Помоги мне

Привет! Рада с вами познакомиться. Меня зовут Яна. Друзья зовут Янчиком. Мне восемнадцать лет. Уже. Позавчера только исполнилось. Теперь я взрослая и никто мне не указ. Хочу гуляю допоздна. Хочу дома сижу! А то Костик совсем обнаглел в последнее время. Нельзя мне, видите ли, гулять до ночи. И вообще Илюшка мой ему не нравится. А мне не нравятся твои вечно меняющиеся девицы! Но я же не говорю тебе, чтобы ты их не приводил в дом!

Костик – это мой брат. Родной. Старший. Мне было десять лет, когда наши родители трагически погибли. Брату моему – двадцати четырехлетнему молодому человеку – удалось оформить надо мной опеку. Поначалу нам помогала бабушка. Она учила меня готовить и «вести дом». Так я стала ухаживать за братом и огромным особняком с дико большущим садом. Родители у нас были небедными. Огромный дом в три этажа всегда убирали домработницы. Их было три. Работали по графику. После смерти родителей брат решил их уволить. Он был молод и не мог гарантировать мне безбедное будущее. Управлять фирмой отца непросто.

Я тогда не особо вникала в дела родителей. Мне хватало огромной кучи игрушек и такой же кучи шмотья. Только повзрослев, выяснила, что отец занимался производством промышленного оборудования. Масштабы бешеные. Поэтому брату пришлось очень тяжело. Пока изучил все, прошло без малого больше года. А тут еще и опеку надо мной нужно было оформлять. Так мы потеряли две квартиры в центре Москвы, которые пришлось отдать за долги. Но потом стало совсем все плохо.

Умерла бабушка. И я в двенадцать лет стала делать по дому все сама. Абсолютно все. Мы уже не могли платить садовнику, который и без того приходил всего раз в неделю. Поэтому пришлось взвалить на себя и уборку территории в полном объеме. Когда же домашние хлопоты начали негативно сказываться на моей учебе, сад пришлось забросить. Да и к чему были мои труды? Костик вот уже и фирму отца разбазарил… Пришлось продать предприятие. Агенты за работу взяли большой процент. Но Костик уверял, что ему хватит денег, чтобы начать собственное дело, в котором он разбирается.

Теперь я понятия не имею, чем занимается мой брат. Работает дома. У него постоянно какие-то люди. Большинство из них мне не нравится. Этакие мордовороты, не умеющие общаться спокойно. Практически каждый день у нас собирается тусовка. После смерти бабушки Костик в этом плане совсем распоясался. При бабушке сдерживался. Пил меньше. Сейчас же вижу, что кроме алкоголя у его друзей припасены и более опасные предметы… Печально на все это смотреть. Ведь ему уже тридцать два. А мне кажется, что за душой у него ничего нет. Да и у меня тоже…

Мысли прерывает шум двигателя. Опять кто-то приехал. У Костика и так уже больше часа торчит хмурый и толстый дядька, которого я вижу впервые. Но судя по тому, как Костик семенит перед ним, гость его влиятельный. А может даже и криминально опасный. Мне было велено сидеть в своей комнате и не высовываться. Я так и делаю. Вообще всегда стараюсь не попадаться его гостям на глаза. Не нравятся они мне. Они не обижают, но вот заинтересованный взгляд на моей заднице тревожит.

Из машины выходит еще один друг Костика. Его зовут Иван. Единственный адекватный из всех приезжающих к нам. Он практически не пьет. Мало смеется, не балагурит. Пару раз наблюдала за ним. Зрелище завораживающее. Даже интересно стало: улыбается ли он когда-нибудь. Видела, как ухмыляется. Дает легкую улыбку на одну сторону. Но вот настоящего и открытого смеха никогда не слышала.

Странный он какой-то.

Вот и сейчас, понимая, что Костик занят, просто садится в беседке на диван. Я уже боюсь ходить в эту беседку. Там столько мусора остается каждый раз после попойки брата и его дружков. А Костик больше не ходит вдаль участка. Ругается на меня, что запустила там все. Но мне именно так и нужно. Брата нет, поэтому я организовала там все для побега. Для брата я возвращаюсь домой в десять вечера. Но сразу же выхожу обратно по пожарной лестнице. А там и до заросшего участка недалеко. Там у меня лестница, которая никогда не убирается. Мало ли когда понадобится.

