Золотая фишка на черное

Иллюстрация на обложке rmsdxni

© Анни Юдзуль, текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Посвящается любимому мужу Артёму и самой близкой подруге Хаку, придумавшим лучших на свете главных героев

1. Вызывающее и элегантное

Когда Роберт, наследник компании «Вельт’н’Вольт», разлепил глаза, солнце давно покинуло горизонт. В кабинете, где он, развалившись в кресле, дремал, было светло; тени от паяльников и динамо-машин лениво ползли по стене, перекрывая картины, которые давно, еще в его детстве, купила мама, и чертежи. Он сладко потянулся, а после поднялся. В узких ботинках ноги жутко затекли и отозвались ноющей болью. Ох, говорил ему Дэвид…

Кстати, о Дэвиде. Из-за приоткрытой двери тянулся сладкий запах яичницы с перцем и чего-то еще более аппетитного. Желудок отозвался бурчанием. Роберт покачал головой и, подхватив пиджак с рабочего стула, вышел в коридор.

Дверь напротив была закрыта, он и не помнил, чтобы кто-то заходил туда с тех пор, как его мама… как миссис Вельт погибла. Он знал наизусть расположение мебели: узкой кушетки, пары кресел для перерыва в работе и все те же бесконечные чертежи на разноуровневых столах. Белые салфетки на подоконнике. Должно быть, ее растения… Если Дэвид, конечно, не унес их, погибли.

Роберт развернулся и проследовал дальше по коридору, под тяжестью шагов ворс ковра приятно прогибался и шуршал.

– Доброе утро, мистер Вельт! – Дэвид и Феодор произнесли это в один голос, а после обменялись неловкими улыбками. Феодор жил в этом доме всего около трех лет, это был невысокий ладный парнишка с отстриженными по плечи волосами и любопытным (в рамках приличия) взглядом. Роберт кивнул и занял свое место возле него – прямо во главе стола. Дэвид, одетый в фартук и домашнюю рубашку, вернулся к готовке.

– Как идут дела? – спросил Роберт, Феодор пожал плечами и молча придвинул к нему тетрадь, над которой, казалось, корпел все утро.

Формулы, среди которых Роберт узнал те, что они обсуждали накануне, – углы и замеры перемещений, не более того, – чередовались с рисунками, простенькими, буквально в пару линий. Они вызвали у Роберта мимолетную улыбку.

– Не думаю, что выполнил ваше задание. – Феодор склонился направо, в другую от Роберта сторону. – Кажется, переместить яблоко мы можем только целиком.

– Ясно. – Роберт кивнул и вернул Феодору тетрадь. – Обсудим вечером, если ты…

– Завтрак готов! – Дэвид протиснулся мимо кухонной стойки, отделявшей зону готовки от обеденной. По правую руку широкий проход вел на лестницу второго этажа, а за ней – в западную часть дома – «отцовскую», если говорить привычнее. Выход на улицу располагался между ними, через несколько метров от спуска, и теперь был плотно прикрыт.

– Благодарю, – ответил Роберт и взялся за вилку.

Дэвид отошел на добрую минуту и, вернувшись, опустил на стол стопку конвертов.

– Я отобрал для вас счета и отправил по ним чеки. Кто только додумался присылать их в начале месяца? – Он покачал головой. – Также я оставил вам ужин – в холодильном аппарате есть все необходимые записочки, по ним легко ориентироваться. К тому же напоминаю о совещании в Институте Магического Прогресса, и… да, в первую пятницу месяца вы всегда выступаете в «Роял Робби», не забудьте…

– Дэвид, – Роберт прервал его так мягко, как только мог, но все равно получилось немного холодно. – Я очень благодарен за твой труд…

– Так, значит… я могу идти? – Дэвид сложил руки на фартуке.

– Идти?

– Да, идти! Я говорил вам о состязании лакеев. Пятница наступила, и мне должно отбывать через… – он взглянул на часы, – сорок минут.

– О, действительно. Я совсем забыл. – Роберт заговорщически улыбнулся Феодору, тот рассеянно ответил тем же. – Конечно, поезжай. Как долго тебя не будет?

– До завтрашнего утра, мистер Вельт. Они будут оценивать позы для сна на предмет наиболее выигрышной для быстрого реагирования. Я тренировался, знаете ли.

– Что ж, желаю тебе удачи.

Дэвид поклонился чуть ниже, чем обычно, и исчез. Феодор отодвинул тарелку.

