Алименты. Любовь и ее последствия

© Маркина А. Л.

© ООО «Издательство АСТ», 2025.

Все имена вымышлены, любые совпадения случайны

Папа-праздник против мамы-злодейки

Ольга осталась одна с детьми, двойняшки Сашка и Машка на тот момент еще ходили в садик.

Витя, муж Ольги, проворчал:

– Мне надоели вечные писки и визги дома! Ты отвратительная мать! Дети должны быть тихими и послушными.

– Витенька, но ведь дети еще маленькие. Им хочется пошалить. И не так уж они шумят.

– Пусть сидят и рисуют. И вчера долго не спали.

– Так ведь я просила тебя не разыгрывать их перед сном.

– Тебе не угодишь! То «Не разыгрывай!», то «Почему ты не общаешься?».

– Общайся. Вечером погуляй, на выходных. А то я их в 9 вечера спать укладываю, а ты в половину девятого начинаешь баловаться. Конечно, они разыгрываются и не могут уснуть.

Оля была очень спокойной.

– Надо всегда говорить о людях только хорошее, – считала она.

Виктор ушел, малыши остались с Ольгой. Она взяла подработки, так как Виктор денег не давал.

– Оля, ты бы алименты с него взыскала.

– Сама подниму.

– Слушай, не надо подвигов. От этого он отцом быть не перестанет.

На развод Витя подал сам, Оля принесла заявление об определении места жительства детей с ней и о взыскании алиментов. Виктор сразу сказал:

– Да и пусть с ней живут, я не возражаю. А алименты платить не собираюсь. С кем дети живут, тот их и содержит.

Но Ольга всё равно взыскала. Правда, исполнительный лист так и не подала. Виктор просил:

– Я буду помогать, с деньгами сложно. Только устроился на работу, а тут – исполнительный лист.

Он помогал, давал иногда деньги. Раз в два-три месяца водил детей погулять, а когда подросли, даже мог с ночевкой забрать. И в это время устраивал им праздник: фастфуды, карусели, игры. Полное развлечение. А потом возвращал к маме. И начинались у детей «серые будни».

Питание было простое, домашнее. Без фастфудов. Нормальный супчик, курочка с картошкой, котлетки, макароны и даже сосиски.

А дети хотели гамбургеров, картошку фри и играть. Мама заставляла их делать уроки, ходить на секции, заниматься, наказывала за шалости и плохое поведение.

Саша с Машей ждали отца, обожали его. Ведь папа – праздник!

Сашка, когда был подростком, возмущенно выговаривал:

– Вечно у тебя денег нет, отец алименты платит, а ты всё жадничаешь.

– Саша, ты что такое говоришь? Отец не платит алименты, ты же знаешь.

– И правильно делает, ты бы на себя их тратила.

Машка поддерживала брата:

– Ты жадная. Вот у папы мы всё можем, и покупает он нам всё-всё.

Оля только головой качала. Подруга ей говорила:

– Так объясни им, что покупает он им далеко не все, а только еду раз в два месяца. А одеваешь и обуваешь их ты, кушают они каждый день, гаджеты – тоже от тебя, не от папы. Он-то – праздник, а ты – злодейка.

– Но ведь это нехорошо – про отца плохое говорить. Дети будут расти в негативе к родителям. Так нельзя.

– А к тебе относиться так можно? Ты детей одна тянешь.

– Он Маше куртку купил.

– А она в одной куртке ходит? Ты же репетиторов им оплачиваешь, чтобы на бюджет поступили.

– Еще два года им заниматься до поступления. Половина десятого и одиннадцатый класс.

– Так и получи исполнительный лист да отдай. Пускай папа-праздник алименты перечислит. Хотя бы репетиторов оплатишь.

Ольга подумала, а тут сам Виктор заявил:

– Ты что вечно голодных их мне отправляешь, не прокормить, да и балованные: то суши им и роллы, то еще что. В следующий раз поедут – переведи мне деньги.

– А то, что я каждый день их кормлю и всё оплачиваю, тебя никак не заботит? Ты раз в два месяца накормил и сразу обеднел?

Оля рассердилась не на шутку, да и получила исполнительный лист в суде, дубликат, так как первый куда-то дела. И подала приставам.

Пока получала, пока подавала, уже в 11 класс дети перешли.

– Мама, надо на выпускной платье мне, – требовала Маша. – Я вон какое присмотрела.

– А мне – костюм новый! – подхватывал Саша.

Ольга не возражала, выпускной надо отметить, хотя и очень дорого, хоть кредит бери. Витька давать деньги отказался, сказал, что блажь это.

Она отнесла исполнительный лист приставам. Виктор так и не платил, еще и ругался:

– Всё, дети, никаких подарков, теперь алименты я платить должен. Мать ваша сделала мне подарок под Новый год.

– Мама, ты чего, забери исполнительный лист, папе и так тяжело.

– Мне тоже нелегко. Вы к папе раз в квартал катаетесь развлекаться. Что-то я не вижу от него денег на репетиторов или на наряды к выпускному.

– Он для нас ничего не жалеет, это ты себе хочешь денег, – истерили дети, обожающие отца.

Вот и выпускной прошел, документы поданы, Виктор так и не платил ничего, и пристав наконец-то насчитал долг – более миллиона, вернее, 1 336 826,08 руб.

Дети, конечно, узнали о сумме:

– О, ты нам должна эти деньги отдать.

– С чего это? – удивилась Ольга. – Мы оба должны были вкладываться в ваше воспитание, развитие, и содержание. Только что-то вкладывала я одна, а папа хороший?

– Вот исполнится 18 лет, и уйдем жить к папе.

И так Оле всё надоело, что она сказала:

– Хоть сейчас. Вперед и с песней!

– Папа уехал и сейчас нас забрать не может.

– То есть у него лето, он отдыхает, и ему вами заниматься недосуг. Да еще и собирать вас на учебу надо. И он решил принять по осени, когда всё это сделаю я, – догадливо сказала Ольга. – Так вот: тетради у вас есть, одеты-обуты. Нового ничего покупать не буду.

– И что, мы в старом пойдем учиться? Там всё будут модные, а мы – как лузеры? – ахнула Маша.

– Папа вполне может перечислить деньги, если он такой хороший. Долг по алиментам отдаст, вот и купим всё.

Машка с Сашкой надулись, с мамой не разговаривали, а она спокойно работала, ездила на дачу к подруге и неожиданно стала спокойной:

– Пусть поживут с отцом, я как-то устала. Привыкли, что я всё им на блюдечке с золотой каемочкой преподношу, слова плохого про отца не сказала, вот и получила. Я – плохая, папа – хороший.

– Оля, у них доля в квартире?

– Нет, квартира только моя, от матери мне досталась по наследству. Они просто зарегистрированы.

– Вот и славно. Не вздумай разменивать или что-то отдавать. Ты еще молодая, тебе и 40 лет нет.

– Не собираюсь. Может, я ее вообще сдам.

– Ого, а сама куда?

– К Игорю, он давно зовет, но ты сама знаешь, дети категорически против были любых отношений. Я могла быть только с папой. Это он – с кем угодно. А мне не позволено. Они всё равно уедут.

– Не переживай, всё наладится.

Саша с Машей, как исполнилось 18 лет, переехали к отцу и сразу же подали заявление в суд:

– Просим заменить взыскателя в исполнительном производстве мамы на нас – Сашу и Машу – в связи с достижением нами совершеннолетия.

Ольга плакала:

– Что же делать? Да пусть забирают!

Подруга же сказала:

– Пойдем к юристу. У меня есть адвокат по таким спорам.

Адвокат и сказал:

– С чего это их деньги? Это Ваши деньги. Вы содержали детей полностью? Полностью. А должны были напополам с отцом. Так что это компенсация Вам. Они сейчас хотят получить деньги, горе-отцу отдадут, расфуфырят и к Вам придут просить.

– Это так, – согласилась Оля. – Но как я с родными детьми судиться буду?

– Они же с Вами судятся, и совесть у них не екает.

Ольга заключила договор, оплатила адвоката и в суд не ходила.

Мировой судья удовлетворил заявленные требования, объяснив это так:

«…выплачиваемые на ребенка алименты имеют целевое назначение и предназначены для реализации прав несовершеннолетнего, в связи с чем суммы алиментов являются не собственностью того родителя, с которым проживает ребенок, а собственностью ребенка, на которого они предназначаются…»

Ведь, как посчитал суд, дети достигли 18-летнего возраста и вправе самостоятельно взыскивать алименты и их тратить.

Ольга обжаловала данное решение, и апелляционная инстанция его отменила, заявив, что мировой суд неверное сделал заключение по данному делу.

«…законодательство не предусматривает в качестве основания для замены взыскателя в исполнительном производстве такое обстоятельство, как достижение ребенком совершеннолетия, на которого взысканы алименты…»

Саша с Машей обжаловали в кассационную инстанцию, и та отменила решение апелляции, посчитав, что алименты должны принадлежать детям.

Дело дошло до Верховного Cуда РФ, которому пришлось разбираться, кто же прав.

– Мировой судья и кассация ошиблись.

«Неполучение взыскателем (получателем алиментов) средств на содержание ребенка от должника в установленном в исполнительном документе размере влечет дополнительное обременение взыскателя, так как алименты в силу закона должны уплачиваться регулярно и в полном размере. Соответственно, погашение образовавшейся задолженности по алиментам носит компенсационный характер для получателя алиментов…»

То есть мама оплачивала всё полностью, за себя и за отца, следовательно, ее траты должны быть компенсированы, и алименты должны быть перечислены именно ей.

Верховный Cуд отменил решение мирового суда и кассационной инстанции, оставив в силе решение апелляционной инстанции – деньги должна получить мать.

Год судов завершился, и пристав возобновил взыскания в пользу Ольги, арестовав все счета Виктора, угрожая продать машину, привлечь к административной и уголовной ответственности.

Скрипнул зубами Витя, да и перечислил всё Ольге, сказав детям:

– Я свой долг отдал, деньги – у вашей матери, так что теперь сами, совершеннолетние.

– Мы же учимся, в смысле – сами?

– В прямом. Работать идите, я вас содержать не обязан, 18 лет уже. И вообще – валите жить по месту прописки, я один побыть хочу.

– Папа, но ты же сам нас звал.

– И что? Теперь передумал.

– Ты нас из-за денег звал? Чтобы маме не платить?

– Да, за этим и звал.

Машка позвонила Ольге:

– Мама, мы домой попасть не можем.

– А что вам там делать?

– Мы домой приехали, жить, мы там прописаны.

– Две комнаты закрыты, я их сдаю, в третьей можете жить, ключи у соседки. Все вещи ваши там.

– Как сдаешь? Мы против.

– Я собственник, я и решаю. Против – идите на съем или к отцу, вы же вроде как съехали? Там вам всё покупают.

– Сашка, что делать?

– Что делать… Въезжать, другого выхода нет. Будем жить в комнате. Может, уговорим ее хату нам вообще оставить.

Но не уговорили, комнаты были сданы еще до их приезда.

– Мама, нам деньги нужны, ты же получила от отца.

– И что? Я вас учила и сейчас коммуналку оплачиваю, вам на продукты денег подкидываю на карты. Дальше сами.

– Но мы год без обновок, – пожаловалась Маша.

– Вы с отцом жили, у него бы и просили.

– Ну… У него лишних денег нет.

– А у меня печатный станок под кроватью?

– Но ты же получила деньги.

– Получила и купила квартиру в ипотеку. И вообще, деточки, я замуж вышла.

– А мы?

– А вы взрослые. Деньги у вас есть, я вам перечисляю. Не мотайте, экономьте, и вполне хватит на всё.

– Вот состаришься, к нам не просись, а то пока здоровые – пошли вон, а как немощные – детки помогите. Кроме нас, у тебя никого нет.

– Пока нет, так будет. Мы с Игорем скоро родителями станем, а вы старшими братом и сестрой.

– Мы против.

– Я вашего согласия и не спрашивала. Ту же сумму перечислять буду, что и перечисляла. Отец вполне может перечислять столько же. Мы же оба родители, а то как любить – одного, а деньги тянуть – со второго? Поровну мы должны вам давать. Решили, что с папой лучше? Вот у него и просите, что у меня-то сразу?

Ольге этот разговор, конечно, тяжело дался, плакала она вечером, а Игорь успокаивал:

– Ничего, помиритесь еще. Они должны повзрослеть и осознать.

– За год не осознали.

– Так Виктору выгодно было это, он им оплатил адвоката, ведь это дешевле, чем почти полтора миллиона отдавать. Потом подписали бы документ, что всё получено, и он бы их выставил. Ничего, поймут еще, ты им помогаешь от сдачи комнат. Нормально им – и на питание, и на мелочи хватит. Не плачь, тебе волноваться нельзя.

Юридическая часть взята из определения Верховного Cуда РФ от 12.12.2023 по делу № 69–КГ23–13–К7.

«Змея, кусающая руку»: отказ в алиментах неблагодарному отцу

– Как мама? – позвонил Женька сестре.

– Плохо, в больнице.

– Я через неделю приеду, вахта заканчивается. Отец там как?

– Как всегда – получил пенсию и всю прогусарил, теперь денег просит. Но я не даю – надо и маме в больницу что-то купить, отнести, лекарства приобрести, да и свои траты есть.

– Держись там, я скоро буду.

Женька и Лена были дружны между собой. Женя работал вахтами, в промежутках подрабатывал, растил дочь.

Лена вышла замуж, но муж стал пить, и она ушла, сняла квартиру, жила вдвоем с дочкой, работала.

У Женьки тоже личная жизнь не заладилась. Он, как и отец, стал увлекаться спиртным. Приезжал с вахты и давай гулять. Жена ругалась:

– Я тебя и так не вижу месяц! Ты приезжаешь и всё это время пьешь, деньги просто спускаешь в никуда! Разве дочка должна видеть тебя в таком виде? Зачем нам это?

Она подала на развод. Соглашение по алиментам заключили у нотариуса, и Женя отдавал на содержание дочери 8 000 руб. ежемесячно. Через полгода он помирился с женой, стали жить вместе. Он держался, не пил.

И тут мать слегла, да и ушла в мир иной. Дом давно был переоформлен на Женьку и Лену.

– Может, ты там жить будешь? – спросил Женька сестру.

– Ага, на пьянки его смотреть. Нет уж. Пожила и сбежала, роняя тапки. Он же выпьет и изображает «царя-ампиратора» местного разлива. В драки лезет, воспитывать пытается.

– Понятно. Я помогать по мере сил буду.

– И я тоже. Газ я провела, но подключать не стала, забрала все документы.

– Я котел отремонтировал, пока он после своих загулов в больнице лежал.

И тут у отца появилась зазноба. Младше его на 20 лет, разбитная бабенка.

– Это что, газ есть? А подключить? Требуй у дочки, чтобы все документы отдала.

Отец позвонил:

– Ленка, документы отдавай, газ подключать буду.

– У тебя деньги есть?

– Ты и заплатишь.

– Вот кто платит, у того и документы. А ты со своими пьянками еще дом на воздух пустишь. Не дам. Печкой отапливайся. Вдобавок Женька тебе ремонт сделал, котел отремонтировал. Вода есть. На дрова он денег тебе дал.

– Не давал ничего, не помню. На свои я дрова покупал.

– Еще бы помнил, ты же всё прогулял. Женька сказал, больше ни копейки не даст.

Поскандалил отец с Леной, и она его в черный список внесла, вообще прекратив всякое общение.

Новая пассия не успокаивалась:

– У них полно деньжищ. Женька твой на вахте пашет, тыщщи привозит, Ленка тоже нормально зарабатывает, квартирку снимает, дочка у нее как куколка одета.

– И что ты предлагаешь?

– Ты пенсионер, пусть они тебе алименты платят.

И пошел отец в суд:

– Я являюсь малообеспеченным, нетрудоспособным пенсионером, страдаю тяжелыми хроническими заболеваниями – гипертонической и мочекаменной болезнями. Мне тяжело оплачивать коммунальные расходы и печное отопление. Прошу взыскать с каждого из ответчиков – сына и дочери – ежемесячные алименты по 8 000 руб., а также солидарно понесенные им судебные расходы в сумме 1 000 руб. за составление искового заявления.

Мировой суд рассмотрел это дело и решил:

– Мало же дед получает, пусть дети платят по 2 000 каждый.

Женя с Леной подали апелляционную жалобу:

– Да с чего мы платить-то должны? Отец получает пенсию – больше прожиточного минимума. Живет отец в нашем доме, между прочим. Мы дом содержим и оплачиваем. Ему деньги если даешь, то он их пропивает. Из дома его никто не гонит, он всё обманывает.

– Да я еле-еле концы с концами свожу – 4 машины с дровами на зиму, по 8 500 каждая.

– Какие 4 машины? Всегда двух хватало, причем жили вчетвером, – удивился Евгений. – Да и хозяйство ты держишь со своей дамой: утки, куры, гуси.

– Да, держу. Есть-то что-то надо.

