- -
- 100%
- +
Вот так! У всех жизнь налаживается! Даже вечно холостая подруга многозначительно сверкала глазами на безымянный палец правой руки. Я тоже вспоминаю о своём и снимаю с него ненужное украшение. Поддавшись порыву, бросаю его в пустую бутылку, закупориваю пробкой и отправляю в мусорное ведро. Там ему самое место!
Самолёт плавно снижается, заходя на посадку. Командир давно сообщил о пребывании, а стюардессы проверили, все ли пассажиры пристёгнуты. Ничего особенного, с одной лишь разницей, что полёт завершается за тысячи километров от родного дома, через бушующий океан, на другом, далёком континенте… Класс!
Как орал Андрей, когда узнал, что я всё-таки продала квартиру! Это был театр ужаса одного актёра! Подумать только, он всерьёз рассчитывал, что я останусь с ним, словно ничего и не было, будто не было его измены. Что я ляпнула про продажу просто так и этот откуп только для ощущения независимости в браке с ним! Ага, размечтался, идиот!
Мой настрой был решительным, а покупатель нашёлся быстро. Ещё оперативнее агентство оформило тур на лучший остров Карибского бассейна. Сложности возникли лишь с разводом: Андрей наотрез отказался его давать.
— Мне сейчас шумиха не нужна! На кону моя репутация, поэтому побудешь такой же молчаливой женой, не переломишься! — хрипел он.
Осёл самонадеянный. Это он ещё не знает, что все деньги я спустила на поездку. Наверное, воображает, что я отложила их и жду, когда он прилетит на крыльях любви, весь в извинениях. Три «ха-ха».
Статус замужней девушки нисколько меня не смущает, ведь чувствовать себя таковой я перестала. И пусть бывший противится, упирается и тянет, развод всё равно состоится. Заявление через Госуслуги я подала, когда вернусь, завершу начатое. Подумаешь? Как смекнула Наташа, так действительно проще: меньше возни с документами.
— Я же… пошутила! Ну то есть… Подшофе была… Чем тебе Турция-то не угодила? Туда хоть не так нечеловечески дорого!
— Я тебя ненавижу, Потапова! — вопила я на подругу.
Пошутила она! А я таких шуток не понимаю! У меня все всерьёз!
— Реально все деньги спустила? — удивлялась она, крутя пальцем у виска.
— Ну почти…
Мы немного повздорили с ней перед отлётом, но уже помирились. Всё в порядке. Пусть остаётся в нашем посеревшем, осеннем городе, а я улетаю на лазурные берега. Чудесный остров ждёт, и я собираюсь оторваться по полной!
На отеле экономить не стала, у меня шикарная пятёрка, а номер — размером со все наши квартиры вместе взятые! Не распаковывая чемоданов, первым делом лечу на пляж. Прозрачное море, белоснежный песок и удобнейший лежак под навесом, больше похожий на кровать, и он только мой! Это ли не счастье?
Последние дни перед вылетом были наполнены прогулками по торговым центрам в поисках достойных купальников, платьев, шляп и парео. Приехать в нашу квартиру за вещами я так и не решилась, а за паспортом съездила Наташа. Впрочем из городского гардероба здесь ничего и не нужно.
Понежившись на пляже, иду купаться. Вода — парное молоко, это не наше Чёрное море, куда мы обычно ездили с Андреем. О! Чур меня, чур! Обещала же себе не вспоминать об этом подлом человеке.
Плыву себе, плыву…
Плаваю я хорошо, у меня в детстве даже разряд был.
Сделав достаточное количество взмахов руками, принимаю свою любимую позу: закрываю глаза и просто лежу трупиком на воде, покачиваясь на волнах. Солнце припекает вовсю, но, надеюсь, предусмотрительно нанесённая на тело водостойкая пятидесятка не подведёт. Чувствую, как клетка за клеткой расслабляется моё тело. Ненужные мысли улетучиваются из головы, оставляя приятный вакуум. Дышу полной грудью, наслаждаясь умиротворяющим шумом прибоя и доносящимися издалека звуками музыки…
— Мадам!.. Леди!.. Мисс!.. Сеньорита!.. — странная музыка и слова у местных песен тоже необычные, то ли дело у нас:
— Царица, я царица…
Громкий всплеск рядом заставляет меня вздрогнуть, и я чуть не ухожу под воду от неожиданности. Открываю глаза и вижу перед собой водный мотоцикл. Из него выпрыгивает человек в форме и принимается меня спасать. От испуга, сначала ругаюсь по-русски, потом, опомнившись, перехожу на английский и объясняю ему, что не тону.
