Космический Мусорщик: Беглецы

– Я его раньше не видел. Чиновник какой-то? Или член совета? – Патирион заинтересованно заглянул за плечо брату. – Мусорщик? Член Гильдии? – ненаследный принц пробежался глазами по краткой информации. – Вроде, больше одного представителя обычно не приходит. С их главой что-то случилось? – он посмотрел на Авалона в поисках ответа.

– Мне не докладывали. Глава Гильдии Мусорщиков должен быть. – пожал помощник плечами, ненадолго отвлекаясь от причёски наследного принца.

– Да и какая разница? Он с периферии. Видно, счастливый билет выпал, вот и позвали. – Отмахнулся Диларион, снова откладывая планшет. Внимание старшего из близнецов снова вернулось к более актуальной для него темы. – Однако я всё равно думаю, что пускать сюда, во Дворец, Вак-Гариолуну плохая идея. Они так и не принесли клятвы императору. Не подписали ни одно предложенное соглашение. И всё ещё имеют собственные запрещённые военные технологии и разработки. Я читал отчёты тётушки Давуали.

– Когда она вернётся, то устроит тебе взбучку. – покачал головой Патирион. Он, в отличие от брата, не рисковал лезть в данные первых помощников императора, к коим относилась начальница тайной службы – Дейдра Давуали, их крёстная тётушка. Нет, принцев никто не крестил, но та, сама себя так называла, мягко опекая близнецов.

– Ты или думаешь обо мне слишком хорошо, или слишком плохо. Я взял их со стола у деда. – Диларион озорно улыбнулся.

– У дедушки Блигонира? – Патирион нахмурился, снова откладывая планшет. Выходку брата он считал сомнительной, но ещё больше его интересовало другое: – Но как они там оказались? Не замечал между ними тёплых чувств.

– Меня не интересует, как, Пат. Главное, что я узнал из них. – служанка Улана с помощью Авалона, наконец, закончила причёску, и поклонившись, покинула покои старшего принца. Диларион теперь был готов к приёму и даже выглядел прилично, а Авалон занял место за младшим близнецом. – Там практически всё было зашифровано, но вот то, что я смог узнать, тебе не понравилось бы. Разведка донесла, что Гариолуну используют какую-то неисследованную технологию, создающую пока не пеленгуемые излучения неизвестного характера. Есть предположение, что именно это всё стало причиной того ужасного сбоя в цикле планет Вайсилус и Ганадиз. Ту гуманитарную катастрофу до сих пор расхлёбывают.

– Это могут быть только домыслы, – Патирион скептически посмотрел на брата. – уверен, опасных для отца и нас лиц не позвали бы на приём.

– Дед сказал, что это личное решение императора. И он это тоже не одобряет. – завёл свою любимую песню наследный принц. То, что император и его тесть находились в оппозиции друг к другу, знали только приближённые. Знать, поэтому, тоже делилась на несколько лагерей, но там было всё сложнее, чем поддержка или не поддержка императора. Был ещё Совет, три палаты парламента, конгрессмены и канцлеры. И благодаря всему этому существовал Межгалактический Альянс. Их отец не обладал единоличной властью над всем Альянсом, но был тем, благодаря кому этот Альянс вообще существовал. Император смог объединить союзников в одну большую систему, улучшив жизнь многим расам и отделившимся колониям.

– Но на приёме он будет? – с надеждой уточнил Патирион. Их дед мог и не прийти, и тогда вечер был бы в тысячу раз скучнее.

– Да, обещал быть.

– Ваше Высочество и Ваше Высочество, нам пора, – прервал разговор братьев Авалон. – Нас уже ждут.

– Отец? – Диларион бросил беглый взгляд на отражение и поднялся.

– Да. Его Величество желает зайти вместе с наследниками. – помощник младшего принца поклонился, открывая дверь.

Наследный принц вышел из комнаты первым. Патирион чуть замешкался, бросая последний взгляд на зеркало. Какая-то внутренняя тревога и волнение медленно охватывали его, но ненаследный принц гнал негативные мысли прочь. Что может произойти на приёме неожиданного? Ничего, ведь у них лучшая система безопасности и охрана. Здесь, во Дворце, им ничего не могло угрожать.

