- -
- 100%
- +
Глава 1
Дарья
Мой сюрприз мужу должен быть идеальным в мелочах и фееричным в финале!
Именно с такой мыслью я спешила в шикарный отель, в котором остановился мой муж. Сейчас у него запланированная деловая встреча с очередными застройщиками. К этому мероприятию он готовился больше месяца, рисуя огромные прибыли нашей компании и расширение границ на рынке недвижимости. Что ж, я всегда рада, когда у Миши всё получается, хоть и отошла от дел пару лет назад.
И, конечно, я хотела отметить успех с любимым человеком. С тем, с кем уже больше двадцати лет вместе. С тем, с кем съели много пудов соли с грязью, но не сломались. Я была готова как никогда! Вспомним наши горячие ночи в молодости. На меньшее я не рассчитываю.
– Добрый вечер, – на ресепшене мне приветливо улыбнулась девушка, – могу я попросить ключ от номера моего мужа, Белоусова Михаила Романовича? Я его жена, – протянула свой паспорт, развёрнутый на страничке «семейное положение», – мы договаривались, что я приеду чуть позже. Он вас не предупреждал?
– Здравствуйте, Дарья Николаевна. К сожалению, не было никаких инструкций. Сожалею.
Девушка вернула паспорт и сочувственно поджала губы. Но разве меня это остановит? Достала пятитысячную купюру и вложила в паспорт, снова протягивая его девушке.
– Возможно, он забыл, но мы ведь можем что-то придумать? У нас с мужем годовщина, фарфоровая свадьба. Нельзя пропускать такое событие…
– Вы правы, – она ловко убрала купюру в карман униформы, широко улыбаясь. – Неправильно будет из-за какой-то мелочи отменить «особое событие».
Везде рулят деньги. И данный случай не был исключением. Но обидно то, что при диком желании порадовать мужа я должна дать взятку. Неприятненько.
Девушка-администратор протянула ключ-карту, подсказала, на каком этаже находится номер, и пожелала счастья на моё маленькое враньё ради дела. Фарфоровую свадьбу мы отметили в прошлом году, но это уже не важно. Кивнув в ответ, я двинулась к лифтам, крепко удерживая небольшую сумку с вещами. Всё самое важное и сексуальное было уже на мне.
Рассматривать отель мне было некогда, но то, что место дорогое и явно пафосное, кричало со всех сторон. Даже лифт был максимально наворочен модными примочками и классической музыкой. Оценила, пока поднималась на седьмой этаж.
Полулюкс встретил меня темнотой и слабым ароматом свежих цветов. Но стоило включить свет, как я ахнула в голос от размеров кровати. Она воистину была огромной! У нас дома тоже была большая кровать, ведь мой муж немаленький мужчина. Его почти два метра иногда сильно мешали жизни. Но этот сексодром выигрывал по всем фронтам! В голову моментально полезли пошлые фантазии, которые обязательно надо будет осуществить на этом чуде-чудесном, заправленном рубиновым покрывалом.
– Очень миленько, Миша. Любишь со вкусом отдыхать в командировках? – хмыкнула себе под нос, быстро обследуя большой номер.
Погасив свет и удобно устроившись в кресле напротив кровати, настроилась на встречу с мужем. Мой сюрприз не был оригинален, но такое всегда работает! Любимая женщина в дорогом секси-белье – чем не лучший способ скрасить одиночество? Думала до тех пор, пока не открылась дверь и мой благоверный сам не сделал мне сюрприз.
– Ммм… Миша, давай в душ? Ох, не кусайся…
– На хрен душ! – прорычал муж, толкая девицу на кровать. – Я готов был тебя трахнуть ещё в лифте.
– Мой тигр… Всегда знала, что не стоит с тобой играть на деловых встречах, – она села на край и запустила свои ручки под рубашку Миши, – но не могу сдержаться. Накажешь, как обычно?
Ну ничего себе! Сюрприз так сюрприз! Не в силах двинуться, я смотрела на парочку, которая хаотично срывала с себя одежду, и чёртового света с улицы было достаточно, чтобы всё отлично видеть.
Шок. Боль. Омерзение. Вот что я почувствовала в первые секунды, а потом… Потом пришло понимание: быть свидетелем грязного сношения моего мужа с какой-то потаскушкой мне совершенно не хочется.