— Простите, простите, — лепечу я, запинаясь. — Я в порядке, просто задумалась.
— Мы приносим извинения, — объясняет он мне, имея в виду свою службу, — но заплывать так далеко не безопасно. Существуют ограничения для купающихся.
Ну-у, буйков я как-то не заметила… Не понимаю, о чём он говорит… Такой вежливый, кстати, изъясняется и выглядит, как настоящий спасатель из фильмов о Майами. Весь такой накаченный и загорелый, как чёрт! Вот бы наши блюстители порядка были такими же и общались соответствующе! Меня совсем недавно становил гаишник… Ох! Лучше не вспоминать его речь и свисающий живот.
— Хорошо, я возвращаюсь, — заверяю мужчину.
— Вы заплыли слишком далеко, — он пытается меня в чём-то убедить, но говорит с сильным акцентом. Мексиканец, наверное. — Я должен вас подвезти!
Ах, подвезти! Окей! Я согласна.
Он заботливо протягивает мне спасательный жилет и осторожно помогает забраться на аквабайк. Заводит его, и мы стартуем. Я улыбаюсь всю дорогу, как дурочка, ведь никогда раньше на таком не каталась. Даже не замечаю, что везёт он меня не к берегу, а останавливается возле огромной, шикарной яхты.
Не успеваю ничего сказать, как меня аккуратно, но настойчиво подхватывают два… шкафа и помогают выбраться на яхту.
Кричу им, что произошла какая-то ошибка, но они, как два русских, тупых Ивана не слушают меня и, сделав своё дело, скрываются из виду.
Оглядываюсь… На яхте ни души, и, кажется, будто я здесь совсем одна…
Яхта, безусловно, явно дорогая и насыщенная различными деталями, да размеры её впечатляют, вызывая восхищение. Хоть и страшно, но как же хочется задержаться здесь подольше — когда ещё выпадет такая замечательная возможность. К тому же, не сама же я сюда без разрешения залезла, ведь они меня притащили, значит, можно! Успокаиваю себя тем самым и, конечно же, направляюсь на «разведку», воспитывая в себе дух исследователя. Медленно веду рукой по ограждению, наслаждаясь лёгким морским ветерком. Живут же люди, и как живут! Останавливаюсь у самого края носовой части, раскинув руки в стороны, чувствуя себя героиней всем известного фильма. «Главное не утонуть!» — мелькает в голове мысль, смешанная с лёгким волнением, вызывая счастливая улыбку.
С трудом заставляю себя оторваться от этого радостного и беззаботного наслаждения и направляюсь к корме. Вижу «русских Иванов», и моментально останавливаюсь, не решаясь даже сделать шаг в их сторону. Кто знает, что у них на уме? Но и деваться мне особо некуда: если только вниз спуститься — это же совсем опасно. Хотя… сюда оторваться прилетела, да и куда уж хуже, чем уже есть в моей жизни, в целом. Делаю первый шаг. Ещё один.
— Ты ещё кто-то такая! — раздаётся вдруг приятный, низкий, завораживающий голос с лёгкой хрипотцой, звучащий как будто из далекого сна.
Сейчас как никогда рада своему прекрасному знанию английского, которое в очередной раз меня выручает.
— Я… — замялась я на миг, соображая, что сказать.
— Макс с остальными на острове. А ты почему не там? — спрашивает он с любопытством, явно заинтересованный.
Понятия не имею, кто такой Макс и кто такие остальные, но разубеждать его не собираюсь, почему бы и нет?
— Я здесь осталась, — коротко отвечаю незнакомцу, при этом пристально и слегка нагло его рассматриваю, что явно его ничуть не смущает.
Да… Посмотреть там есть на что: широкие плечи, великолепная гора мышц. Даже скрытые лёгкой льняной рубашкой, они всё равно производят впечатление, нежное и притягательное. А глаза… В них можно утонуть, как в глубоком омуте, где нет ни жизни, ни времени. Мужчина, в свою очередь, тоже меня рассматривает, но скорее не с интересом, а с каким-то удивлением, перемешанным с недоумением.
