- -
- 100%
- +
Дэйзи умолкла, словно предоставляла возможность домыслить, что было потом.
– И… они её убили? – спросил Джайлс. – Мистер Кулхед упоминал, что её смерть была позорной.
– О да, – Дэйзи встрепенулась, как старая птица, – её повесили. В те времена представителей дворянства положено было лишать жизни через отсечение головы. Вспомните хотя бы Марию-Антуанетту. Повешение считалось унизительным само по себе, а невесте вдобавок напомнило о её происхождении. Граф Мортимер убедил мать Делии откреститься от неё и дать табу на погребение в фамильном склепе… В общем, суть страшилки в том, – Дэйзи взяла маршмеллоу и тщательно осмотрела, перед тем как съесть, – что дух девушки не упокоился…
«Немудрено».
– …и по сей день ищет способ попасть к матери и братьям. В склеп Мортимеров.
Показалось, что никто из присутствующих не решался нарушить молчание, воцарившееся после этих слов.
Так что появление Сайласа оказалось как нельзя кстати.
– Девять пятьдесят. Пора готовиться к церемонии прощания.
* * *Джайлс отрешённо смотрел на Розмари. Каштановые кудри, рассыпанные по сиреневой подушке, выглядели как настоящие. На сложенных на солнечном сплетении руках лежал букет сирени. Искусственной, конечно же, откуда взяться сирени в октябре?
– Это здесь проходит… прощание? – тихо проговорил Джайлс.
– По желанию родственников церемония может проходить как в этом зале, так и в часовне. – Интонации Сайласа были такими, словно он зачитывал параграф. – После церемонии прощания гроб с клиентом относят к могиле либо родственники, либо могильщики. И после гроб опускают в могилу и закапывают.
– Пара манипуляций… и человека нет… – Джайлсу остро захотелось провести рукой по мраморной щеке Розмари. В глазах защипало. – Вы так говорите, будто… как будто речь о собаке… А она ведь ребёнок ещё…
Сайлас не ответил. Джайлсу становилось всё труднее сглатывать ком в горле.
– Вы же гот, – наконец заговорил он, – уж кто-кто, а вы должны иметь представление о том, что есть смерть.
Джайлс не удержался и всхлипнул, но постарался сделать это как можно незаметнее.
– Вынужден констатировать, что либо у меня складывалось неправильное представление о вашей субкультуре, либо вы лишь играете в гота.
Джайлс снова всхлипнул, зло и протестующе.
– Что ж, мой экскурс движется к концу, – как ни в чём не бывало, сказал Сайлас, сверяясь с часами. – День добрый, миссис Дэвис, прошу, заходите.
Джайлс вытер слёзы и обернулся, краем глаза заметив, что Натаниель стоит рядом. Миссис Дэвис на вид было около тридцати пяти, но если бы не около сотни фунтов лишнего веса, она выглядела бы ещё моложе. Знакомое щекастое лицо всё в красных пятнах, глаза, большие и влажно сверкавшие, бездушно глядели в пространство. Она тяжело дышала, и Джайлс ошарашено раскрыл рот, когда миссис Дэвис рухнула на первый попавшийся стул и принялась обмахиваться платком. Сайлас, в сравнении с ней ещё больше напоминавший ствол дерева, мигом оказался рядом, склонился к ней и что-то сказал, но смены эмоции на её лице не произошло.
За миссис Дэвис стремительно вошёл мужчина, остановился – ровно настолько, чтобы ответить на приветствие Сайласа – и устремился к гробу. Джайлс поспешил оттащить Натаниеля с его пути и почти прижал к стене.
Зал постепенно заполнялся. Прошло минут пятнадцать, а мужчина всё не отходил от Розмари. Поначалу он стоял неподвижно, но в какой-то момент он согнулся, словно ему резко закинули на плечи мешок с цементом, и заплакал.
Джайлс сжал губы. Представил себя на месте Розмари. Каково это, лежать там, под потоком родительских слёз. Попытался представить своего отца, стоящего на коленях перед его собственным гробом.
