Последнее зелье её светлости

Глава 6

– Я никогда не смогу это выучить, – Зела накрыла голову книгой по этикету и завыла на высокой ноте. Я посмотрела на девушку с сочувствием и толикой понимания. Помнится, столовый этикет и мне давался так же тяжело.

За прошедшую неделю мы с девушкой сдружились. И не только с ней. Наш и без того не большой коллектив разделился ещё на несколько маленьких: Мону с подружками, одиночек Лео, Грегора и близняшек (хотя они одиночки лишь условно, всё-таки всегда рядом) с Софи, которые с остальными общались редко. Джозеф тоже оказался один. Он не разговаривал ни с кем, никто не спешил разговаривать с ним. Соответственно, отсутствие взаимных оскорблений и скандалов. Гармония. За неделю лорд успел похрюкать, покукарекать и даже поквакать. Собственно, всё из-за собственной невежливости.

Ну и наша компания. Я, Оливер, Джет, Лави и Зела. С ребятами мы общались легко и непринужденно, помогали друг другу по учебе. Вот и сейчас Зела с Лави сидели у меня в комнате и пытались выучить столовый этикет. Я рассеяно листала книгу, повторяя. Не сказать, чтобы я в этом нуждалась, однако не хотелось оставлять девчонок одних, да и элементарная поддержка была им кстати. На последнем занятии по этикету (оно стояло в расписании дважды в неделю, в первый и последний день) лорд Лукас дал полный список приборов, их назначение и правила применения. И заставил прямо на занятии попытаться запомнить их. Увы, как и с поклонами, вышло только у меня, Джо, Грегора и Лео. На последних ребята стали посматривать с сомнением и подозрением. Но с вопросами к ним лезть никто не спешил. Грегор был молчалив, а Лео одним взглядом давал всем понять, что к нему лучше не подходить с глупыми вопросами. Для себя я определила их как обычных внебрачных детей с достойным воспитанием и на этом размышления оставила.

– Согласна. Это невозможно запомнить. – Лави отложила книгу, с сожалением посмотрела на пирожные в тарелке на столике. Вздохнула. – Мне дико хочется есть. И отдохнуть. Кари, признавайся – аристократов так же мучают?

– Да. Только с самого детства. Мы с братом изучали правила поведения в обществе и этикет примерно с пяти лет. – подтвердила я.

– И сколько ты потратила времени, чтобы всё запомнить? – Зела одним глазком выглянула из-под своей импровизированной шапки.

Я задумалась.

– Основы запомнила за несколько месяцев, но оттачивала всё очень долго. Не помню точно, простите.

– И мы должны выучить всё к следующему занятию!? Я умру.

– Давайте проводить аналогию, – предложила я девушкам.

– Аначто?

– Она про сравнение, Лави, – Зела, как я узнала, дочь главного городского кузнеца, села ровнее, сняла с головы книгу. Ей, в отличии от Лави, что выросла в захудалой деревеньке, было совсем немного, но проще. – И какую именно?

– Ну например, бокалы и стаканы. Сколько их должно быть?

– Эм – девушки переглянулись, – Шесть?

– Чаще ставят пять. Потому что пять напитков: вода, шампанское, два вида вина и ликер, либо что-то ещё крепче. То есть бокалы должны стоять по мере увеличения крепости напитка.

– И что тут стало проще? – застонала Лави, откидываясь на подушку.

– Подожди. Еще пример? – Зела взяла тетрадь с зарисовками приборов.

– Ну вот смотри, вот эта ложечка, например, – я показала на изображение самой маленькой из четырех изображенных у девушки ложек. – Она для кофе. Этот бодрящий напиток девушки пьют редко, но всё же. Так вот – она здесь самая маленькая, ты заметила? И чашечка для кофе очень маленькая, потому что в больших количествах этот напиток не пьют. Ложечка чуть больше – для чая. Потому что и чашечка для чая немного больше.

Зела внимательно слушала, пока я объясняла, потом присоединилась и Лави. Дело пошло быстрее и веселее. Я приводила всё новые сравнения, вспоминая, как мы с братом пытались привязать приборы даже к собственным игрушкам, чтобы выучить, и к вечеру мы почти закончили.

– Хорошо иметь под рукой ручного аристократа, – Лави улыбнулась мне, потом поспешно замотала головой. – Прости, сказала не подумав. Кариель, не обижайся только, хорошо?

Я покачала головой. Сама ведь согласилась помогать. Да и почему бы не помочь, если люди хорошие? Тем более я знаю, что сказано всё было без подтекста и попытки оскорбить.

В комнату постучали. Я разрешила войти.

– Ну вот, а я думал у вас вечеринка А вы тут скучные книги учите, – Джет смело вошел в комнату. За его спиной стоял Оливер, снова хмурый и о чем-то думающий.

– Вам бы тоже не помешало, а то ведь потом на этикете краснеть будете.

– И танцы подучить нужно тоже. У меня ноги до сих пор болят, – пожаловалась Зела, кинув колючий взгляд на Оливера, который слегка покраснел. Именно с ним танцевала девушка на занятиях, и именно он отдавливал ей ноги с незавидным постоянством, за что постоянно извинялся. Джету выпала участь вальсировать с Моной, и совесть за оттоптанные ноги партнерши едва ли его мучала, не смотря на возмущенные крики девушки.

– Снова мучаете Кари? – кивнув на учебники, спросил Ольвер.

– Мне не сложно.

– Неправильная ты аристократка. А где же «Эй ты!»? Или: «Сгинь, плебей»?

Джет парадировал Джо очень умело. Мы все рассмеялись.

– Могу конечно, ну а зачем?

– Её пожалеть надо. Она с Джо вальсирует, – Лави, обрадованная своими успехами по этики, всё-таки потянулась к пирожному.

Я только покачала головой с улыбкой. На танцах меня и Джозефа, как и до этого на этикете, поставили как пример и заставили провальсировать полный танец. И пусть танцевал парень неплохо, танцевать именно с ним у меня не было никакого желания. Однако, Джозеф (на тот момент квакающий из-за того, что преподавательница по травологии услышала, как он грубо выражался на неё, бубня под нос) вел себя на удивление прилично.

– Он, кстати, как? Уже перестал квакать? – Джет выхватил из-под носа у Лави её любимое пирожное и тут же положил в рот. В отместку девушка пнула его ногой.

– Ага. Я даже удивился с утра, снова услышав его нормальный высокомерный голос. Отвык уже. Обычно хрю, ква, кря, а тут вполне ясные слова, – ехидно усмехнулся Оливер, а потом вдруг хлопнул себя по лбу. – Джет, мы же зашли не воровать у дам пирожные, а сделать им предложение!

Зела подавилась. Собственно, как и Джет.

– Оль, выражайся точнее, – попросила я с улыбкой, слегка похлопав подругу по спине. Та была вся красная и, что-то мне подсказывало, что не только из-за того, что подавилась.

– В общем завтра и послезавтра у нас выходной. Но послезавтра, я уверен, все будут готовиться к занятиям, а потому предлагаю завтра выбраться в город и отметить начало учебы.

Все тут же дружно поддержали идею. Ребятам хотелось отдохнуть и немного расслабиться. К тому же, насколько мне было известно, такие посиделки в начале года были традицией многих студентов. Однако

– Кариель? Ты с нами?

– Простите, но Я бы с радостью, правда! – я опустила глаза. Было неловко подводить друзей. – Но я уже договорилась с братом о встрече.

– Кари, не переживай! Ничего страшного, раз не сможешь, – Лави обняла меня за плечи, а Оливер задумался.

– Мы вечером будем собираться. Время возвращения в академию не ограничено, так что ты просто можешь присоединиться позже. Если что, отправь кому-нибудь из нас воздушное послание, мы встретим тебя после прогулки с твоим братом.

Я кивнула. Тоже неплохой выход. Брата хотелось увидеть просто ужасно. Зариель вчера прислал письмо через посыльного паренька, спрашивал, как я и сможем ли мы увидеться завтра. Боги, я так рада была письму от брата! Стыдно признать, я уже и позабыла, что изначально собиралась поступать в академию только для того, чтобы быть ближе к Зару.

Следующее утро выдалось дождливым. Впрочем, ничего удивительного не было. Такой уж триместр. К обеду дождь прекратил и я, надев удобное и красивое, но теплое платье, и накинув плащ, поспешила покинуть академию, чтобы встретиться с братом у Фонтана Роз. Это удивительное сооружение стояло перед главным храмом богов и было столь прекрасно, что каждый, кто впервые его увидел, не мог отвести взгляд. Да и те, кто видят его каждый день не остаются равнодушными. Весь фонтан, все камни в нем, были выполнены в виде роз. Распустившихся, ещё бутонов или уже старых и осыпающихся. И каждый раз цветы менялись. Они словно и правда жили. Сегодня ты видел бутон, а вернувшись к фонтану через неделю обнаружишь на том же месте раскрытый цветок.

