вас премиальные.

На такие случаи у нее была особая сумочка с запрятанным во внешнем кармане диктофоном. Никто бы и в жизни не догадался о нем, если без просветки на входе.

– Все будет, ты же знаешь, – одобрительно кивнула редактор. – За тобой лишь материал.

– Договорились, – подмигнула в ответ Жанна.

– Ну тогда вперед, за работу, – дала ей отмашку начальница.

И она начала готовиться к интервью. Покопалась в Интернете, изучила его блог, попыталась составить для себя психологический портрет «клиента» – так она любила называть тех, у кого брала заказные интервью. Подумав немного, оделась чуть эротичней обычного. «Нужно попытаться спровоцировать этого плейбоя, – подбирала она платье покороче и «побезрассуднее», – подразним его. Глядишь, расслабится и сболтнет лишнего, то, что нам и нужно. Вот только не перебрать бы! Темка-то еще та. Хотя, кто не рискует, тот…»

А она любила риск в своей работе, испытывая азарт от этого. Пройти по самой грани дозволенного и не оступиться в последний момент, в этом и заключалось настоящее искусство журналистики, считала она. А уж в этот-то раз такое просто волновало – и мужика расколоть, и самой на крючок не попасться, что уж тут может быть азартней. Потому-то она и настраивалась на интервью соответствующим образом, и внешне так готовилась.

Глава 2

Он ждал ее в своем кабинете. На улице было душно, и прохлада кондиционированного помещения приятно тонизировала своей свежестью. Жанна с удовольствием вдохнула ее.

– Терпеть не могу жару, – понимающе улыбнулся политик и сильнее прикрыл жалюзи выходящего на солнечную сторону окна.

– Я тоже, – улыбнулась она в ответ. На первый взгляд «клиент» производил приятное впечатление.

– Хотите холодной минералки? – кивнул он на бутылку Perrier.

– Нет, просто воду, – она не любила газировку, – с лимоном и льдом, если можно.

Секретарь принесла ей попить, и они начали разговор. Политик сразу предупредил ее, что у них есть не больше часа на интервью.

– Свидание назначил. Никак не могу опаздывать, – вдруг разоткровенничался он.

– Святое дело, – шутливо подмигнула ему Жанна и, задав несколько дежурных вопросов, постепенно стала переводить их беседу в более доверительный формат. Она умела такое делать, и получалось все довольно ненавязчиво, политик на глазах расслаблялся. Он и так-то был раскован, но когда она, сидя напротив, выставила вперед свои ножки, то и вовсе расслабил галстук, оживляясь. Похоже, редактор оказался прав, «клиент» был охоч до женщин.

Непринужденно закинув ногу на ногу, она записывала в блокнот его ответы и плела интригу беседы. Жара на улице оправдывала легкость ее платья, а доверительный тон разговора – вольность позы. Их общение становилось все более открытым, похоже, ей удалось расположить его к себе, он даже пересел из-за рабочего стола в кресло напротив нее.

Внезапно вырубился кондиционер. Пискнув несколько раз, он издал последний вздох и окончательно умер. Было уже поздно, и сервисная служба бизнес-центра перешла на ночной режим. Налаживать технику было некому. В кабинете ощутимо теплело.

– Хорошо, не выбросил, – вытащил политик из кладовой вентилятор. – Вот что значит иметь запасной парашют, – улыбнулся он, – бывалые солдаты не пропадают.

– А вы-то точно бывалый, – профессионально зацепилась Жанна за брошенную фразу.

– А как же! – с довольным видом ухмыльнулся он.

– Всегда имеете запасной парашют?

– Конечно!

– И во всем?

– Обязательно.

Она промокнула платком лоб. Заходящее солнце светило прямо в окно.

– Давайте-ка вот так вентилятор направим, а то зажаритесь тут, – повернув обдув в ее сторону, проявил приятную заботу политик. Проявил и тут же сам оценил получившийся эффект. Ветерок воздуха стал задирать ее легкое платье, откровенней обнажая верх ноги. Поймав краем глаза его взгляд, Жанна про себя улыбнулась и не стала одергивать подол, якобы не замечая случившегося казуса. Похоже, можно было переходить к большим откровениям в их беседе.

– Да, так лучше, спасибо, – чуть выше закинула она ногу на ногу. Политик капельку придвинулся к ней. Видно было, что это непроизвольное движение, но она четко его заметила, ощутив признаки знакомого азарта.

– Скажите, а в личной жизни вы тоже этим принципом руководствуетесь? Ничего, что я о личном? Вас ведь, наверное, уже достали протокольные интервью.

