Секретарша для демона

Глава 8. Корень зла и матримониальные тайны

«— Все любят плохих мальчиков.

— Я не все, но мне хорошие не попадались»

Амалия

Я старалась не ржать, но получалось плохо, смех рвался из меня, как тесто на дрожжах из кастрюльки. И если бы тихое хихиканье, нет, именно гомерический хохот — ректор реально думал, что умирает. Вот только он меня поразил, во-первых, тем, что не убил, а во-вторых, что решился попробовать не только остальные соусы, а мало ли какую подлянку я ещё подложила, но и тем, что решился вкусить этого «адского кулинарного пламени» ещё раз. Ладно хоть в разумных размерах. И главное, я могу ходить в библиотеку.

— У вас такое выражение лица, мадам Амалия, словно вы выиграли в лотерею, — спросил Стейтон. Парень оказался просто какой-то девичьей мечтой: симпатичный, галантный, с чувством юмора, умеющий постоять и за себя, и за других. — Вы случайно нашего ректора не сразили?

— Чем? — удивилась я и подняла руки. — Никаких колюще-режущих предметов.

— Красотой, мадам, — застенчиво улыбнулся он. — И жизнерадостностью.

— О, последним я могу поразить особо, — хихикнула. — Радовать — это то, что я люблю. Как продвигается заполнение анкеты?

— Я закончил, — он протянул листок, так… Данные о предыдущем образовании, где родился, когда родился, кто родители, причина перевода.

— Вас не устроило образование в родной стране? — нет, я, конечно, знаю, что у нас тоже многие уезжают за границу, считая, что там образование лучше, и внутренне была согласна. Часто слышала, что сама система в советское время и даже в девяностые была качественнее, чем сейчас в России, но почему-то казалось, что тут так не должно быть.

— Я бы сказал, что всё, что мне могли дать в моём университете, уже дали. Тут я надеялся узнать нечто новое, отличное.

— И как успехи? — меня что-то смущало, но я не могла понять, что именно.

— Вполне. Хотя я могу быть с вами откровенным?

— Если только за эту информацию не будут пытать, тогда я точно всё расскажу, не дожидаясь палача, — рассмеялась я.

— Ох, нет, это не то чтобы секрет… Моя матушка мечтает меня женить…

— А вы не хотите? В принципе это понятно, в вашем возрасте рано, бессмысленно даже, но я подозреваю, что уже и невеста подобрана?

— Естественно. Дочь её лучшей подруги, большая поклонница украшений, балов и маленьких собачек, — сморщились мы одновременно. — Я рад, что вы меня понимаете.

— Хорошо, я вас поняла, мистер Купер.

— Стейтон.

— Ладно. Стейтон. Вами движет любопытство, хорошие оценки позволили перевестись к нам в академию, заодно спасая от навязанного брака. Главное теперь — убедить в вашей честности ректора.

— А он сомневается? — как-то напрягся Купер.

— Вам настолько не хочется жениться? Не волнуйтесь, завтра он вызывает вас к себе, не бойтесь, ректор Бэлл суров, но он же вас не съест и не убьёт, — хотелось бы в это верить, взгляд у Максимилиана иногда был такой, будто он придумывает, как тебя лучше приготовить. Ну или подойдёт ли твой череп в качестве бокала.

— Спасибо за поддержку, мадам. Я ваш должник.

— Ох нет, мы точно квиты.

— Если вы о Сантори, то он вас больше не тронет, я обещаю.

— Значит, это я должна вас благодарить. Не забудьте, Стейтон, завтра между парами мы с ректором вас ждём.

Дверь за молодым человеком закрылась, а я с сожалением вздохнула, вот почему мне такой на Земле не встретился, вышла бы за него замуж, родила бы сына и дочку, была бы счастлива… Мечты прервала хлопнувшая дверь.

— Амалия, вы в финансах разбираетесь?

— Два плюс два сложить могу, проценты посчитать, корень извлечь, — последнее я произнесла с ехидством, бросив взгляд туда, куда не следовало бы. И почему мне так нравится его провоцировать, от него же моё будущее зависит?

— Про «извлекать», кхм, — хищно улыбнулся он, — мы поговорим позже, а вот эти документы я попрошу вас проверить на любые несостыковки. Можете делать пометки прямо на документах, это копии.

— Как скажете, Максимилиан, вы уезжаете? Что мне сказать, если кто-нибудь будет вас искать?

— Что все вопросы завтра. И вы на сегодня можете быть свободны, как закончите с этим заданием, — он кивнул на стопку переданных мне бумаг и ушёл.