– Накажу так, что ещё попросишь, – рыкнул муж, расстёгивая ремень брюк и хватая девицу за волосы.
– Какие у вас интересные ролевые игры! Продолжайте, не стесняйтесь, – как мне только хватило сил протолкнуть язвительные фразы, не понимаю. Но я дала им понять, что они не одни.
Миша резко оттолкнул женщину и повернулся на голос. А та отползла по кровати до самого изголовья, прикрывая голую грудь подушкой. Вот кому предназначался этот огромный сексодром! А тут я со своей фантазией о жаркой ночи с единственным и любимым мужем. Гадость.
– Даша… Какого хрена ты?..
– Прерываю твои голодные игры? – как же тяжело спокойно говорить и держать лицо, когда внутри тебя разрывает на ошмётки, когда булыжник от боли в горле не протолкнуть.
Белоусов ринулся к выключателю, а мне пришлось встать. Ремешки для чулок неприятно впились в кожу, ноги в туфельках уже сдавило. Но это всё были жертвы красоты для мужа, которому это, оказывается, совершенно не надо! Он готов трахать баб даже в лифте!
– Что ты тут делаешь? – двинулся он на меня.
– Ловлю мужа на измене. Такой ответ тебя устроит?
– Нет. Даша, ты сейчас должна быть дома…
– Да, я знаю. А ты один в номере и «безумно скучать по мне», – напомнила ему его утреннее обещание перед тем, как он отправился на самолёт. – А получается, что ты не скучаешь.
– Твою ж… Мира! – рявкнул муж, не оборачиваясь. – Выйди…
– О, Мирочка! Так это ты не даёшь скучать моему мужу? Жену замещаешь? – сделала шаг к кровати, стреляя взглядом, полным омерзения, в сучку. – Ну хоть не шваль подворотная… И давно ты меня изображаешь в постели?
– Даша…
– Дай ей ответить, Миша, – подняла руку, затыкая мужа.
А самой хочется орать, реветь, драться и кусаться. Но разве я могу себе это позволить? Ни в коем случае! Опускаться и устраивать разборки – не моё.
– Дарья Николаевна, я… Вы не правы. Всё не так.
– А как, Мира? Разве не ты минуту назад стонала и просила моего мужа наказать тебя? Только не надо строить из себя невинную овечку и уверять меня, что вы перебрали и вас чёрт попутал. Я прекрасно слышала, что ты не в первый раз спишь с моим мужем, – на последней фразе я скривила губы, так тошно было их произносить.
– Даша, хватит! Успокойся, ничего такого не случилось. Мира, вышла!
Глава 2
Дарья
– Сидеть! – тут же приказала я, и Мирочка застыла, переводя свои глазищи то на одного, то на другого.
– Даш, давай спокойно поговорим. Без свидетелей, прошу, – Миша снова завладел моим вниманием и встал рядом.
Вот смотрю на него без рубашки, с растрёпанными волосами, в которых уже отлично просматривается седина, и не узнаю. Вроде всё тот же человек, всё тот же Миша, а вмиг стал чужим. За какие-то минуты я потеряла мужа и опору в одном лице. И это только по его вине. Осознание потери причиняет ещё большую боль. Хотя, кажется, куда больше?
Боль разливается и проникает в каждую клеточку. Начинает болеть всё: от души до волос и ресниц. Безумно хочется согнуться пополам, обхватить голову руками и выть. Но я стою и смотрю на него.
– Без свидетелей? Миш, ты что-то путаешь. Мирочка не свидетель, а твоя подстилка.
– А вот оскорблять не стоит! – послышался голос с кровати. – Вас, Дарья Николаевна, это не красит. Вроде взрослая женщина, а говорите, как хабалка!
– Прости, а ты кто такая, чтобы учить меня, как разговаривать с подстилками? Ты дрянь мерзопакостная, которая в ножки мне должна кланяться. Но вместо этого ты свои ножки умело раздвигаешь! – да, меня понесло.
Ярость, словно цунами, затопила тело и разум, давая новые силы. За них я и уцепилась, как за спасительный круг. Никогда не была склочной женщиной, всегда пыталась вырулить из ситуации без ругани и тем более мордобития. Да и не по статусу как-то. Но когда-то же всё бывает в первый раз! А эта мамзель прям сама нарывается.
– Даша, я тебя очень прошу успокоиться. Я всё объясню.
