- -
- 100%
- +
Значит, казнь презренной Ксении Мартыновой назначена на завтра. Что ж… без боя она всё равно не сдастся.
*
Сияющая и счастливая Настя Венчур ждала Ксюшу внизу, уткнувшись в айфон со стразами.
— Привет, — сказала Ксюша, подходя к девчонке. Та подняла голову от телефона и сразу заулыбалась шире.
— Привет!
— Куда пойдём? Можно в «Гринфуд», это хорошее такое кафе неподалёку…
— А у меня тут появилась идея! — воскликнула Настя, хватая Ксюшу за руку. Девушка чуть вздрогнула, напрягшись: в нормальные идеи подростка верилось с трудом. — А давай пойдём ко мне!
— К тебе?..
— Ну да! Тут недалеко, на 54 этаже.
Ксюша нервно хихикнула.
— Высоковато…
— Нормально! — отрезала Настя. Видимо, боязнью высоты она не страдала. — Пошли? А пиццу на дом закажем!
«К подобной квартире больше подойдёт лобстер. Или чёрная икра», — подумала Ксюша. В любой другой ситуации она бы отказалась, но уж больно было интересно посмотреть, как выглядит квартира на 54 этаже бизнес-центра, где она работает. Какой дурак откажется от подобной возможности? Всё равно что в апартаменты Путина попасть.
— А я там никому не помешаю?
— Не-а, — фыркнула Настя. — Папа на работе ещё. Давай, идём!
— А…
Но договорить Ксюша не успела. Ребёнок схватил новую знакомую за руку и потащил к лифтам. Не к тем, в которых обычно ездила Ксюша, а к другим, ведущим в жилые помещения здания.
— Слушай… а что ты вообще вчера в офисном лифте делала? — удивлённо спросила девушка. — На нём же к тебе в квартиру не доедешь…
— В квартиру нет, — пожала плечами Настя. — А к папе в офис да. Тут на тридцатом этаже офис его компании, он меня попросил документы одни забрать.
— Что-то я вчера не видела у тебя никаких документов…
— А они на флешке были. А флешка в кармане, — девчонка покосилась на Ксюшу и засмеялась. — Ты прям как Шерлок Холмс!
— Я скорее Эркюль Пуаро.
— Это почему?
— Потому что маленький и пухленький.
— Пухленький? — Настя оглядела её с ног до головы. — Да ну, нет. Знаешь, на кого ты похожа?
— На кого? — Ксюша сразу напряглась.
Как он тогда сказал… «Жирная овца», точно. Теперь уже не жирная, но овца по-прежнему. В смысле кудрявая.
— Есть такая модель — Дженни Ранк. Знаешь?
— Нет. — В моделях Ксюша не разбиралась.
— А зря! Ты на неё похожа. Только ты чуть похудее, кудрявая и глаза чёрные. А так прям вот одно лицо! Только она лесбиянка. А ты?
— Э-э-э… нет.
— Это правильно! — кивнула девчонка, и тут двери лифта распахнулись.
Да-а-а… Уже в холле было так круто, что Ксюша сразу почувствовала себя маленькой и жалкой. Всё такое… в мраморе, пол как зеркало, ступить страшно. А на стенах деревянные панели декоративные, мозаикой выложенные.
Но рассмотреть всё Ксюшке толком не дали. Настя схватила её за руку и потащила за собой, как собачку на поводке.
Дверь была металлическая и выглядела бы вполне обычно, если бы не была настолько чистой. В их подъезде таких дверей точно ни у кого не водилось… Один раз так вообще — рабочие пришли потолки размывать в будний день, и конечно, не предупредили об этом. В результате Инна Васильевна, вернувшись с работы, обнаружила, что её дверь из коричневой превратилась в белую. Здесь подобное, конечно, невозможно. Но тут и размывать нечего, пластик да мрамор…
— Заходи! — заявила Настя, распахивая входную дверь. Ксюша улыбнулась, чувствуя себя очень странно, и шагнула внутрь.
Тут же зажёгся верхний свет. Сенсоры, наверное… И вообще всё здесь не как у людей. И пол — снова глянцевый! — без единого пятнышка, светлый такой, почти молочный. Ну кто в прихожей делает светлый пол? Это же безумие!
