Неприкаянная

Глава вторая

Она даже не спросила, куда они будут переноситься. Порой Моргана это поражало — Каролина относилась к нему с опаской и настороженностью, но тем не менее доверяла полностью. Как котёнок, который знает, что может получить за шалость, но ему даже в голову не приходит ставить под сомнение авторитет и правоту хозяина. Противоречивые чувства, но вполне объяснимые, учитывая, кем был Морган, а кем — Каролина.

Да, девушка порой казалась ему похожей на котёнка. Безмерно милого, искреннего в своих реакциях, но способного наделать глупостей просто из-за испуга или упрямства. Собственно, она уже их и наделала — пыталась убить канцлера, но, конечно, не смогла — не та у Каролины натура. А потом ещё пыталась приворожить его к Анастасии и чуть не свела с ума, не подозревая, что нельзя привораживать тех, кто уже влюблён. Каролине повезло, что Роланд не задался после этого целью отомстить — мог бы и рассердиться на девчонку. Да и Анастасия тоже. Однако они простили Каролину и не стали никак наказывать, по-видимому считая, что ей и без них достаточно досталось.

И вот теперь Морган строил пространственный лифт, а девушка, стоя рядом с ним и цепляясь за его локоть, молчала, не интересуясь, что её ждёт там, в конце перехода. Только нервно облизывала губы, и Рид, косясь на это безотчётное движение, одёргивал себя — ещё не хватало ему заглядываться на Каролину! Красивая, конечно, девушка, но не для него.

— Крепче сжимай свой саквояж, — глухо проговорил Морган перед тем, как поставить в формулу константу перемещения, — лифты плохо переносят грузы.

— Но я ведь перенеслась сюда с саквояжем, — Каролина непонимающе посмотрела на Рида светло-голубыми, как вода в ручье, глазами.

— Ты переносилась наверняка с городской площадки для переносов, да? — уточнил Морган, и девушка кивнула. — А я сейчас строю лифт на максимально возможное расстояние. Большая разница.

Каролина схватилась за ручку своего багажа и прижала саквояж к груди, забавно сосредоточившись — будто котёнок перед прыжком за мышью.

— Ну, настолько напрягаться не нужно, — хмыкнул Морган. — Просто держи, не отпускай. Готова?

— Угу.

— Тогда… — Рид посмотрел поверх её головы на дежурного пространственного мага, что стоял рядом с площадкой и следил за тем, чтобы лифт был выстроен правильно, и кивнул мужчине. Морган отказался от его услуг по одной простой причине — хотелось размять руки, и заклинание пространственного лифта подходило для этого как нельзя лучше. — Прощайте, Локус.

— Удачи вам, айл Рид, — уважительно ответил маг, и Морган вписал в формулу константу перемещения.

Стены вспыхнули, на несколько мгновений превратившись в сплошное светлое пятно, и Рид ощутил, как рука Каролины на его локте сжалась сильнее.

Прошла секунда, вторая, третья… И, наконец, с седьмым ударом сердца стены лифта истаяли, обнажив стены незнакомой комнаты.

Это был перевалочный пункт дознавательского комитета — его координаты Моргану передал Эрнест Тад, глава свиты принцессы. Пункт был расположен в здании комитета в одном из альтакских городов. А вот следующий за ним будет уже в Альганне.

— Доброе утро, уважаемые, — поздоровался Морган, обводя глазами помещение. Трое дознавателей (пространственный маг и двое — просто дежурные) кивнули, и один из дежурных произнёс:

— Мы предупреждены о вас. Дальше вы сами или всё-таки воспользуетесь помощью нашего пространственника? Строить подряд лифты в таком количестве весьма утомительно.

— Пока сам, — ответил Морган. — Спасибо за предложение. Каролина, держись, не отпускай мою руку.

— Держусь, — ответила девушка слегка испуганно, а затем уточнила: — А нам не один лифт нужен, получается?

— Не один, — подтвердил Рид. — Пять. Или шесть, если я не дотяну последний — так бывает, когда подряд строишь. Но помолчи пока, чтобы я не ошибся.

