- -
- 100%
- +
Обхватив себя руками, слегка покачиваясь, Алина смотрела в окно, пребывая глубоко в своих мыслях. Солнце уже практически скрылось за линией горизонта моря, которое частично было видно с их седьмого этажа. Закат окрасил небо в оранжевый цвет, а сентябрьская жара даже вечером не отступала. Уже до чёртиков хотелось прохлады, но первый месяц осени только вступил в свои права, а это значит, что прохладу можно черпать, как обычно, от кондиционеров.
Размышляя о пресности своей жизни, Алина слегка покачивалась на носочках. Весной они с мужем отметили одиннадцать лет совместной жизни – стальная свадьба. А радости от такой даты не было. Что-то незаметно исчезло, и на этом месте образовалась пустота. А скоро и вообще образуется вакуум. Хотела бы она что-то изменить и исправить в своей жизни? Возможно, что да, но она не знала как. А ещё совершенно не видела от мужа желания вернуть былую страсть.
Вова вёл размеренную жизнь, работа-дом, встречи с друзьями и исполнение супружеского долга два раза в неделю. Его всё устраивало, а вот Алину нет. Ещё в прошлом месяце она попыталась поговорить с мужем. Предложила даже совместный отдых вдвоём, на что муж лишь ласково улыбнулся, поцеловал в висок и вернул на землю своей работой.
— Алин, ну куда нам сейчас ехать? Забыла про ипотеку и кредит на машину? А Сашка?
— Что Сашка? Ему уже девять лет. Да и бабушка всегда под рукой.
— Я не об этом. Денег нам хватает в обрез. Ему надо на новый учебный год купить футбольную форму. Ты хоть видела, сколько стоят бутсы?
Закусив губу, соглашаясь с неоспоримыми фактами, Алина кивнула. Но мысленно, в обиду на мужа, добавила: «Приспособленец».
А ведь так и было. Вову всё устраивало. Всё в семейной жизни было как по часам. Жена уже дома с ужином, когда он является с работы. Секс только в кровати и в двух позах, а сын ходит в ту определённую секцию, которую выбрал именно муж. А за Алиной было право только принимать мужа такого, каким он хотел быть. Сама виновата, прогнулась в своё время, любила ведь!
Дверь ванной хлопнула, возвращая в реальность. Вова, напевая мелодию, с полотенцем на шее, вошёл на кухню и встал позади жены, целуя в плечо.
— О чём задумалась моя хранительница семейного очага?
Вот кто она ему! Не любимая, не королева его сердца. Хранительница! Какая банальщина, хоть бы врать научился красиво! Алина хмыкнула своим мыслям и повела плечом. Лучше она займётся своими обязанностями, чем будет и дальше копаться в себе и в серой блёклости своей жизни.
— Давайте ужинать.
— С удовольствием. Сань! Мыть руки и за стол.
Алина невольно поморщилась от громкого крика мужа и стала накладывать по тарелкам ужин. А как же хочется вырваться из унылого постоянства быта. Сходить в кино или ресторан. Даже просто погулять в парке всей семьёй с обязательным мороженым! Но это уже роскошь… Вова отмахивается даже от таких прогулок, ссылаясь на усталость. Но всё же она позволяет себе прогулки с сыном - ребёнок должен чувствовать участие родителей в своей жизни. И пусть это будет хотя бы только мама.
— Как дела на работе? — муж мгновенно взялся жевать, но молчать за столом не в его правилах.
— Пока нормально.
— В смысле – пока?
Алина пожала плечами, и одним движением включила чайник.
— Кто чай будет?
— Я! А зефир ещё остался? — спросил Сашка, накалывая котлету.
— Остался, — улыбнулась Алина, присаживаясь напротив мужа. — Я тебе рассказывала про пертурбацию руководства в нашей больнице.
— А, точно, припоминаю. И?
Даже тот факт, что он опять слушал жену вполуха, уже не расстраивал и не бесил, как раньше. Тщательно прожевав, Алина продолжила.
— Ещё не видела главврача, но слухи ходят самые разные.
— Сволочь?
— Вова! Ну не при сыне и не за столом.
— Прости.
Даже извинялся неискренне. И этот факт тоже уже встретился с полным равнодушием.
— Не знаю. Говорю же, мы не встречались. Почти месяц, как он рулит, а на планёрках мы не встречаемся. То я не могу, то он на операции и Виктор Станиславович вместо него.
