Факультет целительства. Тёмным здесь не место!

– Вот, держите, – я протягиваю бланк молодой встревоженной мамочке. – Как принимать я вам написала. Восемнадцатого на повторный прием. Если в течении суток температура больше повышаться не будет, тогда доназначу вам физпроцедуры.

– Хорошо, спасибо, вам Мария Николаевна, – молодая мамочка благодарно улыбается.

– Пожалуйста. Выздоравливайте.

Я улыбаюсь в ответ и заглядываю в сонные чуть воспаленные глазки малыша у неë на руках. – Чтоб пришел уже здоровый, слышал меня? А то, смотри – лето, а ты болеть вздумал. Так совсем не интересно.

Мальчуган улыбается и застенчиво прячет лицо на плече у мамы, но перед самой дверью всë равно машет мне нежной пухлой ручкой.

– Пока, тëтя влач.

– Пока-пока, милый, – машу я мальчику.

– Ну, на сегодня вроде всë.

Елена Александровна – медсестра с упоением потягивается и выключает компьютер. – Идëшь?

Я качаю головой.

– Чуть позже. Надо еще добить документацию. Хочу ещë анализы Проскурякова просмотреть, только недавно пришли. А я там не до конца уверена. Кашель не очень хороший.

– Ох, Машенька, я таких способных и старательных давно не видела. – Елена Александровна улыбается. – Повезло нашему отделению. С твоими талантами тебе уже должны дать заведующей педиатрии. Тем более у нас как раз Попова в частную клинику ушла. Место освободилось.

– Ну, это решать не мне. – Я улыбаюсь. – Если Юрий Александрович посчитает, что я “потяну”, тогда с удовольствием попробую.

– Да лучше тебя и нет никого, детка, – Елена Александровна неспешно снимает с себя халат медсестры и надевает вязаный черный кардиган.

– И давно не было. А я уж тут не первый десяток работаю.

– Спасибо, – я искренне улыбаюсь. – Мне очень приятно. Тем более, с детства хотела стать врачом, деток лечить. Мне кажется, что важнее этой профессии просто не существует.

– Так и есть, Машенька. – Елена Александровна смотрит на меня и медленно качает головой. – Очень надеюсь, что ты такой настрой и искренность не растеряешь. Жизнь такая штука. Не всегда приятная.

– Нет, не растеряю, – уверенно качаю головой я. – Сейчас дополнительно хочу на кардиохирурга пойти. Чем больше деток спасу, тем лучше.

– Дай-то Бог, – Елена Александровна кивает. – Ладно, Машунь. До завтра. Долго не сиди, а то я тебя знаю.

– Хорошо-хорошо, постараюсь закончить не поздно, – обещаю я. – До завтра.

То, что я снова заработалась понимаю, когда вижу на мониторе начало десятого вечера.

Вот, блин. Опять по темноте домой добираться.

Я выключаю компьютер и размяв затекшую шею, поднимаюсь из-за стола.

Когда подхожу к зеркалу, чтоб накрасить губы, дверь внезапно открывается и в кабинет входит заведующий поликлиникой – невысокий лысеющий мужчина с неизменно вежливой улыбкой на губах.

– Юрий Александрович? – Я поворачиваюсь с удивлением. – Вы ещë здесь? Тоже случайно задержались?

– Ну, почему же случайно, Машуня? – Он подходит ко мне и в нос ударяет запах мятного ликера, исходящего от него. – Специально хотел пообщаться с молодым, а ещë невероятно привлекательным дарованием.

У меня внутри сразу шевелится дурное предчувствие. Вряд ли под общением заведующий имеет в виду обычный разговор.

– Мне очень приятно, – я натянуто улыбаюсь. – Но если честно, я спешу. Меня ждут. – И на всякий случай добавляю. – Мой молодой человек.

Но Юрий Александрович лишь грозит пальцем.

– Ай-ай, нехорошо обманывать, красавица. Я точно знаю, что у тебя никого нет. Узнавал.

– Это не важно, – пытаюсь проскочить мимо него. – Я правда спешу.

– Да, брось. Что ты как маленькая?

Юрий Александрович хватает меня за руку.

– Ты ведь хочешь повышение? А я хочу тебя, малышка. Вот и постарайся.

Он лезет ко мне с поцелуем, а мне становится так дурно, что я все же отталкиваю его от себя.

– Прекратите! Или я буду кричать!