Пространственная магия ошибок не прощала, и Морган сосредоточился на формуле. Точно так же, как в прошлый раз, попрощался с дознавателями, которые находились в комнате, и дополнил рисунок константой перемещения.

И вновь был свет на протяжении нескольких секунд, заливающий глаза, слепящий настолько, что Рид даже зажмурился. И новая комната, похожая на предыдущую, даже магов такое же количество.

Прислушавшись к себе, Морган опять отказался от пространственника. Хотел отказаться и в четвёртый раз, но дежурный дознаватель попался решительнее предыдущих. А может, получил такую инструкцию от Эрнеста — тот, зная Моргана, вполне мог предупредить, что Рид захочет проявить самостоятельность. Но как иначе? Когда без соизволения императора даже чихнуть не можешь, хватаешься за любую возможность.

— Нет, — заявил пожилой дознаватель безапелляционно. — И не спорьте, иначе мы примем меры. У нас приказ.

Значит, всё-таки Эрнест постарался.

— Ладно, — согласился Морган со вздохом. — Тогда следующий лифт пусть строит ваш специалист.

Пришлось застыть на месте и ждать, пока их обслужит молодой мальчишка — явно только что выпустился из учебного заведения. И сосредотачиваться на деле он умел плоховато — постоянно заинтересованно поглядывал на Каролину, которая стояла вцепившись в локоть Моргана и почти не дыша — боялась помешать переносу, непривычная к подобным прыжкам в пространстве.

Рид, замечая взгляды парня, чувствовал, что поневоле раздражается на него. Даже захотелось сказать что-нибудь резкое, напомнить, что пространственная магия не терпит пренебрежения, а на девушек можно полюбоваться и в другом месте, — но Морган сдержался. Судя по физиономии этого молодчика, после такого он точно ошибётся — и вместо следующего отделения комитета их с Каролиной зашвырнёт куда-нибудь в горы.

В итоге парень всё-таки не ошибся, и перенос сработал корректно. Так же, как и следующий, который оказался последним. И Морган, сходя с площадки под руку с Каролиной, облегчённо выдохнул.

Несмотря на то, что он вовсе не был рад видеть данное помещение, одно лишь осознание, что неподалёку живёт его дочь Тайра, наполняло сердце радостью.

— Где это мы? — с изумлением спросила Каролина, оглядываясь.

Морган дёрнул губой. Да, он же забыл предупредить…

— Мы находимся в главном управлении дознавательского комитета. В Грааге. Видишь ли, я не могу перенестись куда угодно — только сюда. Мне необходимо отчитаться, что я прибыл по приказу императора. Думаю, ты понимаешь почему.

— Да-а-а, — протянула Каролина ошарашенно, и Рид понял, что она испугана.

— Не бойся, — сказал он на всякий случай. — Тебя здесь никто не съест.

Девушка тут же посмотрела с возмущением и возразила — просто из чистого упрямства:

— Я вовсе не боюсь!

Ну точно — котёнок. Коготки выпустила.

— Раз не боишься, пошли, — произнёс Морган, аккуратно освобождая свой локоть из панически сжатых пальцев девушки. — Не отставай.

***

Помещение, в котором они оказались, было гораздо больше предыдущих и действительно напоминало холл какого-то учреждения. Площадок для переноса было много — штук двадцать, не меньше. И пока Каролина и Морган шли куда-то по этому залу, на этих площадках несколько раз вспыхивали и истаивали пространственные лифты.

Зря она, конечно, раньше не спросила у Моргана, куда он собирается её переносить. Но Каролине и в голову не могло прийти, что Рид потащит её в комитет. И, кстати, почему не приходило? Это же очевидно. Морган осуждён на государственную службу, поэтому сразу после прибытия обязан заявить о себе и получить новое назначение.

— А у тебя выходные бывают? — вдруг поинтересовалась Каролина, и Морган покосился на неё с иронией.

— Ты ещё про отпуск спроси, — хмыкнул он и неожиданно опустил глаза, посмотрев на руку Каролины, в которой она сжимала саквояж. — Не тащи ты никуда этот груз. Оставь здесь у стеночки. Никто не возьмёт.

