Ария Созвездия Кентавра

Глава 2 Ноктюрн

В шесть утра перед Домом правительства появился Риго, обошел посты. На площади тихо и пусто. Он извлек из кармана букетик незабудок и в напряженном ожидании замер. Кто-то сзади тронул плечо. Риго вздрогнул, не поверил своим глазам: с искривленной от удивления физиономией перед ним стоял долговязый Ют. В руках у него – букет полевых ромашек. Что за фокусы!..

– Это вы звонили? – сурово спросил Риго.

– Нет-нет… – испуганно пролепетал Ют.

– Кто же тогда?

– Откуда мне знать… – Ют разволновался, букет в его руках стал разваливаться, ромашки посыпались к ногам.

– Уберите мусор! Поедем, разберемся.

В бункере, за мозаичным столом, они сели друг против друга. Выслушав Юта, Риго совсем запутался. Да, какой-то негодяй вышел с Ютом на связь, назначил встречу. Но кто же, черт побери, звонил ему, Риго? Квакающий голос, невнятная речь… Конечно, голос не настоящий, явное искажение… Идиотская шутка? Тонкая игра? Тщательно спланированное действо?

Риго вдруг осенило: а каким образом Ют получил приглашение на встречу? Оказалось, по линии “земной” связи, через так называемый перочинный нож. Значит, шутник пользовался точно таким же устройством! Уж не журналист ли затевает козни?

– Проверим, – воодушевился Риго. Подумав, он позвонил Лоре, пригласил в гостиницу. Объяснять ничего не стал. Явитесь – узнаете.

Взял с собой Юта.

Ют, едва успевая за стремительным Риго, вбежал в десятый номер, молча сел в кресло. Журналист быстро одевался и с удивлением поглядывал на непрошеных посетителей.

– Как устроились? – поинтересовался Риго.

– Условия превосходные, – сдержанно ответил Виктор. Риго углядел на столе слегка початый хлебный круг.

– В гостинице нет хлеба? – Он показал на каравай и попросил Юта: – Позови-ка дежурного.

Явился Симеон, весь внимание.

– Что же это вы, – упрекнул его Риго, – не кормите гостя.

– Гость хорошо покушал, – с достоинством ответил Симеон. – Сказал спасибо.

– Неправда, – возразил Риго. – Пришлось ему выходить на улицу.

– Гость никуда не выходил. Каждые пять минут я заглядывал.

– А каравай откуда?

– Гость привез с собой.

– Невероятно! – прищурился Риго. – Запасы на случай голода?

– Все очень просто, – не выдержал Виктор. – Я не знал, что в гостинице изобилие. Прихватил у Вильяма.

Риго, ни слова не говоря, набрал номер.

– Вильям? Ты нас позоришь. Неужели в гостинице нет хлеба!

– А тебе жалко? Пусть ест на здоровье.

Экран погас, и Риго, прислушиваясь, замер.

– Слышите? Каблучки!

Симеон поспешно удалился.

Вошла девушка. В первый момент Виктор ее не узнал. Неужели это она перехватила его звездолёт и позволила совершить посадку на “закрытой” планете? Космическая амазонка с ярко-синими ручьями волос на угловатых плечах превратилась в сказочную фею: легкое серебристое платье изящно облегало стройную фигуру; шея и плечи открыты, притягивали взор нежнейшей белизной. Волосы собраны в высокую гладкую прическу, чем-то неуловимо подчеркивали глубину больших золотисто-карих глаз.

Риго заулыбался, поцеловал Лоре руку, усадил в кресло.

– Как хорошо, что вы пришли! – голос Риго переливался бархатом. – Будем разгадывать тайны. Для этой цели я пригласил специалиста. Господин Ют хорошо знает земные тайны.

Ют поклонился Лоре. А Виктор чуть не вскрикнул от изумления: “Вот он, перебежчик, собственной персоной!”

– Ну давайте, – Лора кивнула прекрасной головкой. – Посмотрим.

Ют встал и попросил у Виктора перочинный нож.

– Смелее! – подбодрил Риго. Не стесняйтесь.

Виктор выразительно посмотрел на Лору. Лора промолчала. Виктор достал из кармана перочинный нож, небрежно подал Юту.