– Да что ты ломаешься, подстилка мелкая?! Как будто не видишь, что я хочу тебя с первой же нашей встречи! Просто дурею!

Рычит заведующий. – А ну, иди сюда!

Я резко отступаю назад, спотыкаюсь об стул и беспомощно взмахнув руками лечу вниз.

Дальше ощущение удара по голове и… темнота.

❤️❤️❤️

Дорогие друзья!

Рада приветствовать Вас в своей новой истории.

Признаться честно, эту книгу я не планировала, но Вам очень полюбился один из героев моего цикла про академии, а я просто не могу отказать Вам, мои дорогие. Потому что преданнее и прекраснее читателей, чем Вы просто не существует.

Поэтому знайте, эта книга целиком и полностью пропитана моей любовью к Вам!

Для тех, читателей кто ещё не знаком с моими циклом спешу успокоить – история полностью самостоятельна и очень надеюсь, что она придется Вам по вкусу и Вы захотите ознакомиться и с другими историями:

Выбрать понравившуюся можете здесь:https://litnet.com/ru/anna-dreik-u10941221

Искренне надеюсь, что эта книга Вам понравится и заставит хоть на время забыть о ежедневных заботах.

Прошу поддержать историю зажженной звездочкой, комментарием и подписаться на страничку автора, чтобы не пропустить выход новых глав)))

А еще в качестве небольшого бонуса хочу познакомить с визуалом главной героини и дать некоторые намеки на события в будущем)))

Мари Приор (Мария Прохорова)

Глава 1 - Странное предложение

– Мари! Мари, ты в порядке?

Я открываю глаза и вижу склонившегося надо мной рыжеволосого парня.

– Она наверное очень обрадовалась распределению, – слышу я девичий смешок за его спиной. – Магия разума и эта клуша. Это же просто нелепо. Мари, ты же лишний раз пошевелиться боишься. Куда тебе предметами управлять и вступать в бои?

– Магия разума? Вы о чëм? Что вообще происходит? Где я?

Потираю виски и пытаюсь подняться, но едва поднимаю голову как висок отзывается резкой болью и я тут же опускаю еë обратно. – М-м-м… как же больно.

– Ещë бы, если ты не помнишь, что находишься в королевской академии, то приложилась головой знатно.

Снова раздался ехидный девичий голос.

– Да прекрати, Карин. Разве не видишь у Мари затылок разбит.

Парень стоящий передо мной на коленях, закусывает губу.

– Прости, что не поймал. Ты далеко от меня находилась. И я просто не ожидал…

– А зря. Наша Мари всегда выставляет себя посмешищем. И этот раз был не исключением. Ты хоть понимаешь как опозорила меня и нашу семью? Опять.

– Девушка наконец выходит из-за спины парня.

Высокая стройная блондинка с удивительным чуть фиолетовым оттенком волос.

На красивом, практически кукольном лице, застыла гримаса надменности и брезгливости.

Странно, но именно при виде этого выражения внутри меня будто что-то щелкает и я поспешно приподнимаюсь на локте.

– Карин, прости. Я сама не знаю, что произошло. Наверное переволновалась. Если есть возможность как-то загладить вину, только скажи.

– Не знаю как ты собираешься загладить то, что натворила, бестолочь, – закатывает глаза девушка, а я невольно хмурюсь.

Что происходит?

Это будто не мои слова. И при этом… воспоминания смешались. В мои будто добавилась память другого человека – девушки Мари Приор.

Сирота, которую взяли на воспитание дальние родственники еë матери. Да и то, лишь из-за еë дворянского титула.

Унижали и запугивали всю жизнь, фактически сделав из неë прислугу собственной дочери.

А в академию отправили в основном с надеждой поудачнее выдать замуж.

Сама Мари настолько запуганная, что и с людьми-то особо не умеет общаться, а конфликтов боится как огня.

А в академии у неë определилась магия разума – у нас это называется телекинез. И это более, чем боевая способность.

М-да, и правда иронично.

Вот только… я то, что здесь делаю? И почему помню еë жизнь?

– Хватит еë донимать, – рыжий паренëк сердито одергивает Карин.

В памяти всплывает его имя – Парис.

– Говорю же, у неë вся голова в крови. Это наверняка опасно. Я слышал, что если ударится определенным местом, то можно и вовсе умереть.

– Да, виском, – подтверждаю я. – Причем практически мгновенно.

Поднимаю ладонь и инстинктивно касаюсь правого виска, который пульсирует острой болью.

