Слишком красивая

22

Алиса

Мне было безмерно неловко. Хотя, каюсь, я и раньше подозревала, что Эдуард видит Дианины ухищрения насквозь, но не знала точно, теперь же все сомнения рассеялись.

Представляю, как он веселился!

— А ты и рад был развлечься, — съязвила я, решив, что лучшая защита — это нападение. — Если всё заранее понимал, зачем вообще пришёл? Можно было потратить полдня на что-то более полезное!

— Я и так трачу на полезное кучу времени, почему бы не потратить несколько часов на бесполезное? — легко парировал Эдуард. — И да, ты права — я развлекался. Мне было забавно, что вы так заморочились. Совершенно зря, кстати. Можно было не стараться до такой степени. Тем более что на Диане я всё равно не женюсь.

— Ну и не надо! — я поджала губы, обидевшись, что он с такой лёгкостью отказывается от моей самой лучшей в мире сестры. — Тоже мне, предел мечтаний любой женщины. Ты бы ей только об этом сказал, а то водишь её за нос.

— Я не вожу, — усмехнулся Эдуард, покосившись на меня вновь со странным выражением лица. — Я ей об этом говорил. Вполне однозначно и чётко. Но она не хочет проникаться информацией, как видишь. И тебя не слушает, да? Раз уж она и тебя не слушает, меня она тем более не воспринимает. Сама же сказала — ты всю жизнь Диану знаешь, а я — пару месяцев.

Справедливо. И тем не менее — обидно до слёз. Диана ведь влюбилась! А ему это до лампочки.

— Каждый человек — сам кузнец своего счастья, но и несчастья тоже, — пробурчала я, отворачиваясь, чтобы скрыть повлажневшие глаза. — Сам отказываешься от прекрасной девушки — значит, сам дурак.

Эдуард расхохотался.

— Дураком меня давно никто не называл, — фыркнул он, отсмеявшись. — Что называется, дураков нет, уж прости за каламбур. И смертников. Значит, ты считаешь, что я недостоин Дианы?

— Определённо, — кивнула я с непоколебимым убеждением. — И чем скорее она это поймёт, тем лучше.

Эдуард молчал. Мы уже выруливали к моему дому, поэтому я думала, что диалог закончен, но мужчина неожиданно поинтересовался с искренним любопытством:

— Как ты считаешь, Диана способна совершить что-то такое, из-за чего ты разочаруешься в ней? Какую-то подлость?

— Нет, — отреагировала я тут же. — Разумеется, нет!

— Я даже завидую твоей уверенности, — протянул Эдуард задумчиво. — Мне бы подобную уверенность хотя бы в одном близком человеке… Увы, но жизнь не раз доказывала, что даже от самых родных людей можно ждать ножа в спину.

— Неужели тебя подводили отец с матерью? — не удержалась от вопроса я, и Эдуард, к моему облегчению, покачал головой.

— Нет. Они — нет.

— Ну вот видишь!

Эдуард криво усмехнулся и, остановив машину, кивнул мне, развернувшись, чтобы посмотреть прямо в глаза.

— Всё, приехали. Можешь выходить.

— Спасибо за разрешение, — вырвалось у меня слегка насмешливое, и Эдуард вновь ни капли не обиделся, улыбнулся даже. Он вообще, кажется, совсем не обидчивый. Или это иллюзия?

— До встречи, — сказал он, когда я уже почти закрыла дверь, и я невольно сжала плечи. До какой ещё встречи? Хватит с нас встреч!

— Угу, — буркнула я в ответ. — Пока.

И хлопнула дверью.

23

Эдуард

И вновь он не знал, что думать.

Алиса выбивала Эдуарда из колеи своим поведением, колкими фразами, откровенным мнением, что он, видите ли, недостоин Дианы. Всё же, если бы она была в курсе приключений своей сестры, вела бы себя иначе. А так уже не паутина, а полнейшая глупость получается.

После этого разговора у Эдуарда осталось ещё меньше сомнений о том, что Алиса притворяется. У любого притворства должна быть цель. Алиса же вела себя так, словно у неё никакой цели не было. Она просто считала Диану идеальной, а Эдуарда — неподходящей парой для её прекрасной сестры. И тем не менее всё равно обиделась, когда он заявил, что не собирается жениться.

Забавно, но эта реакция Алисы была чем-то похожа на неприятные ощущения в груди у него самого, когда она решительно заявила: «Сам дурак». Только Алиса обиделась за Диану, а Эдуард — за себя.

