Хроники Зареченска: Испытания на прочность. Книга вторая

Пролог

В дверь кабинета ректора академии постучали.

— Да, — недовольно буркнул он. Ректор не любил, когда его отрывали от работы.

— Высочайший, прибыл посланник от уважаемого Гроэля. — Секретарь застыл на пороге в ожидании реакции господина и учителя.

«Что опять задумал этот интриган?» — недовольно скривился ректор.

Будь на то воля богов, он бы ни за что не имел дел с главой рода Красной Ветви. Однако портить отношения с начальником безопасности Совета себе дороже. Поэтому лучше узнать, чего на этот раз хотят от него и его академии и заниматься научной деятельностью дальше.

— Впусти.

Секретарь тихо выскользнул в приемную, вместо него появился ишхид, полностью закутанный в заляпанный грязью плащ. Вошедший молча передал запечатанный пакет и поставил на пол объемную сумку.

Ректор неодобрительно проследил за действиями посетителя, но ничего не сказал. Раскрыв пакет, достал письмо и вчитался в ровные строки. Чем дальше Высочайший читал, тем больше недоумевал.

Отложив в сторону письмо, потребовал:

— Покажи.

Посланник все также молча распаковал сумку. Чтобы выложить привезенные предметы на стол, много времени не потребовалось, но извлеченные вещи заставили ректора затрепетать от восторга. А взяв в руки описанное в письме оружие, он едва не задохнулся от предвкушения чего-то нового и необычного. В нем моментально проснулся ученый.

— Это все? — не глядя больше на посланника, спросил Высочайший.

— Да, — последовал короткий ответ. Но ученый уже ничего не слышал и не видел, как ишхид покинул помещение. Его полностью поглотил исследовательский азарт.

Спустя некоторое время Высочайший понял, что он чересчур увлекся и с сожалением бросил рассматривать переданные предметы.

Он сел за стол и надолго ушел в себя. Следовало подумать о создании целой группы исследователей, которым предстоит в ближайшем будущем заняться изучением захваченных в пограничье трофеев. Надо было срочно решить, какое помещение освободить под новую лабораторию и кого именно привлечь в сулящий немалые перспективы проект. Потом выбить средства под него и потребовать от военных, чтобы они предоставили живого варвара для опытов.

Высочайший взял бумагу, графитовое стило и начал писать.

Глава первая

— Поймите меня правильно, — не отступал Александр, — много ли наших лучше разбираются в местных реалиях, знают о фауне и флоре больше, чем гноллы?

Никто из собравшихся на вопрос Бера не ответил, и, ободренный молчанием, глава клана продолжил:

— Вы сами понимаете, что мое предложение — единственно возможный способ использовать аборигенов. Тем более что содержание десятка местных нам почти ничего не будет стоить. Даже то немногое, что мы можем им предложить, гораздо больше, чем они имели в своем прайде. Да хашш станут просто счастливыми от обладания одного стального ножа и регулярного питания! А вы мне тут полемику развели. — Александр устало махнул рукой и уселся обратно на стул, с которого вскочил, когда вмешался в спор между членами совета. — Давайте работать конструктивнее. Без этих ваших «хочу — не хочу», «надо — не надо», — пристыдил он присутствующих.

Пожалуй, никто не верил и, как следствие, не ожидал, что Пшик вернется по окончании сезона дождей. Кроме Бера, конечно же. Он не сомневался в том, что если с Пшиком ничего не случится, то они увидятся снова. Слишком выгодные условия Александр предложил гноллу, чтобы тот смог запросто отказаться от сотрудничества с людьми. Так и произошло.

Стоило первым лучам солнца показаться из-за туч, как дозорные переполошили общину сообщением, что вокруг бродят аборигены. Пшик поступил вполне разумно и не сунулся немедленно к укреплениям. И правильно. Часовые, не разобравшись, могли пристрелить гостей, и только потом стали бы разбираться, надо было так поступать или нет.

Гноллы кружили вокруг, то показываясь на глаза, то исчезая вдалеке среди развалин, пока вызванное начальство, а именно глава клана, не высмотрел в бинокль у одного из них знакомое копье. Узнав Пшика, Бер приказал открыть ворота и в сопровождении охраны вышел встречать хашш.

