Слепой жребий

— А вот и приз, — услышал он спокойный женский голос, заставивший его взглянуть на любопытное лицо, а затем заметить жёлтый автомобиль.

— Похож, — проговорил мужчина, медленно выкручивая руль, заехал на стоянку, сделал пару манёвров, припарковал машину рядом. — Желаешь узнать? Или, может, просто спишем номера и пробьём? — указал он кивком.

Девушка заинтригованно задумалась.

— А что нам мешает сделать два дела одновременно? — протяжно, задумчиво выговорила она. — Давай узнаем, кто тут остановился, а затем попросим пробить номера утром, — с уверенным лицом открыла дверь.

— Только поинтересуемся, — неуверенно проговорил Сергей.

— Да, только поинтересуемся, — ответила Диана, выходя из машины. Мужчина вышел следом, огляделся, внимательно всмотревшись в сторону молодой компании, рядом с которой стоял Олег, неспешно покуривая и наблюдая за ними.

— Сергей, — привлекла его внимание Рашинская, встретив его взгляд. — Номера запиши, — напомнила она с серьёзным видом.

— Успею, — ответил он, тихо закрыв дверь. — Запишу их из окна гостиницы, — продолжил он, с подозрением косясь в сторону Олега. — Думаю, зрение у меня хорошее, не подведёт.

Диана посмотрела в ту же сторону.

— Тебя что-то тревожит?

— Да так, — тихо ответил он, указав взглядом на здание. — Чувство, словно за нами кто-то наблюдает, — договорил он на ходу, подойдя к дверям. Медленно открыл, пропустил вперёд Рашинскую, не спуская глаз со стороны Олега.

— Сергей, — снова окликнула его Диана, застыв в дверях от удивления, заметив его встревоженный взгляд. — Ты со мной или?..

— Я с тобой. Пошли, — не дал ей договорить Тиль.

Рашинская шагнула внутрь. Сергей, постояв в дверях, неуверенно опустил взгляд, зашёл следом и закрыл за собой дверь, проводил взглядом Диану до стойки, где Рашинская показала удостоверение, не забыв представиться. Павел слегка занервничал.

— Добрый вечер, — убрала с улыбкой удостоверение Диана.

— Добрый, — протяжно ответил Павел, нервно озираясь.

— Как к вам можно обращаться? — ласково, с хитринкой спросила Диана.

— Павел Ильич, — с недоверием ответил он.

— Очень приятно, — добродушно сказала она. — Я, как уже говорила, Рашинская Диана Фёдоровна, но вы можете звать меня просто по имени, — попыталась расслабить обстановку Рашинская. — Меня интересует жёлтый автомобиль, что стоит на улице. Он ваших клиентов?

— Да, их, — подтвердил Павел, переглядываясь с ними.

— А давно они прибыли? — проницательно глянула Диана.

Мужчина открыл журнал, внимательно всмотрелся, закрыв пальцем дату, тут же почувствовал лёгкое, почти незаметное головокружение, а после в его голове всплыл образ Олега со словами: «Скажите правду, не то, что вы записали». Павел закрыл журнал и уверенно посмотрел на Рашинскую.

— Два дня назад, — выдал он, видя, как она в удивлении сморщилась и переглянулась со стоявшим у окна Сергеем.

— Вы сказали «клиенты», — проявил интерес Тиль, тут же приковав внимание Павла. — И кто же эти клиенты? — продолжил он строгим голосом.

Павел задумался.

— Два брата, — ответил он, глядя на него. — Олег и Ярослав.

— А фамилия у братьев есть? — спросила Диана, заметив, как мужчина гордо принял закрытую позу.

— Да, конечно, есть, но я не могу без их ведома разглашать это, — покачал головой Павел.

— Может, не будем играть в шпионов? — вмешался Тиль, кивнув на телевизор. — Если вы насмотрелись сериалов, не стоит разыгрывать всезнайку в законах.

— Всезнайку? — вспыхнул Павел. — Я здесь работаю, а утечка информации о клиентах будет стоить мне места! Вы хоть представляете, какая очередь на эту должность? — он с той же яростью ткнул пальцем в стойку.

— Простите, простите, — мягко оборвала его Рашинская. — Мы получили то, что хотели. — Мужчина выдохнул, расслабив плечи, а Диана обменялась недовольным взглядом с Сергеем, заметив его подозрительный прищур в сторону Павла.

