Терминология Хайдеггера времен написания им Черных тетрадей 1931-1948

Как же много мы знаем того, чего не понимаем.

Ортега-и-Гассет

(«Размышления о «Дон Кихоте»»)

1. Введение

1. Самое первое знакомство с текстами М. Хайдеггера времён написания им «Чёрных тетрадей», «К философии (О событии)», «Со.бытие» и аналогичных им произведений просто-напросто ввергает в граничащее с отчаянием уныние от невозможности хотя бы что-то понять в этих текстах.

И подобное состояние возникает всякий раз не столько из-за той, «изобретённой» им терминологии, которой он пользуется, сколько от непонятности тех смыслов, которые скрываются за, казалось бы, известными нам терминами и терминами неизвестными.

А ведь каждому термину у Хайдеггера соответствует вполне определённое значение, но притом, значение весьма отдалённое от того, что привычно для нашего обыденного понимания.

Иначе говоря, мы не видим за его терминами тех смыслов, которые нами ожидаются. Отсюда, от неопределённости смыслов отдельных терминов возникает состояние неопределённости в интерпретации смысла того предложения, в котором оно используется.

Спрашивается, в чем причина столь замысловатого изложения?

Для начала можно предположить, что терминология «пришла» к Хайдеггеру после того как он уже обдумал некоторые положения своего мышления. И ему пришлось и изобретать новые термины, и «подгонять» старые под ту необычность своего вопрошающего мышления, которая столь характерна для данного периода его творчества. А это был, как мы знаем, период «поворота» к Бытийно-историческому мышлению.

В этом периоде Хайдеггеру важно было знать,

– что такое Бытие, и в каком виде оно проявляется,

– что такое онтологическая дифференция,

– в чём заключается истина самого Бытия,

– что такое История и чем она отличается от историографии,

– в какие «моменты» происходит «зачатие» исторических событий,

– кто (что) является исполнителем «воли» Бытия,

– в каком виде проявляется эта «воля»?

И все это занимало его вместе с вопросом, что было «первым началом» философии и каким именно должно быть «другое начало»?

Вот далеко не полный перечень тех необычных вопросов, которые его интересовали. Тем более, все это обнаружилось Хайдеггером на фоне зашедшей в тупик метафизики, концом которой он считает метафизику Ницше. А началом новой, конечно же, он считает свою фундаментальную онтологию, понимание которой, по его мнению, наступит не ранее как через два-три столетия.

А что может быть необычнее вопроса: так что же всё-таки лежит в основании того, что побуждает систему к действию, что способствует её развитию, что обновляет её, что создаёт новое сущее, ранее никогда не существовавшее? И таковым обновляющим, по Хайдеггеру, конечно же, является истина Бытия, которая по всем параметрам – по своему смыслу и по форме своего инсайтного представления в наше сознание – является не чем иным как внезапно явленным смыслом идеи. Так что понятия истина Бытия и идеи будут представлены в нашем тексте на равных основаниях, в силу своей эквивалентности (тождественности).

2. Мы и сами в своих Статьях пытались понять, откуда и каким образом возникает новое знание и каким путём обновляется окружающий нас предметный и духовный мир.

А потому не будем лукавить и делать вид, что мы не заметили сходство некоторых положений нашей методологии возникновения новизны (см. следующий Раздел 2) с теми задумками, которыми оперировало мышление Хайдеггера времён написания указанных выше произведений. И эти задумки он называл по-разному: и намёками, и размышлениями, и записками.

Да, действительно, мы заметили некоторое сходство того, с чем имело дело наше мышление, с тем, о чём мыслил Хайдеггер. И именно это послужило поводом для того, чтобы попытаться сделать более доступным нашему пониманию терминологию Хайдеггера в части её отношения к Бытию как Нужде в обновлении тех или иных структур любой системы, и в частности – социума как наиболее близкого нам образования.

Вот почему мы попытаемся непонятное нам поначалу знание, изложенное Хайдеггером, представить, исходя из того, что мы понимаем сами. А понимаем мы в более или менее ясном виде методологию возникновения Новизны, изложенную нами в опубликованных ранее Статьях и книге «Методология возникновения новизны». Вот исходя из этого знания мы и постараемся изложить то, что знает Хайдеггер, но в терминах, которые в той или иной степени станут нам более понятны после приведённых нами ниже по всему тексту разъяснений.

