Его непокорное искушение

Глава 3

Олеся

— Олеся Андреевна, — строго произносит доктор. — Вы должны понимать, что со здоровьем шутить нельзя! К счастью, перелома носа нет, но ушиб головного мозга может проявить себя позже!

— Я могу отлежаться дома. Кроме ушибов меня больше ничего не беспокоит.

Пытаюсь обмануть врача, ведь в действительности болит почти каждый участок моего тела. Я просто не могу позволить себе остаться в больнице. Мне нужно решать проблемы, выйти на работу, но всего этого я не могу объяснить доктору.

— Это сейчас вас ничего не беспокоит, симптомы могут проявиться в ближайшие пару дней. Я настаиваю, чтобы вы остались.

— Ладно, — всё-таки сдаюсь. — Я позвоню брату.

— В этом нет необходимости, он в коридоре, — кивает на дверь. — Можете поговорить с ним, пока я определяю вас в палату.

— Спасибо, — встаю с места и выхожу из кабинета.

Около окна стоит Виктор, тот самый случайный свидетель моего избиения, который вызвал полицию и помог добраться до больницы. И до сих пор поддерживает своим присутствием, что немного удивляет.

Не каждый близкий человек проявит такую инициативу. Все четыре часа он не отходит от меня ни на минуту.

Виктор был рядом, пока меня осматривали, опрашивала полиция, и сам стал свидетелем этого дела, в отличие от Ксюши. В самый последний момент она отказалась давать показания против этой компании. Думаю, что она взяла деньги, которые мне тоже предлагали.

Просто из ниоткуда появились двое мужчин и стали предлагать большие деньги за отказ писать заявление на эту девку. Но это уже дело принципа. Не важно, что эти деньги могли бы решить кучу моих проблем.

Эта дрянь в следующий раз может так убить кого-нибудь, и эта мысль не даёт мне покоя.

— Как ты? — Виктор оказывается рядом.

— Спасибо, что помог мне. Ты вообще не должен был возиться со мной…

— Даже не думай об этом, я рад что оказался в нужное время в нужном месте.

— Я остаюсь на два дня… — поворачиваю голову и вижу брата.

Внутри поднимается злость, потому что один из тех мужчин, кто предлагал мне деньги, что-то усердно доказывает Ромке.

Срываюсь с места и несмотря на боль в ноге, спешу к ним, Виктор не отстаёт и идёт рядом.

— Какого чёрта тебе нужно от моего брата? — кричу на этого мужчину. — Я сказала, чтобы вы оставили меня в покое!

— Олесь, потише, — произносит Ромка.

— Что он тебе говорил? — перевожу взгляд на брата.

— Не беспокойся, я сказал, что ты сама будешь решать.

— Убирайся! — снова обращаюсь к мужчине. — Если вы будете мне досаждать, я и на вас напишу заявление в полицию!

— Девочка, — прищуривается. — Ты сама создаёшь себе проблемы! Ты знаешь, кто её брат? — говорит немного тише. — Он тебя в порошок сотрёт! — Бросает взгляд на Ромку, приближается к моему уху. — Возможно, не только тебя…

— Да как ты смеешь? — задыхаюсь от возмущения.

— Лучше обдумай моё предложение, — разворачивается и уходит.

Растерянно смотрю на удаляющуюся спину мужчины. Неужели они правда могут навредить моему брату? Что они вообще могут сделать? Нужно будет поискать информацию об этой семье, может в интернете что-нибудь есть…

— Что он тебе сказал? — напряжённо спрашивает Виктор.

— Не важно, — стараюсь не показывать своего страха. — Чёрт с ними.

— Я знаю их, — подаёт голос Ромка. — Они действительно не простые люди.

— Ром, только ты не начинай!

— Молчу, — поднимает руки. — Что сказать маме?

— Скажи, что я буду работать два дня и в кафе, и уборщицей. Будто заболела сменщица и мне придётся поработать. Главное, не говори, что случилось на самом деле.

