Случайная невеста Короля Вампиров в маске

Глава 1: Заточённая красавица

В Городе Сердечной Луны, в одной из самых жутких тюрем для опаснейших осуждённых и преступников, двое охранников подошли к камере № 237.

Было пять часов утра. Птицы вежливо щебетали, напевая песню, которая казалась слишком умиротворяющей для такого жуткого места, как эта тюрьма.

Снаружи стояла тёплая весенняя погода, но на камеры это почти не влияло. Заключённые не могли насладиться этим весенним теплом. Их подземные камеры были так же холодны, как и их сердца, без зазрения совести совершившие все эти гнусные преступления.

Среди этих самых страшных и опасных преступников были и невинные души, оказавшиеся здесь по воле проклятой судьбы.

Одной из них была Эллиана Харт.

Эллиана Харт была загадкой, которую никто не мог разгадать за целый год её заключения, как бы ни старался.

С оливковой кожей, каштановыми волосами до колен, кошачьими миндалевидными глазами янтарно-карего цвета и чувственными губами, при росте 175 сантиметров она была воплощением идеальной падшей красоты.

Грязь на её лице и одежде ничуть не скрывала её утончённую, словно фарфоровую, красоту.

Спокойствие нарушилось, когда охранники ударили по железным прутьям решётки своими деревянными дубинками.

– Эллиана Харт? Твой срок окончен. Пора выходить. Кто-то внёс за тебя залог, – охранники были вежливы, помня, кем была эта девушка.

«Ты – отродье», «Кому нужен такой ребёнок, как ты?», «Тебе повезло, что мы тебя кормим. Такие ублюдки, как ты, не заслуживают жизни. Они заслуживают того, чтобы сгнить», «Тебе всего лишь нужно будет прикрыть её поступки. Это так сложно?»

Девушка очнулась от своих мыслей и подняла длинные ресницы. Её сонные глаза были полны бесцветной печали. Она оторвала голову от колен и неуверенно посмотрела на охранников.

Она не могла уснуть всю ночь из-за гнетущего чувства пустоты в сердце. Так продолжалось уже год. Иногда она спала больше двенадцати часов, а в другие ночи бодрствовала до утра.

Всё это было из-за слов, сказанных ей семьёй, слов, которые теперь превратились в назойливый шум, звучавший в её голове как нескончаемое проклятие.

Эллиана трижды моргнула, и охранник поджал губы, глядя на девушку, которая никогда ни с кем не вступала в конфликт. Её утончённость была ей же во вред.

Она выглядела как артефакт, выброшенный на помойку.

Никто, кроме главного шерифа, не знал, почему её привезли сюда год назад. Как ни странно, сама королева приехала, чтобы доставить её в тюрьму, словно отвозила девочку в какой-то пансион. Возможно, она совершила гнусное преступление против королевских особ, но это всё равно не объясняло привязанности королевы к девушке.

– Вот как? Спасибо, – Эллиана поднялась, отряхивая платье и стирая грязь с лица. Она посмотрела на других женщин в своей камере, раздумывая, стоит ли их будить, но её тихий голос тут же заставил всех в камере проснуться, и они, открыв глаза, посмотрели на охранников.

– Вы, ребята, всё проверили? – спросила одна из женщин.

– С нами ей гораздо безопаснее, чем во внешнем мире. У неё даже семьи нет. Эти королевские особы сильно испортили ей жизнь. Кто мог внести за неё залог? Каковы его намерения? – пожилая женщина из угла поднялась и положила руку на плечо Эллианы.

– Королевские особы – моя семья, – поправила её Эллиана, и женщина, поджав губы, фыркнула.

– Ты так и не поумнела за год, проведённый здесь? Эти королевские особы упрятали тебя в тюрьму за то, чего ты даже не делала. Не пытайся обелять их, когда они этого не заслуживают, – женщина откинула прядь волос Эллианы и со вздохом посмотрела на неё.

Они не могли поверить, что провели с ней целый год. Хотя это была тюрьма, и здесь не полагалось заводить дружеские связи, добрый нрав Эллианы покорил их.

Они перестали принимать наркотики и курить то, что раньше нелегально проносили в тюрьму, потому что Эллиана была против этого.

– Это не наша работа. За неё внесли залог, и мы должны её вывести. Что с ней случится или кто её заберёт – не наше дело, – один из охранников закатил глаза, глядя на этих сверхзаботливых женщин.

