- -
- 100%
- +
— Кхм-кхм. Прошу прощения. Артур Корвин и его сопровождающая Сольвернай Селестиан, принцесса Дома Падающей Листвы.
Судя по тому, как побледнела аристократическая банда шептунов, удар был нанесён мощнейший. Моя наставница показала СТАТУС! Причём сразу и свой, и мой. Графиня, пусть и ушедшая в орден паладинов, учит барона.
— Слушай, а тебе не влетит от родичей и церкви за использование титула, будучи паладином? — тихо спросил я.
— Нет, дурачок. Я ещё не попросила его представить меня Селестиан-Корвин. А то начались бы массовые падения в обморок, — изящно прикрыв рот ладошкой, шепнула она.
Я ошарашенно уставился на эту... ЭТУ ушастую хитрюгу.
Мама взирала на всё происходящее с лицом обречённого на мучительную смерть человека. А вот отец явно оценил брошенную бомбу. В образовавшейся тишине мы, тем не менее, продолжили церемониальную часть. Сначала родители подошли к стоящим у входа в особняк Симону, Варлее и Адде Фальверн. Поздоровавшись и вручив подарок, они отошли немного в сторону, уступая место нам. Повторив их жест, я вручил Адде свой подарок. На непонимающий взгляд девчушки я пояснил, что это мой личный подарок, чем заставил мелкую раскраснеться. Аленсавайн тоже подарила девочке подарок — как представитель Дома Падающей Листвы на её дне рождения, чем вызвала очередную волну перешёптываний.
Когда большая часть гостей прибыла, бедную Адду отпустили к остальным детям. Как же я её понимал. Самому приходилось так стоять несколько часов на своё пятилетие, принимая подарки и поздравления. В общем, скука смертная. Взрослые, войдя в зал, разбились на группы по интересам и вели неспешные беседы — по крайней мере, создавался такой вид. На самом же деле все только и говорили обо мне и об Аленсавайн. Мама и вовсе оказалась в окружении других женщин, атакуемая со всех сторон одним и тем же вопросом: что всё это значит? Вот только ушастая никого не предупредила о своих манёврах, сделав всем сюрприз. Так что говорить маме было нечего. Отец тоже подвергался расспросам, но стойчески отыгрывал загадочность.
Меня же утащила Адда вместе с другими детьми — открывать подарки. И я честно и с радостью составил ей компанию. Подарки — это всегда приятно. Собственно говоря, большую часть подарков составляли всевозможные украшения с теми или иными магическими свойствами. Также имелось несколько волшебных палочек для занятия магией. У меня дома тоже валяется штук пять подаренных, но пользоваться я буду только той, которую подарили родители, — отец сделал её сам. Мой подарок и тот, что подарила Аленсавайн, Адда открывала последними. Эльфийка подарила ей кинжал. Весьма практично с её стороны. Ну и, конечно же, красиво. Эльфийская работа выглядела элегантно и невероятно дорого. Адда восхищённо ахнула, вынимая кинжал из ножен.
Когда же именинница достала из коробки написанный мною справочник, её настроение немного упало.
— Артур, что это? — непонимающе спросила девочка.
— Это собранные в одну книгу методики развития магических способностей. С пояснениями и без лишней философии, — пояснил я. — Под руководством наставницы я изучаю теорию магии с трёх лет. И я собрал в этом справочнике всё, что узнал за это время, убрав лишнее и добавив нужное.
Она уже с большим интересом открыла книгу и пробежалась глазами по первым страницам.
— Ты сам всё это написал? — заметила она.
— Ну да, — пожав плечами, ответил ей.
— СПАСИБО! — у меня на шее повис пищащий комок счастья, одетый в весьма миленькое розовое платье.
Обняв её в ответ, я задумался о том, что, подари я книгу пятилетней девочке в прошлой жизни, это бы не вызвало такого восторга, несмотря ни на какую ценность знаний, в ней находящихся.
Находясь в компании детей, я просто отдыхал. Поддавшись моменту и настроению праздника, отбросил свою взрослую часть и наслаждался. Идиллию вечера нарушил пришедший слуга, который позвал нас в основной зал. Адда тут же покрылась румянцем, а я только обречённо вздохнул. Выйдя в основной зал, заметил эльфийку, стоящую с ехидной ухмылкой рядом с нашими родителями. Подмигнув мне, она отсалютовала бокалом вина, делая маленький глоток. Слуга вывел нас в центр небольшого богато украшенного зала, по краям которого стояли столы с едой.
