Бракованная Запрет на чувства

- Ты готова?- в мою спальню входит Алевтина Васильевна, моя опекунша. Она хорошо выглядит.- Миша придёт минут через пять. Как полагает отцу, передаст тебя в руки жениха.

Коротко улыбаюсь ей, и возвращаю взгляд к зеркалу. Чувствую, как изнутри поднимается паника, и начинаю глубоко дышать, как и говорит мой психиатр. Пытаюсь сдержать её, заблокировать, но это крайне сложно сделать.

Не хочу замуж за этого человека. Не хочу быть женой того, кого я почти не знаю. Но я должна. Я должна, потому что Михаил Степанович так решил. Эта семья сделала для меня слишком много, и я буду обязана им до конца своей жизни.

Пальцы рук начинает покалывать, а тело обдаёт жаром.

Дыши. Медленно и глубоко. И всё это пройдёт. Тревожность испытывают все, тем более в такой день.

Это мне внушал доктор на вчерашнем приёме. Опекуны знали, что легко мне не дастся эта свадьба в любом случае, поэтому настоятельно рекомендовали, посетить психолога и психиатра. Я была непротив, даже наоборот. Высказав им свои переживания, мне стало легче.

- Милая,- Алевтина Васильевна оказывается рядом, и кладёт ладонь на моё плечо.- Ты неважно себя чувствуешь?

- Я…- запинаюсь, но тут же беру себя в руки. Я должна это сделать.- Всё в порядке.

- Уверенна?- взволнованно смотрит на меня.- Может быть, ты хочешь поговорить?

- Нет,- сглатываю ком в горле.- Я готова.

- Ну хорошо,- Алевтина Васильевна разворачивается, и выходит из спальни.

Возвращаю взгляд к своему отражению, но тут же, снова поворачиваюсь к двери, потому что она открывается, и на пороге появляется Глеб. Он быстро оказывается рядом, и хватает меня за руку.

- Идём скорее,- тянет меня к выходу.- У нас немного времени.

- Нет!- вырываю ладонь, и судорожно качаю головой.- Нет! Я не пойду! Я не могу! Мы не можем…- чувствую, как меня накрывает истерика.

Голова начинает кружиться настолько сильно, что мне приходится опереться о комод.

- Эй-эй, любимая,- Глеб обнимает меня за плечи, и по всему телу проходит волна жара.- Я с тобой,- прижимает меня к себе, и я понимаю, что хочу быть с ним больше всего на свете… Но не могу.- Успокойся, и идём нахрен из этого дурдома!

- Мы не можем, Глеб,- отстраняюсь от парня.- Нас убьют… Прости, но ты должен уйти и забыть меня.

- Я не позволю тебе этого сделать!- цедит сквозь сцепленные зубы. Я вижу, что он на грани срыва, но помочь не могу. Не в этот раз.- Ты не выйдешь замуж за Личёва!

- Выйду!- отвечаю с уверенностью.- А теперь – прощай…

Прохожу мимо него к выходу из спальни, и Глеб уже готов схватить меня за руку, только вот в комнате появляется его отец.

- Что ты здесь делаешь?- холодно спрашивает сына.

- Решил поздравить Ларису,- разгневанно отвечает, быстро покидая комнату.

- Всё в порядке?- интересуется Михаил Степанович.- Ты готова?- подставляет локоть, и я беру его под руку, коротко кивая головой.

Готова ли я? – Нет, не готова.

Истерично разреветься на этом же месте – вот, к чему я готова. Но мы не можем поступить так, как хочет Глеб. Мы не можем просто сбежать, потому что на кону не только наши жизни, но и жизни родителей и братьев Глеба.

Личёв Владимир – слишком опасный человек. Ему лучше не переходить дорогу. И если Михаил Степанович выбрал его, для роли моего мужа – значит я должна идти до конца. Должна сделать то, чего ждёт от меня семья. И плевать на чувства.

Я словно в тумане. Не осознаю того, что происходит… Или мой мозг просто отказывается это принимать.

Михаил Степанович проводит меня к жениху, через огромное количество гостей. Все улыбаются, и кричат. Поздравления и пожелания сыплются со всех сторон. Но я словно в тумане. Чернота всё сильнее сгущается вокруг меня, и кажется я вот-вот упаду в обморок.