– Миша, вот чего ты заладил: «Успокойся да успокойся»? Разве не видишь, что всё под контролем? Я не ору, не зову сюда людей, не рву никому волосы на голове… И очень жду твоих объяснений.
Снова села в то самое кресло. Откинулась на спинку и закинула ногу на ногу, рукой подавая жест, мол, начинай.
– Чёрт… Ты правда всё не так поняла. Я не сплю с Мирой, а просто… – Миша присел передо мной на корточки и попытался дотронуться до коленки. Пришлось отпихнуть, лишь бы не притрагивался своими грязными руками. – Даш… У Миры там что-то с платьем было, она попросила помочь. А про накажу… Так это… Э. Мы шутили! Подписали важный договор, помнишь, – он говорил будто с малым дитём, кивнула, – а потом отметили, и зашёл разговор про наказания детей. Вот мы это вспомнили.
– Как мило!
Не выдержала, встала и громко зааплодировала импровизации Белоусова. Если бы он знал, как жалко звучали его на ходу выдуманные оправдания.
– Прекрасно, Миша. А теперь быстренько что-то придумай про ваши поцелуйчики и её голую грудь, – тыкнула пальцем в девицу, которая так и продолжала прикрываться.
Миша перевёл растерянный взгляд на кровать и громко выматерился. Директор крупной фирмы, как некрасиво. Хотя самой ещё некоторое время назад хотелось материться в голос на них и на мою поломанную жизнь. Сейчас же меня разбирал смех. Я загнала муженька в угол и наслаждалась его слабостью, хоть и временной.
– Дарья Николаевна, платье само упало…
– Конечно, милочка. И на колени ты встала, чтобы его подобрать, а не удовлетворить моего мужа орально.
Они реально меня за идиотку принимают? Цирк, да и только. Потерев переносицу, решила, что пора этому цирку закругляться. Единственный зритель теряет последнее терпение и самоконтроль.
– Хотите правду? Скажи ей, Мишенька.
– Да. Скажи мне, Мишенька, – мои брови резко поползли вверх.
Ух, какая смелая Мира! А Мишенька-то хвост поджал.
– Мира… заткнись. Даша, давай выйдем и поговорим. Нормально, – на последнем слове он жёстко вцепился в моё предплечье, утягивая за собой к входной двери. – Приведи себя в порядок и уходи, Мира.
– Но куда? Мы же номер сняли на двоих…
– Пусти, Белоусов. Всё ясно и так, – вырвала руку и снова вернулась к кровати. – Смелости твоему Мишеньке не хватит. Видимо, кишка тонка. Так давай тогда ты выкладывай.
– Дарья Николаевна, полегче. Вам не двадцать лет, чтобы так нервничать. Ещё сердечко раньше времени прихватит. Мне Миша много рассказывал про вашу болезнь, поберегите себя.
– Мою болезнь? Очень интересно… Продолжай.
– А что тут продолжать? Мишенька устал от вас и обещал после этой сделки подать на развод, – мерзавка встала во весь рост и откинула подушку в сторону, выпячивая свои прелести. Дрянь. – Мужчинам всегда нравится молодое, подтянутое и красивое женское тело. И я два года дарю себя и своё тело Мише.
– Мира! Да заткнись же ты!
Два года. Ещё один удар… и он похлеще первого. В то время, когда я боролась с опухолью в самом главном женском органе и не могла позволить себе телесные радости, моя стена и опора решил поискать удовольствия с другой. И продолжает до сих пор. Мне словно в голову выстрелили. Вот только жаль, что замертво упасть не могу.
– Два года…
Повторила на автомате и двинулась к выходу, попутно хватая сумку с вещами. Больше не могла и не хотела видеть этих двоих. Они меня наживую расчленили, вырвали сердце и порезали его на мелкие кусочки. Одна душа громко воет внутри. Срочно уйти, не дать им права издеваться и тем более жалеть.
– Даша, родная, постой. Ты куда? – Миша перегородил дорогу, хватая за плечи. – Мира сейчас свалит, и мы поговорим. Она чушь несла, ничего я такого ей не обещал!
– Пусти…
Не было сил поднять голову и посмотреть в когда-то любимые карие глаза.
– Нет. Куда я тебя в таком состоянии пущу? Ты моя жена, мать моего единственного ребёнка. Та, которую я люблю. И уж точно не отпущу. Останься со мной.
