Манулов, прекрати! Том 4

Я наконец смог очнуться, когда ощутил приближение Леры ко мне. Моя теперь уже жена подошла ко мне и взяла меня за руки, глядя пристально в глаза. Все собравшиеся вокруг начали постепенно расходиться, оставляя тех, кто находился в круге, одних.

– Тебя что-то тревожит? – осторожно спросила она.

– Нет, все хорошо, – улыбнулся я. – Просто это светопреставление немного дезориентировало.

– У тебя глаза светятся фиолетовым светом, – серьезно проговорила она. Я глубоко вздохнул, стараясь успокоиться прежде, чем вернуться в поместье. Манул молчал, хотя я мысленно взывал к нему, чтобы узнать, что же на самом деле произошло.

– Это с тобой не связано, – я наклонился и поцеловал свою жену.

– Ну наконец-то, – выдохнул Андрей. Я отстранился, глядя, как символы на камнях начали один за другим быстро гаснуть, а свечение внутри круга угасать.

– Поздравляю молодоженов, – подошел к нам князь Тигров. – С меня свадебный подарок. Не ожидал, что церемония состоится именно сегодня, – рассмеялся он. – Эх, молодежь, все куда-то торопится.

– Спасибо, – приклонила голову Валерия, беря меня под руку. – Я не ожидала увидеть на своей свадьбе явление великого Тигра.

– Я тоже, – задумчиво посмотрел он на небо. – Это было странно, надеюсь, он прояснит мне свой интерес к вам. Ну, не будем отвлекаться на эти ничего не значащие беседы, нам старикам дай только волю, так и не вернемся никогда к гостям, – похлопал он меня по плечу. – Извините за поспешность, но у меня еще есть неотложные дела, поэтому на этом мне придется с вами попрощаться.

– Ваше высочество, – мы поклонились, не решаясь идти, пока светлый князь не выйдет за пределы поляны в сопровождении Шмелева. Надеюсь, эти неотложные дела не закончатся одной лишь трехчасовой лекцией о плохом поведении.

Мы, не особо торопясь, дошли до поместья. Меня никто не трогал, понимая, что со мной что-то произошло во время церемонии, и благоразумно дали время, чтобы оклематься. Я довел супругу до зала, где ее сразу окружила набежавшая женская половина родственников и приглашенных гостей. Увидев стоявшую неподалеку Светлану, я тут же подошел к ней.

– Как самочувствие? – поинтересовался я, замечая, что периодически ее руки начинают подрагивать и сводить судорогой.

– Нормально, – пожала она плечами. – И не так доставалось. Я никогда так не благодарила свою родню за дарованную родовую способность устойчивости к ядам.

– Могу помочь с последствиями отравления, – предложил я, посмотрев на нее истинным зрением. Яда в организме действительно не было, энергетические каналы не пострадали, но нервы, в основном мелкие, были заметно повреждены.

– Если до завтра не пройдет, то буду просить помощи, – кивнула она мне с благодарностью. – Ну ты же не за этим ко мне подошел?

– Ты узнала что-нибудь обо мне и моих проявившихся способностях? – образ Тени не выходил из головы. Манул молчал, а меня не оставляло ощущение, что полностью от влияния этой сущности все же не избавился.

– Нет, никто не знает, что именно случилось с тобой, – посмотрела она мне в глаза. – Но, есть свой бонус, ректор твоей академии предложил мне небольшую подработку. Теперь я буду вас обучать с Валерией вместе с твоим учителем по боевой магии. Заодно и смогу тебя как следует изучить, – прозвучало это довольно зловеще, да и девушка как-то хищно улыбнулась при этом.

– Вскрывать не дам, – усмехнулся я. – Ты можешь устроить встречу с главой московского клана, о которой ты говорила. Хочу лично с ней переговорить.

– Это сложно, но я постараюсь, – после небольшого раздумья, проговорила она. Я кивнул и, стараясь не привлекать внимание, вышел из зала и быстрым шагом направился в сторону подвала, где находились комнаты для допроса.

Оставлять это дело точно в мои планы не входит. И без сегодняшней выходки эти зарвавшиеся графы жизнь мне довольно серьезно усложнили. Жаль, что при таком раскладе, в котором я оказался, что-то предпринять будет трудно, но, хотя бы следует находиться в курсе происходящего, чтобы знать, к чему следует готовиться в будущем.

– Ваше благородие, посторонним на нижний этаж сегодня нельзя, – перегородил мне путь один из охранников, как только я дошел до перехода, ведущего в подвальное помещение. На дверях и стенах были видны сложнейшие наложенные заклинания, переплетения которых были мне не знакомы. Я и без стоящих на дежурстве охранников пробирался бы внутрь целую вечность, в попытке взломать чары. К безопасности князь и его люди относятся очень серьезно и довольно профессионально.