Перед глазами становится совсем темно. Думаю, что я окончательно сошла с ума, но крики вокруг говорят о том, что это происходит не только со мной.

- Что со светом?

- Ничего не видно!!!

- Что происходит???

Оглядываюсь по сторонам, но действительно не видно вообще ничего. Резко кто-то дёргает меня за руку, и я кричу. Кричу изо всех сил, которые только остались. Очень страшно. Снова. Как когда-то давно.

- Лариса!- слышу взволнованный голос Михаила Степановича.- Дочка! Где ты???

- Я…- пытаюсь ответить, но не успеваю.

К моему лицу прижимают мягкую ткань, которая пропитана какой-то гадостью. Отвратительный запах и приступ тошноты – последнее, что ощущаю, прежде чем потерять сознание.

Глава 1

Семь лет назад.

Мужские крики, выстрелы и грохот, заставляют меня зажаться в углу. Не знаю, что это. Ведь я не могу покидать свою комнату. Но даже если бы могла, всё равно не пошла бы.

Страх сковывает. Но я привыкла бояться. Это чувство уже часть меня, так же, как и боль.

- Сука!!!- слышу грубый мужской голос.- Где бумаги?!?

- Ничего не скажу!!!- доноситься истеричный голос папы.- Ничего вы от меня не добьетесь!- он начинает громко хохотать. Кажется, у него очередной приступ.- Хрен вам!!!

Снова звук выстрела, от которого я дёргаюсь на месте.

Прижимаю колени к груди, накрываю уши ладонями, и зажмуриваю глаза. Начинаю раскачиваться на одном месте, чтобы забыться. Не слышать того, что происходит за дверью.

Один, два, три, четыре, пять…

Мысленно начинаю счёт. Мама всегда говорила, что это помогает успокоиться, когда страшно. Когда, испытываешь боль. Ей помогало, пока она не оставила меня наедине с папой. Пока он не убил её.

Теперь, это помогает мне. Каждый раз, когда он избивает меня, оставляя шрамы на моём теле, я считаю. Считаю до ста. И если счёт кончается, то я начинаю заново. И так до тех пор, пока не перестаю чувствовать.

Дверь в мою комнату открывается, и даже не смотря на зажатые уши, я слышу шаги рядом с собой. Не открываю глаз. Лишь сильнее начинаю раскачиваться.

Двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять…

- Эй,- мужчина одёргивает мои руки, и я широко распахиваю глаза.- Что ты здесь делаешь?

Он осматривает мои ноги, которые покрыты синяками. Поворачивает моё лицо за подбородок, разглядывая ссадины.

- Кто это с тобой сделал?- хмурится, ожидая ответа, но я молчу.

Папа говорил, чтобы я ни с кем не разговаривала. Никому ничего не говорила. Вокруг много опасностей, и даже одно слово может принести смерть. Молчать, вот что нужно делать, чтобы продлить жизнь.

- Ты меня понимаешь?- снова задаёт вопрос, но я даже не шевелюсь, продолжая смотреть на этого мужчину.- Мих!- кричит, немного повернув голову к двери.- Здесь девочка!

- Какая девочка?- слышу приближающийся голос, ещё одного мужчины.

- Подросток,- напряжённо отвечает.- И она в плохом состоянии…

Пятьдесят девять, шестьдесят, шестьдесят один…

- Матерь божья,- оглядывает меня второй.- Это его дочь,- напряжённо проводит ладонью по лицу.- Я знал, что он истязал жену, чем довёл её до крышки гроба. Но дочь… Берём её с собой.

- Что ты собираешься делать?

- Помочь этой несчастной девочке,- протягивает мне руку, но я так и не шевелюсь.- Ладно,- подхватывает меня на руки, и выносит из дома. Обращается к своим людям.- Разберитесь здесь со всем.

Девяносто восемь, девяносто девять, сто.

Мужчина сажает меня на заднее сидение большой машины, и садиться рядом. Блокирует двери. Но я ведь и не попытаюсь бежать, моё тело мне не поддаётся. Может даже лучше, если я умру сегодня? Мои мучения закончатся… И я буду рядом с мамочкой.