– Пусть твоя краля работать идет.

– Она не может найти работу, не за три же копейки идти.

– То есть ты содержишь тетку чужую, а мы должны ваше времяпрепровождение оплачивать? Много, папа, хочешь.

Апелляционная инстанция изучила все материалы дела и решила отменить решение мирового суда о взыскании алиментов:

«…приходя к выводу о нуждаемости истца в помощи ответчиков, т. е. о недостаточности у него средств к существованию, суд не соотнес общую сумму денежных средств, получаемых истцом на свое содержание, и его расходы…

Мировой судья не учел, что истец получает ежемесячно в качестве пенсионного обеспечения 13 312,64 руб., что значительно превышает прожиточный минимум для пенсионеров в области, …в размере 8 239 руб. на душу населения, он проживает безвозмездно в жилом доме, принадлежащем на праве собственности ответчикам, содержит подсобное хозяйство.

Отец не предоставил суду доказательств, что нуждается в дорогостоящих лекарственных препаратах, что несет значительные коммунальные расходы. У него есть пенсия, ведет подсобное хозяйство».

Жалобу Елены и Евгения удовлетворили, во взыскании алиментов отцу отказали.

Тогда он обжаловал в кассационную инстанцию, просил оставить решение мирового суда в силе, а вот апелляционное решение отменить.

Кассация же сказала – никаких алиментов:

«Суд кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанции, изложенными в обжалуемом судебном постановлении, поскольку они являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на верном применении норм материального права, на представленных сторонами доказательствах, которым судом апелляционной инстанции по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дана надлежащая оценка».

Вздохнул отец, позвонил Женьке:

– Купи мне дрова.

– Пока ты в суд не ходил, я тебе помогал. Но ты та змея, которая кусает руку, протянутую тебе с помощью. Теперь сам, не буду покупать ничего.

Юридическая часть взята из решения Варгашинского районного суда Курганской области от 27.11.2019 по делу № 11–12/2019, определения Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (далее – КСОЮ) от 27.03.2020 по делу № 8Г–3503/2020.

Одержимость замужеством

Ольга очень хотела замуж. Мечтала об этом, представляла себя в белом платье, а рядом мужа в костюме. Обязательно шикарный лимузин, множество гостей и дорогой ресторан.

Ольга продумала всё до мельчайших подробностей: как будет проходить торжество, какое платье на ней будет, какие прическа и макияж. Даже сделала подборку музыки для танцев.

– Всё должно быть красиво, легко.

Оставалась маленькая деталь – найти претендента на роль мужа. А вот с этим были проблемы. Хотя Ольга и была весьма симпатична, неглупа, фигуриста, но вот мужчину встретить никак не могла. Один знакомый сказал:

– Хороша ты, Оля только у тебя прямо на лбу бегущая строка «Женись на мне!». Ты же, как только с тобой просто поговоришь чуть менее отстраненно, мысленно уже кольцо на палец надеваешь, в ЗАГС идешь. Меня вот, например, это отпугнуло. Я готов встречаться, гулять, ходить в кино. Мне надо понять, хочу ли я быть с этой девушкой вместе, на всю жизнь.

Ольга расстраивалась, плакала, но ничего с собой поделать не могла.

Машка, ее «заклятая» подруга, говорила:

– Не переживай, найдется и твоя половинка. Не спеши. Может, человек, который тебе нравится, совсем не годится на роль мужа.

– Почему это?

– Храпит, носки разбрасывает, борщи не любит.

– Да ну тебя! Маша, а почему тебя замуж зовут, а от меня бегут?

– Потому что я замуж не тороплюсь. Оля, нам всего 19 лет, какое замужество!

– Ну… самый возраст, пока мы молодые, красивые. Кому мы старыми, лет в 40, нужны будем?

– У меня мама в 39 лет вышла замуж и ребенка ждет. Она всё шутит, что как в старом кино, «в 40 лет жизнь только начинается». И ничего она не старая.

Ольга недоверчиво посмотрела на Машу.

– Но я-то сейчас хочу.

– Ты не для галочки, а по сердцу выбирай, тогда и встретишь.

Ольга вздыхала и очень завидовала легкой и независимой Машке. Она листала странички в интернете, любовалась на белое кружево свадебных платьев и вздыхала.

Прошло немного времени, и Маша стала ходить с мечтательным видом, убегать на свидания, с Олей виделась нечасто.