— Почему ты скрываешь от мамы причину твоего отсутствия? — удивлённо спрашивает Виктор.

— Потому что она больна.

Обмениваемся номерами телефонов, и он уходит, обещая навестить меня. Виктор приятный молодой человек, и я не против продолжить общение с ним.

Отдаю Роме деньги, которые мне дала Светлана Игоревна и прошу оплатить долг. Без лишних разговоров он их забирает.

— Олеся Андреевна, — рядом появляется доктор. — Пойдёмте, я покажу вам палату.

Прощаюсь с братом и следую за доктором. Доходим до одной из палат, вижу перед собой не совсем обычную обстановку.

Одна постель, холодильник и телевизор, даже душевая.

— Вы, наверное, что-то перепутали? — осторожно спрашиваю. — Это больше похоже на отдельную платную палату.

— Это она и есть, — уверенно произносит.

— Но у меня нет денег для оплаты…

— Не беспокойтесь, платить не нужно.

В голову врываются мысли о том, что, возможно, это дело рук этих богачей. Даже не возможно, я уверена, что так и есть.

— Это оплатили мужчины, которые приходили? — поднимаю напряжённый взгляд.

— Никто ничего не оплачивал, просто мест в обычных палатах не осталось.

— Я видела полупустые.

— Там вирус, мы не будем рисковать вашим здоровьем. Размещайтесь, — последнее, что слышу от доктора, прежде чем он выходит.

Как-то не очень убедительно. Мне кажется, что он меня обманул.

Сажусь на постель, осматриваюсь. Всё это конечно очень удобно, но я не верю в совпадения.

Ближе к вечеру Рома приносит мне вещи, которые мне понадобятся в больнице. Отдаёт чек об оплате задолженности и говорит, что мама поверила в небылицу с работой.

— Они тебя больше не беспокоили?

— Нет, — сразу понимает о ком идёт речь. — Не переживай, если ты решила наказать её, я с тобой до конца!

— Спасибо, братишка, — кладу голову на его плечо. — Ты не осуждаешь меня?

— Я? — удивляется. — Почему я должен тебя осуждать?

— Потому что у нас проблемы с деньгами, а я отказалась от них…

— Глупая, — ухмыляется. — Деньги — дело приходящее и уходящее.

— Я просто боюсь, что она может ещё с кем-то так поступить.

— Значит, идём до конца! — уверенно произносит.

Он всегда был умным и мудрым, несмотря на то, что младше меня. Я очень рада, что у меня есть Ромка. Одна я бы просто сошла с ума. Его поддержка много для меня значит.

“На одной из остановок Екатеринбурга на ходу был выброшен из машины мужчина. К счастью, обошлось без серьёзных повреждений, но очевидцы до сих пор пребывают в шоке от увиденного. Один из свидетелей опознал человека, совершившего преступление. Тимур Архипов. Но как показало расследование, он не мог быть в этой машине. Пострадавший от показаний отказался…”

“Мужчина обратился в полицию с обвинениями в покушении на убийство. Пострадавший утверждает, что известная нам личность, не кто иной, как Тимур Архипов, пытался убить его. Но Архипов снова уходит от ответственности за недостаточностью доказательств...”

“В центре города в полночь прогремел взрыв. Оказалось, что неизвестные взорвали автомобиль крупного предпринимателя, Станислава Крупицына. Записи с камер исчезли, есть очевидцы, которые утверждают, что это был Архипов Тимур вместе со своими друзьями. Тимур утверждает, что в этот день его не было в городе. Расследование продолжается…”

Пролистываю одну статью за другой, но новости об Архипове не внушают уверенности в себе. Что за человек такой? И почему так много свидетелей, но все они не имеют значимости голоса?

Поисковик выдаёт несколько фото по запросу «Архипов Тимур». Почти на всех фотографиях он или смотрит куда-то в сторону, или в затемнённых очках. Лица рассмотреть не удаётся.

