Копа

Глава первая. Шорох над потолком

Городок был самый обыкновенный.

Не большой и не маленький такой, где люди быстро узнавали знакомые лица, знали, где утром продают самые свежие булочки, а вечером возле железнодорожного вокзала всегда кто-нибудь кого-нибудь встречал.

Поезда здесь останавливались часто. Днём городок гудел от машин, разговоров и спешащих людей, а ночью становился тише. Только время от времени со стороны вокзала доносился протяжный гудок, и где-то далеко начинали стучать колёса по рельсам.

Недалеко от вокзала стоял обычный пятиэтажный дом.

На первом этаже находился небольшой продуктовый магазин с вывеской «Восьмерочка» на против магазин «Девяточка» .

Мила жила прямо над ним на втором этаже.

Она давно привыкла к звукам, которые доносились снизу.

Утром начиналось с грохота тележек.

— Ну вот… приехали, — иногда сонно бормотала Мила, переворачиваясь на другой бок.

Это работники магазина принимались разгружать товар.

Сначала стучали колёса. Потом хлопали двери. Затем начиналась настоящая какофония: ящики, коробки, металлические тележки…

Особенно громко было, когда привозили хлеб или молочную продукцию.

Мила иногда лежала в кровати и представляла, как внизу кто-то пытается одновременно разгрузить целый магазин, не уронив ни одной коробки.

Она работала в небольшом салоне красоты в центре города.

Работа была обычная, но ей нравилась. Люди приходили со своими историями, проблемами, свиданиями, свадьбами, разводами и планами на отпуск. Мила слушала, улыбалась, иногда давала советы, а иногда просто молча делала свою работу.

Домой она возвращалась поздно.

Снимала обувь у двери, ставила чайник и наконец позволяла себе выдохнуть.

Её квартира тоже была совершенно обычной.

Небольшая кухня. Комната с диваном. Узкий коридор. Несколько растений на подоконнике, которые Мила то забывала поливать, то вдруг начинала заливать так, будто собиралась вырастить из них джунгли.

И всё было хорошо.

Почти.

Иногда по ночам Мила слышала шуршание.

Сначала она решила, что это ветер.

Потом что где-то за стеной проходит труба.

А однажды ночью проснулась от тихого:

ш-ш-ш… шур-шур…

Мила открыла глаза.

В комнате было темно.

Она несколько секунд лежала неподвижно, прислушиваясь.

Тишина.

— Показалось, — прошептала она.

Перевернулась на другой бок.

И тут снова:

шур-шур-шур…

Мила резко села.

— Так.

Теперь ей точно не показалось.

Она включила свет, прошлась по квартире, заглянула под кровать, на кухню, в шкафчик под раковиной.

Ничего.

Ни мыши.

Ни жука.

Ни даже подозрительного кусочка хлеба.

Мила вернулась в комнату и посмотрела на потолок.

— Только не говори мне, что у меня там кто-то живёт.

Ответа, конечно, не последовало.

Через пару дней Мила купила небольшой ультразвуковой отпугиватель от мышей.

Поставила его на кухне, включила и успокоилась.

— Всё. Теперь можете шуршать где-нибудь в другом месте.

Она понятия не имела, насколько ошибается.

Потому что никакой мыши в её квартире не было.

И даже в стенах её квартиры никто не жил.

А вот прямо над её потолком, в месте, о существовании которого Мила даже не подозревала, уже несколько дней обитала одна очень осторожная крыса.

И звали её Копа.

Глава вторая. Когда крыша стала домом

До дождей стояла такая жара, что даже ночью город не успевал остыть.

Асфальт днём становился горячим, стены домов хранили в себе дневное тепло, а воздух над крышами дрожал.

Копа не любила жару.

Она пряталась где только могла: под старыми досками, возле труб, в щелях между гаражами. Иногда удавалось найти прохладное место возле подвала, иногда крошки еды.

Но в тот год лето словно решило проверить всех на прочность.

Несколько дней Копа почти не показывалась наружу.

А потом всё изменилось.

Однажды вечером небо потемнело так быстро, будто кто-то выключил над городом свет.

Поднялся ветер.

Копа высунула нос из своего укрытия и замерла.

