Запрет на тебя

Глава 1

– Да, пожалуй, вы нам подходите, Ангелина Михайловна, – улыбается мне декан университета, Стефан Карлович.

Не могу скрыть свою радость, ликую от этой замечательной новости.

– Спасибо вам огромное! Я так благодарна!

– Вот и отлично, приступаете с завтрашнего дня, Ангелина Михайловна.

Декан приветлив, но не особенно разговорчив, к тому же, его явно напрягло мое опоздание на встречу. Я долго извинялась, хотя, на самом деле, это произошло не по моей вине.

Выхожу из кабинета и вздрагиваю, вспоминая утреннее происшествие. Мой первый визит сюда едва не закончился аварией. Сумасшедший мотоциклист промчался, едва не задев, в каком-то миллиметре от меня. Отскочила, хотя было уже поздно, подвернула ногу, упала, хорошо еще рядом оказался сугроб. Далеко не самый чистый, но я хотя-бы ничего не сломала.

Ненавижу таких безбашенных типов, которым плевать на окружающих! Даже не посмотрел в мою сторону! Гоняет зимой по гололеду, людей сбивает и хоть бы что, сволочь! Еще и с подружкой, она как раз снимает шлем и ярко рыжие волосы рассыпаются по плечам волнистым каскадом. Девушка очень красива и знает об этом. Каждый ее жест, мимика кричат об этом. Кое-как неуклюже поднимаюсь из сугроба, чувствуя себя по меньшей мере нищенкой. Именно такой взгляд кидает на меня девушка. А затем, к моему огромному возмущению показывает мне… средний палец!

Ну и нравы у здешних студентов! Едва не покалечили человека, и вместо того чтобы извиниться…

Теряю дар речи. Перевожу взгляд на водителя. Надо запомнить его лицо. Но он смотрит в противоположную сторону. К нему подходит компания парней, окружают его, раздается дружный смех. Мне становится почему-то стыдно. Я в паре десятков метров от них, но почему-то кажется, что ржут они именно надо мной.

Отличное начало преподавательской карьеры! Аж реветь хочется. Поднимаю из слякоти сумку, которую уронила. Когда выпрямляюсь, рыжая оказывается рядом со мной.

– Повезло, курица, что сугроб рядом оказался, – произносит издевательски.

– Что ты сказала? – сдвигаю брови. Не позволю себя оскорблять!

– Очки поправь, сказала, – усмехается. – Раньше тебя не видела. Такое чучело точно бы заметила. Ты откуда взялась такая, посреди семестра?

– Девушка, вы уверены, что я должна перед вами отчитываться? Давайте назначим завтра встречу, у деканата. И там пообщаемся.

– Ты мне угрожаешь что ли? – хмурится девица. – Ма-акс! Мне угрожают, слышь?

Снова поворачивается ко мне и окидывает очередным презрительным взглядом. Да, одежда на мне – не от кутюр. Трудное финансовое положение заставило приобрести вещи в ближайшем от дома, в котором сняла жилье, секонд-хенде. Из родного города я бежала почти без денег и вещей. Мало что соображала от шока и страха. Схватила первый попавшийся чемодан, покидала что под руку подвернулось.

Запрещаю себе вспоминать тот день. Не хочу еще сильнее расстроиться. И так хуже некуда. Отличное знакомство со студентами!

Тем временем мотоциклист подходит к нам. Очень высокий и крупный парень, весь в коже, очень дорогой фирменный костюм. Светло-серые глаза смотрят сквозь меня.

– Рит, ты меня в бабские разборки втянуть решила? Иди давай, на лекцию опоздаешь, – командует грубовато. Рыжая тут же меняется в лице, смотрит на своего парня с восторгом.

– Иду, дорогой. Ты сам-то, заглянешь на лекцию? Думала, ты перед пугалом за меня заступишься.

Я должна поставить ее на место. Понимаю, что девушка не в курсе что перед ней преподаватель. Приняла меня за студентку. В свои двадцать пять я выгляжу на восемнадцать, это факт. Почему-то лицо у меня такое. Детское, как говорила тетя. Вечно надо мной подтрунивала. Любила называть Ангелочком. Прозвище такое дала.

Тетя Наташа – единственная, по кому я безумно скучаю. Увы, не могу связаться с ней без риска, что Вадим, мой муж, найдет меня. Выследит. Ему отлично известно какие близкие у нас отношения с тетей.

