Невеста по ошибке, или Украденная магия герцога

Карина

— Ты согласна стать моей?.. — произнес голубоглазый незнакомец, внимательно глядя на меня.

Моей — кем? Не расслышала. Впрочем, какая разница? Когда тебя о чем-то спрашивает ТАКОЙ мужчина, нужно всегда говорить да! Тем более это сон, и я попала в его середину, не помня, как он начинался.

Герой моего подсознания пытливо смотрел, явно чего-то ожидая. А я вглядывалась в его лицо и не могла понять, почему вижу все, как в тумане. Жаль, что во сне нельзя настроить резкость.

— Да или нет? — услышала где-то со стороны.

— Конечно, да, — улыбнулась я.

В этот момент кто-то взял нас обоих за запястья. Не успела разглядеть, кто это, как тонкое лезвие в чужих руках порезало мою кожу. В следующую секунду на месте, где я ощутила боль, кровь зашипела и приняла вид круглого узора. То же самое происходило и на руке мужчины рядом.

Я не сплю! Во сне не ощущаешь боль и холод! А здесь было достаточно прохладно. Осмотрелась по сторонам. Перед глазами висела какая-то пелена, только сейчас поняла, что это вуаль. Одним рывком сорвала ее с лица.

Я находилась в каком-то старинном здании, достаточно неуютном, с высокими потолками и массивными колоннами.

Вокруг стояли люди, но странность заключалась в другом. На мне как влитое сидело пышное белоснежное платье! Ясно — свадебное.

С догадкой посмотрела на голубоглазого рядом. Фрака на нем не было, но имелись доспехи из кольчуги, плащ и меч. А напротив нас стоял священник в бордовой рясе с золотой оторочкой.

— Что происходит? — перевела взгляд на людей, сидящих недалеко от нас на длинных скамейках.

Рука незнакомца легла на мою талию, и он притянул меня к себе.

— Ты стала герцогиней, любимая, — он ласково улыбнулся.

— Э-э-э, — не смогла выдавить из себя ничего более осмысленного.

В подтверждение его слов священник, ну или кто-то очень его напоминающий, произнес:

— Отныне вы муж и жена. Перед Богом, людьми и друг другом. Ваша светлость, герцог Сайлес, можете поцеловать герцогиню Ариадну.

— Я не…

«…Не Ариадна», — хотела сказать, но не успела. Моими губами завладел новоиспеченный муж. Поцелуй получался властным, но почему-то очень холодным. Я словно чувствовала, как от него исходит ледяной ветер, хотела вырваться, но рука герцога крепко держала мой затылок, не давая возможности отстраниться.

— Поздравляю, теперь ты моя жена! — он наконец прервал поцелуй.

В его голосе я не услышала тепла, которое предполагает ситуация, а лишь бесстрастность и хладнокровие.

— Вы что-то перепутали, — произнесла, когда дыхание чуть восстановилось.

Герцог хмыкнул и отпустил меня. К нам спешили гости — парами и поодиночке. Каждый мужчина пожимал руку Сайлесу, а мне на запястье с меткой надевал браслет. Женщины же изображали что-то вроде книксенов.

— С новым статусом, ваша светлость, — фальшиво улыбались мне дамы, но лица вовсе не светились доброжелательностью. Скорее, наоборот: во взглядах скользило превосходство и даже… презрение.

— Поздравляю, ваша светлость, ваша жена — красавица.

Гости противоположного пола вели себя более доброжелательно, но некоторые в мою сторону даже не глядели, будто вообще игнорировали факт моего присутствия. Этакая пассивная агрессия. М-да.

Что за представление? Я вечером ложилась спать в свою кровать одна, а проснулась возле алтаря с незнакомцем-женихом и кучкой причудливо одетых людей.

— Произошло какое-то недоразумение, — несмело пролепетала я, обращаясь к Сайлесу в промежутке между поздравлениями.

— Любимая, тебе нехорошо? — он повернулся ко мне и ласково поинтересовался так, чтобы слышали рядом стоявшие гости.

— Очень нехорошо. Я не та, за кого вы меня принимаете, — прошипела сквозь зубы.

