Дедушка Иосиф Повесть о вере, звёздах и дороге к Иисусу Христу

ПОСВЯЩЕНИЕ

Моему любимому сыну Марку Токареву

Сынок, сегодня тебе девять лет.

Когда-то и я был мальчиком. Мне было восемнадцать лет, я служил в армии и оказался в госпитале. Именно там, лёжа на больничной койке, я взял обычную тетрадь и ручку и начал писать историю о мальчике Давиде и его дедушке Иосифе.

Я не был писателем. Не был историком. Не знал древних языков и не понимал многих особенностей жизни людей, населявших Иудею две тысячи лет назад.

Но мне очень хотелось рассказать об Иисусе Христе.

Так появилась моя первая незаконченная книга.

Прошло девятнадцать лет.

Тетрадь осталась в прошлом, а история — нет.

Сегодня мне тридцать семь лет. У меня есть ты. И однажды я вспомнил того восемнадцатилетнего солдата, который писал в тетради о дедушке Иосифе, маленьком пастухе Давиде, овцах, звёздах и Христе.

Я решил вернуться к этой истории. Но теперь я пишу её для тебя.

Мне хочется, чтобы вместе с Давидом ты прошёл по каменистым дорогам древней Иудеи, сидел ночью возле костра, смотрел на звёзды, слышал овец и слушал старого Иосифа.

А главное — чтобы вместе с Давидом ты узнавал Иисуса.

Я не знаю, какие дороги ждут тебя впереди. Ты будешь взрослеть, задавать вопросы, искать ответы и самостоятельно принимать самые важные решения своей жизни.

Поэтому я не хочу просто сказать тебе, во что ты должен верить. Я хочу рассказать тебе историю.

Историю Иисуса Христа.

Так, как когда-то мечтал рассказать её детям восемнадцатилетний солдат с ручкой и тетрадью.

А дальше, сынок, слушай вместе с Давидом. Задавай вопросы вместе с ним. И ищи ответ на самый главный вопрос этой книги:

Кто для тебя Иисус Христос?

С любовью,

твой папа, Андрей Токарев

ОТ АВТОРА

Эта повесть началась не сегодня.

Девятнадцать лет назад у неё уже были первые страницы.

Мне было восемнадцать лет. Я служил в армии и оказался в госпитале. Там, лёжа на больничной койке, я взял обычную тетрадь и ручку и начал писать.

Я не был писателем. Не был историком. Не знал древних языков. Я почти ничего не понимал в истории иудаизма времён Второго Храма и раннего христианства.

У меня была только тетрадь, ручка и желание рассказать историю.

В моём воображении появился одиннадцатилетний мальчик по имени Давид. Он жил неподалёку от Вифлеема, пас овец среди каменистых Иудейских холмов и любил смотреть на звёзды.

А рядом с ним был дедушка Иосиф.

Я представлял его старым человеком, который когда-то слышал Иисуса Христа и поверил Ему. Теперь, спустя годы, сидя с внуком возле костра, Иосиф рассказывал мальчику о Христе.

Мне хотелось пересказать ребёнку Евангелие. Но не языком учебника. Мне хотелось, чтобы ребёнок почувствовал эту историю.

Поэтому в той тетради для меня были важны закаты. Горы. Огонь. Запах сухой травы и овечьей шерсти. Тёмные Вифлеемские холмы. Холод ночи после жаркого дня. И огромное звёздное небо над головой маленького пастуха.

Я хотел посадить читателя рядом с Давидом возле костра. Чтобы он тоже слушал дедушку Иосифа.

Та первая книга осталась незаконченной.

Прошло девятнадцать лет.

Теперь я возвращаюсь к ней уже другим человеком.

Сегодня я занимаюсь изучением древнего иудаизма и раннего христианства, интересуюсь историческим миром Библии и изучаю древнееврейский язык.

Поэтому, возвращаясь к своей юношеской тетради, я хочу сохранить её сердце, но внимательнее отнестись к миру, в котором происходит повесть.