***

Большой зал приёмов вмещал в себя от трёхсот до пятисот гостей. Ричард, с неохотой надевший парадный мундир, как и обещал ему Финлитан, смог попасть в зал через вход для обслуживающего персонала. Караульные исправно проводили его до дверей, показав кратчайший маршрут. Перехватив бокал воды с подноса, капитан посмотрел на неотстающего от него ни на шаг Джираила – то понятливо сообщил, что их прибытию не уделили большого внимания, как он и желал.

Приёмы, за время его отсутствия, изменились мало. Костюмы знати поменяли оттенок, причёски – пышность, украшения зала – вычурность. Вот и все изменения. Все те же скучающие и нарцисичные представители Знати, что даже на изрядно не тренированный взгляд Шейлео легко разделялись по дружественным и враждующим группам. Стражи, вычисленные опытным взглядом капитана на раз – едва заметные и слившиеся с интерьером роботы почти не привлекали внимания. Мечтательно прогуливающиеся и желающие удачно выйти замуж дебютантки, бросающие легко интерпретируемые взгляды на всех вокруг. Юные офицеры, в первый раз попавшие на приём к Его Величеству, выделялись своей восторженностью и наивностью во взгляде. Хотя из их числа Ричард тоже запросто отделял тех, кто были чьими-то протеже, а кто сам попал во Дворец. Были и несколько свит, кружащих у важных персон.

Ричард безошибочно вычислил круг императора. Несколько членов Общего Совета судя по нашивкам, пара представителей планет и, кажется, какой-то консул окружали Его Величество. Шейлео легко нашёл взглядом и отца почившей Императрицы – этот старец даже в его воспоминаниях был седым и длиннобородым, что со временем практически не изменилось. Взгляд старика был всё таким же холодным, расчётливым и неживым. Ричард чувствовал неприязнь к этому иллирианину с первой встречи, в прошлой жизни во дворце, и за двадцать лет отсутствия, эти чувства ничуть не изменились, лишь усилившись.

Круг Общего Совета и глав гильдий, расположившийся невдалеке от императора, порадовал Шейлео отсутствием Мантрессо Ваши, главы гильдии Мусорщиков. При всём уважении и любви Ричарда к этому почтенному мужчине, тот запросто мог заболтать капитана, уговорив на незапланированные поступки. Двадцать лет назад именно это тот и провернул, уговорив Шейлео остаться на службе императора, но в другом статусе.

Келиолиец во время осмотра гостей встретился взглядом и с Финлитаном, что отсалютовал ему бокалом. Ричард улыбнулся старому другу, но из тени колонн и других гостей, за которыми он остался, не вышел.

Следующим взглядом он встретился с Жарги Жагри. Бывший подопечный, а ныне разделявший место Ричарда при императоре с ещё несколькими достойными советниками, он почти не изменился. Всё тот же внимательный, но добрый взгляд карих глаз, чёрные уложенные по последней моде короткие волосы и густые в тон волос усы ничуть не изменились за года. Ричард избегал личных контактов с бывшими друзьями и коллегами, но видел снимки старого подопечного и в редко листаемых хрониках Альянса, и в ещё реже просматриваемых новостях. Жарги за прошедшие года потерял ту юношескую наивность, которую не смогла вытравить из него Последняя Межгалактическая, и обрёл присущую обременённым ответственностью людям статусность. Вживую это было отлично видно. На кивок Жарги Ричард кивнул в ответ и улыбнулся. Было приятно видеть, как вырос когда-то отмеченный им боец.

В сторону императора Шейлео старательно не смотрел, хотя взгляд Его Величества безошибочно чувствовал на себе раз или два.

Ричарду удавалось оставаться без собеседника почти половину первого часа, когда его одиночество было нарушено.

– Ричард Шейлео, не обманывают ли меня мои глаза? – небольшой сухонький старичок с короткострижеными волосами и небольшой бородкой, в красиво расшитом синем камзоле с широкой наградной планкой появился перед капитаном неожиданно.

– Глава Ваши, – Ричард бросил укоризненный взгляд на Джираила, не предупредившего его о приближении главы гильдии Мусорщиков. – очень рад вас видеть.

– Брось Шейло и не кори Джираила. – внимательный старик, конечно же, на раз расшифровал его взгляды. – Я предупредил его, чтобы он не испортил сюрприз. Будь твоя воля, ты не то что мне, ты бы всем им, – он махнул рукой на гостей приёма за собой. – на глаза не попадался. Так бы и сидел на своём астероиде и упивался собственной тоской и самодовольством.

– При всём уважении, господин Мантрессо, я, как вы выразились, «на своём астероиде», работаю. – Шейлео совсем по-доброму закатил глаза, всем своим видом показывая, что шутку начальника понял.