И мебель кожаная, искусственно состаренная… Или это не искусственно, а на самом деле антиквариат? В общем, в любом случае лучше не садиться. Зеркало в тяжёлой витой раме. Рама металлическая, и металл похож на бронзу. Вряд ли это бронза, конечно… Впрочем, почему бы и нет…
А с другой стороны шкаф, который, как оказалось, только прикидывался шкафом. Настя что-то нажала — и дверцы разъехались. Внутри была целая гардеробная. Обычная штанга с плечиками тоже имелась, но ещё здесь были ящички и всякие разные выдвижные штуковины, увидев которые, Ксюше захотелось всё по-детски подёргать и повыдвигать. Интересно же!
Настя бросила её сумку на большую кожаную банкетку, находящуюся внутри этого шкафа, закрыла его, а потом потащила Ксюшу дальше.
А дальше было огромное пространство, и почти пустое, хоть пляши. Нет, диваны тут были, и пуфы всякие мягкие, и стол длинный у окна. И даже растения в кадках… Большие такие растения в больших кадках. Но от того, что стены здесь были стеклянные, помещение казалось каким-то бесконечным.
Наверное, истинный рай для клаустрофоба. А вот Ксюше было не по себе… У неё, видимо, какая-то другая фобия.
— Здорово, правда? — Настя восторженно обежала помещение. — Мы сюда недавно переехали, и я всё никак не налюбуюсь! Класс, да?
— Ага, — кивнула Ксюша. Ей здесь совсем не нравилось, но не обижать же ребёнка? Тем более что это просто личный вкус каждого человека.
Единственное, что оказалось Ксюше по душе — деревянный пол, по которому сразу захотелось походить босиком, и сама мебель. Она была строгая, не вычурная, без всяких глупостей вроде позолоты или резных прибамбасов. Очень красивого орехового оттенка.
— А пошли, я тебе кухню покажу! Там ваще-е-е!
Да… там действительно оказалось ваще-е-е. Чёрные блестящие шкафы без ручек — интересно, как их открывать? — белая столешница, белая же барная стойка, очень длинная, а перед ней высокие барные стулья, тоже чёрно-белые. Если бы не небольшая красная вазочка, стоявшая на столе, Ксюша подумала бы, что попала в чёрно-белое кино.
Холодильник, кстати, тоже был чёрный, блестящий, и без всяких магнитиков. Поневоле вспомнишь все виденные прежде, облепленные магнитиками из разных концов света… Но лепить магнитики на подобный холодильник казалось Ксюше кощунством. Слишком уж он хорош сам по себе. А ещё в него можно было смотреться, как в зеркало, так он блестел.
— Здорово, да? — Настя восторженно прыгала по кухне. — А ещё я тебе сейчас покажу-у-у-у такую штуку…
Но показать она ничего не успела — неожиданно у девчонки зазвонил телефон. И она, вынув из кармана джинсов свой айфон, поглядела на экран и сказала Ксюше:
— Подожди меня тут! Я ненадолго. Важный звонок!
Потом Настя куда-то убежала, а Ксюша, подумав, села на барный стульчик. Почему бы и нет? Выглядели они совсем не антикварно, хотя наверняка стоили больше её месячной зарплаты.
Ксюша посмотрела на столешницу прямо перед собой. Белая, и опять же глянцевая, ни пятнышка. Девушка осторожно дотронулась до поверхности пальцем — остался чуть видный след. Усмехнулась, сочувствуя уборщицам этого интерьерного чуда.
А потом услышала быстрые решительные шаги… и это явно была не Настя.
***
У Игоря был тяжёлый день, поэтому дома он собирался просто быстренько поесть и лечь спать — завтра денёк предстоял ничуть не легче.
Увидев в прихожей чужую сумку, он мысленно понадеялся, что Настя просто купила себе обновку, но, присмотревшись, заметил потёртости. Да и вещь была совсем не в стиле его дочери, слишком уж простая, строгая и… дешёвая.
Так что, заходя на кухню, Игорь был готов ко встрече с очередной «таинственной незнакомкой». Точнее, он думал, что готов.
Сидящая на барном стульчике девушка походила на всех прочих Настиных «подружек» так же, как оперная певица походит на звезду какого-нибудь молодёжного телеканала.
Явно не слишком высокая, с вьющимися волосами цвета тёмного шоколада и спокойными чёрными глазами, она на секунду заворожила Игоря. Потрясающая красота, не яркая, но глубокая, природная, неиспорченная.