Первым заговорил Симон Фальверн:
— Дорогие друзья, я рад сообщить, что сегодня, на пятый день рождения моей дочери, у меня есть ещё один повод для радости и гордости. Между нашим родом Фальверн и родом Корвин было заключено соглашение о помолвке, — объявил мужчина, и зал взорвался аплодисментами.
Следующим выступил отец:
— Да, в этот действительно важный и знаменательный день мы официально объявляем о помолвке наших детей. Пусть это событие станет началом нового этапа наших дружеских отношений.
Когда он закончил, зал снова взорвался аплодисментами. Заигравшая музыка стала сигналом для нас. Я повернулся к Адде и протянул ей руку, приглашая на танец. Я был абсолютно спокоен, в отличие от девочки, лицо которой сравнялось по цвету со спелой помидоркой. Но, тем не менее, танцевала она без ошибок и с достоинством юной леди.
На этом закончилась официальная часть вечера, и начался праздник. Первой до меня добралась мама и, утащив в центр зала для танца, начала допрос.
— Вы что устроили? Да я вас обеих дома ремнём по одному месту отлуплю, — буквально шипела мама.
— Насчёт повторного представления — это не ко мне, сам в шоке. Ушастая явно давно спланировала это, но мне ничего не говорила, — сразу спихнул я всю вину на эльфийку.
— Сынок, ты понимаешь, что она сделала? — успокаиваясь, спросила мама.
— Судя по всему, вышла из ордена и породнила нас со своим домом, — спокойно ответил я.
— Породнила? — мама аж запнулась.
— Да, она тут обмолвилась мне на ушко, озвучив фамилию Селестиан-Корвин. Сама понимаешь, такое в шутку она бы не говорила, — пояснил я.
Мама была задумчива, так что до конца танца мы оба молчали — она переваривала, а я не мешал. Как только одна композиция стихла и музыканты начали вторую, я подошёл к Аленсавайн.
— Сестра, позволь пригласить тебя на танец, — обратился я к ней.
— Конечно, брат, — она вложила свою изящную ручку в мою, хоть моя и была намного меньше.
Стоило нам выйти в центр зала и начать медленный танец, я начал второй важный разговор.
— У тебя точно не будет проблем? — обеспокоенно спросил я тихо.
— Да не будет никаких проблем, — так же тихо ответила она. — Орден только за то, чтобы рядом с новым избранным был кто-то надёжный. А моя родня, узнав, что тебя прислала сама Алейна, и выслушав мою идею о вхождении в твой род в качестве названной сестры, поддержала меня, — объяснила она. — Через пару дней в город прибудет представитель Дома Падающей Листвы, и я стану Селестиан-Корвин, а ты — Корвин-Селестиан.
Мои глаза чуть полезли на лоб.
— Эльфы примут в дом человека? — ошарашенно спросил я.
— Да. Так что, братишка, теперь ты уже не просто баронет — у тебя теперь есть связи, — подмигнула она.
— А как на это отреагирует император? — вспомнил я о том, что и этот товарищ во мне заинтересован.
— Сугубо положительно. Ещё одна ниточка, укрепляющая отношения между двумя народами, ему лишней не будет. По сути, и ты, и император, и мой дом — в выигрыше, с какой стороны ни посмотри, — успокоила она меня.
Дальше всё прошло относительно гладко. Танцы, еда, разговоры, прощупывание обстановки со стороны других аристократов. Типичный светский приём. Но теперь впереди маячили гости из Дома Падающей Листвы, и принятие Аленсавайн в наш род, и меня — в эльфийский дом. Жить становится всё веселее. А ведь мне всего пять лет.
Третья глава книги на оценку
Глава 4
Стоит ли говорить, какая паника накрыла маму, когда она узнала о скором приезде важных гостей. Пообещав обязательно хорошенько отлупить названую дочку, она развила бурную деятельность по подготовке к их приезду. Я, как и отец, старался вообще не попадаться ей на глаза в эти несколько дней. Сами же представители семьи Аленсавайн оказались, ну, не такими, как я ожидал. Во-первых, приехало их аж целая толпа из тридцати ушариков. И если свита ещё более-менее соответствовала моему понятию «эльф» — ну там, красивые, холодные, немного отстранённые, — то вот глава делегации...