Натыкаюсь на несколько фотографий, где он с теми самыми мужчинами, которые сегодня утром были здесь.

Листаю фото одно за другим и всё-таки мне удаётся найти, где он во весь рост и смотрит прямо в камеру. По телу проходит дрожь от его вызывающего взгляда.

Такое впечатление, будто он в действительности смотрит на меня с экрана телефона, и этот взгляд вызывает чувство страха.

Серо-голубые глаза, тёмно-русые волосы, крепкого телосложения, среднего роста. Вроде ничего особенного, но одновременно он какой-то устрашающий.

Может действительно отказаться от показаний и забрать заявление? Не очень хочется быть мишенью для этого человека.

Картинка на экране сворачивается и высвечивается номер брата.

— Дома всё в порядке, — с ходу начинает Ромка. — Мама легла спать, я тоже сейчас немного посмотрю телевизор и буду отдыхать.

— Спасибо, — не могу сдержать улыбку. — Решил сегодня остаться дома? Суббота…

— Я взял на завтра дополнительную смену на работе, поэтому никуда не пошёл.

— Ром, не загоняй себя…

— Прекрати, у нас временные проблемы, — перебивает меня. — Я успею ещё нагуляться. Решим эти проблемы и тогда расслабимся. Лучше скажи, что с твоим голосом? Ты чем-то расстроена?

— Не расстроена… Думаю.

— О чём?

— О том, чтобы согласиться на предложение этих людей.

— В честь чего перемены решения? — удивлённо спрашивает.

— Я забила в поисковик имя Архипова и, так скажем, информация не обнадёживающая.

— Я говорил, что они не простые люди. Но всё зависит от тебя.

— Я подумаю…

— Давай ложись спать, у вас, наверное, отбой уже был.

— Был. Тогда наберу тебе утром.

Прощаюсь с братом и сбрасываю вызов. Отворачиваюсь на бок, пытаюсь уснуть, но из головы не выходят мысли об Архиповых. Наверное, я правда должна пересмотреть своё решение.

Одно дело, если этот человек навредит мне, совсем другое — если он причинит вред Ромке или маме…

За своими думами проваливаюсь в царство Морфея.

Сквозь сон слышу отдалённые голоса и звуки шагов. Неужели уже утро? Открываю глаза и понимаю, что начинает светать. Впечатление, будто я спала считанные минуты. В действительности — много часов.

Утренние процедуры, завтрак, осмотр врача… Не замечаю, как время приближается к обеду. Приходит медсестра и ставит укол обезболивающего.

Раздаётся звонок телефона, на экране имя моего нового знакомого.

— Привет, — отвечаю на вызов.

— Привет, как ты себя чувствуешь?

— Относительно нормально. Завтра скорее всего вернусь домой.

— Это хорошие новости, — Виктор задумывается о чём-то. — Если хочешь, я могу отвезти тебя домой.

— Спасибо, но не стоит тратить на меня своё время. Я сама вполне легко могу добраться.

— Мне не сложно. Тем более, у меня завтра выходной.

— Ты работаешь?

— Работаю, — смеётся. — Заодно сможем получше познакомиться.

— Ну если у тебя нет других дел, то я не против.

— Тогда договорились, — довольно отвечает. — Эти парни больше не появлялись?

— Нет, слава богу… Но знаешь, я что-то стала побаиваться старшего брата этой девицы. Вчера я весь вечер сидела в интернете и много чего вычитала про этого человека.

— Я наслышан о нём, — его тон спокоен. — Не переживай, я не дам тебя в обиду, какое бы решение ты ни приняла.

— Ты же меня даже не знаешь… — иронично усмехаюсь. — К чему такая опека? Тем более, если ты сам можешь пострадать из-за незнакомой девушки…

— Во-первых, за меня можешь не переживать. Во-вторых, мы уже не незнакомые, и я надеюсь, что сможем подружиться.