— Учти, за Максом мы только завтра, — всё так же по-английски произносит он. — Я тебя персонально катать не намерен. Тут останешься.
— Я и не против, — вдруг, не задумываясь, отвечаю я, чувствуя, как внутри зреет какая-то смелость и решимость. Ну а что? Пусть думает, что я вместе с этим Максом. А завтра, возможно, решу, что делать. Не убьёт же он меня, когда правду узнает, в самом деле.
Яхта быстро отдаляётся всё сильнее от берега, погружая меня в атмосферу волнения и ожидания.
— Как же мне надоели эти тупые курицы… — отойдя от меня, бормочет незнакомец на чистом русском, думая, что я его не понимаю, и это, конечно, забавляет меня.
— Сам ты петух общипанный! — не выдерживаю и бросаю ему в спину на том же родном мне языке, испытывая странное удовлетворение.
Он резко останавливается и медленно, как в фильме ужасов, оборачивается, словно что-то предчувствует.
— Русская?! — скорее не спрашивает, а утверждает он, явно удивленный и заинтригованный.
— И что из этого? — в моём голосе слышится вызов и уверенность, которой я сама не ожидала.
— Это что-то новенькое. Макс предпочитает экзотику, — говорит он, с ноткой сомнения в голосе.
— Да мне всё равно, что он там предпочитает. Я не экзотика! — отвечаю я с жаром.
— Ну-ну, — усмехается мужчина, оценивающе глядя на меня, будто видит во мне что-то особенное. — И как зовут «не экзотику»?
Первым желанием в голове мелькает представиться чужим именем, но я упорно отгоняю её. К чему это враньё? Всё равно он меня больше никогда не увидит, как и я его. Поэтому смело и открыто произношу:
— Элина, — представляюсь я, протягивая мужчине руку с твёрдостью и уверенностью.
— Марк, — слегка сжимает он мою ладонь своей горячей рукой, и как будто мир вокруг нас останавливается.
По телу проходится дрожь, словно от разряда электрического тока, пробираясь в каждый позвонок, каждую клеточку, заполняя меня новыми ощущениями. Это странное чувство, давно забытое, да и скорее вовсе незнакомое, но так горячо желаемое.
Марк, кажется, не замечает моего замешательства, с интересом изучая меня, а затем с лёгкой усмешкой добавляет:
— Что ж, Элина, придётся тебе коротать время со мной. Конечно, выбор у тебя есть: оставаться на яхте или прыгнуть с океан, — он указывает на плещущиеся за бортом волны, явно издеваясь надо мной.
Я смеюсь, подбадривая себя. Почему бы и нет? В конце концов, это ведь мой шанс на новые приключения. Отпустить все ненужные страхи и просто жить.
— Я, пожалуй, выбираю веселье, — заявляю я, подходя ближе к краю. — Какой смысл в этой безмятежности, если можно получить настоящий адреналин?
Он присвистнул, глядя на мою решительность. И в ту же секунду мне пришла в голову идея. Что если вместе с этим прыжком я оставлю все свои тревоги и сомнения на берегу? Утонуть-то мне он точно не даст. Ведь не даст?
— А, впрочем, мне нужно немного освежиться, — провожу рукой по лицу, прикрываю глаза и с силой отталкиваюсь от борта яхты.
Кажется, вспоминаю, как несколько секундами позже я ныряю в воду. Прохлада проникает внутрь, но с каждой минутой вдруг кажется, что она дарит мне свободу. Я всплываю на поверхность, смеюсь и бросаю взгляд на яхту.
Марк стоит на краю, и в его глазах читается одновременно удивление и восхищение.
— Ненормальная! Но, вообще-то, такая «экзотика» мне нравится! — кричит он и, раздеваясь до пояса, швыряет одежду в сторону и прыгает за мной в воду.
Мы оба смеемся, когда он появляется рядом. Я смотрю на него, и наши взгляды пересекаются, наполняя момент каким-то звенящим напряжением.
— И что теперь, «не экзотика»? — спрашивает он, вытирая похожие на стекляшки капли воды с лица.
— Теперь ты должен предложить мне, что делать дальше, — отвечаю я с заслуженной наглостью.
Марк усмехается, и у меня появляется уверенность, что, несмотря на всю его кажущуюся неприступность, он тоже чувствует это странное притяжение.