Иван сосредоточено смотрит в экран телефона. Потом делает несколько звонков. Очевидно, по работе. Мне интересен этот человек. Просто потому, что он очень сильно выделяется на фоне остальных, у которых все разговоры сводятся только к обсуждению прелестей девок. Особенно тех, которые со смехом сидят у них в этот момент на коленках. Не понимаю таких. Неужели не видно по парням, что не собираются они продолжать с тобой отношения. Хотя по Ивану не видно. Даже когда какая-то девушка находится поблизости, он серьезен. Но вот глаза у него добрые. И почему-то мне кажется, что человек он серьезный. Не просто же так отец приглашал его к нам на ужин. Он единственный из друзей Костика, заслуживший уважение моего отца. Отец даже ставил Ивана в пример брату. Жаль, что Костик не вобрал в себя все положительные качества родителей. И учился плохо. И ведет себя сейчас совсем скверно. Кстати, о скверности…

- Янка! Живо сюда!

О, вспомнишь… оно и всплывет. Чего такого понадобилось ему, чтобы так орать?

- Чего орешь? – практически забегаю в кабинет и вижу наглого жирного хмыря.

Того самого, который сидит уже в гостях больше часа. Он нагло осматривает меня, даже не пытаясь этого скрыть.

- Вот и моя сестра Яна, - улыбается Костик мужику. – Мы выйдем на минутку.

Брат тут же хватает меня под руку и выводит из кабинета. Держит при этом крепко. Я бы даже сказала, что грубо.

- Да чего тебе надо? – начинаю недовольно вырываться.

- Тихо! – практически рявкает на меня Костик, чего раньше никогда не было. – Значит так, сейчас собираешь свои вещи и едешь с этим хмырем. Поняла?

- Нет, - спокойно отвечаю, поскольку действительно не поняла смысл его слов.

- Ян, послушай, - начинает быстро и сбивчиво объяснять брат. – Я в полной заднице! Я должен этому козлу больше трех миллионов! Хорошо, что только рублей. Разумеется, у меня нет таких денег. А этот хмырь требует их здесь и сейчас!

- А я здесь при чем? – кажется, у меня начинают ноги подкашиваться от догадки.

- Ты сейчас поедешь с ним. Ну вроде как будешь его новой кралей. Временно! – поднимает указательный палец брат. – Обещаю, что уже завтра я тебя заберу. Надо будет, буду выкрадывать. Но на постоянку я свою роднульку не отдам, - Костик пытается меня обнять, намереваясь тем самым уговорить на немыслимый поступок.

- Ты одурел?! – практически кричу, отталкивая его от себя. – Ты в своем уме?! Ты хочешь сказать, что со своего бизнеса не можешь и трех миллионов выделить, чтобы долг отдать?!

- Самая умная что ли? – хватает меня грубо Костик за локоть, делая больно. – Ты жила все эти годы, ни в чем себе не отказывая. Я из-за тебя все распродал. Хотя мог оставить тебя в детском доме и жить в свое удовольствие. На один рот меньше бы было!

- Отдай ему мою часть наследства, - пытаюсь вырваться, но брат держит крепко.

- Ха-ха! – совсем не обнадеживающе смеется Костик. – Какое наследство, идиотка?! Ты позавчера крутой себе праздник забабахала? О, да… Полдня вчера твоих дружков выкидывал из дома. А случайно не дешевым ли коньяком гостей угощала? Нет, конечно! Мы не привыкли жить бедно. Нам дорогущий вискарь подавай! А еще суши из лучшего ресторана Москвы! Так что, деточка, ты стала взрослой. Пора платить по счетам.

Его слова словно ушат ледяной воды…

Да, я действительно жила все эти годы, не нуждаясь ни в чем. Это дома у нас не было ни домработницы, ни в саду садовника. А мой шкаф ломится от шмотья так же, как и при родителях. У меня последняя модель смартфона лежит под подушкой. Подарок брата на совершеннолетие. Он оплатил мне праздник. Он не ограничивал меня в количестве гостей. Он все эти годы содержал меня не просто достойно, а даже сверх нормы. Поэтому я никогда и не задумывалась над его доходами. Думала, что если он может позволить себе вечеринки с друзьями и дорогим алкоголем, значит, и мне выделит деньги на очередную, но ненужную безделушку. И он выделял.