– Впрочем, шериф уже прибыл с тем человеком, так что, думаю, вам не о чем беспокоиться, – другой охранник открыл для Эллианы дверь, и она обернулась с мягкой, естественной улыбкой.

– Не могу поверить, что ты нас покидаешь, – сказала женщина, держа её за руку.

Женщина мягко повернула руку Эллианы и нажала большим пальцем на середину её ладони.

– Ты ведь знаешь, что делать, правда? – спросила она, и Эллиана, опустив взгляд, кротко кивнула.

– Перестань быть пессимисткой, Джи. Ты должна радоваться, что она выбирается из этого проклятого места, – улыбнулась другая женщина.

Эллиана в последний раз обняла всех и, попрощавшись, вышла.

Она последовала за охранниками в главный кабинет. Её ладони вспотели, и она почувствовала лёгкое счастье и облегчение от того, что наконец-то покидает это место.

И хотя все в камере хорошо к ней относились, это всё же было место для преступников, и бывали моменты, когда она едва не подверглась домогательствам со стороны женщин из других камер, если бы не те сокамерницы, которые спасли её и научили быть сильной.

Эллиана остановилась, когда её взгляд упал на секретаря её отца.

– Мистер Хан, – поклонилась Эллиана.

– Вернёмся во дворец, принцесса, – Мистер Хан поклонился в ответ, и девушка кивнула.

Когда она вышла из тюрьмы со своими вещами, а Мистер Хан следовал за ней по пятам, первое, что она заметила – приближающуюся к ним королевскую карету.

Она не была уверена, была ли в карете и её мачеха.

– Эллиана, моя дорогая, – услышала Эллиана знакомый голос и замерла, а затем почтительно поклонилась. Она больше не знала, как реагировать. Чувства комом подступили к горлу, не давая ей вымолвить ни слова.

– Папа…

Мужчина перед ней, улыбнувшись, вздохнул, а затем шагнул вперёд и погладил её по голове.

– Моя дорогая, мне так жаль, что тебе пришлось пройти через всё это из-за Мадлен. Как ты? Я постоянно разговаривал с шерифом, чтобы сократить твой срок, и вот мы наконец-то вытащили тебя, – сказал король, и Эллиана, смахнув подступившие слёзы, обняла отца так крепко, как только могла.

– Мне было страшно, папа, – прошептала она, и отец втянул её в карету за собой.

– Теперь, когда я здесь, всё будет хорошо. Никто больше не причинит вреда моей дочери, – прошептал король ей на ухо, пока она прижималась головой к его груди.

Мистер Хан смотрел на счастливый дуэт отца и дочери и не знал, что и думать. Хотя Эллиана была незаконнорождённой дочерью короля, он никогда не относился к ней по-другому.

Хотя король не смел перечить жене, потому что она была сестрой правителя Королевства людей, и большую часть времени он проводил в разъездах по делам, но когда он был рядом, никто не осмеливался обижать Эллиану.

Но в этот раз, разве король не давал ей пустое обещание и не лгал ей о…

Мистер Хан покачал головой.

После долгой паузы Эллиана подняла голову и посмотрела в глаза отцу, её собственные глаза наполнились слезами.

– Ты что-нибудь нашёл? О маме… Прошёл уже год. Ты говорил, что нашёл след, ведущий в Город Голубой Реки, – с большим трудом спросила Эллиана, и мужчина тут же напрягся.

– Тебе нужно отдохнуть, моя любовь. Что касается твоей мамы, мы всё ещё пытаемся её найти. Я обыскал весь штат, где встретил её. Я не знаю, куда она переехала, поэтому мы всё ещё ищем, – солгал король сквозь зубы, и Мистер Хан, посмотрев в зеркало заднего вида, вздохнул.

Ещё одна ложь.

По правде говоря, когда Эллиане было всего семь лет, его жена узнала, что он ищет её биологическую мать, и пригрозила королю, что убьёт Эллиану или вышвырнет её вон, если он не прекратит это безумие. Король немедленно прекратил поиски матери Эллианы.

Эллиана удручённо вздохнула и кивнула, сжимая в кулаке ткань своего платья. Она смотрела из кареты, не в силах выразить своё недовольство.

Спустя три часа пути они наконец остановились перед своим королевским дворцом, и как только она вышла из кареты, к ней с милыми улыбками бросились служанки.