Ну да, неиспорченная — девушка была практически не накрашена. Да и одежда… джинсы и простая голубая футболка с абстрактным принтом. Не вызывающе, не пошло, не соблазнительно. Хотя… нет, соблазнительно. Джинсы обтягивали пышные бёдра, а футболка подчёркивала полную грудь. Впрочем, она так в любой одежде будет выглядеть…
— Добрый вечер, — поздоровалась девушка первой, вставая со стула. — Прошу прощения…
Боже, какой голос. Она должна шикарно петь.
Игорь внезапно разозлился на себя. Какое «петь»? Совсем сдурел.
— Ладно, — вздохнул он, подходя чуть ближе, и возвышаясь над девушкой, как жираф над котёнком. — Извините, я ужасно устал. Поэтому давайте, выкладывайте, что вам от меня нужно, и уходите поскорее. А я подумаю над вашим предложением.
Она молчала, задумчиво его разглядывая. А потом вдруг негромко рассмеялась.
4
***
Когда он вошёл, Ксюша даже немного испугалась. Встречаться с Настиным отцом — а кто ещё это мог быть? — у неё не имелось никакого желания. Но раз уж они встретились, она хотя бы постарается не ударить в грязь лицом.
В этом мужчине, как и в Насте, Ксюша сразу увидела человека не своего круга. Дорогой тёмно-синий костюм, белая рубашка, галстука нет. Очки в чёрной оправе, тёмные волосы, седые виски. И лёгкая небритость, которая ему только шла.
Интересно, сколько ему лет? И почему лицо кажется таким знакомым…
— Добрый вечер. Прошу прощения… — сказала Ксюша, вскакивая с барного стульчика. И после этих её слов мужчина будто бы очнулся. Сделал несколько шагов вперёд — и она сразу ощутила, насколько он высокий. Вздохнул.
— Ладно. Извините, я ужасно устал. Поэтому давайте, выкладывайте, что вам от меня нужно, и уходите поскорее. А я подумаю над вашим предложением.
Что?..
Ксюше захотелось затрясти головой, чтобы упорядочить мысли, но это было не совсем прилично, и она сдержалась.
Несколько секунд никак не могла сообразить, что ей сейчас сказали, а когда сообразила…
Бедный. Видимо, подобное частенько случается. Приходишь ты домой, а тут неизвестная девица на кухне, которая чего-то от тебя хочет. Значит, это он ещё вежливо с ней разговаривал. Инна Васильевна обязательно ввернула бы что-нибудь типа: «А ну, сдриснула отсюда!»
Вспомнив квартирную хозяйку и её любимое словечко, Ксюша рассмеялась, и взгляд мужчины наполнился удивлением.
— Извините, — искренне повинилась Ксюша. — Я просто не сразу поняла, что вы имели в виду, а когда поняла… Я вам сочувствую, правда. Вы ошиблись, мне ничего не нужно от вас. Я сейчас же уйду, чтобы не мешать. Только… я не знаю, как открыть входную дверь. Выпустите меня?
Он рассматривал её лицо, и когда взгляд ненадолго задержался на губах, Ксюша почувствовала, что краснеет. Странно, с чего бы? Во взгляде этого мужчины не было ничего пошлого.
— Не нужно? — переспросил он с задумчивостью. — Тогда кто вы?
— Меня зовут Ксения. Я вчера застряла в лифте с Настей, сегодня мы договорились встретиться и…
Ксюша не договорила — мужчина внезапно расслабился, словно наконец разрешил мучавшую его загадку, и даже улыбнулся.
— Точно. Теперь я вспомнил, она ведь рассказывала. И разрешения спросила, можно ли вас в гости привести. Забыл, извините.
— Ничего, — ответила Ксюша вежливо. — Но я всё же пойду.
— Почему? — он поднял брови. — Оставайтесь. А где, кстати, Настя?
— У неё телефон зазвонил, и она ушла. Сказала, важный звонок.
— Ну да, важный, — мужчина фыркнул. — Это подружка её школьная, она сейчас в Крыму отдыхает. Каждый день перезваниваются, по часу болтают. Небось, забыла про вас… А вы садитесь, не стойте. Вина хотите?
— Нет, — Ксюша помотала головой и в третий раз повторила: — Я пойду, вы же устали…
— Ерунда, — он взял девушку под локоть и усадил обратно на барный стул. — Вам красного или белого?
— Да не надо…
— А может, мартини?
