Пояс Богини Ночи

Глава 1 Пролог

Командиру звездолета « Громовержец» – Космическому Центру « Троя»

« Выполняя программу метагалактических исследований флагманский корабль экспедиции ССХХ достиг окрестностей желтой звезды Хаккуш, вокруг которой вращаются три планеты. На средней, получившей условное название Икар, возможна разумная жизнь.. Приступаем к детальным исследованиям.

«Громовержец» – «Троя»

Характерная особенность – ось вращения планеты Икар направлена строго к центра звезды. Таким образом, Икар состоит из дневного полушария, над которым некогда не заходит диск Хаккуша, и ночного, где царит вечный мрак. Из-за плотной атмосферы рассеивающей лучи светила, граница между двумя полушариями как бы размыта и образует своеобразный пояс вокруг планеты. Этот пояс мы назвали Сумеречным или пояс Нюкты.

Съемки велись с высоты 50 тысяч метров.

На дневной стороне планеты обитает довольно развитая цивилизация. По школе индекса развития цивилизации на Земле – уровень 80 годов 20 века. Информация, которую мы в ближайшее время начнем получать от автоматов -разведчиков позволит сделать вывод о целесообразности контакта с аборигенами.

«Громовержец» – « Троя»

Проанализировав сведения об экономике, науке и культуре Геммы – приблизительно так , на языке землян, звучит название планеты на языке аборигенов – на Совете Экспедиции, мы просим санкции на вступление в контакт с ее обитателями.

Решающий аргумент – население Геммы нуждается в незамедлительной технической помощи. В Сумеречном Поясе ведутся большие работы, цель которых – искусственно осветить ночное полушарие планеты, сделать его пригодным для жизни. Ускорение этих работ двинет вперед всю цивилизацию, создаст условия для перехода к более высоким формам общественного устройства. Задача облегчается тем, что население Геммы одноязычно и живет в рамках единого государства.

Достаточно высокий уровень здешней цивилизации позволяет надеяться, что геммиане психологически созрели для подобного контакта.

Рекомендация

« Троя» – « Громовержец»

Ваше решение одобряем. Одновременно подчеркиваем, что звездолет должен продолжить работу по заданной программе метагалактических исследований. В помощь Гемме направим специалистов на звездолете « Гефест». Энергия для пробивки экспресс-канала будет накоплена через три месяца. Для встречи звездолета « Гефест» и предварительного ознакомления с проблемами Геммы рекомендуем оставить на планете группу из нескольких членов экипажа.

« Громовержец» – «Троя»

Сообщаем состав контактной группы, в которую входят специалисты – переговорщики : Игорь Немерад, Эдуард Сим, Аврора Немерад.

Первый контакт намечено провести через 12 часов. Контактная группа пробудет на поверхности Геммы под нашим пристальным наблюдением 120 часов. Если за этот период не возникнет никаких осложнений, « Громовержец» продолжит свой путь и присоединится к экспедиции ССХХ, а группа займется на планете Гемма сбором информации и подготовкой приема «Гефеста».

Командир звездолета « Гефест» – Космическому Центру « Троя»

Долгое молчание контактной группы встревожило наш экипаж. Шли с предельными перегрузками. Приблизившись к Гемме, обнаружили, что вокруг нее вращается планетолет, оставленный в свое время звездолетом « Громовержец». Входные люки шлюз-камеры были плотно задраены. Нам удалось расшифровать код герметизатора и проникнуть внутрь корабля. В анабиозных камерах обнаружили Игоря и Аврору Немерад, а также Эдуарда Сима. Немерады в изможденном состоянии, Сим – без признаков жизни.

Корабельный врач Русяев, что за три дня поставит Игоря Немерада на ноги. Выйдем на связь, как только Игорь Немерад заговорит и расскажет, что же здесь произошло.

Глава 2 Рассказ Игоря Немерада, специалиста по внеземным контактам

Итак…

Мой долг рассказать все по порядку – - по возможности кратко, точно и без излишних эмоций. Несмотря на невосполнимую потерю…Потому , это на Аврора…Не Аврора…

Спускаемый аппарат отделился от «Громовержца» в расчетное время.

Мы всматривались в обзорный экран, где все отчетливее проступали очертания поверхности планеты.