— Да простите, — Тиль отступил от окна. — Тогда позволите один вопрос? — впился пронзительным взглядом во встревоженного мужчину. — Ваши клиенты сейчас в номерах? — он шагнул к стойке, оперся на неё ладонями, вгляделся в лицо.

— Только один, — выдавил Павел нехотя. — Второй вышел недавно.

— Спасибо вам, Павел Ильич, — Сергей удовлетворённо кивнул, убирая руки. — Вы нам очень помогли. Пока что. — В голосе прозвучала угроза, он окинул взглядом покрасневшее лицо мужчины. Затем повернулся к Диане, указал взглядом на дверь и снова обернулся к Павлу. — Спокойной ночи, — произнёс он с каменным лицом и вышел вместе с Рашинской на улицу, с силой захлопнув дверь.

Молча дойдя до машины, он сел за руль. Диана опустилась рядом.

— Что с тобой? — робко спросила она.

Тиль завёл двигатель, под её ошарашенным взглядом медленно тронулся, остановившись боком прямо перед носом «Волги», вглядываясь в боковое зеркало.

— Сергей, — настойчиво повторила Рашинская.

— Ты же слышала: один из клиентов вышел, — ответил он, не отрываясь от зеркала. — И они здесь уже два дня.

— И что?

— А то, что он может наблюдать за нами сейчас.

— На нас, наверное, многие смотрят, — предположила Диана. — Твои подозрения ни к чему не приведут. Та машина уехала в город, а эта стоит два дня — значит, не они.

— Или нам просто так сказали, — шепнул Сергей с недоверием.

— Ты что-то задумал? — сосредоточенно всмотрелась в зеркало Диана.

— Вот что я думаю, — задумчиво почесал подбородок он. — А что, если те ребята на «Волге» уже следили за жертвами по поручению Чужого? Потому и торчат здесь два дня.

— Тогда зачем им рисковать и светиться? — перебила Рашинская.

— Я не сказал, что они следили, чтобы убрать, — Тиль взглянул на неё. — Может, ждали, когда нужный человек останется один, и просто перевезут его. — Он задумался. — Мы надеялись, что об этом узнают только завтра, когда я с утра поговорю с Хайгигулиным. А теперь я почему-то уверен, что все уже в курсе. — Он недовольно переключил скорость, машина тронулась.

— Значит, ты думаешь, они уже знают? — предположила Рашинская.

— Думаю, да, — уверенно ответил Сергей, переглянувшись с ней. — Эти ребята любят преподавать уроки провинившимся. А зная язык Мазенова, могу предположить, что кому-то — ему или другому — хотели преподать урок. Потому они и оказались на отшибе.

— Подождать и преподать урок, — Диана прижала руку к голове. — Чем меньше глаз. Или просто решили развезти пьяных по домам.

— Да, только кого они ждали? — задумчиво выдал Сергей. — Кому в этот раз решили ноги сломать?

— Сломать? — ужаснулась Рашинская.

— Да, сломать, — уверенно подтвердил Сергей. — Они так учат. И это работает. Говорят, год назад Лесторова кто-то кинул на лес — и ему сломали ноги. Теперь до конца жизни будет хромать и без боли даже шнурки не завяжет.

— Да уж, действенный метод, — признала Диана. — Лишив здоровья одного, заставят задуматься других. Да и он больше не рискнёт.

— Да, да, — пробормотал Сергей. — Я бы задумался… — Он замолчал, продолжая задумчиво крутить руль в тишине.

— Нам это и не нужно, — нарушила молчание Рашинская, заметив его недовольный взгляд. — Пусть они друг другу хоть хребты ломают. Сейчас надо привести девушек в чувство.

— Ты слышала, что сказал Казанова в белом халате? — пренебрежительно отозвался Сергей. — После обеда появятся родственники — там и поговоришь.

— Ага, после того как я выслушаю Сергеева, — недовольно бросила Диана.

— Сами разберётесь, — покачал головой Сергей. — А я с утра поеду на лесопилку.

— Значит, хочешь поговорить с удавом?

— Да, в присутствии Лесторова, — уверенно ответил он, взглянув на неё. — Ты всё равно дашь делу ход завтра. А пока наши спецы рассортируют мясо, пройдёт ещё минимум несколько дней.

— Ага, — кивнула Рашинская. — Смотри, по шапке не получи за самоуправство.

— Привык, — огрызнулся Сергей с улыбкой. — Значит, по домам?

— Да, конечно. Утро вечера мудренее. — Она вжалась в кресло. — Надо будет позвонить и снова извиниться.

— Ты про свою любовь? — с нахальной улыбкой спросил Сергей.