И тут Ксюша потеряла дар речи. Мужчина, взяв в руки невесть откуда взявшийся пульт, нажал на нём какую-то кнопку, после чего одна из стен отъехала в сторону, явив внутри себя нишу, заполненную разнообразными бутылками и бокалами. Ниша была с ярко-голубой подсветкой, и выглядело всё это настолько потрясающе, что Ксюша даже чуть приоткрыла рот.
— О-ох… Красота…
— Да, неплохо, — усмехнулся новый знакомый. — Ну, так что? Ещё коньяк есть. Но это вы, наверное, не очень любите. Давайте, я вам белого вина налью? Оно сладенькое и слабенькое, вам наверняка понравится.
— Наверняка, — улыбнулась Ксюша. — Тем более что я в винах вообще не разбираюсь.
— Зато я разбираюсь.
Он открыл бутылку, и она внезапно вспомнила:
— Простите, а как вас зовут?
Мужчина удивлённо посмотрел на неё.
— Как меня зовут?.. Хм. Интересный вопрос.
Неужели? И что в нём интересного? Обычный вопрос.
— Игорь… Андреевич.
— Очень приятно, Игорь Андреевич, — кивнула Ксюша. — А я, как я уже упомянула, Ксения.
— Значит, за знакомство, — он улыбнулся, протягивая ей бокал, внутри которого игриво дрожало прозрачно-жёлтое вино. — И спасибо, что не бросили мою дочь в том лифте.
— Не за что.
Они чокнулись, и Ксюша поднесла бокал к губам.
Секундой спустя её вкусовые рецепторы взорвались. Боже… что это?! Вкуснота-то какая… Такой солнечный вкус, одновременно и сладость, и словно свежесть цитрусов.
— Нравится? — спросил Игорь Андреевич, лукаво улыбаясь, и Ксюша кивнула.
— Очень. А что это?
— Гевюрцтраминер. Французское.
— Ге… — она запнулась. — Нет, вряд ли запомню.
«Да и зачем мне запоминать? Совершенно лишняя информация с моими-то доходами».
— Я больше люблю сухое вино. Но женщины, я знаю, предпочитают полусладкое или даже сладкое. А винограда хотите? Или сыра?
— Нет, спасибо. Не буду вас утруждать…
— Да мне вовсе не трудно.
— Нет-нет, не надо, — поспешила сказать Ксюша, понимая, что сейчас он ещё и сыр с виноградом достанет. — Я ничего не хочу, спасибо.
Игорь Андреевич понимающе кивнул.
— Стесняетесь.
— Конечно, — не стала отрицать Ксюша, и он, кажется, удивился этому факту. А что отрицать? И так же понятно. — Спасибо вам за вино и гостеприимство, но я пойду. Только… — она на секунду запнулась, раздумывая: спросить или нет. А, ладно. Спросит. — Я хотела узнать кое-что…
— Что? — мужчина словно насторожился.
— Да ничего страшного, — она усмехнулась. — Просто мне всегда было интересно, как в таких квартирах с ванными. Тут же стены — это окна. Шторки вешают?
Игорь Андреевич встал с барного стульчика, отставил бокал и подал Ксюше руку.
— Пойдёмте, покажу.
Она сжала его ладонь и, соскочив на пол, вдруг оказалась как-то слишком близко к этому мужчине. Резко втянула носом воздух — пахло от Игоря Андреевича приятно, свежим таким мужским парфюмом, — и вскинула голову, всматриваясь в глаза за стёклами очков.
Серо-голубые. Обычные.
— А у Насти глаза зелёные, — сказала неожиданно даже для самой себя. Он улыбнулся уголками губ, тоже изучая лицо гостьи.
— Настя похожа на свою мать. В том числе и глазами.
— А… простите… где её мать?
— Умерла два года назад, — ответил Игорь Андреевич просто, и Ксюша, опомнившись, отпустила его ладонь, которую, как оказалось, до сих пор сжимала.
— Ох, извините.
— Ничего. Насте тогда пришлось очень тяжело, и клаустрофобия тоже в то время появилась. Я поэтому и решился на приобретение этой квартиры, очень уж ей нравилось в моём офисе… А вам как здесь, Ксения? Комфортно?
— Нет, — ответила она честно. Не смогла соврать.
— Понятно, — он засмеялся. — Мне тоже, по правде говоря. Слишком высоко. И всё время хочется открыть окно, но это невозможно.
— А сколько Насте лет? — спросила Ксюша, дивясь собственной смелости. А ещё она по-прежнему стояла слишком близко — её грудь практически упиралась в его рубашку.