Сейчас над нами была теневая сторона Геммы. Широкие темные равнины, горные цепи, прорезанные глубокими ущельями, промерзшие болота – интересно есть ли там что-нибудь интересное для исследователей?

Но вот вспыхнули перед нами разноцветным фейерверком первые лучи светила, проломленные и отраженные атмосферой. Казалось, планета приветствовала нас, радуясь с посланцами Солнечной Системы. Внизу проплывал Пояс Нюкты, какие-то огненные полоски, тянущиеся от него в сторону ночного полушария.

Место нашей посадки было выбрано заранее – окраина небольшого поселка , расположенного вблизи крупного города, и похоже, столицы планеты Гемма.

До начала спуска оставалось несколько минут.

Поступило сообщение с « Громовержца». Нам предлагалось внести некоторые поправки в программу полета. Аврора встала и подошла к пульту.

Сим восторженными глазами смотрел на экран. Это была его первая серьезная экспедиция.

– Они до сих пор ничего не знают! – горячо восклицал он. – Не знают. Не знают, что они накануне великих событий.

Конечно же, он имел в виду аборигенов. Я промолчал. Мне вспомнилась неудача в Молодых Мирах или кровавая трагедия на планете Ренэ.

Дело в том, что я уже давно собираюсь написать хронику освоения Молодых Миров. Рукопись пока не стронулась с места, но свой архив я пополняю постоянно а это несколько десятков папок с с информацией от таких экзотических , как газетными и журнальными вырезками до воспоминаний и мемуаров, а также целая фильмотека. Время от времени я просматриваю эти материалы.

-Ликование? – я счел нужным несколько остудить пыл «юноши бледного, со взором горящим»– Насчет возможного ликования – не знаю. Возможно и будет. Но, потом…Будет непонимание, настороженность, подозрительность. Надеюсь не будет агрессивности. Посуди сам. Кто мы для них? Представители неведомой, но более могущественной и высокотехнологичной цивилизации, которая вполне спокойно может диктовать им свою волю. Поэтому, дружище Сим, будет лучше абстрагироваться от мысли, что наш путь на Гемме будет устлан цветами, с красным ковром.

Нас ждет очень трудная и непростая миссия! А это будет нелегко , учитывая то, что мы уже знаем о местной цивилизации. У нас есть один весомый козырь!

Помолчав , продолжил:

– Население Геммы едино. У них нет расовых барьеров, нет границ. Они многого достигли. На Гемме уже изобретен двигатель внутреннего сгорания, летательный аппарат, радиосвязь. Они умеют строить высотные дома и рыть шахты. Ученые изучают строения атома и генетику. И они работают над сложной технологичной задачей – осветить, а значит сделать пригодной для жизни теневой планеты. Это сверхзадача. Скорее, в общественном устройстве немало совершенного. Частная собственность, банки, крупные владельцы земли. Как определили Гемма напоминает Землю 80-90 годов 20 столетия. Так жили наши далекие предки. Так что довольно любопытная встреча с молодой планетой.

Но наша помощь должна быть творческой. Мы должны понять образ жизни на Гемме. А уже потом решать и думать, что делать. Помочь же осветить теневую сторону – это нам по силах. Скорее всего с этого и начнем. И потом уже будем ликовать! Вместе!

Сим улыбнулся.

– Начинаем снижение! – подала голос Аврора.

Теперь камеры охватывали сравнительно небольшую площадку- в несколько сот квадратных километров. Мы пробили облачность.

Появились размытые туманной дымкой очертания большого шумного города, по нашему предположению столицы Геммы.

А прямо под нами виднелся крохотный, как бы рассеченный на квадраты поселочек – пятьдесят- шестьдесят одноэтажных домов.

По широкому шоссе изредка проносились автомобили, похожие на морские шлюпки, поставленные на колеса.

Тем временем автоматы сделали контрольный анализ проб воздуха. Результат подтвердил прежние пробы воздуха – можно обойтись без скафандров.

На шоссе остановился один автомобиль, за ним второй, третий. Автомобили выстроились длинной вереницей, а водители и пассажиры, собравшись группами, оживленно переговаривались, задрав вверх головы. Было ясно – мы замечены.

Ракета мягко опустились на грунт в стороне от дороги, на окраине сиреневого поля рядом с полоской невысоких краснолистных деревьев .

Мы на Гемме!