А поскольку наследие Хайдеггера огромно как по объёму, так и по разнообразию затронутых им тем, то наша задача состоит только в том, чтобы выбрать из текстов Хайдеггера, в основном, те цитаты, которые «намекали» бы на изложенные нами ранее положения возникновения Новизны посредством генерирования идей. И не только выбрать, но и проинтерпретировать их в части сходства и различия. Главное в этом, найти соответствие между тем, что предоставлено Хайдеггером, и тем, что изложено нами. И не только найти, но и попытаться обосновать это соответствие путём аргументации.

И этим мы непосредственно займёмся в Разделе 18 данной Статьи. А в Разделах ему предшествующих мы рассмотрим общие вопросы понимания всего лишь некоторых смыслов, которыми оперировало мышление Хайдеггера, и которые оказались в русле того, что было изложено нами ранее, и что нам удалось выявить в процессе изложения данной Статьи. А это, внове обнаруженное:

– и роль негативных факторов в «инициировании» Бытия как возникновения новых смыслов (Разделы 4, 5),

– и понимание спонтанной самоорганизации материи, как «мыслительной деятельности» последней (Раздел 10),

– и вскрытие аналогии между продуктивной деятельностью нейронов нашего мозга и спонтанной самоорганизацией окружающей нас предметной действительности (Раздел 10, пункты 10-12).

Итак, из каких соображений Хайдеггером применяются столь необычные, вовсе несвойственные философской тематике термины-наименования, каковыми являются, например, следующие: «просвет самосокрытия» и «просвет Бытия», «То же самое», «памятование», «раз-личие» и «раз-личение», «сплотка», «употреба», «Туда-сюда», «удобный случай», «Тишь», «междупространствие», «отсвоение» и т. д.?

(Примечание: цитирование текстов Хайдеггера дано по:

Том 1. Хайдеггер, М. Размышления 11-V1 (Чёрные тетради 1931-1938). Пер. с нем. А. Б. Григорьева. М.: Изд-во Института Гайдара, 2016.

Том 11. Хайдеггер, М. Размышления V11-X1 (Чёрные тетради 1938-1939). Пер. с нем. А. Б. Григорьева. М.: Изд-во Института Гайдара, 2018.

Том 111. Хайдеггер, М. Размышления Х11-ХV (Чёрные тетради 1939-1941). Пер. с нем. А. Б. Григорьева. М.: Изд-во Института Гайдара, 2020.

Том 1V. Хайдеггер, М. Заметки 1-1V (Чёрные тетради 1942-1948). Пер. с нем. А. Б. Григорьева. М.: Изд-во Института Гайдара, 2022.

Причём, обозначение в нашем тексте будет следующим: сначала

даётся римскими цифрами номер тома, а затем, через двоеточие номер  страницы в этом томе. Например: 111:275).

3. Но сначала, забегая далеко вперёд, нам придётся изложить некоторые соображения относительно происхождения используемой Хайдеггером терминологии. А это происхождение позволит нам лучше понять то, что он имел в виду под термином «Бытие», и почему так крепко связал его – можно сказать, узами родства – с термином «забвение».

Вот почему мы сначала приведём те смыслы, которые, как нам представляется, скрываются за некоторыми из вышеперечисленных терминов, и лишь потом, в Разделе 18, дадим их рассмотрение в контексте приводимых Хайдеггером в «Чёрных тетрадях» «намёков», «размышлений», «записей».

Дело в том, что более или менее основательно вникнув в тексты Хайдеггера, мы поймём самое важное: за этими терминами в той или иной степени скрывается момент возникновения смысловой, идейной Новизны в виде спонтанно (внезапно) явленного из бессознательного в наше сознание смысла новой идеи. Иначе говоря, скрывается момент инсайта, озарения, а на худой конец, интуиции.

Вот то гнездо, из которого выпорхнули столь разные по форме своего представления, но столь одинаковые по своему происхождению необычные птенцы – термины-наименования.