Сайлес наклонился к самому моему уху и сказал:

— Не вздумай выкинуть очередной фортель, иначе я стану вдовцом прежде, чем успею выйти из этого храма, — угрожающе предупредил мой внезапный супруг.

Значит, розыгрыш отпадает. Да и нет у меня знакомых или друзей, которые имели бы настолько бурную фантазию и были бы в состоянии оплатить настолько дорогие декорации.

Да, любовью здесь и не пахнет. Хотя о чем я? Как любящий жених мог перепутать свою невесту с другой?

Стоп. Они все говорят не на моем языке! Вот же черт! Однако я их понимаю, и, что более странно, отвечаю им на том же наречии!

Оно не походило ни на одно знакомое мне по звучанию. Казалось, я вообще впервые его слышу. Так как же могу говорить на нем? Кажется, я схожу с ума. Или уже сошла.

Мне срочно нужно зеркало! Может, я переместилась в чужое тело? Я когда читала о таком. Реинкарнация или что-то в этом роде. Это хоть как-то объяснило бы происходящее.

— Улыбайся, ты теперь герцогиня! — негромко заметил Сайлес, делая вид, что поправляет мне диадему.

Я растянула губы в улыбке. Может, все-таки сплю? И сейчас зазвенит будильник, это нелепое представление закончится, а я отправлюсь на конференцию, куда и собиралась ехать?

Громадная входная дверь распахнулась, и внутрь вошел человек в золотом одеянии. На его голове красовалась корона. При виде его все в зале склонились в низких поклонах.

Я косо посмотрела на Сайлеса. Тот не последовал примеру других, а лишь учтиво кивнул вошедшему, я тоже присела с учтивым кивком.

— Ваше величество, рады лицезреть вас в такой важный для нас с герцогиней Ариадной день!

— О, мой друг. Приношу извинения за опоздание!

Он быстро приблизился к нам и пожал руку моему мужу, а затем повернулся ко мне.

— Поздравляю, Ариадна. Вы сделали идеальную партию, выйдя замуж за моего советника.

Я задействовала весь актерский талант, чтобы улыбнуться и покорно склонить голову. Мужчина надел мне на руку браслет. Этот разительно отличался от остальных кричащей роскошью и дороговизной: блестящие красные камни были рассыпаны по толстому золотому плетению.

Его величество сунул мне в руку алый конверт. Автоматически схватила его, не зная, что с ним делать.

— Для меня твой выбор стал весьма неожиданным, но я принимаю его, — обратился он к Сайлесу.

— Благодарю, мой император, — склонил голову герцог.

— Жду скорого потомства, — засмеялся правитель и похлопал нас по плечам.

Пока говорил император, в зале стояла гробовая тишина. Мне казалось, все боялись лишний раз сделать вдох.

— Обязательно.

Я покосилась на мужа. Размечтался.

Император ушел, а гости стали выходить из храма. Все образовали полукруг, ожидая нас.

Сайлес взял меня за руку и, не глядя на меня, двинулся к выходу. Его рука даже через черную кожу перчатки ощущалась горячей и сильной. Думаю, даже при желании не смогла бы освободиться.

На пороге храма мужчина остановился и поднял наши руки вверх. Собравшийся народ принялся повторять какое-то одно и то же слово, значение которого мне было не понять. Выглядело это странно и мистически. Будто в секту попала. Бр-р-р. Однако очень скоро произошло еще более загадочное для меня явление.

Над нами зажегся огненный шар. Я испуганно посмотрела вверх, не понимая, откуда он взялся. Он вращался с большой скоростью и выбрасывал в стороны разноцветные искры. Шар замедлил ход, и люди замолчали, уставившись на сферу. Она остановилась, окрашиваясь в черный свет. Я нервно посмотрела на окружающих. Понятия не имела, что это означает.

Народ радостно завопил. А я облегченно вздохнула. Муж опустил руку. По его лицу совершенно не поняла, что он думает по этому поводу.

***

Гости стали рассаживаться по каретам. Наша оказалась нежно-кремового цвета с короной и мечом сверху.

Дверцы были зеркальными. В одной из них я увидела свое отражение. Бледная, накрашенная и в красивом свадебном платье. И эта точно была я! Мои волосы, мои губы и серые глаза. Все мое. Предположение с реинкарнацией можно смело отбросить.