Ждать пришлось недолго. Через четверть часа над нами стрекотали несколько черно- голубых летальных аппаратов ,похожие на вертолеты. Один из вертолетов опустился рядом с ракетой.

Из аппарата вышел человек в синем костюме, плотно облегающий тело. Его головной убор походил на две склеенные друг с дружкой донышками тарелки.

Дальше события развивались по какому-то странному сценарию.

Человек сначала посмотрел на толпы, что собралась у шоссе, потом одернув на себе одежду …безбоязненно подошел вплотную к ракете и осторожно потрогал ее, постучал по ней кулаком.

Видимо, это был официальный представитель местной власти.

Меня поразило отсутствие интереса у аборигена к нам. Такое ощущение, что мы расстались вчера.

Как и было предусмотрено программой, Аврора и Сим остались в ракете. К выходу на поверхность планеты готовился я один.

Впрочем, что значит – готовился? Готов я был давно, стой самой минуты, как меня назначили руководителем контактной группы.

Проверить исправность средств связи, пояс неуязвимости было делом нескольких секунд. И вотя на темно- желтой почве Геммы.

Странное чувство овладело мною, когда я вплотную приблизился к геммианину. Внешне абориген был похож на нас, землян. Было несколько различий – медно-красная, как у индейцев Америки, кожа , довольно большие, как у хамелеонов, глаза , небольшие уши и короткие, тонкие ,словно клиновидные пальцы.

Как я и предполагал, никаких восторгов не последовала. Неожиданно было другое: в больших глазах геммианина я не уловил ни малейших признаков интереса в глазах было полное , до обидного, равнодушие.

Тем не менее , сделав миролюбивый жест, я приветствовал собрата по разуму посредством синхронного переводящего устройства.

Геммианин отступил на шаг назад и, показывая на вертолет, бесстрастно и спокойно, словно робот, произнес:

– Прошу в машину. Президент ждет.

Признаться я на какое-то мгновенье растерялся. Такой оперативности я не ожидал. Я , конечно, предполагал , что рано или поздно нас пригласят в Верховный орган власти Геммы. Но так сразу, через пятнадцать минут после посадки?!

Вертолет летел к столице. Дышалось легко. Несильный, приятный ветер. Жары я не ощущал. Вероятно, сплошной облачный покров служил планете своеобразным температурным регулятором.

В природе преобладали голубовато-дымчатые тона, как если бы вы смотрели на сельский пейзаж из окна, по которому стекают струйки теплого весеннего дождя.

Внизу тянулись синие, фиолетовые, сиреневые поля. Вертолет летел не прямо, а по какой-то странной ломаной линии.

Наконец, оказались улицы столицы. Дома, стоящие вдоль них, казалось сверху аккуратными и удобными для жилья. Я видел аллеи, парки, скверы. По дорогам проносились автомобили. Мелькали широкие площади, высотные дома, переплетенье автострад.

Неожиданно я понял, почему мы летим такими странными зигзагами. Попросту меня везли над самыми нарядными кварталами города. Это было так по- человечески понятно.

Впереди показалось белое строение, похожее на гигантский куб. Думаю , в каждом его ребре было не менее полутора сотен метров.

Вертолет завис над кубом, затем опустился на него. Шасси вертолета, похожее на короткие лыжи, прочно стоял на плоской поверхности- крыше, однако винт продолжал бешено вращаться, дверцу открывать не спешили. Мои попутчики словно поджидали кого-то.

Внезапно перед самим вертолетом появился человек. Не пойму, откуда он взялся, ведь крыша только что была совершенно пустынной. Мой провожатый тотчас вскочил и суетливо распахнул дверцу, приглашая меня сойти.

Едва я ступил на крышу здания, как вертолет взмыл и, заметно заваливаясь набок, быстро полетел прочь.

На огромной крыше странного здания мы остались с незнакомцем один на один. Знать бы мне, какую роковую роль предстоит сыграть в грядущих событиях этому геммианину! Но и в первую минуту нашей встречи его облик произвел на меня сильное впечатление.

Перед мной стоял абориген, несомненно одаренный и энергичный. В его открытом взгляде угадывался живой и практичный ум, несколько ограниченный излишней самоуверенностью. На геммианине был светло-синий костюм, отороченный на воротнике и плечах серебряным шитьем. Такое же шитье украшало его головной убор.