— Удивительный начальник.
— Да, практикующий хирург.
Владимир, недослушав, взял пульт от телевизора и стал клацать каналами. Алина же вынуждена была обратить всё своё внимание на сына. Ужин прошёл в обычном режиме. Мужу она была неинтересна, впрочем, как и сын. Вова отлично поужинал, посмотрел новости и, поблагодарив, ушёл в спальню, где тоже включил телевизор. Сашка чмокнул маму в щёку и также умчался в свою комнату играть с друзьями в сетевую игру на компьютере.
— А тебе, Ситникова, грязная посуда. Как и всегда, — горько усмехнувшись, Алина включила воду, намыливая губку.
Вспомнив про красный брют в холодильнике, перемыв посуду, Алина не стала отказывать себе в бокале вина, прекрасно зная, что сегодня от мужа ласки ждать бесполезно. Он ещё по приходе домой объявил о пятидневной командировке в Ростовскую область, а значит, ляжет спать раньше обычного. Ну и хорошо. Что есть муж рядом, что нет, всё одинаково. А иногда даже лучше, когда его нет.
Здесь, на кухне, она могла побыть наедине с собой, погрузиться в себя или просто помечтать. Всё чаще стали посещать мысли о кардинальном изменении жизни, но Алина была трусихой, разводиться боялась, больше из-за сына. Ребёнок должен жить в полной семье, вот только всё сильнее хочется простого женского счастья.
— Спокойной ночи, сынок.
— И тебе, мам.
Алина поцеловала сына в щёку и уже хотела выйти, но Сашка окликнул её.
— Мам, а можно я завтра после школы пойду к бабуле и у неё переночую?
— И ты решил меня бросить? — по-доброму пожурила она сына.
— Нет, мам! Просто там Колька к бабушке приехал, хочу с ним поиграть.
— А, ну это меняет дело. Конечно, можно.
— Спасибо, ты лучшая!
— И я тебя люблю. Но будь на связи.
— Конечно, — блаженно пообещал Сашка и отвернулся к стенке зевая.
Как Алина и ожидала, Вова уже мирно похрапывал на их двуспальной кровати, раскинувшись на спине. Тихо переодевшись, она юркнула на свою половину и тяжело вздохнула. Ещё один серый день прошёл, так и жизнь пролетит. Внезапная мысль заставила сильнее забиться сердце и широко открыть глаза.
А любила ли она своего мужа? Вот по-настоящему? До дрожи и бабочек в животе? Так, что даже час в разлуке кажется вечностью? Нет! Такого точно не было. Была страсть, влюблённость и быстрый брак, а потом всё пошло как по накатанной. Дом, ребёнок, вечная суета и забота... Прелесть! И так пролетело целых одиннадцать лет. А Вова любит или хоть капельку любил ли Алину?
И если честно, то это был скорее риторический вопрос. Алина не знала, как жить без любви. Ведь для себя она сейчас поняла, что в ней нет той, настоящей любви к мужу. И пусть он даже и любит её по-настоящему, уже ничего не изменится. Горько усмехнувшись своим выводам, Алина попыталась уснуть. Но это оказалось не так просто. В такую рань она обычно не ложилась спать, но и бродить по квартире без дела совершенно не хотелось. Сосредоточившись на завтрашнем дне и самых первоочередных задачах, Алина уснула.
***
— Сань, мы опаздываем!
— Бегу, мам!
Уже обутая и полностью собранная, Алина в последний раз кинула на себя взгляд в зеркало. Тёмные волосы убраны в строгий хвост, лёгкий макияж с обязательными чёрными стрелками для выразительности голубых глаз и светлый тон помады. Джинсовое платье и босоножки на невысоком каблуке. Весь образ простой, строгий, женственный, какой и должен быть у порядочной жены, матери и заведующей педиатрическим отделением.
— Пошли? Не забудь позвонить после школы.
— Обязательно, мам. А ты бабуле.
— Договорились.
Подбросив сына в школу, Алина вырулила в сторону городской больницы, включив любимый плейлист. Настроение было на троечку, как и вчера, как и позавчера. Её десятилетний Опель радовал умеренным звуком работающего мотора, она любила свою малолитражку. Припарковавшись на своём месте, Ситникова уверенно зашла через приёмное отделение и, здороваясь с персоналом, прошла в своё царство педиатров и детишек. Уже в кабинете, включив чайник, она одела халат и сразу же приступила к рабочей рутине.