— Послушайте, Сайлес… или как вас там, — начала я, когда мы остались наедине. — Вы меня с кем-то перепутали. Я не ваша невеста, — быстро затараторила.

Мужчина настороженно посмотрел в мою сторону, прищурив глаза.

— Посмотрите на меня внимательно, — вытянула шею к нему. — Неужели я так похожа на Ариадну, что вы нас перепутали? Меня зовут Карина, и я понятия не имею, как оказалась на месте вашей невесты там, у алтаря.

Мгновение, и Сайлес прижал меня к стенке движущейся кареты. Его рука сдавила мне горло и не давала шелохнуться. Лицо оказалось рядом с моим. Голубые глаза заволокла серая дымка. В них я увидела ненависть и презрение.

— Я не знаю, что за игру ты задумала, Ариадна, — зло выплюнул он, — но у тебя не получится избежать выполнения нашего договора! Не смей больше со мной играть! Хватит!

Я с ужасом смотрела на гримасу злости, исказившую лицо герцога.

— Ты меня поняла? — грозно спросил он.

Сглотнув вязкую слюну, медленно кивнула.

Поняла, что ничего не поняла. А спросить об условиях договора сейчас было крайне неуместно. Ведь не поверит.

Как бы теперь узнать о пунктах того самого договора и о причине моего попадания сюда?

Муж убрал руку, и я смогла нормально вдохнуть. Ведь убить мог. А я толком не пожила. Всего двадцать четыре годочка.

Как обманчива внешность! Такой интеллигентный с виду. Вывод: сказок не бывает. А я, наивная, в них верила.

Всю оставшуюся дорогу Сайлес молчал. Он отвернулся к окну и бесстрастно смотрел вдаль. Последовала его примеру. Представилась возможность изучить местность, в которой я оказалась. И то, что это точно не мой город и даже не его окрестности, я поняла уже через пять минут.

Здесь присутствовали деревья, трава, но не было привычных признаков цивилизации. Мы проезжали какие-то огромные поместья вдалеке, которые поражали величием и красотой.

После бракосочетания принято угощать гостей и праздновать, но, видимо, в этом месте все иначе. Кареты с гостями, присутствующими в храме, за нами не следовали. Мы передвигались в гордом одиночестве.

— Долго еще? — спросила примерно после часа неудобной езды.

И почему я считала, что передвижение в повозках романтичное и комфортное? Здесь же невероятно неудобно сидеть! Мягким местом ощущаешь каждую кочку, на которую наезжает колесо. А их здесь было безумно много. Кочек, а не колес, разумеется.

— Скоро прибудем, — после некоторого молчания откликнулся Сайлес.

Его голос звучал бесстрастно и холодно. Косо смотрела на мужа по иронии судьбы. Русые волосы доходили до плеч и придавали ему воинственный вид. Хотя не исключаю, что так мне показалось, потому что на нем красовалась блестящая металлическая кольчуга. Чуть пухлые губы… Почему-то сразу же подумала о брачной ночи. Щеки запылали. Тут же отбросила эту мысль. Если брак по договору, никакой близости наверняка не предусмотрено. Вот засада с этим договором. Как выполнить то, о чем не знаешь?

Посредине кареты появилась птичка. Я изумленно посмотрела на это прелестное создание. Оно было ненастоящим, это я поняла по тому, что оно просвечивалось. Птичка произнесла:

— Ваша светлость, все поручения выполнены, — и исчезла, оставляя за собой белую дымку.

Интересно, как оно работает? Как наши гаджеты? Эту идею откинула. Какие технологии, если мы едем в повозке, запряженной лошадьми, а за окном замки и степи? Я будто попала в восемнадцатый век.

Посмотрела на широкие просторы окружающего нас вдалеке леса и тяжело вздохнула. Как же вернуться в свое время и в свой мир? То, что я в другом, сомнения отпали. Ближайшие города и села я хорошо знала. В них не было намеков на присутствие таких огромных поместий.

***

Карета остановилась.

— Надеюсь, тебе хватит благоразумия изображать из себя любящую жену, — пригрозил Сайлес.

— Конечно, любимый, — показала радостную улыбку.