– Не тот, – разочарованно сказал Ют, рассматривая сверкающие лезвия со всех сторон. – Нет ли другого?

– Другого нет, – терпеливо ответил Виктор.

– Разве не вы говорили со мной? – Ют поднял на Виктора внимательные глаза. – Вы представились посыльным Сергея Дмитриевича.

– Я?.. – удивился Виктор. – Вы с кем-то меня путаете.

Риго понял, что с разоблачением поторопился.

– Извините, – сказал он Виктору. – Были подозрения, ну и… сами понимаете. – Он вежливо пригласил Лору последовать за собой, но та отказалась. Риго еще раз извинился и вместе с Ютом покинул номер.

– Я слушаю, -строго говорит Лора, – если уж обещала помогать…

_____

– Кентавры! Вот о ком я должен рассказать! – говорит Виктор.

Лора и журналист возле гостиницы “Космос” садятся в автолет.Лора распоряжается: “ Телецентр! К директору”.

Седовласый директор внимательно выслушал Виктора, задает вопросы: кто конкретно будет показан, в какой обстановке, справится ли землянин с такой сложной задачей? Вызвал редактора. Виктор приятно ошеломлен: редактором оказалась та самая девушка, которая напомнила Виктору о Елене. Линда – так редактор представилась – к замыслу отнеслась с прохладцей. Но Лора умеет убеждать: что вы, дорогие, перед вами профессионал, он безусловно справится!

Составили договор и даже запланировали на сегодня десятиминутную передачу. Этакая прелюдия к большому интересному циклу!

– Теперь давайте Кентавров! – воодушевился Виктор. – Ведите! Показывайте!

Лора размышляет: “А что? Можно. Хотя бы с Адамом познакомить. Он мой самый пылкий поклонник. Кентавру немало лет, ну так что ж, любви все возрасты покорны. Пусть Кентавр чувствует себя Кентавром – раскованным, независимым!.. У Адама бесшумный стремительный винтоплан. Вот и получится полезная прогулка!”

Лора снимает с запястья браслет связи, трогает пальчиком сверкающие цифры. Просит Адама прилететь.

Лора и журналист в легкой летающей машине парят над пшеничными полями. Адам за штурвалом, на все бурно реагирует, шумно дышит. Это пышный толстяк с всклокоченной рыжеватой шевелюрой и большими мясистыми губами. Он виртуозно ведет машину, энергично рассуждает. Виктор, насколько возможно, двигается, выискивая для съемки привлекательные сюжеты.

– Пшеница носит мое имя, – с гордостью говорит Адам. -У нее самый короткий срок вызревания! Всего неделя.

Лора спрашивает:

– Волновые канаты действуют?

– Хотите посмотреть? Через полчаса начнется такая вакханалия!

Лора наклоняется к самому уху Адама, что-то шепчет.

– Можно, – кивает Адам.

Лора начинает медленно считать:

Один… два… три!

Винтоплан резко накренился, боковая дверца распахнулась. Виктор не успел удержаться и вывалился в голубое пространство. Вслед за ним, громко хохоча, выпрыгнула Лора. В плавном полете она приблизилась к Виктору, нашла его руку, помогла перевернуться. Виктор, ничего не понимая, таращит глаза то на бесстрашную амазонку, то вниз – на стремительно приближающиеся поля.

– Смелее! – подбодрила Лора. – Сейчас падение кончится.

Невидимая сила подхватила их и стала возносить над зеленым миром. И снова – спуск… И опять подъем! Вверх – вниз, вверх – вниз! Виктор успокоился, но игра быстро надоела.

Зато Лора испытывает другие чувства. Она и ОН почти касаются друг друга. И этого “почти” вполне достаточно, чтобы ощутить нечто, поднимающее жизнь на новый, неизвестный круг…

Лора маневрирует, ловко увлекая за собой спутника, переходя из одного воздушного уровня в другой…

Наконец они встали на ноги возле огороженного загона.

Загон почти весь вытоптан сильными копытами, а возле длинных жердей ограды – густая сочная трава. Табун лошадей толпится по зеленому краю, стараясь дотянуться до желанного лакомства.