А для того чтобы более основательно утвердиться в этом, изложим далее наше понимание некоторых из вышеприведённых терминов.

«Просвет самосокрытия» и «просвет Бытия».

Сразу же приведём цитату из Записей 1V «Чёрных тетрадей» 1942-1948, чтобы показать, насколько актуальным был для Хайдеггера вопрос «просвета самосокрытия» и его связи с Бытием и забвением Бытия:

«Как часто я десятилетиями пытался осмыслить просвет самосокрытия и, мысля так, постичь сущность забвения как бытийствования самого Бытия, а говоря – сохранить? Просвет: безжалостная яркость; сама ясность самосокрытия: яркость вокруг окончательности тайны» (1V:506).

Спрашивается: во-первых, что может быть нам явлено в «просвете», во-вторых, почему «просвет» так тесно связан с «самосокрытием» и забвением, и в-третьих, в чем причина возникновения «самосокрытия»?

Судя по текстам Хайдеггера с использованием аналогичных терминов, в просвете нам является сам смысл истины Бытия, под которым нами, конечно же, понимается сам смысл идеи. Причём, является он внезапно, тогда, когда мы вовсе его не ожидаем. И является он в нашу краткосрочную память на краткое мгновение, в течение которого наша задача в том только и заключается, чтобы подобрать те слова, которые могли бы его выразить, то есть облачить его в одеяние культурных знаков. Но выразить за один «присест» у нас, как правило, никогда не получается. А потому, когда мы ищем слова в нашей долговременной памяти и отвлекаемся от этого смысла, то он, сам смысл «голой» идеи, в буквальном смысле «улетучивается» из нашего сознания, а значит и из памяти, то есть он «забывается». (Вот откуда «забвение Бытия» у Хайдеггера как забывание первоначально явленного смысла истины (идеи)).

И нам необходимо некоторое умственное усилие, чтобы вспомнить его и продолжить подбирать адекватные этому смыслу слова. И так продолжается до тех пор, пока мы не выразим этот смысл, то есть, пока не облачим его в одеяние культурных знаков (слов, символов, метафор и т. д.) и не найдём то, что нам «подскажет» сам смысл идеи. А он, как мы уже знаем, приведёт нас сначала к нахождению идеального вида искомого сущего, а потом и к материализации последнего в подручное средство, которое, можно сказать, является «целью» Бытия, поскольку с его помощью изготавливается новая Продукция, вносящая само обновление в те или иные структуры системы-социума. (Обо всем этом ниже в Разделе 2)

Так что и просвет и самосокрытие есть и ментальный и нейрофизиологический  процесс как «предъявления» смысла идеи из бессознательного в наше сознание, так и «запрятывания» его обратно туда же, в бессознательное, где он ранее зародился. Заметим кстати: в связи с этим, Хайдеггер иногда применяет термин «Туда сюда» для обозначения попеременного «хождения» то к смыслу идеи, то к словам, его выражающим, и обратно.

С этой же целью он применяет и термин «Тишь» для обозначения наступления того момента, когда в наше сознание вдруг (неожиданно) является совершенно новый, тайный для нас самих смысл, и тут же побуждает нас к тому, чтобы отвлечься от всего обыденного и «прислушаться» к смыслу внове явленного пришельца с той целью, чтобы уловить его сущность в сеть адекватных ему слов и выражений. (См.: 1V:95, 431-436,  470, 497, 560, 576).

И недаром, видать, Хайдеггер сплошь и рядом – особенно во второй половине «Чёрных тетрадей» за 1942-1948 годы – употребляет этот термин («Тишь») в связке с терминами «Сплотка» и «Употреба», то есть с терминами, которые характеризуют как момент раскрытия того, что было сплочено в самом внове явленном смысле идеи-истины, так и предназначенность последнего к употреблению. А пригодным к употреблению, как мы уже знаем, является подручное средство, полученное благодаря раскрытию этого смысла, и предназначенное для изготовления какого-либо вида новой Продукции для нужд социума.

Для обозначения инсайта Хайдеггер также иногда применяет (как термин) словосочетание «Удобный случай» как тот момент, который не следует упускать, поскольку, если мы сразу же  не зафиксируем его в словах, то он забудется, и нам уже не представится случай снова встретиться с ним. (См.: 1V:276-277 ).