На меня он смотрел с любопытством, без всякой настороженности.

– Понятие не имел, что у октанов бывает такая смуглая кожа! – примерно так можно перевести его первые слова.

Он подошел ближе и тихо проговорил, глядя прямо мне в глаза:

– Президент ждет… Ничего, подождите немного. Только не воображайте, что теперь у вас все пойдет гладко… Вы из ведомства?

– Простите, не понял.

Он обошел вокруг меня, разглядывая мой костюм, и хмыкнул :

– Ну-ну. Я буду с вами более откровенен. Меня зовут Тин Тал. Слыхали? Между прочим, могу вам пригодиться , если вы очень об этом попросите, – он широко улыбнулся. – А это что у вас?

На моей груди висел жетон ос стилизованным изображением Солнечной Системы. Я протянул этот жетон капитану. Он несколько секунд тупо разглядывал сувенир, затем спрятал его во внутренний карман, не переставая улыбаться.

– Сойдем, для начала.

Признаться ,слова капитана были для меня полной загадкой. Но я решил не торопить события, ибо ничего не понимал. Мой опыт общения с инопланетянами здесь явно не пригодился. Было ощущение, что я попал на какую-то деловую сделку .Ни любопытства, ни удивления, ни растерянности.

Капитан театрально поклонился:

– Президент поручил мне проводить вас к нему. Следуйте за мной!

Мы сделали всего несколько шагов, когда в крыше сдвинулась какая-то плита, открылся ход. Вниз вела крутая лестница. Два десятка ступеней – и мы очутились в небольшом глухом помещение, плита наверху уже задвинулась. Тут же бесшумно распахнулись двери в стене, за ним другая комната, более тесная. Капитан Тин Тал пригласил меня войти в нее.

Когда дверь за нами закрылась ,а комната, вздрогнув, начала стремительно куда-то опускаться, я догадался, что это лифт. Наконец , спуск прекратился., а двери лифта вновь распахнулись. Я увидел длинный коридор, со стен которого струился серебристый холодный свет.

Вдоль коридора через каждые три метра неподвижно стояли геммиане в синих комбинезонах. На плечах у каждого висел какой-то предмет, представляющий из себя металлическую со стальным отливом трубку, переходящую в плоскую треугольную рукоятку. Видимо, это было оружие. При нашем появлении геммиане вытянулись в струнку и приставили оружие к ноге. Фигуры и лица у всех были каменными, так что стражей легко было принять за роботов. Но я все-таки чувствовал, это были не автоматы, а живые люди – из плоти, крови и нервов.

В конце коридора и торцевой стены стояли четыре молчаливые фигуры в синем, скрестив руки на груди. Я заметил, что одежда этих субъектов оторочена таким же серебряным шитьем, что у капитана.

Когда мы подошли почти вплотную, они почтительно отступили в сторону, один из оных что-то шепнул капитану Тин Тала. Тот удовлетворенно кивнул. Тут же раздался щелчок, и в торцевой стене распахнулись высокие двери.

Мы – капитан и я – вошли в просторную, но совершенно пустую комнату, стены и потолок которой были обиты пушистой тканью.

Капитан снова улыбнулся мне и по- свойски подмигнул. Мне казалось, что еще чуть-чуть и он покровительственно похлопает меня по плечу. Может я попал в сумасшедший дом, а капитан Тин Тал – психиатр?

Еще раз вглядевшись в его подвижное лицо, я сделал вывод, что капитану свойственно и такое человеческое качество, как лукавство.

Мне почему-то вспомнился один древний поэт, живший две тысячи лет назад:

Я здесь и не здесь, я везде и нигде, Я тенью скольжу по прозрачной воде; Мой голос так сладок в ночной тишине, Явилась к тебе я в чарующей тьме. Мое тело невидимо, дух мой незрим. Прими! – и мой образ будет твоим.

– Вот наша цитадель, – с тонкой усмешкой произнес бравый капитан. – Желаю удачных переговоров. Не забудьте…– и он многозначительно похлопал себя по груди.

Затем, громка топая, прошагал в дальний конец комнаты и распахнул еще одну дверь , скрытую в тени. На что я привык к трехступенчатой системе шлюз-камер, но в этот момент подумалось, что череда дверей и комнат в этом странном здании не будет конца.