— Точно? — засомневалась девушка. — Вдруг решат, что это специально подбросили…

— Если у тебя внутри нет ничего недозволенного, то не решат. Дознаватели вечно торопятся, в этом холле что только не стоит. Здесь есть дежурные, они проверят на безопасность и повесят метку. Так что ставь на пол и пошли дальше.

Каролина так и сделала, а потом спросила, неожиданно вспомнив о том, что удивило её ещё в самом начале, но о чём она забыла узнать:

— А где твои вещи, Морган?

— Ты же слышала — лифты плохо переносят грузы, — ответил мужчина невозмутимо. — Я оставил напоследок только самое необходимое, сложил в эту сумку. А остальное отправилось в Граагу на поезде ещё неделю назад.

— Значит, твои вещи уже дома?

— Дома? — рассеянно переспросил Рид. — У меня нет дома, Каролина. Тайра предлагала мне хранить свои вещи у неё, но я отказался. Так что всё здесь, в комитете.

Каролина в шоке открыла рот, но спросить что-то ещё смогла не сразу.

Нет, собираясь переноситься в Граагу, она отлично понимала, что просто не будет, — но не ожидала, что ей окажется негде перекантоваться хотя бы сутки, прежде чем она найдёт себе квартиру. Не сидеть же в дознавательском комитете?..

— А где ты… — она кашлянула, смутившись, — …спишь?

— Где придётся, там и сплю, — ответил Морган с равнодушием человека, который не хочет тратить время на бесполезные обсуждения. — Меня приговорили к государственной службе на Центральное управление охранителей в качестве штабного лекаря. В штабе я в основном и ночевал. Но бывало, что и в комитете — здесь есть где приткнуться. Сейчас и тебя пристроим.

После этих слов Морган искоса посмотрел на Каролину — и иронично улыбнулся, заметив её ошеломлённый вид.

— Ну извини, — он пожал плечами. — Ничего другого я тебе предложить не могу.

— Но почему… — Каролина набрала воздуха в грудь, словно перед прыжком в воду, и выпалила: — Почему ты не живёшь у дочери? Я думала, у тебя с ней хорошие отношения…

— С ней — да, — кивнул Морган. — Но с её мужем неоднозначные. И постоянно попадаться ему на глаза я сам не желаю.

— А муж Тайры — дознаватель?

— Точно, — Рид усмехнулся и добавил: — А если ещё точнее — главный дознаватель Альганны Гектор Дайд.

Каролина почувствовала себя так, словно её на самом деле бросили в реку, ещё и руку на голову положили, чтобы побольше воды наглоталась.

Она не сразу поняла, отчего так. И только когда они с Морганом поднялись на обычном лифте на третий этаж и оказались перед дверью в кабинет, табличка на которой гласила: «Г. Дайд», осознала, в чём дело.

Морган — отец женщины, вышедшей замуж за главного дознавателя, чрезвычайно влиятельного человека в Альганне. И тем не менее осуждён на пожизненную государственную службу. В Альтаке подобное было невозможно — родственников богатых аристократов не наказывали настолько жёстко.

Может, она зря приехала в эту страну и следовало оставаться там, где родилась и привыкла жить?..

Каролина не знала, чего она ожидала от помещения за дверью с табличкой, но явно ничего подобного.

Небольшая комната была залита ярким, почти зимним солнцем, льющимся в широкие окна, не до конца скрытые деревянными шторками. Вдоль стен были расставлены шкафы, заполненные папками с разноцветными корешками и абсолютно непонятными значками на этих корешках. Две двери, прячущиеся среди этих шкафов, — тоже с табличками, но, что на них написано, было не рассмотреть. Диван, пара кресел, журнальный столик. В углу — маленькая магическая кухня-артефакт для приготовления кофе и чая — в пекарне, где раньше работала Каролина, стояла такая же. И ближе ко входу, слева от двери — широкий и длинный стол, по-видимому предназначенный для секретаря. За ним сидела темноволосая миловидная девушка, а на самом столе лежало несколько папок, похожих на те, что стояли в шкафах.