– Разве ты не понимаешь, что меня тошнит от тебя и твоего вранья? Дай мне пройти.
– Даш, не делай глупости. Уже поздно. Почти ночь. Чужой город.
– Мне плевать, лишь бы не рядом с тобой. Прочь! – толкнула его в грудь. Но это как пытаться многотонную глыбу сдвинуть. – Продолжай начатое со своей подстилкой, а я видеть тебя не могу.
– Хорошо. Давай сделаем так. Отпустить тебя я не отпущу, но дам тебе возможность прийти в себя без меня. Мы спустимся на ресепшен, я сниму тебе ещё один номер. Ты спокойно отдохнёшь, а утром мы поговорим.
В его словах был смысл, но разговаривать я уже не собиралась. Да и зачем? Он всё разрушил. «Нас» больше нет. И мне срочно надо остаться одной, чтобы успокоиться и начать действовать. Я так просто не сдамся. Миша меня плохо знает.
– Хорошо, сними мне номер.
Глава 3
Михаил
Всё время, пока я решал вопрос с ещё двумя номерами, Даша стояла в стороне. Она всячески старалась вести себя так, словно я для неё чужой человек и само моё существование на планете ей омерзительно.
Охренительно я влип! Профокапился по полной! И что теперь делать, даже не представлял.
– Твой ключ-карта, иди к себе, Мира.
Вернувшись в номер, чуть снова не зарычал. Ну почему с женщинами так сложно? Моя рабочая любовница лежала на кровати во всей своей нагой красе. И ведь ей было что показать и что предложить. Отлично проработанная силиконовая грудь, не прикопаешься. Губы бантиком, глазища огромные, ноги от ушей… Таких с первого взгляда хочется трахать и не думать, что у этой куклы в голове. Хоть полный вакуум. Странно, что такая красотка в разводе, но это никогда меня не парило.
– Я тут подумала, дорогой… Ну, раз уж всё так удачно вскрылось, – она по-кошачьи стала подбираться к краю, прогибаясь в спине, – мы можем спокойно продолжить. Я до сих пор жду твоего наказания.
– С ума сошла, Мира?! Твою мать! Одевайся!
Кинул ей платье и отошёл к окну. Злость на дуру заполняла грудь. Вот какого чёрта она вообще открыла свой говняный рот? Я бы успокоил Дашу. Всеми способами умаслил её, нашёл бы ту точку, на которую смог бы лаской и нужными словами надавить. Теперь же… Теперь я не знал, что мне делать и особенно что говорить.
– Мишенька, не всё так плохо. Ты сам мне сколько раз рассказывал, что с женой у тебя не такой яркий секс. А я тут, с тобой рядом…
– Идиотка! Я люблю жену. Она единственная, кто мне нужен! – снял её руки с груди и резко повернулся, прожигая взглядом. – Сколько тебе лет? Напомнить?
– Спасибо, помню.
– Вот! Тебе, твою мать, уже тридцатник! И могла бы научиться определять ложь ради секса от истинных слов. Я, – нагнулся к её лицу, выплёвывая правду, – нёс всякую чушь, чтобы ты чаще и больше мне давала. И должность тебе дал, чтобы ближе ко мне была. Разве не этого ты хотела?
– Я… я думала…
– Не думай, тебе не идёт. С тобой я сливал своё неудовлетворение.
– Я тебе унитаз, что ли?
– Думай как хочешь, но рот открывать тебе никто не позволял.
Ухмыльнулся её дрожащим губам и отошёл к двери, показательно открывая.
– Не была бы дурой и свалила б, как сказал, сейчас бы не пускала слюни. Проваливай.
– Зря вы так, Михаил Романович. Я ведь на многое ради вас готова… Но я подожду, и мы снова будем вместе.
– Всё, Мира, уходи. Домой добирайся сама. И не вздумай пересекаться с Дарьей Николаевной!
Очень рассчитывал, что мои слова достигли цели и не придётся любовнице угрожать. Может, она не такая тупая и сможет прочитать предупреждение между строк.
Молча выдержал театральное надевание платья на голое тело и ждал, пока Мира подхватит остальное барахло с туфлями и выйдет.