Я миновала холл, не обращая внимания на шипение завистливой Моны, которая при виде моей одежды заскрипела зубами. Ну право слово, не пойду же я в город в форменном платье?! Для прогулки я выбрала синее теплое платье и рыжее болеро на меху с длинными рукавами. Синяя шляпка была очень к месту, а небольшая сумочка в цвет балеро вместила всё необходимое. Волосы были убраны в высокую прическу. Одну из немногих, которую я могла сделать без помощи служанки.

На выходе я столкнулась с Лео, который о чем-то разговаривал с моей бабушкой.

– Добрый день, мадам декан, – я поклонилась бабуле и уже поспешила на выход, когда меня окликнули.

– Кариель, куда ты так спешишь?

Я повернулась, поймала взгляд Лео, отстраненно рассматривающего меня, немного смутилась и посмотрела на бабулю.

– Я спешу повидаться с братом, мадам декан.

– Поздравь от меня Зариеля с окончанием первой учебной недели, – улыбнулась женщина и снова вернулась к тихому разговору с Лео.

Я же поспешила на выход. До площади с фонтаном я добралась на экипаже уже через минут двадцать. Брата я заметила практически сразу. Он стоял у бортика фонтана, о чем-то разговаривая с незнакомым мне молодым человеком. То, что это был милорд, – может и лорд, – я не сомневалась. В академию, где учится мой брат, даже младшей аристократии попасть сложно, не то что простолюдину.

– Зариель, рада видеть тебя, – я подошла к брату.

– Кариель! Боги, а как я рад! – брат сначала коротко поцеловал мне пальчики, а потом не сдержался и крепко обнял. Обернулся к незнакомцу, – Генрих, позволь представить тебе мою сестру, её светлость, миледи Кариель ар Наром, воздушный маг и прекрасный зельевар, – я поклонилась, молодой человек взял в свою ладонь мои пальчики в перчатках и коротко поцеловал.

– Сестра, позволь представить тебе, его светлость, милорд Генрих ар Иглас. Мой друг и одногруппник, прекрасный водный маг.

– Рад быть представленным вам. Ваш брат много рассказывал о своей сестре, но никогда не говорил, что она столь прекрасна.

– Благодарю за комплимент. Надеюсь, брат рассказывал вам обо мне исключительно хорошее.

Закончив обмен дежурными вежливыми фразами, молодой человек улыбнулся. Голубые глаза смотрели с теплом, блондинистые волосы были аккуратно уложены.

– Исключительно, – Генрих тонко улыбнулся, потом обратился к брату: – Мне ещё нужно прогуляться в пару мест. Вечером встретимся, Зар. Сейчас я вынужден откланяться. Миледи, – милорд поклонился и ушел.

– Боги, Кари, ну расскажи мне, как ты? Я думал, ты каждый день будешь писать мне, но за всю неделю ни одно письма, – Зар предложил мне локоть, я тут же положила на него свою ладонь. Брат смотрел тепло, но с укором. Я покраснела. – Я волновался, Кари.

– Так получилось. Сначала была слишком удивлена, а потом захватила учеба. Кстати, ты знал, что бабуля является деканом моего факультета? – глаза брата увеличились от удивления. – Вот и я была удивлена. Кстати, она просила поздравить тебя с окончанием первой учебной недели.

– Захватила учеба, – брат лукаво прищурился, – Кто ты и куда дела мою сестричку?

– Зар, я сама не ожидала, что так будет. Оказалось, я многого не знала, не смотря на уроки бабули. И, знаешь, у нас в академии нет разделения на сословия.

Мы дошли до парка и свернули на дорожку.

– Занятно И что же, много там простолюдинов?

– В моей группе почти все. Кроме меня и Джозефа.

– Джозефа? Прыща Джо? – Зар рассмеялся, – Вот не повезло ему снова попасться тебе на пути. Сестра, успокой меня, скажи, что он ещё жив.

– Жив. С его воспитанием справляются преподаватели. – я, смеясь, пересказала брату всё то, что случилось с неудачливым и кичливым лордом за неделю. Зар неприлично громко рассмеялся.

– Да, твои шутки его бы окончательно добили.

– Зариель, ты лучше расскажи, как ты? И где это вы сегодня с милордом ар Игласом должны увидеться?

Мы с братом присели на скамью. Здесь, в этом закутке парка было тихо и практически отсутствовали гуляющие.

– Традиция студентов – отмечать окончание первой недели обучения. Ты, наверное, и не пойдешь к своим. Или позвали? – брат хитро прищурился.

