Хроники Зареченска: Испытания на прочность. Книга вторая

Глава вторая

Пятеро людей и тройка хашш продвигались вдоль заполненного водой после сезона дождей старого русла Широкой. От реки, когда-то делившей город на две неравные части, остался примерно двадцатикилометровый кусок. Два полуразрушенных моста еще соединяли оба берега. Но Александр не рискнул бы переехать на автомобиле ни по одному из них. На первый взгляд казалось, что переправа из стали и бетона, мимо которой отряд проходил, вот-вот рухнет и без посторонней помощи. Дальняя часть сооружения просела, асфальт зиял трещинами и провалами. И вообще мост слегка перекосило на левую сторону, что придавало ему некую сюрреалистичность. Александр подумал, что в отличие от древних зодчих, современный человек разучился строить на века. Катастрофа и последние месяцы экстремальной погоды не извиняли строителей.

— Что чувствуешь, Сережа? — не останавливаясь, спросил Александр у шагающего рядом Сергея Верникова. Перед выступлением в совместное патрулирование людей и гноллов, Бер решил взять одного из лучших своих учеников. Так сказать, провести первую проверку на слаженность с бойцами не только хашш, но и магов. Никаких столкновений он не планировал, хотел лишь присмотреться, как поведет себя в походе столь пестрая компания. Конечно, не стоило ожидать, что люди или гноллы будут вести себя по отношению друг к другу положительно, но и проявлять негативные эмоции в открытую при начальстве не станут. Однако Александр рассчитывал уловить настроение людей и аборигенов. Из проведенных наблюдений он планировал сделать выводы для себя, как руководителя. Только подчиненным об этом знать не следовало. Касательно Верникова, Александр хотел также немного подтянуть его в обнаружении людей и других живых существ, буде таковые попадутся на пути.

— Я не уверен... Кажется, в том здании кто-то есть.

Бер посмотрел на указанное учеником строение. Сам он так далеко не заглядывал, старался контролировать пространство вокруг, чтобы никто не подобрался к отряду незамеченным. Александр вошел в легкий транс и, не замедляя шага, на автомате, попытался проникнуть внутренним зрением в пятиэтажку, метрах в двухстах впереди.

Раньше в домах на набережной любили селиться городские богатеи. Квартиры в этом районе стоили дорого и простые зареченцы не могли себе позволить обладать «квадратными метрами» вдоль Широкой. Выжившим владельцам элитного жилья, пожалуй, пришлось хуже всех, ведь они лишились самого дорого, что у них было — денег. Александру попадались среди состоятельных людей вполне достойные и адекватные, но это — редкие и оттого ценные личности. Как правило, богатство можно заработать, украв у кого-нибудь что-нибудь. В эпоху цивилизованного ведения дел Россия только-только начала входить. И те, кто успел заиметь имущество на набережной, в это число не влезали. Таких было не жалко, да и некогда жалеть. Разве что детей….

Насколько Александр знал, район должен быть почти необитаем. Во время сезона дождей улицы подверглись затоплению, и жители предпочли уйти в более безопасные места обитания.

Бер практически сразу обнаружил энергетический всплеск биополя. Он тут же дал команду прекратить движение. Бойцы рассредоточились в ожидании решения командира. Хашш не отставали от людей и растворились среди нагромождения обломков. Александр успел послать мысль Пшику с просьбой, чтобы он со своими соплеменниками далеко не уходил. Тут же, получив подтверждение от гнолла, полностью сосредоточился на прощупывании подозрительного здания.

При более внимательном осмотре Бер убедился, что «видит» именно человека. Незнакомец стоял у окна и старался находиться в тени. Неизвестный наблюдал за клановцами с высоты четвертого этажа. Чтобы быть уверенным, что человек один, Александр повторно просканировал покинутое здание. Никого больше не обнаружив, открыл глаза.