Что же касается термина «просвет Бытия», то, согласно Хайдеггеру, просвет является проявлением самого Бытия, вернее, самим Бытием. Это то Событие, – как рождение нового смысла идеи-истины – которое, по сути дела, является «целью», «предназначением» самого Бытия. Вот почему Хайдеггер часто использует, наряду с термином «просвет самосокрытия», ещё и этот термин («просвет Бытия»).

«То же самое»

Этот, часто употребляемый и совсем, на первый взгляд, непонятный в своей неопределённости термин, конечно же, возник у Хайдеггера не от хорошей жизни. Судя по его текстам, он является тогда, когда автор пытается обозначить:

– во-первых, то, что производит на нас – своим явлением – одно и то же впечатление,

– во-вторых, то, что является в наш ум в одном и том же виде,

– и в-третьих, то, что побуждает нас к одним и тем же ответным умственным действиям.

А всем этим условиям, как мы можем предположить, отвечает одно и то же: а именно, внезапное (инсайтное) проникновение смысла новой идеи из бессознательного в наше сознание.

И это проникновение сопровождается одним и тем же отреагированием нашей психики (на акт инсайта) в виде возникновения комплекса интеллектуальных ощущений:

– удовольствия от понимания смысла идеи,

– удивления от внезапности его явления и

– уверенности в единственности, надёжности и истинности внове явленного смысла.

Это, во-первых. Во-вторых, этот смысл возникает в одном и том же виде, в виде идеи. И в-третьих, он побуждает нас к одному и тому же, а именно, к раскрытию смысла этой идеи и к нахождению вида, сначала, идеального искомого сущего, а затем, подручного средства в материальном его виде.

Получается, что Хайдеггер вовсе не хотел «затуманить» однажды явившееся ему (в акте озарения) представление о Бытии и его забвении. Просто-напросто у него не нашлось других, более подходящих, слов-терминов для обозначения тех проявлений нашего ума и чувства, которыми сопровождается то, что внезапно является в наше сознание неизвестно откуда, то есть возникает, казалось бы, беспричинно. Вот это смысло-нагруженное (пока ещё) неизвестно чем, но беспричинно явленное «содержание» как раз и является камнем преткновения для обозначения его сути и понимания его содержания.

Да к тому же Бытие оказалось в соседстве – можно было бы даже сказать, в кровном родстве – с забвением Бытия. Откуда столь странное сближение того, что свойственно всему существующему с его, постоянно упоминаемой Хайдеггером, уникальной способностью забываться? Не потому, наверное, что мы со времён Античности о нем всегда забываем, чего отрицать мы никак не можем. А скорее всего потому что всегда забывается – в прямом смысле слова – то, чем может быть представлено Бытие.

А оно, Бытие, может быть представлено возникновением Новизны в виде спонтанно явленного смысла идеи, имеющего способность самопроизвольно  ускользать (забываться) из нашего сознания в те моменты, когда мы обращаемся к поиску тех слов, которые адекватным образом могли бы выразить этот смысл и тем самым раскрыть его. Ведь только посредством этих слов-знаков раскрывается этот смысл, и тем самым (с)охраняется от забвения путём оформления, путём одеяния в «одежду» слов и выражений. И теперь только по этой «одежде» мы уже можем узнать сам смысл идеи. Получается, что известные нам культурные знаки являются тем средством, которое «переводит» смысл нашей «голой» идеи с языка непонятного нам материального, нейронного его  оформления на язык, понятный нашему сознанию.

Так что эти слова, заимствованные из нашей долговременной памяти, мы всегда можем вспомнить и тем самым по ним восстановить сам смысл идеи. А вот тот внезапно мелькнувший смысл идеи, не будучи запечатлённым в словах, может бесследно исчезнуть, поскольку бесследно может исчезнуть тот «ансамбль» (материальных) нейронных образований, на основе которого в краткосрочной памяти нашего сознания возник сам изначальный, «голый», смысл, смысл без своего облачения в культурные знаки.