Не смог.
Джайлс нашёл миссис Дэвис. Та с тем же отсутствующим видом сидела, обмахиваясь платком, и пялилась перед собой. Он почти ощутил запах пота, исходящий от неё, и скривился от омерзения. Перевёл взгляд на мужчину у гроба и снова на неё. Захотелось подойти к миссис Дэвис и запихнуть этот чёртов платок ей в глотку.
К ним подошёл Сайлас.
– Мистер Кулхед, та женщина – мать Розмари, да?
Он посмотрел на него сверху вниз, и Джайлсу почудилось, что он рассмотрел тень сочувствия в его взгляде.
– Да.
– Мне показалось, или она действительно за всё время церемонии так и не подошла к Розмари?
– Очевидно.
– Почему?!
Джайлс слишком поздно сообразил, что Сайлас даже при всём желании не смог бы ему ответить, но неожиданно услышал:
– Она сама уже давным-давно находится по ту сторону жизни.
Теперь даже Натаниель соизволил оторвать взгляд от какого-то узора на потолке.
– Это из-за болезни Розмари? – спросил Джайлс, не зная, на какой ответ надеялся.
– Нет, – прозвучал беспощадный ответ, – более того, всё строго наоборот.
Сайлас, как показалось Джайлсу, заметил непонимание на его лице, поэтому пояснил:
– Когда собственная мать не обращает внимания на ребёнка, какой путь он избирает, чтобы привлечь её внимание? – Джайлс напрягся. – Один из наиболее радикальных способов: поиграть со смертью.
– Она захотела рак, – проговорил Натаниель.
– Грубо говоря, да, – кивнул Сайлас. – Вы знаете о причинах его возникновения?
Джайлс помотал головой, отрицая всё, что услышал сейчас. Натаниель пожал плечами, но было заметно, что предмет обсуждения его оживил.
– Что ж, в данном случае, предполагаю, имело место сильное психическое расстройство, например, депрессия. А любое психическое расстройство влечёт за собой изменения гормонального фона. Определённые типы гормонов могут порождать злокачественные образования. – Сайлас усмехнулся. Слишком уж неожиданно. – Забавно. Она и понятия не имела, что болезнь только увеличит расстояние между ними.
Джайлсу захотелось выбежать из проклятого зала прочь.
Как можно дальше от всех этих людей. Туда, где можно спрятаться от тех, кто так обыденно рассуждает о смерти.
И вспомнил о своей секте.
В зал вошёл ещё один мужчина. На лице его сияла улыбка, приторная настолько, что Джайлс ощутил, как у него свело зубы. Он подошёл к ним, прошептал что-то Сайласу, и тот кивнул.
– Леди и джентльмены, – его голос прозвучал по-прежнему спокойно, но вместе с тем неожиданно громко, – я объявляю об окончании церемонии прощания и прошу четверых мужчин, уверенных в своём здоровье, перенести гроб к катафалку у выхода.
Мистера Дэвиса (Джайлс теперь не сомневался, что это был именно он) бережно отвели от гроба, несмотря на его протест. Гроб обступили четверо мужчин, один из которых был ненамного старше их с Натаниелем.
«Брат?»
Под руководством обладателя приторной улыбки, они подняли гроб, но тут же опустили. От толпы родственников отделилось ещё двое мужчин. Все встали. «Даже эта стерва?» Розмари поплыла в воздухе.
«Последний момент величия перед тем, как уйти в землю навсегда».
Джайлс и Натаниель влились в процессию, слыша за спиной время от времени пробегающие шепотки. Гроб погрузили в катафалк. Джайлс заметил миссис Дэвис. Она что-то говорила мистеру Дэвису, который так и не разогнулся до конца. Он услышал её голос. Гнусавый и тягучий.
У могилы на участке святого Георгия стояли Томас и рыжий, и Джайлс к собственному удивлению ощутил облегчение. Он посмотрел на гроб Розмари, обвёл взглядом процессию. Прямо за носильщиками шла миссис Дэвис, за ней – мистер Дэвис, и уже за ними остальные.