Первым делом он поблагодарил ученика за внимательность и явный успех в ментальном сканировании. Лицо Сергея расцвело довольной улыбкой. Бер тут же его одернул, чтобы не расслаблялся, и начал лихорадочно обдумывать, как поступить. Отряд в учебно-боевом патрулировании, основной задачей которого является нахождение точек соприкосновения воинов двух рас. Но с другой стороны, из глубины подсознания всплыло беспокойство, а это чувство, от которого так просто не избавиться и игнорировать его глупо.

Взвесив все за и против, Александр принял решение.

— Берем этого наблюдателя и по возможности без членовредительства. Делаем так… — Он на пару секунд задумался, собираясь с мыслями. — Так как он нас уже заметил и ведет, то на максимальной скорости двигаемся к зданию. Гноллы гораздо быстрее, поэтому их задача — не дать человеку уйти. Тут и мы подоспеем и на месте разберемся, что делать дальше.

— А они справятся? — с сомнением в голосе спросил Махно. Он в отряде был единственным бойцом из самого первого пополнения клана и принимал непосредственное участие в становлении общины и развитии. Бер доверял омоновцу, как самому себе. Остальные два автоматчика «относительные новички». Этих бойцов он не выбирал в отряд, их ему подсунули Сапрыкин и Никифоров. Александр подозревал, что не для обучения взаимодействию с гноллами, а скорее для усиления охраны главы клана официально доверенной Сергею Махно. Но для Бера это не являлось раздражающим фактором, он уже смирился с необходимостью периодически находиться под надзором телохранителей. Тем более в данном случае не имело решающего значения, кто именно под его командованием, главное, чтобы наладили отношения с хашш и притерлись друг к другу. В ближайшем будущем через это придется пройти многим бойцам.

— Справятся. Я уже говорил: хашш хорошие воины. Мы приняли гноллов в общину, и они относятся к этому серьезнее, чем люди. К тому же Пшик в состоянии точно исполнить приказ и проконтролировать его реализацию остальными гноллами, — немного раздраженно пояснил Бер. Если бы подобный вопрос задал кто-нибудь другой, Александр не стал бы вдаваться в повторные объяснения, а просто настоял на выполнении приказа без глупых и несвоевременных вторичных разъяснений.

— Хорошо, — не стал дальше развивать тему Махно. Он попытался найти взглядом аборигенов и не найдя удивленно вытаращился на то место, где в последний раз видел гноллов. — А…. где они?

— Я отдал им приказ выдвигаться. Когда они выйдут на позицию с противоположной стороны здания, тогда и мы рванем. А пока ждем.

Махно удрученно кивнул. Ему вдруг стало неприятно, что не обратил внимания на исчезновение части отряда. Бер, заметив изменение настроения омоновца, успокаивающе похлопал того по плечу.

— Не твоя вина, — правильно интерпретировал причину самобичевания омоновца, проговорил он. — Они — дети природы и подобным трюкам обучаются с младенчества. Иначе бы не выжили в жестких условиях родного мира.

Прошло минут десять с момента исчезновения хашш. Все это время Александр, даже беседуя с подчиненными, не выпускал из поля своего внутреннего зрения энергетический «силуэт» наблюдателя. Человек по-прежнему находился на старом месте и не двигался. Других живых существ в округе Бер не отметил. Такая заброшенность района только усиливала беспокойство. В городе проживало достаточно большое количество людей, пусть многие уже не живут здесь, но какие-то следы хозяйственной деятельности выживших должны присутствовать? Ведь большая вода ушла.

Как только в голове промелькнули эти мысли, беспокойство усилилось. «Так, Сашка. Не накручивай себя», — сделал попытку успокоиться Бер. И тут пришел мыслеобраз от Пшика.