— Доброе утро, Алина Михайловна, — заглянула старшая медсестра, а Алина мысленно приготовилась к очередной волне нытья. Не может эта дородная женщина радоваться жизни, вечно у неё всё не так.
— Доброе. Что-то случилось?
— Ничего особенного, хотела предупредить, что сегодня завезут новую мебель в ваше отделение.
— Хорошая новость. А во сколько?
— После обеда. А вы не в курсе? – удивилась она.
— Нет. Неужели новый главврач расщедрился?
— Он самый. Умничка такой, — блаженно улыбнулась та, вызывая у Алины ответную улыбку.
— Обязательно поблагодарю при встрече.
— Я вас позову, как привезут, скорее всего, это будет после обеда.
Вспомнив про закипевшую воду, Алина сделала себе крепкий кофе, второй за утро и села за стол, просматривая почту и открывая табеля.
— Привет, что с настроением?
— Привет, Маш. А что с ним?
Мария Григорьевна, педиатр пятого участка, зашла в кабинет с пышной картой и несколькими распечатанными листами и села напротив. Она была единственной, с кем Ситникова дружила ещё с мединститута. А ещё Алина была крёстной её дочки.
— Ты опять грустная.
— Нечему радоваться. Что у тебя?
— Направления в краевую на обследования.
— Справки все собраны?
— Обижаешь, зачем бы я тогда пришла.
— А почему сама пришла? Людей нет?
— Есть, соскучилась и заодно решила напомнить про выходные.
Алина нахмурилась, пролистывая и проставляя свою резолюцию, а попутно вспоминая про планы на выходные.
— Вижу, что забыла. День рождения твоей крестницы.
— Блин, точно. Прости, я плохая крёстная, — Алина вернула карту. — Что подарить?
— Сама не знаю, у неё всё есть. Давай деньги.
— Отлично.
— Бери Сашку и в пять ждём вас, адрес кафешки позже скину сообщением. И без машины. Будем с тобой пить вкусное коллекционное винишко.
Маша подмигнула подруге, на что та подняла руки вверх в знак согласия и капитуляции. Но уходить подруга не собиралась. Слегка подалась вперёд и выложила главную сплетню.
— Алин, вчера столкнулась с ним, — она глазами показала наверх, обозначая главного, — и пожалела, что замужем.
— А я так ещё и не познакомилась. И что?
— Что, что!? Нельзя мужикам быть такими.
— Какими?
— Охрененными! Ходячий тестостерон!
— Ой, да прям!
— Говорю тебе, — Маша закивала в убедительности головой, — высокий, здоровый, а руки… Закачаться можно! И не женат.
— Ты и такое узнала? — Алина уже вовсю забавлялась.
— Да все об этом болтают. Кариночка уже глаз положила на него.
Маша поморщила нос при упоминании анестезиолога второй бригады, которая к своим тридцати годам всё ещё была в активном поиске и с кем только не крутила романы в их больнице.
— Ну и флаг ей!
— Ага, удачи. Наш главврач, видимо, тот ещё крепкий орешек. Я даже поспорила с Иркой, когда он её пошлёт.
— Ой, всё, иди работай, сплетница, — улыбнулась Ситникова, делая глоток напитка из любимой именной кружки.
— Вечером подвезёшь?
— А ты не до трёх?
— Да, но надо разгрестись с отчётами.
— Правильно, а то по головке не поглажу.
— Злюка. Ушла.
По вторникам планёрок не было. Работа шла своим чередом и, что радовало заведующую педиатрией, без происшествий. Предупредив маму, что внук сегодня после школы придёт к ней с ночёвкой, погрузилась с головой в свои прямые обязанности. А к двум часам дня привезли новую мебель практически во все кабинеты: кушетки, столы, стулья. К концу недели обновят уже и процедурные кабинеты.
Сколько раз она просила прежнее руководство обратить внимание на её отделение, ругалась и слышала одни и те же ответы: денег нет, а вы терпите. Но, оказывается, всё возможно, нужно только сменить верхушку. Уже заочно Алина благодарила главного и потихоньку уважала. Осталось только выразить свою благодарить лично.
— Слушай, ну наш мужичара постарался, — Машка пристегнула ремень и тут же стала нахваливать главного. — Ещё бы зарплаты поднял и цены ему не было бы.
— Не всё сразу, мечтательница.
— А вдруг? Ну скажи, было бы классно?
— Не то слово как!