— Что ж, — говорит он с лёгкой иронией, — может, ты хочешь устроить ночную вечеринку с остальными «курицами» на острове?
Теперь уже, кажется, пришла моя очередь смеяться. Прямо здесь, в воде, я ловлю себя на мысли, что я никогда не хотела быть «курицей».
— Может, просто я здесь останусь, на яхте? — отвечаю я с улыбкой, тем самым подхватывая его игривый тон.
Марк подплывает ещё поближе, и я ловлю его дыхание, проникающее в воздух, чтобы узнать, что за ним стоит.
— Тогда нам стоит вернуться на борт, без музыки нам не обойтись, — предлагает он, и, схватив меня за запястье, тянет к яхте, словно я его корабль, который надо спасти от шторма.
Внутри трепещет какое-то странное чувство, словно этот вечер станет началом чего-то удивительного. Страшно и в то же время волнительно. Но что-то внутри меня подсказывает: с таким, как Марк, мне нечего бояться.
Глава 3
Элина
«Иваны», словно карауля нас, тут же возникают у бортика, помогая нам выбраться и, протянув мне чей-то лёгкий халатик, тут же удаляются, исчезая с глаз долой. Мне всё-таки не по себе от осознания того, что они где-то рядом. Марк быстро одеваётся и ведёт меня вниз, где уже накрыт стол: фрукты ярких цветов, насыщенно-бордовое вино, чарующая музыка. Словно он и правда ждал меня, а может быть, и не меня, а просто кого-то, кто мог бы привнести свежесть в это утомительное время. Гоню прочь эти ненужные сейчас мысли, которые только мешают наслаждаться моментом. Мне, как и ему, нужен этот вечер, эта ночь, полная обещаний и лёгкого напряжения. И плевать на моральную сторону вопроса, когда вокруг столько искушений...
Присев на мягкий диван, внимательно смотрю на руки мужчины: сильные, с длинными и ловкими пальцами. В голове невольно, словно кинофильм, рождаются образы, как они нежно и уверенно проходят по моей коже, оставляя за собой лёгкий след. Марк разливает бордовый напиток по прозрачным фужерам и протягивает мне один из них.
— За знакомство, — его глубокий голос становится ниже, а взгляд тяжелеет, наполняясь смыслом. Я и сама готова откинуть прочь предрассудки, как ненужные оковы.
— За знакомство… — вторю ему едва слышно, наслаждаясь звучанием этих слов.
Разговоры ни о чем, лёгкие и незначительные, проплывают мимо, как облака. Он предлагает потанцевать, и я лишь молча соглашаюсь, протягивая ему свою ладонь. Рука Марка крепко притягивает меня за талию, отчего я делаю глубокий вдох, наполняя лёгкие воздухом. Его будто не хватает, голова идёт кругом, то ли от вина, то ли от близости мужчины, от ощущения порядка и хаоса одновременно. Каждая клеточка тела напряжена, подобно натянутой струне.
Аромат его духов сводит с ума, заставляя чувствовать себя потерянной в этом моменте. Моя ладонь медленно, словно по течению реки, ползет по его рубашке, которую он зачем-то накинул после того, как вылез из воды. Хочется сорвать её и выбросить, как ненужную деталь, мешающую полностью ощутить жар его тела, его тепло, которое манит и зовёт, как непознанная глубина.
Свет приглушен, музыка накладывает свою магию, и мы словно забываем о мире вокруг. Тело движется в ритме, его взгляд пронзает, заставляя меня забыть о скованности. Вокруг нас всё расплывается, остаётся лишь он и я — будто в коконе из бьющегося струящегося света.
— Ты знаешь, я всегда думал, что вечер начинается с освещения, — произносит он тихо, его голос звучит так, словно мы одни на этом свете, и, кажется, в этот момент он слышит каждую мою мысль. — Но на самом деле, всё начинается с того, кто рядом с тобой.
Я улыбаюсь, но волны волнения накатывают мне на сердце. Ощущаю, как его рука всё крепче обнимает мою талию, а мой ответный жест всё смелее — пальцы скользят ниже, в томительном ожидании, когда он поймет мой намёк.
— Мы можем забыть обо всём, — шепчет он, наклоняясь ближе. Его дыхание касается моих губ, словно лёгкий ветерок, пробуждающий во мне жажду новизны и безумства. — Иногда у нас есть только этот миг.
