Зимний отпуск, или нить Ариадны...

Глава 1 " Я полон дум..."

Собственно говоря, и на этот раз отпуск мне обещали в июле. Твердо. Без всяких.

Желающих узнать, как иногда обстоит дело с ценой слова в строительной сфере, отсылаю к газетным фельетонам и статьям под рубрикой «Зима спросит строго».

Когда я уже готовился укладывать чемодан, меня вызвали к высокому начальству: «А, Роман, э…э…э… Андреевич…наш молодой перспективный прораб…заходите, заходите! Как настроение? Отпускное? Да-да, отдыхать, конечно, нужно. Но поймите… Производственная необходимость… Мы очень рассчитываем на вас…»

Итак, вместо Рижского взморья я оказался в самой, что ни на есть глубине на плато Устюрт - , утешаясь тем, что чего-чего, а солнечного тепла и песка, к которому я стремился, здесь в избытке. Правда, с морской водой дело обстояло похуже, несмотря на то, что каких-нибудь двадцать лет назад на месте нашей базы плескались волны стремительно усыхающего ныне Арала.

К середине февраля мы сдали объект с оценкой «хорошо», и мне любезно предоставили возможность немедленно отгулять прошлогодний отпуск. При этом твердо заверили, что отпуск за текущий ,1985, год я получу в июле. Непременно-с!

Разумеется, у меня было право возражать. Но, во-первых, я успел дозреть до мысли, что и зимой можно неплохо отдохнуть. А во-вторых, у меня родилась Идея, осуществить которую я мог в середине февраля.

Словом, постепенно я настроился на то, что впереди у меня блестящие перспективы, море наслаждений и никаких забот. Когда я думал о предстоящих радостях жизни, голова моя сладко кружилась. Я был уверен, что весь отпуск мне будет сопутствовать удача. Даже в мелочах. Фортуна должна создать мне сторицей за вою неблагосклонность прошлым летом, вернуть должок.

И точно. Когда я вошел в ЯК-40 , вылетающий рейсом Нукус- Ташкент, то обнаружил, что судьба или же Мойры ,обитающие на светлом Олимпе, уже приняла меня под свою опеку, позаботившись о том, чтобы мне не скучать в воздухе. Моей соседкой оказалась хорошенькая смугловатая женщина с живыми, чайного цвета глазами. Я широко улыбнулся, она ответила мне ясной, открытой улыбкой. При этом уголки ее губ чуточку приподнялись и все лицо приобрело жизнерадостное, задорное выражение. Вот это хорошо. Упаси бог от томности во взоре.

Так что летайте самолетами « Аэрофлота»!!!

Тем временем запели турбины, самолет вырулил на полосу. Еще минута – и город остался далеко внизу. Узкой лентой мелькнуло пригородное шоссе. Потянулись бесконечные километры унылой безжизненной местности. Пейзаж, живо напомнивший мне устюртский. Я отвернулся от иллюминатора.

Вскоре я узнал, что мою очаровательную спутницу зовут Ариадной, что она коренная жительница Ташкента, обращаться к ней можно «Ира», она так привыкла, а в Нукус приезжала в командировку, в краеведческий музей.

Праздничное настроение, помноженное на симпатичную спутницу, помогала моему языку обходиться без пауз. Непринужденный дорожный разговор с едва заметным оттенком флирта спрессовал время. Полтора часа полета не прошли – промелькнули.

Зажглось световое табло. Самолет шел на посадку.

Я еще раз посмотрел на Ариадну. Мне подумалось, что это милая женщина вполне вписывается в мой тщательно отрепетированный замысел. Что я теряю?!

- Ариа…Ира, вы не согласитесь участвовать в небольшом психологическом эксперименте?

- Психологическом? – она лукаво посмотрела на меня- И только?

-Если уж быть точным – научно-фантастическом.

- А если еще яснее?