Каково было удивление людей, когда выяснилось, что Пшик привел не трех-четырех гноллов, как предполагал изначально Бер, а семерых охотников и одиннадцать самок, три из которых были с детенышами. К тому же у всех охотников имелись боевые шантархи. Такое количество пополнения и послужило причиной срочного созыва совета. Необходимо было срочно решить, куда пристроить гноллов и шантархов и к какому делу приобщить.

В принципе все эти вопросы Александр мог решить в единоличном порядке. Но он хотел, чтобы все активно участвующие в жизни клана почувствовали и разделили с ним ответственность за доверившихся им хашш. И главное — люди должны принять сам факт совместного проживания с аборигенами и не чинить препятствий в этом начинании, вызывая у Бера лишнюю головную боль. Если большинство на совете согласятся с его доводами, то остальным клановцам просто некуда будет деться, и недовольным придется заткнуться.

«Издержки демократии», — подумал Бер и также мысленно выругался.

В данном случае от всеобщего одобрения зависит, смогут ли остаться гноллы в общине или же нет. Поэтому Александр позволил провести заседание в немного расширенном составе. Были приглашены несколько самых влиятельных, после членов совета, клановцев. Вот они-то и замутили воду. Бер уже не единожды успел пожалеть, что пошел на этот шаг.

«Теперь сиди, расхлебывай», — негодовал он про себя.

— Итак. Давайте перестанем болтать и наконец-то перейдем к решению проблемы и сопутствующих вопросов, — предложил Александр. «Сейчас главное — не дать людям опомниться, загрузить их предложениями, сулящими выгоду, и пусть попробуют отказаться», — думал он.

— Кто за то, чтобы гноллы, как более опытные охотники и следопыты, принимали участие в охоте на зубров и другую живность? Кто за то, чтобы гноллы рассказали нам о свойствах местных растений? — Бер не давал высказаться никому, намеренно задавая вопросы один за другим. Выстраивая предложения таким образом, что любой, кто проголосует не так, как ему нужно, выставил себя в глазах остальных в невыгодном свете. — Разве вы против, чтобы аборигены усилили наши дозоры, сведя возможные потери к минимуму? Кто против этого?.. Может, вы хотите бегать по степи на своих двоих, когда топливо закончится? Вместо того, чтобы разъезжать на шантархах, которые не только могут служить ездовыми животными, но и неплохими телохранителями своему хозяину?

Бер на секунду замолчал, переводя сбившееся дыхание. И стоило ему раскрыть рот для выдачи очередной порции подготовленной речи, как один из приглашенных, Геннадий Васильевич, кряжистый мужчина лет сорока, поднял руку, прерывая речь главы клана.

— Александр Сергеевич, — начал он, — мы всё понимаем. Но как-то непривычно, чтобы среди нас жили чужаки. Одно дело — один или парочка. А тут целый отряд. Не все еще позабыли гибель многих горожан от нашествия гноллов, и, боюсь, в клане будут недовольны присутствием…

— А вы для чего? — перебил его Бер. В общем, Геннадий Васильевич — мужик неплохой и в технике разбирался получше многих в общине и вполне заслуженно пользовался всеобщим уважением. Именно поэтому его назначили бригадиром механиков в гараже. Но слишком уж упертый, имел собственный взгляд на любую проблему и любил доводить до вышестоящих свое мнение. Чем, честно говоря, немного раздражал. — У вас в подчинении люди. Думаете, я за красивые глазки доверил вам мастерскую и рабочих. Успокойте их, придайте уверенности в будущем. Отбросьте на минуту предвзятость и посмотрите на аборигенов под другим углом. Неужели не видите преимуществ от присутствия охотников хашш? Они могут позволить клану сделать шаг вперед в освоении окрестных земель. Дать нам недостающие знания. В ином случае мы сможем получить их, лишь заплатив определенную цену. И хорошо, если не кровью.

Геннадий Васильевич кашлянул в кулак — не ожидал такого напора. Выходило, вроде как, он виноват в том, что община недостаточно быстро расширяет владения и влияние.