– Конечно, работаешь, – важно покивал Мантрессо. – иначе бы так долго не продержался там. Ты знаешь статистику? Мне пришлось в районе Дельгиро уже пять раз менять Мусорщиков за последние пять лет. – Ричард, к своему стыду, статистику знал. Хоть и ругал себя каждый раз, когда совал свой нос в административные бумаги. Шейлео, уходя из дворца, пообещал себе не влезать в чужие дела, однако сдержать такое обещание ему так и не удалось. – То ли дело старая гвардия, – продолжил Ваши. – Ты, Колников, Кицорий, Щакс и Ломика – вот кого не сломить. Только семьями обзаводитесь, да отпрысков создаёте. А ещё никогда не спишите в центр. – он покачал головой и грустно о чём-то задумался. Шейлео надеялся, что вопроса о том, когда его команда обзаведётся пополнение, ему не последует.

– Вы не правы, господин Мантрессо, – в разговор вступил стоявший позади Шейлео Джираил. – Дельгиро полон соблазнов, и разумный туда работать во век не пойдёт. Вот и не везёт Вам на том направлении.

– Я не раз на советах предлагал отдать этот участок Законникам. – Шейлео пригубил воду из бокала, качая головой. Его инициативу в этом вопросе поддерживали не все, поэтому Мантрессо до сих пор и не отдал сложный район другой гильдии. – Их в том районе без радара в каждом квадрате найти можно, а многие их корабли лучше наших. Они бы вполне справились, за дополнительную плату. – Келиолиец перевёл взгляд с собеседника на других гостей, отмечая, что что-то в обстановке в зале начало неуловимо меняться. Однако сфокусироваться на этой мысли до конца капитан не смог.

– Ты прав, Ричард. – Ваши покачал головой, отвлекая его он странных мыслей. Это же Императорский приём. Тут охраны, камер и системы безопасности больше, чем в их секторе. – Как ты помнишь, это последняя попытка. Ты почти убедил остальных, что Дельгиро не подходит для нашей зоны ответственности. Если и нынешняя команда провалится – мы, наконец, проголосуем единогласно. Однако созвать объединённый совет Гильдий, да ещё и так, чтобы император был готов лоббировать наши интересы – очень сложно. Кроме того, мы сами не приняли единогласного решения. Ныне Его ум занят более важными вещами. А защитников у Гильдии всё меньше. – Мантрессо эмоционально глотнул из своего стакана, и, судя по цвету и запаху, сегодня глава гильдии Мусорщиков предпочитал арас. Ричард бы скептично относился к тому, кто пьёт столь крепкий алкоголь в начале приёма, но знал, что напоить Ваши было практически невозможно – тот почти не пьянел. – Парламент считает нас архаичными пережитками войны, и не в первый раз пытается протолкнуть вопрос с упразднением. – Ваши неоднозначно посмотрел в зал. – Они думают, что открывают новую галактику, в попытке решить, что с нами делать. Но смотрят, как обычно, не туда. Нет, чтобы под носом поискать.

– Снова проблемы в Альянсе? – Ричард не обманулся витиеватыми образами и общими фразами старшего гильдии. Мантрессо был одним из советников прошлого императора, кто помогал и нынешнему в последнюю войну, и после неё, пока Августиар набирал свой штат. Этот низенький и крепко сбитый мужчина не зря носил знаки полковника. Его мудрость и опыт много раз помогали Шейлео, и когда они заканчивали войну, и когда он начал служить императору.

– А когда их не было? – улыбнулся старик. Улыбка его, правда, вышла грустной и усталой. – Они всегда есть, Шейло. Всегда.

– Тогда, – келиолиец задумался, пытаясь разгадать подсказу Мантрессо. Его взгляд блуждал по залу и гостям. Отметил выделяющихся представителей какой-то планеты в длинных в пол одеяниях, чьи красные плащи рябили даже в его защищённых линзами глазах. Мимолётно отметил и настроения Знати, эмоции молодёжи и старшего поколения. Не обошёл он взглядом и две огненно-рыжие благородные головы, замершие перед Скарыславом – отцом Императрицы и дедушкой принцев. То, что рыжие макушки принадлежат близнецам, один из которых был наследным принцем, а второй ненаследным, догадался бы и ленивый. Однако мысли келиолийца снова отвлеклись на эмоциональный фон, что был в зале. Атмосфера показалась ему очень напряжённой. Это не отражалось в настроениях присутствующих, но ощущалось естественно для келиолийца. – дело в наследниках?