Эллиана настороженно посмотрела на них. Ничто из происходящего не казалось ей реальным или объяснимым. Почему они вели себя так, будто её любили в семье, будто её любила королева и их настоящая принцесса?

«Эх… Почему бы тебе просто не сдохнуть? Ты никому не нужна в этой семье. Разве ты не бесполезная обуза? Сделай нам одолжение и убирайся. Мы с радостью съедим ту еду, что на тебя тратят. Думаешь, ты королевская особа? Очнись, тупица. Всем плевать, жива ты или мертва», – все эти слова, которые служанки говорили ей за год до тюрьмы, всплыли в её памяти, и она то сжимала, то разжимала кулаки на своей грязной одежде.

Они даже не считали её частью королевской семьи.

Если бы считали, ей не пришлось бы отправляться в тюрьму за… Эллиана потрясла головой, чтобы прогнать грустные воспоминания.

Конечно, они будут так с ней обращаться. Как она могла забыть, что сейчас рядом с ней отец?

Только она знала, как прожила этот год в тюрьме. Тюремный опыт полностью изменил её, и те люди заставили её осознать то, чего она не могла понять за свои восемнадцать лет жизни.

Её мачеха и сестра не были её семьёй. Семья не должна подставлять тебя при первой же неприятности.

– Нет, спасибо, – тихий голос Эллианы прозвучал твёрдо, и служанки отступили назад.

Вторая, незаконнорождённая, дочь никогда ни в чём им не отказывала. Она никогда не высказывала своего мнения, потому что была именно такой.

Эллиана была результатом ошибки, совершённой королём в пьяную ночь в каком-то местном пабе. Он даже не знал о её существовании, пока девочке не исполнилось пять лет и её, по сути, не подбросили королевской семье.

Однажды кто-то таинственным образом отправил её во дворец с запиской, в которой говорилось, что девочка – дочь короля, и с тех пор Эллиана жила с королевскими особами.

Хотя она и была ошибкой, король никогда не относился к ней по-другому, и это было всё, что ей нужно для выживания.

Королева никогда её не любила, но перед лицом короля у неё не было особого выбора. Все знали о ненависти королевы к этой девочке, но однажды королева внезапно начала принимать Эллиану.

Все были шокированы таким поворотом событий. Однако всё прояснилось, когда милая и невинная Эллиана начала брать на себя всю вину за проступки и шалости Мадлен.

Эллиана вошла в королевский дворец, который они называли домом.

– Эллиана, милая моя. Как ты? – королева бросилась к ней с той же сладкой улыбкой, что и в тот день, когда отправляла её в тюрьму, но остановилась, заметив, насколько грязна Эллиана.

– О боже, что они сделали с моей бедной доченькой? Почему бы тебе не привести себя в порядок? Я попрошу шеф-повара приготовить для тебя что-нибудь вкусное, хорошо? – сказала королева, и Эллиана скованно кивнула, прежде чем уйти в свою комнату.

Приведя себя в порядок, она подошла к кабинету отца и уже собиралась постучать, как вдруг услышала разговор своей мачехи.

– Мне всё равно, Джеймс. Ты думаешь, это шутка? Не зря же я практически умоляла своего брата помочь нам вытащить её под залог. Ты должен с ней поговорить. Я не из эгоизма это делаю. Это ради всего Королевства. Ты не можешь быть эгоистом. Если её брак с королём вампиров спасёт всех, то почему бы и нет?

Услышав эти слова, Эллиана почувствовала, как её сердце ухнуло в пятки. Она бросилась обратно в свою комнату, с грохотом захлопнув дверь.

Слёзы навернулись на глаза, когда она сползла по двери, отрицающе качая головой.

Нет. Это не могло быть правдой. Её сердце болезненно сжалось. Даже если королева никогда её не любила, она бы никогда не совершила такой жестокости – не выдала бы её замуж за монстра.

Она горько плакала, вытирая слёзы, чтобы совладать с эмоциями, не желая, чтобы её сияние начало проявляться, и тут её рука замерла на лице…

«Не зря же я практически умоляла своего брата помочь нам вытащить её под залог», – сказала её мачеха, но отец сказал…

«Я постоянно разговаривал с шерифом, чтобы сократить твой срок, и вот мы наконец-то вытащили тебя».