— Ну конечно, спасибо, господин ректор, здесь же всего ничего работы, расплюнуть, — заворчала я, погружаясь в столбики цифр. — Как жаль, что я не бухгалтер…

Глава 9. Информаторы бывают разные

«— Ты был в борделе?

— Нет, я был на встрече с информатором.

— Твой информатор в борделе?

— У всех свои недостатки…»

Максимилиан

Кажется, я отомщён за огненный соус печальным взглядом мисс Беркут, направленным на финансовую отчётность. Теперь я точно знаю, чем её наказать. Амалия — первый из секретарей, кого я захотел оставить рядом, странно. Может, она что-то мне подсыпала в еду? Или она менталист и воздействовала на разум? Не мог же я купиться на стройные ножки и милую мордашку? А может, я слишком подозрительный и мне просто не верится, что она неплохой вариант? Ладно, сейчас уже не важно, мне просто нужно, чтобы кто-то выполнял работу ректора за меня, пока я ищу Сигала.

Портал открыть вышло только за воротами академии, вековая защита на университетской земле не давала разрывать пространство. Безопасность студентов превыше всего. Так говорил каждый руководитель этого учебного заведения, теперь моя очередь, и, как бы меня это ни раздражало, предшественники были правы. Здесь учится слишком много наследников разных титулов, и инкогнито, и открыто, да и не только нашей империи.

Управление встретило тишиной, я втянул родной запах и улыбнулся, всё же дети страшнее моих подчинённых, да и заключённых. И от тех, и от других я знаю, чего ожидать, а студенты устраивают сюрпризы ежедневно. Как и мисс Беркут. Мысли опять вернулись к ней…

— Глава? — рядом со мной возник Виссария, мой заместитель.

— Что нашли?

— Следы на древнем капище, ритуал не подходит ни под один из известных. Зрелище не для слабонервных.

— Показывай, — стоило мне сказать, как он открыл портал, и мы очутились на дарийском плоскогорье, клочок земли, с одной стороны обрывающийся полноводной Витою, с другой же подпираемый горами Шамая. Малонаселённый участок империи Ашшур.

Картина и правда была живописная, четырнадцать тел, вернее, то, что от них осталось, по одному на каждый луч огромной звезды и последнее в центре. Они лежали тут несколько дней, а главное, я знал, почему. Кто-то нашёл ритуал призыва. Вот только кого и зачем призывали, и самый важный вопрос — отозвался ли призываемый?

— В основной жертве не было крови. Совсем. Тень, мы уже нашли родственников и сняли все данные с тел…

— Если всё зафиксировано, то может, отдать на упокоение, лишь оговорите, что тела нужно сжечь, поднятые они могут принести много горя.

— Да, Тень. И… главная жертва… это секретарь магистра Сигала.

Круг замкнулся, одна пропажа нашлась, где же сам ректор?

— Я понял тебя, Виссария, — ты за главного, — я уже было шагнул в портал обратно к академии, как вдруг вспомнил о закарийце. — Узнай всё, что сможешь, о Стейтене Купере. Завтра до обеда мне нужен отчёт.

Стены академии содрогались от гомона студентов, и надо было мне попасть на территорию во время окончания занятий. Пришлось чуть ли не кустами пробираться до собственных покоев, и зачем я вообще сунулся сюда? Мог переодеться и дома. Хотя… Пора привыкнуть, что пока Сигала не нашли, живым или мёртвым, мой дом — академия.

Шерк! Чуть не пошёл в кабинет! Вот она, сила привычки. Или желание увидеть, как там справляется с заданием секретарша. Нет, на сегодняшний вечер у меня другие планы.

Через полчаса я уже входил в неприметный дом на окраине пограничного городка.

— Мы рады видеть вас вновь, — пожилая, но не растерявшая красоты хозяйка дома роз вышла мне навстречу. — Вам как обычно?

— Да, мама Исабэлла, — меня смущало её имя, но, с другой стороны, она никогда не спрашивала, как зовут клиентов, а главное, не допускала их встреч друг с другом.

— Чайную розу в белую комнату, — её низкий голос провибрировал в переговорнике. — Прошу, господин, — и хоть я знал, куда идти, всё равно проводила меня до двери.

Стоило мне войти в комнату, как загорелся знак купола тишины. Вот за что мне нравилось это заведение — полная конфиденциальность, никто и никогда не узнает, кто здесь был и чем занимался. Никто, кроме меня.