– Вы в курсе, что опасны для окружающих? – спрашиваю строго. – Вы едва не сбили меня на своем металлоломе. Я пожалуюсь декану. Если не умеете ездить безопасно, тогда ходите пешком!

Глаза парня сужаются, смотрит на меня уже внимательнее. А потом усмехается.

– Жаловаться, значит, собралась? Ну ок, рискни. Передай ему привет от Макса.

– Как ваша фамилия?

Но он уже повернулся спиной, за руку тянет следом девицу, которая опять мне фак демонстрирует.

***

Вопреки своим обещаниям, я ни словом не обмолвилась о происшествии декану. Меня куда больше заботило в каком виде покажусь перед начальством. Сначала побежала в туалет, где поспешно привела в порядок прическу, переодела колготки, которые испачкала при падении. Хорошо, что взяла запасные.

Гораздо сильнее я переживала, чтобы на работу взяли. Хамы – они повсюду, к чему о них думать. Надеюсь, больше не пересекусь с этими двумя особями. И еще больше – что не все студенты здесь такие.

**

Перед сном снова и снова проигрываю в уме позорный инцидент на парковке университета. Почему мне стыдно? Бесит! Надо быть выше этого. Когда-то я тоже носила исключительно шмотки от дизайнеров, только счастья мне это не принесло, наоборот, жила в постоянном напряжении.

Пусть сейчас я беднее церковной крысы, зато полностью свободна.

***

Следующим утром тороплюсь в аудиторию на занятия. Сегодня я постаралась выглядеть максимально стильно и собранно. Строгая белая блузка, узкая черная юбка чуть ниже колен, волосы собраны в высокий узел. Минимум косметики и большие очки – для меня они не необходимость, скорее конспирация. Раньше я носила линзы, а эти огромные очки использовала только для чтения. Хорошо, что взяла с собой. В них мне спокойнее, меньше шансов что кто-то узнает.

Хотя, Антон сразу узнал. Встреча с бывшим однокурсником оказалась судьбоносной, именно он рассказал мне об этом университете и помог устроиться на работу в столице, где я никого не знала. От отчаяния уже была готова полы в магазине мыть. На любую работу могла согласиться.

Теперь мы с Антоном коллеги. Раньше Топоров был влюблен в меня, этот факт немного смущает. Сейчас мне точно не до романтики.

Даже предложил подвозить по утрам на работу, тем более живем в одном районе, так уж получилось. Я отказалась, совсем не хочется начинать работу на новом месте со сплетен. Мне еще предстоит влиться в коллектив, и я не хочу, чтобы кто-то думал, что я получила место потому что сплю с коллегой.

– Привет, – а вот и Топоров, паркует свою хонду, почти на том самом месте, где вчера меня едва не сбил мотоцикл. Невольно поеживаюсь от воспоминания.

– Привет.

– Чего невеселая такая? Переживаешь?

– Немного.

– Все будет хорошо, вот увидишь.

После вчерашней стычки я совсем в этом не уверена. Никогда не стремилась быть преподавателем. Языки учила, потому что у меня была к ним склонность. Вуз у нас в городе был скромным филиалом, но образование дали достойное. Я никогда не мечтала жить в столице, очень некомфортно здесь себя чувствую. Увы, оказалось, что загадывать нельзя, никогда не знаешь, как жизнь повернется.

Антон показывает мне комнату для преподавателей, она здесь просто роскошная. Мягкие диваны, оборудована целая кухня, можно разогреть еду, или что-то даже приготовить. В общем, вуз богатый. Еще бы, коммерческое заведение, где учатся в основном мажоры. Как этот, вчерашний. На Харлее.

Почему я снова думаю о нем? Даже не о злюке, которая мне факи показывала, а именно про парня! Не могу понять эту странность.

– Будешь кофе, Ангелина? Ты ведь капучино любишь? Сейчас сделаю.

Кофемашина здесь огромная, профессиональная. Антон нажимает на кнопку, аппарат отвечает утробным рычанием.

С наслаждением закрываю глаза, когда делаю первый глоток любимого напитка. Я так давно себе в этом отказывала! Ужасно соскучилась. Когда-то я начинала каждый день с такого кофе.

– После занятий сходим куда-нибудь пообедать? – предлагает Топоров, и я малодушно соглашаюсь.

Понимаю, что лучше держаться подальше. Ну какие мне сейчас отношения? Я еще от старых не отошла. Муж наверняка меня ищет. Он дико ревнив, о чем я, к сожалению, узнала только после свадьбы. Нельзя допустить, чтобы моя непростая жизненная ситуация навредила кому-то еще. Тем более Антону, который буквально спас меня от голода и бродяжничества.