Можно даже, наверное, предположить, что краткосрочная память имеет ту примечательную особенность, что она на какое-то время способна поддерживать непосредственную связь с самими материальными структурами мозга, причастными к самому смыслу идеи. Иначе, как бы мы могли вновь и вновь «видеть» смысл идеи в моменты попеременного краткосрочного обращения то к самому смыслу идеи, то к словам, способным его выразить?

Далее обращаемся ещё к одному термину, связанному с моментом инсайта и с оформлением смысла идеи.

«Памятование»

Часто употребляемый Хайдеггером – особенно в «Чёрных тетрадях» за 1942-1948 годы – термин «памятование», конечно же, относится не к воспоминанию нами чего-то ранее известного, но потом забытого. Его применение относится к всё тому же манипулированию в нашем уме тем внове (инсайтно) явленным смыслом, который, однажды, внезапно явившись в наше сознание, имеет вполне реальную тенденцию забываться – «улетучиваться» из нашей краткосрочной памяти –  в те моменты, когда наше сосредоточение переключается с этого смысла на поиск в нашей долговременной памяти тех культурных знаков, которые могли бы выразить этот смысл, и тем самым запечатлеть его уже в нашей долговременной памяти. Потому что краткосрочная память действенна только тогда, когда наше внимание постоянно сосредоточено на спонтанно явленном смысле. Стоит нам хотя бы  на миг отвлечься на что-либо другое, как вспомнить его мы сможем только при достаточно упорном умственном усилии, и то не всегда.

Надо заметить, что с введением этого термина Хайдеггер не был оригинален. Здесь, в данном случае, его намного опередил Платон со своим термином «припоминание» (или «воспоминание»), которое относится, согласно его «теории», к припоминанию  тех идей, которые созерцала наша душа, будучи в занебесном царстве, то есть в потусторонней жизни. Гений Платона предусмотрел даже спонтанное ускользание-забвение смыслов этих идей, – Платон называет их «истинными мнениями» – уподобив их Дедаловым статуям, обладающим удивительным свойством незаметно и самопроизвольно уходить с того места, где они были поставлены. (Смотри об этом диалог Платона «Менон»1).

Так что памятование Хайдеггера – это попеременное возвращение в сознание, а вернее, в краткосрочную память, смысла нашей внове явленной идеи. И оно, это возвращение, только для того, чтобы мы могли снова и снова «лицезреть» своим умом этот смысл с той целью, чтобы наиболее адекватным образом выразить его в словах, заимствованных из долговременной памяти нашего сознания. Вот это облачение смысла в знаки культуры есть и раскрытие этого смысла и его выражение. Не будь у нас таковых знаков-слов, смысл так и оказался бы погребённым в нашем сознании. А вот посредством этих слов мы уже можем поделиться им с кем угодно.

«Раз-личие» и «раз-личение»

Странным образом, Хайдеггер в бесчисленном множестве своих текстов использует термин «раз-личие» в разных формах его написания («различие», «раз-личение» и т. д.), но он, по сути дела, не даёт никаких разъяснений по поводу того, в чем именно заключается различие между Бытием и сущим, кроме того, что между ними «лежит» онтологическая дифференция как принципиальное различие, не допускающее каких-либо причинно-следственных связей между ними. А главное, им не разрешается вопрос, откуда и каким образом возникает сущее, не являющееся каким-либо образом связанным с Бытием.

Не с неба же оно сваливается на наши головы. Ведь у него, у сущего, есть своя, ему присущая методология возникновения. Попытаемся в этом разобраться и изложить наше понимание, в основном, что такое раз-личие. А зная это, достаточно легко можно выйти на методологию возникновения сущего.

В том же томе «Чёрных тетрадей» Хайдеггер пишет следующее:

«…истина Бытия еще не постигнута и это постижение еще не принято как мышление. Но истина Бытия есть событие раз-личия. Раз-личие есть при-станище сущего». (1V:508).

Зададимся вопросом: «событие раз-личия» – что это такое? По нашему представлению это событие различения того,

– что внезапно явлено в наше сознание в виде инсайта – то есть в виде «голого» смысла идеи, того смысла, который ещё не оформлен, не облачен в культурные знаки

– и того (процесса) раскрытия этого смысла и оформления его, результатом которого может быть возникновение нового сущего.