Воздух пах дождём.

Через несколько минут на землю упала первая тяжёлая капля.

Потом вторая.

А потом небо словно прорвало.

Дождь хлынул стеной.

Вода побежала по асфальту, забилась в щели, понеслась вдоль бордюров. Ветер трепал пакеты и листья, а гром гремел так, что Копа прижимала уши к голове.

Её укрытие быстро стало непригодным.

Вода добралась и туда.

Копа метнулась наружу.

Она бежала куда глаза глядят, стараясь держаться ближе к стенам домов.

Но куда ни сунься вода.

В подвал не пробраться.

Под машиной тоже не спрятаться там уже стояла целая лужа.

Копа промокла до нитки.

Она остановилась возле большого дома недалеко от железнодорожного вокзала и подняла мордочку.

Дом был пятиэтажный.

На первом этаже светилась вывеска магазина «Девяточка».

А над магазином находилась плоская крыша.

Копа давно замечала её, но раньше никогда не думала, что ей может понадобиться туда попасть.

Сегодня выбора не было.

Крыса быстро забежала за водосточную трубу, нашла узкий проход и, цепляясь лапками за всё, что попадалось, стала подниматься.

Выше.

Ещё выше.

Наконец она выбралась на крышу.

Здесь было мокро, холодно и ветрено.

Но зато сверху не капало.

Копа прижалась к тёплой стене вентиляционной шахты и замерла.

Она закрыла глаза.

Хотя бы здесь.

Хотя бы на эту ночь.

Постепенно дождь стал тише.

А Копа вдруг почувствовала странное движение внутри себя.

Она замерла и осторожно положила лапку на живот.

И тогда впервые поняла то, чего ещё совсем недавно не знала:

она была не одна.

У неё скоро должны были появиться малыши.

Копа оглядела огромную мокрую крышу.

Теперь ей нужно было найти место, где можно спрятаться.

Место сухое.

Тёплое.

Безопасное.

И желательно такое, чтобы никто из людей туда не заглядывал.

Она ещё не знала, что совсем скоро на этой крыше появится одна вещь, которая изменит её жизнь.

И что человек, которого она пока боялась больше всего, однажды станет для неё самым близким.

Этого человека звали Мила.

Глава третья. Сто рублей

Через несколько дней дождь закончился.

Снова выглянуло солнце, крыши постепенно высохли, а город вернулся к своей обычной жизни.

Мила тоже вернулась к своим обычным делам.

В тот день она решила поменять шторы.

Старые ей уже порядком надоели. Да и окна давно просились на мойку.

Мила сняла одну занавеску, потом вторую, открыла окно и потянулась, чтобы протереть подоконник.

И вдруг заметила что-то на крыше.

Сначала она даже не поняла, что именно.

Что-то белое лежало возле водосточной трубы.

Мила прищурилась.

— Это что ещё такое?

Она наклонилась ближе.

И замерла.

На крыше лежала купюра.

Сто рублей.

Мила несколько секунд просто смотрела на неё.

— Не может быть…

Она выглянула из окна ещё дальше.

Крыша была почти пустой.

Никаких людей.

Никаких вещей.

Только труба, несколько небольших камней и эта самая купюра.

Мила осторожно высунулась из окна, придерживаясь одной рукой за раму.

Далеко лезть она, конечно, не собиралась.

Мало ли.

Она посмотрела вправо.

Потом влево.

В соседних квартирах окна были закрыты кондиционеры работали почти у всех.

Мила посмотрела на верхние этажи.

Потом на соседний дом.

Ничего.

— Странно…

Она даже выглянула на балкон.

Может, кто-то сушил вещи? Может, купюру принесло ветром?

Но откуда?

И главное почему именно сюда?

Мила ещё немного постояла у окна, а потом решила, что рисковать не стоит.

— Ладно. Пусть лежит.

Она закрыла окно.

Но через минуту снова подошла посмотреть.

Купюра всё ещё была там.

Мила нахмурилась.

— Ветер же её унесёт…

Она огляделась и увидела на подоконнике небольшой гладкий камешек.

Когда-то он лежал в горшке с цветами. Мила сама не знала, зачем его сохранила.

Она взяла камушек, снова осторожно высунулась из окна и положила его на край купюры.