В сознании Александра появилась картинка приближающегося входа в подъезд дома. Прямоугольник с отсутствующей дверью надвигался рваным темпом. Пшик, видимо, бежал и передавал то, что видел сам. Изображение было черно-белым с в краплением контуров вокруг некоторых объектов и цветовых пятен всевозможных оттенков синего и фиолетового цветов. Подобное Бер видел на Земле в телевизионных роликах о животных, показывающих, как именно некоторые виды насекомых и птиц воспринимают окружающий мир. Поражала не только возможность видеть происходящее в реальном времени, но и факт, что гноллы способны воспринимать, по всей видимости, ультрафиолетовый спектр излучения. Ни о чем подобном он раньше не догадывался. Изображение стабилизировалось, это Пшик остановился, и развернулось вправо. Прежде чем «кино» исчезло, Александр заметил второго гнолла, вытаскивающего из ножен мачете.

— Обалдеть! — невольно вырвалось у Бера.

— Что случилось? — встрепенулся Махно.

— Ничего существенного. Потом объясню. Хашш заняли позицию и ждут.

Стоило отдать приказ, как бойцы рванули к пятиэтажке. Александр ни на секунду не выпускал из вида энергетическую метку неизвестного. Наблюдатель не шевелился, что было странно. Он не мог не видеть рывка клановцев к зданию и исчезновения аборигенов, а значит, должен каким-то образом среагировать на изменение обстановки. Любой нормальный человек давно бы попытался смыться от греха подальше.

— Так. Вы, двое, остаетесь с Верниковым здесь. Задача: не дать ускользнуть наблюдателю. — Бер внимательно посмотрел в глаза ученику и специально для него сказал: — Если вдруг неизвестный окажется обладателем магических способностей, в активный бой не ввязывайся. Просто прикрой ребят, вместе отступите и дождетесь нас. Всё поняли? — последний вопрос глава клана адресовал всей троице бойцов. Дождавшись утвердительных ответов, вместе с Махно поспешил к гноллам.

Около входа в подъезд оказалось, что хашш лишь двое. Внимательно осмотрев охотников, Бер сообразил, кого не хватает.

«Где Пшик?» — задал Александр ближайшему охотнику вопрос и подумал, что пора гноллам дать имена, а то их собственные, изобилующие шипящими и щелкающими звуками, мало того что никто запомнить не в состоянии, так еще и язык сломать можно.

«В этом большом доме, Великий», — ответил хашш.

Бер еле сдержался, чтобы не наорать на гнолла, вместо этого попытался найти Пшика внутренним зрением. Тот оказался недалеко, на первом этаже, в одной из квартир. Недолго думая, Александр вошел в подъезд. Махно и гноллы последовали за ним.

«Пшик? Ты почему здесь? Без моего приказа?» — сформулировал мысль Александр и придал ей нужный оттенок гнева.

Первое, что бросилось в глаза, это гнолл, ползающий на четвереньках и, словно собака, нюхающий пол. Охотничий жилет серо-черного цвета немного провис на животе, почти доставая объемными карманами, набитыми всякой всячиной, до грязного, вздувшегося линолеума. Когда Александр подбирал на складе жилеты для необычных членов клана, он руководствовался не только желанием отличить своих гноллов от чужих, но также задумался над проблемой идентификации хашш людьми, не входящими в клан. Поэтому по его просьбе быстро сварганили трафарет и в двух местах на ткани жилета — на левой стороне груди и на правой лопатке — белой краской изобразили шантарха в половину человеческой ладони величиной.

На самом деле за основу взяли земного велоцераптора из книги в библиотеке клана, но, учитывая малый размер картинки, разницу мог заметить лишь специалист. Таких в общине было аж одна штука — профессор Гофман. Но его мнения по такому пустяку никто не спрашивал и спрашивать не собирался.

Знак шантарха произвел на аборигенов огромное впечатление. В последствии выяснилось — различные знаки рисовали себе на поясах только хашш из личной охраны наказующих и надзирающих прайда и шхасы. А тут такое доверие. По понятиям гноллов, происшедшее с ними можно описать выражением: «из грязи да в князи».

В голове Александра промелькнула мысль: «А не придумать ли клану герб, тотем или нечто подобное? Да и флаг заодно сварганить?..». Однако не додумал, откинул посторонние размышления и сосредоточился на происходящем.