— Так я и не против, — пошел на попятную бригадир, — просто боюсь, народ не поймет, — окончательно смутившись, закончил он.

— Для этого я вас всех здесь и собрал, — продолжил Бер, — чтобы вы не только приняли важное для всех решение, но и осознали всю ответственность за будущее клана. Затем провели разъяснительную работу среди подчиненных и проследили за особо горячими головами. Итак, давайте голосовать…

Гноллы не догадывались, что в этом большом доме решается их судьба, и с удивлением рассматривали новое место обитания. Пшик с важным видом соскочил с шантарха. Приказал зверю не шевелиться, но, помня о нраве животного, всё же передал поводья ближайшему охотнику. Не хватало опозориться из-за агрессивного поведения шантарха перед воинами нового прайда. Вон как со стен внимательно осматривают прибывших. Пшику было не привыкать к такому отношению, а вот остальные нервничали, хотя вида не подавали.

Пшик пристегнул к кольцам седла копье и, как заправский старожил клана, направился к крытому от непогоды колодцу. По пути поднимал руку в приветствии, как это делали люди. Некоторые клановцы автоматически махали в ответ, чем удивляли хашш. Пшик ощущал отголоски эмоций соплеменников и был доволен произведенным на сородичей эффектом. Теперь его авторитет поднимется еще выше. Чего он и добивался...

Все присутствующие на совете проголосовали единогласно, как Александр и надеялся, и потихоньку начали расходиться по своим делам. Бер попросил остаться всех Никифоровых, отца и Коновалова. Всех тех, с кем он основал клан. К ним у него еще был разговор. Вопросы, которые он хотел обсудить, давно вертелись в голове. Чем больше Бер думал о них, тем больше приходил к выводу, что пришла пора решить назревающие проблемы. Пока ничто не говорило об ухудшении обстановки, но на днях некое чувство неопределенности, что ли, захватило его мысли и с тех пор не отпускало.

А вчерашний визит к Любе Давлетшиной лишь усугубил настроение. И все мысли приобрели направленность на противостояние пока неведомой угрозе. Люба ничего конкретного не сказала, но подтвердила беспокойство Александра с одним уточнением: опасность придет на этот раз с запада. Как только она произнесла эту фразу, Бер сразу вспомнил о древних развалинах, найденных экспедицией барона, и о самом беспокойном самозваном «дворянине». И у него сразу неприятно засосало в груди. Александр привык доверять обострившейся в новом мире интуиции, а значит, стоило прикрыть и себе, и клану спину, пока есть время.

— Что случилось, сынок? — поинтересовался Сергей Борисович.

— Пока не знаю точно, отец, — Бер-младший задумался, пытаясь правильно сформулировать и передать словами собственные ощущения. — Мне кажется, что-то должно случиться. Что-то назревает и это «что-то» витает в воздухе и не дает мне покоя последние дни. Скажите, вы чувствуете хоть что-нибудь?

— Лично я — нет, — ответил Никифоров, — но тебе доверяю.

Остальные тоже высказались отрицательно и выжидательно уставились на главу клана.

— Ясно. — Бер снова задумался, пытаясь сориентироваться в собственных мыслях. — В общем, так. Давайте поступим следующим образом, — принял он решение. — Ты, Слава, войди в контакт с господином Селивановым и поинтересуйся, не собирается ли его босс, господин барон, отправить очередную экспедицию к упомянутым им развалинам. Только не в лоб спрашивай, а поезжай, поговори на счет продажи лошадей. Они нам, скорее всего, откажут, но не это главное. Там разберись на месте и как бы между делом, между делом…

— Сашка, не учи учёного, — перебил Вячеслав.

— Не обижайся. Это я от волнения, — улыбнулся Александр.

— Нечего волноваться. Еще ничего непонятно. Даже предположений, какого рода опасность, нет. Так что… — Никифоров развел руками. — Так что не волнуйся зря. К тому же идея установить нормальный контакт с бароном вполне здравая. Он уже кусок, какой смог, отхватил и возможно успокоился. Это тоже не помешало бы выяснить. Да и о поставках продовольствия можно переговорить. Барон взял под контроль почти всех крестьян, и многие горожане ушли к нему, теперь сеют и пашут. Через пару лет и до всеобщей барщины додумается. — Вячеслав усмехнулся.