— Ути, какой милашка! — с этими словами вышедшая из кареты изрядно подвыпившая эльфийка применила самый страшный женский приём — удушение сиськами.
— Госпожа! — обречённо воскликнул достаточно зрело выглядящий эльф.
— Тётя! — возмущённо воскликнула Аленсавайн.
— Сиськи, — сдавленно протянул я.
— Маленький негодник, — рассмеялась пьяная эльфийка, когда я непроизвольно схватил её за грудь.
— БАМ! — кажется, это был звук падающей челюсти моей матери. — А нет, это она попыталась упасть в обморок.
Но отец — кремень: мало того что поймал, так ещё и стойчески не ржёт от происходящего.
— Разрешите представиться, — сделав шаг назад и изобразив какой-то кривой не то книксен, не то реверанс, произнесла она. — Альвердия Селестиан, официальный представитель эльфийского Дома Падающей Листвы.
— Артур Корвин, — уважительно поклонился я ей.
За что тут же был снова сжат в довольно сильных объятиях.
— Тётя! — чуть ли не хныча, протянула моя наставница.
— Ой, да ладно тебе, — отмахнулась Альвердия. — Тут встреча, считай, в кругу семьи.
Сделав пару взмахов рукой, она окуталась едва заметным зеленоватым свечением и тут же протрезвела.
— Ну что, Артур Корвин-Селестиан, покажешь тёте, как у вас тут всё устроено? — всё тем же дружелюбным голосом обратилась она ко мне.
— Конечно, — я протянул ей руку. — Мама подготовила довольно много всего к вашему приезду. Вашим людям тоже стоит пройти в дом и отдохнуть.
Взяв меня за руку, Альвердия грациозно последовала за мной. Её сопровождение шло на небольшом расстоянии.
— Тётя, можно спросить? — обратился я к эльфийке.
— Конечно, малыш, — она посмотрела на меня, и в её глазах я действительно видел неподдельную теплоту.
— Как происходит принятие в эльфийский дом? Просто для принятия в род Аленсавайн ей достаточно в храме произнести клятву роду перед богами, — с любопытством спросил я.
— О, это я оставлю пока в секрете, — хитро улыбнулась Альвердия. — Ты лучше расскажи тёте, как тебя угораздило стать избранным? Я вижу, что твой разум старше, чем тело. И даже догадываюсь, почему ты выбрал именно такой способ появления в нашем мире. А вот причины становления посланником не понимаю, — перешла она резко к весьма щекотливой теме.
Ну а что. Взял да и рассказал, как есть. О том, как умер и застрял в Реке Душ. Как проторчал там неизвестно сколько времени и как богиня вытащила меня из этой западни.
— Это удивительная история, Артур, — тихо сказала она. — Тебе пришлось пройти через весьма страшное событие, но ты не сдался, и это говорит о многом.
После того как я показал Альвердии дом, а маму наконец привели в чувство, началась официальная часть неформальной встречи. Названая тётя даже извинилась перед мамой за своё столь необычное появление, обосновав это банальной скукой. За свои семьсот сорок лет она уже довольно сильно устала от всего этого официоза, а услышав о выходке одной из младших, тут же сорвалась в поездку — это сулило что-то действительно интересное.
От возраста тёти я был в шоке. Да и не только я. На вид ей не дашь больше тридцати. Она была сильно похожа на Аленсавайн: те же платиновые волосы и ярко-голубые глаза, то же красивое, я бы даже сказал, идеальное лицо. Вот только характеры совершенно разные. Если моя наставница достаточно серьёзна и лишь иногда позволяет себе вольности, то Альвердия живёт вольностями. Несмотря на вроде бы приличный возраст даже по меркам эльфов, она весёлая и жизнерадостная.
Когда закончились посиделки, я нашёл тётю в саду на заднем дворе.
— Тётя, а сколько вообще живут эльфы? — спросил я, подходя к ней.
— По-разному, — задумалась она. — Те, кто без магии, — от тысячи до тысячи трёхсот. Слабые маги — от полутора до двух тысяч. Маги средней силы — от двух до четырёх тысяч. Сильные же могут жить долго. Но есть ещё король. Он связан с Меллорном, священным деревом нашего народа, и теоретически может жить вечно, — всё так же задумчиво пояснила она.
— ... — я озадаченно почесал затылок.