Мужчина бросил на меня холодный взгляд и открыл дверцу кареты. Выйдя на улицу, подал мне руку.

Подняла глаза и присвистнула. Вот это дворец! Судя по фасаду, хозяин не бедствовал. Высокие шпили и башни украшали массивные стены, выложенные из серого камня.

Правду говорил Булгаков: «Бойтесь своих желаний — они имеют свойство исполняться».

Всегда хотела побывать в средневековом замке, но никак не находила времени поехать на экскурсию хоть в какой-нибудь. Мамочки… верните меня обратно!

Какие же здесь высокие окна! Наверху имелись даже фрески.

От разглядывания сего величия меня отвлек муж тактичным покашливанием. Только сейчас заметила, что дверь открыта. К ней вела приличная по длине лестница, вдоль которой выстроились люди.

Я часто заморгала. Это его прислуга? Одежда у каждого была своеобразная, но мало чем походила на то, что носили в средневековье или даже в эпоху Просвещения, судя по картинам тех времен. Обычные ничем не приметные наряды свободного покроя.

Сайлес подхватил меня на руки и понес по ступеням вверх. Я обхватила его шею и крепко прижалась к твердой от металлических колечек груди. Очень боялась, что он может меня ненароком уронить. Или очень даже нароком. А потом поди докажи что-то со свернутой шеей.

Герцог нес меня так, словно я ничего не весила. Пока он поднимался, люди осыпали нас лепестками неизвестных мне цветов. Прикасаясь к нам, лепестки превращались в разноцветную пыль.

Муж поставил меня на пол, когда мы переступили порог. Внутри замок очень отличался от того, что я представляла. Кроме высоких потолков, лестницы и гобеленов на стенах, сходства с историческими фильмами не было. Коридор больше напоминал банкетный зал ресторана, выполненный в сиренево-кремовых оттенках.

Всюду виднелись вазы, статуи и изящные кресла для отдыха. В центре зала на столике стояло два бокала и хлеб в виде меча с ножнами.

Сайлес взял меня за руку и подвел к угощениям. В сосудах оказалась бордовая жидкость.

Мужчина поднес один из них к моим губам. Пришлось послушно сделать глоток. Напиток оказался ужасно горьким, я приложила максимум усилий, чтобы проглотить это пойло. Ну и гадость же! И хлеб не лучше: кисло-соленый. Какой-то ужас.

Если у них вся еда такая, то голодная смерть мне обеспечена. От такого угощения в горле запершило, а на глазах выступили слезы.

Сайлес все это делал молча, с фальшивой улыбкой на устах.

— Твоя очередь, любовь моя.

Это я с радостью! Взяла второй кубок и, встав на цыпочки, приложила его к губам супруга. Наклонила так, чтобы ему пришлось сделать глоток побольше. С ужасным хлебом поступила так же. Герцог даже не скривился. Я усомнилась, одинаковую ли пищу мы пробовали.

А после потчевания новоиспеченный супруг наклонился ко мне, и я недолго думая поцеловала его первая. К моему удивлению, он не ответил. Может, мстил за то, что на его поцелуй в храме я тоже не отвечала? Пардон, еще не знала правил игры.

— Ты что делаешь? — отстранив меня за плечи, спросил он сквозь зубы.

— А что нужно?

— Не строй из себя дуреху. Надевай на меня амулет, — все так же тихо произнес Сайлес.

— А где он? — растерянно посмотрела в полные злости глаза.

— Ты издеваешься?

— Нет, — пискнула.

— Ариадна, открой этот чертов конверт и надень на меня амулет.

— А-а-а, извини.

Красный конверт, который мне дал император, я положила в карман пышной юбки, а теперь поспешно вытащила его и извлекла оттуда небольшой кулон на алой нитке.

Его торжественно и надела на шею Сайлеса.

Все присутствующие захлопали. Пока мы пробовали эту гадость в бокалах и соленый хлеб, слуги успели переместиться в зал.

— Позвольте вам представить мою жену, герцогиню Ариадну! — возгласил супруг, взяв меня за руку и повернувшись к людям.

Все как по команде склонили головы.