- Кость, у меня на следующей неделе учеба начинается, - говорю уже спокойно.

Мой запал пропал. Мои глаза открылись. Открылись на все происходящее. Вот только зачем брат скрывал свое сложное финансовое положение? Да, три миллиона – это очень большая сумма. Но учитывая, что мы продолжаем жить в доме, наверное, не все так страшно…

- Ян, - брать отпускает меня, говоря уже спокойно, - этот дом – все, что осталось у нас от родителей. Я не хочу выставлять его на продажу. Мы и так много потеряли. Моих денег кое-как хватает на содержание этих квадратных метров. Сейчас меня загнали в угол. Нужно что-то делать.

По моим щекам начинают течь слезы. Но я молча иду к себе в комнату. Собирать вещи…

- Вот и чудненько, - понимает мои намерения Костик и уходит в кабинет.

Поднявшись в комнату, оглядываю всю обстановку. Широкая кровать, огромная гардеробная в размер с комнату, туалетный столик с подсветкой. Все купил мне брат. Я просила – он покупал. Наверное, он прав. Теперь и я должна ему помочь.

Машинально, стараясь не думать ни о чем, начинаю собирать вещи в чемодан. Я не хочу брать много, но брат велел собраться основательно. Скорее всего, Костик пообещал отдать меня навсегда. Вот только потом он собирается нарушить договор. А если он меня выкрадет? Что же будет потом? Этот очередной мордоворот так просто от нас не отстанет. Мне придется жить где-то, прячась от обманутого кредитора. Это если план брата выгорит. А если нет…

А Иван по-прежнему сидит в беседке. Уходить не собирается. У него важный разговор. По работе. В очередной раз. Наверное.

Не помню, как оказалась на лестнице. Мгновение и я уже подбегаю к злосчастной беседке. Чуть ли не налетаю на Ивана, но вовремя успеваю затормозить. На меня смотрят глаза, в которых… Нет, не удивление. И даже шока нет. Тем более доброты. Кажется, я ошиблась в нем. В глазах Ивана только презрение. Он смотрит на меня словно на кусок тухлого мяса, который нужно срочно выбросить, чтобы не воняло вокруг. Во рту пересохло. Не могу сообразить, зачем вообще я здесь.

- Чего тебе? – строго спрашивает Иван, не прекращая телефонного разговора.

Наверное, он обращается ко мне…

- Помоги мне.., - единственное, что приходит в голову.

Глава 2. Иван

Еще минут десять назад хотел и я познакомиться с вами… Но глаза девчонки с ужасом и мольбой выбили из равновесия.

- Перезвоню, - коротко оповещаю своего секретаря и отключаюсь.

Ладно, пойдем все же по плану. Везде должен быть порядок.

Здравствуйте. Меня зовут Иван. Мне тридцать три года. Занимаюсь продажей промышленного оборудования. В доме Илларионовых не случайно. Когда-то мне – еще молодому двадцатипятилетнему парню – довелось сотрудничать с производителем промышленного оборудования. Родион Константинович был хватким бизнесменом. В его голове помещалось буквально все. От технологии производства продукции до особенностей сбыта. Он быстро реагировал на изменения в экономике страны. Вовремя снижал стоимость на предлагаемое к продаже оборудование, но так же своевременно повышал ее. Знаю, что ему потребовалось всего лет пять на подъем от рядового инженера до владельца крупного предприятия. Я был рад, что Родион Константинович выделил именно меня среди всех менеджеров по продажам.

Десять лет назад я – студент с красным дипломом – устроился в фирму, занимающейся продажей торгового оборудования. Наша компания была посредником между производителем и потребителем. Моя задача – искать производителей с наиболее выгодными для нас ценами, но не менее качественным товаром. А хороший менеджер – это еще и тот, кто сможет «выпросить» скидку. Так и попал я на прием к Илларионову. Чего мне это стоило, рассказывать не буду. Но именно моя настырность и понравилась Родиону Константиновичу.