Удивительно, но Каролина могла бы сказать, что здесь было даже уютно. Особенно учитывая стойкий, будто въевшийся в сами стены, запах кофе. Видимо, главный дознаватель любит этот напиток, раз в его приёмной так пахнет…

Не успели они с Морганом шагнуть через порог и приблизиться к секретарю, которая смотрела на них с вежливым и спокойным ожиданием, как одна из дверей — та, что была справа, напротив стола, — распахнулась и оттуда вышел самый странный из всех виденных Каролиной ранее человек. Очень высокий, даже чуть выше и так не самого низкого Моргана, худой и какой-то нескладный — он напомнил Каролине жука-палочника, изображение которого совсем недавно рассматривал Кристофер в своей книжке про насекомых. Но, если бы необычной была лишь фигура, человек не производил бы столь неизгладимого впечатления — подумаешь, худой и длинный, мало ли подобных людей? Однако его лицо казалось полностью лишённым красок — почти белые короткие волосы, прозрачные брови и ресницы, светло-голубые глаза, бледная кожа. Эффект у подобной внешности был самый отталкивающий: из-за своей бледности мужчина вызывал ассоциации с трупом. А зелёная форма, которую носили дознаватели, лишь подчёркивала его невыносимую бледность.

— Доброе утро, Морган, — произнёс незнакомец скрипучим и слегка хриплым голосом, и Каролина почувствовала, что начинает таращиться на этого человека почти неприличным образом. Надо же, ему и с голосом не повезло — неприятный тембр, режущий слух. Однако, несмотря на то, что Каролина в жизни не видела более некрасивого мужчины, он её заворожил, как змея завораживает свою жертву перед нападением.

— Доброе, Гектор, — отозвался Морган, и Каролине немедленно захотелось прижать ладонь к губам — насилу сдержалась.

Значит, вот он какой — зять Моргана… И его дочь вышла замуж за этого бесцветного?..

Тайра Рид, о которой Каролина знала совсем немногое, но удивительное, теперь представлялась ей и вовсе какой-то сказочной женщиной. Как можно было полюбить подобного мужчину? Может, он её приворожил?

В этот момент Гектор Дайд посмотрел на Каролину, и у той под его взглядом заморозились абсолютно все мысли в голове. Захотелось поёжиться — потому что человека с более пронизывающим взором Каролина ещё не встречала. Появилось ощущение, будто дознаватель вывернул её сейчас наизнанку, внимательно рассмотрел внутренности, а затем небрежно вернул всё на место.

— Здравствуйте, айла Эркур, — произнёс Дайд скрипуче, но вполне вежливо. По его лицу невозможно было понять, что он думает, — непроницаемая и холодная физиономия. — Эрнест Тад предупредил, что вы прибудете вместе с Морганом. Я могу называть вас по имени?

Рид отчего-то хмыкнул, и Каролина растерялась. Она как-то не ожидала, что главный дознаватель вообще с ней заговорит… А он ещё и такие странные вещи спрашивает…

— Д-да, — ответила Каролина, дрогнув. — Конечно, можете.

— Прекрасно, — произнёс Дайд, а затем кивнул на девушку, которая до сих пор молча сидела за секретарским столом. — Это, как вы понимаете, мой секретарь. Её зовут Кэтрин Эйс. Если у вас возникнут трудности в Альганне, обращайтесь к ней. Вы поняли меня, Каролина?

Это было не предложение и уж тем более не дружеский совет, а приказ. И в глубине души Каролина слабо возмутилась: у главного дознавателя нет права ей приказывать! Но вслух спросила лишь:

— О каких трудностях идёт речь, айл Дайд?

— Вы можете звать меня по имени, — отозвался мужчина серьёзно и уважительно. Это что, шутка такая?.. — Меня зовут Гектор. Речь идёт о любых трудностях, будь то поиск подходящего платья на вечер или снятие денег с банковского счёта. Кэт вам поможет.

Каролина не считала себя дурочкой, но сейчас ощущала себя именно непроходимой идиоткой — потому что совершенно не понимала, по какой причине чуть ли не главный человек после императора — если не считать членов семьи Альго, разумеется, — разговаривает с ней настолько доброжелательно.

— Пойдёмте в мой кабинет, — сказал между тем Дайд и развернулся, указывая на дверь, из которой недавно вышел. — Роджера я вызвал, он сейчас тоже подойдёт.