— Здравствуй, Одетта.

— Я рада видеть вас, Тень.

— Что-нибудь срочное есть? — я смотрел на ослепительной красоты девушку в прозрачном пеньюаре и вспоминал все наши встречи. Раньше она цепляла меня больше, неужели наскучила?

— Говорят, что кто-то видел вспышку энергии в стороне дария, — она подошла ко мне и начала расстёгивать рубашку. — Говорят, что мёртвые стали оживать чаще, — её губы проложили дорожку к ремню брюк. Ничего, она любит побыть хозяйкой положения, дам ей немного развлечься. — Говорят, что чем больше силы у мага, тем больше вероятности, что он сойдёт с ума, но всегда есть те, кто захочет проверить…

— Кто! — я схватил её за волосы и поднял рывком наверх. — Кто говорит последнее?

— Господин знает правила игры, ваша любовь — моя информация…

— Будет тебе любовь, чайная роза, — стресса накопилось достаточно, одной Амалии хватило бы за глаза. И почему, смотря, как Одетта прикусывает губу, постанывая от желания, мне хочется видеть на её месте эту несносную секретаршу. — Такая любовь, чтобы приворот смогла разрушить.

— На вас нет приворота, господин, но я согласна, — прошептала девушка, утаскивая меня на ложе.

Глава 10. Ученье свет, и сказка на ночь

«— Есть, спать или читать?

— Совмещать!»

Амалия

Не знаю, кто вёл эти счета, но с каждого из них последний год выделялись средства на какие-то исследования, вот только никаких отчётов не было. Деньги уходили в никуда. Ненавижу цифры! Глаза нещадно болели, желудок ныл, а голова пухла. К чёрту! Пусть сам дальше разбирается, а мне бы поужинать и с книжечкой залечь под одеяло. Больше ни о чём мечтать не смею.

Я сложила бумаги, заперла их в сейфе на всякий случай, закрыла кабинет и, постоянно озираясь по сторонам, пошла по пустынному коридору в столовую. Всё же случай с Сантори не прошёл даром, появилась даже идея таскать с собой пистолет, но, во-первых, мысль, что я могу так себя раскрыть, а во-вторых, страх случайно его пристрелить, отговорили меня.

— И вы всё это съедите? — около меня присел тот, кого я точно не горела желанием видеть. Завкафедры некромантии. Я с сомнением посмотрела на него, а потом на стол. Запечённая рыба с овощами, маффин да чай. Что тут есть? Ведь «набор для чтения» был в пакете, с другой стороны, и ему виден не был. — Просто вы такая стройная, будто едите словно птичка, — так это был комплимент. Ну-ну.

— Конечно, питаюсь радугой, а… Ладно, не стоило. Не обращайте внимания, я просто злая, когда голодная.

— Такая прекрасная не может быть злой, это немыслимо, — улыбнулся он, а мне почему-то захотелось удавить его прямо тут. Но я придумала план лучше.

— А вы ещё не ужинали?

— Если вы попросите составить вам компанию, готов есть бесконечно, — обрадовался магистр.

— А проводите меня потом… — кто бы видел, как у него загорелись глаза, — в библиотеку, — о… Какое разочарование. Наверное, так выглядит ребёнок, когда ему вместо конфеты предложили фантик.

— Конечно, мисс Беркут…

— Можете звать меня Амалия, когда никого нет рядом, — подмигнула я. Пусть уж эта рыбка висит на крючке.

— Благодарю, а я Лохтон, — чуть не прыснула со смеху, но сдержалась, а мужчина проявившуюся улыбку счёл за расположение, ну и ладно. Мне кажется, в их языке нет оскорбительных словесных аналогов его имени.

В принципе, он, наверное, неплохой человек, немного самовлюблённый, хотя этим он мало отличается от большинства мужчин, начитанный, учтивый, вот только тянуло от него чем-то неприязненным, и ощущалось это на уровне «шестого чувства».

Зато Лохтон проводил меня в библиотеку и даже донёс выбранные мною книги до комнаты, бесконечно поражаясь моему выбору: основы магии, история мира, легенды, политология империи Ашшур. Пришлось отговориться тем, что какие-то книги для общего развития, а какие-то — освежить в памяти. Расоведение пришлось спрятать под пиджак, благо нашлась небольшая брошюрка. Ну и верх женского искусства — отделаться от поклонника на пороге комнаты.

— Вы так милы, Лохтон, скрасили мой вечер, очень вам благодарна.