Молодой споткнулся.
Гроб соскользнул назад, внезапно лишившись опоры.
Коснулся горла миссис Дэвис.
Хруст трахеи.
Грохот упавшей ноши.
И молчание.
Кто-то завизжал, и люди волной отхлынули от гроба, включая даже тех, кто его нёс. При виде крови, растекающейся по земле, Джайлс услышал, как ему в уши ударила его собственная. И ещё:
– Отомстила…
– Конечно, отомстила… Горло передавила, а у самой рак щитовидки был…
На плечо Джайлсу неожиданно опустилась огромная горячая рука.
– Вы?..
Он заметил, что другая рука Клейтона лежала на плече Натаниеля. Он смотрел на обоих испытующе, словно проверял реакцию. На секунду у Джайлса мелькнула мысль, что всё было подстроено специально, но тут же отгородился от неё.
Он нашёл глазами Сайласа. Тот вместе с человеком-улыбкой пытался вразумить толпу.
Морозное дыхание. В правом ухе.
Джайлс обернулся.
Никого.
Или?..
«Вот чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт!»
– Эй, ты как?
В глазах помутилось. Последнее что он успел сделать, это найти взглядом Натаниеля.
Тот снимал происходящее на телефон.
* * *Джайлс с трудом удерживался, чтобы не начать качаться, как умалишённый. Сидя в хозблоке с щербатой кружкой воды в руках, он старался ни на кого не смотреть. Ему не нужно было видеть Натаниеля, потому что он знал, что тот испепеляет взглядом Клейтона и Сайласа. Они минуту назад отобрали у него телефон со снятым на видео кошмаром и удалили его, а сейчас оба орали (по преимуществу Клейтон), но Джайлс особо не прислушивался. Вокруг сновали Крауди и рыжий. Он, кажется, единственный казался довольным.
«Придурок, видел бы ты это…»
– В сознании? – раздался над ухом хрипловатый голос. Томас.
Джайлс скосил на него глаза и снова уставился на воду в кружке. По поверхности периодически шла рябь.
– Мне кажется, вам следует отправиться домой, – сказал Сайлас. – Обоим.
Джайлс вздрогнул.
– Вы нас… отстраняете?
Он не мог понять, хорошая это новость или нет.
– Что за бред, никуда они не пойдут! – рявкнул Клейтон. – Если после каждого форс-мажора отправлять их домой, какой смысл в работе здесь? Вы оба, – он встал перед Джайлсом, – так просто отсюда не свалите. По графику у нас ещё одна церемония…
Тут в хозблок неожиданно ввалился Магнус с тесаком в руке и чуть не снёс рыжему полголовы. Сразу же стало как будто теснее.
– Мистер Кулхед, сэр… Что произошло, я еле пробился: снаружи полицейские кэбы…
– Женщину придавило гробом, – просто ответил Сайлас, как время подсказал.
– Син и Крауди, берите за шкирку этого, – Клейтон ткнул в Натаниеля, – и тащите в конец кладбища: учите копать. Гёйтюрссон – старшого, и идите за мной. Поднимайся, хватит штаны просиживать! Будем работу твою оценивать.
Джайлс попытался подняться, но ноги затряслись, и он грохнулся обратно. Кружка же грохнулась на пол и раскололась. Лужа воды поспешно затекала в щели между половицами.
– На счастье, – попытался пошутить Томас, но его никто не поддержал.
* * *– Я не понимаю, – стонал Джайлс, на подкашивающихся ногах приковыляв из-за ближайших кустов, – какая может быть работа после такого?.. Почему кладбище не закрыли?
Магнус вынул изо рта зубочистку и посмотрел на него так, словно он спросил, почему Земля круглая.
– Как мы можем отменить уже назначенные похороны? Сказать родственникам: «Простите, миссис К., пусть труп вашего мужа ещё пару деньков полежит в морге»?