– Наши ближайшие родственники! – улыбнулась Лора. – Люблю здесь бывать, любоваться этим чудом… Иногда прихожу с мамой… Мысленно, конечно. Это самый близкий мне человек.

– Да, вы рассказывали. Родители у вас удивительные.

Виктор приблизился к ограде, включил камеру. Лошади позировали охотно, ничто их не смущало. Сильные, но, увы, слишком наивные существа!

– Хотите с ними поговорить? – спросила Лора. – Я часто пользуюсь волновым переводчиком, так здорово! – Она отстегнула с пояска металлический кругляш, похожий на пуговицу, подала Виктору. – Нажмите рычажок, вот здесь, и задавайте вопросы.

Виктору не хотелось вести умные беседы, как-нибудь в другой раз, но спросить все же придется. Через переводчика он обратился к самой обыкновенной каурой лошаденке:

– Извините, можно вас побеспокоить?

– Пожалуйста, – прозвучал в ответ густой басок.

С высокого лба каурой Виктор отбросил ярко-рыжие пряди, погладил крупные золотистые скулы. Симпатичная морда благодарно покосилась янтарным глазом и смущенно замотала гривой:

– Спасибо!.. Чувствуется, вы хороший человек.

– Возможно, – смутился Виктор и попросил: – Пожалуйста, покатайте нас!

– С удовольствием, – ответила каурая. – Но я без седла!

– Как-нибудь, мы совсем немного!

Благодарно похлопав каурую по гладкой шее, Виктор перемахнул через жерди, уселся на послушной лошадке верхом. Пригласил Лору. Ей тоже ловкости не занимать. Правда, жерди дались труднее, пришлось подниматься постепенно и садиться на круп, как положено даме, ногами в одну сторону. Руками она была вынуждена обхватить Виктора…

Лора вдруг ощутила биение чужого сердца, которое показалось сейчас таким необходимым…

Виктор вывел каурую из толпы сородичей и направил вдоль изгороди. Он не торопил лошадь, чувствовал важность момента. Возникало единение – он боялся его спугнуть.

Каурая осторожно ступала по плотному грунту, а сердце, нечаянно обнаруженное Лорой, стучало и стучало…

– Нам пора! – напомнила Лора. – Кентавры собираются на совет, нужно поторопиться.

“Виктор должен вернуться в гостиницу… Нет, не хочется парня бросать! Он так внимателен, так послушен!.. А что, если взять журналиста с собой? Увидит сразу всех Кентавров! Ведь журналист за ними охотится, задумал серию телепередач! Совещание, правда, секретное, но нет правил без исключений… Пусть посмотрит, послушает, вреда не будет!”

Автолет доставил их к бункеру. Сверху, у входа, дежурили молодые ребята. Заметив Лору, они засияли улыбками.

К Лоре неожиданно подошла девушка. Миловидная, ясноокая. Она заговорили дрогнувшим голосом:

– Я вас знаю. Вы дочь композитора…

– Ну и что? – удивилась Лора.

– Я очень любила вашего отца…

– Очень приятно! Но свои личные проблемы композитор решает сам. – В голосе Лоры появился металл.

– Я только одного не пойму, – растерянно продолжала девушка, – разве закон доверия не действует?

– Закон доверия? Объясните.

– Если я тебе верю, – помедлив ответила девушка, – я отдаю тебе все, что имею… И ты, если идешь навстречу, не должен меня обмануть… – Девушка опустила глаза. – Может быть, не очень точно, но смысл такой.

– Как вас зовут? – спросила Лора.

– Катерина.

– Катенька, но ведь отец ничего вам не обещал! Не так ли?

– Значит, закона доверия не существует…

– Существует закон любви. Вы совсем молодая, все у вас впереди.

Катерина отвернулась, почти побежала.

Лора забеспокоилась. “Неприятный инцидент! Да еще в присутствии журналиста…”

– Идемте! – Она повела Виктора по ступенькам вниз.

Виктор уже знал – три двери налево, три – направо, прямо – еще одна дверь с крупной надписью “Склад”.

Лора приоткрыла вторую дверь направо; здесь Виктор однажды уже побывал. В помещении никого не оказалось.

– Сюда нельзя! Быстро за мной.