Поправляю рубашку, приглаживаю еще раз волосы, и вхожу в аудиторию. Знакомство со студентами проходит вполне спокойно, сразу углубляемся в тему занятия. Несколько парней, посмеиваясь, разглядывают меня довольно бесцеремонно. Поправив на носу очки посылаю им недовольный взгляд. Держу спину прямо, подняв подбородок. Нервничаю, но вроде держусь, все проходит весьма неплохо.

Пока на середине пары не раздается громкий хлопок двери. Поворачиваю голову. На пороге застыла та самая рыжая, которая вчера так унижала меня. Обе замираем, разглядывая друг друга.

– Извините, пробки, – буркает, проходя на место, рыжая.

– Я разве разрешила тебе пройти? На мои занятия не приходят с опозданием. Тем более, таким большим. Покинь аудиторию, – говорю спокойно.

Девушка замирает, бросает на меня крайне злой взгляд. Видно, что ей очень хочется ответить грубо, но понимает, что сейчас я не плохо одетая тетка на дороге. Я – преподаватель.

Испытываю ли я злорадство по поводу происходящего?

Нет. Мне даже почему-то жаль эту дурочку, считающую, что если на тебе есть хорошие шмотки, то все позволено. Недалекая, бездушная. Не умеющая сочувствовать. Этот яркий красавчик на мотоцикле бросит ее довольно быстро.

О чем я вообще думаю? Мне надо занятие продолжать, эти двое уж как-нибудь без меня разберутся сколько им вместе быть.

– Как ваша фамилия? – спрашиваю строго.

– Воронцова. Маргарита Воронцова, – девицу прямо-таки трясет от ярости.

– Материал вы все равно должны знать, возьмете конспект у одногрупников. Останетесь после следующего занятия, – делаю паузу, заглядываю в журнал. – Во вторник. Покажете, насколько усвоили материал.

Рита нехотя кивает, сейчас ее явно не знания заботят, а то как она выглядит перед аудиторией.

– Все, можете идти. Кстати, это всех касается. Я не терплю опоздания и так будет с каждым.

Надеюсь, я не перегнула палку. Не хочется прослыть среди студентов дотошливой грымзой. Рита громко хлопает дверью аудитории, а я не теряя больше ни минуты возвращаюсь к теме занятия.

***

После окончания ко мне подходят несколько девушек. Расспрашивают по теме, затем смущаясь, признаются:

– Мы в восторге от того как вы эту мерзкую Воронцову на место поставили. Теперь вы наш кумир.

– Серьезно? – меня душит смех. – Я действительно не люблю опоздания, но ни с кем войны не веду. Эта Воронцова… она всегда так на занятия является?

– Да, частенько. Она же встречается с Крюгером.

– Что? – у меня едва глаза на лоб не вылезают. – С деканом? – я в ужасе! Стефан Карлович показался мне крайне приличным мужчиной.

– Ну что вы, нет. С его сыном. Максом.

– Который ездит на мотоцикле? – спрашиваю осторожно.

– Ага. Именно с ним, – кивают девушки.

– Он тоже здесь учится?

– Не совсем. Он давно бросил универ, кажется, не доучился. Сейчас почему-то снова объявился. Кто знает почему.

– Ходят слухи, был спор. Макс проиграл, и ему снова придется быть студентом, – смеется одна из девушек, Татьяна.

Я еще не до конца запомнила имена студентов, но стараюсь.

– Ясно, – вздыхаю.

Вот уж повезло мне. Впрочем, во всем остальном мне здесь нравится. Девушки, с которыми сейчас общаюсь очень доброжелательные, приятные. Что поделать, в любой бочке с медом найдется ложка дегтя. Надо постараться больше не сталкиваться с Крюгером-младшим, и все будет хорошо.

Не зря я подумала, что тот мотоциклист не похож на студента. Выглядит старше. Хотя, учиться никогда не поздно. Но для этого мажора вряд ли будет толк.

– Спасибо за интересный разговор, увидимся, – прощаюсь со студентками.

Глава 2

После лекции, как мы и договорились с Антоном, он знакомит меня с коллегами.

Садимся пить чай в комнате отдыха. Римма Павловна, невысокая полноватая женщина неопределенного возраста, с факультета макроэкономики, и Евгения, она ведёт у первокурсников основы экономики и бухгалтерского учета. Красивая, высокая женщина лет тридцати, с коротким ежиком светлых волос. Она приветливо мне улыбается.