– Но ведь… это неправильно. Ненормально, – замотал головой Джайлс, не отваживаясь даже коситься в ту сторону, где всё произошло.
– А чего ты ожидал? Для вдовы чужая смерть – не оправдание. Если из-за каждого несчастного случая будут кладбище закрывать, представляешь, сколько скопится трупов? – Он снова засунул зубочистку в рот. – Мистер Кулхед говорит, что клиент должен быть погребён с точностью до секунды в то время, в которое пожелали родственники клиента.
У Джайлса снова подкатило к горлу, но, перед тем как убежать к спасительным кустам, он каким-то чудом пробулькал:
– Он же просто распорядитель, какое влияние он может иметь?
– О-о-о, ты ещё плохо его знаешь, – усмехнулся Магнус.
Тут внезапно прилетел Клейтон и начал орать на Магнуса за то, что тот ковырялся в зубах.
– Но я же зубочисткой. Это что, преступление? – непонимающим тоном вопросил он.
– Выкинь эту дрянь и зови Кросса, будем… Блумвуд, паскуда, чем ты там занимаешься?!
– Зубочистки зря покупал, что ли?..
– Ничем, сэр, – проблеял Джайлс, надеясь, что выглядит не слишком зелено.
Клейтон, забыв о зубочистке, стремительно прошёл мимо и с тщательностью гончей принялся обнюхивать Джайлса. Он кинул удивлённый, немного панический взгляд сначала на него, потом на Магнуса.
– Сэр, а что случилось? – спросил Магнус. – Нам нужно закончить эту могилу…
– Забудь о хреновой могиле, у нас тела перепутаны, – рявкнул Клейтон, отвернувшись от Джайлса.
Джайлс раскрыл рот.
«У этих ребят, что, ни дня без приключений?»
Раздался хруст щебня. Он резко напомнил Джайлсу тот памятный хруст, и он снова согнулся пополам.
– Кросс, тебя где черти носят?
– В заднице Сатаны.
Джайлс даже в таком состоянии почти оценил шутку. Теодор ступил на траву и выгнул спину. Лопата и сапоги все в свежей грязи.
«Ты что, ещё что-то выкопать успел за это время?!»
– Очень кстати, что ты вернулся из увлекательной экскурсии, – Клейтон в последний раз взглянул на Джайлса и впервые перевёл взгляд на выкопанную им могилу, – вы… Что это за срань?
Он наклонился. Под давлением мощных подошв его ботинок края могилы чуть ссыпались: откалывались сразу пласты земли. Джайлс прикрыл глаза ладонью.
– Переделать. Ясно тебе, Блумвуд?
– Да, сэр, – на всякий случай отозвался Джайлс, почему-то не рискнув сказать о том, что не видит смысла в переделке никому не нужной могилы на отшибе кладбища.
На известие о случившемся в похоронном доме Теодор отреагировал философски:
– Случается.
– Хватит болтать, Кросс, и так весь график успешно просран! – рыкнул Клейтон, резко выпрямляясь. – А ты, щенок, учись, как надо работать. Правило первое – края могилы не должны, мать их, осыпаться! Ты куда смотрел, Гёйтюрссон?!
Вопрос явно был риторическим. Клейтон сплюнул.
– И что теперь? – поинтересовался Магнус. – Мы же не имеем права просто взять и поменять тела. Вы вызвали прокурора?
– Там и без меня есть, кому звонить этому плешивому жиртресту, – отрезал Клейтон. – К тому же у нас нет на это времени: Дик трясёт. – Он чуть не прожёг дыры им во лбу. – Выкапываем сегодня. Встречаемся здесь же, в одиннадцать…
– Но сэр, – встрепенулся Джайлс, – мне запрещено…
– В курсе, уже отправил запрос, получил разрешение, не смей меня перебивать! И никому ни слова. Узнаю – шкуру с каждого спущу, – прошипел он. – Райдера предупредил, он вам даст ключи от хозблока. Всё поняли?
Все кивнули.
– Дик тоже поприсутствует.