Следующую дверь направо она открыла ключом.

Комната, в которую они вошли, была небольшая. Журнальнный столик и стул. Да еще картонная коробочка в углу, из которой Лора извлекла наушники.

Девушка вставила вилку в невидимые отверстия в боковой стене.

– Это – чтобы слушать.

Сняла со стены картинку – старинный морской пейзаж.

– А это – чтобы видеть.

Виктор догадался: “Окуляр! Его и без картинки не заметишь…”

Лора посмотрела Виктору прямо в глаза:

– Без меня – ни на шаг! Вы мне еще там, – она показала пальчиком вверх, – обещали!

– Куда я без вас, – кивнул он.

Оставшись один, надел наушники, приник к окуляру. Ого! Вся огромная комната как на ладони. Видимость бешеная. Можно рассмотреть каждый цветной квадратик, каждую царапину на столе. Мозаичные краски полыхали, особенно знамя, которое держал Кентавр…

В пустом зале появилась Лора. Неземное существо впорхнуло сюда для решения каких-то важных проблем.

– Слышимость хорошая? – спросила она, глядя на Виктора через стенку. – Не отвечайте, обратной связи нет. – Плавно, как балерина, опустилась на стул.

Начали входить Кентавры, занимать места. Многих Виктор уже знал: Риго, Вильям, Адам, Болл, конечно же – Лора… А кто этот сухощавый старик с длинным носом?..

Лора сообщила: композитор Джузеппе прийти не сможет, он работает над последним актом самого важного спектакля в истории планеты. Но в семь вечера он обязательно появится в студии Телевидения. Все Кентавры тоже обязаны явиться… Для встречи с народом! Для первого важного разговора…

Кентавры заулыбались, идея им понравилась.

– Давайте не уходить от главного! – потребовал Болл. – Предлагаю принять регламент…

Виктор подсчитал – на выступления уйдет не менее пятнадцати минут. В случае чего можно объяснить: искал туалет, приспичило…

Пряжка превратила его в невидимку. Теперь вперед, дорога каждая секунда. Виктор очутился в широком пустом коридоре, перебежал на противоположную сторону. Дернул первую дверь – на ключе. Вторая тоже на ключе. В третьей неожиданно обнаружились дежурные, в глубине комнаты сидел Симеон… Что он здесь делает?

Парни всполошились – кто-то к ним рвется! Послали одного осмотреть помещения. Тот резво прошелся по коридору, затем подался на склад; через несколько минут вернулся, удовлетворенно сообщил:

– Арестованный на месте, вокруг никого.

Парни закрылись. Виктор, не теряя времени, проник за дверь с надписью “Склад”. Потянулся узкий проход с пустыми нишами по обеим сторонам. Два последних проема снабжены створками, на той и другой – массивные крючки.

Виктор открыл одну нишу – пусто. Сбросил крючок и почувствовал: узник находится здесь.

Отключил пряжку – земляне должны увидеть друг друга!

Створка послушно отошла, передняя часть ниши скупо осветилась. В темном углу, на соломе, слабо различимый силуэт зашевелился и встал.

– Кто вы? – спросил негромкий голос.

– Меня зовут Виктор. Я от Сергея Дмитриевича. С вами мы связывались по рации. Вы – Хаким.

– Верно! Но вы опоздали, – засмеялся узник. – Перочинный нож у Хакима сегодня отняли!

Хаким придвинулся ближе, и Виктор, уже привыкший к темноте, хорошо разглядел посыльного Сергея Дмитриевича: короткая стрижка, скуластое лицо, небольшой аккуратный нос; карие глаза смотрели спокойно, без тени безнадежности.

– Слушайте внимательно, времени мало, – стал быстро говорить Виктор. – С помощью этого пояса полетите в центр города. – Он снял ремешок и стал показывать. – Кнопки слева регулируют подъем, посадку и скорость. А эта превратит в невидимку.

Хаким пристегнул ремешок, и Виктор поторопил.

– Вперед! Будете ждать меня возле гостиницы “Космос”.

У входа в большой коридор Хаким превратился в невидимку. Виктор бодро его подтолкнул и юркнул к “себе”; нацепил наушники, прильнул к окуляру.