— Заткнись и рули, — резко оборвала Диана. — Это моё личное. — Она закатила глаза. — Может, просто дать ему нормальный шанс и пригласить? Всё-таки не маленькие. — Она высказала мысли вслух.

— Знаешь, ты меня сразу удивила, когда я узнал про вас, — с подвохом сказал Сергей, заметив, как дрогнуло её внимание.

— Да? Чем же? — строго спросила Рашинская.

— Ну, как ты сама сказала, — он выдержал паузу, поглядывая на её смущённое лицо. — Ну, Диана… — разочарованно продолжил он. — Тебе надо было после второго свидания уже пригласить его. — Он повысил голос, видя, как у неё дёргаются губы. — Чёрт, ты сама сказала, что вы не маленькие. Чего ждать? Ночь провели, а дальше: если ляжете — хорошо, если нет — разберитесь.

— Да пошёл ты! — не выдержав, воскликнула она, потеряв дар речи. — По-твоему, мне сразу ноги раздвигать?

— Эй-эй, погоди, не злись, — опешил Сергей. — Почему сразу так резко?

— А как мне реагировать? — выдохнула Диана. — Ты говоришь, чтобы я стала доступной. Может, мне ещё быть, как местные шлюхи, и забыть о девичьей гордости?

— Стоп! Хватит! — повысил тон Сергей. — С чего ты взяла, что я тебя с ними сравниваю? Я не говорю прыгать в койку с каждым. Я просто говорю: слишком долгое ожидание может сыграть злую шутку. Ты правда думаешь, что если долго ждать, он удивится чему-то новому? Нет. Ты или другие… Разница есть? Нет! — Он махнул рукой. — Если судьба — вы сойдётесь. Но чем раньше, тем лучше. Не томи его ожиданием. Дай ему перешагнуть порог твоего дома, чтобы, как это сказать… — он задумался, — почувствовать там своё место. — Сергей серьёзно рулил, пока не притормозил у поворота. Заехав во двор двухэтажного дома, он остановился у второго подъезда и повернулся к съёжившейся, нахмурившейся Диане.

— Мы приехали, — привлёк её внимание Сергей.

Диана задумчиво коснулась ручки двери и застыла.

— Значит, ты предлагаешь дать ему зайти домой? — неуверенно посмотрела она на него.

— Думаю, да, Диана, — тихо ответил Сергей. — Он уже рядом. Ты просто боишься, что это тупик. Но не попробуешь — не узнаешь. Доверься судьбе и его искренности. Если это судьба, твоя судьба, — он указал на неё пальцем, — то, поверь, упустив его, будешь жалеть. А упущенное очень тяжело вернуть. В твоей ситуации — не вернёшь. — Он закончил с доброй улыбкой.

Диана медленно открыла дверь, бросила неуверенный взгляд на Тиля, задумалась.

— Спокойной ночи, — сказала она.

— Приятных снов, — улыбнулся он, провожая её взглядом.

Выйдя из машины, Диана тихо хлопнула дверью, подошла к подъезду и остановилась, услышав шорох отъезжающей машины. Обернувшись, увидела лишь свет задних фар, исчезающих за поворотом. Молча, в раздумьях, она зашла в подъезд, поднялась по лестнице, озарённой тёплым жёлтым светом, на второй этаж. Открыв дверь ключом, вошла в квартиру, застыла в коридоре и тяжело, устало вздохнула.

— Я дома, — сказала она, прислонившись к стене, и смахнула слёзы рукой. — А точно, я ведь одна. — Печально скинув туфли, она прошла на кухню. Поставила чайник на плиту, достала из шкафчика кружку, села за стол рядом с холодильником, бросив сумочку рядом. На блюдце лежали пакетики чая. Взяв один, она опустила его в кружку и застыла в ожидании, когда зашумит чайник. Так, потерявшись в мыслях, она сидела, пока её не вырвал из оцепенения звонок телефона в сумочке. Достав мобильник, она увидела на синем экране имя «Николай». Нажав кнопку, поднесла трубку к уху.

— Добрый вечер, Коля, — проговорила она, на миг растерявшись от простоты. Она и не подозревала, что Николай и сам опешил от этого шага, выдержав паузу.

— Добрый, — ответил он, придя в себя. — Я, может, не вовремя, Диана Фёдоровна?

— Нет, нет, — перебила она. — Я как раз думала позвонить и… — она замолчала, постучав ногтями по столу. — Можешь называть меня просто Диана.