Мне важно увидеть Иудею не декорацией. Как выглядел Вифлеем? Что лежало на столе простой семьи? Как пахло внутри дома, освещённого масляной лампой? Как пастух проводил ночь со стадом? Что слышал человек, входивший в Иерусалим? Что чувствовал еврейский мальчик, впервые увидев Храм? Как люди говорили о римской власти? Как звучали слова Писания для человека, выросшего в еврейской семье две тысячи лет назад?

Я хочу, чтобы всё это окружало Давида.

Но эта книга не является учебником по истории древнего иудаизма. И не древнееврейский язык является её главной темой.

В центре этой книги — Иисус Христос.

Основной евангельской дорогой повести станет Евангелие от Матфея.

Дедушка Иосиф будет рассказывать его своему внуку. Иногда Давид будет понимать дедушку. Иногда — нет. Он будет перебивать его. Спрашивать. Сомневаться. Бояться. Иногда слова Иисуса покажутся ему странными. Иногда прекрасными. А некоторые он поймёт только после того, как сам переживёт что-то похожее.

Я не хочу, чтобы Давид уверовал потому, что автор приказал ему уверовать. Мне хочется пройти вместе с ним весь путь.

В начале книги Иисус для него — Человек, о Котором постоянно говорит дедушка. Потом Давид услышит Его слова. Узнает Его поступки. Увидит человеческую боль. Столкнётся с вопросом о Мессии. Услышит о кресте. И однажды перед ним встанет вопрос, который нельзя будет оставить только дедушкиным:

«А кто Иисус для меня?»

Девятнадцать лет назад я хотел рассказать ребёнку Евангелие. Сегодня эта цель не изменилась.

Изменилась только моя ответственность перед историей, текстом Писания и читателем.

Эту книгу я посвящаю своему сыну Марку.

И если однажды ребёнок закроет последнюю страницу этой повести, а потом ещё немного посидит в тишине и сам захочет узнать Иисуса Христа — значит, старая тетрадь восемнадцатилетнего солдата была написана не напрасно.

А теперь вернёмся на две тысячи лет назад.

Туда, где над Вифлеемскими холмами уже заходит солнце. Где овцы собираются на ночь. Где мальчик по имени Давид садится возле огня. И где старый Иосиф собирается рассказать внуку об Иисусе.

ВСТУПЛЕНИЕ

Ночь над Вифлеемом

Сначала исчезло солнце.

Оно медленно опустилось за Иудейские холмы, и ещё некоторое время край неба оставался красным.

Камни сохраняли дневное тепло.

Воздух пах сухой землёй, травой и овечьей шерстью.

Потом красная полоса над холмами погасла.

Пришла ночь.

Не та ночь, которую знают люди нашего времени.

Две тысячи лет назад возле Вифлеема не было электрических фонарей. Не светились окна многоэтажных домов. По дорогам не двигались машины. Далёкие города не окрашивали небо своим светом.

Когда уходило солнце, становилось темно.

По-настоящему темно.

Человек зажигал небольшую масляную лампу в доме или разводил огонь под открытым небом.

А над землёй появлялись звёзды.

Сначала одна.

Потом другая.

Ещё одна.

И вскоре всё небо было заполнено ими.

На одном из склонов неподалёку от Вифлеема горел маленький костёр.

Вокруг него начинался огромный тёмный мир.

Где-то внизу проходила дорога. Днём по ней двигались путники, торговцы и люди с вьючными животными. Некоторые шли в сторону Иерусалима.

Иерусалим был совсем недалеко.

Там возвышался Храм.

Туда приходили паломники.

Там служили священники.

Там спорили учителя.

Там стояли римские воины.

Рим властвовал над этой землёй, и даже ребёнок постепенно учился понимать, почему взрослые иногда понижали голос, говоря о налогах, солдатах и свободе Израиля.

Но здесь, среди холмов, всё это казалось далёким.

Сейчас были только ночь и стадо.

Овцы сбились ближе друг к другу.

Иногда одна из них переступала по камням.