– Ну… можно, конечно, немного и о личном, – бросив еще раз взгляд на ее коленку, согласился политик.

– Вы же, вероятно, и в этой сфере бывалый.

– Ходят слухи, – с хитрецой улыбнулся он.

– Но ведь не бывает же дыма без огня, – заговорщически подмигнула она ему и вновь промокнула лоб.

– Посильнее обдув сделаем. Не справляется, – потянулся к вентилятору политик. Наклоняясь вниз, он при этом вновь лизнул взглядом ее ногу. «Клюет!» – хихикнула про себя Жанна, и ощущение ее азарта усилилось.

Дуновение ветра стало приподнимать платье почти до самых трусиков. Политик сглотнул слюну. Встав, он снял пиджак, повесил его в шкаф и вернулся. При этом, садясь, он придвинул к ней чуть ближе вентилятор, и, как бы заодно, свое кресло. Платье задиралось уже на грани приличия, но она вновь «не обратила на это внимания». Ее риск был, безусловно, оправдан.

– Насчет личной жизни вы же понимаете… Кому какое дело до чужой постели, – продолжил тему он. – Мы ведь не в Америке.

«Да кое-кому хотелось бы заглянуть под твое одеяло», – усмехнулась про себя Жанна, ощутив, что политик с трудом контролирует глаза. Давая ему возможность заглядывать под вздымающееся платье, она то и дело склонялась над блокнотом, якобы не замечая его интереса. Все получалось – лучше некуда.

– Признаюсь честно. Вообще-то, я охотник до красоты, – вдруг разоткровенничался расслабившийся политик и взглянул на часы. Ему явно пора было уходить на свидание.

«Это кто еще из нас сейчас рыбак-охотник», – переложила ногу на ногу Жанна, поменяв их местами и дав мелькнуть трусикам, а вслух прокомментировала:

– Нормальная роль для мужчины.

– Вам нравятся такие мужчины? – заблестели его глаза.

– Сильный мужчина всегда охотник, – философски заметила она, подыгрывая. – Это же природа. Альфа-самец, он и в Африке альфа-самец.

– Не говорите, – еще больше оживился политик, вновь подправляя вентилятор. Ножки его кресла опять чиркнули по полу, он сидел уже на расстоянии вытянутой руки от нее. Похоже, почувствовав новую «дичь», «охотник» забыл о назначенном свидании.

«Да ты азартен, смотрю, дружок, ничуть не меньше меня, – вновь хихикнула про себя Жанна, заметив это, – забавно у нас получается!»

– Вернемся к парашютному спорту, – разворачивая разговор в нужное русло, она ясно ощутила, как «клиент», между тем, начинает возбуждаться. Это чувствовалось и по его взгляду, и по тону голоса, и по непроизвольным ерзаниям. «Ого! – аж удивилась она такой удаче. – Как заглотил наживочку-то! Хоть подсекай уже», – а вслух спровоцировала его дальше. – В запасе у вас всегда несколько девушек? Ну, мало ли, одна подведет.

– Я, вообще-то, влюбчивый, – даже удивляя ее своей откровенностью, вдруг признался политик. – Не развратный, а именно влюбчивый. Именно в красоту влюбчивый. Она мне буквально кружит голову. Разве это плохо?

– А я и не говорю, что плохо, – не стала она отводить глаз от его зрачков (недаром же они изучали на факультете журналистки психологию). – Чувственный мужчина – это очень ценно. Тем более, ценящий красоту, – невольно добавила она, ведь тут он даже задел ей ненароком…

– Вы так считаете? – приятно удивился он. – Давайте воды вам еще подолью, а то жарковато становится. У меня есть в холодильнике прохладная. Ничего, что без лимона? Секретарша-то уже ушла.

– Ну да, так и считаю. А еще воды хорошо бы.

Поднимаясь с кресла, политик чуть дольше и, как бы задумчиво, задержал на ней взгляд, и Жанна улыбнулась ответ, поддерживая тем самым развитие интриги. Получился отличный ход, ведь он даже обернулся к ней, открывая дверцу холодильника. Она явно нравилась ему, и это было чем-то приятно.

Вернувшись со стаканом воды, он сел и, придвинувшись к ней в своем кресле, «случайно» коснулся ее ногой.

«Да и подсекать не надо. Сам на сковородку лезет! – вновь довольно усмехнулась она про себя и, само собой, не стала отодвигаться, хоть это и начинало уже волновать, мужик-то явно возбуждался. – Играем дальше, но как бы не заиграться с этим редакторским заданием».

– Спасибо, – благодарно улыбнулась ему она, вновь применяя технику «липкий взгляд» с задержкой взгляда глаза в глаза.