– Дмитрий Анатольевич там? – поинтересовался я, делая шаг назад, стараясь не вступать в конфликт.

– Да, как и представитель имперской службы безопасности. Как только поступят другие указания, мы обязательно вам сообщим, принимая во внимание вашу заинтересованность, – довольно вежливо послал меня мужчина, буровя меня взглядом.

Я поморщился и развернулся, понимая, что стать свидетелем допроса мне явно не светит. Нужно вернуться в главный зал. Все же, неправильно бросать невесту одну в окружении гостей на свадьбе, особенно, если ничего другого делать все равно не остается. Только ждать.

Андрей немного слукавил, говоря, что приглашенных гостей на торжественном мероприятии единицы. Все несколько часов я провел, знакомясь с главами родов, которых оказалось чуть больше двадцати. Больше половины новых знакомств были, откровенно говоря, пока для меня бесполезными, но с некоторыми вполне вероятно намечались перспективы сотрудничества в сфере торговли, поставок и услуг, для моего будущего производства на землях баронства. С подарком для невесты я угадал, учитывая, что каждый новый разговор начинался с обсуждения этого артефакта. Внимание я привлек, и сейчас в полной мере старался выжить из этого максимум пользы.

– Не думала, что на моей собственной свадьбе мой муж будет уделять мне так мало времени, – я обернулся на голос Леры, тут же беря ее за руку и притягивая к себе. Решив немного отдохнуть от разговоров и бесконечного общения, я вышел на балкон и смотрел на окрестности поместья, наслаждаясь тишиной и одиночеством.

– Ну как бы и особо недовольной ты не выглядишь, – я посмотрел на нее, отмечая, что, наверное, впервые вижу ее такой расслабленной с задорным блеском в глазах.

– Давай сбежим отсюда? – улыбнулась она и провела рукой по моей щеке. – Все это, на самом деле, очень утомляет, и к нам никакого отношения по факту не имеет, как и все подобного рода мероприятия, происходящие в высшем обществе, – поморщилась девушка.

– Еще не время, – покачал я головой. – Но обещаю, что ночью полностью компенсирую все свои сегодняшние прегрешения, – усмехнулся я, глядя ей в глаза.

– Ты ждешь решения, которое предварительно им вынесут? – стала она предельно серьезной.

Я покачал головой, разворачиваясь на шум, донесшийся с внутренней территории, на которую выходил балкон. Ворота поместья отворились, и по подъездной дороге подъехало несколько автомобилей, из которых вышли водители в ожидании своих пассажиров. Наконец в поле зрения появилась компания людей, среди которых я узнал князя Тигрова, идущего в сопровождении трех охранников и людей, которые появились в поместье вместе с ним. Несколько незнакомых мужчин и граф Кондор замыкали это шествие, рассаживаясь внутрь припаркованных машин. Ужинцева среди них не было. Но вот Кондор выглядел довольно расслабленным, что мне совершенно не понравилось.

– Пойдем внутрь. Тут все же холодно. – Произнес я и, взяв Леру за руку, вернулся в общий зал, где буквально сразу же наткнулся на Шмелева.

– Нужно поговорить, – бросил он и, развернувшись, направился к выходу из зала. Валерия обеспокоенно на меня посмотрела, но все же выпустила мою руку.

Мы зашли в один из пустующих кабинетов рядом с залом, на который дядя тут же наложил несколько заклинаний, включая чары тишины.

– Что случилось на церемонии в священном круге? – довольно серьезно спросил он.

– Не знаю. Дождусь ответа от своего бога и, если мне нужна будет помощь, сразу же сообщу, – ответил я. – Что с допросом?

– Только сразу не горячись, – поднял предупреждающе он руку. Сам Шмелев выглядел уставшим и немного дерганным, что точно не могло говорить о благоприятном исходе допроса, длившегося почти четыре часа. – Кондор сразу же пошел на сделку. Учитывая влияние его рода, это был самый верный способ выйти сухим из воды. Причастность к покушению доказана не была, а в обмен на предоставленные им сведения, он потребовал, чтобы его имя в принципе больше не фигурировало в списке подозреваемых.

– То есть, его просто отпустили? – решил все же уточнить я, сжимая кулаки.