– Приятно, что в женском коллективе прибыло. В основном здесь преобладают особи мужского пола, иногда и поболтать не с кем, – говорит Римма Павловна.

– А мне нравится работать в мужском коллективе, – парирует Евгения.

Почему-то меня это совсем не удивляет, она выглядит как настоящая хищница, уверенная в себе, красивая и яркая.

Садимся пить чай с пирогом, собственного приготовления – Римма Павловна трепетно рассказывает о выпечке – это ее хобби, и она даже пытается сделать кулинарный канал на ютубе.

– А я пытаюсь не поправиться от твоих бесконечных кулинарных шедевров, – смеется Евгения, откусывая пирог. – Мм, Римма, это волшебно! Странно что ты не замужем при таких талантах.

– Да не в том я уже возрасте, перестань. Не говори ерунды. Готовить люблю просто так, а мужиков мне и на работе хватает.

– Да ладно, ты неровно дышишь к Стефану Карловичу, – укоряет Евгения. Римма заливается краской.

– Бред, что только тебе в голову лезет!

Антон жует молча, только улыбается мне. Я – тоже в ответ, при этом чувствую неловкость. Очень боюсь, что он начнет проявлять ко мне более чем дружеские чувства. Наверное, глупо переживать за это, но я ничего не могу с собой поделать.

Затем Римма и Евгения переключаются на меня. Начинают расспрашивать о банальных вещах, где живу, откуда переехала. Я придумываю довольно спонтанные ответы, жалея, что не подготовилась к этому. Свой родной город называть не хочу.

Антону я рассказала правду о своем неудачном замужестве, что муж преследует меня и я очень сильно боюсь, что он заставит меня снова жить с ним. По-моему, Антон до конца не поверил мне. Наверное, любой нормальный человек усомнится, что в наше время могут быть настолько ненормальные отношения между мужчиной и женщиной.

Чтож, он всегда был романтиком. Я же увидела самое дно так называемого «супружества».

После чаепития в отличном настроении провожу еще одно занятие. Учителей английского в университете на данный момент не хватает, на мою удачу. Меня взяли не просто потому что Антон попросил, реально требовались сотрудники. Римма рассказала, что двое из «англичан» были мужем и женой и спонтанно решили переехать в другую страну. Еще один недавний преподаватель был пойман на связи со студенткой, разразился жуткий скандал и его отчислили.

Итак, в данном университете крайне строгие правила насчет отношений между преподавателями и студентами. Никакие «амуры» не приветствуются.

Еще я узнала, что коллектив преподов в основе своей мужской. Так странно, обычно все наоборот. Но так сложилось, нравится мне это или нет. Евгения всячески давала понять, что от этого в восторге. Сама я пока не определилась. С одной стороны, говорят же, что женский коллектив – гадюшник. Мужчины менее склонны к сплетням.

Да по сути, какая мне разница. Главное в истории не влипать, вести себя скромно. Тишина, покой, скромная зарплата. Ни о чем больше я не мечтаю.

После занятия чувствую себя как выжатый лимон. Все же непросто держать внимание аудитории. Отправляюсь в туалет. Для преподавателей он отдельный, тут очень чисто, все сияет и никого нет.

Поправляю прическу, еще раз критично оглядываю себя, прихожу к выводу что с образом не прогадала. Снимаю очки, устала от них. Кладу на полку над умывальником, иду в кабинку.

Еще даже замок закрыть не успеваю, как слышу шум, шаги, смешки.

Становится не по себе, начинает противно сосать под ложечкой, охватывает дурное предчувствие. Решаю выйти из кабинки, нажимаю на ручку, но дверь не поддается! Дергаю сильнее, толкаю, проверяю защелку.

Нет, я не запиралась! При этом выйти не могу.

– Эй, кто там? Вы что-то сделали с дверью? Прекратите немедленно, это совершенно не смешно! Что вы делаете в туалете преподавателей? – говорю как можно строже, но не получаю никакого ответа.

Продолжаю дергать ручку двери, и тут внезапно сверху на меня хлещет поток воды.

Стою в абсолютном шоке, зажмурившись. Потом открываю глаза и смотрю на свои руки. Это не вода, мои ладони, одежда – красные. Резкого запаха нет, но похоже меня облили краской! Мои волосы! Одежда!

Не могу поверить, что все наяву!