- Девочка,- тихо произносит мужчина.- Ты понимаешь меня? Понимаешь, что происходит?- продолжаю смотреть в одну точку перед собой, не реагируя на его слова.- Чёрт…

Машина отъезжает от моего дома. Едет куда-то вперёд, и выезжает на дорогу. Всё это я когда-то видела. Улицы, дома… Но за несколько лет, всё очень сильно изменилось.

Когда машина останавливается, я вижу перед собой огромный, трёхэтажный особняк.

Мужчина снова берёт меня на руки, и несёт к входу в дом.

Один, два, три…

Что происходит? Куда меня привезли?

Он поднимается по лестнице, на самый последний этаж. Мы оказываемся в просторной гостиной, где он опускает меня на диван.

- Аля!- кричит мужчина.- Аля милая, подойди!

Через пару секунд, слышны торопливые шаги, после чего перед нами предстает женщина. Она красива и ухожена. А ещё, она кажется мне доброй. Её глаза, похожи на мамины.

- Что случилось?- бросает взгляд на меня.- Боже, что с этой девочкой?

- Я рассказывал тебе о Диброве,- отвечает ей.- Это его дочь,- делаю вид, что не слушаю их.- Она не говорит. Я даже не уверен, что она понимает что-то. Но мы должны ей помочь.

- Бедный ребёнок,- женщина оказывается рядом, и кладёт ладонь на мою щёку.- Боже, сколько тебе пришлось вынести…- поворачивается к мужчине.- Дибров?

- Его больше нет,- кивает мужчина.- Займёшься девочкой?

- Конечно,- быстро отвечает, и поворачивается ко мне.- Милая, меня зовут Алевтина Васильевна. Ты поживёшь у нас. Не бойся,- добродушно улыбается.- Тебя никто не обидит. У тебя будет своя комната,- смотрю на женщину неотрывно.- Немного позже, я познакомлю тебя со своими сыновьями. Но сейчас, тебе нужно помыться, сможешь встать?

Не знаю почему, но она располагает к себе, и я поднимаюсь на ноги.

- Умница,- радостно произносит женщина, и берёт меня за руку.- Пойдём.

Она проводит меня в уборную, наливает горячую ванну, и я послушно забираюсь в неё. Следующие пол часа, женщина помогает мне намыться, и ужасается видом моего тела. Шрамы и ссадины, синяки и побои не оставляют женщину равнодушной. Я вижу, как она сдерживает слёзы, пытаясь выглядеть эмоционально сильной.

Тело начинает дышать, после принятия ванны. Давно я не чувствовала себя так хорошо.

- Всё новое,- Алевтина Васильевна приносит нижнее бельё, и одежду.- Штаны и футболка могут быть немного велики, но скоро мы купим тебе одежду по твоему размеру.

Смотрю в зеркало, и не понимаю, я ли это… Выгляжу совсем иначе. Разве что ссадины те же.

Женщина проводит меня в какую-то комнату, большую и уютную.

- Ты будешь жить здесь.

Оглядываюсь по сторонам, и не могу поверить, что это моя комната. Никогда у меня не было ничего подобного.

- Никому не верь,- эхом в ушах отдаются слова папы.- Люди – это враги. Они всегда хотят причинить нам вред. Молчи, и не доверяй никому.

Тело снова сковывает страх. Что если он прав, и эта женщина не такая хорошая, какой пытается казаться? Нет. Нельзя никому доверять.

- Привет,- в комнату заходит какой-то парень. Следом за ним ещё трое.- Я Саша.

- Это мои сыновья,- с улыбкой произносит Алевтина Васильевна.- Саша и Виктор уже взрослые, а вот Глеб и Никита немного старше тебя. Вы вполне можете подружиться.

Смотрю на этих четырёх парней. Кажется, родители их очень любят. Они выглядят весёлыми и жизнерадостными.

- Теперь, ты наша сестра,- кладёт руку на моё плечо самый младший.- Лариса, верно?- растерянно поворачиваюсь к нему, но ничего не отвечаю.- Я Глеб. Думаю, мы подружимся

Наше время.

Сразу после ухода преподавателя, я провалилась в сон.

Опекуны смогли обеспечить мне домашнее обучение. Начиная со школьной программы, и заканчивая университетской. Ведь я не могу находиться в обществе десятков студентов. Меня часто накрывает тревожное чувство, которое перерастает в паническую атаку.

Иногда у меня получается держать эмоции под контролем, но только не там, где скапливается большое количество людей, или в замкнутом пространстве. Для меня, это подобно катастрофе.