Ваши не спеша обернулся к залу, следя за взглядом подопечного. Близнецы, общавшиеся с дедушкой, выглядели преданными и восхищёнными.

– Иллириане, несмотря на поддержку императора и членство в Альянсе, очень закрытая раса, Ричард. Даже о твоём мире мы, преобладающая численностью человеческая часть населения Альянса, знаем больше, мой друг. – Мантрессо отпил из бокала. – Сейчас, когда нам следует передавать знания следующему поколению, что у нас есть, Шейло?

– У нас нет войны, господин Мантрессо. – Ричард отсалютовал бокалом чётко поймавшему его взгляд Скарыславу. Не то, чтобы он хотел беседы со старым иллирианином, однако Блигонир всегда имел обширную сеть контактов, связей, а ещё оставался очень влиятельной фигурой на доске дворцовых интриг. Ричард не любил этого старого властолюбивого гордеца, но признавал его талант и способности добиваться своего. Одно то, что он смог женить свою дочь на императоре, говорило о многом. Келиолиец получил ответный кивок Скарыслава и отметил, что тот собирается подойти поближе и поздороваться. На счастье Ричарда, иллирианин двинулся в его сторону один – ещё не хватало знакомиться с наследниками!

– Иногда, Шейло, лучше вой... – Ваши поймал себя на незаконченной фразе замирая. – Ричард? – глава гильдии Мусорщиков удивлённо перевёл взгляд на подопечного. – Что я только что чуть не сказал? Это сегодня арас такой крепкий? – мужчина недоумевающе посмотрел на бокал в руках.

– Думаю, нет, господин Мантрессо. – Ричард быстро сложил картинку в голове. Давящее чувство, неприятная атмосфера в зале, и негативные, чуждые в обычной жизни эмоции, прорастающие даже в разуме Шейлео – на приёме что-то было нечисто. – Изменилось ли что-то в защите Дворца за время, что меня не было? Эмпатов всё ещё не пускают?

– Тебе стоит поговорить с Жарги. Он сейчас отвечает за безопасность. – старик нахмурился. – Ты что-то чувствуешь?

– Я списывал это на большое количество гостей, но сейчас начинаю допускать, что может дело не в них. – Шейлео на полголовы обернулся к Джираилу. – Я хочу переговорить с Жагри.

– Принято, ноа сет. – андроид понятливо кивнул, отходя от мусорщиков.

– К тебе идёт Блигонир. – Ваши не было необходимости оборачиваться, но Ричарда он предупредил. – Оставить или поддержать? – старик слегка приглушил голос, понимая, что иллирианин уже близко.

– Я был рад увидеть вас, господин Мантрессо. – Ричард не боялся иллириан, и перед Скарыславом никогда не робел. Хоть поддержка мастера гильдии была приятна, он не хотел допустить каких-то сплетен. Несколько любопытных взглядов, наполненных узнаванием, он уже перехватил. – Пожалуйста, будьте начеку.

– Я тоже, Шейлео. – тепло улыбнулся Мантрессо. – Дай знать, когда будешь здесь следующий раз – соберу совет. – старик отсалютовал подопечному бокалом и скрылся в толпе также искусно, как перед этим из неё появился. Ричард не обманулся расслабленным внешним видом главы Гильдии мусорщиков. Тот серьёзно воспринял его слова. Келиолиец мог быть уверен, что император будет в безопасности.

– Глава отряда Космических Мусорщиков Ариадны, Ричард Шейлео. Давно не видел вас в этих стенах. – Скарыслав Блигонир был ниже Ричарда на две головы, предпочитал длинные многослойные халаты, расшитые драгоценными нитями и вставками. Он не появился внезапно, это сложно сделать, когда гости расступаются перед тобой практически также эффектно, как перед императором. Но мужчина вроде как смог сгладить свой манёвр по перемещению к мусорщику, поэтому много внимания их встреча не привлекла. Его седая густая ухоженная борода достигала груди и была украшена особой драгоценной заколкой на конце. Широкие усы, отросшие бакенбарды и длинные седые волосы придавали ему образ мудреца. Яркие сине-голубые глаза были холодны и внимательны, подмечая детали и запоминая мелкие подробности. Этот умудрённый годами муж с первой встречи заставлял Ричарда напрягаться и быть настороже. Шейлео чувствовал в нём скрытого под благочестивыми масками, расчётливого, опасного, безжалостного охотника.