Хлопает дверь, снова дергаю ручку и у меня получается на этот раз. Выхожу все еще в полном оцепенении. Подхожу к зеркалу в полном ужасе. Не верю, что это происходит со мной в первый рабочий день!

Интересно, тут всех преподавателей так приветствуют, или мне выпала особая честь, потому что столкнулась с сыном декана?

Меня охватывает отчаяние. Я не плакала, даже когда муж избил меня в первый раз. Надавал пощечин и закрыл в комнате на двое суток. Я не могла выйти, сидела без еды. Он лишь раз принес и кинул как собаке бутылку воды. Никакой еды, да мне и не хотелось. Вадим был страшно зол, ему показалось что на вечеринке я флиртовала с его другом.

Я не плакала, просто твердо решила, что нам не по пути. Когда все повторилось -сбежала, к тому моменту у меня уже был подготовлен план. Скопила немного денег, у меня была собрана сумка со всем необходимым, с документами, драгоценностями, которые дарил муж и которые я безжалостно сдала в первой же скупке по дешевке. Все равно денег надолго не хватило, тем более что на первое время пришлось снять гостиницу. Потом нашла дешевую комнату в коммуналке. Думала, что таких больше не существует, тем более в столице, что это призрак советского прошлого. Оказалось, еще как существуют.

На большее у меня не хватило средств.

Антон стал для меня спасением, эта работа в универе – огромной надеждой, и вот сейчас все будет разрушено из-за каких-то подонков, которым стало скучно? Или у них настолько много злости внутри, что готовы на все, чтобы унизить другого человека, просто потому что им так захотелось? Не знаю кто это. Рита, ее дружок на Харлее, или нашлись другие уроды. Какая разница?

Долго разглядываю себя в зеркале над умывальником, затем отхожу к стене, прислоняюсь, и начинаю реветь. У меня настоящая истерика.

Дело не в испорченных вещах, которых у меня впритык, а в том, что мне придется отсюда выйти и каждый будет пялиться или тыкать пальцем. Все запомнят это и будут обсуждать не меньше года. Репутация учителя – крайне важна. Похоже, я в первый день умудрилась потерять свою. Надо мной будут смеяться. Никто не станет воспринимать всерьез.

***

– Вот же… твою мать! Что здесь произошло? – раздается женский голос полный удивления.

На пороге стоит Евгения. Разглядывает меня, точно я – чудище невиданное.

– Понятия не имею, – отвечаю горько. – Вот, сходила в туалет после лекции, – меня снова душат рыдания.

– У меня просто нет слов! Неужели студенты так пошутили? Такого у нас ни разу не было. Господи, да кому ты дорогу перешла, Лин? Ангелок с виду. Ладно, прости. Что-то понесло меня не в ту степь. Сейчас не причитать надо, а решать проблему. Потом с этими гадами разберемся.

– Да уж, студенты тут не подарок, – меня начинает колотить озноб.

Я продрогла в мокрой одежде. Сначала не почувствовала, потому что от негодования в жар бросило.

– Ты, главное, не расстраивайся сильно, – сочувственно говорит Евгения. – Каждому новому преподу обычно достается. Хотя это – вообще трэш какой-то. Ладно, нужно тебя в порядок привести. У меня есть сменные шмотки, для фитнеса правда, я иногда прямо с занятий в спортзал еду. Чистые, не переживай. Как раз вчера все свежее собрала. Но для начала надо душ принять, смыть это. Если получится, – добавляет с сомнением. – Идем.

Так страшно покидать туалет, что от самой себя противно. Повторяю себе, что стыдиться нечего, что это те кто сделал такое – уроды конченые.

Задаваться вопросом кто – глупо. И так ясно, что это Крюгер-младший, ну или его девушка Рита. Или оба сразу. Ненавижу таких! Думают, что им все позволено!

Меня душат ярость и обида.

Пока идем по коридору, нам попадается несколько студентов.

– И чего пялимся? – строго говорит двум парням Евгения. Те сразу отводят взгляд. Как мне повезло, что именно с ней познакомилась сегодня. Эта женщина излучает уверенность, смелость. Я очень хотела бы быть такой же.

Новая волна паники накрывает меня, когда понимаю, что Евгения привела меня к кабинету декана!

– Я не буду в таком виде жаловаться, ты же сказала мы в душ идем! – говорю возмущенно.