– Не совсем. Сейчас они вместе с Тигровым и прибывшим по его просьбе Медведевым, начальником имперской службы безопасности, выдвинулись в столицу, где предстанут перед императором. Там как раз будет решаться вопрос о подобного рода сделке, – прикрыл глаза Шмелев, после чего сел на край стола, сложив руки на груди. – Он обещал рассказать все, что ему известно о Сапсанове, плюс некоторые тоже вполне интересные сведения, относительно влиятельных домов империи. И да, учитывая, что он один из немногих портальщиков, который может не только пробиваться на изнанку вплоть до десятого уровня, так и еще стабилизировать сделанные им проколы, его отпустят.

– Как обычно, все угрозы сильных мира сего всего лишь слова, а все решает деньги и место в обществе, – подытожил я. – Но это не вся плохая информация, ведь так? Я и сам прекрасно знал, что обвинить этот род будет проблематично.

– Ольгу ждет судьба ее матери. Ее лишат магического дара и запрут на исправительном уровне одной из изнанок. С ее памятью очень хорошо поработали, поэтому узнать хоть что-то о том, кто ее надоумил на подобное и откуда она взяла этот артефакт не удалось. Но все может поменяться. Она принадлежит роду Сапсановых, и многое будет зависеть от главы ее рода. Евгения, как исполнителя, ждет пожизненное заключение на пятом уровне. Я был не прав, когда говорил, что он может находиться под подчинением или у него могут быть какие-то ложные воспоминания. Он просто малолетний идиот, решивший помочь сестре, которая и к его роду-то формально не относится, – вздохнул он, покачав головой. – А вот сам глава рода признан невиновным, после допроса специалистом имперской службы, нашими сенсорами и самим Тигровым. Сейчас он ждет официального решения по своим внукам, а завтра его направят в Москву, где будет решаться вопрос о понижении статуса его рода и, возможно, принятия еще каких-либо мер. Все будет вновь зависеть от императора.

– Его всего лишь понизят до барона? Серьезно? – я не понимал, Шмелев сейчас надо мной смеется или я чего-то не понимаю. – То есть, трое членов его семьи будут гнить в тюрьме на изнанке, обвиняемые в покушении на меня, мою жену и ее семью, а все при этом делать вид, что он ни о чем не подозревал?

– Он дальний родственник князя Мышкина, правой руки императора, о чем он постоянно всем напоминает, несмотря на то, что завязал на себе слишком много ресурсов империи, владея одним из самых больших графств Сибири. У него слишком много влияния, чтобы можно было легко его вывести из игры без железных доказательств. Если бы ты его поймал с артефактом в руках, то ему было бы не отвертеться, а так… – Он глубоко вздохнул и развел руки в стороны. – Я уверен, что Тигров это просто так не оставит, он не тот человек, который разбрасывается словами. Все эти решения просто временная мера и то, потому что сейчас в поместье находятся главы двадцати пяти родов, и нужно было принимать решение быстро, не навредив ни тебе, ни себе.

– Я могу поговорить с графом? – после несколько минут тишины, спросил я, обдумывая случившееся. Я не мог его просто так отпустить и надеяться на кого-то со стороны, хоть на Тигрова, хоть на Кречета.

– Мы догадывались, что ты об этом попросишь, поэтому Ужинцев пока оставлен в поместье. Но только в моем присутствии и в присутствии агента имперской службы. Ни мне, ни особенно тебе неприятности не нужны, ты же это понимаешь? – не мигая, посмотрел он мне в глаза. – Если с графом что-то случится на территории Сапсановых, то первым подозреваемым станешь ты, как наиболее заинтересованная в мести сторона.

– Разумеется, – я пожал плечами. Нельзя, чтобы с ним что-то случилось на нашей территории, я тебя услышал, дядя.

– Пошли, – он снял наложенные на комнату заклинания и вышел в коридор, идя в направлении подвала, не оглядываясь.

Внизу поместья ничего не поменялось. Тот же холод, серые стены и железные двери. Только вот охраны, с предыдущего моего визита сюда, было гораздо больше, и по навыкам несравнимо выше. Отворив дальнюю дверь, внутрь первым зашел Шмелев, в сопровождении мужчины, стоявшего в дверях. Дверь закрылась, как только я зашел в комнату, которая оказалась на удивление довольно просторной. Только из мебели, как и в прошлый раз, был лишь стол и несколько стульев. Сидевший по одну сторону от стола мужчина выглядел расслаблено, прикрыв глаза. Я подошел к столу, отметив, что Шмелев с агентом имперской службы остались возле двери.

– У тебя пять минут, – произнес дядя, от чего Ужинцев резко открыл глаза и встрепенулся, хотя я прекрасно видел, как сердце участило свой ритм в тот момент, как мы только зашли. Наигранная расслабленность словно показывала, что ему нечего скрывать и доказывала его невиновность. Старый фокус, сам частенько подобным пользовался.