– Он здесь! – звонко воскликнул капитан, обращаясь к кому-то за дверью.

Тем временем я машинально ощупал браслет на руке – изображение и звук транслировались на борт планетолета исправно, провел рукам по бедру – пояс неуязвимости застегнут, как положено.

– Вас просят войти! – сказал мне капитан.\

Ну что же… Мне вспомнился другой классик: «И снова двинем напролом! Святой Георгий! Англия! Вперед!»

Так я впервые оказался в кабине Верховного Властителя Геммы, или для простоты президента. Кабинет поразил меня обилием света и красочным убранством. Повсюду пестрели крупные геммианские цветы, даже голубая поверхность небольшого бассейна была покрыта белыми, похожими, на лилии, лепестками. Я видел множество скульптур и картин, по- видимому, выдающихся деятелей Геммы.

В высоком зеленом кресле сидел геммианин.

Он был стар. Складчатые веки, прикрывающие большие глаза, морщинистая кожа, как у старой черепахи, свисала со щек мешочками, большой нос и рыжеватые волосы, такие же острые и редкие, как колючки кактуса – вот беглая зарисовка Верховного Правителя Геммы президента Грола.

Он поднялся навстречу мне и плавным жестом указал на другое зеленое кресло.

Я вежливо и церемонно поклонился. Сел. Все до удивления буднично и просто.

« А момент-то для Геммы исторический», – мелькнула мысль.

Несколько секунд продолжалось молчание, господин президент Грол смотрел на меня, и я в его взгляде угадал с трудом сдерживаемую тревогу, даже не тревогу- а что другое , нечто трагическое , вперемешку со страхом и ужасом.

Наконец господин президент заговорил, медленно и тщательно роняя слова.

– Не будем терять время. Итак – вы это сделали! Но легкой победы вам все равно не видать. Наши части приведены в состояние боевой готовности. Без крупных потерь вам не обойтись. Поэтому попробуем договориться мирно, – его глаза лихорадочно блеснули. – Итак, ваши условия? – узкой ладонью он ударил по подлокотнику кресла.

Я ничего не понимал. Вернее, понимал одно: происходит нечто странное, непредвиденное. Теперь я понимаю , что напусти в тот момент на себя многозначительность – и можно было бы прояснить сложившуюся ситуацию.

И самое главное – я забыл мудрые неписанное правило всех опытных звездолетчиков .

«Если на неизведанной планете вы сталкиваетесь с очевидной несуразностью, то всякая ваша попытка, улучшить ситуацию лишь усугубляет ее.» (Первый закон Казинкукки)

Я услышал ее в свой первый полет на совершенно дикую планету Пфист. Среди кошмарных и кровожадных чудовищ, населяющих ее, самым свирепым был таранозавр, названный так отчасти по аналогии с доисторическим земным тиранозавром, отчасти за повадки, роднящие его с древним штурмовым орудием. Лучше не вспоминать, что было дальше. И сделал глупость – не стал хитрить, врать, изворачиваться…

С молоком матери мы, земляне, впитываем неприязнь к самой мысли, что можно как-то воспользоваться чужой доверчивостью, откровенностью.

Я ответил, что мы представители земной цивилизации, посланцы Солнечной Системы, не собираемся ставить каких-либо условий достойным обитателям Геммы, что напротив – мы обязуемся с уважением относиться ко всем обычаям и традициям Геммы, и что наш контакт возможен лишь на основе явственно выраженного народом Геммы стремления к сотрудничеству.

Признаться , моя речь была довольно помпезна и величественна.

Сказать, что президент был растерян, значит ничего не сказать.

Минуты три Грол смотрел на меня как на сумасшедшего, сбежавшего из соседнего дома для душевнобольных. Видно он думал, нажимать на срочную кнопку вызова охраны!

– Земля? – бестолково, растеряно, забормотал он наконец. – Солнечная Система?

Я кивнул.

С президентом произошла какая-то разящая перемена, но какая именно, пока я понять мог. Он словно бы успокоился, хотя по логике событий должен было быть наоборот.

Я вкратце рассказал ему о контактах, о взаимовлиянии и взаимообогащение научного и культурного потенциала общающихся миров. Опять моя речь была какой-то казенной и скучной, словно отчет бухгалтера.