– Здесь никого нет, – отвечает Женя. – Декана до завтра не будет, его секретаря тоже. Я дружу со Светкой, у меня ключ есть. Она иногда забывает документы, иногда опаздывает. Дала мне для подстраховки ключи, никто об этом не знает. Тут все удобства, душ отличный.

– Я не могу мыться в кабинете декана!

– Так это через комнату! Просто смежные двери. Хватит спорить, Ангелина! Тебя всю трясет, ты заболеть хочешь? И вообще, ты – жертва. А ведешь себя так, словно что-то нарушаешь. Стефан Карлович нормальный мужик, он ругаться, если что, точно не будет.

Евгения меня буквально вталкивает в кабинет. Ведет дальше. Большая комната отдыха, диваны, картины, кресла. Тут можно вечеринки устраивать. Все продумано до мелочей, – отмечаю машинально. Дальше идет большой санузел. Отдельно туалет и большая душевая кабина.

– Вот, чистое полотенце. Я пошла за своими шмотками.

– Ты меня здесь бросишь?!

– Я тебя запру. Успокойся, так, я еще валерьянки возьму у Риммы. Тебе надо прийти в себя. Это не конец света, Лин. Все хорошо будет. Мы найдем этих весельчаков и мало им не покажется.

– Им ничего не будет, – вздыхаю горько. – Я знаю кто это. Сынок декана совсем не так мил, как его отец. Я почти уверена, что это он.

– Ты что уже успела с Максом познакомиться? – изумленно спрашивает Женя. – Ну ты даешь. Он давно универ бросил, редко появляется.

– Вчера он и его подружка чуть не сбили меня на мотоцикле. Сегодня она опоздала на половину лекции, я не пустила ее… Видимо, это следствие.

– Ты про Воронцову? Да, она очень мстительная, – кивает Женя. – Вот ведь сучка! Слов нет. Но на Макса такие шутки не похожи. Он давно не студент, парень серьезный. Сам уже крепко на ногах стоит.

– Пожалуйста, не говори мне о нем! Особенно хорошее, – закрываю лицо руками.

Ненавижу этого Крюгера! И мерзкую Риту!

Долго оттираю кожу, используя вместо мочалки испорченную рубашку. В красном цвете все: нижнее белье, волосы. Несколько раз выхожу из душевой кабины и снова возвращаюсь. Волосы все равно приобрели розоватый оттенок. Черт, черт! Матерюсь как сапожник, не сдерживая эмоций, громко. Эхо здесь гулкое, но мне плевать. Декана не будет, а Женю я не стесняюсь. Скорее бы домой. Там снова под душ, а потом в постель, проплакаться как следует.

Был бы хоть один шанс на другую работу, я бы тут ни за что не осталась. Уже понятно, что в этом заведении ничего хорошего меня не ждет.

Завернувшись в большое пушистое полотенце, выхожу в комнату, уверенная что Женя там. Тем более что слышала шаги и стук. Но я никак не могла ожидать, что на роскошном кожаном диване в ленивой позе, с телефоном в руке окажется…

Глава 3

Крюгер

Замираю на пороге, в полном ступоре.

– Вот это сюрприз, блядь, – ошеломленно произносит подонок. – Детка, ты кто?

Встает, направляясь ко мне. Трудно объяснить, что сейчас в моей душе творится. Концентрация ярости достигает пика, когда этот мерзавец оказывается вплотную. В пощечину вкладываю все силы, на какие только способна. Голова Макса дергается, в глазах – бешенство.

– Ты охерела? Сука… – обхватывает челюсть ладонью, не спуская с меня полного злости взгляда.

Поворачиваюсь спиной, чтобы сбежать обратно в ванную, но Крюгер хватает меня сзади за волосы. Дергает на себя, разворачивает, и я впечатываюсь в его мощное тело, попутно теряя полотенце. Ору во всю мощь легких, но это не помогает, урод тащит меня в центр комнаты, не давая вырваться, как бы ни старалась. Наше сражение заранее имеет предрешенный исход. Заяц не может соперничать с волком по силе.

Взгляд Крюгера жадно шарит по моему обнаженному телу. Поверить не могу, что все происходит наяву! Только что я думала, что хуже быть уже не может, и вот жизнь снова дает мне пощечину, такую же сильную как я только что отвесила этому мерзавцу.

Макс выглядит разозленным, он такой огромный, мне с ним точно не справиться. Приподнимает в воздухе, мне лишь остается беспомощно брыкаться.

– Ты кто такая и что делаешь в кабинете моего отца? – рычит яростно.