Пшик заметил главу клана, вскочил и начал нервно шипеть по-своему и жестикулировать, забыв про мысленную речь. Таким взволнованным Александр Пшика еще никогда не видел.

«Успокойся и расскажи, что ты нашел. Я тебя не понимаю, когда ты перед носом лапами машешь», — попытался достучаться до взбудораженного аборигена Бер.

«Надо уходить, Великий, — продолжал нервничать Пшик. — Мы почуяли запах ишхидов. Так далеко от своих деревьев малым числом они не ходят».

«Там, наверху — человек, — Бер показал пальцем, — и никаких ишхидов я не ощущаю. Прекращай панику и займись делом. Нужно разобраться, были тут твои ишхиды? И если были, то когда ушли?»

«Прости, Великий. Сделаем, как прикажешь».

Александр пристально посмотрел на хашш. Пшик угомонился и снова стал похож на самого себя — спокойный и уверенный в собственных силах охотник.

— Вперед! — скомандовал Александр, продублировал приказ мысленно, специально для гноллов и на всякий случай предупредил по рации о возможном появлении противника оставшихся с другой стороны здания бойцов.

Первым по лестнице побежал Пшик, видимо хотел реабилитироваться за произошедший срыв. За ним— остальные гноллы, потом Бер, а замыкающим — Сергей Махно.

— Я уже слышал про ишхидов. Ты в курсе, какие они? — услышал Александр сзади голос Махно.

— Нет. Пшик рассказывал, что ишхиды в лесу живут. Далеко на западе. Больше ничего толком не знаю. Не до них как-то было. Давай потом обсудим?

Александр и бывший омоновец, несмотря на то, что передвигались быстро, довольно сильно отстали от хашш. Те, словно метеоры, исчезли из поля зрения этажом выше. Перемещались они бесшумно, и как люди не старались, звука шагов поднимающихся гноллов не услышали. По сравнению с аборигенами, они топали, точно слоны.

Достигнув намеченного, четвертого, этажа, Бер замер и поднял руку, останавливая Махно. Тишина. Приложив к плечу приклад, Александр открыл на всякий случай клапан кармана на разгрузке, где у него лежали шарики из раскуроченных подшипников. После противостояния с архимагом он постоянно носил с собой это нехитрое оружие. Всегда можно воспользоваться при необходимости и не тратить патроны.

Глава клана зашел в квартиру первым, за ним Махно. Хашш не было видно. «Ага, вот они!» Один из гноллов на секунду показался в дверях зала и приглашающее махнул рукой. Бер пока не научился различать, кто есть кто. Единственного, кого он мог всегда узнать — это Пшик. Про остальных лишь сказать: «Это не Пшик». Однако надеялся вскоре исправить положение, иначе какой же он «Великий»?

Александр решил, что раз хашш не взволнованны, значит пока все в порядке, и одновременно с бывшим омоновцем вошел в помещение.

— Мда-а-а, — опешил Махно при виде открывшейся картины. — Вот тебе и наблюдатель у окошка.

В комнате у окна действительно находился человек. Только он висел на вбитых в стену крюках и не шевелился. Острые их концы вылезли наружу из плеч, не позволяя человеку снять себя. «Да он и не смог бы», — понял Бер, когда заметил под кровавой коркой многочисленный порезы на теле.

— И он еще жив? — задал вопрос Сергей.

Бер подошел ближе. Грудь полуголого мужчины еле заметно вздымалась и опускалась.

«Ближе не подходи, Великий!» — предупредил Пшик.

«Почему?»

«Смотри». — Охотник хашш сделал короткий шаг в сторону несчастного и несильно ткнул кончиком копья человека в живот. Александр хотел его остановить, но увидев последствия действий Пшика, говорить что-либо и тем более ругать гнолла моментально расхотел. В месте укола кожа вздулась, зашевелилась и пошла волной, будто там переместилась некая тварь. Через пару секунд кожа разгладилась. Беру захотелось протереть глаза: не почудилось ли? Но матерная фраза Махно доказала, что не почудилось.

«Что это такое?!»