Попрощавшись с подругой, Алина не спешила домой, там её сегодня никто не ждал. Влад за целый день прислал всего одно сообщение, что доехал хорошо. Самой писать ему ей совершенно не хотелось. Покатавшись немного по городу, Алина заглянула в супермаркет, затарилась продуктами, побаловала себя приятной мелочёвкой в отделе косметики и уже к девяти часам направилась домой.
Подпевая радио, молодая женщина перестроилась в левый ряд, чтобы повернуть на главную дорогу, ведущую на выезд из города, где был несколько лет назад выстроен новый микрорайон. Не ожидая подвоха, она надавила на газ и тут же ощутила мощный удар в правую сторону. Машину откинуло на тротуар прямо в фонарный столб, уложив набок. Сработали подушки безопасности, придавливая, не давая сделать необходимый вдох.
2 глава
Голова раскалывалась, в нос ударил лёгкий запах дыма, а липкий страх стал пробираться по позвоночнику, подкидывая страшные картинки. Алина попыталась пошевелиться, чтобы понять для себя, насколько плохи её дела, и разочарованно застонала. Подушка безопасности не позволяла сдвинуться даже на миллиметр, но женщина смогла вытянуть левую руку из неё и немного отжать от лица. То, что она лежит на боку, немного свисая направо, поняла по боли от рычага ручника, врезающегося вбок. Вылезти из машины самостоятельно возможности не было. Оставалось ждать, когда придёт помощь.
— Вызывайте скорую!
Алина замерла и сосредоточилась на глубоком, красивом и очень властном мужском голосе. Дверь несколько раз дёрнули, и вскоре она открылась. Мужские руки справились с удушающей подушкой, отстегнули ремень безопасности и осторожно вытянули её из салона. Резко накатила тошнота, Алина только успела сделать два слабых шага в сторону и её вывернуло на асфальт.
— Держите, — тот же голос привлёк внимание к протянутой руке с платком, а другая рука обжигала поясницу.
— Спасибо.
— Как вы себя чувствуете? Что болит?
Безумно хотелось пить. Выпрямившись, Ситникова посмотрела на свой Опель и чуть не разрыдалась от понимания, что осталась без машины. Рядом стоял мужчина, продолжая удерживать её за талию и ждать от неё ответа. Как она себя чувствует? Уже не так плохо. Но морально плохо! Пульсирующая боль в голове стала отступать, а неожиданная рвота принесла облегчение. Мысленно пройдясь по телу, отметила, что кости целы, ныло только в том месте, где больно упирался ручник.
— Наверно… Всё нормально, ничего не болит.
— Удивительно. Вы можете стоять самостоятельно?
— Думаю, да.
— Хорошо, мне надо взять телефон из машины и вызвать ДПС.
— Да, идите, — Алина махнула рукой, не оборачиваясь, и оперлась о свою машину.
— Нет, лучше пройдёмте со мной.
Мужчина безапелляционно обхватил Алину за плечи, плавно повернул к себе и заглянул в глаза, слегка склоняясь из-за высокого роста. Зависая в серебристых глазах, Ситникова кивала на автомате, совершенно не улавливая смысл задаваемых вопросов.
— Отлично, но, если вдруг станет хуже, хватайтесь за мою руку и не молчите.
— Пос...постараюсь.
Как оказалось, машина этого высокого с удивительным цветом глаз мужчины стояла посередине злосчастного перекрёстка и была второй участницей аварии. Бережно усадив Алину на пассажирское сиденье, он протянул ей закрытую бутылку минеральной воды и отошёл, вызывая сотрудников полиции, чтобы оформить ДТП. Алина пила мелкими глотками, со слезами на глазах рассматривая свою любимую машину и понимая, что ремонт выйдет в крупную копеечку, а денег нет и не будет.
— Как вы?
— Уже лучше, спасибо.
— Но лучше, чтобы вас осмотрели, — кивнул мужчина на карету скорой помощи, из которой вышли врач и фельдшер.
Медработники быстрым шагом подошли к машине со стороны Алины и стали задавать вопросы, игнорируя саму Алину. Незнакомец отвечал за неё, и вскоре они приступили к главному – полностью осмотрели несчастную, взяли экспресс-анализы и, уверившись, что состояние пострадавшей удовлетворительное и она не нуждается в госпитализации, уехали.
— Рад, что с вами всё нормально.
— Жаль, что вы с самого начала мне не поверили.