Пальцы немедленно окунаются в теплую вязкую кровь.

Кажется, именно это с Мари и произошло. Да и со мной тоже. Там. В моем кабинете.

– С чего это у тебя такие познания? Всегда ведь была дура дурой? – фыркает Карин. – Председатель комиссии сказал, что пришлет лекаря. Хотя я не представляю как мы оплатим его услуги. Но если внезапно у тебя еще и к лечебной магии открылся талант, то займись собой сама.

– Самому себя лечить очень сложно. Поэтому не рекомендую, – раздается со стороны двери ведущей в зал, где определяли нашу предрасположенность.

Я с трудом поворачиваю голову и вижу высокого темноволосого мужчину.

Благородное лицо с правильными чертами лица и выразительными глазами цвета горячего шоколада, можно было бы назвать красивым, если б неполная ехидства улыбка, сверкающая на его губах.

Чернильно-синяя рубашка и темный плащ с золотыми пуговицами выдавали в нем явно богатого дворянина, но к драконам он совершенно точно не относится.

Слишком изящная тонкокостная фигура.

Драконы куда мощнее.

Значит, или человек, или маг.

Подойдя ко мне, он ставит над моей головой ладонь и с неë опускается насыщенно-синее сияние, которое приятно холодит разбитый висок и затылок.

– Хм, это я удачно подошел, – расплывается незнакомец в довольной улыбке. – Очень интересно.

– И что же во мне такого интересного? – осторожно спрашиваю я.

– Ну, как минимум то, что по всем признакам вы умерли. Но все равно живы.

Мужчина убирает руку и смотрит на меня с каким-то подозрительным азартом, а после и вовсе радостно потирает узкие ладони:

– Это нужно изучить. Чем глубже, тем лучше.

Чем глубже?

Это еще что за маньяк такой?

– Спасибо, откажусь, – я как можно аккуратнее качаю головой, которая уже вообще не болит.

– Пожалуйста, – хмыкает маньяк. – Но отказ не принимается. К тому же, у вас какие-то познания о травмах есть? Вот и здорово. Я вас беру своей ученицей. Меня как раз заставляют взять хоть кого-то. – В голосе мужчины проскальзывает раздражение. Явно сам обзаводиться учениками он желанием не горит. – Ну и почему бы не вас? Я бы конечно предпочел кого-нибудь с редким неизлечимым заболеваниям, но и вы сгодитесь. Поэтому, добро пожаловать. – Он качает кистью в воздухе, будто указывая собаке, куда он бросил палку. – Идите и скажите, что вас взял на обучение магистр Олис Сорел, и что король может от меня отцепиться.

Маньяк снова ехидно ухмыляется.

– Если передадите дословно, то получите от меня отдельное уважение.

Я медленно моргаю.

Он всерьез думает, что я соглашусь?

❤️❤️❤️

Парис Тиан – друг детства

Маг земли

Карин Умэйз – сводная сестра героини, склонная к магии артефактов

Ну и конечно визуал маньяка целительства – Олиса Сорела я приберегла напоследок))))

Вы же не думали, что я вас оставила без самого вкусного?)))

Итак, Олис Сорел – собственной персоной:

Глава 2 - То пусто, то густо

– Знаете что…

Начинаю было я, но меня прерывает Карин.

– Господин Сорел? Силы, какая честь! Я даже подумать не могла, что мне доведется встретиться с самым гениальным магом-целителей всех королевств. Позвольте представиться – Карин Умэйз. Между прочим, на распределении меня определили как зельевара и талантливого артефактора. А это очень подходит для помощника мага-лечебника.

Большую часть восторженной тирады в его честь Олис просто молчит, то и дело поглядывая на дверь.

В какой-то момент мне даже кажется, что он вот-вот зевнëт.

Но когда слышит про зельевара, то изгибает бровь:

– Вы хотите тоже обучаться у меня?

Карин опускается в глубоком реверансе, шелестя подолом пышного платья.

– Сочту за честь, магистр.

– Тц, – Олис дергает щекой. – То ни одного ученика, то сразу двое желающих. Не знаю… , – он чешет бровь. – Я не уверен, что потяну. Да и вообще, мне это не интересно. Если б не король и одного бы не взял.

Я понимаю, что стоит вести себя крайне учтиво с настолько высокопоставленным человеком (точнее это отзывается во мне память Мари), но как я не стараюсь сдержаться, у меня всë равно вырывается обалдевшее:

– Что за бред? Вы же сами предложили.