«Это аш1. Когда ишхиды допросят пленника, то часто в его тело специально запускают аш. Они долго сохраняют жизнь. И питаются. Подходить близко нельзя. Могут прорвать кожу и если успеют уколоть, отложат яйца. И тогда спасения нет, — разъяснил гнолл и добавил: — Человека лучше убить, чтобы не мучился».

## 1 Аш — опасные червеобразные существа. Откладывают яйца в тела животных с помощью вонзаемого шипа. Шип полый, по нему под давлением поступает обездвиживающий, на время, жертву токсин вместе с яйцами. Как правило, отложивший яйца аш вскорости погибает.

«А эти аш?..»

«Они тоже умрут. Если не найдут подходящую пищу».

Бер быстро пересказал Махно, состоявшийся с Пшиком разговор и начал обдумывать дальнейшие действия. То, что необходимо убить, возможно, ни в чем не повинного человека, он не сомневался, но вот так, с ходу, решиться на это не мог. Его терзания прервал Сергей:

— Очень похоже на то, как у нас на Земле минируют тяжелораненых и убитых солдат противника. Подойдешь к такому, начнешь оказывать помощь, а тут — бамм! И все. Метод, конечно, иной, однако результат, пожалуй, даже похуже будет.

— М-да. Попробуй потом выведи из тела впрыснутые тварью микроскопические яйца. В наших условиях и уровне медицины… Практически невозможно, — согласился Бер.

— А ты не смог бы попробовать помочь? Вдруг получится? Если он, — Махно кивком указал на зараженного, — выживет, мы многое узнаем.

— Попробовать могу, но далеко не уверен, что узнаем что-либо об ишхидах. Да и опасно это. Вдруг не получится уничтожить всех паразитов? Не замечу какое-нибудь яйцо… И что потом? Выискивать по всему городу и убивать зараженных людей. Уж лучше один раз взять грех на душу.

— Возможно, ты прав, — немного поразмыслив, согласился бывший омоновец. — Но думаю, ты обязан хотя бы потренироваться. В будущем, не дай Бог, пригодится умение уничтожать эту гадость!

К такому совету Бер не мог не прислушаться. Он передал другу автомат, чтобы не мешал, и сказал:

— Конечно, я попробую. Только сначала выясню одну вещь.

Александр вспомнил давний разговор с Пшиком, в котором тот упоминал про ишхидов. Тогда он только ступил на путь к постижению Силы и не придал значения возможности передавать зрительные образы из памяти. Точнее, ему в голову не пришло мысли о вероятности подобного действия. Слишком радовался успехам в мысленной речи и упустил из вида столь очевидную возможность. Правда, у него имелось небольшое оправдание. Старая пословица гласит, что дурак учится на собственных ошибках, а умный — на чужих. В случае Бера рядом не находился опытный и умный наставник, да и того, на чьих ошибках и проколах можно учиться, также не было. «Приходится быть дураком». — Бер улыбнулся про себя. Поймав подозрительный взгляд Сергея, немного смутился и привел чувства в порядок.

— Прежде чем приступить, хочу прояснить один вопрос. А пока я говорю с гноллами, свяжись с нашими внизу. Обрисуй ситуацию и прикажи смотреть в оба. Не хватало нам нарваться на шастающих по округе ишхидов.

— Хорошо, — Махно поспешно схватил радиостанцию.

«Пшик, ты знаешь, как выглядят ишхиды?» — начал Александр.

«Нет, Великий».

«Как же ты узнал запах, если никогда не видел?» — удивился Бер.

«Те, кто участвовал в походах против лесного народа и выжил, приносили с собой вещи врагов. Запах бывших владельцев долго остается на вещах, — разъяснил гнолл. — Почему ты спрашиваешь, Великий?»

«Хочу знать, как они выглядят. Они жестоко поступили с человеком. Такое может сотворить лишь враг».

«Я понял тебя. Шишаншихш’тк участвовал в войне с ишхидами. Давно. Много раз большая вода с неба пролилась с тех времен, — обрадовал главу клана Пшик. — Спроси его. Он расскажет».

