Королева должна умереть. Часть 1.

Глава 4.

Меня разбудил лязг металла о металл.

– Чертовы соседи с их нескончаемым ремонтом, – пробубнила, переворачиваясь на другой бок.

Было как-то неудобно. «Видимо, все же пора раскошелиться и заменить старый диван на нормальную кровать, иначе останусь без спины», – думала, ища рукой вечную пропажу – подушку, но под руку попадались какие-то ветки, комки.

– Че за… – открыла глаза и офигела.

Я находилась не в своей уютной квартирке, а на поле, усыпанном, как снегом зимой, телами различных существ. Сама лежала на чудом свободном участке, хотя нет, не свободном. В паре сантиметрах от моего носа лежала чья-то отрубленная рука с огромными когтями.

Вскрикнув, подскочила с места и потерла глаза в надежде проснуться. Не получилось. Ущипнула себя.

– Ай! – было больно.

В лицо подул ветер, принося с собой запах крови и открывая из-за волос полный обзор на всю обстановку. Лучше бы этого не видела...

Я находилась в самом что ни на есть центре побоища. Вокруг дрались причудливые люди, разодетые в сказочных персонажей. «Фильм, что ли, снимают?»

Тут были серокожие эльфы с длинными белыми и заплетенными в тугие колоски волосами. Одеты эльфы в плотную черную кожу, наподобие змеиной. Они размахивали огромными тонкими мечами. Дроу?

Обычные, но под два метра ростом, широкоплечие мужчины, в черных штанах и с голыми торсами. «Эт еще нужно постараться таких актеров подобрать». Мужчины были с огромными крыльями за спиной, только вместо перьев там были наточенные серебристые ножи. Воины их и использовали подобающим образом, выпуская с размаха в своих, судя по всему, врагов металлические перья. Те же, достигнув цели, входили в них как нож в масло, навсегда гася жизнь.

«Жуть! Вот это я понимаю спецэффекты! Не то что индийские фильмы», – мысленно хихикнула, вспоминая трюки из Болливуда.

Переведя взгляд, увидела и третьих. Высокие стройные люди с чуть перламутровой кожей, одетые в толстую броню ярко-синего цвета, которая им, как ни странно, не мешала двигаться подобно волнам. Странное сравнение, но именно это и пришло в голову, глядя на них. Их орудием, наверное, была именно вода, которая то как лезвие протыкала противника, то просто окутывала тела, мешая сделать вдох. «А как, интересно, они так делают без компьютерной графики?»

Я так засмотрелась на данное «представление», что не сразу вспомнила, что нахожусь в самом центре событий. Это была моя тотальная ошибка. Потеряв бдительность и открыв рот, пропустила удар. Руку в районе предплечья обожгло дикой болью и, зашипев, обернулась, чтобы возмутиться и наорать на ранившего меня актера за такую халатность.

Но обернувшись, проглотила возмущение. «Так не сыграть», – дошло до меня.

Передо мной стоял перепачканный в крови крылатый мужчина с черными, как смоль, волосами. В руках он держал булаву, с которой капала на землю алая кровь. Мужчина начал ее раскручивать, собираясь нанести удар по серенькому парнишке, который был почти на голову ниже его.

«Да этот черт сейчас ему голову размажет одним ударом! Нифига что-то не похоже на фильм!» – промелькнула мысль. Кипя от ярости и сжимая раненую руку, кинулась к крылатому великану. «Если что, то лучше от режиссера получу», – но никого из съемочной группы видно не было, что было очень и очень странно.

Что я могла сделать? Да хрен его знает. В тот момент, стремясь хотя бы оттолкнуть этого монстра, я об этом не особо думала. Но налетев на него как фурия, почувствовала столкновение, как со стеной. Этот гад и на сантиметр не сдвинулся, лишь удивленно посмотрел на меня и, сжав руку на моем горле, начал поднимать.

«Ну, хоть парнишку от смерти спасла. И это точно никакой, к черту, не фильм!» – думала я, стараясь расцарапать этому ироду руку, а в идеале – глаза.

– Женщина? – пророкотал этот бес и засмеялся, все так же держа меня над землей.

Я чувствовала, как ярость подкатывает к горлу, а в глазах начинает темнеть от злости. Как только настал пик моей злобы, мужчина вскрикнул и отпустил меня, отступая на шаг назад. Его рука, которой он держал меня, была красной и покрытой волдырями, как при сильнейшем ожоге. Я так была удивлена, что злость отступила, и вместо того чтобы бежать со всех ног, стояла и пялилась на его пострадавшую руку.

– Дракон, – со злостью рявкнув, встряхнул больной рукой и направился в мою сторону. Не думаю, что для обнимашек. Поэтому, не теряя больше времени, кинулась в сторону, стараясь улизнуть от этого дьявола с перьями.

Я слышала, как позади он что-то кричал, распихивая в стороны мешавших ему существ.

«Мамочки, куда меня занесло?» – летела я. Одно понятно – не в сказку.

Пару раз на своем пути я получила легкие ссадины. От попадания в них пыли и пота, они начали жечь, но сейчас не было времени для того, чтоб ими заниматься. Из последних сил, кое-как выбралась из этого кровавого месива и буквально в паре десятков метров увидела начало леса.

«Нужно туда, там смогу затеряться и передохнуть. Сейчас не вариант делать остановку». Видя, как у меня на глазах отрубались конечности и головы, я почти поверила в правдивость «попаданства», но опять-таки, проверять наверняка ценой собственной жизни не хотелось. Сейчас я старалась абстрагироваться и решать те задачи, которые мне по силам, и главная из них – выжить.

Практически добежав до спасительной зеленой завесы, случайно споткнулась о корень и чуть не полетела вниз головой, а когда выровнялась, увидела: на уровне моей головы, из ствола дерева, торчала стрела.

Быстро обернулась, увидела еще одного пернатого, который натягивал тетиву для повторного выстрела. Выстрела мне в голову. Сглотнув, ломанулась что было сил в чащу леса, петляя словно заяц. Позади сначала слышался один голос, а потом к нему присоединилось еще с десяток. И все они кричали, как будто лозунг, одну единственную фразу:

– Королева должна умереть!

Глава 5.

Я так долго бежала по лесу, что в один момент просто упала от усталости. Мне все казалось, что меня до сих пор преследуют. А ведь в самом начале именно так и было: мимо пролетали стрелы, грозясь снести мне голову, а сзади раздавались голоса и смех, но спустя какое-то время они затихли, а я все продолжала бежать.

Лежа на голой земле, слышала лишь стук собственного сердца, и если бы меня нашли именно сейчас, то я была бы легкой добычей. Единственное, чего мне в этот момент действительно хотелось, так это пить. Однако, даже пошевелить рукой было проблематично, поэтому просто закрыв глаза от усталости, провалилась в спасительное небытие. Пофиг если сожрут – сил все равно нет, чтобы искать укрытие.

Проснулась, когда начало темнеть. Все тело ломило от нагрузки и щипало от мелких повреждений. Нужно было вставать, и пока не поздно, обработать рану на руке и ссадины. Только вот чем? Странно, что еще запах крови не приманил хищников.

Кое-как оперевшись на руки и медленно покачиваясь, встала, облокачиваясь на ствол близстоящего дерева, и стала глазами искать хоть что-то, что могло бы помочь с обработкой ран.

Мне очень повезло, в десятке метров от меня бежал маленький ручеек.

– Вот ты, мой хороший, и поможешь мне, – сказала я и, покачиваясь, пошла в его сторону.

Присев рядом на колени, начала внимательно осматривать собственное тело на наличие повреждений.

Самой большой раной оказалось та, что на руке. Хорошо хоть стрела прошла по касательной, не задев кость, а лишь поверхностно зацепила мягкие ткани. Помимо этого было множество царапин на руках, которые тоже требовали обработки. Повезло, что я была в штанах, и ноги были целы.

Оторвав кусок ткани от футболки, разорвала его на две части. Одним кусочком промыла рану водой от грязи и пота, а из второго сделала плотную повязку на руку, чтобы остановить кровь. После обработала и остальные ссадины. Должно помочь. Лучше, конечно, чем-то продезинфицировать, но на безрыбье и рак рыба. Однако, нужно все равно выбираться из леса, пока не стемнело.

Посидев еще пару минут, неспешным шагом двинулась в сторону заходящего солнца. Так, мне показалось, проще ориентироваться. Пару раз чуть не упала, цеплялась за стволы окружающих меня деревьев. Сил почти не осталось. Я плелась там, где, казалось, никогда не ступала нога человека.

«А есть ли вообще тут люди?»

Те существа, которых видела на кровавом поле, уж никак не походили на людей. Скорее фэнтезийные персонажи. «Куда же я попала?» – снова и снова задавалась я вопросом, пока не услышала где-то слева непонятный звук, очень похожий на детский плач.

– Ну не может же ребенок находиться в этом лесу? – спросила сама себя шепотом и повернула налево.

Пробираясь сквозь колючий кустарник, снова поцарапала себе руки, пока закрывала ими лицо. Плач становился ближе. Я старалась идти максимально тихо, но по закону подлости мне под ноги попалась сухая ветка, которая очень громко треснула.

– Блин, – закатила глаза и остановилась.

Плач прекратился и настала полнейшая тишина.

«И вот куда теперь?» – думала, стараясь прислушаться.

Уже решив, что у меня нет времени искать источник, ведь, судя по движению солнца, у меня остались считанные минуты до полной темноты, а я даже выход из леса не нашла. Уже собиралась идти к большому дереву, которое видела краем глаза, как вновь услышала плач.

– Уууу, – протянула и пошла в сторону звука.

Стоило мне сделать с десяток шагов, как передо мной предстала ужасная картина: в железном капкане, напоминающем пасть крокодила, было зажато черное гладкошерстное животное и, судя по количеству крови рядом и отсутствию каких-либо движений, мертвое.

Уже подумав, что опоздала, решила не подходить и не расстраиваться смертью невинной животинки, как вновь услышала плач и шевеление. Сделав еще пару шагов, увидела, как за мертвым телом копошится маленький черный комочек, который тыкался своим малюсеньким черным носиком в бок, видимо, родителя. Малыш так жалобно плакал, что мое сердце дрогнуло, и, проглотив горький комок, тихо позвала его, делая еще небольшой шаг:

– Кис-кис.

Только сейчас животное обратило на меня внимание и, оскалившись, зашипело, смешно приподнимая загривок.

– Малыш, я тебя не обижу, – мягко сказала, протягивая неспешно руку.

Котенок, напоминающий нашу пантеру, начал пятиться, продолжая шипеть, пока не уперся попой об ствол дерева и от неожиданности не подпрыгнул.

Сдержав смех, еще приблизилась, держа руку вытянутой.

– Не бойся, я тебя не обижу, – шептала я. И краем глаза посмотрела на родителя детеныша, убеждаясь, что вывод о смерти сделала правильный.

– Пойдем со мной. Я не обижу. Постараюсь защитить тебя.

В ответ на мои слова малыш посмотрел очень умным взглядом, я бы сказала даже осознанным.

– Твой родитель умер. Мне очень жаль. Если ты останешься тут, то подвергнешь и свою жизнь опасности. Я не думаю, что этого бы хотела твоя мама, – скорее для себя разъясняла я.

Пушистый комочек посмотрел на меня, а после перевел взгляд на капкан, и клянусь всеми святыми, я увидела, как из его глаз скатилось пару слезинок. После этого малыш подошел к родителю и, лизнув того возле носа, с опущенными ушками пошел ко мне.

– Какой умный и красивый мальчик, ты же мальчик? – взяла котика на руки и, погладив по голове, поднесла его на уровень глаз.

Котик кивнул.

«Или у меня шизофрения, или этот малыш действительно меня понимает. Ладно, пофиг, все потом. Сейчас пора идти к месту для ночлега». В ответ на мои мысли где-то вдали послышался волчий вой. Прижав снова шипевшего котенка к себе, пошла к тому самому дереву, которое заметила ранее. Других вариантов у меня, к сожалению, не было.

Глава 6.

То, как мы ночевали с малышом на дереве, даже рассказывать не хочу. Спала ли я? Нет. Скорее дремала, и то изредка. Зато малыш отлично устроился у меня на животе и продрых всю ночь, периодически мурлыкая во сне.

Я раньше никогда не заводила домашних животных, не потому что я их не любила, скорее наоборот, зная, что они умрут, и мне будет больно, сознательно ограждала себя от этого. Но сейчас, гладя этого милого пушистика, который без моей помощи скорее всего умрет, решила, по возможности, кому-то отдать в добрые руки или оставить себе. Не бросать же его тут, в самом деле!

Вот только чем его кормить, да и себя тоже, я не знала. Ладно, что-нибудь придумаю, не маленькая, да и голова, вроде, пока на месте. Зря я, наверное, убежала от того старичка в пещере, да еще и, как выяснилось, потеряла перстень. Красота! Что теперь делать – остается для меня загадкой. Начну решать проблемы по потребностям, и главная из них сейчас – это еда и вода.

Солнце начало плавно вставать, оповещая о начале нового дня. Что же, пора в путь. Медленно слезла с дерева, прошипев всевозможные ругательства и получая новую порцию ссадин, спустилась на землю. Направилась я, судя по всему, на запад. Если, конечно, у них солнце, как и у нас, встает на востоке. Почему так? Не знаю, я художник, я так вижу. А может, просто чутье.

Шли мы довольно долго, солнце уже было в зените. Котик все это время находился у меня на руках, отказываясь слезать. Однако, вскоре мои руки приказали «долго жить» и с небольшими усилиями я все-таки спустила питомца на землю.

Малыш побежал впереди, постоянно оглядываясь – не сбежала ли я? Пока шла следом, думала, что имя «Малыш» вот совсем не подходит, нужно что-то стоящее. Так, поломав голову около часа и ничего не придумав, села под ближайшее дерево. Котенок тут же очутился рядом и неуклюже залез мне на ноги, уставился в глаза, громко промяукав. А глазки-то были антрацитовые, даже зрачка не разглядеть. И тут пришла в голову мысль, я моментально ее озвучила, гладя малыша по голове:

– Я назову тебя Мрак. Тебе нравится?

Котик в ответ смешно чихнул и уткнулся мне в футболку, стараясь ее жевать.

– Бедняга, кушать хочешь? Я тоже. Что же нам делать? – спросила, все так же продолжая гладить котика.

Погода стремительно портилась, об этом свидетельствовали сильно качающееся кроны деревьев и набегающие тучи.

Посмотрев вверх, тихо сказала:

– Видимо, пора искать укрытие от непогоды. Еда подождет.

Малыш лишь вздохнул и положил в покорном жесте голову мне на руку. Такой смешной и хорошенький.

Переборов свою усталость, медленно, скрипя всем телом, как бабка, встала и пошла в том направлении, которое выбрала раньше.

Лес все так же был едва проходимым, а мелкие заросли с колючими ветками периодически царапали мое уставшее тело. Лезть на дерево было не вариант. Во-первых, в воздухе уже явно чувствовался запах озона, что означало одно – дождю все-таки быть, и дерево во время грозы – не лучшее укрытие. А во-вторых, деревья очень высокие, с гладкими, словно отполированными, стволами – не забраться.

С этими мыслями меня и застала первая капля дождя, упавшая на щеку. Через пару минут начался ливень, да такой, будто вся вода с неба разом обрушилась на землю, становясь непроницаемой стеной. Мрак жалобно мяукал, прижимая к голове маленькие черные ушки и ища спасения у мокрой меня. Я, конечно, старалась закрыть его от прямого потока, но выходило плохо. Мы оба были уже мокрые, как крысы. «Ну хотя бы от ушибов его прикрою» – думала я, прижимая детеныша ближе к себе.

Дождь размыл грунт так, что ноги периодически утопали в грязи, и я то и дело спотыкалась об оголившиеся коренья. Об одно из таких я зацепилась и, не удержав равновесие, кубарем покатилась с пригорка. «Благо кота вовремя выпустила и он не пострадает», – думала, скатываясь вниз и цепляя своей спиной все камни и ветки, которых, как назло, было много. Свалившись вниз на спину, смотрела на черное небо.

Дождь практически прекратился и только редкие капли дождя смывали с моего многострадального тела грязь и кровь с уже многочисленных ран.

Шевелить телом я сейчас не могла. Сил не было вообще. «Видимо, вот так и умру под чужим небом и в грязной луже».

Это была моя последняя мысль, прежде чем сознание меня покинуло.

Глава 7.

Разбудил меня умопомрачительный запах. Запах жареного мяса. Видимо, я все-таки умерла и попала в свой собственный рай. Ведь откуда мог появиться этот аромат? Мрак точно не смог бы разжечь костер.

Рот наполнился слюной, живот жалобно заурчал, но глаза я так и не открывала. Наверное, боялась, что этот прекрасный сон развеется, и по факту останусь лежать в овраге сломанной куклой.

– Долго валяться будешь? – спросил чуть хрипловатый мужской голос.

От неожиданности я быстро села, открыла глаза и зашипела, хватаясь за раненую руку. «Точно не сон, и не рай».

– Ну? Раной займемся чуть позже, я ее пока обеззаразил. Иди сюда, а то Мрак все съест.

Я повернула голову на говорившего. Возле небольшого костра, поворачивая медленно вертел с разделанной тушкой, сидел мужчина. Со спины его лицо мне не было видно, но если взглянуть на согнувшуюся фигуру, было заметно, что он очень высок, а сквозь продранную рубашку черного цвета, виднелась бронзовая кожа. Волосы незнакомца были короткие и черные.

– Рассмотрела? А теперь, может, поешь? – сказал язвительно он и встал, поворачиваясь ко мне лицом.

Я хотела возмутиться, но проглотила слова. Он действительно был очень высок – метра два, не меньше. Рядом с ним я со своими 165 почувствовала себя Моськой рядом со слоном.

Черты лица были явно аристократические: высокий лоб со складкой гордеца, узкий прямой нос, тонкие поджатые губы, волевой подбородок и яркие орехово-медовые глаза в обрамлении черных длинных ресниц. «Да за такие ресницы убить можно! Повезло же».

Из-под ободранной рубашки были видны руки, перевитые толстыми венами. Мужчина не был огромным, но прекрасно было видно, что тело подтянутое и находится в отменной физической форме.

Пока я рассматривала незнакомца, он просто стоял, скрестив на груди руки. Поднимаясь выше взглядом, заметила издевательскую ухмылку. Моргнув пару раз, сбросила оцепенение и заговорила:

– Кто ты?

– Тот, кого ты вернула к жизни.

– В смысле?

– В прямом. Давай, ты пока будешь формулировать вопросы в своей голове и потом их задашь? А то точно от голода в обморок грохнешься, а мне потом таскай тебя.

В ответ на его слова живот снова заурчал, и тааак громко, что казалось, этот звук пронесся по всему лесу, оповещая всех и каждого, что он хочет «ЖРАТЬ».

В ответ мужчина лишь закатил глаза и показал в сторону импровизированного стола, точнее, гладкого и плоского камня. Не знаю почему, но он меня раздражал. Стирая в крошку часть зубов, прошла в указанном направлении молча.

Передо мной положили огромный лист лопуха, поверх которого погрузили сочный, зажаренный кусок золотистого и ароматного мяса. Все мои внутренности скрутило в спазме предвкушения, и я, пересилив себя, подняла взгляд и спросила:

– Где Мрак?

Сев напротив меня с такой же «посудой», мужчина ответил:

– Убежал на охоту, – и не говоря больше ни слова, впился белыми зубами в свой кусок.

Желудок снова напомнил о себе, и я, сделав вздох, приступила к, как оказалось, самому вкусному шашлыку в моей жизни. Я так увлеклась, что не сразу заметила, что на меня пристально смотрят, а подняв глаза, чуть не подавилась.

– Что? – спросила с набитым ртом, чувствуя, как сок покатился по подбородку.

– Я смотрю, манерам при дворе сейчас не учат. Первый раз вижу, чтоб венценосные особы ели, как девки из придорожного трактира. Имя-то у тебя есть?

Такого я явно не ожидала, и все же подавилась.

Кое-как откашлявшись, уцепилась за мысль и вместо гневной тирады спросила:

– Амелия. В смысле – венценосной?

Брови мужчины поползли вверх от удивления.

– А ты не знала?

– Чего не знала?

Вместо ответа мужчина встал и начал ходить из стороны в сторону, потирая подбородок. Подождав пару минут и не выдержав, спросила:

– Может, все-таки ответишь уже?

Мужчина остановился, будто вспомнив, что не один, и посмотрел на меня долгим изучающим взглядом. «И чего он так таращится?»

– Кто твои родители?

– Ну уж нет, ты ответишь вначале на мои вопросы, а потом уже я начну отвечать на твои, – выпалила я, уже немного закипая.

– Ладно, давай свои вопросы, – выдохнул незнакомец, типа делая мне одолжение.

– Кто ты?

– Я Данн Эрик Фредерик ди Лосc Третий, – ответил он и вздернул подбородок, как будто чего-то ожидая.

– Ага, буду называть тебя Данькой, – ухмыльнувшись, наблюдала за его реакцией, которая не заставила себя ждать. «Если я правильно поняла натурку этого типа, то он явно будет не в восторге от моих сокращений». И я была права – сразу недовольное лицо состряпал.

– Совсем при дворе отбились от рук, мало того, что этикету не научили, так еще и современную историю не преподают. Чему вообще сейчас учат? И какой сейчас год?

– Понятия не имею, чему учат при дворе, а год сейчас 2025.

– В смысле? – завис мужчина.

– В коромысле, – решила отвечать ему в той же издевательской манере.

– Когда я тут был в последний раз, был 3037 год, – начал рассуждать вслух он, уже, кажется, даже не ожидая от меня никакого ответа.

Я прям слышала, как в его мозгу передвигаются шестеренки, пытаясь встать на нужное место.