«Что за Дик-то? Мистер Кулхед, что ли?»
– А он нам зачем? – нахмурился Магнус. – Не доверяет нам?
– Я почём знаю? – чуть было не рявкнул Клейтон. Огляделся. – Небось, надеется что-нибудь прикарманить с покойничка, паскуда.
Магнус с сомнением возвёл глаза к небу.
– Ладно, идите. – Прозвучало почти с отеческой теплотой. – Не забудьте про… чёрт тебя дери, Гёйтюрссон, опять рыбу свою тухлую жрал? Зараза, ну вот как можно это жевать каждый божий день?
Он отдышался. Джайлс с интересом наблюдал, но исподлобья.
– Всё, возвращайтесь к работе, хватит в носу ковырять.
Магнус, судя по выражению лица, последнюю фразу воспринял на свой счёт. Клейтон развернулся на каблуках.
– Так это незаконно? – шёпотом спросил Джайлс.
– Ещё как! – отозвался Клейтон, демонстрируя слух как у третьеклассника на контрольной. – Повезёт тебе, малец, если в штаны не наложишь этой ночью: пострашнее сегодняшнего инцидента будет. В случае чего огребём далеко не от прокурора.
* * *– Слушай, а сколько сейчас стоит почка?
Джайлс, сонный, пялился под ноги. Происходящее его уже порядком истощило, он хотел лишь побыстрее свалить домой.
– Зарплаты мало? стипендии? – бросил Теодор. – Ты отличник.
– Ну, мало ли… – пожал плечами Магнус. – Я просто подумал, что доноры ведь неплохо зарабатывают. Уж получше, чем мы. А я планировал получить второе высшее… ты об этом не задумывался?
– Мне нужны мои почки.
– Да я не о том! Об образовании. Ты вот не стал поступать, даже школу не закончил, если мне память не изменяет. А мозги-то есть.
– Мне нормально.
Магнус мученически вздохнул и взглянул на Джайлса:
– И так уже… года три, да?
Теодор кивнул. Джайлс мучительно зевнул. Ему было решительно наплевать на почки и вторые образования. Но когда Магнус дружески ткнул его, Джайлсу стало настолько же решительно не наплевать на процесс дыхания.
– А ты ведь ещё в школе учишься, да? Кем планируешь быть?
Джайлс отдышался и, обидевшись, поначалу даже не хотел отвечать.
– Ну… я ещё об этом не думал, – небрежно сказал он, будто ему каждый день приходило по десятку пригласительных писем из лучших университетов мира. Хотя на деле, это первое, что пришло ему в голову.
– Иди ты! – воскликнул Магнус ошарашено. Джайлс вздрогнул и чуть не выронил лопату. – Я в твоём возрасте сидел в библиотеке: читал, как викинги англичан гоняли! Без обид. Неужели тебе не хотелось… не знаю… – он пощёлкал пальцами, – космонавтом стать хотя бы.
Джайлс в отчаянии посмотрел на Теодора. Тот потёр висок.
– Подумай, – не отставал Магнус, – что тебя интересует больше всего? Чем ты хочешь заниматься?
Джайлс начал пятиться, когда среди стволов замигало два фонарных луча.
– Гёйтюрссон, сдурел? – прошипел Клейтон. Джайлс облегчённо выдохнул. – Орёшь громче, чем хренова сигнализация!
– Есть с кого брать пример, – холодно заметил Сайлас, поправляя перчатки. – Пошлите, время не ждёт.
Последний приют. Как много в этой фразе. Иронии. Что бы сказал старик-похороненный-не-там по её поводу?
Джайлс не обращал особого внимания на обстановку кладбища: всё это он наблюдал каждую ночь в течение нескольких лет, и можно сказать, что эти виды ему слегка приелись. Сейчас он просто хотел спать после трудного и богатого на события дня. Клейтон заставил его выкапывать гроб вместе с Теодором, хотя Сайлас настаивал на том, чтобы «поберечь юного Блумвуда». Джайлс машинально закончил про себя: «До худших времён».