Бер поначалу честно пытался воспроизвести имя хашш с услышанной от Пшика интонацией, но плюнул на это и передал:

«Мой язык не так быстр, как разум. Прости, но я буду звать тебя Шишан. Надеюсь, я не обидел тебя, воин?»

«Нет, Великий. Для меня честь служить такому шхасу, как ты. Под любым именем».

«Хорошо. Поделись своей памятью. Покажи мне лицо ишхида. Хочу знать, кого убивать при встрече», — как можно проще сформулировал желание Бер. С другими хашш мысленный контакт поддерживать было чуть сложнее, чем с Пшиком. К нему Александр уже привык. Он предполагал, что это зависит от разницы в способе мышления индивидуума. Разница незначительная, но требовавшая дополнительных усилий. Те же проблемы Бер испытывал и с людьми. Но если с учениками он добивался достаточно быстрых успехов, благодаря гибкости человеческого разума, то с представителями чужой расы все выглядело иначе.

Сознание Александра затопила волна образов. Шишан показал самые яркие свои воспоминания. На мгновение Беру показалось, что он гнолл, и чуть не прервал контакт, однако сдержал порыв.

Вот он держит в руках примитивное копье без наконечника. Просто остро заточенный кол. А на него бежит, совершая длинные прыжки, воин с мечом в руке. Александр хотел присмотреться — его поразила манера перемещения воина, но изображение помутнело, завертелось перед глазами и следующее, что он увидел, лежащий в траве ишхид с пробитым горлом. Из раны толчками вытекала темная, в черно-белом изображении, кровь. Взгляд хашш был прикован к ране, и толком рассмотреть противника Шишана, не получилось.

Следующий фрагмент. Гноллы избивают ногами лежащего на животе воина в доспехах. Тот пытается встать, но очередной удар снова бросает его на землю. И все это в полной тишине. Бер недовольно поморщился от представшей картины и продолжал вглядываться и запоминать.

Ишхида сильным ударом перевернули на спину, и лесной житель с ненавистью посмотрел прямо в глаза. Нет, конечно, он не на Александра посмотрел, на хашш. Однако впечатление оказалось настолько ярким, а в глазах ишхида столько сильных эмоций, что Бера невольно передернуло. Это воспоминание выявилось более четко. Наконец глава клана сумел полюбоваться на лесного воина.

Длинные, темного цвета волосы слиплись от подсохшей крови на разбитой голове. Высокий лоб тоже испачкан в крови. Надбровные дуги немного выдаются вперед. Под ними нормальные человеческие глаза. Если и есть различия, то сейчас этого не видно. Нос прямой с горбинкой. Скулы острые, обтянуты бледной кожей. Губы тонкие, почти отсутствуют. Не будь мелких различий и длинных заостренных ушей с кисточками на конце, смело можно признать, что лицо вполне человеческое. Может, немного грубоватое, но на Земле и не такое встретишь.

Пластинчатый доспех воина прикрывал весь корпус и руки. Металл во многих местах помят от сильных ударов и разорван на боку. «Да, не слабо ишхиду вломили», — подумал Бер и продолжил впитывать ценную информацию. Отметил про себя, что на грудной пластине панциря видна чеканка, изображающая множественные пересекающиеся волнистые линии и круги. Думать, что это означает, не имело смысла. Чужая раса — и этим все сказано.

Самыми примечательными в ишхиде оказались ноги и руки. Они имели два коленных и локтевых сгиба соответственно. Подумалось, что степень свободы изгиба этих рук гораздо выше, чем у человека. На ногах верхнее колено такое же, как и у людей, а нижнее повернуто в противоположную сторону. Теперь стало понятно, почему так быстро приближался ишхид к Шишану в первом «видеоряде». Заканчивались ноги пятипалой… хм!.. рукой? Бер на мгновение растерялся. Назвать конечность с длинными и подвижными пальцами, точно как у земных обезьян, ступнёй, язык не поворачивался.