В голове проносятся образы: как это было бы, если бы мы решили оставить все правила и позволить себе лишь одно — исследовать друг друга. Я отрываюсь от него, и в этот момент музыка словно замирает, а я понимаю, что мы рядом с краем собственной смелости.
— Тогда не будем терять время, — отвечаю я и, не дождавшись его реакции, тянусь к его губам, оставив в стороне все мысли и двигаясь туда, где нет ни страха, ни сомнений.
Его рука находит мою, заполняя пространство теплом. Он обхватывает рукой мою талию, другой ловко развязывая пояс халата. я чувствую, как самый обычный вечер превращается в нечто большее — в приключение, обжигающее своим пламенем и заставляющее биться сердце быстрее.
Никогда прежде не чувствовала такого жгучего желания. Даже в самом начале отношений с мужем не было столько страсти. Я и не знала, что способна на такое…
Пара шагов, ещё шаг — моя спина касается мягкой поверхности дивана. Луна, полная и светлая, пронзает темноту, отражаясь в его глазах. Я останавливаюсь, не в силах оторваться от его взгляда, и в этот момент всё кажется возможным.
***
Я лежу рядом с по сути посторонним мне мужчиной, блаженно прикрыв глаза от наслаждения. Марк уже заснул. Я же пытаюсь осмыслить случившееся: никогда не думала, что может быть ТАК… Когда у нас с Андреем начались отношения, у меня прежде никого не было. Он стал моим первым и, до сегодняшней ночи, единственным мужчиной в жизни. Всегда полагала и искренне верила, что наша интимная жизнь весьма бурная и, безусловно, полна наслаждений. О! Как же сильно я ошибалась на самом деле. По сравнению с тем, что я испытала с Марком, Андрей был, можно сказать, неопытным юнцом, не способным ни на что особенно значимое.
Такого фейерверка эмоций и ощущений я не испытывала с мужем никогда. Тело до сих пор было налито приятной тяжестью, а мышцы подрагивали от оставшегося напряжения. Но самое удивительное, необъяснимое и неожиданное было то, что мне этого, если честно, даже было мало…
Самой стало слегка стыдно от своих мыслей и ощущений. Да, Элина, до чего ж ты докатилась?! Хотя, если разобраться и откровенно поразмышлять, чего мне стыдиться? Не сегодня-завтра я буду уже, так сказать, свободной женщиной. Пусть и разведенкой, но перед мужем после его измены у меня нет абсолютно никаких обязательств, о которых стоило бы переживать.
Марк рядом зашевелился и притянул меня к себе, уткнувшись носом в мои волосы. Его тёплое и уверенное присутствие рядом кажется таким естественным и обыденным, что я и сама не замечаю, как льну к нему, чувствуя себя в безопасных объятиях, как никогда ранее.
Я закрываю глаза и вдыхаю его аромат, смешивающийся с запахом свежих простыней. Сердце стучит в унисон с желанием, которое словно разгорается с новой силой. На мгновение я забываю о всех своих страхах и сомнениях. Просто лежу, наслаждаясь моментом, когда весь мир за пределами этой постели и его объятий перестаёт для меня существовать.
Но как же страшно мне вспоминать минувшие события, которые отразились в моей душе подобно мексиканскому сериалу: страсть, предательство и неожиданные повороты сюжета. Я смотрю на Марка и понимаю, что в этой импульсивной связи есть что-то большее, но также и что-то тревожное. Он был восхитителен, активный и полон жизни. Как в сказке, где принц на белом коне спасает бедную, но смелую героиню. Но в моей жизни принцев не было.
Сколько ещё таких моментов можно упустить, оставаясь в границах привычного? Сколько ещё страсти скрыто за лицами людей, которых я просто не замечала прежде? Я чувствую, как внутри меня зреет осознание: эта ночь предвещает новый виток в моей жизни. Ну вот, пожалуйста, неужели я готова к этому шагу?
Марк, кажется улавливает мои мысли даже в полудреме. Он открыл один глаз и, с лёгкой улыбкой, прошептал:
— Ты знаешь, ты невероятна. — Эти слова прозвучат как музыка, перекрывающая шепоты разума.
Я понимаю, что те дни с Андреем остались позади. Мы строили общее будущее, но с какой ценой? Теперь всё по-другому. Я уверенно могу сказать «да» своей свободе, и этот новый путь начинает сулить мне что-то важное — возможность быть собой, без оглядки на правила и ожидания.