Поэтому, преподаватели приходят обучать меня на дому. Это стоит огромных денежных средств моим опекунам, но ещё ни разу они не дали мне почувствовать себя обузой.

Наоборот. Мне кажется, что я попала в эту семью не случайно. Что господь наградил меня этими людьми, за все мои страдания.

- Ну что же ты, какой неуклюжий???- просыпаюсь от громкого крика Кати из гостиной.- Что прикажешь с этим делать???

- Мам, прости,- виновато отвечает Максим.- Вызовем горничную…

- Слишком тебя избаловали в этом доме!

Катя – это жена старшего сына Валовых, а Максим их сын. Эта женщина никогда не отличалась добротой. Не знаю, что Виктор в ней нашёл, но мне кажется она родила ребёнка только для того, чтобы жить в роскоши. Никогда не видела, чтобы она была хоть с кем-то ласковой.

Выхожу из комнаты, и моим глазам тут же предстаёт Максим, который пытается оттереть красное пятно с белоснежного ковра. Над ним стоит рассерженная Катя, и контролирует этот процесс.

- Ты же прекрасно понимаешь,- обращаюсь к женщине.- Что он в любом случае не сможет это сделать,- опускаюсь на корточки рядом с Максом, и забираю у него тряпку.- Иди,- целую его в щёку.- Я отчищу.

- Спасибо,- довольно обнимает меня, быстро подскакивает на ноги и исчезает в своей комнате.

- Тебя вообще кто-то суёт???- рассерженно кричит Катя.- Почему ты лезешь в мои отношения с сыном???

- Мне не сложно убрать,- отвечаю, не поворачивая головы.- А Максим, только просто так просидит. Почему ты такая жестокая?

- Я жестокая?- возмущённо переспрашивает, и не успевает больше ничего сказать, потому что в гостиной появляется Алевтина Васильевна.

- Где соус? Я попросила Макса поставить его на стол.

- Соус впитал ковёр,- недовольно выплёвывает Катя.- Который сейчас оттирает ваша…- не договаривает, словно целенаправленно пытается меня оскорбить.

- Ничего не понимаю,- недоверчиво смотрит на свою сноху, и поворачивается ко мне.- Лариса, может ты мне объяснишь, что происходит?

- Насколько я поняла,- поднимаю голову.- Максим уронил соус, и Катя заставила его отмывать ковёр, прекрасно зная, что ребёнку в принципе не справиться с этой задачей.

- Да, и эта ненормальная,- взбешенно отвечает.- Решила, что может баловать моего сына! Он должен понимать, что за свои поступки нужно отвечать, и исправлять свои оплошности! А с такими вот тётями,- презрительно кивает в мою сторону.- Он вырастет неприспособленным к самостоятельной жизни.

- Катюша,- вздыхает Алевтина Васильевна.- Ты преувеличиваешь. Максим растёт вполне способным мальчиком, ты к нему слишком строга.

- Я приуменьшаю, Алевтина Васильевна!- гордо вскинув подбородок, Катя разворачивается и уходит из гостиной.

- Сложная девушка,- качает головой женщина. Её телефон начинает звонить, и она отвечает на вызов.- Алло… Так быстро???- удивляется.- Да. Хорошо,- сбрасывает вызов.- Всё-таки не нужно было давать кухарке выходной,- проговаривает, словно сама себе. Переводит на меня растерянный взгляд.- Ларис, ты поможешь мне?

- С чем?- заканчиваю оттирать пятно, и поднимаюсь на ноги.

- С обедом,- вижу отчаяние в её глазах.- Я думала, что у меня будет больше времени. Но они уже едут!

- Кто едет?- хмурюсь, не понимая о чём идёт речь.

- Сегодня же Глеб возвращается,- отвечает в недоумении.- Ты что, забыла? Звонил Саша, он забрал Глеба с аэропорта, и сейчас они едут домой. Будут минут через сорок?

- Сегодня пятница???- как я могла забыть? Чёрт! С моей памятью явно происходит что-то ненормальное.

- Да, и они скоро будут здесь.

- Блин,- задумываюсь, но быстро беру себя в руки.- Конечно, я помогу. Только дайте мне десять минут, чтобы привести себя в порядок… Я только проснулась.