Из темноты доносилось:

— Бе-е...

Другая отвечала ей.

Потом снова становилось тихо.

Возле огня сидели двое.

Старик и мальчик.

Старика звали Иосиф.

Огонь освещал его седую бороду и глубокие морщины возле глаз.

Мальчика звали Давид.

Ему было одиннадцать лет.

Днём он ходил по этим холмам с пастушеским посохом, искал для овец траву и воду, ругался на самых упрямых животных, ел хлеб, который давала ему мать, и мечтал увидеть места, находившиеся за знакомыми холмами.

Через два года от него будут ждать уже большей ответственности за заповеди и жизнь среди своего народа.

Но пока ему одиннадцать.

И сегодня его интересует совсем другой вопрос.

Давид сидел, прижавшись к дедушке.

Ночь становилась холоднее.

Иосиф расправил край своего плаща и укрыл им плечи внука.

Давид поднял голову.

Над ними были тысячи звёзд.

Он долго смотрел на них.

— Дедушка...

— Что, Давид?

— Авраам видел эти звёзды?

Иосиф тоже посмотрел вверх.

— Эти, Давид.

— Те же самые?

— Те же.

Мальчик задумался.

Авраам жил так давно, что представить его было почти невозможно.

А звёзды остались.

Давид придвинулся к дедушке ещё ближе.

Костёр потрескивал.

Искра поднялась в воздух и исчезла в темноте.

— Дедушка...

— Что ещё?

Давид немного помолчал.

Потом произнёс имя, из-за которого взрослые в его доме иногда начинали спорить:

— Расскажи мне об Иисусе.

Иосиф не ответил сразу.

Он смотрел в огонь.

Мальчик ждал.

Наконец старик положил руку ему на плечо.

— Хорошо, Давид.

Он подбросил в костёр сухую ветку.

Пламя поднялось выше.

— Тогда слушай.

И в ту ночь под звёздами начался рассказ, который изменил жизнь мальчика.

Спустя восемьдесят три года Давид всё ещё будет помнить этот костёр.

Потому что тогда ему было одиннадцать.

И он ещё не верил в Иисуса Христа.

Он только начинал Его узнавать.