- Попробую. Речь идет о том, чтобы скосить семь – восемь лет с собственного возраста. Помолодеть. Без всяких там машин времени и компьютеров. Разумеется, я понимаю, что в вашем, да и в моем возрасте говорить об омоложение преждевременно. Но, если опыт удастся, его можно повторить впоследствии, когда возникнет острая потребность…

Семь-восемь лет?- легкое облачко недоверия промелькнуло в ее глазах. Видимо, ей не очень хочется возвращаться назад именно на такой срок. Я прикидывал еще в самолете: лет ей 35, хотя выглядит она моложе. Она старше меня явно лет на 6-7.

- Можно и на десять, - обещаю великодушно.

- Заманчивое предложение, - неопределенно улыбнулась она.

- Рад, что оно вас заинтересовало. Остается условиться о месте и времени встречи.

Она что-то прикидывала в уме.

- Право, не знаю…

- Вы абсолютно ничем не рискуете. Полная безопасность эксперимента гарантируется.

Она достала из сумочки шариковую ручку, небольшой блокнот. Раскрывает его, что-то пишет и, вырвав листок , протягивает мне.

- Вот мой рабочий телефон. Позвоните послезавтра. Только давайте договоримся: если я скажу «нет», вы не будете настаивать.

Я пожимаю плечами и напыщенно и добродетельно произношу:

- Что может быть отвратительнее навязчивости?!- заем прячу листок во внутренний карман пиджака.

На перроне, заметив , что багажа у Ариадны практически нет, вежливо раскланиваюсь с ней и желаю приятного отдыха ,после командировки, ясно осознавая, что навязываться в сопровождающие глупо. И испытывая острое желание оказаться в ее постели!

Глава 2 Комната 2046

Идея , что привела меня в Ташкент, зародилась в одну из первых ночей моего пребывания на Устюрте.

Стояла адская жара. Однако на ночлег мы устроились в вагончике – боялись змей. Никто из всей бригады еще не знал, что змей на Устюрте не водится. Не климат им здесь.

Не в силах уснуть, я вышел из вагончика и устроился повыше – на деревянных ящиках с арматурой, где, казалось, было чуть попрохладнее.

Высоко, словно бы выше звезд, пророкотал самолет. У Соленого Озера надрывался грузовик. Лениво тявкала приблудная собака Морда. Из темени, из необъятных просторов плато доносились неясные шорохи. Все вокруг было неуютно и незнакомо.

Обида за несостоявшийся отпуск уже давно прошла, но само это слово – отпуск – по- прежнему вертелось в голове, неизбежно ассоциируясь с зимой, так что в конце концов, стремясь скоротать время, я принялся прикидывать варианты, а куда же двинуть в январе-феврале?

Собственно, один запасной вариант на этот счет у меня был давно. Года два назад бригадир Игорь Яблоков, с которым я был дружен, перебрался по семейным обстоятельствам в Красноярск, и в редких письмах неизменно зазывал меня в гости – лучше зимой, прельщая знакомство с сибирской природой и катанием на лыжах.

Откровенно говоря, мне хотелось и повидать новые места, и побегать по тайге на лыжах – встретиться с Игорем. Вот и выход.

Приняв его за основу, я, как и подобает инженеру, углубился в деталировку.

Прямого самолета из Нукуса в Красноярск нет. Значит, надо лететь через Ташкент.

Ташкент – город моей юности, город, где прошли студенческие годы, где я получил диплом инженера- строителя и где, кстати сказать, не был уже лет пять. Как же не задержаться в этом городе на три-четыре дня?!

Идем дальше.

Где остановиться, чтобы никого не стеснять? Забронировать номер в гостинице? Вероятно, это возможно… Ба! Да ведь в феврале у студентов каникулы и все общежития пустеют, в том числе и наше факультетское, где находится комната 2046, которая целых пять лет была для меня родных домом.

И вот тут-то, едва я подумал о комнате 2046, мое воображение вкупе с памятью, как говорится, врубилось на всю катушку.