И вот это оказалось уже лишним, Жанна ненароком перешагнула грань, чуть заигравшись под его взглядами. Передавая ей стакан из рук в руки и не глядя на них, политик случайно пролил воду на ее ногу, его неловкость можно было понять.

– Ах, черт! – подскакивая с кресла, ругнулся он. – Извините, сейчас салфетки дам. – И. выхватив из заднего кармана брюк бумажные салфетки, политик тут же опустился на колени и начал промокать воду на ее ноге. Все это произошло настолько быстро, что Жанна не успела даже среагировать на такую прыть.

– Да… я… – аж, растерялась она.

– Ну как же я так неловко?! Даже неудобно как-то, – приговаривая, продолжал он промокать с ее колена воду, ну, а поскольку ноги были закинуты одна на другую, вода, естественно, текла по верхней из них вниз – в сторону трусиков.

И, нет бы, ей вскочить тут же с кресла, стряхивая самой воду, а она оторопела, откинувшись на спинку кресла от неожиданности; оторопела и все, не зная, что делать в такой ситуации. Не по рукам же ей было бить политика.

Возможно, он принял такую ее реакцию за согласие, возможно, просто обнаглел под воздействием ее двусмысленных взглядов, но он стремительно увлекался этой своей «помощью». Очередное дуновение вентилятора вновь открыло его взору ее трусики, и промокашка салфетки, догоняя каплю воды, заскользила в их сторону. Ее профессиональный риск подошел к критичному пределу. Ситуация на глазах обострялась, и Жанна аж выронила блокнот в растерянности, держа стакан с водой в другой руке.

– Да… я… сама, – вновь попыталась было она придержать прыть политика, но, словно ее не слыша и дальше промокая салфеткой вдоль ноги, он приподнял голову, продолжая прерванный разговор.

– Вы действительно цените чувственность в мужчинах? – голос его при этом уже отдавал хрипотой, а во взгляде засветилась похоть – похоть любвеобильного самца. Это невозможно было не заметить, она умудрилась его конкретно завести своей игрой, он оказался еще азартней ее.

– Конечно, ценю. В наше-то циничное время, – придерживающе положив свою ладонь поверх его руки, постаралась невозмутимо ответить она.

«Спокойно, это работа!» – чуть отойдя от первоначальной растерянности, успокаивала себя она, хоть и остро ощущала наглое тепло мужской ладони на своем бедре. Это, конечно, волновало, политик буквально излучал флюиды желания, все так же стоя на коленях вблизи нее.

– А знаете, когда встречаешь такую девушку… Такую красоту… – начал он теперь уже поглаживать ее ногу. – Сразу обо всем на свете забываешь.

«Ага, и об уже назначенном свидании», – пыталась продолжать работу Жанна, остро чувствуя, как его пальцы крадутся вверх вместе с ее ладонью, придерживающей их. Политик все больше наглел, и она начала теряться. Да еще эти его комплименты про красоту.

– Вот… так уж… и обо всем? – старалась собраться она, уводя разговор в сторону, в то время как, преодолевая ее робкое сопротивление, ладонь политика подползала уже к трусикам.

И она вдруг ощутила, что такой напор обезоруживает ее, а между ног теплеет.

– Ну а как тут не забудешь, когда… – протиснувшись между сжатых бедер, его пальцы стали поглаживать низ ее лобка. – Когда тут такое… Когда вот так глаз не отвести…

Верхняя нога Жанны как-то сама вдруг опустилась вниз, давая дорогу наглости его пальцев, она теряла волю к сопротивлению, неожиданно для самой себя.

«Неплохой материальчик получается!» – чувствуя, как начинает кружиться голова, подумала она, в то время как палец политика стал поглаживать ее промежность сквозь трусики. Она стремительно намокала между ног, и, почувствовав это, «бывалый охотник» потянулся расстегивать ширинку. Его наглости не было предела, и это просто обезоруживало ее, она ничего не могла с собой поделать, сдаваясь ему.

– И что же… вы? Вот так сразу? Всегда так… пытаетесь? – пытаясь сдержать дрожь в голосе, все же продолжала «брать интервью» она, хоть и такой ценой.

– Ну, если вот так… чувство нахлынуло… когда такая красота… словно зов какой-то… – вынимая стоящий член, бормотал политик. Он явно был уже не в себе от желания.

«Ну прямо гипнотизирует меня и только, – ощутила внутреннюю дрожь Жанна. – Додразнилась тут, – мелькнуло у неё в голове, – … Главное, тут теперь самой особо не ахать», – позволяя ему снять с себя трусики, приподняла она попу на стуле. Секс она, вообще-то любила, а когда вот так… восхищаются тобой… да еще и по работе…

– Ничего уже не могу с собой поделать… Прямо магнитом к вам манит… Вы такая… – раздвигая ей ноги, подсел политик на ее стул лицом к лицу.