Это была ложь. Они снова ей солгали. Эллиана схватилась рукой за грудь от боли и шока, что и отец мог так её предать. Страх поселился в её сердце. Неужели им было мало отправить её в тюрьму, что теперь они хотели выдать её замуж за монстра? Она всхлипнула, в тревоге дёргая себя за волосы.

Глава 2: Выйти замуж за Принца-вампира

На следующее утро~~~~

Обычно тихий и мирный дворец королевских особ охотничьей родословной сегодня был охвачен хаосом.

Девушка с глазами, спокойными, как океан, элегантно сидела на диване, наблюдая за ссорой своей мачехи и отца.

Прошлой ночью она убеждала себя, что всё услышанное – неправда, но, возможно, это была безнадёжная затея.

Теперь она понимала, почему мачеха так радовалась её возвращению и почему все обращались с ней, как с законной принцессой.

Они снова хотели сделать её козлом отпущения вместо Мадлен. Снова хотели использовать её под предлогом, что «именно так и должны поступать члены семьи друг для друга».

На её губах промелькнула насмешливая усмешка.

– Постарайся понять, Марла. Я ведь и прошлой ночью тебе это говорил, не так ли? Король вампиров попросил руки нашей дочери Мадлен. Как ты можешь даже думать о том, чтобы отправить к ним Эллиану? Думаешь, они оценят, если мы в последнюю минуту поменяем невесту? – в сотый раз повторил король Джеймс.

Он мельком взглянул на свою вторую дочь, но на её лице не было ни малейшего намёка на какое-либо выражение.

Эллиана просто сидела, словно наблюдая за сценой из какой-то старой мыльной оперы, разворачивающейся у неё на глазах. Её взгляд был потухшим и пустым.

– Джеймс, дорогой, я понимаю, что ты пытаешься сказать, но у Мадлен инфекционное заболевание. Свадьба уже завтра. Королевские особы вампиров попросили руки Мадлен, потому что она красива и приятна глазу. Думаешь, они будут в восторге, если она появится с изуродованным лицом и телом? Они хотят её за её чистоту, – возразила королева Марла с печальным и скорбным выражением лица.

Всего этого хаоса не началось бы, если бы они не принадлежали к охотничьей кровной линии. Хоть она и была незаконнорожденной дочерью, она являлась одной из наследниц крови охотников.

Поскольку способности охотников могли наследовать только мужчины, Эллиана и Мадлен были не охотницами, а людьми, носившими лишь гены кровной линии.

Несколько дней назад, ради мирного сосуществования охотников и вампиров, император вампиров предложил брак между сестрой Эллианы, Мадлен, и младшим принцем вампиров. Мадлен славилась своей красотой и мудростью на всю страну, так что было вполне логично, что из всех девушек королевской крови выбрали именно её.

Однако все наслышаны о дурной славе маскированного принца, который медленно захватывал власть в королевстве.

Принц был известен тем, что забирал без пощады, убивал без колебаний, и имел уродливое лицо, из-за которого всегда носил маску.

Джеймс, под давлением старейшин и совета других королевских особ, мог лишь согласиться на брак, хоть они и не были в восторге от этой идеи.

Однако события приняли иной оборот, когда пару дней назад Мадлен подхватила болезнь.

Никто, кроме мачехи Эллианы, Марлы, не знал, что это за инфекция, но, судя по испуганному и полному страха лицу, Джеймс и все остальные были уверены, что это нечто нелицеприятное.

Это и стало главной причиной, почему мачеха Эллианы убедила своего брата сделать всё возможное, чтобы вытащить Эллиану из тюрьмы и использовать её в качестве невесты.

Джеймс думал, что она шутит, но теперь, когда Марла была непреклонна в этом вопросе, он не знал, что делать.

Хотя Мадлен была его законной дочерью, он любил и Эллиану, и зная, что его добрая и милая дочь может не выжить в руках этих злодеев, у него сжималось сердце от одной лишь мысли об этом.

Она была слишком чиста и добра для этих чудовищ.

Она уже больше года страдала за то, чего даже не совершала. Эллиана не была виновата в том, что родилась незаконнорожденной. Они не могут каждый раз делать её козлом отпущения.

Сколько ещё она должна страдать? Джеймс в глубине души знал, что следы на теле Эллианы не просто появлялись оттого, что она падала с лестницы или постоянно получала травмы на тренировках с мечом. Однако он не мог пойти против своей жены, сестры Императора. Он бы не осмелился разрушить свою семью ради незаконнорожденной дочери.