Содержание

Глава 1. Рассказ начинается — 14

Глава 2. Восемьдесят лет спустя — 30

Глава 3. Голос в пустыне — 40

Глава 4. Иисус приходит к Иордану — 58

Глава 5. Сорок дней — 69

Глава 6. РЫБАКИ ГАЛИЛЕИ — 84

Глава 7. Я УВИДЕЛ ЕГО — 91

Глава 8. НА ГОРЕ — 99

Глава 9. СЧАСТЛИВЫ ПЛАЧУЩИЕ? — 107

Глава 10. СОЛЬ И СВЕТ — 115

Глава 11. ЕСЛИ ТЕБЯ УДАРИЛИ — 122

Глава 12. МОЛИТВА, КОТОРУЮ ОН ДАЛ НАМ — 131

Глава 13. ГДЕ ТВОЁ СОКРОВИЩЕ? — 140

Глава 14. НЕ СУДИ — 149

Глава 15. ДОМ НА КАМНЕ — 157

Глава 16. ПРИКОСНОВЕНИЕ — 164

Глава 17. БУРЯ — 170

Глава 18. ПОЧЕМУ ОН ЕСТ С ГРЕШНИКАМИ? — 177

Глава 19. ДЕВОЧКА, КОТОРАЯ СНОВА ОТКРЫЛА ГЛАЗА — 184

Глава 20. ОВЦА, КОТОРАЯ ПОТЕРЯЛАСЬ — 193

Глава 21. КТО ВЫ ГОВОРИТЕ, ЧТО Я? — 200

Глава 22. НА ВЫСОКОЙ ГОРЕ — 208

Глава 23. ЕСЛИ БРАТ СОГРЕШИЛ ПРОТИВ ТЕБЯ — 216

Глава 24. ДЕТИ ВОЗЛЕ ИИСУСА — 225

Глава 25. БОГАТЫЙ ЮНОША — 232

Глава 26. ДОРОГА В ИЕРУСАЛИМ — 241

Глава 27. ЦАРЬ НА ОСЛЕ — 250

Глава 28. ХРАМ — 258

Глава 29. ПОСЛЕДНИЙ ВЕЧЕР — 266

Глава 30. ГЕФСИМАНИЯ — 273

Глава 31. НОЧЬ СУДА — 281

Глава 32. ПЁТР ПЛАЧЕТ — 289

Глава 33. КРЕСТ — 297

Глава 34. ПОЧЕМУ ОН УМЕР? — 306

Глава 35. КАМЕНЬ ОТВАЛЕН — 313

Глава 36. Я С ВАМИ — 320

Глава 37. ДАВИД — 328

Глава 38. ДВА ГОДА СПУСТЯ — 335

Глава 39. ОГОНЬ НАД ГОЛОВАМИ — 342

Глава 40. ПЕРВЫЙ, КТО НЕ ОТРЁКСЯ — 349

Глава 41. ДОРОГА В ДАМАСК — 356

Глава 42. ГОРОД, ГДЕ ПОЯВИЛОСЬ ИМЯ — 364

Глава 43. ПЕРВЫЙ ОСТРОВ — 370

Глава 44. ВОШЁЛ ДРУГОМ — 377

Глава 45. ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ВСТАЛ — 384

Глава 46. БОЛЬШОЙ СПОР — 392

Глава 47. КОГДА ДРУЗЬЯ РАССТАЮТСЯ — 399

Глава 48. ЗОВ ИЗ-ЗА МОРЯ — 405

Глава 49. ПЕСНЯ В ТЕМНИЦЕ — 411

Глава 50. ГОРОД МУДРЕЦОВ — 418

Глава 51. САМОЕ ГЛАВНОЕ СЛОВО — 426

Глава 52. ГОРОД, КОТОРЫЙ ВЗБУНТОВАЛСЯ — 433

Глава 53. ПРОЩАНИЕ НА БЕРЕГУ — 440

Глава 54. СХВАЧЕН В ХРАМЕ — 446

Глава 55. УЗНИК, КОТОРЫЙ СУДИЛ СУДЕЙ — 453

Глава 56. БУРЯ НА БОЛЬШОМ МОРЕ — 460

Глава 57. ОСТРОВ ДОБРЫХ ЛЮДЕЙ — 467

Глава 58. ПИСЬМА ИЗ ЦЕПЕЙ — 473

Глава 59. Всеоружие Божие — 479

Глава 60. Письмо в Рим — 483

Глава 61. Кто отлучит нас? — 487

Глава 62. Да будет воля Господня — 491

Глава 63. Я увидел Павла — 494

Глава 64. Две цепи — 498

Глава 65. Свидетель — 501

Глава 66. Когда исчезла надежда — 504

Глава 67. Все до одного — 507

Глава 68. Невозбранно — 511

Глава 69. Помните мои узы — 514

Глава 70. Радуйтесь всегда? — 517

Глава 71. Не раб, а брат — 520

Глава 72. Где нить тонка — 523

Глава 73. Добрый подвиг — 526

Глава 74. Из рук в руки — 529

Глава 75. Иерусалима больше нет — 532

Глава 76. На пепелище — 535

Глава 77. Где был Бог? — 538

Глава 78. За море — 542

Глава 79. Остров забвения — 545

Глава 80. Старик по имени Иоанн — 548

Глава 81. Я видел Его живым — 551

Глава 82. День Господень — 554

Глава 83. И это был Он — 557

Глава 84. Не бойся — 560

Глава 85. По имени — 563

Глава 86. Остывший огонь — 566

Глава 87. Венец жизни — 569

Глава 88. Белый камень — 572

Глава 89. Дверь на небе — 575

Глава 90. Кто достоин? — 578

Глава 91. Лев оказался Агнцем — 580

Глава 92. Всадники на привязи — 583

Глава 93. Доколе? — 586

Глава 94. Из всех народов — 589

Глава 95. Ещё есть время — 592

Глава 96. Побеждённый дракон — 595