Альвердия лишь рассмеялась.
— Вы, избранные, похожи на нашего короля. Если развиваетесь, то можете жить долго. Невероятно долго, — и гораздо тише добавила: — Если, конечно, не погибнете раньше.
Мы молча сидели в саду, смотрели на звёзды. Я переваривал новую информацию, а тётя думала о чём-то своём. Чтобы лучше думалось, я вошёл в медитативный транс, только немного не рассчитал с усталостью — так и уснул.
Альвердия
Когда от Артура послышалось сопение, я повернулась к уснувшему парню, вглядываясь в его детское лицо. Судьба избранного — это тяжёлое бремя, но, учитывая пережитое парнем в Реке Душ, опасная жизнь для него может быть намного предпочтительнее. Я с усмешкой вспомнила, как бесилась сестра, когда я опередила её с ролью посланника. Ну подумаешь, первая увидела это чудо. Не заберу же я его себе, в конце-то концов. На него вон Сольвернай глаз положила. А я старовата для соблазнения маленьких мальчиков. Хотя-я-я... Вспомнив, как он мял мою грудь, непроизвольно захихикала. Может, лет через сто-двести, когда он подрастёт.
Взяв Артура на руки, отнесла его в спальню. Сидя на лавке спать не очень удобно. Когда выходила из спальни мальчика, столкнулась с племянницей и по её взгляду сразу поняла — девочка пропала.
— Да не заберу, чего ты, глупышка, — смеясь, щёлкнула её по носу. — Но косметические заклинания из раздела магии жизни советую подучить. Он явно любит побольше, — провела я руками по своей груди, вгоняя бедную девочку в краску.
«Жить явно станет веселее», — подумала я, идя в выделенную мне комнату.
---
Утром я проснулся в своей комнате. Хотя точно помню, что уснул в саду, когда в медитации разбирался с новой информацией. Получается, тётя принесла меня в комнату. Надо будет её поблагодарить. Встав, я направился в душ. Вообще, это не совсем то, что было в моей прошлой жизни. Это бытовой артефакт, но функционал очень схожий — только работает всё за счёт магии. После того как привёл себя в порядок, я отправился на поиски наставницы или тёти. Нужно разобраться со всеми текущими вопросами и продолжать тренировки. До академии осталось всего десять лет, а начиная со второго курса ученики уже участвуют в исследованиях руин. Так что у меня не так много времени, как может показаться.
Первым мне попался один из эльфов свиты Альвердии. Уважительно поклонившись, он обратился ко мне:
— Доброе утро, господин. Вы кого-то ищете? — в голосе мужчины слышалось неподдельное уважение.
— Да, — кивнул я. — Тётю или наставницу.
— Они в саду с вашей матушкой пьют чай.
— Спасибо, — кивнув ему, я направился в сад.
Вот стою, смотрю на трёх мило беседующих за кружечкой чая женщин — и по спине бегут мурашки размером с кулак. Что-то у них тут атмосфера какая-то напряжённая для светской беседы. Сделав глубокий вдох, направляюсь к ним.
— Доброе утро, матушка, тётя, Аленсавайн. Чего это вы тут такое обсуждаете, что папа предпочёл спрятаться от вас? — невинно спросил я.
Три пары глаз уставились на меня.
— Доброе, сынок. Ничего такого. И твой отец от нас не прячется, — неловко улыбнулась мама.
— Да-а-а-а, — протянула Альвердия. — Всё в порядке.
Моя наставница лишь сконфуженно кивнула.
— Э-э-э-э. Ну я тогда тоже пойду не прятаться, как папа. А вы не отвлекайтесь, считайте — меня здесь и не было, — и я направился к выходу.
Как только вошёл в дом, с облегчением выдохнул.
— Кажется, пронесло, — стёр я несуществующий пот со лба и отправился на кухню.
На кухне, к моему сожалению, тоже бушевал десятибалльный шторм. Наш семейный повар сцепился с эльфийкой в споре о том, что готовить на обед.
— Эмммммм, — привлёк я их внимание, — а меня здесь накормят, или тоже зайти попозже?
Оба спорщика замерли, глядя на меня.
— Сейчас, юный господин, — Рик тут же сорвался готовить мне завтрак.
Эльфийка, видя, что её опередили, осмотрела кухню и направилась к лежащим на столе фруктам.
— Юный господин, я приготовлю вам эльфийский фруктовый коктейль. Он бодрит и придаёт сил.