Вот здесь-то как раз и заложены основы для онтологической дифференции, то есть для разделения Бытия и сущего, того сущего, которого «нет» в самом Бытии. Но, как оказывается, оно обнаруживается в процессе раскрытия (то есть, Бытия) этого смысла и оформления его в культурные знаки. Вернее, оформление этого смысла как раз и является как раскрытием его сущности, так и самим Бытием.

Неопределённость понятия «раз-личие» у Хайдеггера возникает от того, что у него есть проявление самого Бытия в виде, положим, возникновения «просвета самосокрытия», то есть в виде явления самой истины в форме, по-нашему, «голого» смысла; но у него нет того, каким образом из этого смысла возникает новое сущее в виде подручного средства.

А оно возникает («проявляется» в своём виде) в процессе раскрытия смысла идеи-истины и оформления его (смысла) в культурные знаки: слова, символы, метафоры и т. д. Вот в этом процессе как раз и обнаруживается недостача (лакуна) в комплексе (исходных) сущих – входящих в состав идеи – ещё одного, самого главного сущего, а именно, искомого сущего. А вот идеальный вид (эйдос) этого недостающего звена и должен быть сформирован в нашем уме-представлении. Это во-первых. А во-вторых, по идеальному его образцу и по определённой технологии нами должно быть изготовлено подручное средство (сущее) в материальном его виде.

Вот где, как оказывается, «место» возникновения сущего, сопряжённого с Бытием как явлением смысла новой идеи-истины. Именно «сопряжённого» с Бытием, но не обусловленного причинно-следственными связями с ним. Потому что новое сущее не «вытекает» из самого Бытия. Но оно обусловлено теми воспринимаемыми человеком негативными факторами, – смотри далее Разделы 4 и 5 –  которые спонтанно генерируются Бытием самого социума как Нуждой в обновлении каких-либо его структур: социально-правовых, научно- технических, морально-эстетических и т. д.

Именно здесь заложены основы онтологического раз-личения между Бытием и сущим. (Об этом далее более подробно в Разделе 14). Это раз-личение интуитивно было «схвачено» Хайдеггером, но не разъяснено в более подробном виде, поскольку ему чуждо было понятие идеи:

– каков её структурно-функциональный состав,

– каким образом она возникает и тем самым кажет свой лик в просвете Бытия;

– каким образом раскрывается её смысл и

– как из этого смысла сначала  обнаруживается идеальное искомое сущее, а затем, по его образцу и по определённой технологии, изготавливается новое подручное средство, то есть сущее в материальном его виде?

Всего этого нет у Хайдеггера, кроме разве что разъяснения по поводу двойственности мышления, выступающего и как рефлексия, а по-нашему, рефлексии-1, и как рефлексии рефлексии, а по-нашему, рефлексии-11. (Смотри статью «Тезис Канта о бытии»2). А без этого трудно понять, как возникает сущее и почему оно принципиальным образом отделено от Бытия.

А потому, неспроста видать, Хайдеггер не разъясняет суть термина «различение». Ясно, что это различение между Бытием и сущим. Но «откуда возникает» само Бытие и каким образом, по какой методологии, возникает сущее, он так и не разъяснил. По нашему же мнению, Бытие как Нужда в обновлении проявляет себя в виде так и неразгаданной до сих пор спонтанной самоорганизации любой материи, в том числе и материи социальной.

А вот эта неизвестно как происходящая самоорганизация – чтобы быть «увиденной», то есть проявленной – генерирует разного рода негативные факторы, которые уже могут быть восприняты чувством и умом настроенного на это человека. Ведь только воспринятые негативности могут побудить человека к размышлениям (рефлексия-1) над ними, то есть к возникшим в социуме проблемам.

(Так что здесь, можно сказать, нами проложена первая часть методологии от самой самоорганизации (Бытия) – через генерируемые ей негативные факторы – к другой части методологии возникновения сущего. И эта другая часть включает уже известную нам цепочку от восприятия этих факторов к рефлексии-1, к инсайту, к рефлексии-11, и далее к самому подручному средству и Продукции, изготавливаемой с помощью последнего).