- Конечно,- с улыбкой отвечает женщина.- Я буду на кухне.

Возвращаюсь в свою комнату, беру чистое бельё, и бегу в душ.

Как я вообще могла забыть, что Глеб возвращается сегодня? Я ждала этого дня с замиранием сердца. И каким-то невероятным способом, этот момент просто вылетел из моей головы.

Мы не виделись целых четыре года. С тех пор, как он уехал учиться в Нью-Йорк. Несколько раз он прилетал на каникулы, но встретиться нам просто не удавалось. Потому что, именно в эти дни я ложилась в клинику на реабилитацию. Проходила обследование.

Мы даже не созванивались. Не понимаю, как это вышло, ведь раньше мы были очень близки. Ближе, чем с кем-либо в этой семье.

Ходили в парки, играли в видеоигры. Мы очень много времени проводили вместе. Но потом он уехал, и наша связь оборвалась.

Его учёба закончилась полгода назад, но он задержался в Нью-Йорке. Решил провести там время… Возможно, это связано с его возлюбленной, или ещё с чем-то. Никто не задавал вопросов. Правда Алевтина Васильевна была недовольно этой новостью.

Я с нетерпением ждала его возвращения. Узнает ли он меня? Мы снова будем так же близки? Или может быть, он не захочет со мной даже общаться? Так много вопросов… Но ответы на них, я получу уже совсем скоро.

Выхожу из душа, надеваю джинсы и свитер, и следую на кухню, чтобы помочь Алевтине Васильевне.

Глава 2

- Господи!- восклицает Алевтина Васильевна.- Ничего не успели! Они уже вернулись! А у нас конь не валялся!

- Успокойтесь,- обнимаю её за плечи.- Мы всё успели. Стол накрыт, остались только нарезки, и я прекрасно справлюсь с этой задачей сама,- улыбаюсь женщине.- Идите, встречайте сына,- киваю в сторону гостиной.

- Спасибо милая,- кладёт ладонь на мою руку, и несильно сжимает её.- Ты очень добра.

- Идите,- повторяю, и тихонько подталкиваю её к выходу.

Женщина стирает одинокую слезу, скатившуюся из глаз, и выходит с кухни.

Достаю из холодильника, заранее подготовленные закуски, несколько видов колбас и сыров. Принимаюсь всё это нарезать и выкладывать на тарелки.

Слышу из гостиной приглушённые голоса, радостные крики Макса, и довольные фразы братьев Глеба. На лице самопроизвольно появляется улыбка. Я рада возвращению Глеба не меньше, чем все они. Но, дождусь своей очереди, чтобы поздравить его с возвращением домой.

Заканчиваю с нарезками, когда слышу, как Алевтина Васильевна обращается к сыну.

- Глеб, сынок, пойдём к столу.

- Минуту мам,- голос Глеба становится ближе.- Вымою руки, и иду,- слышны приближающиеся шаги, которые внезапно останавливаются за моей спиной.- Это что за красотка, хозяйничает на нашей кухне?- осторожно заглядывает сбоку в моё лицо, и я не могу сдержать улыбку, которая появляется на губах.- Для кухарки – слишком молодая… Помощница?

- Привет Глеб,- поворачиваюсь к нему, опираясь рукой на столешницу.- Вообще-то весь персонал сегодня распустили,- натягиваю на лицо задумчивую маску.- Но знаешь, как посмотреть… Можно и помощницей назвать с учётом того, что сегодня я помогаю твоей маме со столом. Алевтина Васильевна строго настрого запретила сегодня появляться в нашем доме кому-то чужому. Твои братья даже отложили все свои грязные делишки.

- Лариса?- с сомнением смотрит на меня, и моя улыбка становится ещё шире.- Это правда ты?- киваю в ответ.- Твою мать! Да ты классно выглядишь!- быстро оказывается рядом, обнимает меня за талию, поднимает и начинает кружить.- Ты очень изменилась,- продолжает, когда опускает меня на пол.- Выглядишь уверенной, взрослой девушкой. Тебе лучше?

- Да, гораздо. Как ты?

- Прекрасно,- открывает кран, и начинает мыть руки.- За четыре года у меня есть, что тебе рассказать,- подмигивает.

- Жду с нетерпением.

Я думала, что наша встреча будет менее радушной. Боялась, что он мог измениться. Но он ведёт себя так, словно не было этих четырёх лет. Словно всё так же, как и было. Разве что, мы немного повзрослели.