— С каждым из вас она успеет познакомиться, и, надеюсь, у нее не будет поводов огорчаться. Сегодня был сложный, хотя и счастливый день, и нам следует отдохнуть.

С этими словами он взял меня за руку и повел по лестнице на второй этаж. Это мне не очень понравилось.

Как я и предполагала, оказались мы в спальне.

— Часть своего договора я выполнил, сегодня ночью выполню вторую, — скрестив руки на груди насколько позволяли доспехи, сказал Сайлес.

От последней реплики меня бросило в жар. Несложно догадаться, какую часть он собрался выполнять ночью. Вот к ней я была не готова. Совсем.

Не то чтобы я не знала о таинствах, происходящих между мужчиной и женщиной. Теоретически владела информацией полностью, а практически опыт отсутствовал.

Да, вот такая я несовременная особа, которая в двадцать четыре еще ни с кем не была. Как-то не сложилось ни с одним парнем, да я и не торопилась, где-то в глубине души, наверное, веря, что когда-то встречу своего принца на белом коне. Но этот герцог совсем не был похож на того, о ком может мечтать такая девушка, как я. Красив, не спорю. Но характер… жуть!

— …И ожидаю выполнения твоей части договора. Верни мне то, что ты украла.

Сайлес вышел из комнаты, оставив меня в замешательстве и растерянности. Что делать дальше-то?

Глава 2

Подошла к окну и заглянула за толстую бархатную портьеру. Стекло в окне было не однородное, а состояло из множества ромбов, обрамленных коваными рамами. То ли это элемент дизайна, то ли здесь не умели делать большие стекла. Голова раскалывалась так, что я не могла думать. Но мысли упорно лезли и лезли, роились вокруг, не давали покоя.

Каким образом я оказалась в этом странном месте? Ничего не могла понять. Задумчиво потрясла браслеты, которые гремели на запястье. Их оказалось несколько десятков. И все — из какого-то незнакомого легкого металла. Только последний, который надел на меня их император, был тяжелым: золотым и инкрустированным несколькими красными камнями. Я точно не знала, но, судя по богатству обстановки вокруг, могла предположить, что это рубины. Боялась даже думать, сколько могла стоить такая вещица. А когда мой новоиспеченный муж поймет, что я не та, за которую он меня принимает, обязательно заберет столь дорогой подарок. Лучше снять от греха подальше и спрятать, чтобы не потерять.

С этими мыслями я подошла к туалетному столику с какими-то мелочами и попыталась стянуть браслеты. Но не тут-то было! На запястье они болтались свободно, даже казалось, что вот-вот спадут. Однако как только я попыталась снять хоть один, они как будто плотнее затянулись вокруг руки. Но это невозможно! Никаких замков или стяжек там не наблюдалось. Обычные браслеты типа обручей, они не могли уменьшиться в размере! Ну, конечно, просто рука отекла! А возможно, у меня аллергия на незнакомый сплав металлов.

Внимательно сравнила оба запястья и пришла к выводу, что рука вовсе не отекла и совершенно такая же, как и вторая. Чертовщина какая-то! Как только я перестала сдирать украшения, они снова свободно повисли, не сжимая кожу.

Вздохнула и, чтобы хотя бы немного унять головную боль, снова подошла к окну и прислонилась к прохладному стеклу виском. Вздохнула.

В спальню постучались. Сердце забилось чаще.

— Ваша светлость, — незнакомая девушка в белом чепчике приоткрыла дверь и заглянула в комнату. — К вам прибыла ваша камеристка.

Не успела я ничего ответить, как дверь распахнулась на всю ширину, и в нее вихрем влетела высокая стройная женщина около сорока с черными волосами, собранными в высокую прическу. Ее лаконичное и даже строгое платье тоже было черным.

— Ваша светлость, — она сделала движение, напоминающее книксен, и замерла в трех шагах от меня.

— З-здрасьте, — растерялась я.

Как вести себя с прислугой, представляла слабо. Не учили этому на журфаке! Знала бы, что окажусь в подобной ситуации, уделяла бы гораздо больше времени изучению истории. Но, как говорят, если бы да кабы, выросли во рту грибы.

Камеристка скривилась. Служанка все еще стояла на пороге и чего-то ждала.