– Что вам тут нужно, барон? – усмехнулся граф, окидывая меня пренебрежительным взглядом.

– Где Глеб Сапсанов? – прямо спросил я, решая не ходить вокруг до около, теряя отведенное мне время на болтовню. Не за этим я сюда пришел.

– Понятия не имею. Кажется, где-то за границей, – развел он руки в сторону. – Я уже ответил на все вопросы, даже о том, какого цвета у меня трусы, в присутствии хорошего обученных людей и сенсоров, которых невозможно обмануть. Ты-то что можешь мне сделать? – закатил он глаза, сложив на груди руки.

– Ой, да брось, – протянул я. – Сенсоров за нос водить особо ума не требуется. Врать-то ты в их присутствии, конечно, не можешь, но вот недоговаривать – запросто. Так где он? Неужели тебе, с твоим влиянием, которым кичишься, еще не надоело терять родных во благо его желаний? Сначала ты направил по мою душу прирученных скорпинид и потерял такой ценный боевой ресурс. Потом свою дочь, теперь внуков. Неужели ты, граф, такая бесчувственная сволочь, которая во благо своего положения и денег даже родственников не считает? – покачал я головой. Он не сводил с меня взгляда, буквально прожигая меня им. Сердце начало ускорять ритм, а кровь в его теле потекла быстрее. Вот она точка, на которую нужно давить. Как бы он не старался выглядеть невозмутимо, он переживает за то, что случилось с членами его рода. – Кем ты еще готов пожертвовать, чтобы избавиться от меня и Сапсановых?

– Я ко всему этому никакого отношения не имею, – покосился он в сторону агентов, после чего перевел взгляд на меня.

– Да конечно имеешь. Только прежде, чем тебя отсюда увезут, я хотел посмотреть в твои глаза и честно предупредить, что всех, кого ты пошлешь по мою душу, я буду истреблять, как бешеных зверей, не отдавая никого в лапы имперского правосудия. В конечном итоге, ты останешься один, влачить жалкое существование на горе золота и крови своих близких.

Граф резко вскочил со своего места и, вскинув руку, накрыл нас толстым багряно-красным щитом, через который не было видно ничего, что творилось снаружи.

– Я такие угрозы не оставляю без ответа, щенок, – процедил Ужинцев, не сводя с меня налившихся кровью глаз. – Ты еще не дорос до того, чтобы открывать свой рот в присутствии графа.

Меня окутал красный туман, который стремился проникнуть внутрь моего тела, но я был готов к этому. Все, что мне было нужно, это его спровоцировать, чтобы он первым ринулся в атаку. Магия жизни зеленым потоком хлынула из рук, образуя своеобразный щит, через который не мог проникнуть уплотнившийся, разъедающий мою кожу дым. Когда изумрудного цвета кокон был полностью сформирован, я разбил его, развеивая тем самым заклинание старого графа.

Энергия жизни хлынула из моих рук, формируясь в множество тонких нитей, которыми я без труда проник в тело графа, несмотря на наложенный на него щит, больше напоминающий засохшую кровавую корку. Сразу после этого, жизненная энергия мужчины довольно массивным потоком ринулись от Ужинцева ко мне, концентрируясь в кольцах и буквально за несколько мгновений ослабляя противника. Он одновременно держал щит, чтобы Шмелев не успел прийти мне на помощь, и старался магией крови воздействовать на мое тело. Но я явно был сильнее, и с легкостью подавлял любые попытки манипуляции моей собственной кровью.

Щит начал трещать под попытками пробить его из вне. Пора действовать. Тонкая нить огненной магии начала неохотно вплетаться в нити жизни, которые уже полностью оплели сердце графа, воздействуя на него и заставляя замедлять свой ритм. Слияние потоков прошло быстро. До этого дня у меня получилось это сделать только однажды, но гнев – довольно неплохая мотивация. Под воздействием фиолетового пламени, кровь мужчины начала нагреваться, но этот эффект он легко смог подавить. Правда, если бы мне было необходимо, чтобы он пострадал от огня, то он бы уже корчился на полу горящим трупом. Но сделать нужно все чисто, оставить след моей магии и зарядить на полную накопители, макры в которых светились ярко, говоря о том, что до полного их насыщения осталось совсем немного. А теперь настала очередь основы печати, которую необходимо наложить незаметно ни для графа, ни для остальных. Я заставил нити слегка сдавить оплетенное ими сердце. Секунда, и основа печати заняла свое место в груди мужчины, исчезая во вспышке резкой боли, которую почувствовал мой противник.