— Вот. Теперь не улетишь.

Мила ещё раз посмотрела на сто рублей.

— Если кто-то потерял найдёт.

И ушла заниматься шторами.

На следующий день она почти забыла об этой истории.

Почти.

Утром Мила подошла к окну и машинально посмотрела на крышу.

Купюра была на месте.

Камушек лежал сверху.

— Ого.

Мила открыла окно.

Посмотрела на крышу.

Никого.

Она ещё раз выглянула по сторонам.

Тишина.

— Ну и где же ты её потерял?

Ответа, конечно, не последовало.

Мила осторожно забрала сто рублей.

Подержала купюру в руках.

Можно было отнести её в магазин.

Можно было спросить соседей.

Можно было оставить на крыше ещё на несколько дней.

Но кто вообще станет искать сто рублей на крыше?

В конце концов Мила положила деньги в карман.

— Ладно. Если кто-нибудь спросит отдам.

Она закрыла окно и пошла ставить чайник.

А на крыше, всего в нескольких метрах от неё, за вентиляционной шахтой сидела Копа.

Крыса смотрела вслед Милe.

И была совершенно спокойна.

Потому что она знала одну важную вещь:

Мила взяла деньги.

Копа прижала ушки.

А потом исчезла за трубой.

Через два дня на крыше появилась новая купюра.

Глава четвёртая. Тык-тык-тык

После истории со второй купюрой Мила какое-то время вообще не думала о крыше.

Сто рублей она потратила на кофе и булочку по дороге на работу, а потом и вовсе забыла, откуда они взялись.

Жизнь снова пошла своим чередом.

Работа в салоне, магазин внизу, вечные тележки, хлопающие двери и редкие гудки поездов со стороны вокзала.

А потом Мила начала слышать странный звук.

В первый раз это случилось поздним вечером.

Она сидела на диване с телефоном в руках, когда вдруг услышала:

тык-тык-тык-тык…

Мила подняла голову.

Звук шёл сверху.

С крыши.

— Что это?

Она прислушалась.

Тишина.

Мила снова уткнулась в телефон.

Через несколько минут:

тык-тык-тык-тык-тык!

Теперь быстрее.

Будто кто-то маленький пробежал по крыше.

Мила нахмурилась и подошла к окну.

Осторожно отодвинула штору.

Никого.

Она открыла окно и выглянула.

Крыша была пустой.

Только вентиляционная шахта, трубы, какие-то небольшие камушки и вечернее небо.

— Странно…

Мила ещё немного постояла у окна.

И вдруг ей показалось, что возле дальней трубы что-то мелькнуло.

Что-то маленькое.

Быстрое.

Мила замерла.

— Эй…

Она прищурилась.

Ничего.

Через секунду снова:

тык-тык-тык!

Мила резко отступила от окна.

— Нет. Всё. Хватит.

Она закрыла окно.

Но теперь уже не могла не думать об этом.

На кошку было не похоже.

Кошка двигалась бы тяжелее.

Да и звук был странный лёгкий, частый, словно по крыше кто-то перебирал маленькими ноготками.

На птицу тоже не похоже.

Птицы так не бегали.

Мила решила, что просто устала.

Наверное, после работы ей уже мерещится всякое.

На следующий день она ушла гулять после работы.

Погода была хорошая, и возвращаться домой сразу совершенно не хотелось. Мила прошлась по центру, зашла за кофе, немного посидела в небольшом сквере, а потом только к вечеру вернулась домой.

Она уже поднималась по лестнице, когда вдруг услышала сверху:

тык-тык-тык-тык-тык!

Мила остановилась.

Посмотрела на потолок.

— Опять?

Звук быстро удалился.

Тык-тык-тык…

Потом стих.

Мила вошла в квартиру, поставила сумку и сразу подошла к окну.

Открыла.

Посмотрела на крышу.

Пусто.

— Ну конечно.

Она уже собиралась закрывать окно, когда увидела несколько капель воды на краю крыши.

Мила посмотрела вверх.

И вдруг всё поняла.

— А-а-а.

Она даже улыбнулась.

— Вот в чём дело.

Наверное, кто-то этажом выше вывесил бельё.