Бер кивнул, соглашаясь, и продолжил:

— Верно, скорее всего, нечто подобное и случится. Теперь давайте решим, что делать с наследством Фадеева. Выжившие удержать свою территорию не в состоянии, поэтому предлагаю полностью взять под контроль общину и объединить фадеевских с кланом. Полагаю, никто из них противиться не станет.

Никифоров фыркнул и прокомментировал:

— Еще бы они были против. После всего случившегося.

— Отец, прошу тебя и тебя, Игорь, — Бер посмотрел на Коновалова, — заняться этим вопросом. Нам пора расширяться, места для проживания новых людей у нас исчерпаны. Поэтому заложите на месте фадеевской девятиэтажки аванпост. Мы туда будем селить всех вновь прибывших. Пусть основывают второй поселок клана. Ваша задача — на первых порах обеспечить безопасность поселенцев и укрепить здание.

— Это понятно, — кивнул Сергей Борисович. — Чем предлагаешь занять новых поселенцев? В поликлинике лекарства, поди, уже все откопали, а содержать аванпост ближе к центру города не очень выгодно.

— Тут ты не прав, Борисыч, — вступил в беседу Никифоров-старший, — во-первых, бойцы, кроме контроля территории, смогут обеспечить безопасность основного поселения, и в случае ухудшения отношений с генералом, дать нам больше времени для подготовки. А во-вторых, усиление клана повысит наш статус.

— Да я не про то, — отмахнулся Сергей Борисович. — Чем занять людей в новом поселке? Не будут же они поголовно в патрули ходить? У нас и оружия-то на всех новеньких не хватит.

— Я понял тебя, пап, — вмешался Бер. — Металлом будут заниматься.

Все поначалу недоуменно посмотрели на главу клана, но до большинства через минуту стало доходить, что именно задумал Александр. И следующими словами он подтвердил догадки присутствующих.

— Пусть собирают весь металлолом, до которого доберутся. Нечего добру ржаветь. Рано или поздно потребуются новые изделия из металла, и мы должны стать монополистами, как в производстве, так и в торговле сырьем. Сами понимаете, до того момента, когда люди обнаружат, начнут добычу и разработку месторождений в этом мире, пройдет еще немало времени. — Бер замолчал. В горле пересохло, и он налил себе воды. Напившись, продолжил: — Естественно, что одним металлом наши действия не должны ограничиваться. Пусть люди ищут все полезное, что не успело испортиться и что не смогли достать из-под завалов горожане. У нас есть преимущество. Мы можем организовать достаточно большие бригады и добыть то, что не смогли сделать одиночки.

— Для этого потребуется организовывать дополнительную охрану, — задумчиво протянул Вячеслав. — В городе полно банд, а сколько у бандитов оружия мы не знаем. Не стоит забывать и про всяких доморощенных колдунов. Думаю, не надо никому напоминать о прошлом столкновении с подобным кадром? У нас нет возможности обеспечить новые отряды достаточным количеством стрелкового оружия. Над этим надо подумать. И думать серьезно. Навряд ли Быстрицкий пойдет нам навстречу и согласится продать стволы и боеприпасы сверх оговоренного.

— Не согласится. Поэтому я и попросил присутствовать Владимира Ивановича. — Александр сосредоточил внимание на Никифорове-старшем. — Дядя Володя, как самому большому специалисту по оружию, вам, как говорится, и карты в руки.

Старший брат Вячеслава улыбнулся. Он догадался, о чем его попросят, и лишь ждал продолжения. И оно последовало.

— Нам нужны арбалеты, — сказал Бер. — Хорошие, качественные. Сможете сконструировать и проконтролировать их производство?

— Я думал над этим и со временем сам собирался предложить начать их сборку, — заговорил Владимир Иванович. — Более того, можно сделать не простые арбалеты, а китайские. Они, правда, не получили широкого распространения, но и мы не в Средневековье живем.

— А что за арбалеты? — заинтересовался Вячеслав.