Я поворачиваюсь к Марку и встречаю его взгляд.
— Надеюсь, ты выспался? — вырывается из моих уст.
В голове загораются звезды. С каждым мгновением я понимаю, что это только начало.
Просыпаюсь я уже в полном одиночестве. Марка рядом, к сожалению, нет. Моя одежда, а точнее, купальник и выделенный мне халатик, аккуратно лежат рядом, будто ждут своего часа. Быстро одеваюсь, слыша шаги, которые постепенно приближаются. Марк в коротких шортах и расстегнутой рубашке спускается ко мне, как будто с важной миссией.
— Пора забирать Макса, пока он не накуролесил как обычно. — Он смотрит на меня как-то странно, словно ожидая от меня каких-то важных слов. Но, так и не дождавшись, продолжает сам: — Думаю, моему брату не стоит знать о том, что было этой ночью. У нас с ним и так отношения действительно напряженные и непростые. — Эти слова явно доставляют ему боль, от которой не скроешься.
— Марк, я…
— Давай только без истерик, — предупреждает он, не так истолковав моё замешательство и внутренние терзания.
Я же борюсь сама с собой, полная раздумий и сомнений. Надо рассказать ему правду, но не знаю, с чего начать. А! Была-не была!
— Ты не понял! Видишь ли… я вчера тебя обманула. — Марк напрягается, его лицо приобретает серьезное выражение. — Нет, не так… Я немного не договорила…
— И что именно ты не договорила? — его голос становится холодным и похожим на сталь, как будто он пытается прикрыть свои эмоции.
— Когда твои помощники достали меня из воды, я так растерялась, что даже не сразу сориентировалась в ситуации. Они, да и ты тоже, приняли меня за пассию твоего брата. Но это не так. Я знать его не знаю, и никогда не знала!
— Интересно… — протягивает мужчина, пристально глядя на меня, как будто пытаясь читать мои мысли. — И кто же ты? — в его глазах я вижу некую настороженность, смешанную с любопытством.
— Обычная туристка. Я плавала себе, никого не трогала, а тут твои архаровцы. Тоже мне, спасатели Малибу… В общем, вышло недоразумение, которое я никак не могла предсказать.
— Ничего себе недоразумение! — усмехается Марк, явно не веря в сложившуюся ситуацию.
— Прости… — виновато смотрю на мужчину, чувствуя, как мне становится немного неловко от этой ситуации.
— Что ещё ты мне не договорила? Может ты замужем, а дома семеро по лавкам ждут? — спрашивает он с ухмылкой.
— Нет у меня ни семерых, ни даже одного! — возмущаюсь я, не став уточнять, что в данный момент нахожусь в процессе развода с одним му…мужиком.
— И то хорошо, — тяжело вздыхает он, словно это было важным для него известием.
— Наверное, будет лучше, если ты высадишь меня на берег. Мне в отель надо… — произношу я, немного тревожась от предстоящего разрыва.
— А здесь тебя что не устраивает? Или тебя там кто-то ждёт? — спрашивает он, как будто это было что-то важное.
— Никого, — отвечаю я, испытывая облегчение от своей свободы.
— Вот и прекрасно, — совершенно сухо произнёс Марк и направился наверх, словно принял окончательное решение.
— Что прекрасно? — не понимаю его реакции и иду следом, пытаясь составить общую картину происходящего.
— Значит, мы плывём за Максом, — заключает он, даже не оглянувшись, как будто это было очевидно для него.
Я едва успеваю за ним подняться, но в голове уже крутится мысль о том, как же быстро всё тут развивалось. Всего лишь вчера я наслаждалась тёплыми лучами солнца и нежным морем, а сегодня оказалась в водовороте недопонимания и тайных слов, которые необходимо прояснить. Попутно я всё ещё пытаюсь понять, какого чёрта мне делать дальше в этой непростой ситуации.
Яхта пришвартовывается около небольшого, но по-своему живописного острова. Марк просит меня остаться на борту, а сам вместе с «Иванами» решает сойти на берег. Его нет около получаса, что на самом деле кажется довольно долгим, после чего его амбалы буквально втаскивают на борт в усмерть пьяного парня. Этот парень, абсолютно не в себе, едва ворочает языком, при этом нецензурно ругая своего брата: