- -
- 100%
- +
Говорят, что где-то в мире есть человек, похожий на тебя как две капли воды.
У него может быть такой же характер, такие же интересы, или он может быть полной твоей противоположностью.
Он может жить где-то далеко, к примеру, на обратной стороне Земли или в другой стране, а может где-то рядом: в соседнем городе, на соседней улице или даже в соседней квартире.
Ты можешь никогда не встретиться с ним, и можешь случайно столкнуться, допустим, в очереди за хлебом.
–1–
Стук колес, покидающего вокзал поезда, говорил, что отступать некуда. Среднего роста, стройная и весьма симпатичная брюнетка двадцати четырех лет с силой сжимала ручки дорожной сумки. Если бы не обстоятельства, она ни за что на свете не приехала бы жить в этот город. Не потому, что он ей не нравился, а потому, что единственным местом, где девушка могла остановиться, была квартира родителей. Если с отцом у нее были хорошие отношения, то с матерью все было иначе. Когда Екатерина приезжала к родителям в последний раз, а это было несколько лет назад, то на следующий день, даже не купив платье на выпускной, она вернулась назад, к бабушке. Причиной скорого отъезда была ссора с матерью из-за желания девушки погулять по городу.
– Пирожки. Свежие пирожки. Подходим, покупаем! – манил женский голос. – Пирожки с картошкой, с капустой, с горохом. Не проходим мимо! Покупаем!
«Ничего не изменилось» – думала Екатерина, осматривая вокзал. Огромные окна, белоснежные колоны на несколько этажей, кремово-молочные стены, высокие ели, лавочки по обе стороны прогулочной дорожки и огромный перрон – все было таким, каким она запомнила.
Зазвонил телефон.
– Алло. Да, мама, я приехала. Не волнуйся, я уже взрослая, ничего со мной не случится. Мама! Хорошо, я не буду ни с кем разговаривать и ничего покупать. Да! Плохо слышно! Что? Вы застряли в пробке? Я же говорила, что сама доберусь! Не надо меня встречать! Но… Хорошо, я подожду… Да, я помню, где это! Ладно. Давай!
Девушка сбросила вызов и посмотрела на небо. Белоснежные облака, пытаясь скрыть палящее июльское солнце, весело бежали по бесконечным небесным просторам. Приятный аромат, гонимый порывом ветра, вызывал чувство голода.
«Уже почти два часа дня, а я еще ничего не ела» – подумала она, повернув голову на манящий голос. Возле прилавка стояло несколько человек, покупающих пирожки. Екатерина подошла к ним.
– Можно мне с капустой? – спросила она, отдавая последние сто рублей.
– Конечно! Один?
– Да, один.
– Возьмите, пожалуйста! – невысокая полная женщина протянула ей обвернутый бумажной салфеткой продукт, взяла деньги и вскоре отдала сдачу.
– Спасибо! – поблагодарила Екатерина, кусая пирожок.
«Черт! Забыла! Вот глупая! – мысленно ругала себя девушка, ощущая боль, когда капуста попала на больной зуб. – Уже второй день болит. Придется идти в стоматологию»
– Холодные напитки! Мороженое! Холодный квас! – предлагали в соседнем киоске.
– Девушка, девушка, купите абрикосы! Вкусные, сочные, сладкие! Не пожалеете! – говорил мужчина грузинской наружности, держа в руке огромную краснощекую абрикосу.
– Нет, спасибо! – ответила Екатерина, поняв, что продавец обращается именно к ней. Солнце, выскользнув из-за облаков, отражалось в огромных стеклах вокзала, ослепляя проходящих мимо людей.
«Как же жарко» – подумала девушка, направляясь к черным кованым воротам. Возле них сидела старушка с протянутой рукой. Глаза ее были закрыты. «Подайте слепой, Христа ради!» виднелось на картонке, которую та держала.
– Возьмите, пожалуйста! – говорила Екатерина, подойдя к незнакомке и отдавая ей последние деньги. Как только девушка коснулась ее руки, старуха с силой сжала ладонь, схватив брюнетку за пальцы.
– Зря ты приехала в этот город! – зло говорила она, открыв белые глаза. – Ты похожа на нее! А она попала в неприятности! Из-за нее ты можешь пострадать! Уезжай! – закричала старуха, привлекая внимание окружающих.
От неожиданности и страха, Екатерина вскрикнула и рывком отдернула руку.
– Не обращайте на нее внимания! – говорил грузин. – У бабки давно проблемы с головой!
Старуха закрыла глаза и принялась прятать выпрошенное в карман. Зазвонил телефон.
– Алло. Да, мама. Вы уже подъезжаете? Так быстро? Нет, я не там. Скоро буду. Да … – говорила девушка, направляясь к месту встречи с родителями.
Напротив дома, где жила семья Власовых, работала небольшая частная стоматология. Она считалась одной из лучших в городе.
Екатерина с матерью вошли в нее.
Нина Петровна была одного роста с дочерью. Темные волосы, голубые глаза и прямой нос достались Екатерине в наследство от нее.
– Простите, но мы закрыты! – сказал парень, услышав зазвеневший над дверью колокольчик. Стоматолог стоял к ним спиной и обрабатывал инструменты на блоке врача.
– Дима, прошу Вас, примите нас. Сейчас поздно и все стоматологии закрыты… – уговаривала Нина Петровна, хорошо знающая парня. Он несколько лет лечил ее зубы, к тому же они жили в одном доме, но он на втором этаже, а семья Власовых на четвертом, – а у моей дочери разболелся зуб. Завтра выходной. Прошу Вас!
Глубоко вздохнув, стоматолог повернулся.
«Наташа? Не может быть!» – промелькнуло в его голове, сердце ускорило ритм.
– Здравствуйте, – сказала Екатерина, смотря на парня. На вид ему было тридцать лет. Взгляд черных, как смоль глаз, заставил трепетать ее сердце. Удивленное мужское лицо, выбритое утром, казалось Екатерине очень красивым. Темный волос, аккуратно уложенный гелем, придавал солидный вид. Белый халат скрывал стройную, но не худощавую, фигуру.
– Это моя дочь – Катя. Прошу Вас, примите нас!
Парень молчал, не в силах отвести глаз. Екатерина же словно переместилась в другое измерение. Она не слышала ни слов матери, что-то говорящей врачу, ни звуков, исходящих из радио, не замечала предметов интерьера. Сейчас она видела только его. На мгновенье ей показалось, что в мире не существует никого и ничего, кроме них.
– Дима, я Вас очень сильно прошу.
– Присаживайтесь, – наконец-то сказал стоматолог, изменив решение. Не сводя глаз с девушки, Дмитрий указал на стоматологическое кресло.
– Хорошо, – едва слышно ответила Екатерина, подходя к указанному месту.
«Как же она похожа на нее… – думал Дмитрий, провожая девушку взглядом, – фигура, лицо, даже волосы такие же»
Когда Екатерина села, врач включил лампу у головы пациентки.
– Какой зуб болит? – спрашивал он, напрочь забыв обо всем. Удары сердца эхом раздавались в голове, в теле ощущалась дрожь. Дмитрий внимательно осматривал лицо пациентки, не в состоянии поверить, что кто-то может быть так сильно похож на ту, которую он когда-то любил.
– Этот! – ответила девушка, коснувшись щеки указательным пальцем.
«Инструменты… точно… куда же я их положил? – растеряно думал он, пытаясь собраться с мыслями. – Они же еще в растворе! И забыл сменить перчатки. Почему же она так похожа на нее?»
– Вернусь через пару минут, – сказал Дмитрий, направляясь в соседнюю комнату.
–2–
– Здравствуйте, – сказала Екатерина, войдя в поликлинику на десять минут раньше назначенного времени. В прошлый раз стоматолог, положив лекарство в зуб, записал на вечер четверга, чтобы поставить пломбу. Он мог, конечно, сразу запломбировать больной зуб, сделав укол. Мог, но не захотел. Парень стремился сблизиться с девушкой, похожей как две капли воды на его первую любовь.
– Здравствуй. Ты рано. Присаживайся на диван, – увлеченный работой, холодно сказал Дмитрий, мельком взглянув на Екатерину.
В небольшой комнате, похожей на коридор и окрашенной в пастельные тона, весело огромное овальное зеркало в оправе из гипса. Возле дивана стоял журнальный столик. Рядом с дверью – напольная вешалка для одежды.
В соседней комнате, за столом, сидела помощница стоматолога и, пристально рассматривая гостью, разговаривала по телефону.
– Да. Я Вам уже говорила, что ближайшее свободное время – вторник следующей недели на двенадцать часов. Нет, раньше никак. Так Вас устраивает это время или нет? Хорошо. Какая у Вас фамилия? – спрашивала она. Женщина, оторвав взгляд от девушки, опустила голову и начала записывать звонившего на прием. Помощница была пенсионного возраста и работала с Дмитрием около пяти лет. Седые волосы, собранные в пучок, белый халат, овальные очки и янтарные серьги в золотой оправе напоминали Екатерине об учительнице химии в школе. Невольно улыбнувшись, девушка присела на диван.
– Не закрывайте рот! Нужно дать пломбе высохнуть, – говорил Дмитрий сидящей в стоматологическом кресле женщине. Она была женой известного политика и одной из постоянных пациентов, которые приходили на прием каждый месяц. Помощница подшучивала над парнем, говоря, что большинство женщин приходит только для того, чтоб соблазнить его.
Жена политика кивнула. Окрашенные в светло-русый цвет, кудри скрывали сделанные на заказ к сорокапятилетию серьги, которые муж подарил несколько лет назад. Брендовая одежда, стройная фигура и измененное множеством пластических операций лицо создавали образ идеальной женщины средних лет.
– Зуб не болит? – уже нежным голосом спросил стоматолог, посмотрев на Екатерину. Его взгляд мгновенно перевернул в ней все, заставив сердце ускорить ритм.
«Успокойся, Катя, не красней. Не смей краснеть! Тебе не тринадцать лет, чтоб краснеть!»
– Нет, – коротко ответила она, опустив глаза. Девушка ощутила, как запылали щеки. Как же она ненавидела моменты, когда лицо окрашивалось в бардовый цвет. Оно всегда выдавало смущение, чувства и переживания. Даже когда Екатерина не переживала и не ощущала стеснения, лицо все равно приобретало «любимый» оттенок. Само… Именно из-за этого свойства организма у девушки развился комплекс, и она старалась быть в тени, не привлекать к себе внимания и избегала общения. Особенно с мужчинами.
– Теперь можете сплюнуть, – сказал стоматолог, вновь посмотрев на женщину. Волнение, которое он испытал при первой встрече с Екатериной, вновь вернулось к нему. – И, Виктория Владимировна, проверьте, не мешает Вам пломба, не цепляет ли язык.
Сделав манипуляции ртом и языком, жена политика улыбнулась.
– Все хорошо, как всегда. Спасибо, Димочка! – ласково говорила она, вставая с кресла.
Дмитрий снова посмотрел на Екатерину, продолжая удивляться ее сходству с Натальей. Словно чувствуя его взгляд, девушка подняла глаза. Он смотрел на нее так, как прежде никто никогда не смотрел, и от этого взгляда Екатерине стало не комфортно, поэтому она мгновенно опустила лицо.
Женщина достала кошелек из сумочки.
Екатерина вновь подняла лицо. «Почему ты так смотришь на меня?» – думала она, встретившись с Дмитрием взглядом. В этот раз девушка нарочно смотрела парню прямо в глаза.
– Сдачи не надо! – сказала жена политика, протягивая деньги. Виктория Владимировна мгновенно перевела на себя все внимание.
– Спасибо, – поблагодарил стоматолог.
– Нет, это тебе спасибо, – ответила она, мельком взглянув на Екатерину. Но и этого мгновенного взгляда было достаточно, чтоб девушка ощутила, как миллион игл пронзает ее тело. – Была бы я помоложе…
– Женщине столько лет, насколько она себя чувствует… – мягко сказал Дмитрий, опуская повязку. Увидев многообещающую улыбку пациентки, парень мгновенно сменил тему разговора и, повернувшись, пошел в направлении выхода. – Не забывайте, что нельзя есть около двух часов, чтоб пломба окончательно высохла. Я, конечно, всегда рад Вас видеть, но моя репутация может пострадать, если мне придется ее переделывать.
Женщина, взявшись под правую руку стоматолога, рассмеялась.
– Как же я могу испортить репутацию самого лучшего мужчины в мире?! – ласковым голосом говорила жена политика, коснувшись правой рукой его плеча. – Я послушно буду делать все, что ты мне говоришь!
Она с нежностью провела ладонью по руке стоматолога, словно гладила ее.
– Димочка, ты же знаешь, что у меня с мужем не все гладко. И я всегда буду рада твоему звонку… или визиту.
– Я знаю, – улыбнувшись, сказал он. Они направились к выходу.
– Мне так одиноко, ты даже себе представить не можешь, – едва слышно продолжала женщина, – как же мне хочется, чтоб рядом был такой мужчина, как ты. Хочется снова почувствовать себя любимой и желанной! – проходя мимо Екатерины, она вновь взглянула на девушку и, приподняв бровь, добавила. – Двадцатилетним я, конечно, не конкурентка, но и не попробовать не могу! Димочка, в последнее время я ловлю себя на мысли, что думаю только о тебе! Вот такая вот я старая дура – влюбилась в молодого!