Президент слушал с неподдельным интересом, не перебивая, и только, когда я закончил, произнес:

– Некоторые наши ученые давно – сравнительно давно – толкуют о множестве населенных миров, о цивилизациях, которые обогнали на в развитии, о космических перелетах. Есть предположение, что они даже прилетали к нам. Еще две сотни лет назад некоторых сжигали на кострах. Выходит они не чудаки? И не фантасты?

– Нет, – назидательно ответил я, – это были люди , обогнавшие время.

Он спрятал морщинистое лицо в такие же морщинистые ладони. Его острые плечи вздрагивали.

– Хорошо…раз так…Тогда…Цель? Цель вашего прилета? Почему вы выбрали нашу планету?

Меня поразило его способность быстро воспринимать самую неожиданную информацию. И грамотно ее обрабатывать. Без эмоций, деловито! Прям, не президент, а компьютер какой-то…

– Значит, – после некоторых размышлений, переспросил он наконец, – вы не собираетесь эксплуатировать наши недра, облагать нас данью и посягать на наши традиции?

Я только рассмеялся в ответ. Искренне ! А что мне оставалось?

– Но как вы узнали что Гемма обитаема? – спросил Грол – Наши ученые утверждают, что жизнь во Вселенной чрезвычайно редка.

Я ответил, что мы проводим планомерные исследования космоса, проводим глубинную разведку. В результате это дальнего космического рейды мы случайно открыли Гемму. Но в любом случае, мы бы открыли Гемму. Лет через пятьдесят, так как зона где находится Геммы стоит в планах освоения в этом временном отрезке. После дальней разведки, зоны исследуются более тщательнее.

– Значит лет через пятьдесят? – задумчиво произнес президент Грол. Потом спросил, много ли нас, что мы собираемся конкретно делать.

Я ответил, что на Гемме сейчас находится немногочисленная группа землян. Если у наших собратьев по разуму не будет возражений, мы займемся изучением истории, культуры , науки Геммы.

– Вы будете наблюдать за нами так же, как ученые наблюдают за жучками, резвящимися на лугу в хорошую погоду? – спросил президент, прикрывая глаза веками.

– Вовсе нет! – патетично воскликнул я. – Мы искренне и бескорыстно протягиваем Гемме руку помощи.

– Вы хотите сохранить инкогнито?

– Напротив. Мы просили бы воспользоваться вашими средствами массовой информации- радио, телевидения, печатью.

– Хорошо! – президент , видимо принял решение.– Это м ы организуем. – Он задумался на миг и произнес: – Собственно…– Затем поднялся с кресла: – Пойдемте-ка, сюда.

В дальнем кабинете на подставке был установлен большой шар. Я понял , что это глобус Геммы. Узенькая полоска вдоль экватора была выкрашена в серый ( Пояс Нюкты), дневное полушарие – в розовый, а ночной – в черный цвет.

– Вот наша проблема номер один, – сказал президент, придав шару вращения вокруг оси.– Только на одном полушарии – жизнь, другое – пустует… Геммиане не могут жить без света.

Он снова привел глобус в движение.

– Наши ученые утверждают, что лет через сто удастся зажечь искусственную звезду над ночной стороной. Через сто лет…А население растет ежегодно. Земель не хватает уже сегодня. Мы пытаемся кое-что предпринять: электрическое освещение, система зеркал, но все дорого и хлопотно…

Он еще раз подтолкнул глобус и печально вздохнул:

– Да… Дорого и хлопотно… Научные эксперименты, практические работы требуют больших средств, а ведь мы бедны, – он поднял на меня немигающие глаза. – Ваша цивилизация в состоянии создать источник для второй половины Геммы?

– В состоянии!

– Сколько на это потребуется времени? – взгляд сделался жестким, испытывающим. С одной стороны, все это было понятно. А с другой, я себя почувствовал мышью, с которой поигрывает хитрый кот…

– Немного, – ответил я. – После детального изучения планеты я смогу ответить на ваш вопрос точнее.

– Понимаю, понимаю…– проговорил он. Ну что ж! Изучайте…Я предоставлю в ваше распоряжение исполнительного и надежного помощника- капитана Тин Тала.– Президент характерным жестом поднял кверху ладонь.– И учтите, капитан будет не только вашим гидом, но и телохранителем. Да, да, к сожалению, мы живем в неспокойное мире и в не спокойное время.