Живо вспомнились мои друзья по комнате – Егор, Феликс и Виталий - крепкие, толковые ребята, закаленные стройотрядами и хлопковыми компаниями. Вспомнились переполнявшие нас чувства оптимизма и веры в плечо друга. Ничто не казалось невозможным. Позднее не хватало этой уверенности.

Как же случилось, что я потерял своих друзей из виду, почти ничего не знаю о них?! Разве не было периодов, когда я остро нуждался в поддержке друзей и добром слове? Разве не убедился, что жизнь не так уж часто дарит нам истинных и преданных товарищей? И я почувствовал, что на мне лежит громадная вина, которую я должен, по крайней мере, попытаться загладить. Ия знал, как это можно сделать.

В феврале беру отпуск. А оказавшись в Ташкенте, задержусь на несколько дней. Предварительно спишусь с нашим славным комендантом – Любовью Михайловной. Она –то точно меня помнит. В городе разыщу ребят и соберемся в нашей 2046 комнате. И перенесемся на 7…8…9…10 лет назад.

Ребята , явно, встречаются и пусть примут меня опять в свой круг друзей.

Мне внезапно вспомнился роман американского фантаста Джека Финнея «Меж двух времен», читаный еще в юности.

Там главный персонаж переносится в другую эпоху не в результате какого-либо уникального научного проекта, не с помощью пресловутой «машины времени», а исключительно усилием воли, «вживанием» в определенные обстоятельства.

Может, и со мной случилось нечто подобное? Может, я тоже перенесся, только не во времени, а в пространстве? Телепортировался в один из уголков «черного континента»? Или же, напротив, этот уголок чудесным образом сам перенесся сюда, к нам в Питер?

Замысел виделся мне настолько ярко, что казалось еще одно усилие, еще один импульс и я с помощью нуль-транспортировки из научно-фантастического романов окажусь в нашей комнате, в нашей дружеской компании.

Нуль-транспортировка не состоялась. Зато нахлынувшие воспоминания здорово ободрили меня. Теперь и предстоящий зимний отпуск казался желанным.

Глава 3 Общежитие " Океанский лайнер"

До студенческого городка добирался в сумерках. Раньше путь от старогородского базара до трамвайного кольца по извилистым улочкам вдоль ветхих строений казался бесконечным. Сейчас улицы выпрямились, раздались вширь.

А вот родное мое общежитие. Прежде оно представлялось мне этаким необъятным домом- кораблем, плывущем сквозь время с пассажирами- студентами.

Особенно усиливалось это сходство по вечерам, когда загорались окна- иллюминаторы, а этажи- палубы наполнялись гомоном и смехом. « Океанский лайнер» - таким осталось общежитие в моей памяти, уж не знаю, откуда выплыл этот образ.

Сейчас я вижу перед собой обыкновенную пятиэтажку из серого кирпича. И если продолжать пользоваться морской терминологией, то это скорее не «лайнер», а «старая посудина».

Любовь Михайловна, как и обещала в письме, ждет меня и встречает с распростертыми объятиями. На столе – чай, ватрушки, конфеты. А вина нет… Я вручаю ей скромный презент – шелковый платок.

У Любовь Михайловны круглые глаза, громкий голос, абсолютная уверенность в правильности каждого своего поступка и привычка ворчать.

Вот, усадив меня за стол, она констатирует, что нынешняя молодежь никуда не годиться- мы были гораздо лучше. Я хорошо помню, как Любовь Михайловна когда-то устраивала разнос нашему поколению, и потому ее теперешние слова мне приятны – как – никак завуалированный комплимент моему поколению, которое я , откровенно говоря , люблю.

Я спрашиваю ее о здоровье, она бедово машет рукой и принимается ругать институтское начальство: непонятно, о чем они думают там у себя – уж больно мало выделяют нового белья и инвентаря.