Щит распался, и нас с Ужинцевым откинуло в стороны друг от друга, приложив о стены. Граф схватился за грудь, стараясь отдышаться, а я направил поток исцеления к ранам, которые оставил после себя красный туман, разъевший не только одежду, но и кожу, местами проникнув довольно глубоко.

– Какого хрена вы творите?! – рявкнул Шмелев и открыл взмахом руки двери, впуская внутрь целителей.

– Я всего лишь защищался, – поморщился я, садясь на стул, теперь ожидая вердикта целителей.

– Защищался он, ты его спровоцировал, – прошипел дядя, подходя ко мне ближе и нависая надо мной. – Он маг крови седьмого уровня, и гораздо опытнее тебя. Тебе повезло, что ты жив остался. Я меньше, чем за минуту взломал его мощнейших купол, но и то думал, что от тебя только одно большое кровавое пятно останется.

– С восьмым бы не справился, но магия жизни очень хорошо работает против атак на крови. Уже проверено на его дочурке, – раны быстро исцелялись, оставляя после себя лишь небольшие красноватые пятна.

– Ослаблен, но никаких повреждений нет, – подошла к нам девушка-лекарь. – Я могу осмотреть следующего.

– Не нужно, – процедил Шмелев. – Он сам маг жизни. Все, уводите его отсюда, – отдал он распоряжение, и несколько охранников вместе с агентом имперской службы подхватили графа под руки, выводя из комнаты. Я бегло осмотрел его истинным зрением. Небольшие повреждения в его теле излечивала оставшаяся в его теле моя магия жизни, наверняка оставив свой след. Магии, оставшейся от основы печати, видно не было. Я посмотрел на кольца. Судя по собранной в них энергии, Ужинцев довольно крепкий мужчина. Многие бы уже умерли на его месте.

– А я думал, ты по статусу ниже, чем тот молчаливый агент, – встал я на ноги, оглядывая комнату, которая была залита кровью, оставшейся после разбившегося щита.

– Поговори мне еще, – хмыкнул Шмелев и осмотрел меня. – Красавец. И как ты вернешься в зал?

– Никак, позови Леру, домой поедем, у нас еще более приятные дела намечены на сегодня, нежели общение с высокомерной аристократией, – пристально посмотрел я в глаза дяди, усмехнувшись.

– Оставайся здесь. Я сообщу твоей жене, где тебя забрать, и валите отсюда. Завтра можете на занятия не приходить, и, Костя, я очень надеюсь, что о тебе ни сегодня, ни завтра больше не услышу, – махнул он рукой. Хотя я прекрасно знал, что он отдаст некоторые распоряжения охране, чтобы сообщали обо всех моих передвижениях. Но ничего, из дома я уходить не собираюсь, тем более, установленную на доме защиту не так просто обмануть.

Я провел в комнате от силы несколько минут, когда в нее вихрем ворвалась Лера, остановившись в дверях, пристально меня осматривая.

– Тебя на несколько минут вообще можно из поля зрения выпускать? – всплеснула она руками и быстро подошла ко мне. – Ты в своем уме, бросаться на главу рода, да еще и на мага высокого уровня? Тебе хоть немного полегчало, когда пар выпустил? – нахмурилась она, разглядывая кожу, на которой едва были заметны следы от ожогов.

– Знаешь, да, – подумав, кивнул я. – Никто не смеет безнаказанно причинять боль моей жене, – ровно ответил я, вставая на ноги. – Пойдем домой?

Она неуверенно кивнула и протянула мне пальто. Подождав, пока я оденусь, она осторожно взяла меня под руку. Обходными путями, стараясь не встретиться ни с кем по пути, мы вышли из поместья и тут же нырнули в уже подогнанный автомобиль. Лера о чем-то тихо говорила, но я в этот момент отслеживал печать.

Поздоровавшись демонстративно с охранниками в холле особняка, я остановился возле лестницы, преграждая путь Лере.

– Дай мне десять минут, потом я поднимусь, и ты выскажешь все, что думаешь, ладно? – прошептал ей на ухо.

– Я надеюсь, ты мне все потом расскажешь, – кивнула она и начала подниматься наверх, больше не задавая никаких вопросов.

Немного подумав, оглядывая стены истинным зрением, понял, что охранные чары на доме не статичны и постоянно меняют свой рисунок и точки воздействия. Не думаю, что мне по силам обойти их, не затронув какую-нибудь связующую нить. Поднявшись на второй этаж, я открыл дверь, увидев читающего газету Игната. Он подскочил и недоумевающим взглядом посмотрел на меня.

– Мне нужна твоя помощь, – тихо обратился я к нему, заходя внутрь и плотно закрывая за собой дверь.