— Ну, ты-то должен знать? — возмутился старший брат и продолжил разъяснение для остальных: — Китайцы смогли сконструировать многозарядные арбалеты, в том числе магазинные. Но они были тяжелыми и ненадежными. Но мы попробуем исправить эти недостатки с помощью современных материалов.

— Отлично! — обрадовался Бер. Новость действительно была замечательная, и настроение Александра резко пошло в гору. — Теперь последнее, — немного успокоившись, сказал он. — Эдик, у меня к тебе тоже просьба. Хочу, чтобы ты взял на себя командование аванпостом.

— Э, нет, нет! Я не справлюсь, — начал было отказываться тот, но Бер повысил голос, подавляя возмущение старого приятеля в зародыше:

— Не хочешь выполнить просьбу, выполнишь приказ! — И немого тише добавил: — Пойми, Ник, кроме тебя назначить пока некого. На первых порах тебе помогут Игорь и мой отец. Но они мне понадобятся в последствии здесь, а людей, которым я могу доверять, на самом деле не так уж и много. Вы как, не против повышения сына? — поинтересовался он у Никифорова-старшего.

— Не имею ничего против. Пора ему за ум взяться, — согласился Владимир Иванович, и Эдику ничего не оставалось, как откинуться на спинку стула и задуматься о будущем.

— Сам-то чем займешься? Я не я буду, если наш командующий не придумал и для себя дело, — прищурился Вячеслав. И все с любопытством уставились на Александра.

— Пока займусь размещением хашш. Потом думаю организовать совместный разведывательный рейд гноллов и наших бойцов. Пусть приучаются действовать совместно. И последнее. Пока мы тут совещались, у меня появилась идея. Как вы смотрите на реорганизацию структуры наших отрядов?

— Конкретнее, — попросил Коновалов.

— Предлагаю разбить штурмовые отряды на ударные четверки. Допустим, один автоматчик, пара арбалетчиков и один маг? — Бер оценивающе посмотрел на Игоря. — Можно и по-другому…

— Ты и это хочешь взвалить на меня?

— Игорёк, ты догада, — подмигнул Александр. — Продумай идейку и потом доложишь.

— Мне необходимо знать, что именно умеют твои маги, и какие характеристики у арбалетов. Тогда и думать буду.

— Информацию дадим. Значит, договорились?

Коновалов вздохнул:

— Куда ж я денусь с подводной лодки?

«Мы не поедем верхом на шантархах?» — послал вопрос Пшик, когда Александр сообщил, чем будут заниматься его воины.

«Не сегодня, — ответил Бер. — Выбери трех лучших воинов и пошли со мной».

«Все хашш хорошие воины».

«Мне не нужны все», — Александр попытался передать гноллу эмоцию недовольства и, судя по тому, как Пшик засуетился, у него получилось.

«Да, Великий. Я исполню твой приказ», — низко поклонился охотник.

Бер развернулся и вышел из временного барака, в который поселили гноллов. Пшик новым жилищем был не очень доволен, ведь ему раньше посчастливилось жить в более комфортных условиях. Зато другие аборигены находились в полном восторге. Особенно на них произвели впечатление застекленные окна. Прозрачность и при этом непроницаемость стекла ввела новых членов клана в ступор. Они целый день всем скопом проторчали у окон, постукивая по прозрачной преграде и разглядывая с обеих сторон происходящее снаружи и в бараке. Эмоции переполняли гноллов до такой степени, что хашш перестали контролировать их. Всегда грозные и неприступные, аборигены в момент превратились в беззаботных детей, которым показали чудо.

Александр дошел до мастерских. За ним, не отставая, следовали Пшик и пара выбранных хашш. Народ все время оглядывался на них. «Ничего. Привыкнут», — мысленно отреагировал на множественные взгляды людей Бер и вошел под крышу мастерской. Усилившийся шум резко ударил по ушам. Работа кипела. Кто-то стучал молотом, кто-то водил ножовкой по металлу. Несколько клановцев устанавливали на один из автомобилей дополнительную защиту в виде наваренной на раму мелкоячеистой сетки и прикрепляли ее на небольшом расстоянии от поверхности лобового стекла. Рабочие шутили по поводу нововведения, мол, раньше достижением считалось пуленепробиваемость, теперь камненепробиваемость. А всему виной гноллы со своим умением кидать булыжники с немалой скоростью и силой. «Кстати, где они?» — Александр оглянулся в поисках хашш.

