Семья Сарагат. Книга первая: после бури.

Глава 1

Стоя на пороге, я чувствовала себя вором, который проник в чужой дом. Я приехала в институт Святой Терезы с целым чемоданом надежд. На самом деле с двумя чемоданами, набитыми бельём, книгами, тетрадями, которые мама купила ещё весной, и платьями, которые папа шил специально для меня. Целое лето они отдавали ему свой покой.

Я стояла, смотрела на высокую каменную стену, на ворота, которые должны были стать моей новой клеткой, и думала о том, что сейчас всё это брошу и побегу обратно к морю. Но я не побежала. Я глубоко вдохнула и сделала шаг вперёд.

— Ну, здравствуй, новая жизнь. Я Анна-Мария Сарагат, и я здесь, — прошептала я и толкнула калитку.

Институт Святой Терезы располагался в Вероне, на берегу реки Адидже, и выглядел как старый монастырь, который не перестраивали несколько веков. Серые каменные стены, закрученные виноградные лозы у входа, а внутри — гулкие коридоры, тяжёлые двери и запах старости, воска и чужих жизней. Мне уже исполнилось семнадцать. Я была принцессой в своём маленьком мире, но здесь, в мире каменных коридоров и строгих правил, я чувствовала себя неуклюжим цыплёнком.

Сегодня был первый день. Мама стояла рядом, держала меня за руку и улыбалась той самой улыбкой, от которой мне хотелось заплакать. Она была прекрасна в своём платье цвета итальянского неба. Отец стоял за ней, держал мои чемоданы, но в глазах его было столько гордости, что я сглотнула.

— Не стесняйся, Анна-Мария, — сказала мама, сжимая мои пальцы. — Учительницы уже знают о твоём таланте к рисованию. Ты быстро вольёшься в коллектив.

— А если я не вольюсь? — спросила я, стараясь говорить легко, но голос предательски дрожал.

— Заставишь влиться, — отец усмехнулся. — Ты же Сарагат. Мы не умеем сдаваться.

— Как же хочется вернуться домой, когда вы меня заберёте? — я вглядывалась в их глаза в надежде услышать позитивные слова.

— На зимних каникулах мы обязательно заберём тебя, цветочек. А пока будь лапочкой и учись, — отец поцеловал меня в макушку.

Я поцеловала обоих, позволила маме поправить воротник моего форменного платья и почувствовала, как их машина скрывается за поворотом.

И я осталась одна.

Впереди — коридор, который казался бесконечным. Сзади — ворота, которые уже закрылись.

Я стояла в центре пустого внутреннего двора и смотрела на белые колонны, на виноградные лозы, которые обвивали их, и вдруг поняла: я не знаю, куда мне идти. Я смотрела на вход в главное здание, на высокие двери из тёмного дерева, на статую Девы Марии с младенцем. Гулко тикали старые часы. Где-то вдалеке слышались голоса девочек. Я чувствовала себя потерянной, и от этого мне хотелось то ли бежать, то ли сидеть и плакать.

— Вы, наверное, Анна-Мария Сарагат? — раздался позади меня мягкий, приятный голос.

Я обернулась. На меня смотрела женщина лет тридцати с лишним, в строгом синем платье, с аккуратно уложенными волосами и удивительно добрыми глазами. Она улыбнулась.

— Я — сестра Мария. Я помогаю новым ученицам освоиться. Не бойтесь, Анна-Мария, здесь не так страшно, как кажется. Пойдёмте, я покажу вам вашу комнату.

Она взяла меня за руку, и я позволила себя увести.

Первый день был странным. Слишком много новых лиц, имён, правил. Мне казалось, что я иду по лабиринту, где на каждом углу меня ждёт ещё один поворот, ещё одно «нельзя» и ещё одна девочка, которая смотрит на меня с сожалением или с любопытством. Я шла по длинному коридору, смотрела на высокий потолок, чувствовала, как бьётся сердце, и думала: «Господи, а мне кажется, что эта планета и есть огромный лабиринт, и я никогда не выберусь из него, и каждый раз, когда я думаю, что я всё знаю, она подкидывает мне каменные стены, за которыми скрывается очередная комната».