Закусив губу, Жанна ощутила, как головка члена нащупывает вход в ее влагалище; редакционное задание явно перевыполнялось. Обхватив ее руками, и придерживая за ягодицы, политик еще что-то сказал, но она уже не поняла, что. Резкий толчок навстречу, и диктофон записал ее всхлип…

Глава 3

Так что, когда звонил Вадим, она только-только вышла на улицу после этого интервью и, потихоньку отключив диктофон, приходила в себя от откровений политика. Все, что нужно было от него по работе, она, в общем, с успехом получила, профессионализм есть профессионализм. Да ещё и комплиментов наслушалась от души.

Редактор, само собой, получила от нее только часть материалов. Политик был очень перспективным; она прекрасно понимала это, оставив последнюю часть интервью на будущее. Капитал-то ведь бывает разным.

– Ну, в общем, ты как всегда молодец, – с довольным видом похвалила ее редактор, когда, готовя финальный материал, они еще раз вместе прослушали ее запись.

– Стараюсь, – улыбнулась в ответ Жанна. – Не просто было, конечно. Еще тот оказался стервятник, но… Расслабился в итоге. Удалось зацепить.

– Умница. Ценю. Премия за мной.

– Спасибо.

– Слушай. Тут появилась еще одна пикантная темка. Как-то даже неудобно тебе предлагать, – чуть замялась к ее удивлению редактор. – Но ты профи, сама понимаешь. Мода есть мода и интерес читателей для нас свят.

– Что верно, то верно. Но как-то вы уж больно издалека, – заинтригованно прищурилась на нее Жанна. – Что уж там такого неудобного-то?

– Ну… в общем… ты, думаю, в курсе, что в последнее время все больше на слуху тема свингеров и вечеринок для взрослых.

– В курсе, конечно, – даже улыбнулась Жанна в ответ на смущение редактора. – Ну и нормально, на мой взгляд, что народ оживляется после пандемии.

– В общем-то, да.

– И что от меня? Выйдя замуж, податься с мужем в свингеры? Внедриться в их стан и разоблачить? – развеселилась Жанна.

– Вот что мне в тебе еще нравится, – улыбнулась, наконец, и редактор, – так это преданность делу журналистики.

– А то, – шутливо отдала под козырек Жанна, и они хором рассмеялись.

– Но мы решили схитрить. Темка-то еще та, сама понимаешь.

– Да уж понимаю.

– Пустить ее через рубрику «Мнение читателя». Знаешь ее.

– Конечно!

– Публикуем как бы не от своего лица. Или ищем подходящий материал, или просим знающих людей. Отбираем, само собой, ну а потом, как всегда, даем лишь комментарий.

– Хороший фиговый листок в такой-то ситуации, – с улыбкой усмехнулась Жанна. – Типа, что под ним – не наше.

– Ну да, – улыбнулась и редактор. – Не хочешь попробовать роль листка? Готова чуть отбросить скромность?

– Ну вы знаете, если надо… Я хоть на амбразуру ради дела.

– Эх, все бы так, – уже без шуток вздохнула редактор. – А было даже неудобно предлагать. От того и мялась.

– Вот и зря. Я же не робкого десятка.

– Ну вот и отлично! Но мы хотим сразу выдать и необычное, и в тренде времени.

– Вот так вот – двух зайцев одной гранатой. И что тренд?

– Ну ты же знаешь про сохранение и укрепление традиционных российских духовно-нравственных ценностей. Сейчас все больше об этом говорят.

– А то! Нет ворам и пидорам в стране. Ура!

– Молодца, сечешь поляну.

– Я правильная! – шутливо подмигнула редактору Жанна, у них обоих было хорошее настроение.

– Горжусь такими сотрудниками. Но слушай, надо ведь еще и обличать идейного врага. Согласна?

– Само собой. Лучшая защита – это нападение.

– Вот мы и решили с этого начать. Есть тема – Wasteland – самая дикая секс-вечеринка в мире, как о ней ходят слухи. Из разряда «зрителей со слабыми нервами просьба покинуть зал». Был такой фильм «Достояние республики» с Андреем Мироновым. Запомнилась мне эта его фраза. Так вот, похоже, Wasteland – из этой сферы. О ней-то нам и хотелось бы все выложить. И есть автор с интересным материалом. Готов доработать под нас. Возьмешься посмотреть по готовности?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.