У меня была всего ночь, чтобы придумать, как выпутаться из узкого ректального местечка с минимальными потерями. Я не хотел рушить семью. Видит бог, не хотел и максимально пытался скрывать свою слабость. И принёс же чёрт Дашу именно сейчас!
Сколько раз порывался порвать с Мирой, но каждый раз меня ждал провал. Сочная тридцатилетняя женщина, которая готова на любые приключения со мной. Разве такое не вскружит голову, не снесёт все принципы и уставы к чертям собачьим?
Пять лет назад за Миру попросила свояченица Юлька. Возьми хорошую девочку, ей после развода тяжело, работа нужна такая, чтобы не скучала и на ноги быстро встала. Пошёл навстречу, помог и быстро забыл, спихнув новенькую на опытного менеджера. Тогда мы ещё с Дашей вдвоём рулили. А когда она стала часто носиться по докторам и в один прекрасный день ошарашила жуткой новостью, решил, что жене нужен покой и отдых. Всё же недвижка – это ещё тот стресс.
Дашка ушла в здоровье, дочь уехала на учёбу, а я с головой – в работу. Дни летели, лечение жене толком не помогало. Видел, как страдает, хоть и пытается держаться передо мной сильной и здоровой женщиной. Поддерживал, как мог. С ума сходил от мыслей, что могу жену потерять. Но хуже становилось, когда мужское здоровье прям било в голову, как по наковальне. Терпел, пытался справляться сам…
И тут Мира стала чаще на глаза попадаться. То зайдёт в облегающей юбочке, бёдрами покачивая. То случайно столкнётся со мной после работы и сиськами перед глазами мельтешит. Сорвался и отвёл душу. Мира клялась в любви и вечной доступности, лишь бы был с ней рядом, а я… А я решил, что пока Дашка не поправится, буду справлять нужду на стороне, не мелькая злым лицом перед женой.
И эта командировка должна была быть финальной в интрижке с Мирой. Слишком затянул, слишком много себе и этой девушке позволил. А ведь мог уже спокойно наслаждаться любимой женщиной, не боясь разоблачения. Понимал, хотел и не успел. Жалел, корил себя? И да, и нет. Я взрослый мужик, который должен понимать, что именно я накосячил, а значит, мне всё исправлять.
– Да твою ж!.. – откинулся на кровать, ладонями растирая лицо.
Ну всё же шло хорошо, по плану. А теперь дурдом какой-то. С чего Мира взяла, что я разводиться собрался? Дура полная. Ещё про болезнь Даши вспомнила. В ту минуту готов был её удушить. Из хаотичных мыслей вывел звонок входящего. Снова нацепил очки и пошёл на звук, не совсем понимая, где мой мобильный.
– Пап! Ну хоть ты на связи! Привет.
– Привет, Алис. Что случилось? Только не говори, что уже рожаешь.
Звонкий смех дочери слегка расслабил натянутые нервы.
– Не смешно уже. Ты с самого начала моей беременности подкалываешь, вот тебе последнему позвоню, и то только когда рожу. Я маме не могу дозвониться. Она вроде должна быть дома, всегда на связи…
– Э. Так она ко мне приехала, – не буду же я врать дочери, но и всю правду не скажу. – Сейчас уже спит.
– Ого. Родители решили пошалить? Ну, здорово.
– Ага. Есть такое. Может, ей что-то потом передать? Ну… как проснётся.
Знал, что Дашка не станет впутывать дочь. Не в её характере. Тем более Алиса на седьмом месяце. А значит, пока минус одна проблема.
– Не надо. Вы завтра же домой?
– По планам – да. Но, может, задержимся… Как там мой зятёк?
– Уже дрыхнет. Ладно, папуль, пока. Целую.
– Я тебя тоже, дочь.
Скинув звонок, с минут пять пялился в стену. Даша не ответила на звонок дочери. Это было странно. И это пугало. Встряхнув головой, понял одно, что не могу просто так сидеть и крутить мысли по кругу. Мне надо знать, что с женой. Может, даже получится поговорить, если она уже успокоилась.
Глава 4
Дарья
Переступив порог номера, тут же осела на пол, опираясь спиной на дверь. Слёзы океаном собрались в глазах, грозясь пролиться водопадами. Запрокинула голову, с трудом сдерживая стон. Горло сжало ржавой колючей проволокой, в груди боль раздирала сердце. Но больше всего хотелось в душ. На меня будто вылили помойное ведро с гниющими отходами, и эта грязь глубоко въелась в кожу.