…Болл предоставил слово Вэну. Встал носатый сухарь и предложил: давайте блокаду снимем! Ну поиграли, порезвились, и довольно. Я сам остро нуждаюсь в химикатах, а где их взять? Продукция теряет качество, мои изделия не пользуются спросом!

Риго резко возразил: блокаду снимать нельзя, это будет непростительным поражением. А съезд в самом деле следует созвать поскорей. Ситуация такая, что нужно поторопиться!

Без стука влетел дежурный. От волнения никак не начнет фразу.

– Зем… зем… землянин убежал!

Совещание было сорвано. Все загалдели, засобирались домой. Лора с ужасом подумала: “Сбежал журналист!”

Риго помчался в дежурку, затем на склад; остальные потянулись наверх… Собравшись с духом, Лора заглянула в свою комнату.

Навстречу ей шагнул Виктор.

– Я все слышал, – сказал он. – Убежал какой-то землянин. Значит, был еще один?

– Не был, а есть. Его найдут. – Лора успокоилась: Виктор оказался на месте! – Слушайте меня внимательно. Вы мой личный пленник, и я не хочу, чтобы с вами что-нибудь случилось. – Она подала Виктору крохотный металлический квадрат. – Это сигнализатор. Зовите меня, и я приду на помощь.

Над гостиницей “Космос” висит огромный сверкающий шар. Прохожие покачивают головами: “Заметное украшение! Кентавры стараются!”

Хаким, ожидая Виктора, тоже любуется зеркальным гигантом. Он оседлал узкий край фонтана, вытянул усталые ноги.

Вдруг гуляющий возле гостиницы молодой человек побежал по ступенькам прямо на него! Хаким, не зная, что и подумать, замер.

Парень остановился, недоуменно поглазел по сторонам, стал возвращаться. Но вот он опять в упор смотрит на Хакима, немного медлит и бежит к нему быстрее прежнего.

Странно! Что все-таки происходит?.. Парень опять остановился и завертел головой. Медленно-медленно стал пятиться …

Хаким догадался: с гостиничных ступенек он весь как на ладони, а с более близкого расстояния не виден. Значит, следует приблизиться к парню!

Молодой человек нервно заходил под окнами, не спуская глаз с фонтана.

Подкатил мотокрот, привез Виктора. Парень, увидев землянина, забежал за угол.

Не поворачивая головы, Виктор спросил:

– Хаким, вы здесь?

– Рядом, – ответил он как можно тише.

– Идите за мной.

Симеон ничего не заметил, прошли без приключений.

Закрылись на ключ. Освобожденный пленник с удовольствием проявился.

– Пояс пока не снимайте, – предупредил Виктор. – Пусть подежурит.

Хаким заинтересовался хлебом, лежащим на столе.

– Нельзя ли… кусочек?

– Пожалуйста. Но хлеб не очень вкусный.

Постучали. Хаким понимающе тронул пряжку. Виктор включил телекомбайн и открыл дверь.

Это Симеон. Вошел бочком, осторожно.

– Вы с кем-то говорили?

– С телевизором. Наверное, – нехотя ответил Виктор. Он попросил принести в номер фруктового сока. И если можно – пирожки с мясом. Робот мгновенно доставил заказ и, пожелав приятного аппетита, удалился.

Хаким отложил пирожки на потом. Зверский голод, объяснил он, заставляет начать с незаменимого хлеба. Ел он со смаком, обстоятельно, привкус не помешал ему умять полкаравая, но жажду гасить все же пришлось – и соком, и минеральной водой.

Насытившись и попеняв на хлебопеков, он, наконец, начал рассказывать.

– Меня перехватили в Космосе. Попробовал увернуться – не получилось. Сел где-то в полях. Звездолет развалился, я чудом остался жив.

Запульсировал видеотелефон, и рассказ пришлось прервать. На экране – Линда, редактор Телевизионного центра. Она сухо говорит:

– От ваших передач отказываюсь. Я твердо решила.

Виктор не успел даже выразить сожаление: экран погас. И опять вспыхнул.

Это Вильям.

– Не скучаешь? – спросил он.

– Пока нет, – бодро отозвался Виктор.