Выговорившись, она учиняет мне допрос с пристрастием: женат ли, где работаю, сколько получаю, есть ли квартира. Отделываюсь шуточками – не говорить же, что мой брак был неудачным, что свою однокомнатную квартиру я оставил бывшей жене и потому сейчас у меня ни кола, ни двора, и я по прежнему живу в общежитие…

Зарабатываю я прилично В Нукусе у меня есть подруга- увы, я не могу назвать ее любимой женщиной и Регина это знает. Она замужем и на десять лет старше меня. Вкус у семейной жизни у меня полностью отбит, одна мысль, что придется вызывает у меня ужас. Раньше с моей бывшей женой спали чужие мужчины, теперь я сплю с чужими женами. Впрочем, я твердо уверен, что все у меня будет прекрасно, и расписываю Любовь Михайловне свою жизнь именно с позиций завтрашнего дня.

Любовь Михайловна расспрашивает меня о родителях, которых в жизни ни разу не видела. Навещая ли, не обижаю ли, помогаю ли деньгами?

Отвечаю, что стараюсь свято выполнять свой сыновий долг. Навещаю своих стариков регулярно, благо, они живут рядом – в бывшей столице Каракалпакии. В деньгах они не нуждаются.

- Ну и что, что не нуждаются, - резко обрывает она меня – А ты когда-никогда пошли десятку – все им будет приятно.

Она грозно предупреждает меня «Девок не водить!», дает ключ и чистое белье.

Медленно поднимаюсь на четвертый этаж. Стараюсь настроить себя на сентиментальный лад. Получается не очень.

Прохожу по широкому коридору с жужжащими люминесцетными лампами и останавливаюсь перед дверью с табличкой «К.№2046». Сколько раз я мысленно представлял себе этот момент! Мне казалось, что я буду испытывать благоговейный трепет и святые слезы будут струиться по моим щекам. Увы!

И все же… Бывают ведь чудеса. Вот толкну я сейчас эту дверь и навстречу мне поднимутся из-зи стола Егор, Фил, Вит, и сам я помолодею на уйму лет.

Щелкаю выключателем.

Н-да… Семь лет назад эта комната не казалась мне такой узкой. Мебель та же: шкаф, четыре кровати, столько же стульев, стол. Чисто. Над «моей» кроватью коврик, перед филькиной – небольшой половичок. На одной из стен –вырезки из журналов: фотографии звезд кино, эстрады и спорта. Словом, стандартная комната.

С чувством некоторого превосходства я начинаю припоминать, что при нас комната выделялась своим «характером»: была своего рода «клубом» факультетского общежития. Вечно у нас толпился народ, двери не закрывались.

К нашему Феликсу, которого точно прозвали «ЭВМ», шли за консультациями едва ли не по всем предметам. Феликс никому не отказывал причем сущность вопроса излагал коротко, точно, а главное, так доходчиво, что даже у отчаявшихся сдать очередной зачет появлялась надежда в глазах.

К Егору шли , чтобы выпросить на вечер справочник, рейсшину или циркуль… У Егора в его тумбочке и чемодане было абсолютно все, любая мелочь, которая может понадобиться студенту.

И все это имущество было аккуратно разложено по полочкам, папкам и пакетикам. И отличие от многих из нас Егор никогда не тратил время на поиск, скажем, резинки. Другое дело, что откликался на просьбы он неохотно. Прежде чем дать кому-либо конспект или справочник, тысячу раз предупреждал, чтобы он не потеряли или испортили, устанавливал минимальные сроки «аренды», а в случае задержки сам шел к должнику и силой забирал этот конспект или справочник , невзирая ни на какие мольбы. « Мне нужно самому» - его излюбленный аргумент. Зато он имел еще одно неоспоримое достоинство – взял на себя роль хозяйственного организатора. Егор заблаговременно напоминал нам, чья очередь мыть посуду, а чья – идти в магазин за продуктами, скрупулезно подсчитывал, по скольку рублей и копеек должен каждый внести в общий котел. Делал он это всегда заранее, так что наша комната всегда сияла чистотой, а в шкафу не истощались припасы к ужину.

К Виталию шли, чтобы услышать веселый рассказ, добрую шутку, похохотать и зарядиться бодростью…

А правильнее все же сказать, что ребя

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.