— Я правильно понимаю?.. — протянул Морган, и Гектор усмехнулся. Эта усмешка слегка изменила узкое белое лицо, сделав его более живым, но всё равно оставила пугающим.

— К сожалению, да, правильно. Твои услуги нужны второму отделу.

— Рад, что не первому, — с иронией протянул Морган, и Дайд рассмеялся. Каролина, услышав этот хриплый смех, едва не присела от неожиданности и шока — не ожидала, что главный дознаватель, когда улыбается, становится почти очаровательным. Его лицо преображалось и переставало быть пугающим, теряло маску невозмутимости — и под этой маской скрывался обычный мужчина, способный искренне и по-дружески смеяться над чужой шуткой.

— Боюсь, что, когда я расскажу тебе, в чём дело, ты перестанешь радоваться, — произнёс Дайд, кончив смеяться. Но его льдисто-голубые глаза продолжали насмешливо и задорно сверкать. — Заходите, Каролина, — сказал он, указав девушке на дверь. — Кэт, сделаешь нам чаю?

— Да, Гектор, — отозвалась секретарь полным обожания голосом, и Каролина вынуждена была признать очевидное.

Кажется, она совсем запуталась.

***

Гектор Дайд никогда и ничего не делал без причины — уж этот факт о своём зяте Морган знал очень хорошо. И раз он вместо того, чтобы просто поздороваться с Каролиной и отправить её отдыхать на ближайший диванчик, позволил называть себя по имени, а затем ещё и в кабинет пригласил, на приватную беседу с собой и главой второго отдела Роджером Финли, значит, что-то задумал. И для этого чего-то ему нужна Каролина.

Гадать, в чём тут дело, Морган не стал — до разговора это делать бессмысленно. Вот когда Гектор и Роджер выдадут хоть какую-то информацию, станет яснее, для чего им Каролина. А пока Рид просто собирался выпить чаю — секретарь Гектора, очень молодая девушка маленького роста, с мелкими чертами лица и милой улыбкой, прекрасно его заваривала. Пить после пяти пространственных лифтов хотелось просто безумно, а Каролине наверняка и поесть не помешало бы — она явно не завтракала.

— Кэт, — тихо обратился Морган к девушке перед тем, как войти в кабинет Дайда следом за Каролиной, — может, у вас есть какой-нибудь бутерброд для моей спутницы?

— Сейчас попрошу, чтобы прислали из столовой, — ответила секретарь с обезоруживающей любезностью. В отличие от многих других дознавателей, которые порой смотрели на Моргана косо из-за его своеобразного статуса — практики замены пожизненного заключения государственной службой в Альганне всё-таки практически не было, — Кэтрин обращалась с ним так, словно он был свободным человеком. В чём причина, Рид точно не знал, но подозревал, что дело в искренней любви к Гектору. Любви неромантической — Кэт обожала своего начальника, как ученик может обожать учителя, и её искреннее уважение к Дайду проецировалось и на его родственников, коим с недавних пор являлся и Морган.

С благодарностью кивнув секретарю, Рид закрыл дверь, обернулся… и едва не расхохотался.

Гектор сидел за своим столом, заваленным папками, как стройка кирпичами, и глядел на Каролину с интересом врача, на приём к которому пришёл очень любопытный с точки зрения медицины пациент. Девушка же застыла в кресле перед столом Дайда, выпрямив спину и сложив ладони на коленях, словно школьница. Впрочем, Каролина и вправду была сейчас похожа на альганнских школьников — они чаще всего носили коричневую форму, а на девушке было именно коричневое дорожное платье.

Сдержав смешок, Рид подошёл к столу Гектора и сел в другое кресло, рядом с Каролиной, оставив место напротив для Роджера Финли. И поинтересовался, с наслаждением откидываясь на мягкую спинку:

— Как Тайра?

— Отлично, — ответил Гектор, и его тонких губ коснулась ласковая улыбка. — Я бы даже сказал — прекрасно.

Да, у Дайда было множество недостатков, но Тайру он действительно любил — и за это Морган готов был простить ему всё на свете. Даже то, что Гектор когда-то арестовал его, и если бы не Тайра и император, Морган до сих пор находился бы в тюрьме.