Ветер качает его, вода капает на крышу…

Кап-кап. Тык-тык.

Мила сама удивилась, как быстро нашла объяснение.

— Вот тебе и загадка.

Она закрыла окно и ушла на кухню.

А за вентиляционной шахтой Копа сидела совершенно неподвижно.

Маленькие лапки были прижаты к мокрой крыше.

Копа смотрела на окно Милы.

Потом тихонько повернула голову.

И исчезла.

Она умела ходить по крыше почти бесшумно.

Почти.

Но иногда, когда очень торопилась, её коготки всё-таки выдавали:

тык-тык-тык-тык…

Глава пятая. Кетчуп

День выдался какой-то серый.

Не холодный, не жаркий, дождя тоже не было. Просто небо затянуло облаками, и казалось, будто город решил немного притихнуть.

Мила в тот день работала допоздна, а вечером, вернувшись домой, первым делом пошла на кухню.

Хотелось кофе.

Она поставила чашку под кофемашину, нажала кнопку и, пока кофе наливался, машинально посмотрела в окно.

И тут ей показалось, что за стеклом что-то мелькнуло.

Красное.

Мила даже вздрогнула.

— Что это?

Она быстро подошла к окну.

Посмотрела вправо.

Потом влево.

Ничего.

Только крыша, трубы, вентиляционная шахта и серое небо.

— Показалось, — решила Мила.

Она налила кофе, поставила чашку на стол и сделала первый глоток.

И тут услышала:

шур-шур-шур…

Мила замерла.

Опять.

Шуршание доносилось с крыши.

— Ну нет…

Она поставила чашку и подошла к окну.

Открыла.

Выглянула.

Никого.

Мила посмотрела вниз, потом на соседние окна.

— Может, кот?

Она уже собиралась закрывать окно, когда заметила на крыше какой-то предмет.

Красный.

Мила прищурилась.

— Это ещё что?

Она открыла окно пошире и осторожно выглянула.

На крыше стояла небольшая пластиковая баночка.

От кетчупа.

Мила нахмурилась.

Откуда она здесь взялась?

Крышки рядом не было.

— Наверное, ветер принёс.

Она посмотрела на баночку ещё раз.

Вроде пустая.

Мила хотела уже закрыть окно, но потом передумала.

— Ладно. Потом выброшу.

Она вернулась к кофе.

Допила его.

Помыла чашку.

Поставила её на место.

Собрала сумку.

Надела куртку.

Уже собиралась выходить, когда снова услышала:

шур-шур-шур…

Мила медленно повернула голову.

Вот теперь ей стало интересно.

Она тихонько вернулась на кухню.

Не включая свет, подошла к окну и осторожно выглянула.

Сначала она ничего не увидела.

А потом…

Мила застыла.

На крыше сидело небольшое животное.

Сначала Мила решила, что это мышь.

Но мышь была какая-то слишком крупная.

И хвост…

Мила прижала ладонь ко рту.

— Господи…

Это была крыса.

Крыса сидела возле той самой пластиковой баночки.

И делала что-то совершенно невероятное.

Она просовывала хвост внутрь банки.

Потом вытаскивала.

И быстро облизывала кончик хвоста.

Мила моргнула.

Крыса снова сунула хвост в баночку.

Вытащила.

Облизала.

Мила медленно опустила руку.

— Ты… что делаешь?

Крыса, разумеется, не ответила.

Она была занята.

Ещё раз.

Хвост в банку.

Вытащила.

Облизала.

Мила смотрела на неё с таким выражением лица, будто только что увидела человека, который ест суп вилкой.

— Ты кетчуп хвостом достаёшь?

Крыса остановилась.

Мила замерла.

Крыса тоже замерла.

Они смотрели друг на друга.

Несколько секунд.

Потом крыса совершенно спокойно снова сунула хвост в банку.

— Нет, ну это уже…

Мила почувствовала одновременно три совершенно разных желания.

Первое заорать.

Потому что это была крыса.

Настоящая.

Прямо возле её окна.

Второе немедленно закрыть окно и больше никогда его не открывать.

И третье…

Третье почему-то заставляло её улыбаться.

Потому что крыса была смешной.

И очень умной.