Они подошли к двери. Молчание стоматолога насторожило Викторию Владимировну и она пожалела о вырвавшихся словах, но вернуть сказанное женщина не могла.
– Ты не злись на меня за то, что я тебе сегодня наговорила! – нежным и грустным голосом продолжала она. Никогда прежде Виктория Владимировна не позволяла себе подобное поведение. Сегодня у женщины был День Рожденья, и ей не хотелось провести вечер в одиночестве. Муж уже неделю отдыхал с любовницей на Мальдивах, дети разъехались по разным странам мира в поисках лучшей судьбы. А подруги… Женщина считала, что их у нее нет, что они с ней общаются только из-за того, что она жена политика, который в ближайшие годы планирует возглавить страну. – Просто мне очень одиноко, – она улыбнулась, в последний раз проведя ладонью по его руке. – Димочка, мне пора. До встречи!
– Всего хорошего, Виктория Владимировна! – говорил Дмитрий, открывая дверь. Он хотел подбодрить пациенту, сказать что-то приятное, но побоялся, что она снова его не так поймет, поэтому больше ничего не сказал.
– Помни, что я тебя жду… – прошептала она, покидая стоматологию.
Когда женщина скрылась в автомобиле, парень закрыл дверь.
– Присаживайся в кресло. Я скоро вернусь! – мельком взглянув на Екатерину, сказал врач свойственным ему голосом. Из-за разговора, свидетелем которого она была, Дмитрий был готов провалиться сквозь землю. «Почему именно сегодня и именно при ней?» – злился парень. Будь на ее месте кто-нибудь другой, Дмитрию было бы безразлично. Но свидетелем откровенного разговора была именно Екатерина и этот факт угнетал парня, заставляя сомневаться в принятом накануне решении.
Поглощенный негативными мыслями, стоматолог подошел к креслу, взял бокс-стерилизатор с инструментами и покинул кабинет. Екатерина встала с дивана и села в кресло. Ассистентка, прижав ладонь к бедру, подошла к пациентке, что бы очистить чащу для плевания.
Вернувшись в кабинет, врач поставил бокс с инструментами. Надевая повязку и новые перчатки, он вновь посмотрел на Екатерину. Неудержимое желание сблизиться с девушкой полностью завладевало Дмитрием, заставляя парня забыть о недавнем откровенном разговоре.
– Какой зуб больной? – спросил он, садясь рядом.
– Этот!
Взяв один из инструментов, парень коснулся пораженного кариесом зуба.
– Больно?
– Нет.
– Значит, будем ставить постоянную пломбу. Девушка последняя на сегодня? – продолжая смотреть на Екатерину, спросил стоматолог.
– Да. – Безразлично ответила помощница.
– Значит, Марина Викторовна, можете идти домой лечить ногу. Здесь Ваша помощь не понадобится. И приберусь я сам.
– Хорошо. Спасибо! – поблагодарила она. Женщина с трудом встала со стула и, прижав ладонь к бедру, покинула кабинет. Боль, появившаяся утром, с каждым часом становилась все сильнее. Не смотря на то, что начальник отпустил ее в больницу, Марина Викторовна все равно предпочла остаться на работе.
– Если я не ошибаюсь, тебя зовут Катя? – Дмитрий нарушил тишину.
– Да, – ответила она.
– А я Дима.
Парень стоял в паре шагов от Екатерины, опираясь об стол. Он внимательно смотрел на девушку, ищущую кошелек в глубокой дамской сумочке. Чего в ней только не было: лак для ногтей, который Екатерина купила на распродаже и которым за полгода ни разу не пользовалась, помады красного и коричневого цвета, пара пакетов, чипсы, жвачка, леденцы, раскладной нож, расческа, зеркало, наушники, лейкопластырь.
– Я знаю. – Едва слышно проговорили алые губы.
– Очень приятно познакомиться с тобой, Катя.
– И мне… – ответила она, ощущая жар в области щек. Девушка начала злиться на свое лицо, которое который раз предавало ее, выдавая чувство симпатии.
– И как тебе наш город, Катя? – спрашивал врач, «поедая» брюнетку взглядом. Сейчас, когда желание победило дискомфорт, он нарушал принцип, принятый пять лет назад, – не заводить романы с пациентками.
– Город как город.