Хотя в чём-то он мог согласиться с этой девушкой. Конечно, не в этом — Диана ни при каких обстоятельствах не сможет стать для него хорошей партией, даже если не брать во внимание тот факт, что Эдуард в принципе не собирался жениться. Но вот в сегодняшней авантюре, когда он сорвался с работы, желая проверить собственную теорию насчёт Алисы, — точно дурак. Стоило это того? Вообще зачем заморачиваться, какая разница, притворяется она или нет?

Но, видимо, разница была — Эдуард никак не мог перестать об этом думать и рассуждать, знает Алиса о сущности своей сестры или не знает. Вот и решил, что хватит мучиться — надо понять всё точно. Даже план разработал с лопнувшим колесом и придумал, что скажет Алисе.

Он оставил два «крючка» — и теперь реакция девушки на них подскажет ему со стопроцентной точностью, обманывает она Диану, а заодно и его, или нет. Один пока не сработал, точнее, сработал в обратную сторону — намёки Эдуарда на то, что Алиса может ему понравиться и поэтому Диана попросила её надеть дурацкое платье, остались без реакции. Точнее, реакция была, но не та. Алиса, вместо того, чтобы смутиться и пойти в деликатную атаку — от осознания, что способна занять место сестры, — начала защищать Диану. Безапелляционно, не сомневаясь, жёстко и непримиримо. Так, как когда-то Эдуарда защищали мать и отец, когда он случайно убил любовника своей невесты.

Второй «крючок» был менее очевидным. Эдуард попросил Алису ничего не рассказывать Диане о сегодняшней встрече, и если она не послушается — значит, в её поведении действительно нет ничего неискреннего. А вот если скроет — значит, ведёт какую-то свою игру. Это очевидно: девушка, которая так защищает сестру, не станет утаивать от неё факт случайной встречи. Она ведь уверена, что Диана не станет ревновать. Так смысл притворяться? Если вдруг правда выплывет наружу, сестре будет неприятно, она начнёт сомневаться, что ей не врут ещё и во всём остальном. Конечно, лучше сразу сказать правду.

Но всё это — только в том случае, если Алиса не притворяется. В чём Эдуард уже почти не сомневался. Нет, он ещё продолжал цепляться за своё предубеждение о женщинах, которые просто не могут быть такими, как Алиса, но уже начинал осознавать, что в этот раз он, наверное, ошибся.

В любом случае сейчас не место и не время вновь погружаться в рассуждения. И так потратил несколько часов, отлучившись из офиса непонятно зачем, — пора возвращаться и работать.

24

Алиса

Когда я пришла домой, меня слегка потряхивало от пережитого стресса.

Ох уж этот Эдуард… С одной стороны, обаятельный и харизматичный, он мне нравился и был интересен. Я бы не отказалась познакомиться с ним поближе — конечно, только в платоническом ключе, расстраивать Диану собственным интересом к её мужчине я не желала. Увы, любое более близкое знакомство для меня наверняка чревато — я чувствовала, как балансирую между простой симпатией, чувственным наваждением, и искренней, глубокой влюблённостью. Нет, этого нельзя допустить! Для Дианы подобное станет слишком большим ударом.

Но, с другой стороны, Эдуард меня во многом и бесил. Возможно, только из-за этого я ещё и держалась в пределах собственных разумных рассуждений о недопустимости чувств к этому мужчине. Его уверенность, точнее, даже самоуверенность, его пренебрежение по отношению к Диане — вообще непростительная вещь! — и абсолютная властность, убеждённость в том, что всё будет так, как он хочет, — да, раздражали. Мне порой нестерпимо хотелось щёлкнуть его по носу — естественно, в переносном смысле, — чтобы понял: Эдуард Акопян не король мира. И не центр Вселенной. Предполагаю, что он это и сам понимает, но по поведению порой и не скажешь!

Позвонить Диане и пожаловаться на её гипотетического жениха я не могла — днём сестра просила не звонить, аргументируя это своеобразностью своей работы. Более того, она давно приучила нас не звонить ей в принципе — мы всегда ждали, когда Диана позвонит сама. Но это никого особенно не напрягало, ведь звонила сестра каждый день, иногда даже по два раза. Что поделать — такая вот работа. Врачи, спасатели и военные тоже не всегда имеют возможность отвечать на звонки, некоторые ещё и без связи неделями. Так что нам ещё повезло.