— Хорошо, — сразу ответил он. — Думаю, нам пора проще обращаться друг к другу.

— Я тоже так думаю, — подтвердила Диана. — И, кстати, — добавила она громко, с возмущением, — я вроде говорила, что ко мне можно обращаться просто по имени.

— Да, говорили, — согласился Николай. — Но я не мог называть вас по имени, когда вы ко мне обращались так же.

— Если честно, — остановила его Диана, подумав, — я, наверное, просто привыкла ко всем обращаться по имени и отчеству.

— Я понимаю, — произнёс Николай. — В вашей работе такое отношение повсюду.

— Да, что есть, то есть, — призналась она с невольной улыбкой.

— Но я рад, что вы назвали меня просто по имени, Диана. Позвольте мне ответить взаимностью, — проговорил он голосом тёплым, мягким, пронзительным, отчего по щекам Дианы разлился смущённый румянец.

— Да, конечно, я буду рада, — согласилась она. — Нет, я даже хочу, чтобы между нами стало проще.

— Ну вот, я наконец дождался, — с радостью отозвался Николай. — На следующей встрече между нами не будет ни скованности, ни неловкости, — предположил он с надеждой в голосе.

— На следующей? — переспросила Диана, и лицо её озарилось улыбкой.

— Разумеется, на следующей, Диана. Неужели ты откажешь мне?

От этого внезапного «ты» у Дианы закружилась голова.

— Как я могу быть против? — вымолвила она. — Я просто подумала, что вы сами не захотите новой встречи.

— Диана, — мягко остановил её Николай, — мы ведь договорились оставить формальности. Разве тебе не по душе, когда я обращаюсь к тебе запросто?

— Ой, прости, — вырвалось у неё.

— И снова «прости»! Значит, так, — голос его стал строгим, отчего Диана невольно напряглась. — За каждую оговорку на «вы» ты будешь должна мне поцелуй. Договорились? — Этот тон заставил сердце женщины дрогнуть, ощутив себя вдруг беззащитной и одновременно желанной. — Диана, ты согласна? — настойчиво повторил он.

— Я… я… — запинаясь, выдавила она. — Да, согласна.

— Вот и славно, — донеслось до неё. — Тогда ты уже должна мне… Так… — он на мгновение задумался. — Что-то я сбился… Ладно, пусть будет три, — твёрдо определил он. — Три поцелуя, Диана, при нашей встрече.

— Я запомню, — выдохнула она, не веря своим ушам: она повелась, словно девчонка, на такую простую игру — и ей это безумно нравилось.

— Вот и отлично, — усмехнулся Николай. — Тогда… — задумался он у телефона. — Нет, с твоей работой не угадаешь. Давай я лучше позвоню тебе завтра вечером, и мы решим, когда встретимся.

— Я согласна, — ответила Диана, не колеблясь ни секунды.

— Значит, договорились, — сказал Николай. — Завтра вечером я свяжусь с тобой, а на сегодня желаю тебе сладких снов, — ласково завершил он.

— Спокойной ночи, — ответила Диана, улыбаясь.

Услышав его пожелание ещё раз, она положила трубку, не веря своему счастью, и опустила телефон на стол. Взгляд упал на кружку, затем — на чайник, из которого валил пар, и она тотчас кинулась к нему.

Гостиница «Мираж»

Олег провёл взглядом незнакомую машину и, едва она исчезла из виду, тотчас вернулся в гостиницу. Там он переговорил с Павлом, выяснил всё, что требовалось, забрал оставленные сумки, поднялся на второй этаж и постучал в дверь третьего номера. Спустя мгновение Ярослав приоткрыл, Олег протянул ему одну из сумок.

— Твоя, — встретил недовольный взгляд.

— И где тебя носило? — осведомился тот с кислой миной.

— Решил пивка хлебнуть, заодно покурить, — после паузы отозвался Олег.

— Ещё что-то? — насторожился Ярослав.

— А то, — ответил Олег. — Только что про нас спрашивала милиция. Конкретно — когда прибыли.

— Вот! — перебил Ярослав, раздражённо дёрнув головой, оглянулся и перешёл на шёпот. — Вот до чего твоя выходка довела!

— Пока они знают лишь дату приезда, — спокойно, с успокаивающей ноткой продолжил Олег под его подозрительным взглядом. — И я уже сделал всё, чтобы замести следы.

— Да только они сюда пришли! — ткнул пальцем вниз Ярослав.