Но сестра Мария была рядом. Она показывала комнаты, где проходят занятия, столовую, которая пахла хлебом и шалфеем, классы, в которых тихо пахло мелом, и библиотеку — святая святых института. Запах пыльных страниц. Тихий шелест чужих жизней. Я сразу приметила библиотеку — она станет моим убежищем.

— Мы тебе рады, Анна-Мария, — сказала сестра Мария, и голос её был тёплым, как мамино одеяло. — А теперь иди в свою комнату, познакомься с соседками. Завтра будет много уроков. Тебе нужно ознакомиться с расписанием занятий, список есть в твоей папке. Там же есть краткий курс для новичков и разные шпаргалки. Если у тебя появятся вопросы, ты всегда можешь ко мне обратиться. Мой кабинет 114.

— Спасибо, — коротко сказала я и, сминая папку новичка, пошла по коридору, где слева направо располагались номера комнат.

Моя комната находилась на третьем этаже, в конце коридора. Я открыла дверь и увидела три кровати, три шкафа и три письменных стола. Одна из кроватей уже была занята: на ней сидела девушка с тёмными, коротко стриженными волосами и читала книгу. Другая, с длинными русыми косами, стояла у окна и смотрела на реку. Она обернулась и улыбнулась мне.

— Привет! — сказала она звонко и радостно. — Я Летиция. А это — Клара. А ты, наверное, Анна-Мария? Мы слышали, ты из Порто-Фурио.

— Да, — я смутилась. — А вы из Вероны?

— Я из Рима, а Клара из Милана. Ты сама решила поступать в пансионат или родители заставили? — Летиция плюхнулась на кровать и принялась разглядывать меня с любопытством.

Я растерялась от такой прямолинейности. Я даже не успела поставить вещи, а уже столько вопросов. Кажется, время, проведённое в пансионе, будет весёлым.

— Наверное, всё вместе. Моя бабушка училась здесь, и мама тоже, поэтому я решила, что стоит продолжить эту традицию. Это и хороший балл даёт при поступлении в колледж.

— Неужели ты плохо училась? — подала голос Клара.

— Нет, средне. Просто ещё не решила, куда буду поступать, поэтому эти пару лет дадут возможность подумать.

— Это отличная идея! — Летиция уже сидела рядом со мной на кровати и перебирала мои вещи. — Я вот тоже не знаю, куда поступать и чем заниматься, но, скорее всего, как и родители, выберу дипломатию. А чем занимаются твои родители?

— Отец модельер, а мама флорист. Выращивает цветы, иногда на продажу, но больше занимается домом.

— Ого, твоя мама сама следит за домом? Это так необычно!

— Отчего же? Ещё у моей мамы семеро детей, и никогда не было помощниц по хозяйству.

— Невероятно!

Я рассмеялась и принялась раскладывать вещи. Клара улыбнулась, глядя на нас. Я смотрела на них, и кусочек тревоги, который поселился во мне, начал таять. Мне показалось, что я начинаю привыкать к этому новому миру. Институт Святой Терезы оказался совсем не тюрьмой, как я боялась.

В тот вечер мы долго сидели на подоконнике, свесив ноги вниз, и Летиция рассказывала о том, что в институте делают по субботам, а Клара молчала и смотрела на отражение луны в воде. Я смотрела на неё, и мне казалось, что она видит в воде чью-то другую жизнь.

— У тебя всё будет хорошо, — сказала Клара, и это прозвучало почти как обещание.

Спать я легла с чувством, что этот мир, такой пугающий днём, ночью становится почти уютным. Я лежала с закрытыми глазами, слушала, как дышат мои новые подруги, и думала о доме, о море, о том, что я обязательно вернусь.

Но это было потом.

А пока — первый день в институте Святой Терезы был окончен.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.