— Спасибо за поддержку, — искренне благодарю Виктора.

Договариваемся, что я позвоню ему, когда меня будут выписывать. Кладу трубку как раз тогда, когда мне в палату приносят обед, что снова кажется странным.

— Разве я не должна сама прийти за обедом? — спрашиваю санитарку.

— Не знаю, — растерянно пожимает плечами. — Мне дали указания, я выполнила.

Ставит небольшой поднос на стол и выходит из палаты.

В недоумении смотрю на горячую ароматную еду.

Не успеваю взять в руки столовые приборы, слышу, как дверь в палату снова открывается. Поворачиваю голову и застываю от шока.

Та самая девка, которая избила меня. Мария Архипова. Проходит по мне презрительным взглядом и вальяжной походкой приближается к моей постели.

Как это возможно? Её должны были задержать! При виде этой дряни злость снова окутывает меня с ног до головы.

— Что ты здесь делаешь? — не могу сдержать ярости.

— И где ты прям “умираешь”? — высокомерно произносит. — Вполне сносно выглядишь.

Глава 4

— Убирайся отсюда, — с ненавистью смотрю на эту наглую девицу. — Как у тебя вообще хватило совести заявиться сюда?

— Прекрати строить из себя святошу! Что ты ломаешься? Тебе мало денег предложили?

— Мне не нужны ваши грязные деньги! — смотрю на неё с вызовом.

Сейчас, когда я вижу, что эта девка ни о чём не сожалеет, я понимаю, что должна идти до конца. Она не осознала свой поступок, она нисколько не чувствует себя виноватой. Ведёт себя так, будто моё избиение ими — норма.

Её брат пугает меня, но больше меня поражает это безразличие.

Если бы она извинилась, искренне сожалела о своём поступке, я бы скорее всего забрала своё заявление прямо сегодня. Но то, что я вижу, не укладывается в голове.

— Как твой нос? — продолжает, не отреагировав на мои слова.

— Уйди отсюда, если не хочешь, чтобы я позвала охрану.

— Ты достала! — резко выкрикивает. — Тебе почему не живётся спокойно? Другая давно бы забрала деньги и валила восвояси! Ты же, — начинает истерично смеяться, — какой-то индивидуум просто!

— Скольким людям ты вот так затыкала рот деньгами?

— Какая тебе разница? — выкрикивает с возмущением. — Ну да, выпили больше положенного, накосячили… С кем не бывает?

В голове не укладывается, в каком свете она видит всю ситуацию. Смотрю на эту девушку и ужасаюсь её спокойствию. Всё, что её беспокоит, это то, что ей придётся отвечать за содеянное. Но судьбы других людей для неё не стоят ничего.

Скольким пришлось пройти через такое? Это не только физическое насилие, но и психологическое тоже. Нет, я не оставлю этой ситуации.

— Кто-то должен тебя остановить, и я попробую. А теперь убирайся!

Она подходит к моей тумбочке и кладёт на неё стопку денег, поворачивается и смотрит на меня с высокомерием.

— Здесь больше, чем ты можешь себе представить. У меня мало времени, надеюсь, мы договорились.

Внутри всё закипает от этой наглости и бестактности. Челюсть сжимается от злости, быстро встаю на ноги, беру эти деньги и подхожу к двери в палату. Открываю и демонстративно выбрасываю деньги в коридор.

Глаза этой гадины округляются от удивления. Вижу растерянность и испуг на её лице, но они быстро сменяются яростью.

— Пошла вон отсюда, — проговариваю по буквам.

— Я пошла вон? — разъярённо орёт. — Из этой палаты, которую оплатил мой брат? Ты жрёшь еду, — небрежно указывает на поднос, — которую даже персонал не пробовал, потому что она оплачена моей семьёй! И смеешь выгонять меня?

Так я и знала! Долбаная семейка! Долбаная больница! Даже доктор соврал мне, понятно, что и ему заплатили!