Поэтому я терпеливо ждала вечера и возможности поговорить с Дианой. Разумеется, я не собиралась делать так, как просил Эдуард, и скрывать от сестры то, что произошло сегодня днём. Хотя и не сомневалась, что ей будет не слишком приятно всё это слышать. Но что поделать? Врать в данном случае ещё хуже.

Диана позвонила незадолго до ужина, когда мы все пришли домой, но пока не садились за стол. Сначала недолго поговорила с мамой и отцом, а потом уж набрала меня. Я, буркнув, что отлучусь на пять минут, скрылась в нашей с Евой комнате и прикрыла дверь — не хотела, чтобы кто-то ещё знал содержимое моего разговора с Дианой.

— Алис, что-то случилось? — поинтересовалась сестра с тревогой. — У тебя какой-то напряжённый голос.

Конечно, она почувствовала неладное. Диана всегда чувствовала, если я из-за чего-то расстраивалась. Можно было и не пытаться притворяться — она ощущала моё настроение даже на расстоянии, находясь в Англии.

— Я вот как раз хочу тебе рассказать о том, что сегодня со мной приключилось. В общем… когда я вышла из детского сада, недалеко от калитки стоял Эдуард.

— Не поняла, — пробормотала сестра после недолгой паузы. — А кто его пустил на территорию?

— Да не на территории! Снаружи, на обочине дороги, где у нас машины паркуются. Стоял менял колесо.

— О-о, — протянула Диана с удивлением. — Какое… странное совпадение.

Вот! А Эдуард ещё думал, что сестра будет ревновать. Глупости!

— Угу. Он ехал куда-то по делам, у него что-то там сломалось или лопнуло. В общем, он меня до дома потом подбросил. Я решила тебе рассказать, хотя он просил этого не делать — думает, что ты будешь ревновать, представляешь? Он совсем тебя не знает, похоже.

— Ну, мы с ним ведь знакомы-то всего ничего, чуть больше полугода, — слегка напряжённо рассмеялась Диана. — Конечно, он знает меня гораздо хуже тебя, папы или мамы. Думаю, даже Ева даст Эдуарду сто очков вперёд в этом деле. А о чём вы говорили?

— О всяких глупостях. Спорили о том, что ты не будешь ревновать, — фыркнула я. — Он же попросил не рассказывать, сказал про ревность, и я принялась убеждать его, что ничего подобного не случится.

— Ясно.

— Ди… — Я вздохнула и поморщилась: огорчать сестру не хотелось. — Милая, Эдуард мне вполне откровенно и решительно сказал, что не собирается на тебе жениться. Прости, что расстраиваю…

— Ты меня не расстраиваешь, — перебила меня Диана. — Я знаю, он говорил. Но, Алис, людям свойственно менять решения.

— Эдуарду тоже? — иронично протянула я. — Он непохож на человека, у которого семь пятниц на неделе.

— Насчёт семи пятниц ты права, разумеется, — я слышала в голосе сестры улыбку. — Но мне и не нужно столько. Мне нужно просто немного времени, чтобы доказать ему свою любовь и верность. Не волнуйся за меня, Алис. Я знаю, что сейчас он настроен… скажем так — скептически. Но вода камень точит.

С этим было сложно поспорить.

— Кроме того, ты же знаешь, что я сама не менее упрямая, чем Эдуард…

— Это да, — признала я со смешком. — Упрямая, но умная и находчивая. Самая лучшая вообще. И я всё ещё надеюсь, что ты поймёшь то, что вижу я, — ну не достоин он тебя!

— Послушать тебя, меня вообще никто не достоин, — хмыкнула Диана.

— Скорее всего.

— Ой, всё, — откровенно рассмеялась сестра. — Пойду корону почищу, что ли. А то встречу ненароком принца или короля — а корона не чищена!

Мы ещё немного похихикали над этой старой шуткой, а потом мирно попрощались.

Вот так, Эдик. А ты говорил — Диана ревновать будет и прочие страсти. Нет уж!

Скорее бы сестрёнка разочаровалась в своём миллионере и нашла кого-нибудь другого. Того, кто не будет подозревать её во всех грехах мира и чьё расположение не придётся завоёвывать всякими сомнительными методами.