— Всегда к вашим услугам, Амалия, — он так усиленно заглядывал в открытую дверь, но напроситься воспитание не позволяло, к счастью. И я с радостью оставила его за порогом своей гостиной.

— Ну наконец-то, хоть узнаю, куда меня занесло! — я переоделась в пижаму, открыла банку шипучки и достала пакет с картошкой фри. Почти как дома, вредная еда и интересное чтиво.

Начнём с самого маленького, то есть с брошюрки, в ней говорилось, что самая «популярная раса» — люди, была изначальной в этом мире, фраза меня порадовала, если есть изначальная, значит, есть и пришлые, то есть я не уникум. Вот только исторические факты нужно было искать явно не в этом журнальчике. Люди тут тоже делились на национальности, но, например, жители империи Ашшур ничем не отличались внешне от закарийцев и имели «европейскую внешность». А были анубы, жители Нубийского полуострова, на котором располагалось несколько стран, очень похожие на африканцев, и кори, северо-восточные соседи империи Ашшур, напоминающие миндалевидным разрезом глаз и округлыми лицами жителей востока Земли. Конечно, стран было много больше, чем тут приводилось в пример, но мне хватило. Первыми на Кераю, а именно так называлась планета, куда меня занесло, прибыли эльфы. Их родной мир растворялся в магии, оттого и пошла мутация в виде острых ушек, невероятно больших глаз и практически седых волос. Их было немного, завоёвывать мир они не спешили, лишь посадили несколько рощ, образовав на Керае с помощью них магические источники, и подзарядив этот мир при переселении настолько, что он перестал быть обычным. Люди, как оказалось, против не были, детям-магам обрадовались, и вокруг царили мир и благоденствие, пока не разразилась буря и в её эпицентре не открылся портал, из которого вышли одетые в броню рыцари, впоследствии оказавшиеся демонами. Неотличимые в состоянии покоя от обычного человека, они быстро заполонили Кераю, а привыкшие к постоянным войнам в своём мире, продолжили бой и на новом месте. Сотню лет боролись люди и эльфы с захватчиками, пока не полюбила демона эльфийская княжна, и когда влюблённые принесли клятвы богам, возникла империя Ашшур. Но это я уже прочитала в легендах Кераи. В легендах всегда любовь всё преодолевает, а добро побеждает зло. Тем они и отличаются от жизни. Помимо этих основных рас была куча нежити — спасибо некромантам и столетней войне, — а также небольшие «общины» русалок, дриад и камнебородых, предполагаю, что это гномы. Вроде были когда-то орки, демоны приволокли их с собой как рабов, но в войну все разбежались, и особо о них никто не упоминал.

Книги оказались увлекательными, но и в расах, и в легендах почему-то не хватало страниц, а первый рабочий день меня порядком измотал, и потому я так и уснула, подложив томик легенд под щёку.

.

Глава 11. В тихих омутах тролли водятся

«Поединки бывают разными,

и взглядом можно пришпилить к стене,

и словом чего-нибудь нужного лишить…»

Максимилиан

За завтраком мисс Беркут была странно задумчивой, что нервировало, но спросить, в чём причина её состояния, я не смог. Мне стало неловко за своё любопытство. Мне. Неловко. Что она со мной делает?

Всё изменилось, стоило нам оказаться в приёмной.

— Максимилиан, вчерашние бумаги, я не уверена, но часть денег уплывает последний год кому-то в карман.

— Давайте, я посмотрю, — лицо моё оставалось серьёзным, но в душе я ликовал, может, она и шпионка, секретарша из неё выйдет неплохая. — Цикорнэ мне принесите, и прошу, возьмите на контроль оценочные табели, а также изменения расписания во время практики старших курсов, — если выдержит, то точно оставлю, во мне проснулось злорадство. — А ещё неплохо бы генеральную уборку затеять, — не выдержит, вон как на меня уставилась, руки в боки, почти задымилась. Хорошо, что не магичка. Но молчит, кипит и молчит, я с трудом улыбку сдержал, уж очень смешное у неё сердитое выражение лица.

— Я могу использовать в качестве рабочей силы первых же провинившихся студентов? — вдруг ехидно спросила Амалия, а я, не ожидая от неё такой резкой смены настроения, брякнул, что можно, и скрылся в кабинете, понимая, что этот раунд за ней.

— Невозможная женщина, как она меня обдурила, ей бы в игровом доме чудил обворовывать, — ругался я, не понимая, от чего злюсь сильнее, оттого что меня обвели вокруг пальца, или оттого что моё отражение довольно улыбалось. Ведь как ни странно, я ей гордился.