– Знаю.

“Знает? – насторожился Виктор. – Что – знает?..”

– Совсем замотался, даже позвонить не было времени.

– Жаль, не любишь вино. Я достал редкий виноградный напиток. Земное производство полуторавековой давности.

– Готов поддержать. – “Интересно, что он знает?”

– Бери авто – и ко мне. А, без разрешения не можешь… Погоди!

Экран погас. Хаким забеспокоился:

– Это же Кентавр! Дружба с ним до добра не доведет.

Виктор не успел ответить. Опять Вильям:

– Поговорил с композитором. У него бешеный авторитет… В общем, приезжай. Конечная остановка – Телестанция-два.

Уходя из номера, Виктор попросил:

– Хакимушка, миленький, сиди тихо и не высовывайся. А мне нужно думать, искать… Нельзя ли открыть границу для землян?

Вильям встретил Виктора на дорожке, ведущей к Станции волновой защиты. Землянин, как известно, здесь побывал и хорошо ориентировался. Съемочную камеру держал наготове.

– Молодец, это по-нашему. – Вильям повел коллегу к себе.

На площадке второго этажа Виктор остановился.

– Давай-ка твоих ребят зафиксирую. Симпатичные парни.

Вильям повернул в цех, подвел Виктора к обширному, в полстены пульту. Дежурный сидел к вошедшим спиной, не спускал глаз с приборов.

Вильям послал удивленного парня к Виктору, и пока шла съемка, понаблюдал за приборами сам.

Стараясь углядеть боковым зрением кабель и проводку, Виктор медлил. Все энергоартерии спрятаны, на виду лишь хитрые стекла, стрелки, тумблеры…

– Спасибо, – поблагодарил он парня и вслед за Вильямом поднялся на третий этаж. На знакомом столе в пузатой высокой бутылке искрилось вино. Богатая закуска была лишь слабым фоном для поистине Вавилонской башни.

Вильям налил себе бокал, Виктору – рюмочку.

– За тебя! – Виктор добросовестно выпил.

– Спасибо, – скромно ответил Вильям и осушил бокал.

– Всех Кентавров увидел, со всеми познакомился. А Емельян прячется на небесах. Не дотянуться!

– Что-нибудь придумаем, – подмигнул Вильям. – Не так уж высоко. А вот кто прячется у тебя?

Виктор поперхнулся, положил вилку.

– С чего ты взял?

– А вот с чего. – Вильям повернул видеоскоп, стоящий на полке, экраном в сторону Виктора.

Экран засветился.

– Смотри!

Верно, гостиничный номер, большая комната.

– Никого же нет! – воскликнул Виктор.

– Заглянем дальше. – Вильям слегка повернул регулятор. Выплыла спальная комната. – Кто это?

На диване сидел человек, что-то читал – кажется, журнал.

– Не знаю, – глухо ответил Виктор. – Наверное, кто-то из компании Риго… Ждут меня?… Зачем?.. Не следует ли поторопиться?

– Сиди. Домой всегда успеешь. – Вильям убрал видеоскоп, наполнил бокалы и рюмку. – Ты пленник, этим все сказано. Но плен твой прекрасный! Снимаем фильмы, выезжаем на прогулки…

Виктор понял: он весь под недреманным оком Кентавров. Никуда не уйдешь, даже на минутку не спрячешься…

– Давай выпьем за твой прекрасный плен! – Вильям поднял бокал.

– Давай, – мрачно согласился Виктор.

Выпили.

– Не притворяйся, ты счастлив, – заявил Вильям. – Я это чувствую. Я тоже счастлив. Тем, что изобретаю! Что хочу – то и ворочу!

– Э нет, личная собственность. Хотя у Риго тоже есть хорошие “глаза”.

– А можно заглянуть… в бункер?

– Пожалуйста.

– Вильям включил видеоскоп и стал легонько подкручивать регуляторы.

– То, что ты увидишь, будет со звуком. К сожалению, в большем диапазоне кино немое. Надеюсь – пока.

Нужная волка поймана. Возник Риго – он в напряженной позе за мозаичным столом; рядом с Риго угрюмый мужичок с фиолетовыми мешками под глазами, он говорит: