- -
- 100%
- +
Наконец, за изголовьем кровати обнаружился маленький тайничок, туда отправилось и удостоверение, и оружие. Всё остальное я аккуратно разложила по своим местам и пошла изучать ванную комнату. Душа, к сожалению, не было, система вообще оказалась странной, вода набиралась в ванну, а потом нагревалась, причём у меня сложилось впечатление, что, как и стол, реагировал этот чудо-агрегат на словесные команды. То есть когда я сказала вслух, что вода холодная, она начала нагреваться, ровно до тех пор, пока я не взвизгнула, что горячо. Зато из крана раковины сразу потекла струйка ровно той температуры, которую я посчитала идеальной в ванной до этого.
— Чудеса, да и только, — восторг бил ключом, пока я плескалась в воде, моя съёмная квартира была точно меньше, и без подобных наворотов. Вот только голову мыть не стала, шампуня не нашла, как и фена. Но, решив, что эту проблему решить можно чуть позже, спокойно пошла одеваться.
Форма… Даже здесь форма. Причём такая, в которой я, наверняка, легко сойду за студентку, и для работы это ой как нехорошо. Да и мои лодочки с плиссированной юбкой чуть выше колена, белой блузкой и пиджаком смотрелись немного пошловато. Но выбора у меня всё равно не было, а потому я в полной «боевой» готовности уселась на подоконник в ожидании ректора.
За окном открывался вид на парк, погода напоминала то ли лето, то ли позднюю весну. В вечерних лучах солнца грелись редкие студенты, пробегавшие по дорожке, что выглядывала из-за деревьев. Некоторые останавливались и присаживались на невидимую мне лавочку, и какое-то умиротворение витало в воздухе. Стало так спокойно, не было печали, что я скорее всего больше не увижу родной мир, исчез страх неизвестности, где я и что мне делать.
Но блаженное лицезрение природы прервал громкий стук в дверь.
— Вы что, уснули? — интересно, «пришёл ректор, и всё испортил» — популярная фраза в этой академии? — Вы меня вообще слышите?
— Да, конечно, ректор Бэлл, — пререкаться с ним и нарушать своё внутреннее равновесие совсем не хотелось.
— Тогда идёмте! — он буквально выволок меня из гостиной и потащил в столовую.
— Я как бы вполне в состоянии передвигаться сама, и если мы куда-то опаздываем, так и скажите.
— Я не люблю приходить позже всех. Либо я оказываюсь за столом первый, либо уже когда все ушли. Надеюсь, вы это запомните.
— У всех свои тараканы, — примирительно было начала я, но осеклась под его грозным взглядом. — Учту ваши предпочтения в этом вопросе, ректор.
— А вы на лету учитесь, Амалия. Это радует.
Пришли мы, конечно, не первые. И в чём-то я даже оказалась согласна с ректором, идти к своему столу под пристальными взорами студентов и преподавателей — такое себе развлечение. Вот только вопрос утреннего подъёма меня смущал, но задать сразу его не вышло.
— Коллеги, это наша новая сотрудница, Амалия Беркут, мой секретарь, — заявил Максимилиан, стоило всем преподавателям занять свои места за столом.
— Пятая, — послышался шёпот со стороны, а потом стройная блондинка чуть поодаль посмотрела мне в глаза и прошептала: — Сочувствую.
— И я надеюсь, вы будете внимательны и поможете влиться ей в наш дружный коллектив, — ректор ястребом навис над столом, и все дружно закивали. — Приятного аппетита.
Помня своё фиаско с кнедликами, я заказала у столика обычную котлету с пюрешкой, сок, заварное и крекер, добавив, что последний должен быть в бумажном пакетике. Ну а что? Вдруг я ночью проголодаюсь. Хотя… А попить? К заказу добавилась бутылочка минералки. И, немного переживая за то, что обо мне могут подумать, подняла глаза. А после расслабилась, многие заказывали что-то «на вынос», похоже, здесь это обычная практика. Мне же проще.
— Мисс Беркут? — мой сосед слева проявил активность. Он выглядел как милый ботаник, этакий образ Кларка Кента из «Тайн Смолвиля». — Меня зовут Бобби Торекс, я преподаватель младших курсов по травоведению.
— Очень приятно, — улыбнулась я, пора было заводить новые знакомства.
— Если вам что-то будет нужно, всегда можете ко мне обратиться. У меня патент на лучшее успокоительное, — сказал он по-заговорщицки тихо.
— А оно мне понадобится, — прошептала я.
— Несомненно, — ответил Бобби, кинув быстрый взгляд на Бэлла.
— Спасибо, — мне стало как-то не по себе. Впрочем, не в первый раз за сегодняшний день. — Извините, а можно вопрос. Как вы будите студентов? Или они просыпаются на занятия сами?
— Сигнал будит всех в шесть утра, а дальше сами решайте, вставать вам или нет. У кого пар с утра нет, тот может позволить себе поваляться в постели. Но это не касается нашего руководителя.
— Понятно, поспать подольше мне грозит только в выходные. А они бывают? — вдруг испугалась я.
— Конечно, — по-доброму рассмеялся ботаник. — Суббота и воскресенье — законные выходные, можно в город выходить даже, если никаких срочных дел нет или заданий.
А я не сомневалась, что ректор точно мне их найдёт.
Глава 4. Боевая тройка, цикорнэ и фиал от похмелья, или Я — гроза аристократов
«— А вы пробовали не пить?
— Пробовала, кофе, например.
Но чистый он не такой воодушевляющий»
Амалия
Жуткий звук сирены вырвал меня из нежных объятий сна. От неожиданности я чуть не грохнулась с кровати, запутавшись в одеяле, а резкие движения отозвались в голове неприятной болью.
Вчера, после ужина, когда все разошлись по своим комнатам, ко мне постучали. За дверью я обнаружила Бобби и ту блондинку, как позже узнала, Аделис Эктариэль, зоолога, твареведа и учителя верховой езды. Пришли они с подарками в виде мыльных принадлежностей, каких-то маленьких фиалов и большой бутылки вайна.
За распитием сего местного, к слову превосходного напитка, я выслушала впечатляющий рассказ, что Максимилиан ректорствует тут без году неделя, старый ректор пропал вместе с секретарём в один день, а на следующий в кабинете уже обнаружили Бэлла. И за две недели у него сменилось четыре секретаря. И, о ужас, последняя, эльфийка, бежала от него как от чумы с громкими воплями.
— Нет, ты не представляешь! — возмущалась Аделис. — Чтобы довести представительницу моего рода до истерики… Да я даже не знаю, что надо сделать! — заявляла она слегка заплетавшимся языком. — Мы можем злиться, нервничать, язвить, но кричать… Не-е-ет, это не по-нашему.
— А самое худшее, что он, послушав вопли минут пять, наложил на неё заклятие немоты и отправил восвояси. Так даже мерзкие некроманты не поступают. Это подло, — продолжил более трезвый Бобби, а эльфийка усиленно закивала, тяжело вздыхая.
Мы ещё потрепались о том о сём, а после… после я не помню. Но проснулась одна и в постели, это радовало.
Утренние процедуры много времени не отняли, и с тяжёлой головой я вышла в гостиную, там должна была быть вожделенная бутылка минералки. Она там и была, на столе, а рядом с ней стоял маленький фиал. С запиской. Она гласила: «Выпей меня».
Вроде вчера Бобби говорил про лекарства, и они были именно в такой таре, поэтому я рискнула. Открыла крышечку, залила содержимое фиала в рот и чуть не подавилась. Жуткая горечь разлилась по нёбу, а язык онемел. Я перевернула записку: «Запей». Судорожно отвинтила крышку минералки и ощутила, как с водой уходил странный эффект от жидкости. А вместе с ним отступала головная боль.
— Надо бы сказать спасибо ботанику, — улыбнулась я сама себе, с удовлетворением прислушиваясь к организму. Ничего не болело, только проснулся звериный голод. — Вот на завтраке и скажу.
В столовой была тишина, каким-то невероятным образом я успела найти дорогу и прийти раньше всех. Но не успела я шепнуть заказ, как появились парни в похожей на мою форме, только с лацканами.
— А что это абитуриентка делает за столом преподавателей второй день подряд? — спросил один из них, вальяжно подходя ближе.
— А с чего вы взяли, что я абитуриентка? — мне даже стало интересно, почему они сделали такие выводы, мало ли кто может быть в форме.
— Так форма без опознавательных знаков, новенькая, я такой симпатичной мордашки бы точно не пропустил, — а вот представление меня педагогическому составу вчера он точно не расслышал.
— Допустим даже так, но какая тебе разница, что я делаю за этим столом? — я так-то любопытная тоже, но от этого субъекта несло не интересом, а наглостью и нескромными желаниями.
— А то, милая, что за нашим тебе точно будет лучше, — улыбнулся он, кладя ладонь мне на колено и медленно задирая юбку.
— Вы уверены в этом, Сантори? — раскатом грома раздался голос ректора, но парень ответить не мог, так как уже упирался лицом в стол и стонал от боли из-за заломанной за спину руки. — Мисс Беркут, можете отпустить студента.
— Как скажете, ректор, — пожала я плечами и отпустила парня.
— Познакомьтесь, Сантори, это мой новый секретарь, мисс Беркут, сегодня после первой пары ты придёшь к ней за наказанием.
— За что, ректор, это была всего лишь дружеская беседа? — удивлённо возмутился студент.
— А моё колено так не думает, — съязвила я. Дружки Сантори хихикнули, но продолжали отступать. Мне же вдруг стало обидно. — А вы куда, молодые люди? Ректор Бэлл, как вы считаете, бездействие во время преступления тоже считается преступлением?
— В данном случае да, но, увы, мисс Беркут, в их иерархии он старший, потому при прямом приказе они ослушаться не могут. Они — боевая тройка, — я кивнула, но на заметку взяла, нужно узнать, что это такое. — В любом случае вы правы, наказание отбывать они будут вместе, — при этих словах парни улыбаться перестали и поникли.
После этого мы остались с ректором одни, он спокойно сделал заказ, внимательно наблюдая за наполняющейся столовой.
— Спасибо вам, Максимилиан, — я сказала очень тихо, но точно знала, что он услышит.
— За что? Эти ловеласы давно нарывались, просто студентки немного скромнее вас и никому не приходило в голову лупить наследника графа Сантори. Хорошо, что никого не было, такое унижение прилюдно он бы вам вряд ли простил. Но всё равно впредь будьте осторожны, на его стороне дар, он один из лучших боевых магов среди студентов, и у него, как у всех аристократов, проблемы с самолюбием, — «обрадовал» он меня.
Тут к завтраку присоединились Аделис и Бобби.
— Доброе утро, как самочувствие? — тут же спросила первая.
— Нашла мой подарок? — продолжил второй.
— Доброе! Да, спасибо, отличная штука.
— Мисс Беркут, вы закончили? — резко оборвал наши дружеские приветствия ректор. — Тогда пойдёмте, работа не ждёт! — ребята сочувственно посмотрели и, притихнув, принялись за завтрак.
— Увидимся на обеде или на ужине, — вздохнула я, поторопившись за начальником.
— Если что, мы ужин тебе вечером занесём, — послышался голос эльфийки, но я была уже далеко, чтобы благодарить за заботу.
— Как посмотрю, вы уже обзавелись друзьями? — съязвил Бэлл, когда я наконец его догнала. — Смотрите, подобные связи до добра не доведут.
— Почему? — искренне удивилась я.
— Потому что вечерние возлияния дурно сказываются на работоспособности, — с этими словами он влетел в приёмную. — Так, цикорнэ мне будете приносить где-то раз в час или два, если не попрошу сам, напомните про обед за сорок пять минут. У вас на столе список лиц, чьи личные дела мне нужны, плюс уже два дня не разбиралась корреспонденция университета. Займитесь, — задания кончились с хлопком двери кабинета. Да таким сильным, что я чуть не подпрыгнула.
— Ничего, ты ещё у меня попляшешь! — погрозила я кулаком уже ушедшему Бэллу. — Ишь ты, кучей бумажек напугал, да на меня все отчёты, какие можно, три года в отделении вешали. Я на этом собаку съела, — и, воодушевлённая, отправилась разгребать «авгиевы конюшни» на письменном столе секретаря.
Глава 5. А на невидимом фронте пусто...
Максимилиан
Эта вертихвостка грозила мне кулаком! Мне! Императорской Тени! Да никто во всей империи на такое не способен, что она о себе возомнила? Пусть она, конечно, меня не видит и не знает, кто я на самом деле, да и вряд ли способна выдать такой жест в лицо, но что-то в ней всё-таки есть. Боевая.
Я с удовольствием окунулся в мысли о том, как она отлично размазала Сантори по столу. Чистая работа. Ему даже в голову ни одного боевого заклинания не пришло, тоже мне, лучший маг на курсе. Ротозей, а не маг, будет чистить полигон после некромантов, раз такой растяпа. А к девчонке нужно присмотреться. Вон как бросилась исполнять поручения, такая может и задержаться. Надеюсь, задержится, заниматься рутиной вместо расследования не хотелось совсем. Под кучей финансовых журналов завибрировал сигнал вызова, я кое-как выудил магофон и, ткнув в экран, положил его обратно на стол. Передо мной возникла проекция, я почтительно склонил голову.
— Мой Император.
— Как продвигаются дела, Аластэр? — хриплый голос одного из старейших на данный момент демонов пробирал до костей даже меня.
— Мне нечем порадовать вас, Ваше Величество, кто-то очень качественно подчистил за собой.
— Совет нервничает, ты же знаешь, нервные маги — это так себе подспорье, когда тёмные ветры приходят с севера.
— Да, Мой Император, я сделаю всё, что в моих силах.
— Ты сделаешь больше, Аластэр, — проекция исчезла, а я тяжело вздохнул, нелегко признаваться в том, что ты оказался бесполезен. Не объяснишь же, что приходится заниматься не только расследованием, но и делом, в котором я вообще ничего не смыслю?
С тяжёлым сердцем я открыл недельную сводку по успеваемости, кто вообще придумал эту чушь? А через полчаса в дверь робко постучали.
— Ректор Бэлл, можно?
— Амалия, я же просил, — и почему мне так важно, чтобы она называла меня по имени, оно даже не настоящее? Может, надеялся завоевать расположение? Так проще выведывать тайны.
— Хорошо, Максимилиан, ваш напиток, — она аккуратно поставила на стол поднос с чайничком цикорнэ, от которого ароматной струйкой поднимался дым. Я почуял запах кориче, древа любви и уюта. — Вы не сказали, какой именно любите, сделала с корицей, она помогает сконцентрироваться.
— Вы изучали зельеварение? — я, честно, был удивлён.
— Нет, только кулинарию в полевых условиях, — хихикнула она. — А это дела, которые вы запросили. Мне показалось, что в них заменяли листы.
— Почему вы так подумали?
— Бумага другая, а ещё они печатные, хотя тот, кто вёл эти дела, как я понимаю, предпочитал рукописный вариант.
— Интересное предположение, спасибо, — а девочка права, Сигал говорил, что если знания не идут через глаза и уши, они идут через руку, и поэтому его секретарь всё записывал от руки, не доверяя печати. — Кстати, все, кто попадает в стены академии, должны пройти проверку крови, ауры и магии.
— А разве маги ауру так не видят? — недоумевая, посмотрела на меня секретарша.
— Только лекари, все остальные могут видеть потоки, но не собственное излучение существ. Это особый дар.
— А, понятно, — сказала она так, что было ясно — она ничего не поняла. Откуда она такая? Хотя неодарённые магически не обладают нужными знаниями, так что реакция вполне честная, но откуда тогда Амалия узнала о вакантном месте секретарши? Досужие разговоры в городе не тянут на правду. — Я пойду?
— Да, конечно, насчёт осмотра поговорим позже.
Она ушла, а я с минуту гипнотизировал дверь, после понаблюдал за ней через духа-помощника, но девушка фортелей не выкидывала и, кажется, реально работала. Что ж, поживём, увидим. А пока нужно разобраться с личными делами тех, кто побывал в кабинете ректора в тот злополучный день и днём ранее. Чего мне стоило узнать эти имена с учётом того, что журнал посещений магическим образом испарился. Надо, кстати, сказать Амалии, чтобы завела новый, а то четверо предыдущих секретарей не удосужились.
Глава 6. Стейтон Купер и каблук возмездия
«— Давай играть?
— Давай!