— Ты же специально это придумала, да?

Крыса вытащила хвост.

Облизала.

Мила не выдержала и тихо рассмеялась.

— Ну ты даёшь…

Крыса подняла мордочку.

Мила впервые смогла рассмотреть её как следует.

Маленькие круглые ушки.

Блестящие глазки.

Острые усики.

Мокрый нос.

И совершенно невозмутимое выражение мордочки.

Будто Мила была здесь лишней.

— А я-то думала, что у меня капли с крыши стучат, — пробормотала Мила.

Крыса продолжала есть кетчуп.

— Значит, вот кто там бегает.

Мила осторожно приблизилась к окну.

Крыса тут же перестала облизываться.

— Эй-эй. Я тебя не трону.

Крыса смотрела на неё.

Мила смотрела на крысу.

И почему-то ей стало совершенно ясно:

эта встреча была только началом.

Она ещё не знала, что крыса уже несколько дней жила на крыше её дома.

Не знала, почему именно здесь.

Не знала, что у неё скоро появятся малыши.

И уж точно не знала, что однажды эта маленькая наглая крыса начнёт приносить ей деньги.

Пока Мила знала только одно.

— Ты мне кетчуп чуть не весь съела.

Крыса облизывала хвост.

Мила покачала головой.

— Ладно. Ешь.

И закрыла окно.

Но, сделав всего несколько шагов к двери, остановилась.

Вернулась.

Открыла холодильник.

Достала новую бутылку кетчупа.

Посмотрела на неё.

— Нет.

Поставила обратно.

— А то привыкнет.

За окном Копа сидела возле пустой баночки и смотрела на закрытое окно.

Она была совершенно уверена:

Мила хорошая.

Просто пока ещё немного странная.

Глава шестая. Новая соседка

На следующий день Мила первым делом посмотрела на крышу.

Сама не знала зачем.

Наверное, просто хотела убедиться, что вчерашняя крыса ей не приснилась.

Крыша была пустой.

— Ну и отлично, — сказала Мила.

Она поставила чайник и занялась своими делами.

Через минуту выглянула снова.

Пусто.

Ещё через пять минут опять пусто.

— Всё, Мила. У тебя уже крыша едет.

Она засмеялась сама над собой и ушла собираться на работу.

Но вечером, вернувшись домой, снова посмотрела.

И на этот раз увидела её.

Копа сидела возле вентиляционной шахты.

Совсем неподвижно.

Мила остановилась прямо посреди комнаты.

— Ага.

Крыса повернула голову.

— Значит, не показалось.

Копа смотрела на неё.

Мила смотрела на Копу.

Никто не двигался.

Потом Мила медленно подняла руку и помахала.

— Привет.

Копа шевельнула усами.

— Ты чего на меня смотришь?

Копа продолжала смотреть.

— Ладно. Нормально.

Мила закрыла окно.

И тут же почувствовала себя глупо.

Она разговаривала с крысой.

С крысой!

— Совсем уже, — пробормотала Мила.

Но через пару минут снова подошла к окну.

Копы не было.

Мила почему-то расстроилась.

Она сама себе этого не призналась.

Копа тем временем была занята гораздо более важным делом.

Она искала новое место.

Старое укрытие под вентиляционной шахтой подходило для одной крысы.

Но теперь Копа знала: скоро этого будет мало.

Она таскала туда кусочки бумаги, сухие листья, тонкие тряпочки, которые иногда находила возле мусорных контейнеров.

Всё складывала аккуратно.

Проверяла лапками.

Переставляла.

Снова проверяла.

Ей хотелось, чтобы малышам было тепло.

И чтобы никто не смог их найти.

Особенно человек.

Копа не доверяла людям.

Кроме одной.

Милу она пока тоже не считала совсем безопасной.

Но почему-то уже знала: эта девушка не причинит ей вреда.

Наверное, потому что Мила не кричала.

Не бросалась за ней.

И даже вчера оставила ей кетчуп.

Правда, Мила почему-то решила, что это был последний раз.

Копа с этим решением была категорически не согласна.

Через несколько дней Мила стала замечать странную вещь.

Копа появлялась примерно в одно и то же время.

Вечером.

Когда Мила возвращалась с работы.