— Ну и дурдом, — покачал я головой, покидая кухню.
В столовой я обнаружил отца. Он сидел с кружечкой чая и о чём-то болтал с одним из наших эльфийских гостей.
— Доброе утро, отец. У нас сегодня так оживлённо, не находишь? — с иронией поинтересовался я.
— О, ты был в саду и ушёл оттуда живым и здоровым? — поёжился он.
— Да. И на кухне я тоже побывал, — сказал я, усаживаясь за стол.
— Да, и правда очень оживлённо, — покачал отец головой.
— Извините нас за предоставленные неудобства, — нервно начал было эльф.
На что мы с отцом синхронно отмахнулись.
— Немного хаоса никогда не помешает. Это делает жизнь интереснее, — философски заметил папа.
Завтрак мне всё же подали. И если Рик был уверен в своей готовке — кормит меня не первый год, — то эльфийка явно нервничала. Я решил не обижать девушку и попробовал коктейль.
— М-м-м-м, — довольно протянул я.
Кисло-сладкий, с идеальным балансом вкусов, освежающий и бодрящий.
— Очень вкусно! — осушив бокал, честно сказал я.
Девушка довольно улыбнулась и даже немного засмущалась.
— А мне никто коктейль не делал, — шутливо возмутился отец, глядя на такого довольного меня.
— Прости, как тебя зовут? — обратился я к чуть сжавшейся от реплики отца девушке.
— Алести, юный господин, — склонилась она в поклоне.
— Алести, не обращай внимания на возмущение отца — он так шутит. Ну, у его чувства юмора бывают сбои, что уж тут поделаешь. Сделай нам, пожалуйста, ещё парочку таких коктейлей, и ещё три надо бы отнести в сад, — попросил я эту стесняшку.
Глава 5
Утро в саду
— Что значит, у моего сына тяжёлая судьба? — хмуро посмотрев на не слишком полюбившуюся ей гостью, спросила Ванесса.
— У всех магов его потенциала судьба тяжела из-за груза ответственности и ожиданий, — вздохнула Альвердия. — Уже сейчас Артур находится под пристальным вниманием. От него ждут чего-то великого, — пожала эльфийка плечами, как бы намекая: вы и сами знаете.
Ванесса вздохнула, понимая, что эта «ушастая корова» (мысленно) права.
— И что ты предлагаешь? — успокаиваясь, спросила она.
— Я со своим посольством останусь здесь и присоединюсь к обучению мальчика, — мечтательно улыбнулась Альвердия.
— Тётя! — возмутилась Аленсавайн.
— Что — тётя? Скажи ещё спасибо, что здесь я, а не твоя матушка, — подмигнула смутившейся девушке Альвердия.
— Вам не кажется, что разговор уходит куда-то не туда? — попыталась Ванесса вернуться к серьёзному разговору.
— А что, тема будущего гарема нашего мальчика не важна? — со смехом спросила старшая эльфийка.
— Гарема! — одновременно воскликнули мать и наставница.
— Да, — вполне серьёзно кивнула тётя. — Уже сейчас вокруг него крутятся те, кто хочет за его счёт проскочить в высшие слои общества. Когда он поступит в академию, то окажется под пристальным вниманием знатных семей — и людей, и эльфов, и зверолюдов. — Она хитро улыбнулась. — Вряд ли среди них много идиотов, которые упустят возможность подложить под перспективного мага дочурку.
— Да что такого в моём сыне, что он так всем нужен? — взорвалась Ванесса.
— Тётя Ванесса, вы ведь сами понимаете, — тихо заговорила Аленсавайн. — Кристалл СИЯЛ, когда Артур проходил проверку. Это уровень потенциала древнейших родов империи. Он достаточно умён, чтобы понимать свою будущую роль в освоении руин, и усиленно к этому готовится. — Сделав глоток чая, она добавила: — Он лакомый кусочек для всех, кто заинтересован.
---
Столовая
Я не привык в новой жизни ничего не делать, так что решил расспросить наших гостей о жизни в королевстве эльфов. Из книг и рассказов наставницы я кое-что знал, но любопытство в изучении нового мира за два года, прожитых здесь, только разгоралось всё сильнее. Эльфы охотно делились со мной особенностями быта и культуры своего народа. Не скажу, что это жизненно важная информация, но, так как я в скором времени стану приёмным сыном в Доме Падающей Листвы, то должен знать, как себя вести, если попаду на их территорию.