— А куда им ещё? — усмехнулся Олег. — Ладно, не спорю: я облажался, когда понадеялся на Витю и раскрылся. Но тот выход всё равно был необходим.

— С этим согласен, — скрестил руки на груди Ярослав. — Но теперь мы в поле зрения органов.

— Эти органы отстанут, как только ты свяжешься с Вечи, — твёрдо сказал Олег. — Ты ведь свяжешься?

— Да, свяжусь, — буркнул Ярослав, сжав губы.

— Вот и добро, — жёстко произнёс Олег. — Не затягивай. Я не хочу оказаться у них на прицеле, особенно если нас раскусят. Тогда головы оторвут без лишних церемоний.

— Без церемоний? — фыркнул Ярослав. — Да с нас эту голову раз десять снимут, приставят обратно и ещё столько же пнут.

— Не тяни, — настоял Олег. — Чем быстрее Вечи узнает, тем скорее они успокоят ментов. Пока у них только номера машин да имена, не больше, — задумчиво закончил он. — А у нас есть алиби: человек внизу подтвердит, что мы здесь уже несколько дней.

— Ты снова применил краснопение? — с подозрительной ухмылкой спросил Ярослав.

Олег промолчал. Он подошёл к двери, вставил ключ и замер на пороге.

— Краснопение… Только оно сейчас на нас работает, — проговорил он и, прикрыв за собой дверь, прошёл в свою комнату. Скинул сумку у кровати, шагнул к окну. Всмотрелся в то место, где стояла машина, недовольно выдохнул, резко задёрнул штору.

****

Солнце только показалось над горизонтом, залив жёлтую сухую поляну тёплым светом. Молодая трава пробивалась сквозь прошлогоднюю ветошь; роса играла бриллиантами в лучах, а прохладный ветерок колыхал стебли под пересвист птиц, кружащих в вышине. Вдруг — шорох. Всё стихло. Птицы нырнули в тишину, а в небе возник коршун. Зависнув, он медленно нарезал круги, высматривая добычу. Потом сжал крылья, молнией рухнул вниз, вцепился когтями и взмыл с небольшой птицей, оставив сжавшегося в страхе зайца. Косой успокоился, поднял уши, приметил тропинку, прыгнул вперёд — и уткнулся в препятствие. Зашевелил носом, сел, принюхался. Рядом с женскими пальцами замер. Медленно, из любопытства, высунулся от кисти — показалось предплечье, вот и плечо. Спустился, застыл под мышкой, пощекотал обнажённое тело, лежавшее у небыстрой реки шириной метров пятнадцать. Придвинулся ближе — и в ужасе рванул прочь, услышав стон, скрылся в зелени. А женщина зашевелилась.

С тихим стоном она коснулась головы, села, огляделась в немом изумлении. Провела рукой по коже, нащупала ремень на плече, опустила взгляд на дамскую сумочку из чёрной кожи — в бурых застывших пятнах. Посмотрела на окровавленные руки, взвыла, зарыдала.

— Что… что это? — сквозь плач и всхлипы выговорила она, обхватив себя руками, раскачиваясь. — Боже, да что со мной, Боже! — вскинула голову к небу. — За что мне всё это, за что? — взывала София, сжимая себя всё сильнее. А через мгновление медленно опустила дрожащие ноги в желтоватую воду.

— Холодно-о… — простонала она, погружаясь. Остановилась на уровне груди, беспорядочно затеребила себя руками, дрожа, окунулась с головой. Пышные локоны разметались волнами, беспомощно поплыли по течению. С криком вынырнула, перебросила волосы с брызгами за спину и спешно вышла на берег, обхватив себя, пытаясь согреться теплом собственного тела — тщетно. Губы посинели, тело колотила дрожь, как лист на ветру. Заметалась, тяжело дыша, попыталась открыть сумочку — пальцы онемели, не слушались, словно чужие, под ногтями кожа посинела от холода. Обхватила рот руками, подышала, повторила попытку — замок щёлкнул, явив дамские мелочи. Приоткрыла соседний карман, увидела купюры иностранной валюты, улыбнулась дрожащими губами, закрыла сумочку, перекинула через плечо и, поднявшись, зашагала, осторожно ступая по натоптанной тропе.