Глава 97. Не поклонись — 598

Глава 98. Число человеческое — 601

Глава 99. Пал, пал Вавилон — 604

Глава 100. Судит любовь — 607

Глава 101. Верный и Истинный — 610

Глава 102. Книги раскрыты — 613

Глава 103. Всё новое — 616

Глава 104. Ни храма, ни солнца — 619

Глава 105. Смерти не будет уже — 622

Глава 106. Ей, гряди, Господи Иисусе — 625

Глава 107. Последний костёр — 627

Глава 108. От огня к огню — 629

Глава 109. Тебе, читающий — 632

Глава 110. Зерно в земле — 634

Глава 111. Находка — 636

Глава 112. Свиток заговорил — 638

Глава 113. Те же звёзды — 640

Глава 1. Рассказ начинается

Мне девяносто четыре года.

Иногда я закрываю глаза и снова слышу тот голос.

Не голос человека на площади. Не голос учителя в синагоге. Не крик торговца на дороге.

Голос моего дедушки.

— Тогда слушай, Давид.

И вместе с этими словами ко мне возвращается ночь.

Я снова чувствую холод, который поднимался от камней после жаркого дня. Слышу, как овца переступает копытами где-то за моей спиной. Чувствую дым костра и тяжёлую шерстяную ткань дедушкиного плаща на плечах.

Мне снова одиннадцать.

Я ещё не знаю, сколько дорог пройду.

Не знаю, что однажды увижу Иерусалим совсем не таким, каким представлял его ребёнком.

Не знаю, сколько людей потеряю.

И, конечно, не знаю, что имя, которое сейчас произнесёт дедушка, станет главным именем моей жизни.

Иосиф долго смотрел на огонь.

— Ты просил рассказать тебе об Иисусе с самого начала, — сказал он.

— Да.

— Тогда мне придётся начать раньше, чем я впервые увидел Его.

Я удивился.

— Как ты можешь рассказывать о том, чего не видел?

Дедушка повернулся ко мне.

— Потому что не всё, что мы знаем, мы видели собственными глазами. Ты видел Авраама?

— Нет.

— Моисея?

— Нет.

— Давида, в честь которого тебя назвали?

— Нет.

— Но ты знаешь о них.

Я кивнул.

— Откуда?

— Из Писания.

— Вот и я многое узнал от людей, которые были ближе к тем событиям, чем я. А кое-что слышал от тех, кто знал учеников Иисуса. Я буду говорить тебе, где видел сам, а где передаю то, что узнал.

Он помолчал.

— Правда не становится слабее оттого, что человек честно говорит: «Этого я не видел».

Я поднял с земли тонкую ветку и провёл ею по пыли.

— А с чего начинается история Иисуса?

Дедушка улыбнулся.

— С очень древней истории.

— С Авраама?

— И с него тоже.

Это мне понравилось.

Авраама я знал.

Мне рассказывали, как Бог вывел его и велел посмотреть на небо.

Я сразу поднял голову.

Над нами сияли звёзды.

— Вот так? — спросил я.

— Что?

— Он тоже смотрел вверх вот так?

Иосиф посмотрел туда же.

— Возможно, Давид. Только никто из нас не знает, на каком именно месте он стоял.

Я представил старого Авраама под огромным небом.

Мне хотелось думать, что он видел именно те звёзды, которые видел я.

— Бог обещал ему потомство, — сказал дедушка. — И обещал, что через него благословение коснётся многих народов.

— А Иисус здесь при чём?

— Ты опять торопишься.

— Потому что ты медленно рассказываешь.

Дедушка рассмеялся.

— Хорошая история не любит, когда её гонят палкой, как упрямую овцу.

Я посмотрел в сторону стада.

— Кедара можно.

— Кедара иногда нужно.

Мы оба засмеялись.

Потом Иосиф стал серьёзнее.

— Наш народ долго ждал, Давид.