— Я тебе говорю:"Крести", ты отвечаешь:"Полкрестей". Черви?
—Полчервей.
— Винни?
— Полвиней.
— Буби?
— Подожди, каску возьму...»
Амалия
Я стояла и наслаждалась видом идеальной приёмной, странно, неужели предыдущие работники не могли содержать тут всё в порядке? Тогда понятно, почему он их уволил. Хотя этот бардак мог воцариться за то время, что это место ждало меня, или та самая эльфийка, последняя из секретарей, сделала ректору прощальный «подарок».
На самом деле, у первоначального владельца всё было разложено по полочкам, все документы лежали в хронологическом порядке, а документы по студентам лежали и по годам, и по группам, и по фамилиям, перепутанными были лишь дела столетней давности до последнего года. Странно, но не страшно.
Смотря на циферблат настольных часов, я крутила в руках письмо месячной давности о переводе студента. На него дела почему-то не нашлось, хотя в сопроводительном был перечень документов, в котором значились и табель об успеваемости, и отзывы преподавателей, и даже «больничная карта», хотя вряд ли пятикурсник-маг может чем-то болеть. Разве что проклятие на него кто-то наложил или приворот. Если тут вообще это возможно. Кстати, я почти ничего не знаю о месте, куда попала, надо бы сходить в библиотеку, набрать «чтива на ночь» поинтереснее. А пока решиться бы и зайти к Максимилиану.
Я встала, кулак решительно сжался, но стук вышел так себе, воробей по окну и то громче постучит.
— Амалия? Что так несмело? — мужчина поднял на меня глаза, а я на миг забыла, зачем зашла. Вот как такой мерзавец может быть таким… Таким… Аж слов не хватает.
— Не хотела вас беспокоить, но общий обед уже прошёл, — замялась я.
— Вы идите, а мне сюда принесите.
— Что именно?
— На ваш выбор, — кажется, это очередная проверка. — Что-то ещё?
— Да, я нашла неучтённого студента. Вернее, его самого пока не нашла, как и бумаг, а вот сопроводительное письмо о переводе.
— Давайте, — я протянула ему конверт, он выхватил, чуть поцарапав меня неожиданно острым уголком.
— Ай! — моя рука рефлекторно потянула палец в рот.
— Не смейте! — так грубо меня никогда не хватали. — Мало ли что на этот конверт могли нанести, — оправдался он и, осмотрев ранку, достал платок из кармана. — Сейчас обработаем на всякий случай.
Как по волшебству, из воздуха появилась бутыль, ректор капнул из неё на ткань и обработал порез. Единственное, что меня смущало, это то, как он смотрел на мою кровь, вернее, даже не смотрел, а принюхивался. Надеюсь, в этом мире нет вампиров.
В столовую я пришла немного в пришибленном состоянии, искренне переживая на тему: «А не хочет ли ректор перекусить мной?», и отчаянно уговаривая себя, что тут цивилизованный мир и людоедство вряд ли поощряют. И, вот же безобразие, совсем забыла спросить про библиотеку.
— Неужели он тебя выпустил? — Аделис бесшумно подкралась к столу и опустилась на стул рядом со мной.
— Чёрт, ходи громче, — я прокашлялась.
— Ой, прости, напугала тебя? Ну вот, ты из-за меня подавилась, — эльфийка похлопала по моей спине и шепнула столу про стакан воды.
— Спасибо, просто очень неожиданно. Отпустил. Но ему нужно принести поесть, и мне кажется, что это испытание.
— Почему?
— Потому что запомнить его предпочтения не так сложно, всё же мы уже ели вместе, а вот бороться с желанием заказать какую-нибудь пакость труднее, — ухмыльнулась я.
— Ты ходишь по тонкому льду, Амалия, — покачала головой эльфийка.
— Ты думаешь?
— И что ты хочешь ему заказать? — захихикала моя новая подруга.
— Всё как он любит: стейк, салат, чай, просто добавлю немного разнообразия в его меню, — я злорадно потёрла ладошки.
На обратном пути я чувствовала себя курьером из доставки еды, но столик — молодец, как он всё грамотно упаковал, что было достаточно удобно, главное — не споткнуться нигде. С этой мыслью я влетела носом в стену, а рядом раздался хохот.