— Да, простите, но удивительно, как вы после такого вообще целы остались, — улыбнулся он, а у Алины тёплая дрожь прошла по телу от такой улыбки.
— Сама в шоке. Вот только это не скажешь о моей машине.
Мужчина перевёл взгляд на её разбитую машину и тяжело вздохнул, но в следующую секунду его лицо снова озарила улыбка.
— Ерунда!
— Я так не думаю.
— Нет, правда, всё поправимо!
Алина криво усмехнулась и отвела взгляд от своей машины, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глазах и грозятся прорваться потоком.
— Это я вас не пропустил, и по моей вине случилась авария с вытекающими последствиями, и моя страховая, как и я, несёт ответственность, — он замолчал на секунду, а потом полез в бардачок, наклоняясь к Алине слишком близко, обдавая умопомрачительным парфюмом. — И я немедленно позвоню им на горячую линию.
— Так и есть, но всё равно временно я осталась без машины.
— Да, извините, ремонт будет небыстрый, — с сожалением закончил он.
Мужчина снова отошёл, набирая номер страховой. Ситникова откинула голову на подголовник кожаного кресла. Сумасшедший аромат до сих пор щекотал рецепторы в носу, а голос этого привлекательного образца мужского пола нравился ей всё больше. И это при таких обстоятельствах! «Совсем в своей пресности с ума сходишь, что реагируешь на чужого мужика. Ты даже его имени не знаешь» – одёрнула она себя.
— Всё сообщил, они ждут отчёта от сотрудников ДПС. А нам остаётся их дождаться, — он сел на водительское кресло и протянул руку, — Никита.
— Алина.
— Приятно познакомиться, Алина.
— Взаимно.
Повисла небольшая пауза. Алина осторожно высвободила свою руку из тёплой ладони, мысленно поражаясь, какая у Никиты красивая кисть с длинными пальцами. «Такими руками только оперировать», проскочила мысль, и она тут же себя одёрнула. Она любуется мужской рукой, замирает от красивого голоса… точно хорошо приложилась головой.
— Алина, я могу, как-то временно или нет, загладить свою вину?
— Вы о чём?
Она не понимающе свела брови и залюбовалась его неуверенным движением. Никита провёл пятернёй по волосам и повертел в руке телефон.
— Может, я могу вас чем-то угостить? Скоро подъедет эвакуатор и заберёт вашу машину. А уже завтра агент из моей страховой приедет на СТО и оценит ущерб, причинённый вашей машине.
— А можно на «ты»? — И чуть не зажмурилась от своей смелости.
— Конечно, сам хотел предложить. Ну так как, Алин?
— Можно, — улыбнулась тому, как красиво и естественно прозвучало её имя, — кофе?
— И всё? Это не серьёзно. Возможно, нам придётся тут просидеть несколько часов. — Никита посмотрел на время и стал набирать в поисковике ресторан с доставкой. — А я очень голоден. Поддержишь меня в ужине?
— У меня нет выбора, — Алина пожала плечами и снова перевела взгляд на свою машинку.
— Ну почему же? Ты можешь отказаться и смотреть голодными глазами, как я ем. А потом я не выдержу, обязательно поделюсь своим ужином с тобой и останусь голодным.
Шутка была засчитана. Алина тихо рассмеялась, не обращая внимания на боль в затылке. Этот Никита ей определённо очень нравился. Подняв руки вверх, девушка сдалась. Никита подмигнул и стал делать заказ.
— В течение пятнадцати минут доставят.
— Хорошо.
Удобно устроившись на сиденье, Никита внимательнее осмотрел пострадавшую по его вине девушку, прикидывая, сколько ей лет. Среднего роста шатенка, приятная улыбка и пока непонятного светлого цвета глаза. Стройная, кольца на руке нет, держится уверенно, а смех просто бесподобен. А вот с возрастом так и не смог определиться, но это было и неважно.
Аварийка мигала в салоне красной лампочкой, откидывая тени на лицо Никиты. Алина изо всех сил старалась украдкой его получше рассмотреть, но это ей стоило усталостью глаз и нарастающей головной болью. Но то, что она увидела, ей нравилось. Хозяин красивых рук не имел обручального кольца. Он точно был старше её и имел хорошее чувство юмора. Высокий, поджарый и явно следивший за своей фигурой, ещё несколько плюсиков в его копилочку.