— Спасибо, что просветила, — подхожу к тумбочке, скидываю свои вещи в пакет. — Я уйду, а ты оставайся.

Беру сумку и быстро выхожу из палаты.

Зла сама на себя, что поверила во всю эту чушь с отсутствием мест. Ни на минуту больше не останусь здесь.

— Грачёва! Куда это ты собралась? — останавливает меня доктор почти у самого выхода.

— Домой! Вы мне соврали, что в больнице нет мест! Взяли их деньги за палату и уход за мной, хотя были свидетелем нашей перепалки! Вы знали, что я не принимаю от них ничего! Я уезжаю!

— Подожди…

Но я больше не слушаю. Выхожу из больницы и громко хлопаю дверью.

Отхожу подальше от больницы, вижу небольшое кафе и захожу внутрь.

Что же делать? Мама не должна меня видеть в таком состоянии. Достаю небольшое зеркальце, смотрю на своё отражение.

Возможно, получилось бы скрыть следы побоев на лице с помощью косметики, но с собой у меня нет абсолютно ничего.

Официант приносит заказанный мной кофе. Достаю телефон и набираю номер подруги.

С Юлей мы всегда очень близко дружили, но с моими проблемами и недостатком времени наше общение свелось к минимуму. Созваниваемся пару раз в неделю, видимся и то реже.

Мы вместе учились в школе, часто ходили гулять. На выходных застать нас дома было практически невозможно. Все мои развлечения ушли на задний план год назад, когда заболела мама.

— Привет, — отвечает на звонок. — Я звонила тебе, но ты почему-то не брала трубку.

— Привет, у меня появились неприятности.

— Я знаю, поэтому и звонила.

— Откуда ты знаешь?

Становится неспокойно. Вдруг что-то проскользнуло в прессу? Тогда у меня не получится скрыть от мамы произошедшее, и это плохо повлияет на её и так хрупкое здоровье.

— Видела Ромку.

— Фух, — выдыхаю.

— Как ты? — с сочувствием спрашивает Юля.

— Не очень, ты сможешь мне помочь?

— Конечно, что нужно?

— Я ушла из больницы, но не знаю, как вернуться домой, у меня большой синяк на лице. Мне нужна косметика, чтобы скрыть это безобразие.

— Приезжай ко мне, родители уехали к бабушке, вернутся только завтра. Можешь остаться на ночь.

— Отлично.

С предложением подруги с плеч упала целая гора.

Договариваемся, что скоро я буду у неё, и я кладу трубку. Юля и представить не может, насколько я ей благодарна.

Рассчитываюсь за кофе, выхожу из кафе и направляюсь к остановке общественного транспорта. Автобус приходится ждать недолго, поэтому через сорок минут я уже подхожу к Юлиному дому.

Замечаю небольшой кондитерский киоск, покупаю несколько пирожных и захожу в нужный подъезд.

— Привет, — Юля осторожно обнимает меня. — Как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — выдавливаю из себя улыбку, демонстрирую коробочку с пирожными. — Ставь чайник.

— Ты никогда не умела врать, — укоризненно качает головой, забирает у меня пирожные и проходит на кухню. — Что побудило тебя покинуть больницу?

— Долгая история…

Осматриваюсь по сторонам, накатывает чувство ностальгии. Последний раз я была у Юли дома перед прошлым Новым годом. Мы тогда уже меньше общались, но я не могла не поздравить её с приближающимся праздником.

С тех пор прошло уже десять месяцев и невероятно приятно попасть сюда снова.

Голова резко начинает кружиться, для своей безопасности опираюсь на стену.

— Ты где застряла? — кричит подруга.

— Иду, молнию на куртке заело.

Вру. Не хочу, чтобы подруга переживала за меня. Я и так свалилась ей на голову непонятно откуда.