25

Диана

Положив трубку, Диана поморщилась и потёрла ладонью лоб, оглядываясь — всё то время, что она говорила с Алисой, стоя посреди огромной и шикарной ванной Эдуарда, ей чудилось, будто их разговор подслушивают. И не кто-нибудь, а сам Эдуард. Вероятность такая, разумеется, была — Диана понимала, что в её телефон почти наверняка встроена какая-нибудь следилка. Просто в целях безопасности. Но скандалить по этому поводу и уж тем более удалять программу Диана не собиралась — не дура. Пусть будет. Всё равно Эдуард не услышит ничего нового, а если она станет возмущаться, заработает себе минус сотню очков. Вот уж чего Эд не любит, так это непослушания.

Значит, Алиса решила, будто её встреча с Эдуардом — случайность… Нет, Диана не была столь наивной. Она прекрасно понимала, что вероятность случайности данного события близится к нулю. Но если это не случайность, значит…

А что это значит, по правде говоря?

Эдуард заинтересовался Алисой как женщиной? Диана даже улыбнулась — ерунда, быть того не может. Она давно тщательно изучила фотографии всех, с кем встречался Эдуард последние несколько лет своей жизни, — все девушки были холёные, ухоженные и восхитительно красивые. Блондинки, рыженькие, брюнетки, шатенки… Разные, но во многом похожие, потому что эксплуатировали два образа: либо роковой красавицы, либо ангельской красотки. Диана была ближе ко второму варианту. А Алиса выбивалась из этого ряда, как выбивалась бы дворняжка рядом с породистыми собаками.

Значит, причина интереса Эдуарда состоит в чём-то ином. Но в чём? Диане ничего не приходило в голову. Совсем ничего. Это и пугало. Вдруг она ошибается и Эдуард всё-таки клюнул на Алису? Тем более что у неё есть качества, которые несомненно должны его привлекать. Она честная, искренняя и верная. По сути, Эдуарду именно такая женщина и нужна, и Диана собиралась постепенно убедить его в том, что она подходит под все эти определения. Но он пока не мог простить ей старые ошибки…

Диана закусила губу и обвела глазами интерьер. Как же ей тут нравилось! И как же хотелось поселиться в этой квартире навечно, а не прибегать, будто собачонка по зову хозяина. Сегодня нужна, завтра — нет. Раньше Диана из-за подобных вещей не заморачивалась, но с Эдуардом всё иначе. Хотелось, чтобы он увидел в ней человека, а не просто куклу. Чтобы любил, а не только использовал. Реально ли это? И не сделала ли Диана ошибку, решив, что её семья, в том числе простушка-дурнушка Алиса, помогут ей создать необходимое впечатление?

В любом случае, что бы ни было в голове у Эдуарда — дёргаться нельзя. Чревато отставкой. Лучше затаиться.

И изо всех сил поддерживать тот образ, в который искренне и беззаветно верила Алиса.

26

Эдуард

Что ж, вот всё и встало на свои места.

Никакой игры. Всё прозрачно. Алиса действительно верила в то, что говорила, и была искренна и с ним, и с Дианой.

Но вместо того, чтобы успокоиться — загадка-то решена! — Эдуард почувствовал досаду. Нет, он не был разочарован тем, что Алиса оказалась хорошим человеком, и даже рад этому.

Просто теперь ему было обидно, что она не знала правду. И поддерживала Диану, которая водила за нос всю свою семью. Считала сестрицу безгрешной и на основании этого делала вывод, что Эдуард ей не подходит. Подумать только! Он никого не обманывал, зарабатывал честным трудом — и вдруг не подходит какой-то…

Хотелось раскрыть Алисе глаза. И в то же время — не хотелось. Потому что ей будет неприятно и больно, а причинять боль девушкам Эдуард не любил. Нет всё-таки в подобном поведении ничего благородного. Несмотря на то, что он вроде как всего лишь скажет правду. Его же никто не просил её рассказывать? Значит, и воспримут с откровенным негативом. Да и не поверит Алиса ничему без доказательств, а предоставлять ей доказательства — дело, мягко говоря, неприятное.

Неподалёку щёлкнула дверь — это Диана вышла из ванной. Эдуард дождался, когда она дойдёт до спальни, и спокойно сказал, как только девушка шагнула за порог:

— Завтра можешь оставаться у себя.

Диана горестно вздохнула.

— Ты уверен?

— Я всегда уверен, — резковато ответил Эдуард. — Ты же знаешь: мы встречаемся не чаще трёх раз в неделю. Пока достаточно.