Гноллы застряли на улице у ворот и таращились на человека в маске сварщика. Рабочий с помощью газосварки нагревал стальную трубу, чтобы ее легче было согнуть и придать нужную форму будущей конструкции.

— Пшик! — позвал Бер. И когда гнолл повернул в его сторону голову, мысленно добавил: «Вы чего застряли!? Быстро сюда!» Пшик растолкал застывших соплеменников и поспешил на зов. Хашш не отставали, не переставая ежесекундно оглядываться. Человек со странной головой и палкой изрыгающей пламя поразил гноллов до глубины души.

«Скажи, Великий, — робко спросил Пшик, — что делает странный шхас?»

Александр задумался: как объяснить охотнику происходящее? Просто сказать «кенгурятник» — не поймет. Такого слова в языке аборигенов не существует. Кенгуру в этом мире сроду не водилось. Начнутся вопросы о странных животных. Объяснять что-либо с помощью образов — можно мозги сломать, а понимания не добиться. Как, для чего и для каких целей служит изделие? Придется, чуть ли не целое кино с пояснениями транслировать. Беру не хотелось напрягаться, да и времени совсем мало. На выручку пришел сам сварщик, который прекратил работу и начал оглядываться в поисках, как сообразил Бер, рулетки. Не найдя инструмента подле себя, рабочий поднял тяжелую заготовку «кенгурятника» и отправился прикладывать к передку автомобиля.

«Наши не любят легких путей. Вместо того, чтобы сходить за рулеткой, русский человек лучше пупок надорвет, зато идти ближе», — глава клана недовольно покачал головой, наблюдая за процессом примерки.

«Я понял! — послышалось в голове Бера восклицание Пшика. — Это таран для повозки».

Александру ничего не оставалось, как согласиться с гноллом и, скрывая мысли, обозвать себя балбесом за то, что сразу не додумался до такого простого объяснения.

«Да ты прав. А теперь пойдем, мы теряем время».

И троица хашш в сопровождении главы клана углубилась в недра мастерской.

— Привел? — вместо приветствия буркнул Шалыгин, мастер, которому Бер оставил заявку на оружие для гноллов.

— Здравствуй, Никитич. Где?

— В углу стоит, — таким же недовольным голосом пробормотал тот.

К манере Шалыгина вести беседу нужно привыкнуть. Мастер вечно чем-то был недоволен и в свои шестьдесят лет являлся настоящим брюзгой. Он был одним из тех немногих счастливчиков, что выжили после нападения Шамана. Пережитое лишь добавило в его характер ворчливости и угрюмости. Рабочие сочувствовали Шалыгину и не лезли с претензиями. Тем более Бог даровал ему золотые руки и смекалку. Он мог творить из металла настоящие шедевры, были бы подходящие инструменты под рукой. Умел Фадеев, царствие ему небесное, подбирать себе кадры.

Бер прошел туда, куда указал мастер, и взял в руки короткое копье или скорее дротик. Гладкое древко удобно легло в ладонь, длинное, обоюдоострое лезвие из качественной стали блеснуло, отражая проникший в помещение луч солнца. Александр подбросил копье в руке — очень легкое, как он и просил. На минуту Александру захотелось самому владеть таким оружием, сказались сотни прочитанных когда-то фэнтезийных романов. Он отбросил лишние мысли и поставил копье на место. Следующим, выбранным для осмотра, оказалось мачете. Вынув клинок из ножен, Бер осмотрел изделие: без из изысков, но из той же марки стали, что и наконечник копья. Единственное — рукоять не была обмотана кожаным ремешком. Бер вопросительно посмотрел в глаза Шалыгину.

Мастер понял немой вопрос и ответил в своей манере:

— Я не кожевенник ремни нарезать. Пусть сами обматывают рукояти и древки. Скажи, чтоб не забыли.

Александр сдержал вздох. Что тут поделаешь? Тем более мастер, возможно, прав. Пусть аборигены подберут материал и намотают, как им удобнее.