Магистр Сорел недовольно закатывает глаза:

– Вот же ж…а я надеялся, что вы об этом забыли. Всё же травма головы. Эх, иногда я лечу слишком хорошо. Ладно, не суть. Раз вас целых двое, давайте вы сами решите кто будет у меня учиться, а я пойду займусь более важными делами. Найдете меня в саду, где большой пруд.

– Да, конечно, магистр Сорел, – Карин вновь присаживается в глубоком реверансе, а я только сейчас замечаю, что она опускается ровно так, чтобы вид на её весьма внушительную зону декольте был максимально открыт.

М-да, приемы по соблазнению в обоих мирах тоже очевидно крайне похожи.

Впрочем, магистр смотрит не на неё, а снова на меня. Точнее на мой в прошлом разбитый висок. Вероятно для Олиса него он у меня куда более привлекателен, чем внушительные прелести моей сводной сестры.

Видимо удостоверившись, что моя травма и вправду окончательно излечена, магистр разворачивается и выходит.

Едва Сорел скрывается за дверью, как Карин разом теряет всю свою учтивость и вцепившись в рукав моего платья, так резко вздергивает меня вверх, что тонкая ткань на плече оглушительно трескается, обнажая кожу.

– Слушай, сюда, Мари, – шипит она мне в лицо.

Красивые черты Карин искажаются, делая еë похожей на громадную хищную птицу.

– Не знаю, что за ерунду ты затеяла, но сейчас ты поднимешь свой тощий зад и побредешь на какой-нибудь факультет по изучению дождевых червей. И чтоб возле Сорела, я твоё лицо больше никогда не видела. Поняла меня, сестренка? – Последние слова она добавляет с ядовитой иронией, но мне на это абсолютно плевать.

Я хмыкаю и смотрю ей прямо в глаза:

– А теперь, слушай сюда. Во-первых, убери свои грабли от меня, – я скидываю еë руки со своих плечей и брезгливо отряхиваюсь.

Память Мари услужливо подбрасывает воспоминание о том, что Карин вместе с матерью, частенько не брезговали физическими издевательствами, поэтому добавляю:

– Тронешь меня еще хоть раз, вырву руки, вставлю в зад и скажу, что так и было.

Карин меняется в лице, а я копирую еë ухмылку и слова.

– Поняла, сестрëнка?

Впрочем, в шоке от моего поведения не только Карин, но и стоящий в стороне Парис, который просто наблюдает за мной с разинутым ртом.

– А во-вторых, я пойду учиться туда, куда захочу, ясно тебе? И вообще, лично мне непонятно с чего ты вдруг воспылала любовью к целительству, – я приподнимаю бровь. – Ты ведь хотела на стихийную или артефакты, там ведь драконы чаще всего себе истинных находят.

– Тебе непонятно, потому что ты пустоголовая, – фыркает Карин. – Всех самых титулованных драконов уже расхватали, осталась одна мелочь. Хотя, чего я тут перед тобой распинаюсь? – нервно отмахивается она. – Всë равно ведь не поймëшь. Ума как у хлебушка.

– Или просто боишься, что наоборот - пойму? – Я прищуриваюсь. – Из драконов осталась одна мелочь, а здесь целый магистр лечебников, гений на которого чуть ли не молятся все королевства. И он, вот так удача – холост. Ооо…, куда ты метишь, сестренка. Спешу тебя расстроить. Такие как Сорел влюбляются еще в ранней юности и своей возлюбленной не изменяют. А имя этой возлюбленной – работа. Ну или призвание. Так что закатывай губу обратно и расслабляйся.

– Интересно, откуда у тебя такие глубокие познания? – Скептично окидывает меня взглядом Карин.

Потому что сама такая же, – мелькает в голове грустная мысль, но вслух я говорю:

– По нему это заметно. Да и знаешь, обычные люди – лучшими не становятся. Гении всегда немного того, – я кручу пальцем у виска.

Вижу непонимающий взгляд Карин и поясняю:

– Ну… одержимы работой, я имею в виду.

– Даже если ты и права, то тебе-то какая разница, ты тоже не особо интересовалась целительством, – складывает руки на груди Карин. – Вот и отвали. Тебе уже огромную милость мои родители оказали тем, что согласились оплатить полгода обучения. И за эти полгода ты обязана найти себе мужа или покровителя. Они ведь не могут обеспечивать тебя вечно.