Многолетнее замужество тут же напомнило о себе. Алина вспомнила мужа и невольно сравнила его с Никитой. Разочарование в супруге горечью разлилось в груди и ей от чего-то стало стыдно. Вот так тоже бывает, что стыд приходит не за себя, а за того, кто рядом. Дёрнув головой, Алина отругала себя за такие мысли. Она не имеет права сравнивать этих мужчин, это просто неправильно и не подобает верной жене.
Никита видел, как его соседка от чего-то притихла, и чтобы немного разрядить атмосферу, включил магнитолу, настраивая на самое спокойное радио. За это он получил благодарную улыбку и ответил тем же. Каждый думал о своём. Алина о том, как теперь будет добираться от работы до дома; как расскажет обо всём маме и сыну и, конечно, мужу по его приезду. Как отреагирует Вова, даже предполагать боялась. Лишние расходы, а она почему-то всё ещё думала, что ремонт по страховой не покроет все поломки, явно мужа не обрадуют.
Никита же думал о завтрашнем дне, мысленно составляя список рабочих моментов, даже сейчас он не мог выкинуть работу из головы. А ещё хотел, чтобы быстрее приехали гайцы и заказанный обед, желудок настоятельно требовал пищи, тихо поскуливая. Он сегодня жутко устал, а завтрашний день будет такой же сложный. Новая работа требовала от него много сил, как физических, так и моральных. Поэтому сон именно сейчас был по-настоящему бесценен.
Мобильный Никиты пискнул уведомлением, что через пять минут подъедет эвакуатор от страховой. Он улыбнулся, что первый этап закончился, и поспешил поделиться этим с Алиной.
— Это хорошо.
— А будет ещё лучше, когда привезут еду.
Закрыв глаза, Алина попыталась дышать глубоко и ровно, чтобы естественно унять боль, но это не помогало. Вопрос Никиты был очень кстати.
— Алин, только честно, не надо строить из себя героиню, что болит?
— Небольшая пульсирующая боль в затылочной части.
— От удара, — он махнул головой на её машину.
— Нет. Уверена, это мигрень.
— Ясно. Могу помочь, есть у меня хорошее обезболивающее.
Покопавшись в своём портмоне, он протянул Алине блистер с красными капсулами. Улыбнувшись совпадению, ведь только эти таблетки помогали ей при мигрени, Алина запила таблетку и поблагодарила мужчину.
Как и было обещано, эвакуатор приехал вовремя. Мужчина в зелёной спецовке немедленно приступил к работе, начиная прикреплять ремни и цепи к Опелю Алины. Никита вышел с ним переговорить, на корню пресекая её попытки самой всё решить, ссылаясь на её болезненное состояние.
— Ну всё, дальше всё будет так, как я тебе сказал, — заключил Никита, возвращаясь в салон своей машины.
— А твоя машина?
— Мелочи, разберусь, — отмахнулся он, оживляясь, когда к ним подъехала машина с долгожданной едой. — Ну слава богу! Теперь и ждать будет веселее.
Забрав заказ у курьера, Никита сел обратно в салон и быстро организовал импровизированный стол, раскладывая пластиковые контейнеры между ними. Шумно втянув ноздрями воздух, мужчина пожелал приятного аппетита, Алина ответила тем же. Наслаждаясь едой, они нашли несколько общих тем для разговора. И это было настолько естественно и интересно, что Алина поразилась лёгкости их общения.
— Никита, это провал! — занервничала Алина. До неё только сейчас дошло, что вместе с машиной, которая укатила на эвакуаторе, уехала её сумочка с документами, телефон и даже ключи от квартиры.
— Не понял.
— Мои вещи и документы уехали на эвакуаторе. Что делать?
— Вот же чёрт! — Он провёл рукой по голове, сразу понимая глобальность проблемы. — Мы даже самостоятельно не сможем составить европротокол.
— А полиция?
— Так, отбросить панику, сейчас что-нибудь придумаем.
Никита потянулся к видео регистратору и, промотав видеозапись, довольно улыбнулся.
— Ну кое-что у нас есть. Посидишь немного одна? Надо позвонить.
Не дожидаясь ответа, Никита выскочил на улицу, снова набирая номер страховой и уверено договариваясь, чтобы агент за дополнительное вознаграждение привёз им документы Алины. К его большому удовольствию, страховая компания пошла на встречу, выслали данные агента и пообещали в течение часа его присутствие с дальнейшей помощью при оформлении ДТП с представителями полиции.