Но… она ведь тоже была человеком. Джеймс сжал кулаки.

– Джеймс, как ты можешь быть так жесток? Подумай о нашей семье, о нашем народе и о других королевских особах. Сможешь ли ты спать по ночам, зная, что мог что-то сделать, но не сделал? Они всего лишь попросили отдать твою прекрасную дочь замуж за принца. Не то чтобы наша Эллиана некрасива. Кто, кроме Эллианы, может сравниться с Мадлен в красоте и чистой, неземной невинности? Я знаю, что он принц вампиров, но он, ради всего святого, королевская особа. Я уверена, они не сделают ничего, что запятнает их репутацию, – сказала Марла с обеспокоенным лицом.

– Но, что если… – начал Джеймс, но не успел он произнести и слова, как Марла посмотрела на него полными слёз глазами.

– Ты мне не доверяешь, да? Ты думаешь, я намеренно хочу отправить Эллиану к ним, чтобы спасти свою дочь, Мадлен, так? Ты думаешь, раз я её мачеха, то хочу отправить её к этим могущественным кровопийцам. Я и не знала, что все эти годы попыток быть хорошей матерью вот так пойдут насмарку, – сказала Марла и, сев на диван, горько заплакала.

– Я знаю, ты винишь меня в том, что я отправила Эллиану в тюрьму за то, что сделала Мадлен. Но я сделала это всё ради тебя. Если бы я позволила им забрать Мадлен, ты бы никогда не победил своего брата и не стал королём. Неужели ты не видишь? Всё, что я делаю, – только ради этой семьи, – продолжала убеждать Марла, вытирая слёзы.

– Дорогая, пожалуйста, не плачь. Я понимаю, что ты думаешь о нации, но подумай, что они с ней сделают, если она им не понравится, – снова попытался образумить её Джеймс.

– Думаешь, я об этом не думала, Джеймс? Наша Эллиана такая милая девушка. Она завоюет сердца всех в том королевстве. Её доброта способна растопить даже самые твёрдые камни, не говоря уже о живых существах. Разве ты не слышал от мистера Хана? Даже отъявленные преступники в той страшной тюрьме начали проникаться к ней симпатией, – Марла взяла Джеймса за руку, а затем заглянула ему в глаза, чтобы убедить.

– С чего ты взяла, что они её убьют? Разве этот брак заключается не ради мира? Думаешь, они убьют невесту принца и снова будут рисковать? – сказала Марла, а затем, увидев задумчивое выражение на его лице, взяла его и за другую руку.

– Но если они не убьют невесту, тогда Мадлен может поехать…

– Принц вампиров известен своей вспыльчивостью, Джеймс. Думаешь, он оценит уродливую невесту-человека? Даже если они её не убьют, они будут пытать её за уродство, потому что это будет напоминать ему о его собственном уродливом лице. Мы можем отправить только Эллиану, – настаивала Марла.

Казалось, её слова наконец-то возымели на него действие.

– Дорогой, я обо всём подумала, но ты считаешь меня плохой матерью и думаешь, что я намеренно хочу толкнуть свою милую дочь в руки этих дьяволов только потому, что я её мачеха, так ведь? – спросила Марла и заплакала ещё сильнее, её вид был жалким и разбивал сердце Джеймса.

– Марла, не говори так. Я тебя понимаю, но подумай и об Эллиане. Она только что вернулась из жестокого места. Как я могу отправить её в другую тюрьму? – сказал Джеймс, его сердце разрывалось между правильным и неправильным.

– Мадлен не может ехать такой уродливой, а Эллиану ты отправлять не хочешь. Я-то думала, ты клялся в верности императору, но я просто скажу своему брату, что ты решил отказаться от своих слов, и они могут казнить всю нашу семью или сделать всё, что захотят, чтобы нас наказать, – сказала Марла, яростно вытирая слёзы, заставив Джеймса вздохнуть. Он встал и подошёл к окну.

Последняя фраза привлекла внимание Эллианы. Совет уничтожит их семью, если они откажутся выдать замуж дочь за маскированного принца. Что это за навязанная тирания?

Она наконец подняла взгляд, в её глазах промелькнуло лёгкое беспокойство.

Увидев сгорбленную спину своего отца, Эллиана вздохнула и посмотрела на мачеху, которая умоляюще смотрела на неё.