Мужчина протянул Ричарду руку, и тот понял, что всё ещё не разучился вежливо улыбаться. Рукопожатие было крепким, но, как и все предыдущие разы, Скарыслав для Ричарда оказался абсолютно нечитаем. Слабые эмпатические способности келиолийца обычно позволяли если не считывать эмоциональный фон собеседника, то хотя бы понимать вектор его намерений. Блигонир всегда был для Шейлео закрытой книгой.

– Ваше сиятельство, вы совсем не изменились с нашей последней встречи. – Ричард практически не соврал. Слегка прибавившаяся седина и несколько мимических морщин были не в счёт. Все же продлевающие жизнь технологии в Альянсе стояли на втором месте по популярности.

– Не могу сказать того же о вас. – Скарыслав окинул Ричарда ненавязчивым взглядом, и Шейлео неосознанно напрягся. – Вы улетели к краю обжитого космоса, чтобы заняться собой? Ваша форма впечатляет. Даже на архивных заметках времён войны вы не выглядели так подтянуто и отдохнувши. Неужели заслуги Мусорщиков приуменьшают, и вы там совсем не заняты работой, а только и делаете, что следите за собой?

– О нет, господин Блигонир, – чужая неприкрытая лесть оцарапала морально. Ричард не смог бы объяснить этого словами, но знал, что Габриэлла бы его поняла. Идеальные во всём иллириане всегда катком оценки проходились по чужой внешности. И вроде императорский тесть похвалил физическую форму Шейлео, но при этом намекнул на безделье, припомнил отъезд и дал знать, что осведомлен о прошлом. На десерт обвинил в нарциссизме и подтвердил слова главы Гильдии о том, что к мусорщикам в том числе есть вопросы. Каждое слово этого старика всегда имело смысл и вес, и Ричард не давал себя обмануть ни на мгновение. – Край космоса не даёт расслабиться. Постоянные перемены гравитации, перегрузки, долгие полёты и работа с небесными телами не оставляет времени даже на одиночные полёты к императору. Выбравшись впервые за двадцать лет, я смущён количеством людей в одной комнате. – косить под дурачка для Ричарда было не впервой. Обмануть Скарыслава ему бы не удалось, но достойно ответить – вполне. – Слышал, вы уступили приёмнику шефство над Иллирианом? Был удивлён, что вы выбрали не кровного родича. – маска на лице Блигонира не дрогнула, однако Шейлео отметил, как слегка прищурились глаза мужчины. Келиолиец и не заметил бы этого, если бы не знал, куда смотреть.

– Ваша осведомлённость всегда на высоте, Ричард. – Скарыслав улыбнулся почти дружески. – Да, мой приемник молод, но, как и вам с императором, я уверен, это не помешает ему принимать верные решения на благо нашей родины. Вы к нам надолго? После столь длительного отсутствия во дворце, думаю, вам захочется задержаться здесь, чтобы проведать всех знакомых и друзей.

– К сожалению, график не позволяет мне задержаться. Как только я решу свои вопросы, отправлюсь обратно в сектор Ариадны. Метеориты не соблюдают расписание.

– Очень жаль. – вопреки словам Шейлео сумел почувствовать облегчение, волной разошедшееся по телу старика. Тот хоть и хорошо держал себя, однако навыки с возрастом, видимо, терял. Или не было среди Знати сильных соперников? А может просто позволил Ричарду это считать. Келиолиец никогда до конца не был уверен насчёт иллириан в целом и этого конкретного, в частности. Не любил он их, как расу. Скользкие, расчётливые, всегда имеющие свою выгоду и преследующие свои интересы, они не входили в перечень тех, кому капитан доверял. – А по какому собственно поводу вы здесь… – опасный вопрос Блигониру не дал завершить бесцеремонно его прервавший Жарги. Шейлео был искренне рад, что годы при императоре не искоренили эту удивительную способность Жагри Жарги плевать на правила приличия, когда это было возможно, нарушая чужие границы. Советник императора, по всей видимости, мог себе это позволить, а если не мог, Скарыслав Блигонир никогда бы не опустился до прямого замечания, чем Жарги и пользовался.