Скинув туфли, растёрла щёки ладонями и заставила себя встать с пола. Мне надо разработать план действий. Но первое дикое желание было – сорвать интимный костюмчик. Урок понят! Нечего стараться для таких, как Миша! Ему только силиконовые сиськи подавай и губы-вареники. Плащ полетел на кровать. Дальше были чулки, пояс с ремешками и до безобразия дорогущее кружевное бельё. Лучше бы на эти деньги устроила себе полный all inclusive в спа-центре.
Но стоило только зайти в весьма большую ванную комнату, как в дверь постучали. Если это мой неблаговерный, то пусть катится ко всем чертям или к этой Мирочке. Я хочу очень долго стоять под горячей водой и плакать, чтобы вода смывала соль с моих щёк и уносила с собой безумную боль, которую просто невозможно терпеть.
Стук продолжался снова и снова. Сжав зубы, накинула на голое тело халат и вышла из ванной. Что из мною сказанного ему не понятно?! Я просто не хочу и не могу его видеть сейчас…
– Думала, не откроешь…
Толкнув дверь, Мирочка прошла походкой от бедра вглубь номера и замерла у моей кровати.
– Пошла вон!
– Дарья Ни… Даша, ну зачем так грубо? Я всего лишь пришла с тобой мирно поговорить и расставить все точки над i.
– Я с подстилками не разговариваю. Пошла вон!
– Подстилка – это временное явление для мужчин. А я выше, – она обернулась ко мне, покачивая на пальчике мой пояс для чулок, – самая настоящая и любимая женщина твоего мужа. Наверное, уже бывшего мужа. И вот этим ты хотела его развлечь? Смешно.
– Вот ты сучка наглая!
Мира пожала плечами и откинула вещь в сторону, несильно переживая, куда она упадёт. Так, будто это не часть моего костюма была, а я сама, выброшенная в утиль.
– Наглость – второе счастье. Мишенька очень видный, сильный, умный и замечательный мужчина. Такого надо уметь ублажать и тем самым держать при себе. На что ты, Дарья, уже не способна.
От словесного поноса Мишиной подстилки я аж растерялась, чем та и воспользовалась, веря, что умыла соперницу. Ну хорошо, пусть выскажется. Скрестила руки на груди и оперлась о стену.
– Вот как! Очень интересное мнение. Продолжай, Мира, – на её имени меня чуть не вырвало.
– Ну, признай, ты уже не в той поре, когда можешь ночь напролёт изображать из себя ненасытную тигрицу и при этом спину не защемит, ногу не сведёт. А Мише именно такая нужна! Да и твоя болезнь, небось, не позволяет дать ему столько…
– Так. Стоп! – подняла руку, прерывая монолог. – Про какую болезнь ты вообще говоришь?
– Ну как же! Миша рассказал, что у тебя нашли рак, и там, – она глазами показала на мой живот, – всё вырезали. Ты теперь не женщина. Ну, вернее женщина, но неполноценная!
Последнее она произнесла с таким цинизмом и триумфом, словно стояла на пьедестале и получала самый главный приз – моего мужа. Сучка прибитая!
– А ты полноценная, раз на чужих мужиков прыгаешь? Нормальная, раз приходишь и такое говоришь его жене? – еле сдерживала себя, чтобы не кинуться и хорошенько не оттаскать обнаглевшую тварь за её патлы. – Ты слизь, которая слишком большого о себе мнения. Пошла вон, пока я не вызвала полицию!
Моё терпение лопнуло, а к боли ещё примешалась жгучая обида на предателя. Теперь никакие мольбы Мишу не спасут. Если я не женщина, то стану мужчиной и устрою ему ад!
– Вызывай! Мне нечего бояться. Я всего лишь сказала правду, за которую ты могла бы сказать спасибо.
– Если не исчезнешь, то будешь искать огромаднейшие деньги на пластического хирурга…
– Фи! А ещё взрослая женщина. Ведёшь себя как…
И тут Мира моментально заткнулась. Её лицо мгновенно преобразилось в милейшее и любящее, а я замерла, спиной ощущая его присутствие.
– Что ты тут делаешь, Мира?
– Проходила мимо, а у Дарьи Николаевны была дверь открыта. Вот и зашла извиниться и пожелать спокойной ночи.