– Эллиана, твой отец больше не соображает здраво, но ты умна. Ты действительно хочешь, чтобы твоя семья погибла от руки императора, потому что мы отказались от своих слов? Даже если ты не любишь меня или свою сестру, потому что, возможно, всё ещё считаешь нас чужими, подумай хотя бы о своём отце. Ты позволишь ему так умереть?

Марла подошла к Эллиане и взяла её за руку.

Марла прекрасно знала, насколько невинна и мила Эллиана, так как она постоянно использовала её как козла отпущения за проступки Мадлен, и понимала, что если Эллиана согласится, ей не придётся заставлять Джеймса. Он всё равно согласится.

Не было сомнений, что Эллиана готова на всё, чтобы защитить своего отца от всего зла и проблем в мире. Поскольку местонахождение её биологической матери было неизвестно, отец был единственным членом семьи, который у неё остался.

Она была готова на всё ради него, но готова ли она выйти замуж за короля вампиров?

Она уже слышала истории о том, что они жестоки, властны и злоупотребляют властью, а ведь ей предстояло выйти замуж за принца, который, вероятно, будет в десять раз хуже. Чёрт, в этом не было никаких сомнений. Он был худшим. Она слышала кое-что от мистера Хана, и ничего из этого не было хорошим.

Попасть в тюрьму – это одно, потому что она знала, что под юрисдикцией её отца никто не попытается её убить, как бы тяжело ни пришлось. Однако это был совсем другой случай.

Она даже в самых смелых мечтах об этом не думала, так как же она может просто взять и согласиться?

Увидев, что Эллиана умоляюще смотрит на своего отца, Марла поняла, что та потихоньку сдаётся и её решимость тает. Поэтому она стала донимать её ещё больше.

– Эллиана, если ты беспокоишься о своей жизни и о том, какой она будет, если ты выйдешь замуж за этого принца, я уверяю тебя, мы позаботимся о том, чтобы с тобой ничего не случилось. Мой брат – Император. Он не позволит, чтобы с тобой что-то случилось, – сказала Марла, и Эллиана посмотрела на мачеху с тяжёлым сердцем.

Теперь, когда Эллиана задумалась об этом, она беспокоилась о жизни без любви, которая ждала её в браке с принцем вампиров, но, с другой стороны, разве не такой была её жизнь с самого рождения?

Сначала она жила как сирота, а потом – как незаконнорожденная дочь. Хотя отец любил её, другие члены семьи, особенно тётя и дядя, никогда не упускали возможности обращаться с ней как с грязью.

Разве есть какая-то разница, останется ли она здесь как дочь или отправится туда как избранная невеста? Всё повторяется, не так ли?

По крайней мере, так она сможет быть полезной своему отцу и помочь ему спасти их мир. Если она останется здесь, то станет жертвой всеобщих оскорблений и вечным козлом отпущения для Мадлен, не говоря уже о страхе уничтожения её семьи из-за неповиновения приказу Императора.

Она не может стать причиной гибели своего отца.

Эллиана громко вздохнула и посмотрела на отца. У него было растерянное выражение лица, когда он закуривал сигару, его взгляд был затуманен. Она невольно сжала губы в тонкую линию.

– Папа, – произнесла она своим нежным и милым голосом, привлекая внимание Джеймса.

Он обернулся и посмотрел на дочь с лёгкой улыбкой, но, хотя он и улыбался, Эллиана видела, что улыбка была вымученной.

– Если это во благо и ради мира в обществе, а также для безопасности семьи, то я готова это сделать, – Эллиана сделала ещё один глубокий вдох.

– Не ссорься с мачехой из-за этого. Я готова выйти замуж за принца. Если я не соглашусь, император убьёт нас всех за то, что мы отказались от своих слов, не так ли? Лучше я выйду замуж за принца, чем запятнаю себя тем, что не спасла свою семью, когда могла, – произнесла Эллиана своим милым голосом.

Услышав нежный голос дочери, который дрогнул в конце, Джеймс собирался утешить, извиниться перед ней и сказать, что не допустил бы этого, если бы на него не давили обязанности.

Однако не успел он ничего сказать, как Марла, которая тоже слышала её слова, восхищённо захлопала в ладоши.

– Это прекрасно. Я знала, что Эллиана никогда не позволит своей семье умереть. Она такая почтительная дочь. Я так ею горжусь. Уверена, если бы твоя мать была здесь, она бы тоже тобой гордилась…