– Ты влюбилась? Кто он? – допытывалась Ольга.

– Самый лучший, – мечтательно улыбалась Маша.

Кавалера подруги Ольга увидела на ее дне рождения и ахнула – это был парень ее мечты: высокий, темноглазый, весь такой мужественный. Он с обожанием смотрел на Машку и никого вокруг не замечал.

– Алексей, мой парень, – представила его Маша. – А это Ольга, моя подруга.

Парень скользнул по ней равнодушным взглядом, кивнул и отвернулся, тут же забыв о ней. А Ольга не забыла, она решила заполучить этого парня себе, чего бы ей это ни стоило.

– А что такого: у Машки их вон сколько, ухаживают, бегают. А мне нужен только этот.

Она старалась чаще бывать у Маши, навязываться на совместные прогулки, походы в кино. Маша тактично сказала:

– Оля, мы хотим побыть вдвоем, без тебя. Ты нас преследуешь.

– Мне так одиноко, – начала плакать Ольга. – Ты моя единственная подруга и гонишь.

– Не гоню, но в кино мы с Лешей идем только вдвоем.

Ольга стала следить за ними. И тут она узнала, что у одного приятеля Алексея день рождения на даче, за городом. А Маши не будет, она экзамены сдает.

– Это мой шанс, – решила она.

Весь праздник она находилась рядом с Алексеем, разговаривала о Маше, была легка и весела, подливая ему постоянно.

Утром Алексей проснулся и с изумлением увидел, что он в постели вместе с Ольгой.

– Это я перебрал.

– Что значит перебрал? Ты сам предложил.

– Так, Оля, по пьяни всё было-то, я ничего не помню. Ох, как голова болит…

– А Маше ты сказал по-другому, да еще наше фото из постели отправил. Сказал, что любишь меня, а она тебе нужна была, только чтобы ко мне ближе быть.

– Так, я к ней, я ерунды наговорил.

Но Маша выслушать Алексея не захотела, так как с его телефона получила фото его и Ольги весьма непристойного характера.

Ольга хотела с ней поговорить, но Маша ее везде заблокировала.

– Ты другого найдешь, – сказала всё же Оля.

– Найду, – согласилась Маша. – Но тебя в моей жизни больше нет. И всё, что будет, тебя не касается.

Ольга не давала Алексею прохода, потом выяснилось, что она ждет ребенка.

– Как это, ребенок не в браке?

– Значит, просто распишемся, – мрачно сказал Леша. – Никаких свадеб.

– Как это, без свадьбы? – растерялась Ольга. – А платье, а лимузин?

– Или так, или никак.

– Значит, никак, – заявила Ольга. – Мне надо нормальную свадьбу!

Дома с возмущением она рассказала родителям, что без свадьбы за Алексея замуж не пойдет. Вот! Она уже и платье присмотрела, и туфельки, и всё спланировала, она будет как принцесса!

– Какая принцесса, у тебя живот уже на нос лезет. А платье для тонкой талии. Ты как бегемот в нем будешь, – ехидно сказала младшая сестра. – Да и не любит тебя Лешка. Рожать можно и так – запишешь на себя ребенка да алименты взыщешь.

Ольга мгновенно замолкла. Беременности в ее фантазиях не было. А тут да – живот.

– Тогда мы так распишемся, а свадьбу сыграем потом, когда ребенок подрастет. Некоторые так делают, – решила она и отправилась к Алексею.

Они расписались, жить стали с родителями Оли. Алексей приходил с работы поздно, уходил рано.

– Ты бы погулял со мной, в поликлинику сходил.

– Я работаю, времени у меня нет.

Ольга повадилась каждый день закатывать ему скандалы, истерики, выставлять требования:

– Я хочу клубники с шоколадом, – будила она его посреди ночи.

– Спи давай, всё утром, мне в шесть вставать.

– Я беременная, и ребеночку хочется.

– Ему спать хочется, а сумасшедшая мамаша, выспавшаяся за день, не дает.

Оля не работала, как расписались, уволилась и сидела дома. Спала до обеда, в основном лежала и ела. Мать на нее ругалась:

– Ты как рожать собираешься? Двигаться надо.

– Алеша со мной не гуляет.

– Естественно, он уходит в шесть утра, приходит в 10 вечера, да еще ты ему истерики и концерты устраиваешь. Не понимаю, как он тебя терпит.