Впрочем, добравшись до второго по важности эльфа в посольстве, я наткнулся на кладезь по-настоящему ценных знаний. Из рассказов других эльфов стало ясно, что Солинар Селестиан — очень сильный маг возрастом за тысячу лет — является капитаном гвардии Дома.
— Господин Солинар, — нашёл я эльфа в библиотеке, — не расскажете мне о руинах?
Мужчина нахмурился, отложив книгу.
— Не думаю, что юному господину стоит знать больше, чем он может найти об этом вопросе сейчас.
— Вы ведь знаете, что я избранный, — присел я напротив него. — Я достаточно зрел, чтобы трезво воспринимать информацию.
Солинар вздохнул.
— Ну что же, тогда стоит начать издалека. Аура, наш мир, пережила уже несколько взлётов и падений магической цивилизации. Достоверных причин их падения вы не найдёте ни в одной книге. Но, — сделал он небольшую паузу, — после них остаются руины. В них сохранились многие знания, артефакты и технологии древних, не идущие ни в какое сравнение с нашим нынешним развитием. Это то, что касается плюсов. Минус в том, что руины опасны: защитные заклинания работают даже спустя тысячи лет; аномалии, появившиеся из-за применения сверхмагии, превращают целые города в ловушки без выхода; искажения магического фона корёжат флору и фауну, порождая жутких и опасных мутантов. — Он замолчал, о чём-то думая, на несколько минут. — Вы пока не знаете, да оно вам и не нужно. Но там, за городскими стенами, — очень опасный и полный тайн мир. Надеюсь, когда вы вырастете, вы будете готовы к встрече с ним.
---
Пока я расспрашивал Солинара о руинах и мире за городскими стенами, чаепитие в саду закончилось. Наши дамы пришли к каким-то своим договорённостям и в дом вошли вполне дружелюбно настроенные по отношению друг к другу. За обедом, который состоял как из творений Рика, так и из блюд эльфийской кухни — видимо, они с Алести всё же договорились, — нас порадовали разнообразием. Состоялся разговор, который, собственно, и определил моё будущее на ближайшие десять лет. Если выбросить из него всё лишнее, то итог можно описать одной фразой: «Пахать мне теперь и пахать, загибаясь на тренировках».
Но я был даже рад такому раскладу. Учиться у таких сильных разумных, как тётя и Солинар, — это воистину удача.
Однако прежде чем приступить к издевательствам над бедным мной, стоило наконец закрепить мой и Аленсавайн статусы. Моя первая наставница в этот же вечер дала клятву в храме и, получив одобрение богов, стала Селестиан-Корвин. А вот мне предстояло таинство — так назвала это Альвердия, почти на сутки уединившись в одном из самых больших помещений подвала. Когда с её позволения я спустился вниз, она с улыбкой провела меня в центр комнаты, разрисованной сложными рунными цепочками.
— То, что ты видишь вокруг, — это родовая магия эльфов. У каждого дома она своя. В данном случае — это рунная песнь осеннего цветения, — начала она пояснять. — Когда я её активирую, не пугайся: с тобой будут говорить предки нашего дома. Открой им своё сердце и душу — они оценят тебя и примут в семью. Могут даже поделиться своей мудростью и силой. Так что будь честен с ними.
Я сдавленно кивнул. Тётя лишь улыбнулась и затянула песню на эльфийском — мелодичную, красивую песню. Слов я не понимал, но чувствовалось в ней всё очарование осенней поры, успокаивающее и даже убаюкивающее. Руны на полу и стенах начали мерцать разными цветами: жёлтым, зелёным, красным, — передавая всю палитру чарующего времени года. Я прикрыл глаза, вслушиваясь в неразборчивый, но такой красивый язык.
— Иномирец, проснись, — раздался вдруг очень ласковый и нежный женский голос.
Я открыл глаза и обнаружил себя... в лесу? Вокруг был прекрасный осенний лес. Я стоял на полянке, ощущая запахи леса, — воздух буквально пьянил своей чистотой и разнообразием ароматов. Передо мной стояла обладательница голоса — красивая молодая эльфийка, так похожая и на Аленсавайн, и на Альвердию, но и другая. Она просто излучала ауру чистоты и величия лесного народа. Я уважительно поклонился ей.