– Тебя отвезти в университет? – спросил Роберт, но его перебила телефонная трель. Он вздохнул. Эти ранние звонки никогда не были к добру. Во сколько, Дэвид сказал, у него совещание?

– Вельт, – отчеканил Роберт. В трубке звучала тишина, а после – заговорил тихий девичий голос. Его то и дело прерывал шум на заднем плане: «Мистер Вельт, не могли бы…» – БАМ. «Не могли бы вы приехать…» – БУМ! «Приехать прямо сейчас…» – «Кому сказала шевелиться!».

Роберт узнал эти голоса: мисс Баркер, одна из глав Института, бушевала на фоне (что для нее, кстати, редкостью не было), а та леди, что звонила ему… уф, ему никак не удавалось запомнить ее имени. Кто-то вроде секретаря, верно? Роберт наскоро перебрал в голове все возможные происшествия, какие когда-либо случались с Институтом за два года существования. Пожар? Плагиат? Может быть, он все же опоздал на собрание?

Роберт перевел взгляд на часы.

«Пожалуйста, мы будем вас ждать в ближайшее время!»

Он положил трубку и быстро накинул пиджак. Схватил ключи с комода в прихожей. Из зеркала напротив на него смотрел изможденный человек старше своих лет. Темные волосы топорщились на лбу и выбивались из небрежно собранного хвоста, под глазами залегли круги от недосыпа, левый был скрыт повязкой. Роберт тоскливо покачал головой.

– Так что, подбросите меня? – Феодор, натягивая ботинок, держал зубами хлеб с морошковым джемом.

– Запрыгивай.

Мисс Кларк, или – теперь уже – миссис Кимри мирно покоилась в своей постели в невысоком домишке по Оушен-драйв. Ее любезный супруг, предпочитавший ранние подъемы, на цыпочках прокрался из комнаты в лучах рассветного солнца и притворил за собой дверь. Она всегда открывала глаза не раньше половины десятого и сегодня не собиралась делать исключения.

– Доброе утро! – воскликнула она, когда наконец встала, прихорошилась и выпила чай. Двое молодцов, дежуривших у ее спальни, синхронно отдали честь. Не той рукой. Она лишь покачала головой и предложила им связку баранок.

Путь ее маленьких ножек в тряпочных туфельках лежал на север, а затем еще немного на запад – прямо к дверям издательства газеты «Доводы и домыслы», более известной читателям как «ДоДо». Ну вы поняли, да? Патти одернула подол платья и тут же взбежала по крылечку. Лицо администратора озарилось улыбкой, когда та заприметила два прыгающих пучка на макушке в окне.

– Доброе утро! – воскликнула она и на ощупь нажала на кнопку переносной горелки.

– Доброе… утро. – Бросив копаться в сумке, Патти обвела взглядом прихожую. Это было небольшое помещение, все в зелени и цветах, с идеалистическими картинами славного провинциального запада на стенах и парой стульев в зоне ожидания. – Я на минутку, утвердить с редактором…

Дверь распахнулась, и прямо по следам Патти в помещение влетела девушка в ярком цветочном платье. Ее густые каштановые волосы были уложены вокруг лба по последней моде и спускались на плечи игривыми кучеряшками.

– Мэнди? – удивленно спросила Патти. Мэнди была ее… подругой, если можно так сказать. Кем-то средним между сестрой из тайного девичьего ордена и приятельницей, с которой можно три часа обсуждать мужчин за чашкой клюквенного пунша.

– Патти! – воскликнула Мэнди и накинулась на нее с объятиями. – Твоя работница отсылала меня все утро, и мне пришлось перестать названивать и прийти самой!

– Что-то случилось?

– О, еще как! – Мэнди выдержала драматичную паузу и предъявила Патти левую руку. На безымянном пальце красовалось роскошное кольцо с удивительным камнем: внутри него будто кружили блестки, а его цвет… едва ли Патти могла бы определиться между глубоким синим и холодным зеленым. Он переливался: медленно, тягуче. Мэнди едва не подпрыгивала от восторга.

– Ты его…

– Получила от тайного поклонника, конечно же! Можешь себе представить? О, мама всегда говорила, что ее девочка будет сражать мужчин наповал. В этот раз не устоял, кажется, кто-то очень и очень обеспеченный.