— Чего?

— Исполнения Божьих обещаний.

Он говорил о царе Давиде, о пророках, о надежде Израиля. Я слышал эти имена раньше, но возле костра они звучали иначе.

В синагоге Писание читали торжественно. Я старался слушать, но иногда думал об овцах, хлебе или о мальчишках на улице.

У дедушки всё становилось живым.

Царь переставал быть только именем.

Пророк становился человеком, который боялся, надеялся и говорил то, что считал словом Бога.

А ожидание Мессии становилось ожиданием настоящего человека.

— Каким должен был быть Мессия? — спросил я.

Дедушка взял уголёк палкой и подвинул его ближе к центру костра.

— Вот здесь и начинались споры.

— Почему?

— Потому что люди умеют читать одни слова и представлять разные вещи.

— А ты что представлял?

Иосиф задумался.

— Сильного царя.

— С мечом?

— Возможно.

— С армией?

— Наверное.

— Который прогонит римлян?

Дедушка посмотрел на меня.

Я понял, что сказал что-то важное.

— Многие мечтали именно об этом, — ответил он.

— А ты?

— И я.

Мне стало интересно.

— Значит, когда ты увидел Иисуса, у Него была армия?

Иосиф засмеялся так громко, что одна овца подняла голову.

— Нет, Давид.

— Меч?

— Я не видел.

— Богатая одежда?

— Нет.

— Тогда почему ты решил, что Он Мессия?

Дедушка перестал смеяться.

— Не сразу решил.

И снова наступила тишина.

Внизу, за холмами, уже нельзя было различить дорогу.

Днём по ней шли люди к Иерусалиму и обратно. Иногда поднималась пыль от животных. Иногда мы слышали чужую речь. Иудея была небольшой землёй, но через неё проходили люди с разными историями.

Над всем этим стоял Рим.

Я видел римские монеты. Видел солдат. Знал, что взрослые не любят сборщиков налогов. Слышал, как мужчины спорили о свободе Израиля.

Но в ту ночь Рим казался далеко.

Рядом был дедушка.

Овцы.

Огонь.

И история.

— А где родился Иисус? — спросил я.

Иосиф посмотрел на меня с улыбкой.

— Ты слышал.

— В Вифлееме.

— Так рассказывали о Нём.

Я оглянулся в сторону города, которого в темноте почти не было видно.

— Здесь?

— Здесь, в Вифлееме.

От этой мысли мне стало странно.

Вифлеем был для меня обычным местом.

Здесь были камни, пыль, запах хлеба, овцы, люди, которые спорили о цене зерна. Женщины носили воду. Мужчины работали. Дети дрались, мирились и снова дрались.

Мне было трудно представить, что история, о которой говорит дедушка, могла начаться где-то рядом.

— В каком доме?

— Этого я не знаю.

— Ты не знаешь?

— Нет.

— Но ты же всё знаешь про Иисуса.

— Нет, Давид.

Он посмотрел на меня очень серьёзно.

— Я знаю далеко не всё. И никогда не верь человеку только потому, что он говорит так, будто знает всё.

Я запомнил эти слова.

За свою долгую жизнь я встречал многих людей, которые знали ответы на любой вопрос.

Чаще всего именно их ответы приходилось проверять особенно тщательно.

Но тогда мне было одиннадцать.

И меня занимало другое.

— Расскажи про Его рождение.

Иосиф немного помолчал.

— То, что рассказывали первые ученики, было удивительно. Его мать звали Мариам. Она была обручена с человеком по имени Иосиф.

Я сразу перебил:

— Как тебя?

— Как меня.

— Он был твоим родственником?

— Нет.

— Ты уверен?

— Давид.

— Что?

— Если ты будешь спрашивать после каждого имени, мы закончим к твоей старости.

— Хорошо.

Я продержался молча совсем недолго.

Дедушка рассказал мне, что ещё до совместной жизни Мариам и Иосифа произошло то, что невозможно было объяснить обычным образом. Он говорил осторожно, подбирая слова так, чтобы я мог понять.