Со временем я стал вхож в его дом. Меня познакомили с семьей – женой, сыном примерно моего возраста и совсем маленькой тогда дочерью. Родион Константинович не скрывал, что хотел бы видеть именно меня в лице партнера его сына. Костян – названный в честь деда – тогда хотел открыть собственный бизнес. Деньги давал отец. Но при этом Илларионов старший несколько раз упомянул, что его сын не умеет обращаться с деньгами.

В самом начале открывшегося бизнеса предприниматель не получает прибыли. Он вкладывает весь доход в развитие компании. Как бы ему не хотелось забрать сотню-другую тысяч рублей, нужно бить себя по рукам и в очередной раз приобретать товар или оборудование для дальнейшей работы. Родион Константинович полагал, что сын не сможет управлять бизнесом один. Ему нужен «надзиратель», сдерживающий сиюминутный порыв. Поэтому мне предложили стать компаньоном без вклада собственных денег, но с получением всего лишь тридцати процентов прибыли.

Я согласился.

Глупо было отказываться от собственного дела, если его можно начать в прямом смысле с нуля. Костян тогда долго противился, потому как Родион Константинович поставил условие – мы становимся очередными посредниками между его предприятием и потребителями. То есть я должен был стать конкурентом своей же фирме, где работал в то время. В результате мне пришлось уволиться, чего делать не хотелось, ведь у меня нет возможности сидеть на шее родителей. Во избежание конфликтов в офисе пришлось просто ретироваться оттуда. Отпускали неохотно, но когда узнали, что теперь я их конкурент, стали вставлять палки в колеса.

Именно это и спровоцировало появление дополнительных трудностей. Мы напрямую и практически по себестоимости покупали оборудование, а продавали с хорошей наценкой. Казалось бы, какие могут быть проблемы? Но они были. Не буду вдаваться в подробности. Вам это не интересно. Могу лишь сказать, что Костян тогда сразу же свалил всю работу на меня, аргументируя это просто:

- Твои же бывшие работодатели козни строят. Вот ты и разбирайся.

И я разбирался.

Я сутками проводил в офисе. В то время как Костян предпочитал кутить в барах и клубах. Нет, днем он тоже был в офисе. Но очень скоро я понял, что толка от него нет. От слова «совсем». Он не разбирался в оборудовании. Даже просто не мог запомнить модели холодильников. Не говоря уже о технических характеристиках. Продажу тоже обсуждать с ним было бессмысленно. В бухгалтерии он полный ноль.

После года мучений я решил выйти из компании. Предложил Костяну выкупить мою долю. Он был не против, но нужно было просить денег у отца. Я за год даже со своей части смог собрать хоть немного денег. Мой же партнер все тратил на тусовки и беззаботную жизнь. Денег у него не было. Не уверен, что он успел попросить их у отца, поскольку буквально на следующий же день семья Илларионовых разбилась.

В машине тогда были все, кроме Костяна. Тот со мной был в офисе. Насколько помню, Родион Константинович с женой забрали дочь из гимназии и поехали куда-то за город. Просто прогуляться. На трассе их машину занесло. После трех переворотов автомобиль снова встал на колеса где-то в канаве. У дочери сотрясение и перелом ноги. Сложный. Она больше месяца была в гипсе. Потом еще три месяца потребовалось восстанавливать ногу. Родители Костяна погибли сразу.

Я помог другу с похоронами, а потом перестал его донимать продажей своей доли в компании и работой в ней в принципе. У него проблем возникло гораздо больше моих.

Косте было всего двадцать четыре, поэтому оставить сестру под своей опекой было сложно. Но тогда была жива еще их бабушка со стороны матери. Женщина пожилая, но достаточно бойкая. Честно говоря, когда она умерла через два года, я немного удивился. Но после смерти дочери и зятя, именно бабушка добилась опекунства для своего внука. Она воспользовалась положением и связями зятя. Подняла на уши полгорода, но добилась, что сестра Костяна ни одного дня не провела в интернате.

И вот теперь та самая девочка, которая уже выросла и сформировалась в очень симпатичную девушку с аппетитными формами, стоит сейчас передо мной и просит меня о помощи.

- Лестницу подтащить? – эта колкость – первое, что приходит мне в голову.

Я давно засек девчонку, как она чуть ли не под утро возвращается домой после прогулок со своим хахалем. Яна – так звать сестру Костяна – все обустроила для собственного удобства. Со стороны дома у нее стояла лестница. А за пределами участка, в таких же зарослях, огромный брошенный контейнер. По нему она и карабкалась, чтобы перелезть через двухметровый глухой каменный забор.