Взойдя на пологий пригорок, остановилась, оглядела крыши домов, потом — своё голое тело и в смущении двинулась дальше, к невысокому забору. Прошла вдоль него, терпя боль от колючей травы, впивающейся в босые миниатюрные ступни. Наткнулась на перекошенную калитку, открыла, украдкой выглянула, настороженно ступила на старые дощатые мостки, ведущие к небольшому дому из красного кирпича. Пошла по ним, заглянула в окно — сквозь щель ветхой шторы увидела лишь кровать. Прошла к двери без замка, тихо отворила, вошла, ощутив под ногами приятную мягкость. Опустила взгляд на голый старый ковёр, тянувшийся дорожкой от небольшой печки до кровати в углу — с подушкой без наволочки, накрытой старым одеялом. Рядом — перекошенный шкаф и небольшой стол посередине комнаты. Оценив обстановку, успокоилась. Дрожа, забралась на кровать, укуталась одеялом, села, расслабившись, ощутив тепло. Закрыла глаза — и вздрогнула от образов терзания тел, ужасных криков в голове. В мучительной боли схватилась за виски.

— Ты где? — заставил её открыть глаза незнакомый женский голос. — Где же ты? — продолжал он, сковав девушку страхом. — Ты зверь. Приди, приди обратно!

— Хватит! — прокричала она, закрыв лицо руками. — Хватит, прошу! — взмолилась она. — Боже, прошу!

— Отпусти её, — услышала она сквозь слёзы и увидела мужчину с оружием, направленным в её сторону.

— Выбирай, — словно рядом, со спины, прозвучал другой мужской голос, и она ощутила давление. Рукой обхватила шею, стиснула зубы от фантомной боли, плавно провела до плеча, открыв шрам, похожий на укус, на хрупкой шее. Заскрипела зубами, громко зарыдала. — Мама, мамочка, да что же со мной? — проговорила она, уставившись в потолок пустыми глазами, в которых проплывали видения городских построек.

— Сучки, — услышала она мужской голос. — Но ничего, я найду вас всех, я убью вас, твари! — Видения резко отпустили Софию. Она вытерла лицо и уставилась на шкаф.

— Город, мне нужно туда, — прошептала она, встала, отворила шкаф, выбросила на кровать старую одежду, начала перебирать, ища то, что могло бы прикрыть тело, пока не доберётся до магазина. Отобрав старые брюки и рубашку, облачилась, встала перед зеркалом на дверце шкафа, усмехнулась своему жалкому виду. Брюки сползли, оголив тело. Женщина смекнула: сорвала старую верёвку, продернула её в пояс и подвязала на талии, потянула для верности. Взглянула на себя по-новому, покружилась, закатала рукава, нашла старые кеды, принарядилась и вышла на улицу.

Увидела почтовый ящик с надписью «Коллективный сад Народной Дружбы», улыбнулась, двинулась по грунтовой укатанной дороге, прошла через арку, оглянулась на вывеску и направилась дальше, на гул машин. Выйдя на трассу, пошла на зов города, не надеясь поймать попутку — но зная: такая женщина не может долго оставаться незамеченной. Обязательно найдётся хоть один глазастый джентльмен. Что и случилось почти сразу. Пропустив несколько машин вперёд, рыцарь объявился: сперва проехал мимо, но, видимо, разглядев красавицу в зеркале, быстро притормозил у обочины. Дождавшись, когда женщина подойдёт, окно опустилось, открыв бородатое полное лицо с дружелюбной улыбкой.

— Вы откуда такая?

— Из сада рядом, — ответила она, заметив оценивающий взгляд, скользнувший по её внешности. Мужчина усмехнулся.

— А что вы так… туда и ходите?

— Да, а зачем мне наряжаться? — развела она руками, тут же опустив их на талию. — Я ведь работать иду, а не на пляски.

— Ну да, верно, — кивнул он. — Я, если что, прямо в город.

— Тогда нам по пути, — улыбнулась она, приняв одобрительный жест.

Заняв место, София добралась до города. Мужчина оказался приятным, общительным весельчаком, скрасившим дорогу. Учтиво подъехав туда, куда она указала, и не взяв денег — может, решил, что и брать нечего, — он уехал, помахав рукой. А София, привлекая взгляды, зашла в первый попавшийся магазин одежды, где на неё поначалу не обратили внимания — пока она не продемонстрировала деньги и вкус. Переодевшись, взяла местную газету, нашла адреса сдающегося жилья и отправилась на поиски.

****

На следующее утро Олег вырвал из сна неприятный звук будильника: пронзительное кукареканье петуха сменялось таким же зычным: «Семь часов ровно». Цикл повторялся снова и снова, пока рука не нащупала большую кнопку сверху. Будильник умолк. Мужчина рывком поднялся, потянулся и направился в душ. Освежившись, оделся и вышел на улицу.