— Ученики передавали, что рождение Иисуса было связано с действием Божьего Духа.

Я нахмурился.

— Как это?

Иосиф посмотрел на меня.

— Не знаю, как объяснить тебе то, что и взрослому человеку трудно объяснить.

— Но ты веришь?

— Верю.

— Почему?

— Потому что для меня история Иисуса не закончилась Его рождением. Я видел, каким Он был. Слышал Его. А после Его смерти услышал свидетельства людей, которым доверял. Иногда смысл начала становится понятнее только после того, как узнаешь конец.

Огонь становился меньше.

Дедушка взял ещё одну ветку.

— Иосиф, обручённый с Мариам, оказался перед трудным выбором. Он не хотел опозорить её.

— Он любил её?

— Писание не рассказывает нам обо всех его чувствах. Но рассказывает о его поступке.

Мне это показалось несправедливым.

Я хотел знать, любил ли он её.

В одиннадцать лет мне казалось, что хорошая история должна объяснять всё.

Теперь я понимаю: настоящая история часто оставляет человеку тишину между строк.

— Ему было сказано не бояться принять Мариам, — продолжил дедушка. — И ребёнку дали имя Иисус.

— Что значит Иисус?

Иосиф посмотрел на меня.

Теперь он не улыбался.

— В этом имени слышится мысль о спасении, Давид.

— Спасении от римлян?

Дедушка покачал головой.

— Вот и я когда-то думал прежде всего о Риме.

— А от чего тогда?

Иосиф протянул руку и положил ладонь мне на грудь.

— От того, что разрушает человека изнутри.

Я посмотрел на его руку.

— От болезни?

— Иногда болезнь разрушает тело.

— От страха?

— И страх может разрушать.

— Тогда от чего?

— От греха.

Это слово я знал.

Но в ту ночь впервые почувствовал, что дедушка говорит о чём-то большем, чем просто нарушение правила.

— Что такое грех? — спросил я.

Иосиф не ответил сразу.

Он всегда так делал, когда вопрос был важным.

— Помнишь, как ты однажды разбил сосуд матери?

Я сразу насторожился.

— Какой сосуд?

— Тот самый, о котором ты сказал, что его столкнула овца.

Я почувствовал жар в лице.

— Она была рядом.

— Давид.

— Хорошо. Я задел его.

— А потом?

— Испугался.

— И солгал.

Я опустил голову.

— Да.

— Что было хуже: разбитый сосуд или то, что произошло в тебе после?

Я вспомнил тот день.

Сначала страх.

Потом ложь.

Потом необходимость помнить собственную ложь.

Потом стыд, когда мать узнала правду.

— Не знаю.

— Вот об этом я и говорю. Грех — это не просто разбитая вещь. Он проходит глубже. Он ломает доверие, делает человека чужим другому человеку и заставляет прятаться от Бога.

Я молчал.

Костёр тихо потрескивал.

Мне стало неуютно.

Я хотел вернуться к звёздам, овцам и истории о далёких людях.

Но дедушка неожиданно привёл историю ко мне.

— А Иисус пришёл из-за этого?

— Так понимали Его ученики.

— Из-за моей лжи про сосуд?

Иосиф улыбнулся.

— Не только из-за твоего сосуда.

— Я понял.

— Нет, — сказал он мягко. — Пока не понял. И я тоже долго не понимал.

Он снова обнял меня.

— Поэтому мы не будем торопиться.

Я положил голову ему на плечо.

Где-то в темноте зашуршала сухая трава.

Я прислушался.

— Шакал?

— Может быть.

Я крепче взялся за посох.

Дедушка улыбнулся.

— Не бойся. Стадо рядом.

— Я не боюсь.

— Конечно.

Мы оба знали, что я немного боялся.

— Что было потом? — спросил я.

— Потом в Вифлеем пришли люди с востока.

Я сразу поднял голову.

— В наш Вифлеем?

— В этот самый.

— Кто?

— Мудрецы.