– Я сама себя обеспечу, – поджимаю губы. – И целительство – лучшее из направлений в этом смысле. Поэтому, прости, сестричка. Это на благо всей нашей семье. – Я изображаю смирение, но саркастическая улыбка выдает мое истинное отношение к собственным “родственничкам”.

– Ты не посмеешь! – Злится Карин.

– Уже смею.

Поправив сбившуюся во время падения прическу, я демонстративно прохожу мимо Карин и направляюсь к саду с прудом.

Благо, Мари там уже была.

Карин мчится следом и мы едва ли не в сражении вбегаем в сад.

Очень тихий и красивый, с каменистыми тропинками и огненными крупными цветами, окружающими громадный темно-синий пруд – этот сад, будто создан для спокойных прогулок.

И все посетители именно этим и заняты.

Почти все. Кроме одного.

Магистр Сорел в отличии отстальных – занят тем, что стоя почти у самой воды, задумчиво рассматривает длинного толстого дождевого червя, который извивается в его пальцах.

– Напомни, Карин, на какой факультет ты меня отправляла? – Ухмыляюсь я и оставив шокированную сестру позади, направляюсь к Олису.

Глава 3 - Доступная ученица

– Непонятно, возможно ли им обеспечить иммунитет от белкового отравления и какие полезные ферменты это поможет выработать в будущем, – слышу я бормотание Сорела пока подхожу и у меня невольно шевелится нечто похожее на уважение.

И правда умный мужик. Если честно я очень мало кого встречала в своей жизни способного увлечься чем-то хоть более развивающим, чем новости в социальных сетях.

А этого даже от дождевых червей кроет.

– Магистр Олис, – окликаю я его.

Он реагирует не сразу. Сначала его глаза вспыхивают темно-янтарным светом.

Вглядевшись с помощью них в червя, он наконец отпускает бедолагу восвояси и его глаза принимают свой обычный вид.

– О, значит, решение принято? – Уточняет Олис. – Можно идти и говорить комиссии, что ученица у меня есть? Кстати, мне нравится ваш подход, но несколько рановато. Надо хотя бы дойти до отдельной аудитории.

Я недоумевающе хмурюсь.

– Вы о чем?

– О вашем стремлении избавиться от одежды, – Сорел невозмутимо кивает на мой разорванный рукав. Точнее на его отсутствие. – Кстати, вы выбрали верное направление. Меня привлекают изящные оголенные женские плечи. Как у вас.

Моё отличное настроение быстро портится.

Что за…? Он это серьезно говорит?

Но на этом невозмутимость магистра, плотно граничащая с наглостью не заканчивается.

Глаза Сорела вспыхивают и он теперь уже смотрит на меня. Правда выражение лица магистра остается таким же, с каким он смотрел на червя.

Когда сияние пропадает, он удовлетворенно кивает:

– Так, ну все физиологические признаки подтверждают ваше совершеннолетие. Но я конечно уточню на всякий случай у комиссии. Заодно спрошу – не запрещены ли интимныеи связи между магистром и студенткой. Потому что обременять всякими дисциплинарными взысканиями я себя не собираюсь. Проще найти кого-то не менее доступного, но не запрещенного.

– Не менее доступного?! – Я задыхаюсь от возмущения. – Да знаете ли вы…?!

– Ну, конечно знаю, – снисходительно кивает Олис. – Вы всë ещë невинны. Я не имел в виду, что вы спите со всеми мужчинами подряд. Если это прозвучало так, то прошу прощения. Я хотел сказать, что вы доступны для меня.

Ох-ре-неть!

Даже в новом мире мне может достаться озабоченный руководитель.

Ну, уж нет. Мне и одного раза хватило.

– Во-первых, я вас к себе не подпущу и на пушечный выстрел, – я делаю шаг назад. – Не для вас розочка цвела, знаете ли. Ищите себе действительно доступную. А во-вторых, я и правда намерена обучаться на факультете целительства. Но только у того, кто действительно способен научить меня всем тонкостям ремесла. А значит, точно не у вас. Спрошу, кто из преподавателей готов меня обучать. Если такие будут, конечно.

И я впервые вижу как лицо Сорела меняется, сменяясь от надменно-ироничного к искренне удивленному.

– Хотите обучаться у кого-то кто владеет целительством, но точно не у меня? Это ещё, что за горячечный бред? Мисс, да я лучший лечебник во всех королевствах.