- Помоги мне, пожалуйста.., - практически шепчет.

Яна никогда не обращалась ко мне за помощью. При жизни родителей, она была совсем маленькой и держалась от меня на расстоянии. Это неудивительно. Я бы не играл с ней в куклы. По мере взросления мы сталкивались всего несколько раз. И как раз около заросшей части участка. Видя меня, девчонка вставала вкопанной, и ждала моей реакции. Было дело, что я оглядел ее по-мужски, но трогать несовершеннолетнюю не собирался. Поэтому, просто кивнув головой, обещая тем самым не выдавать ее, отворачивался и продолжал говорить по телефону.

- Что случилось? – говорю серьезно, поскольку понимаю важность ее просьбы. Еще бы понять, чего ей надо.

- Костя.., - заливаясь слезами, бормочет, - хочет продать меня…

- Чего? – морщусь, считая это глупым розыгрышем.

- Там мужчина… В кабинете, - у девчонки уже начинается истерика. – Велели вещи собрать… Он ему должен… Три миллиона… Меня отдает…

Яна практически захлебывается слезами. А я понимаю, что ничего не понимаю. Поэтому молча встаю и иду к Костяну. Пусть он мне объяснит, что и как.

- Кость, - заглядываю в кабинет, - выйди-ка.

Мне приходится задержаться взглядом на госте Костяна. Кажется, истерика у Яны возникла не на пустом месте.

В кабинете прямо сейчас сидит владелец закрытого клуба. С одной стороны, ничего страшного в этом нет. Но вот с другой… За деятельностью клуба с закрытыми вечеринками стоит самая настоящая сеть. Этот жирдяй – один из сутенеров. Всего их три. Три друга, открывшие по стране несколько таких заведений для развлечений с перчинкой. Внешне все выглядит приличным – на шестах слишком откровенные танцы стриптизерш, в зале пьяная толпа и голые официантки. Но вот в приват комнатах творится самый настоящий разврат. Самое ужасное, что посетителям даже договариваться не нужно для продолжения вечера. Вход в заведение настолько дорогой, что покрывает все расходы. Хочешь – стаскиваешь стриптизершу с шеста. Понравилась официантка? Хоть на столик ее завали и трахай на глазах у всех. Я был в клубе всего один раз. И затащил меня туда именно Костян… Еще тогда показалось странным, что он обменивался рукопожатием с владельцами клуба…

- Вань, подожди еще немного, - шепчет Костян, выйдя ко мне и прикрыв дверь, но тут же рявкает куда-то за мою спину. – Ты здесь еще что ли? Быстрее собирайся!

Оборачиваюсь и я. За мной стоит Яна. Она уже не плачет, но красные глаза и все еще дергающиеся плечи выдают случившуюся истерику.

- Куда она должна собраться? – спрашиваю Костяна спокойно.

- Да так… Решил в санаторий ее отправить.

Мне приходится еще раз обернуться, чтобы посмотреть на реакцию Яны. Она округлила глаза и открыла рот от удивления. Еще бы. Я сам готов открыть рот от удивления, насколько резво и профессионально Костян врет.

- Ты зачем врешь? – тихо начинает говорить Яна. – Ты хочешь меня с этим мужиком отправить…

Костя начинает громко смеяться. Но видя мой сердитый взгляд, друг начинает затихать.

- А что мне делать?! – кричит шепотом на Яну, но потом смотрит на меня. – Я ему три ляма должен! Не могу ему сейчас отдать их. Я же еще и тебе должен.

Да. Должен. Опять.

Когда Костян встал во главе компании отца, он совсем потерялся. В итоге ему пришлось нанимать меня в качестве консультанта, поскольку бесплатно влезать во все это я не собирался. Мне хватило нашего с ним предприятия, где он также от прибыли получал семьдесят процентов, но не появлялся уже там в течение нескольких недель. А потом и месяцев. Костян согласился на мои условия – шестьдесят процентов от прибыли с нашего совместного предприятия, и я еще консультирую тебя по вопросам производства оборудования. Но только тебя. И только консультирую. Ему ничего не оставалось, как согласиться. Когда же Костян стал отправлять меня к бухгалтерам и сотрудникам отдела сбыта для решения вопросов, моя ставка стала выше – двадцать процентов от прибыли уже наследственного предприятия. Прибыли не было. Уже давно образовались долги. И Костян вновь вынужден был согласиться.