– Неужели ничего не понравилось? – низким ласковым голосом спрашивал он. Его слова, словно бархат, прикасались к ушам Екатерины, заставляя трепетать сердце.
– Просто я почти нигде не была.
– Почему?
Доставая кошелек, девушка пожала плечами.
– Не знаю… Наверное, потому, что самой не интересно гулять. – Солгала она.
– Тогда я покажу тебе город, если ты не возражаешь.
Екатерина взглянула на него. Дмитрий смотрел на нее так, что сказать «нет» было не возможно.
– Хорошо… – неуверенно ответила она.
Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, не в состоянии отвести взгляд.
– Можем на выходных сходить в центральный парк и на Набережную. Согласна?
– Да. – Наконец оторвав от него взгляд, девушка продолжила поиск нужной суммы. Заплетенный в косу волос, синее платье длинной до колен, туфли на невысоком каблуке напоминали ему о той, чей образ оставил глубокий шрам в сердце.
– А вообще… Катя, – сказал парень, не желая расставаться с пациенткой. – Какие у тебя планы на сегодняшний вечер?
«Планы?» – она задумалась. – Никаких.
– Ты была в океанариуме?
– Нет.
– Нет? Зря! Это одно из моих самых любимых мест в этом городе. Предлагаю сейчас сходить туда! Он не далеко от нас расположен!
– Хорошо, – не задумываясь, согласилась она. Ровно через секунду Екатерина подумала о реакции матери. Страх заставил сожалеть о сказанном, но говорить: «Ой, я совсем забыла» или «Прости, не могу» она не хотела. Девушка достала деньги и протянула стоматологу.
– Возьмите! – сказала она.
– Не нужно! – ответил парень, смотря на пациентку с нежностью. – Я переоденусь и мы пойдем. Подожди пару минут!
– Хорошо!
Дмитрий покинул комнату. Положив деньги в кошелек, Екатерина достала телефон и быстро нашла нужный ей номер.
– Папа, – говорила она, услышав родной голос, – меня пригласили в океанариум, а я там ни разу не была. Я схожу, хорошо? Стоматолог… Да… Но мама будет ругаться, поэтому… Спасибо, папочка!
– Я готов! – сказал вернувшийся Дмитрий.
От неожиданности Екатерина вздрогнула.
– Тебе нужно зайти домой? – спросил он.
Девушка повернулась. Черная рубашка парня была расстегнута по верху до середины груди, черные классические брюки удерживал кожаный пояс. Высокий, стройный, красивый. Сейчас он напоминал ей модель с плаката. Его улыбка и радостные глаза сводили с ума. Девушка смотрела на него, стараясь избавиться от смущения и стремясь скрыть симпатию.
– Нет… – это все, что смогла сказать ошеломленная новым знакомым Екатерина. Смущаясь, она машинально сбросила вызов и принялась прятать телефон в сумочку.
Парень, застегивая на запястье рубашку, посмотрел на часы, висящие над столом помощницы.
– Океанариум работает до восьми. Сейчас начало седьмого. Идти минут пять. За полтора часа, думаю, успею показать все залы.
Дмитрий подошел к двери.
– Прошу. – Сказал он, открыв дверь, что бы пропустить спутницу вперед.
– Спасибо! – избавившись от смущения, благодарила Екатерина. Сделав реверанс, она покинула кабинет. Провожая ее взглядом, Дмитрий который раз поражался схожестью с Натальей.
– У тебя есть братья или сестры? – спросил он, подозревая, что девушки родственницы.
– Нет.
– А двоюродные? – покидая стоматологию, продолжал расспрашивать парень.
– Нет. У мамы не было ни братьев, ни сестер, а сестра отца не может иметь детей.
– А у меня есть брат. В детстве мы с ним постоянно дрались. Катя, а сколько тебе лет?
– Двадцать четыре.
Дмитрий принялся запирать дверь.
– Ты первая девушка, которая назвала мне свой возраст. Обычно все говорят что-то вроде: «Восемнадцать с хвостиком».
– Нужно запомнить эту фразу!
– Ты хочешь, чтоб я потом спросил: «Сколько лет твоему хвостику?»
Екатерина рассмеялась. Заперев дверь, Дмитрий подошел к спутнице.
– Нам сюда, – сказал он, поворачивая на право. Парню хотелось знать о девушке все. Она с пятницы не выходила с его мыслей, но собирать сплетни у него не было ни времени, ни желания. – А где ты жила?
– В Азовске. Слышал о нем?
– Нет.