– Ричард! Сколько световых лет! – объятья старого ученика спасли Шейлео от объяснений. Нарушивший их диалог брюнет крепко прижал к себе не сопротивляющегося и извиняющегося взглядом перед Скарыславом Шейлео. Ричард каждый раз удивлялся, как сдержанный и практически незаметный во время работы Жарги умудрялся в секунду меняться на открытого и эмоционального парня в обычной жизни. – Скарыслав, вы, как всегда, опережаете меня и занимаете самых желанных гостей. – Жагри кивнул старику, что совершенно не выглядел удивлённым от его вторжения.

– Что ж, не буду мешать вашему воссоединению. Шейлео, Жагри, – Белигнор кивнул и удалился к гостям.

– Не знаю, кого ты спас больше, но благодарен тебе, как обычно. – Шейлео искренне улыбнулся другу, крепко пожимая не отпустившую его руку ещё раз, во множество раз искренней, чем сделала это в первый раз при иллирианине.

– Брось. Не сделай я этого, тебе пришлось бы познакомиться с наследниками. Смотри, как они тут же обступили деда. – Жагри кивнул на две рыжие головы, что в толпе оказались вровень с седовласой головой иллирианина. – А ты, раз остановился за колонной, совершенно не желаешь знакомиться с высшим светом. Вот я и решил помочь всем сразу. – брюнет широко улыбнулся. Искренность и смешинки в глазах делали его лицо на все двадцать прошедших лет младше.

– Не слишком ли ты геройничаешь, когда единственный отвечаешь за безопасность Его Величества? – Ричард в очередной раз поймал себя на ощущении какого-то чужеродного негатива в общем эмоциональном фоне зала. Даже это желание поддеть Жарги и напомнить про его обязанности было порождено чувством беспокойства, а не дружеской шуткой, которая прозвучала в голосе.

– Джираил сказал, что у тебя паранойя, но я не думал, что настолько. – Жарги покачал головой, легко распознавая подтекст в вопросе старого друга. – Даже на краю света никак не расслабишься?

Ричард перевёл взгляд с собеседника в зал, оставляя вопрос без ответа. Одна деталь, бросившаяся в глаза, породила неожиданный даже для капитана вопрос, который он не успел сдержать.

– Император до сих пор не снял траура? – он кивнул на тёмные цвета в одежде Его Величества.

– А? – Жарги посмотрел в ту же сторону. Императорские одежды действительно были пронизаны чёрными оттенками. Чёрные ленты в причёске, тёмная нижняя рубашка, чёрные окаймляющие рукава бейки и чёрные перчатки. Они традиционно выглядели гармонично и не бросались в глаза. Однако наряды императора для выхода в свет, сколько Ричард был во дворце, никогда не имели эту черту траурной строгости.

– Чёрные цвета в одежде. – пояснил Шейлео. – В моё время Август не терпел этого цвета.

– Что ж, тогда тебе стоит посмотреть хроники. Чёрный цвет – не знак траура в одежде императора. – Жагри задумался. – Его Высочество носит его, сколько я себя помню в должности. Ты, верно, просто забыл. По ушедшей Императрице знаком траура остаётся её переплавленное кольцо, что стало перстнем-печаткой на его левом мизинце.

Разумеется, ни рук императора, не тем более украшений с их расстояния видно не было. Ричард в целом впервые за вечер смотрел в сторону Его Величества дольше нескольких секунд. Однако и это он позволил себе словно заставляя, а затем перевёл взгляд на других гостей в противоположной стороне зала.

– Чья делегация, говоришь, сегодня с посольством? – сменил тему Шейлео, рассматривая украшения и праздничные голографические гирлянды, свисающие с высокого потолка.

– Вак-Гариолуну. – Жагри слегка сморщился, приосаниваясь и собираясь, как всегда происходило, когда что-то шло не по плану. – Но их остов ещё не прибыл. Какие-то сложности с маяком. Только входят в воздушное пространство Дворца. А здесь только мелкие представители, кто договаривался о встрече, – начальник службы безопасности огляделся. – Правда, их красные плащи уже раздражают и меня. Слишком покладистые. Я перепроверил всё за словами твоего робота. Фон в зале нормальный. Никого лишнего тут нет.

– Ладно, – неохотно согласился Шейлео. – Может, я нагнетаю – давно не был в такой толпе.

– Знать между собой в склоках, молодёжь подросла – меряется состояниями родителей да борются за внимание принцев. – Жарги кивнул на собравшихся в стихийные на первый взгляд группы гостей. Их запросто можно было разделить по возрасту, степени яркости костюмов и выражаемому спектру эмоций. – Наверняка это они так тебя перебивают.