Тело пацана влажно блеснуло под светом ручного фонаря. Луч скользнул по лицу трупа. Из его рта выползла личинка. Джайлс пытался бодриться, но сдался на третьей секунде и отскочил за ближайший куст.
– Жри червей, паскуда, – с ненавистью прохрипел Теодор, будто знал этого парня прежде.
Тело переложили на выцветший брезент. Лицо Кулхеда тоже трупно блестело. И даже чуть-чуть в темноте светилось. Магнус и Теодор ушли выкапывать старикана. Джайлс время от времени прокручивался вокруг своей оси и держал наготове лопату. Лицо от непрекращающейся тошноты было всё в холодном поту, волосы вставали дыбом (волосы на ногах, поскольку по тем, что на голове, из-за геля могли скатываться капли дождя). Ещё и ветер мерзко задувал под куртку.
– С вами всё в порядке, Блумвуд? – спросил Сайлас.
«Издеваешься?!»
– От тебя у кого хочешь будет рожа кислая, – брякнул Клейтон.
Волосы на его груди чуть ли не колосились, а промозглый ветер трепал их. Сайлас явно хотел что-то отмочить на этот счёт, но раздумал.
Справа между могил промелькнуло что-то белое, всколыхнуло листья. Джайлс подпрыгнул и закрутился быстрее, как волчок.
«Чёрт, когда уже это всё кончится?»
Показались Магнус и Теодор, перетаскивавшие в брезенте тело. Джайлс с долей облегчения выдохнул: белым вполне мог быть Магнус. Теодор пристально посмотрел на него.
– В чём дело? – прохрипел он.
Джайлс не менее пристально посмотрел на Теодора, пытаясь определить, имеет ли он в виду то, о чём он сам думал. Но их прервал Сайлас, заявив, что время деньги, или что-то в этом роде. Проверив на этот раз, чьё тело они положили в гроб, могилу принялись закапывать. Джайлса на этот раз отстранили из-за его трясущихся рук. Сайлас молча наблюдал за процессом, словно был в трансе. Возможно, мыслями он уже пребывал дома под одеялом с Эрл Греем в одной руке и книгой в другой. Каким-нибудь Набоковым. Или де Садом.
К могиле парня с личинками во рту послали Джайлса и Теодора, обосновав решение тем, что «даже кретин с такой задачей справится». Топали в самый конец кладбища. Туда, где обычно хоронят таких, как он: никому не нужных имбецилов общества. По крайней мере, Джайлс предполагал, что он принадлежит к имбецилам общества, раз Теодор с такой откровенной ненавистью пожелал ему жрать червей. Развороченное нутро могилы напоминало какой-нибудь проход в Ад. Он не знал, как на самом деле выглядят проходы в Ад, но подозревал, что это – нечто близкое.
И в ней Джайлс узнал им же выкопанную могилу.
Посмотрел на Теодора, но тот не оборачиваясь хромал вперёд. Джайлс опять ощутил подкрадывающееся удушье, но связано это было не с тошнотой. Этого он опасался больше всего: блевать-то он уже привык. Голова трупа шмякнулась на землю, а Теодор, не обратив на это внимания, протащил тело ещё шагов пять. Джайлс закашлялся, судорожно зашарил по карманам. По носу стекла капля пота и, упав, затерялась где-то среди сухих листьев. Наконец, он нащупал ингалятор и несколько раз пшикнув, коротко и хрипло вдохнул лекарство.
– Так ты астматик.
Джайлс запрокинул голову к небу, сипло втянул воздух, но опять закашлялся. Посмотрел на него с видом «отвали». Теодор вздохнул, и пока он перетаскивал тело к открытому гробу и аккуратно перекладывал его внутрь, Джайлса снова стошнило. По его подсчётам, он ещё днём должен был умереть от обезвоживания, но что-то не срасталось. Теодор стоял, опершись о лопату, проследил за парой упавших листочков. Самый пик прошёл.
– Не падай только, – обронил Теодор, положил руку ему на плечо, слегка склонился. – На вот.
– Что это?.. – Слезящиеся глаза сфокусировались. – Жвачка?
– Бери и жуй.
Взял. Пожевал. Кислый запах смешался с мятным. Тошнота отступила, по крайней мере, на время. Перестало шатать. Джайлс с опаской выпрямился, шумно выдохнул.
– Чёрт побери…
Теодор кивнул.
– Первая эксгумация в первый день. Нехило.
Закапывали молча. Джайлс, как будто пытался реабилитироваться, слишком рьяно орудовал лопатой и задыхался. Пару раз Теодор даже прикрикнул на него.
– Вы там что, уснули? – встретило их ворчание Клейтона.
– Действительно, с первым телом вы управились быстрее, – поддакнул Сайлас. Впрочем, вид у него был всё такой же отсутствующий.
Ответа никто из них не дожидался, он им был неинтересен. Оба двинулись в разные стороны: Клейтон в сторону сторожки, а Сайлас – к выходу. Джайлс засунул руки в карманы и с ужасом уставился себе под ноги.
– Забыл? – спросил Теодор
Джайлс кивнул с обречённым видом.
– Мы его не закопали?
Джайлс резко изменился в лице. Теодор махнул рукой и уже перехватил поудобнее лопату, как Джайлс остановил его:
– Идите. Я сам.
Они переглянулись.
– Идите, – повторил он настойчивее. – Я не мальчик вам.
– Хорошо, иди, – добродушно громыхнул Магнус. – Мы подождём. Не спешим же, да?
Теодор отрывисто кивнул.
– Помнишь куда идти? – услышал он его хрип в спину.
Джайлс махнул ему рукой, не оборачиваясь. Показалось, ветер усилился.
К тому времени, как он добрался до нужного места, снова начал подкрадываться приступ удушья. Джайлс упёрся руками в колени, насторожено вслушиваясь в хрипы.
А когда выпрямился, то увидел напротив белую фигуру с чёрным покрывалом на голове. Она ничего не делала, но Джайлс закричал так, что бутылка виски в руках Клейтона на противоположном конце кладбища чуть зазвенела.
Глава 2. Искусство умирать
На следующий день место молодняка заняла старшая бригада, дабы дать возможность «зелёным» переварить вчерашнее. А то, видит Ктулху, день был весьма насыщенным.
Встретив Натаниеля на кухне с утра, Джайлс понял, что тот дуется на него. Что логично, ведь это первый раз за три года, когда он пошёл куда-то ночью без него. Вообще, понять эмоции Натаниеля постороннему было весьма трудно, но Джайлсу это было раз плюнуть: когда живёшь под одной крышей с человеком шестнадцать лет, становишься неким подобием охотничьей гончей. И в какой-то мере Джайлс этим гордился, так как эмоциональный диапазон Натаниеля разнообразием не отличался. Стрелка постоянно скакала от «мне-плевать-на-тебя» до «отвали-не-то-огребёшь». Как у котов. Джайлс припоминал ещё один спектр из детства, но забыл, какое дал ему название. Что-то вроде «за-свой-горшок-дам-в-корешок», но это не точно.
«Слышь, придурок, признайся хотя бы самому себе, что ты только пялишь в стены и ничего не предпринимаешь».
Признаться-то он признался, только толку от этого.
Джайлс разрывался от желания рассказать о том, что видел вчера ночью, хоть кому-то и беспричинным страхом быть поджаренным в адском пламени за это (что любой добропорядочный сатанист почёл бы за честь). Поэтому он просто весь день безвылазно просидел в своей комнате, избегая редких встреч с дедом, который время от времени курсировал по коридору, стуча тростью, и пыхтел под дверью.
Джайлс и сам не ожидал, что его психика настолько шаткая. Мало ему нелепой смерти миссис Дэвис, так ещё и… Он думал, что умрёт. Просто упадёт замертво, как какая-нибудь чрезмерно впечатлительная девчонка. Ну, или опоссум.