— Что, милая, не смотришь, куда идёшь?
— Сантори, тебе мало того наказания, которое ты получил утром? — зашипела я, потирая нос, наслаждаясь его брезгливой миной. Ну-ну, парень, с таким лицом за некромантами будешь убирать на полигоне.
— Нет, детка, я требую возмещение ущерба, — он расплылся в улыбке, глядя на безуспешные попытки уйти, куда бы повернуться — везде тут же уплотнялся воздух. А пока я дёргалась из стороны в сторону, студент подошёл ко мне почти вплотную. — Сбежать удумала? От меня так просто не уйдёшь, — в его глазах сверкали злость и решительность, а руки нагло заскользили по моим бёдрам.
— Клешни убери, гад, — рыкнула я, прикидывая, как можно осадить придурка и не повредить обед ректора.
— А то что? Перекинешь меня? Сейчас не выйдет, я ведь знаю, что от тебя можно ожидать.
— Ты очень плохо меня знаешь, — коленом двинула я ему в пах, парень взвыл, но из рук меня не выпустил.
— Плохая девочка.
— Да ты тоже не божий одуванчик, знаешь ли, — каблук моей лодочки воткнулся ему в ботинок, вот только отлетел он от меня явно не благодаря каблуку.
— Купер! — как-то визгливо вырвалось у Сантори, а я вспомнила, именно такая фамилия была у нашего неучтённого.
— Он самый, — тихо произнёс светловолосый крупный парень. — Тебе лучше уйти, если хочешь оставить наследников в будущем, видишь же, девушка против. И явно не в духе.
Мой явный враг поскрипел зубами, но покинул «поле боя».
— Спасибо, Стейтон, — улыбнулась я.
— Вы знаете, как меня зовут? — спаситель удивился.
— Конечно, и у меня к вам есть несколько вопросов. Не торопитесь?
— Когда прекрасная леди предлагает своё общество, разве можно отказаться? — съехидничал он. Вернее, он выглядел абсолютно серьёзным, но мне чудилось ехидство. Ну не мог же он действительно так разговаривать? — Давайте ваш пакет, тяжести не для женщин.
Глава 7. Как я чуть не убила ректора соусом
«– А ты чего такая счастливая?
– Начальнику свинью подложила.
– И что?
– А она ему понравилась!»
Маскимилиан
Глаза безнадёжно закрывались, а от очередной порции табелей тянуло зевать. Зачем вообще ректору знать об успеваемости? Пусть за этим следят преподаватели, кураторы и сами студенты. Для меня это бесполезная информация. А вот дела, что принесла мне Амалия, заставляли задуматься… Что объединяет их? На первый взгляд, эти маги и студенты — обычные законопослушные граждане империи. Ни у них самих, ни у их родственников проблем с законом, просроченных штрафов, долгов и прочих скелетов в шкафу не было. Тогда зачем подменять информацию? Что хотели спрятать и у кого? Количество вопросов растёт, ответов нет. И где уже эта секретарша с обедом? Мне срочно нужна большая кружка цикорнэ и хороший кусок мяса!
Словно небеса услышали меня, так как в приёмной раздался женский смех, а в дверь несмело постучали.
— Стейтен, подождите меня здесь, заполните несколько форм.
— Как скажете, мадам, — где-то я уже слышал подобное обращение. Точно! Что здесь делает закариец?
Но спросить я не успел, в кабинет впорхнула Амалия, буквально ослепляя меня улыбкой. И почему меня это задело?
— Что так долго? Развлекались? — улыбка девушки померкла, а на лице возникло обычное язвительное выражение.
— Ага, особенно, когда мне по пути из столовой попался один сердитый графский сын, — я внимательно осмотрел девушку, но повреждений не обнаружил. — Спасибо студенту Куперу. Кстати о нём, это тот самый студент-потеряшка. Сейчас заполню с ним анкету. А это ваш обед. Приятного аппетита, — и она ушла, даже не спросив разрешения, а у меня не было слов. Только желание пойти и закопать где-нибудь Сантори-младшего. Гореть ему в пламени межмирья.
Я начал распаковывать еду, бумажный пакет, картонные коробки, бутерброд… Она издевается?