— Тринадцать. Через пару месяцев исполнится четырнадцать.
— А… вам?
Это уж совсем наглость, конечно. Но Игорь Андреевич, кажется, не обиделся.
— Пятьдесят один.
Ксюшу отчего-то бросило в жар.
— Вы… моложе выглядите… — она сглотнула слюну, ставшую неожиданно вязкой и горьковатой.
— Спасибо, — он засмеялся. — А вам сколько лет, Ксения?
— Двадцать пять.
И даже неловко стало за эту свою молодость.
— Четверть века. А мне чуть больше половины века, — пошутил Игорь Андреевич. — Совсем иначе звучит, правда?
— Правда. Ужасно звучит, если честно.
— Да. Это любопытно, ведь цифры-то одни и те же… Но мы с вами, Ксения, заболтались. Пойдёмте ванную смотреть.
— Это не мы заболтались. Это Настя заболталась, — пробормотала Ксюша, когда её новый знакомый отошёл на шаг дальше и протянул руку, пропуская девушку вперёд.
— Точно, — Игорь Андреевич фыркнул. — Но… — он посмотрел на часы, светящиеся на кухонной плите. — Ещё минут пятнадцать, не больше. А потом Настя будет до-о-олго перед вами извиняться.
— Так, может, мне уйти сейчас? Пока не поздно…
— Нет уж. Вы ещё ванную не посмотрели и вино не допили.
— Если я допью вино, в ванную дорогу я точно не найду, Игорь Андреевич.
— Ничего-ничего, — рассмеялся он. — Я провожу… Ксения.
5
***
Игорь всё время ловил себя на мысли, что ему хочется прикоснуться к этой девушке. Нет, ничего такого — просто потрогать волосы, кожу на щеке, дотронуться до губ. И в то же время что-то внутри него противилось этому чувству, словно он был грязью, о которую Ксения могла испачкаться.
— Здесь три ванные, — объяснял Игорь, шагая по квартире вместе с девушкой. — Но они похожи, поэтому я отведу вас в самую большую. Остальные в центре квартиры, там никаких окон нет. А тут есть.
Он распахнул дверь, впуская Ксению внутрь ванной комнаты. Тут же включился свет и заработал вентилятор.
Ксения с интересом оглядывалась по сторонам, особенное внимание уделив той самой белой шторке возле окна. Белой, правда, здесь была не только шторка, а вообще всё, исключая только огромное зеркало во всю левую стену — у него была чёрная рама.
— Боже, какая ванна… — прошептала Ксения очень тихо, но Игорь услышал.
— Какая? — не понял он.
— Большая, — она улыбнулась, оборачиваясь. Глаза её светились только любопытством — и ни капли жадности или зависти. — И угловая. Тут, наверное, даже вдвоём можно поместиться…
Осознав, что сказала, Ксения резко покраснела, а Игорь не смог удержаться от улыбки.
— Думаю, можно. Но я не пробовал.
Девушка опустила голову, явно пытаясь справиться со смущением, и он решил её немного отвлечь.
— Скажите мне, Ксения… Вы, наверное, редко смотрите телевизор?
Она, кажется, удивилась.
— Да, — кивнула. — Даже не помню, когда в последний раз смотрела.
— Я так и понял. Иначе вы не спрашивали бы, как меня зовут. Тем более уже после того, как пришли в мой дом.
Девушка нахмурилась.
— Извините, если я сделала что-то неприличное. Я не очень понимаю…
— Ничего неприличного, что вы. Просто я иногда… мелькаю в телевизоре. И информацию про меня можно было найти в интернете. Но вы к встрече не подготовились.
Ксения рассмеялась.
— Это всего лишь встреча, а не какой-нибудь экзамен! Простите, что не подготовилась.
Игорь фыркнул.
— Прощаю. А вы кем работаете, Ксения?
— Я редактор. Самый обычный книжный редактор, — ответила она, улыбаясь. — Занимаюсь детской и подростковой литературой. Ну, в основном. А… вы? Кроме того, что мелькаете в телевизоре… Вы же по какой-то причине там мелькаете?
— Это бывает редко. А по какой причине… Я продюсер.
Брови девушки поползли вверх.
— А-а-а, теперь понятнее… — она подошла ближе и встала рядом, вглядываясь в его лицо. — Да, наверное, я действительно вас где-нибудь видела однажды. Вы…
Ксения не договорила. За дверью раздался чуть приглушённый, но тем не менее громкий вопль Насти:
— ПА-А-А-П!