А ещё меня порадовало, что наши с ней выводы совпали, то есть отчёты тоже можно перепоручить и вплотную заняться поиском ректора, неужели мы пригрели змею под самым сердцем и всю эту кашу заварил он? Но для чего? Или Сигал тоже жертва, как и его секретарь, но всплывёт позже? А может, и никогда не всплывёт? А главное, на что уходили деньги?

— Максимилиан, ваше цикорнэ, — знакомый аромат ударил в нос. — Насчёт табелей, есть несколько второкурсников, прогулявших политологию, могу позверствовать?

— Вы меня удивляете, Амалия, — я смотрел на неё, словно увидел в первый раз.

— Обещаю острым соусом не кормить, — хихикнула она, но стоило мне нахмуриться, смутилась. Очень мило смутилась. Захотелось сразу проверить, от чего ещё она может покраснеть. — Только в качестве уборщиков, ректор. Трудовая терапия, так сказать.

— Что ж, даю вам свободу действий, но по табелям раз в месяц мне будете отчитываться.

— Это означает, что я остаюсь, ректор Бэлл?

— В смысле, Амалия?

— В смысле, что я прошла ваш испытательный срок? — секретарша смотрела мне в глаза, а я не мог даже моргнуть, вот же невероятная женщина. Я словно тонул в ней, и даже пошевелиться казалось подобно преступлению. А уж за ночь, проведённую в объятиях Одетты, и вовсе захотелось выпрыгнуть в окно.

— Да, — сказал я, но голос был словно чужой. Девушка сделала шаг к столу и оперлась на него руками, я хотел отпустить свою сущность, но тьма отказалась выходить.

— А в город можно на выходных выйти?

— Да, — ответил-то я положительно, но желание запереть эту несносную девчонку в комнате и не выпускать никуда упорно грызло меня изнутри.

— А аванс дадите? — лукавая улыбка привела меня в себя.

— Вымогательница! — взвился я.

— Вы обещали! — возмутилась Амалия.

— Обещал, значит, дам! — рявкнул и только потом понял, что вскочил с кресла и стою нос к носу с этой пигалицей.

— К вам через полчаса придёт Стейтен Купер, — как ни в чём не бывало ответила моя уже точно секретарша и ушла в приёмную.

Я обессиленно опустился в кресло, вдруг вспомнив стенания моей матушки по поводу отсутствия у меня семьи: «Если найдётся женщина, что хоть раз поставит тебя на место, то я тебя на ней женю!».

— Ох, мама, как же хорошо, что ты сейчас далеко, — и тут завибрировал магофон. — Тьфу, говорил же отец, не поминать тебя в такие моменты.

К счастью, она лишь напомнила, что я обещал прибыть на годовщину их свадьбы, ведь я, как старший сын и наследник, обязан появляться дома чуть чаще, чем раз в несколько лет. А вскоре в дверь вновь постучали.

— Ректор, к вам студент Купер.

— Да, мисс Беркут, пусть зайдёт.

Закариец вежливо поздоровался и присел в кресло лишь после моего приглашения, смотрел он доброжелательно, но настороженно, и нарочито расслабленная поза меня не обманула. Вот только играть в эти игры желания совсем не было.

— Что тебе тут надо?

— Простите? — кажется, я его немного шокировал.

— Не прикидывайся, как там тебя, Стейтен, ты всё отлично понял. Ты не студент, это даже моей секретарше видно, хоть она и сама себе не признаётся в подобном, и от твоего ответа зависит, где ты окажешься через полчаса, на очередной лекции или в подвале управления.

Собеседник из милого мальчика мгновенно превратился в видавшего виды бойца.

— Говорили мне, не играй с Тенью, а я не верил. Я не по вашу душу тут, и никто из студентов мне не интересен, герцог, я лишь ищу связь между вашим пропавшим ректором и некоторыми событиями в Закарии.

Глава 12. Сантори, некромант и странный привкус тьмы

«Некромант тоже человек.

А иногда ещё и неплохой…»

Амалия

За дверью было подозрительно тихо, но это, как минимум, значило, что ректор не прибьёт Стейтена за неведомые провинности, потому я со спокойной душой прошерстила фамилии студентов, накосячивших на этой неделе, и выбрала несколько человек на отработку. Ведь Максимилиан просил привести в порядок приёмную. Вот только что тут приводить в порядок? И так чисто, пусть я и не понимаю, почему.