– Это небольшой городок у моря.
– Теперь буду знать, – улыбнулся он. – Ты надолго приехала к родителям?
– Да. – Коротко ответила девушка, не желая посвящать в подробности.
– На сколько?
– Скорее всего, навсегда.
– Поругалась с мужем?
– Я не замужем.
Дмитрий посмотрел на нее.
– Тогда почему?
– Бабушка умерла, и я больше не смогла там жить.
– Сочувствую.
Екатерина улыбнулась, не сказав ни слова. Сила, притягивающая их друг к другу, увеличивалась с каждой секундой.
– А с кем ты жила, кроме бабушки? – нарушил тишину Дмитрий.
– Ни с кем, только с бабушкой.
– А парень у тебя есть?
– Нет…– еле слышно ответила она, ощущая смущение. – А у тебя? – машинально спросила Екатерина, незаметно для себя переходя на «ты». Она знала, что Дмитрий не женат.
– А мне не нравятся парни! – пошутил он. Стоматолог посмотрел на Екатерину. – Ты знаешь, что ты очень красивая?
Лицо девушки мгновенно укрыл плотный багровый румянец.
– Спасибо.
В последних лучах уходящего за горизонт красного солнца образ девушки пленил сердце Дмитрия, возвращая былую страсть. Чувства, которые парень с трудом усыпил, вырвались. Они переполняли его, выливаясь за край. Екатерина тонула в них, не в силах сопротивляться.
– Можно я возьму тебя за руку? – спросил он и, не дожидаясь ответа, коснулся пальцами ее ладони.
– У меня руки холодные, как у лягушки. – Улыбаясь, говорила она. Смущение завладело ею.
– Холодные руки у тех, у кого горячее сердце. – Сказал Дмитрий, сжимая ладонь. – Катя, а давай после океанариума поужинаем в кафе? Там столик нужно заказывать заранее, иначе может не оказаться свободных мест.
– А разве мне можно будет есть?
– Да. Два часа пройдут к тому моменту.
– Хорошо. – Согласилась она, обескураженная происходящим. Девушка не могла подумать, что визит в стоматологию может завершиться походом в кафе.
– Какая же ты красивая! – повторил он, твердо решив, что с этой минуты Екатерина будет только его.
– Дима, ты меня смущаешь. Давай сменим тему?
– Жаль, но желание девушки для меня Закон. Можем поговорить о погоде, природе или о птичках.
– О птичках?
– Да. Ты знаешь, что пингвины тоже птицы?
– Знаю.
Екатерина улыбнулась. Легкий теплый ветер приблизил к ее губам локон волос. Неудержимое желание убрать его и прикоснуться к губам спутницы завладело Дмитрием.
– У тебя такая красивая улыбка. Можно я тебя поцелую? – спросил он, протягивая руку.
Екатерина мгновенно сделала шаг в сторону, увеличивая расстояние между ними.
– Прости, но нет. – Остановила она, опустив лицо. Девушка вспомнила о нормах приличия, которым с детства учила ее бабушка. Конечно же, Екатерине хотелось ощутить его поцелуй на своих губах, оказаться в его объятьях. Она сожалела, что он спросил, но еще больше о том, что отказала, но поступить иначе не могла. – Я тебя почти не знаю. Можно сказать, вижу второй раз в жизни… – выдавливала она, надеясь, что спутника не остановят ее слова и он все равно поцелует ее.
– А если по-детски? В лобик или щечку? – перебил он. Парень не ожидал такого развития событий и вспомнил фразу одной из подруг Натальи: «Димка, девушки не любят стеснительных! Поверь мне! Нравится кто-то – целуй, не задумываясь о последствиях, ведь пока будешь думать – уведут!»
– В другой раз.
– В другой раз будет не по-детски! – серьезным голосом сказал Дмитрий.
Екатерина посмотрела на него удивленными глазами, не зная, что ответить. Так себя с ней никто не вел. И ей это нравилось. Она всегда мечтала о мужчине, который не будет «переливать из пустого в порожнее» или «топтаться на одном месте», ведь воспитание не позволяло ей сделать первый шаг или вести себя раскрепощено. Ей нужен был тот, кто сделал бы все сам. И Дмитрий был именно таким. Он был уверен в себе, красив, слегка нагл и, одновременно, учтив. Сейчас перед ней, по ее мнению, был идеальный для нее мужчина.
– Вот мы и пришли. Подожди меня здесь. Я возьму билеты и закажу столик. Вернусь через пару минут.