Ксения резко вздрогнула и подпрыгнула от неожиданности, а Игорь, дёрнувшись, рывком прижал её к себе, то ли побоявшись, что она упадёт, то ли… что-то ещё.
Его как кипятком окатило. По телу прошла волна чего-то жаркого, невыносимо горячего. И захотелось прижать Ксению ещё сильнее, вжать в себя, сделать своей.
Игорь выдохнул, не спеша выпускать девушку из объятий, а она не вырывалась, замерла, как дикий настороженный зверёк. И смотрела на него глазами, полными смятения.
— Простите, — шепнул Игорь и осторожно погладил Ксению по спине одной рукой.
— ПА-А-А-П! — надрывалась Настя уже чуть дальше.
— Н-нничего, — ответила девушка. — Надо выйти, а то она там… волнуется.
— Надо, — кивнул он, разжимая руки. — Пойдёмте.
Ксения улыбнулась, открыла дверь и шагнула за порог, а Игорь последовал за ней.
***
— Ой! — воскликнула Настя, увидев Ксюшу в компании отца. — Как здорово, что ты ещё не ушла! Я… извини, пожалуйста! Лиза там с мальчиком познакомилась, так интересно…
Настя чуть покраснела, опустила голову и смущённо посмотрела не столько на свою гостью, сколько на отца.
— В общем… я облажалась, да, пап?
— Точно, Настюш, — кивнул Игорь Андреевич с лукавой улыбкой. — И нет тебе прощенья! Так что теперь ты моя должница. Пока ты болтала по телефону, я Ксению развлекал. В следующий раз, когда к нам в гости придёт Михаил Леонидович и я отойду поговорить, ты останешься его развлекать.
— Не-е-ет! — ребёнок комично закрыл лицо руками и завыл.
— Да-да, — хмыкнул Игорь Андреевич. — Долг платежом красен.
— А что… — осторожно протянула Ксюша, боясь, что лезет не в своё дело. — Этот Михаил Леонидович… такой неприятный тип?
— Да нет, — засмеялся Настин папа. — Нормальный он тип, весёлый даже. Просто Настя его побаивается.
— Он странный. Мне кажется, он сумасшедший, — нахмурилась девочка.
— Он не сумасшедший, просто креативный. Михаил — креативный продюсер моей компании, — пояснил Игорь Андреевич, обращаясь к Ксюше. — Да, он странноват, но ему цены нет в том, что касается работы. Очень талантливый парень.
— Он не парень, он дядечка! — фыркнула Настя.
— Это для тебя он дядечка, — улыбнулся Игорь Андреевич. — А для меня парень. Я ему в отцы гожусь.
Ксюшу вновь бросило в жар. Что же это такое?!
— Всё относительно. Ты для меня ребёнок, а для какой-нибудь трёхлетней девочки — тётенька.
— Ла-адно, — протянула Настя. — Так… я заказываю пиццу или нет?
— Пиццу? — Игорь Андреевич поморщился. — Нет, спасибо, я хочу нормально поужинать, с утра на ногах, маковой росинки во рту не было. Ксения, вы рыбу едите? А то Настя у нас предпочитает непрожаренные стейки…
— Нет-нет! — испуганно вздрогнула Ксюша. — То есть, ем, да, но я пойду уже…
— Вы куда-то торопитесь?
Удивительный человек.
— Нет. Просто не хочу вам мешать.
— Ты не помешаешь! — воскликнула Настя, а Игорь Андреевич просто улыбнулся и сказал мягко, но настойчиво:
— Конечно, вы не помешаете, Ксения. Мне будет приятно, если вы поужинаете с нами. А потом мой шофёр отвезёт вас домой.
— Шофёр? — голос получился похожим на писк. — Не надо шофёра! Я сама доеду. Метро же ещё работает…
Он даже не ответил ничего, только качнул головой.
— Значит, рыбу будете? Красную или белую больше любите?
— Вы серьёзно? — выдохнула Ксюша, наблюдая за Настей, которая, напевая, доставала из холодильника упаковку с соком.
— Абсолютно серьёзно. Перестаньте смущаться уже, ведь я сам вас пригласил, а не вы навязались. Ну, так что насчёт рыбы?
«А какая дешевле — белая или красная?.. Обычно-то белая, но он же наверняка необычную будет заказывать…»