Иногда она сидела у трубы.

Иногда перебегала крышу.

Иногда просто выглядывала из-за вентиляционной шахты.

А однажды Мила пришла домой, открыла окно и увидела возле самой рамы маленький кусочек хлеба.

Она нахмурилась.

— Это что?

Подняла глаза.

Копа сидела в двух метрах от неё.

Мила посмотрела на хлеб.

Потом на крысу.

Потом снова на хлеб.

— Ты мне принесла?

Копа не шелохнулась.

— Нет?

Копа моргнула.

— Я так и думала.

Мила взяла кусочек хлеба.

И тут заметила на нём маленькие следы зубов.

— Ты его уже пробовала!

Копа отвернулась.

Мила рассмеялась.

— Ну ты наглая.

Она положила хлеб обратно.

— Забирай.

Копа мгновенно схватила его и убежала.

Мила только рот открыла.

— Даже спасибо не сказала!

Из-за трубы показался маленький нос.

Мила скрестила руки.

— Я всё вижу.

Нос исчез.

Мила улыбнулась.

Она ещё не знала, что в этот момент у неё появился самый необычный сосед.

И что очень скоро ей придётся спасать его.

А пока Копа просто жила на крыше.

И каждый вечер всё ближе подходила к окну Милы.

Потому что однажды ей понадобится помощь.

И она уже знала, к кому пойдёт.

Глава седьмая. Мышь с рыжим ухом

После истории с кетчупом Мила решила, что с неё хватит.

Одно дело услышать ночью какой-то шорох.

Другое обнаружить прямо под своим окном огромную крысу, которая сидит возле банки и ест кетчуп собственным хвостом.

Причём совершенно спокойно.

Как будто так и положено.

Мила закрыла окно и ещё несколько секунд стояла рядом.

— Нет.

Она посмотрела на ручку окна.

— Всё.

Проверила замок.

— Больше никаких открытых окон.

Потом проверила второе.

Тоже закрыла.

А перед сном проверила ещё раз.

И ещё.

Мила легла, натянула одеяло до подбородка и уставилась в потолок.

Тишина.

Прошла минута.

Другая.

И вдруг:

шур-шур…

Мила села на кровати.

— Нет.

Тишина.

Она легла.

Через некоторое время:

тык… тык… тык-тык-тык…

Мила резко открыла глаза.

— Господи!

Она включила свет.

Ничего.

Мила посмотрела на окно.

Закрыто.

Проверила ещё раз.

Закрыто.

— А если она уже где-то здесь?

От этой мысли Мила мгновенно села.

Она посмотрела под кровать.

Потом на шкаф.

Потом на кухню.

— Так.

Мила взяла телефон и начала искать в интернете, как защитить квартиру от крыс.

Через десять минут она уже знала, что крысы умеют пролезать в удивительно маленькие отверстия.

Через двадцать что они способны прогрызать некоторые материалы.

Через полчаса Мила уже мысленно заделывала все щели в квартире.

— Нет уж.

Она посмотрела на кухонную дверь.

— Ты ко мне не попадёшь.

Спать в ту ночь она легла только после того, как проверила все окна.

Утром первым делом выглянула на крышу.

Копы не было.

Мила осторожно открыла окно на несколько сантиметров.

Никого.

Она быстро закрыла его.

— Отлично.

Перед уходом Мила снова всё проверила.

И ушла на работу.

Несколько дней Копа не показывалась.

Мила даже начала успокаиваться.

Она уже не вздрагивала от каждого шороха.

Не представляла ночью крысу под кроватью.

Не читала статьи о том, как крысы могут попасть в квартиру.

Жизнь снова стала нормальной.

А потом в один вечер Мила увидела её.

Копа сидела возле трубы.

И Мила впервые рассмотрела её как следует.

Она была…

Мила не сразу нашла подходящее слово.

Толстой.

Нет.

Очень толстой.

Круглой.

Почти как маленький серый шарик на четырёх лапках.

— Ой…

Копа сидела боком.

Мила прищурилась.

— Ты чего такая?

Крыса пошевелила усами.

Мила посмотрела на её хвост.

И тут же поморщилась.

Вот хвост ей нравился меньше всего.