– Вполне возможно, – я неосознанно веду именно оголенным плечом и Олис бросает на него короткий быстрый взгляд. – Но чему вы меня сможете обучить? Премудростям беспорядочных половых связей? Вот уж, спасибо, откажусь. С этим я прекрасно справлюсь и без вас. Так что, берите вторую претендентку – оборачиваюсь я на Карин. – А насчет своего обучения, я буду договариваться сама. Всего доброго, магистр Сорел.

Я разворачиваюсь и с гордо поднятой головой, направляюсь к выходу из сада.

Глава 4 - Невезение

Едва я выхожу обратно в общий зал, мне на плечо ложится чья-то ладонь.

– Ну, и правильно, Мари.

Я невольно вздрогнув, оглядываюсь и вижу Париса.

Всегда спокойный и миролюбивый друг детства сейчас разве что молнии не швырял от ярости.

– Этот Сорел вел себя непозволительно! – Парис порывисто взмахивает руками. – Признаться честно, до меня неоднократно доходили слухи о том, насколько сложный характер у этого лечебника, но сейчас он перешел все границы дозволенного. Считает, что если лучший и незаменимый – значит, ему всё можно? Еще чего! Знаешь, я считаю, что мы обязаны доложить о его низких предложениях.

– Не знала, что ты всë слышал, – удивляюсь я.

Парень чуть смущается.

– Да, пошел следом. Боялся, что Карин снова начнет над тобой издеваться, но то, что защищать нужно будет вовсе не от неë, уж точно не ожидал, – Парис опускает взгляд. – Поэтому, признаться честно – опешил. Слишком помедлил и не вступился за тебя, – он с некоторой робостью берет меня за руку. – Прости, Мари. Обещаю, такого я больше не допущу. Никто с тобой не посмеет говорить таким тоном и предлагать настолько распутные вещи.

Я смотрю на потемневшие от гнева глаза Париса и аккуратную линию губ, сейчас подрагивающую то ли от негодования, то ли от смущения.

Ой, дружище. Да тут кое-кто давно и безнадежно влюблен. А малышка Мари по своей наивности даже не замечала этого.

– Ничего страшного, – я ободряюще улыбаюсь и лицо Париса мгновенно будто освещается изнутри. – Никто не мог знать, насколько магистр Сорел циничный гад.

Парис удивленно вскидывает брови, но после пропускает смешок:

– Ого, Мари, ты никогда раньше не позволяла себе подобных выражений. Да и вообще, ведешь себя куда более дерзко, – он улыбается. – Мне нравится. Академия благотворно влияет на тебя.

– Да, сама удивлена. Надеюсь, этот эффект быстро не пройдет.

Я решаю, что лучше подыгрывать и не демонстрировать, что от личности прежней Мари практически ничего не осталось кроме памяти.

– Хорошо, что барон Уэйз всë же позволил тебе обучаться и нашел деньги.

Я невольно улыбаюсь.

– Но ты же знаешь. Он заплатил всего за полгода. Да и сделал это лишь для того, чтобы я нашла себе хоть какого-нибудь жениха и ушла с их содержания. Поэтому, мне надо либо очень хорошо проявить себя во время обучения, либо лихорадочно искать парня, готового сделать мне одолжение и взять меня замуж. А ты ведь и сам знаешь сколько желающих жениться на нищей сироте, у которой только и осталась, что громкая фамилия. Прямо толпа.

– Это ты сделаешь им одолжение, если согласишься выйти замуж, – сердито фыркает Парис, а после вновь берет меня за руку.

Всë с тем же, практически благоговейным трепетом:

– Мари, я хочу тебе сказать, что… , – он запинается. – Тебе не следует переживать о том, что будет через полгода. Уверяю, всë в любом случае сложится прекрасно. Тебя ждет чудесное и безмятежное будущее. Даже не сомневайся.

Я смотрю в чистые лазурные глаза Париса и невольно улыбаюсь.

Такой он хороший, славный.

Хорошо, что в жизни бедняжки Мари был хоть кто-то кто искренне еë любил и ценил.

– Спасибо, – я пожимаю его ладонь в ответ. – Надеюсь, что и в том будущем мы с тобой будем рядом друг с другом.

Парис счастливо улыбается:

– Ты правда этого хочешь? О, я тоже был бы этому рад. Готов на что угодно пойти ради этого.