Вдыхаю побольше воздуха, головокружение отступает, и я прохожу на кухню. Сажусь на табуретку, чтобы Юля не заметила, что я неважно себя чувствую.

— Что произошло? — ставит на стол две чашки чая. — Как ты попала в эту ситуацию? И почему решила уйти из больницы? — взмахивает рукой. — Когда на тебе живого места нет.

В течении следующего часа рассказываю подруге о том, что со мной происходило в последние два дня. Как ловко судьба подкинула мне большее количество проблем, чем у меня было.

Не утаиваю ничего. Выговорившись, чувствую себя легче. Раньше мы с Юлей всегда делились друг с другом своими проблемами и переживаниями.

— Я знаю эту девку, — заключает подруга. — Та ещё ведьма.

— Откуда ты её знаешь? — в недоумении смотрю на Юлю.

— Если бы ты не была окутана проблемами, то тоже знала бы её. В клубах её можно часто увидеть, в компании общих знакомых. Если где-то слышен скандал, то она — неотъемлемая часть его.

— А её брата тоже знаешь?

— Нет, его видела издалека пару раз. Но часто рядом с ней появляется друг брата, пьяную её забирает откуда-нибудь. В прошлый раз её задержала полиция за то, что она разбила окно в одном из клубов. Так тот парень приехал чуть ли не сразу, её отпустили на месте и никаких обвинений не вынесли. Думаю, он заплатил и полиции, и владельцу клуба. Вообще, лучше держаться подальше от этой особы.

— Подожди, — быстро достаю телефон, выхожу в интернет и ищу фотографию Архипова с друзьями. — Этот? — указываю на парня, который пытался подкупить меня.

— Да, он.

— Он был у меня в больнице, вместе с вот этим, — указываю ещё на одного. — Только второй молча ожидал в стороне.

— Я очень за тебя переживаю, может, ну их? Что, если они придут к тебе домой? Тогда уж точно, от мамы не скроешь…

— Нет, — сейчас я, как никогда, уверена в своём решении. — Я должна её наказать.

— Ладно, — сдаётся. — Только не пропадай, пожалуйста. Держи меня в курсе, я теперь места себе не найду.

— Хорошо. Ммм, — не могу сдержать стона от резкого приступа головной боли.

— Что такое? — Юля быстро оказывается рядом.

— Сейчас пройдёт, есть обезболивающее?

Подруга быстро поднимается на ноги. Через минуту протягивает мне две таблетки и стакан воды. Выпиваю их, но боль не торопится отступать.

— Слушай, Олесь, я всё понимаю, но тебе нужно вернуться в больницу.

— Нет, — отрицательно качаю головой. — Скоро пройдёт, и я буду как новенькая. Можно, я прилягу?

— Конечно.

Юля провожает меня в свободную комнату.

— Поспи немного, — помогает застелить постель. — Я позвоню знакомой девочке, её мама врач, и спрошу у них совета.

— Не переживай, со мной будет всё в порядке.

Юля оставляет меня одну, укутываюсь в одеяло и засыпаю.

— Олеся, — слышу сквозь сон, — Вставай, ночью не уснёшь.

Поворачиваю голову, вижу Юлю. Не сразу вспоминаю где я, и что здесь делает подруга. Несколько секунд молча смотрю на неё, вспомнив последние события, опускаю голову обратно на подушку.

— Который час?

— Почти шесть вечера, — о чём-то задумывается. — Знаешь, я звонила девочке, о которой говорила тебе, прежде чем ты легла. Её мама настаивает, чтобы ты вернулась в больницу.

— Это исключено.

Скидываю ноги с постели, пытаюсь понять, как чувствую себя. Будет ли снова кружиться или болеть голова? Ничего не происходит и это несказанно меня радует.

— Что, если будут осложнения?

— Никаких осложнений, — развожу руки в разные стороны. — Видишь? Я прекрасно себя чувствую. Это всего лишь синяки.

— Твоя головная боль не кажется пустяком.