А потом у него возникли трудности. Он стал просить у меня денег в долг. Зная, что ничего мне не вернется, я составил схему – на каждый миллион рублей приходится один процент от прибыли с производства оборудования. И тут ему пришлось согласиться. В течение последующих трех лет я завоевывал власть. Поначалу мучили угрызения совести. Но оценив свою работу, изучив статистику за годы руководства Родионом Константиновичем, Костяном и времени моего вмешательства, понял, что Илларионов старший был бы не против, чтобы его дело жило дальше. И пусть им будет управлять человек, который в этом всем разбирается. Теперь я – владелец компании по производству промышленного оборудования. Два года как. Совместную с Костяном фирму мы просто продали. А вот деньги поделили пополам. С обещанием, что он вернет положенную мне часть в ближайшее время. Сегодня должна была состояться передача денег. Но видя Костяна сейчас, понимаю, что денег у него нет.

- Ты же говорил, что собрал мне долг, - начинаю прощупывать почву.

- Да, собрал, - соглашается Костян. – И я лучше эти деньги тебе отдам. Чем этому козлу.

Ну раз так…

- Значит так, - принимаю окончательное решение, хотя тут и думать не приходится, - ты мне должен шесть лямов. Раздай все долги. Особенно этому, - киваю в сторону двери. – А эту, - указываю пальцем на Яну, - я забираю с собой. В счет твоего долга. Все понял?

Глава 3. Яна

- Вещи собрала? – поворачивается ко мне Иван после выдвинутого условия Костику.

- Нет еще.., - еле шепчу.

- У тебя три минуты. Или отправишься с этим.

Не раздумывая, бегу в комнату собирать вещи. Кидаю в чемоданы все, что можно. Я даже не думаю о том, что могу приехать и забрать нужное мне потом. Словно ухожу навсегда. Наверное, так и есть…

Зачем я нужна этому Ивану? Да еще и за шесть лямов… Шесть миллионов – это огромная сумма. Он просто так прощает их брату, но при этом забирает меня. И я верю ему. Верю, что он не продаст меня сутенеру или еще кому-нибудь. Хотя… Точно так же я и Костику верила…

- Я здесь! – кричу с лестницы, когда вижу, что Иван, поругавшись с Костиком, собирается уходить.

В голове при виде его спины промелькнуло, что он передумал. И уже не хочет меня забирать. Но я хочу с ним уйти. Куда угодно и для чего угодно, лишь бы сейчас убежать поскорее. Я верю, что Иван не пустит мне пулю в лоб за обман, если захочу убежать от него. Несмотря на его строгий взгляд, верю в доброту этого человека.

- Жду в машине, - строго говорит Иван и выходит из дома.

Я пытаюсь стащить с лестницы свои три огромных чемодана, забитых под завязку. Там и обувь, и зимние куртки, хотя сейчас конец августа. Я не знаю, что меня ждет. Я не знаю, где окажусь. Но раз мне велели собрать вещи, собрала все, что может пригодиться.

- Кооость.., - начинаю ныть, когда чемоданы просто валятся. Один сам «спустился» вниз. – Помоги же…

- Эээ, нет, сестренка, - ухмыляется брат. – Это ты давай сама. Раз так торопишься убежать.

На этих словах Костик скрывается в кабинете. Я же, опасаясь, что меня сейчас просто закроют в доме, в буквальном смысле скидываю чемоданы по ступенькам вниз. По одному вытаскиваю их на улицу. Закрываю входную дверь дома, так, будто в последний раз. Словно перелистываю страницу. Вот только, что там дальше будет, неизвестно. По одному гружу чемоданы в багажник огромного внедорожника Ивана. Он же сидит за рулем с невозмутимым видом и тоже не желает мне помочь. Вот к кому, а к нему претензий нет. Он и так лишился огромной денежной суммы.

- Все! – запрыгиваю на переднее сиденье и столбенею, услышав звук блокировки дверей.

Мороз по коже… Именно так начинаются фильмы про маньяков.