– Позвали. Они уже должны были собраться. Я подружилась с некоторыми, поэтому среди приглашенных, – я сделала лукавый взгляд, брат хмыкнул.

– Правильно, без друзей тебе было бы там тяжело. Наверняка, когда услышали твою фамилию, подумали, что тебя притащила бабуля, а ты глупая и ничего не умеешь.

– Следующее письмо обсыплю чесоточным порошком, – пообещала я брату за глупую. – Подумали конечно. Однако не все.

– Это хорошо. Кстати, ты не представляешь, что было в первый день у меня

Брат пустился в рассказ, в красках расписывая свои приключения и шалости. Я смеялась, не переставая, и с неким сожалением понимала, что, как оказалось, без брата я и не такая уже шалунья. Только неделя прошла, а он уже успел поставить на место одного лорда из младшей аристократии, попасть с Генрихом в неприятность, детали которой он отказался рассказывать, и подраться с тем самым лордом из младшей аристократии. Я же Стыдно даже. Хотя не могу сказать, что слишком грустно. И без этого мне было весело. Были, конечно, мысли проучить Мону с подругами, однако девушки пока ничего мне не сделали, а терпеть их колкие словечки для меня не ново. Это они ещё не общались с некоторыми дамами из старшей аристократии. Те могли уничтожить просто взглядом, слова для этого им были не нужны.

Мы с братом прогуляли до самого вечера. Небо уже окрасили первые лучи заката, когда Зар сказал, что ему пора идти к друзьям.

– Тебя проводить? Или нанять экипаж?

– Минуту, – я прикрыла глаза, воскрешая образ Оливера в голове.

«Где вы, Оль? Я сейчас подойду»

Ветерок сорвался с ладоней и понесся по улице, огибая прохожих. Ответ пришел буквально через минуту.

«Товарные ряды. Рядом с магазином готового платья мадам Тюдо. Ждем»

К прибывшему назад вестнику Оливер добавил заклинание поиска, и теперь я четко знала, куда нужно идти.

– Зар, проводишь? Это недалеко, судя по следу вестника.

– Конечно. Только думаю стоит зайти и купить тебе что-нибудь менее приметное, – оценив мой яркий наряд, произнес брат.

Сменив мне одежду и отправив прежний наряд с посыльным в академию, мы отправились в указанное Олем место. Друзья, как и сказали, ждали меня возле магазина. Парни были одеты в свои обычные штаны и рубашки, которые я видела на них в первый день, а подруги решили обойтись длинными широкими юбками и теплыми блузами, которые выглядели более нарядно, нежели те их не учебные вещи, в которых они вечерами ходили в академии.

– Это твои друзья? – произнес брат, наклоняясь к моему ушку, когда мы почти подошли к заметившим нас ребятам.

– Да. И они меня не обижают, – произнесла я тоненьким голосом, совсем так, как в детстве. Брат рассмеялся.

Когда мы подошли, ребята поклонились.

– Добрый вечер. Не нужно этого, друзья Кари и мои друзья тоже, – брат улыбнулся. Реакция подруг была вполне ожидаемой – они покраснели. Я, без ложной скромности могу отметить, была красива, но брат. Брат был великолепен, особенно, когда улыбался и был мил. Парни только хмыкнули, смотря на Зариеля с легким налетом соперничества.

– Ребята, это мой брат-близнец Зариель. Зар, это Лави, Зела, Оливер и Джет.

Ребята по очереди поклонились, Зар ответил легким наклоном головы.

– Рад знакомству. И прошу вас приглядеть за моей сестрой. – угадав в Оливере лидера нашей компании, Зар обратился именно к нему. Друг серьёзно кивнул. – Тогда я могу спокойно откланяться. Кари, веди себя прилично, – брат обнял меня, а потом картинно поцеловал пальчики. Лави и Зелу он так же не оставил без внимания, а потом ушел.

– Спасибо, что подождали, – поблагодарила я ребят, с легкой улыбкой рассматривая восхищенные лица подруг.

– Кари, твой брат это

– Он о-о-о-очень красивый, – прижав ладони к щекам, смущенно произнесла Лави. Я понимающе усмехнулась.

Зар, как и я, имел огненно-рыжие волосы и медово-янтарные глаза. Высокие скулы, доставшиеся нам обоим от мамы, тонкое, крепкое, словно высеченное из мрамора тело. Я отличалась более плавными изгибами и стройностью. Пухлые губы, которые даже в спокойном состоянии всегда складывались в легкую полуулыбку. Он был моим отражением и в тоже время более мужественным, идеальным. Визуально совершенно недосягаемым.