От распада к Смерти

– И это она ещё ни слова не говорила, – заметил Джайлс, обращаясь к одному из постеров.

Разукрашенные музыканты в чёрном плотоядно скалились на него, словно он был праздничной индейкой, а над письменным столом висел рисунок оскалившегося Сатаны. Джайлс поспешно отошёл к окну и уставился пустыми глазами на фасад начальной школы для девочек, со стороны которой доносились, что закономерно, девчачьи визги. Обычно они страшно бесили Джайлса. Немногочисленные деревья трусили жёлтыми листьями, в стекло время от времени бились капли дождя. Самая погодка для гота, но о том, чтобы выйти из дома после шести вечера, можно было даже не мечтать.

И тут он снова вспомнил о Натаниеле. Не то чтобы он часто о нём забывал, просто мозг Джайлса предпочитал время от времени игнорировать присутствие брата в его жизни.

Обычно Джайлс сто раз взвешивал все «за» и «против» вторжения на его территорию, но сегодня случай особенный. Настолько, что он даже принял душ. Как будто вода была святой, а комната Натаниеля – купелью порока.

Джайлс всегда входил в его комнату без стука (тем более что Натаниель за вечными басами из колонок стереосистемы всё равно этого стука не слышит). Натаниель дёргал ногой в такт музыке и возил пальцем по экрану «яблочного» планшета. Джайлс грохнул дверью. Ноль внимания. Натаниель заметил его, только когда над ним нависла тень. Он оторвал взгляд от гаджета и оглядел Джайлса, при этом его глаза ещё не утратили зомбячьей стеклянности. Наконец признав брата, Натаниель приподнялся на локтях.

– Я, кажется, понял, почему…

Натаниель помотал головой и что-то сказал, но Джайлс увидел только раскрывающийся-закрывающийся рот. Он понял, что себя-то толком не слышит. Тогда он сжал зубы и приглушил музыку. Подумал. Приглушил ещё. Посмотрел на Натаниеля. Тот пожал плечами. Джайлс с раздражением выключил звук совсем.

– Я, кажется, понял, почему ты дуешься на меня всё утро, – начал он, проведя рукой по ещё мокрым волосам: пришлось краситься раньше обычного, чтобы скрыть свежие седые волоски. – Да, я не сказал тебе вчера вечером, куда собираюсь, но… на то были причины. Если бы ты увязался за мной, нам обоим бы влетело от Клейтона.

Натаниель сел на кровати, скрестив ноги.

– Да и то, что произошло… Только поклянись, – Джайлс повернулся к нему, – что то, что я сейчас тебе расскажу, останется в этой комнате. Нельзя об этом знать никому. От слова вообще. Поклянись мне, Натаниель!

Молчание длилось с полминуты. Натаниель ковырял дырку в штанине.

– Клянусь, – прошелестел он наконец.

Джайлс сжал и разжал кулаки.

– Вчера… – он замолчал, обдумывая, как бы начать, но сам не заметил, когда слова хлынули потоком, – в общем, перепутали гробы, а чтобы провести перезахоронение, нужно слишком много… мороки много с этим, короче. И Клейтон собрал вчера ночью меня, Теодора…

– Кого?

Джайлс моргнул.

– Ну… ту жердь с чёлкой. Магнуса, который бугай такой… А, и ещё там был мистер Кулхед, который нас в свою контору вчера затащил…

Снова молчание. Натаниель как сидел, так и продолжал сидеть. У Джайлса задёргался глаз.

– Ага.

– Отлично, помнишь. – Джайлс сам не заметил, как начал рассекать по комнате. – И вот, Клейтон пригрозил, что если мы хоть кому-то расскажем – это же незаконно – он…

– Как тебя отпустили после шести?

– Клейтон разрешение запросил… Короче, это всё неважно, потому что если я теперь не поделюсь хоть с кем-то, меня разорвёт от этого раньше, чем Клейтон до меня доберётся. И не только он… В общем…

Джайлс быстро огляделся. За окном мелькнула парочка. Он захрустел пальцами.

– Это связано с той страшилкой, да? – предположил Натаниель.

Джайлс воззрился на него сквозь занавес собственных волос.

– Да. Та невеста. Мортимер. Это была она, я видел её. Хотя на самом деле, я её и днём видел, но Теодор убедил меня, что мне показ…

«Не-ет, не-не-не, он сказал “забудь”, но ни слова про “показалось”».

Джайлс почувствовал лёгкость. Ему не привиделось. Он был прав.

– Допустим, – подал голос Натаниель. – Но на что ты ей сдался?

Джайлс на мгновение задумался, пощёлкал пальцами.

– Помнишь, по словам мисс Морган, дух невесты не упокоился, потому что от неё отреклась собственная семья. А что, если она до сих пор хочет попасть в фамильный склеп? Что, если она хочет, чтобы ей помогли? Я помог…

– Допустим, – повторил Натаниель, дёргая себя за тоннель в ухе. – А ты точно уверен, что это она? Как она выглядит?

– Я пытался её нарисовать, но…

– Пф, да из тебя художник, как из меня Брендон Ли.

Джайлс опять закатил глаза.

– В белом платье, только каком-то странном. Такие носят скорее наши девушки: фасон для того времени слишком безумный… корсет, расшитый такой, кажется… Она была вся чёрно-белая. Вообще вся. На голове какой-то шарф или платок чёрный. – Джайлс сглотнул, его опять слегка прошиб пот. – И ещё: она была босая.

Натаниель впервые с сомнением покосился на него. Как будто всё, что нёс Джайлс до этого, было списком купленных продуктов в супермаркете.

– Да точно была, – с нажимом повторил Джайлс. – И ноги забинтованы.

– Что-то не тянет на невесту Средневековья, – авторитетно заявил Натаниель. Хотя Джайлс знал, что авторитета этого у него было, как волос на лице. И яростно толкнул его.

– Ты что, думаешь, мне всё это в пьяной горячке привиделось?! А откуда тогда, по-твоему, все эти детали, а!

– Я думаю, – Натаниель толкнул Джайлса в ответ, правда, слабее, – что у тебя богатая фантазия.

Джайлс зарычал, Натаниель в ответ зашипел. Оба походили на индюков (если бы индюки страдали от натёртостей в промежностях от кожаных штанов и носили пирсинг в клювном придатке).

– Тогда, – Джайлс почти ткнул ему пальцем в нос, – вот тебе последний факт. Я заметил, как Теодор отреагировал на её появление вчера днём: он был в ярости. Он не просто видит её – он знает её, и я это докажу!

Натаниель перестал хорохориться и задумался.

– Если он её знает, то почему до сих пор не пустил в склеп?

Джайлс раскрыл рот.

– Ну может… а может он не захотел ей помогать. Мол, «твои родичи открестились от тебя не просто так, поэтому вали отсюда».

Натаниель покивал с одобрительным видом.

– И что? К чему мы в итоге пришли?

– А к тому, – Джайлс серьёзно посмотрел на него. Это был один из тех взглядов в его арсенале, который прошивал людей, как палец – желе (по-крайней мере, он надеялся на это), – что невеста Мортимер – не страшилка. Это заблудшая душа, которой нужна помощь. Моя помощь. Но в одиночку мне не справиться.

Молчание. Да, он и сам осознавал, как это звучит. В фильмах за этой фразой обычно начинается какой-нибудь героический проигрыш, потенциальный напарник заговорщицки улыбается и жмёт второму руку, и кадр сменяется: закадычные друзья пафосно бегут на зрителя… Джайлс уже забыл, в каком фильме он это видел, но помнил, что фильм был какой-то идиотский.

Натаниель коротко вздохнул.

– Ладно, попробуем. Только знаешь, есть один фактор, который может нам помешать…

– Куда это вы собрались, а?

Оба переглянулись. Джайлс мысленно завизжал. И как он мог рассчитывать на то, что им удастся улизнуть незаметно? в девять вечера?

Барнабас Блумвуд перелистнул страницу книги. Он сидел в своём кресле к ним спиной, но Джайлс почти видел его насупленные брови.

– На работу, дедушка, – отчеканили одновременно.

– В девять вечера?

– Ага…

– На кладбище, которое работает до четырёх?

Снова переглянулись.

– Ну… – начал Джайлс под ободряющее молчание Натаниеля (вряд ли оно было таким, но он надеялся), – умер какой-то чиновник, и родственники хотят по-тихому похоронить, не привлекая внимания общественности. Это наш шанс показать себя, а мистер Клейтон…

Тут Джайлс прикусил язык и снова завизжал, почти вслух. Если дед позвонит бригадиру, можно смело сваливать в Сибирь.

Он перелистнул страницу и пыхнул трубкой.

– Джайлс, ты же помнишь, что по распоряжению суда тебе запрещено уходить куда-либо после шести вечера?

Джайлс сжал кулаки и покосился на Натаниеля.

– Со мной ведь будет Нейт…

– А ему – по моему распоряжению. Вчера для тебя сделали исключение, но не рассчитывай, что можешь пользоваться своими новыми обязанностями как предлогом для совершения ваших… грязных выходок.

Оба в отчаянии замолчали. Дед закрыл книгу и уставился на огонь в камине.

– Вы же понимаете, что если вы мне солгали, я об этом узнаю?

– Да, дедушка! – тут же отозвались они.

– И что вас в таком случае ждёт?

– Да, дедушка.

Снова облако дыма.

– Что ж, идите. На свой страх и риск. Я сообщу в наблюдательный пункт. В последний раз.

Спустя час Джайлс и Натаниель, запыхавшись от плотного тумана, внезапно расползшегося по улицам Лондона, ввалились на Романо-католическое. Кладбище уже издалека начало приветственно скрипеть неизвестно чем и неизвестно как. Но они вошли, и сразу стало очень тихо. Это была особая кладбищенская магия – даже если вокруг оживлённая автострада и киоски, продающие кебаб. Братья двинулись к охранному посту.

– Тебе не кажется, что он как-то уж слишком легко нас отпустил? – нарушил молчание Натаниель.

– Добрый вечер, сэр, – поприветствовал Джайлс, игнорируя брата и постаравшись придать голосу деловую окраску. – Мы новые могильщики, может, помните?

– Помню-помню, два гота, – проскрипел Райдер. – Мне тут уже позвонили насчёт вас.

Джайлс и Натаниель с ужасом переглянулись.

– И… и что вы сказали? И что он сказал?

Райдер поскрёб бороду, вспоминая, и закатил глаза, сверкнувшие в свете фонаря жёлтыми белками.

– Спросил, не проводим ли мы сегодня похорон какой-то важной шишки. Я сказал, что вроде бы и нет. Потом спросил, нет ли вас здесь. Я ответил, что вроде бы и нет… И он сказал, что домой вы можете не возвращаться, хо-хо. Вот.

«Вот чёрт, и почему мне в голову не пришло позвонить ему и предупредить?»

– И почему тебе в голову не пришло позвонить ему и предупредить? – прошипел Натаниель.

– Ладно, разберёмся… Сэр, дело в том, что… что… – Джайлс заозирался по сторонам в поисках приличного предлога. Пошарил в карманах. – Я… Я забыл свой ингалятор. А без него я издохну где-нибудь в подворотне.

Райдер с сомнением оглядел его.

– Ну, дык хорошо, что ты здесь – сразу и схороним.

Джайлс вылупился на него, а Райдер расхохотался мерзким скрипучим голосом, словно доски старой кровати.

– Так вы нас впустите или нет?! – взорвался Джайлс.

– Так а я что, держу, что ли? – взорвался в ответ Райдер, мигом утратив зловещее радушие охранника кладбища, сменив его на необоснованную злобу питбуля. – Идите, ищите. Только смотрите, чтобы приведение не заграбастало, хо-хо.

Джайлс подозрительно на него покосился, но Райдер, кажется, не подозревал, насколько он был близок к истине.

Натаниель достал прихваченный из дому фонарик, и они привычным уверенным шагом двинулись по занесённым листвой кладбищенским улочкам.

Каких-то три года назад Джайлс проводил на кладбище почти всё своё свободное время. На ближайшем Хайгейтском. Он всё бредил о Западной части кладбища, но тут всегда вставала проблема – попасть туда легально можно было только с экскурсией. А Джайлс ненавидел, когда количество людей вокруг него превышало двух: его самого и его тень. А лазейки, говорят, знали только старшие члены секты Асмодея и, естественно, её глава. Но они не каждому неофиту о них рассказывали. Если вообще рассказывали.

– У тебя есть план? – прервал его ностальгию Натаниель. В полной тишине его шёпот пришёлся как нельзя кстати.

– Ну, думаю, проблем с ней быть не должно, – небрежно повёл плечом Джайлс. – Она выглядела вполне миролюбиво…

«Чёрт, кого я обманываю?»

– Я не о том. Как мы найдём её кости?

Джайлс чуть не споткнулся.

– В каком смысле?.. Зачем нам её кости?

Натаниель остановился и посмотрел на него как на дебила.

– Ты дурной, что ли? Думаешь, достаточно просто открыть склеп и положить коврик «дом, милый дом» у порога? Какой тогда во всём этом смысл, если она всё равно останется похоронена не в склепе?

Джайлс втянул воздух сквозь зубы.

– Почему ты дома об этом не сказал?! – прошипел он. – Что теперь делать?

Натаниель огляделся. Склеп Мортимер темнел ярдах в десяти.

– Кажется, тот чудик из похоронки говорил, что её закопали под кипарисом.

– Оглядись, тут до черта этих кипарисов, это же кладбище! Как мы… Хотя постой, у меня появилась одна мысль…

– …неужели…

– …Надо вернуться к Райдеру, взять ключи от хозблока. Будем копать.

Райдер дал им ключ, даже не оторвав взгляда от экрана маленького телевизора. Его можно было понять: сквозь помехи с трудом просматривались даже крупные планы, а муравьи-футболисты вообще терялись. Вооружившись лопатами (и разбив что-то в хозблоке), братья направились к самой первой могиле, выкопанной Джайлсом. Бересклет в отдалении уже не напоминал распластавшегося кальмара.

– Почему ты так уверен, что это здесь? – с сомнением прошелестел Натаниель.

– Здесь я увидел её в первый раз. Вон там, между тем бересклетом и могильной плитой. Примерно…

Они прошли между каких-то кустов.

– …здесь. Она стояла где-то здесь.

– Уверен?

«Нет».

– Да. У меня же память лучше, чем у золотой рыбки!

– Тоже мне, слон, – бросил Натаниель и поводил фонариком по надгробиям. Туман немного рассеялся, так что при желании можно было разглядеть ближайшие эпитафии.

– Стой-стой! – прошипел Джайлс, дёргая Натаниеля за плечо. – Там что-то шевелится… на той плите.

Оба переглянулись и медленно двинулись к копошащейся куче, напоминавшей осьминога. Натаниель по команде Джайлса направил луч фонарика на монстра…

Раздался визг.

– Чёрт, твою мать! – последовал за ним хриплый юношеский голос.

Джайлс прищурился и тоже чертыхнулся. В поисках привидения им повезло наткнуться на брачные танцы. Судя по всему, в исполнении их сородичей. В секте Асмодея Джайлс их не припоминал, но кто ещё в здравом уме способен на такое?

– Вы придурки, что ли? Как вы вообще до такого доду?.. Нейт, убери свою лопату!

Натаниель, помедлив, всё же спрятал смартфон.

– Это в книжке было! – авторитетно заявила девушка, пытаясь укрыться штанами парня.

Джайлс не нашёл, что ответить, поэтому просто приложил ладонь ко лбу. Иногда ему становилось стыдно за тупизну некоторых своих собратьев. Хотя может он просто чего-то не понимал в жизни.

Потревоженная парочка поспешно ретировалась, не рискнув связываться с вооружёнными лопатами подростками.

– А мы точно в том месте?

Джайлс на полпути остановил занесённую было лопату.

– Просто если она не здесь, – продолжал Натаниель, – то не на этой территории вообще: здесь больше нигде не растёт кипарисов. Придётся зайти на Кенсал-Грин.

– Вот чёрт! – прошипел Джайлс. – Если нас поймают здесь, это ещё полбеды, но если там…

Оба представили взбучку, которую в таком случае устроит им дед, и содрогнулись. А в случае Джайлса взбучка, скорее всего, не ограничится пресловутым дедом. Хотя неизвестно, где будет страшнее.

– Ладно, была не была, – сглотнул он, покрепче перехватывая лопату и снова замахиваясь. Сырая земля отозвалась на покушение смачным чавком.

Он молил Люцифера и всех адских обитателей, чтобы останки Делии Мортимер оказались здесь.

«Прошу, умоляю, подайте знак, что вы меня услышали!»

Где-то между деревьями сверкнула молния, и ей вдогонку громыхнули небеса. Первая капля попала Джайлсу аккурат в глаз.

– Блеск. Спасибо. Гроза это то, чего сейчас не хватало, а?!

– Ты что-то сказал?

– Да, как меня всё это задолбало!

Что-то хрустнуло, и Джайлс резко подобрался, нацелив лопату в пустоту. Капли западали чаще и тут же нашли путь за воротник пальто.

– Нейт? – позвал он.

– Не называй меня так, сколько раз…

– Да тихо ты! Мне кажется… – Джайлс медленно крутился вокруг своей оси, – что она где-то здесь…

– Да ладно, а то я не понял…

После четвёртого круга он ясно почувствовал чужое присутствие: его колотило.

– Делия Мортимер?

Голос безнадёжно срывался, Джайлс силился сдвинуться с места, но тело окаменело от страха.

– Если ты… вы… здесь, отзовитесь.

Свет уехал в сторону.

– Эй-эй, свети на то надгробие! – прошипел Джайлс.

– Чёрт подери… – прошептал Натаниель. – Я ничего не вижу. Но, по-моему, прохладнее стало.

– Мы хотим тебе помочь, – продолжал Джайлс, обращаясь в пустоту. – Но для этого нам нужно знать, где тебя похоронили после казни…

Он с опаской прикрылся лопатой, поздно сообразив, что напоминание о позорной смерти может разозлить дух. Но ответа не было. Неожиданно сзади снова раздался хруст веток, как от шагов. Джайлс развернулся, чуть не убив Натаниеля лопатой. Полило как из ведра.

– Нейт, – пробормотал Джайлс, – мне кажется, нам придётся зайти на Кенсал-Грин.

– Мне это не нравится, – в ответ прошептал Натаниель.

– Чего?! Ты снимал на телефон, как миссис Дэвис прибило гробом, а теперь говоришь мне, что тебе не нравится… простая прогулка по кладбищу? то, чем мы занимались три года?

Натаниель поджал губы. Видно было, что в нём протекает процесс, который он всегда ненавидел всеми фибрами души: дилемма. Джайлсу и самому не улыбалось бродить по территории, охраняемой не Райдером, без каких-либо вменяемых подсказок. Удача – всё, чем приходилось довольствоваться, и Джайлс убеждал себя, что дед неспроста отпустил их сегодня; что Райдер неспроста был настолько увлечён футбольным матчем и не остановил их; что неспроста весь этот хруст…

«Если уж фартит, то должно фартить до конца».

– Мы должны по максимуму выжать сегодня, – увещевательно сказал Джайлс. – Именно сегодня. Потому что мне ещё полмесяца нельзя выходить из дома, кроме как на чёртову работу, и неизвестно, когда ещё представится возможность…

– Ладно-ладно, – нервно прошипел Натаниель, убирая руки в карманы.

И оба отправились прямиком на Кладбище Всех Душ. Естественно, тайными тропами, о которых не подозревали охранники (Джайлс надеялся на это). Романо-католическое, по ощущениям Джайлса, было, как это не парадоксально, пооживлённее Кенсал-Грин. А ещё здесь тише. И темнее, потому что Натаниель предусмотрительно выключил фонарик. И Джайлс почти тут же со всего маху налетел на обелиск.

– Есть идеи, куда нам вообще идти? – спросил Натаниель, оглядываясь в поисках охранников.

– Если повезёт, – прошептал в ответ Джайлс, осторожно ступая, – мы доберёмся до нужного места сами. Если это то место, о котором я думаю. В противном случае…

Джайлс резко остановился, со скоростью хомяка в колесе развернулся в противоположном направлении, схватив Натаниеля за ворот плаща, но было поздно.