Теперь мне двадцать два, а не восемнадцать, как было когда он уезжал. А Глебу двадцать пять, а не двадцать один.

- У тебя тут всё готово?- вытирает руки, кивая на тарелки.- Давай я помогу, и пойдём садиться за стол. По тебе я соскучился не меньше, чем по всем остальным,- его слова заставляют мои щёки покраснеть.

- Да, я закончила,- застенчиво отвечаю, убирая лишние продукты обратно в холодильник.- Пойдём.

Берём тарелки, и направляемся в гостиную. Вся семья уже собралась за большим столом. Никто не отсутствует в этот момент. Даже удивительно, ведь мы очень редко собираемся все вместе.

- Ну что брат,- обращается к Глебу Виктор, самый старший сын Алевтины и Михаила.- Готов приступить к семейным делам?

- Если ты имеешь ввиду,- бросает осторожный взгляд на Максима.- То, чем вы все занимаетесь – то мой ответ нет.

Конечно же все, кроме Максима поняли, что речь идёт о оружии, бандитах и конкурентах. О всём том, чем занимаются большинство людей в этом доме. Все братья связаны с противозаконными делишками так же, как и их отец.

- Почему?- спрашивает Саша.

- Поверьте, я найду чем себя занять,- усмехается.- И без всего этого.

- Вернёмся к этому разговору позже,- твёрдо произносит Михаил.- Давайте лучше выпьем за возвращение нашего младшего сына.

Поднимаем уже заполненные вином бокалы, и они со звоном соприкасаются.

Следующие два часа, Глеб рассказывает нам о своей жизни в Нью-Йорке, о своей учёбе и друзьях. Проводим время в уютной, семейной обстановке. На душе такая эйфория, что не передать словами. Давно мы так не сидели.

Видеть счастливое выражение лица Алевтины Васильевны – как бальзам на душу. Представляю её внутреннюю радость. В кое-то веке, все сыновья в сборе, за одним большим столом.

- Да, кстати,- произносит Глеб.- Через месяц я снова улечу в Нью-Йорк.

- Что?- в панике переспрашивает Алевтина.- Как это понимать?

- Мам, не переживай. Я уеду всего на несколько дней,- быстро успокаивает женщину.- Мы с друзьями договорились встретиться. У одного из них будет день рождение, и мы договорились отпраздновать его в Нью-Йорке, так же, как и в прошлом году.

- Господи,- выдыхает Алевтина.- С этого и нужно было начать.

- Ещё у меня появилась идея,- переводит взгляд на меня, в нём проскальзывает озорной огонёк, и я прищуриваюсь в недоумении.- Я думаю, взять с собой Ларису. Немного развеется.

- Не думаю, что это хорошая идея,- отвечает Михаил Степанович.

- Почему нет?- в разговор вмешивается Ник.- Она отлично себя чувствует,- незаметно подмигивает мне.- И потом, Лариса ведь и правда нигде не бывала. Это замечательная идея, я считаю.

- А что, если у неё начнётся атака?- не успокаивается Михаил.

- Брось пап,- продолжает Ник.- Она прекрасно с ними справляется.

- Тебе решать,- сдаётся опекун, переводя взгляд на меня.

И не только он. Все уставились на меня, и ждут ответа. А я и сама не знаю, хочу ли я… Наверное хочу. Но с другой стороны, нужно будет лететь на самолёте. Боже. Передёргиваю плечами от одной только мысли.

- Нет,- быстро отвечаю.- Наверное нет. Я боюсь летать.

- Ну вот,- торопливо вставляет Михаил.- Я же говорил.

- Не торопись отказываться,- Глеб игнорирует фразу отца.- Ещё месяц впереди. Думаю, что смогу тебя переубедить.

Пожимаю плечами, больше не отвечая ни слова. Беру бокал с вином, и делаю несколько глотков.

Разговор переходит в другое русло. Тема Нью-Йорка незаметно сходит на нет. Но я уверенна, что Михаилу Степановичу эта идея не по нраву. Его настроение ухудшилось, и это заметно не только мне. Но кажется, только я придаю этому значение. Ведь я боюсь огорчить опекунов. Они столько для меня сделали, что я просто не имею права пойти против их воли.