— Вы можете быть свободны, — спустя несколько секунд неловкого молчания сообразила я, глянув на нее.

Та тоже присела в поклоне и мгновенно ретировалась.

— Здрасьте? — зашипела пришедшая. — Здрасьте?! Ты теперь герцогиня, Ариадна! А манеры, как у поломойки!

Я сглотнула. Насколько помнила из исторических романов, камеристка — это кто-то вроде горничной или личной служанки. Вряд ли слуги имеют право так себя вести. Что-то здесь нечисто. Но вот что? И поверит ли она мне, если я признаюсь, что не та, за которую меня все здесь принимают?

— Ну? Что ты молчишь, Ариадна? — раздраженно спросила брюнетка.

— Я исправлюсь, — пискнула, опустив взгляд.

Но, кажется, это только еще больше разозлило черноволосую. Она подошла ко мне сзади и хлопнула рукой по спине.

— Не горбись! Так аристократки не ходят! Боже, да что с тобой? От счастья умом тронулась?

— Простите, — голос звучал неуверенно. Почему-то эта черноволосая дама внушала подсознательный страх. Хотелось держаться от нее подальше. Всей моей воли хватило только на то, чтобы не отойти от нее. Нет, нужно притвориться этой самой Ариадной, чтобы выведать у брюнетки как можно больше информации. Признаться о том, кто я на самом деле, всегда успею.

Приняв решение, я распрямила плечи. Не зря же в театральный кружок в универе ходила. Несколько раз. Ладно, если быть точной, — два. Потом как-то не до него стало. Но могу немного и поиграть роль. Если это поможет разобраться в ситуации.

Я прочистила горло и, пока камеристка закатывала глаза, уже ровным голосом сказала:

— Ты права, это все стресс. И голова раскалывается так, словно меня по ней стукнули.

— Это последствия заклинания. Не забывай, что на тебе стоит очень сильная и древняя защита, которая не дает твоему муженьку убить тебя раньше времени. Наложила ее как раз во время венчания.

— Убить… меня? — прошептала я и испуганно посмотрела на черноволосую.

К счастью, в это время она отвлеклась от меня, разглядывая что-то за окном, и, кажется, ничего не услышала. А я в это время снова взяла себя в руки и, опять прокашлявшись, спросила:

— Напомни-ка мне, за что он должен меня убивать?

Камеристка резко обернулась ко мне и, вихрем подлетев, приложила ладонь ко лбу. Я не успела отшатнуться.

— Жара нет, а странно, говоришь так, будто у тебя бред. Ариадна, соберись! Чем скорее вы закрепите связь, тем быстрее все получат то, чего жаждут.

— А-а-а, — я даже не сразу нашлась что сказать. — Да, конечно, я… Как раз…

— Я уже распорядилась, чтобы тебе наполнили ванну.

В этот же миг в дверь снова постучались. И как только я, тренируя властный голос, дала разрешение войти, внутрь гуськом прошествовали пять одетых в серые платья женщин разных возрастов. Все в белых чепчиках. Каждая несла по два деревянных ведра, от которых поднимался молочный пар. Только сейчас я заметила ширму в углу комнаты. Служанки направились прямиком туда, а потом раздался звук льющейся воды.

Мы с камеристкой молча наблюдали, как каждая из них с поклоном удаляется. Когда вышла последняя, черноволосая закрыла дверь на ключ.

— Повернись, — потребовала она.

Я послушно подставила ей спину, ощутив, как с каждой расстегнутой пуговицей сзади вдохи получаются все более глубокие. Только когда платье упало к ногам, я вдохнула полной грудью. Из-за переживаний даже не обратила внимания на то, что мне не хватало воздуха. Голова сразу закружилась, видно, от переизбытка кислорода.

В одной легкой белой сорочке я вошла за ширму и обнаружила там большую медную ванну. Скинула сорочку и, потрогав воду кончиками пальцев, погрузилась туда по грудь.

Все это время я думала, что спросить, чтобы выведать как можно больше информации.

Да, задачка. Непростое интервью предстоит… Только поняв, как я здесь очутилась, смогу разобраться, как вернуться домой. Была ли я напугана? Да, до безумия. Но разве истерика чем-то поможет?