Она помолчала, а затем робко спросила:

— Значит, не только завтра?

— Скорее всего, да. Но я сообщу тебе дополнительно.

Диана была в курсе, что эту квартиру Эдуард держит исключительно для встреч с девушками. По-настоящему обитал он в другом месте — там, где жили его собаки. В дни, когда он отсутствовал, с ними гуляла домработница, но завтра Эдуард планировал заменить её. Хотелось проветрить мозги. Да и отдохнуть от Дианы тоже было нужно. Несмотря на то, что она чаще всего вела себя деликатно, Эдуард уставал и от неё.

— Хорошо, Эд, — покладисто согласилась девушка и, подойдя к постели, на которой он сидел, по привычке любуясь на вечерний город, опустилась рядом. Осторожно прижалась и нежно поцеловала в плечо. — Я сделаю, как ты хочешь.

— Иногда любопытно, до каких пределов доходит твоя послушность, — хмыкнул Эдуард. — Если я, например, захочу устроить групповуху, ты согласишься?

— Ты не захочешь, — улыбнулась Диана, не испугавшись. Да, умная девушка. И на понты её так просто не возьмёшь. — Ты не любишь это всё, Эд, я знаю.

— А если бы любил, ты бы со мной не связалась?

— Если бы любил, я бы не полюбила тебя, — ответила Диана ласково и опустила голову Эдуарду на плечо. — Любят же не просто так, а за что-то.

— Разве?

— Конечно. Влюбиться можно просто так, во внешность, в придуманный образ. Но потом, узнав человека, непременно разочаруешься.

— Поэтому ты и не рассказываешь Алисе правду? Чтобы не разочаровалась? — уколол Диану Эдуард. Он сам не мог понять, отчего тот факт, что Диана притворялась перед сестрой, настолько его задевает. Должно быть всё равно, разве нет?

— Не поэтому, — покачала головой девушка, сверкнув упрямо-отчаянным взглядом. — Я люблю её и не желаю огорчать. Зачем ей эта информация? Она только будет переживать. Но, Эд, если ты думаешь, что Алиса отвернётся от меня, то ты ошибаешься. Это просто невозможно. Мы же сёстры, и это навсегда.

Диана была права, и Эдуард понимал это. Но понимание вызывало досаду.

Как будто обманывали не Алису, а его самого. Абсурд…

— Да и не актуально уже всё то, что ты знаешь обо мне, — продолжала между тем Диана. — Я ведь говорила тебе, что больше не собираюсь…

— Говорила, — перебил её Эдуард, не желая больше разговаривать на эту тему. Просто взял Диану за плечи и опустил девушку на постель. — Но давай лучше займёмся наконец делом и не будем переливать из пустого в порожнее…

Но даже секс его сегодня не успокоил.

Да что с ним такое-то?..

27

Алиса

До конца рабочей недели я жила более-менее спокойно. С Эдуардом больше не пересекалась, каждый день разговаривала с Дианой преимущественно об отвлечённых вещах — её гипотетического мужа мы не обсуждали, — работала, из-за хорошей погоды проводя с детьми много времени на улице, по вечерам учила читать Еву — в общем, жизнь шла своим чередом, и в этой череде совершенно не было места какому-то там миллионеру.

Но в пятницу мой покой нарушили. Хотя покой был весьма относительный — я отлично понимала, что, пока Диана не простилась со своей мечтой, мне ещё придётся столкнуться с Эдуардом так или иначе. Я ни капли не верила в то, что он передумает и женится на ней, поэтому просто ждала, когда Диана поймёт: ловить журавля в небе — бессмысленное занятие.

— Я полчаса назад говорил с Дианой, — сообщил папа за ужином, уплетая за обе щёки картофельную запеканку с мясом, которую мы приготовили вместе с Евой. Она, кстати, ходила в мой детский сад, но в другую группу, и я порой забирала её пораньше, но не всегда. Я часто работала во вторую смену, но даже если в первую — мне хотелось иметь и личное время, а не бесконечно приглядывать за детьми. — Предложил ей устроить завтра пикник с шашлыком. Погоду обещают подходящую — тепло, но не жарко. Самое то, чтобы сходить в парк.

— Отличная идея! — ответила я, мы с Евой переглянулись: обе любили пикники на природе. — У нас как раз индейка в холодильнике пропадает. Сейчас сделаю шашлык на завтра.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.