– Но как…

– Оно лежало в моем почтовом ящике! Безо всякой записки. Кажется, мой поклонник не очень разговорчивый. Ну вот и все, пожалуй, я побежала. Увидимся за ланчем. Или ужином. Мне нужно навестить Сару и других девочек, а еще отправить письмо моей двоюродной бабушке по отцовской линии…

Что-то привлекло внимание Патти. Что-то в районе окна. Она не поняла, что именно, скорее всего, какое-то движение. Может, пролетела птица? Или что-то другое… побольше. Патти уставилась на улицу сквозь стекло, и в таком положении ее и застала редактор.

– До встречи, Мэнди! – опомнилась она, однако та уже выскочила за дверь.

Нельзя сказать, что эта работа ей не нравилась – напротив, Патти много сил вложила в свое детище. Однако поручение не было и легким – ей пришлось потратить добрый час на вычитывание полупустого макета и проверку новостей. Она оставила пару пометок красным карандашом и блаженно откинулась на спинку стула, когда в окне снова что-то мелькнуло. «Да что же это такое?» В голове загорелась лампочка.

Она подкралась к двери и осторожно выглянула. Ах, никакой интриги. У крыльца, нервно потирая рот и щеки, топтался Ронни Питерсон – ее недавно обретенный протеже. Вообще-то, он работал на ее мужа, но… Но был приставлен к Патти, так-то! Ни на шаг от нее не отходил.

Он вздрогнул, когда заметил ее, и, оглядевшись, подобрался к двери.

– Тут это… короче… – Он замялся и передвинул кепи с одного уха на другое. Перегнал между зубами отсутствующую сигарету. Патти смотрела на него испытующе, снизу вверх, едва не притопывая ногой от нетерпения. Ронни пошкрябал подбородок и в конечном итоге склонился к ней:

– Рекса убили!

Патти приложила руки ко рту. Как… как убили? Кого? Рекса? Кто, черт возьми, такой Рекс?!

Ронни ошарашенно уставился на нее, выглядящую совершенно растерянной.

– Ну, Рекс. Из парней босса, которые ходят для него на дельца. Всякие разные. Типа с открыванием замков, – он подмигнул.

– Убили кого-то из людей моего мужа? – Патти изогнула бровь. О, ее муж был тем еще успешным бизнесменом, чей бизнес-проект в народе назывался «бандой».

– Убили человека, которого он нанимал для… – Ронни понизил голос и сказал слово «краж» одними губами.

– За что убили?

– Говорят… – Ронни снова огляделся, – будто муж его бабенки ему того… – Он провел пальцем по шее. – Нашли его, короче, в реке. Такие дела.

Патти слегка нахмурилась. Они помолчали с минуту. Светлая память доброму малому.

– Постой… а чем Рекс занимался в последнее время?

Ронни напустил на себя самый трагичный вид. Ноги принялись топтаться вокруг крыльца. Руки зашарили по карманам.

– Ронни… – с выражением протянула Патти, и тогда он наконец остановился.

– Он должен был украсть для босса одну штучку…

Вот оно! Бинго! Патти лучше других знала, что дела с убийствами никогда не бывают такими простыми, какими хотят казаться. И вовсе не в интрижке дело – кажется, она напала на след. Ее губы растянулись в коварную улыбочку.

– Выкладывай.

Роберт свернул на теневую улицу и продолжил движение по Эммерсон-драйв. Солнце поднялось высоко в зенит, однако его довольно быстро затянуло облаками. Они висели низко и порой угрожали поглотить остроконечные крыши и длинные флюгеры в виде птиц или стрел.

Он остановился на противоположной стороне и немного понаблюдал. Внутри Института Магического Прогресса (ах, как пафосно!) прослеживалось движение. Пара офицеров рыскали снаружи и делали редкие снимки на камеры быстрой печати – детище их работника. Им повезло, что они догадались терпеливо обступать лилии, иначе его коллега, Лилиана Баркер, могла бы разнести их в щепки. Он и сейчас слышал ее голос с верхнего этажа. Вытянув пачку сигарет, Роберт закурил. Это не было привычкой, скорее помощью в мыслительном процессе.

Он провел пару минут, приводя голову в порядок, и лишь затем добрался до перекрестка, чтобы перейти улицу. К своему удивлению, он обнаружил, что на той стороне, прямо напротив, стоит не кто иной, как Патти Кимри, его бывшая коллега по общему полицейскому прошлому. Она спорила с неким высоким детиной с новомодно высветленными волосами. Роберт хмыкнул и направился прямиком к ней.

– Это ограбление? – миролюбиво спросил он. Парень тут же отшатнулся и сунул в рот зубочистку.

– Роберт! – Патти заулыбалась и протянула руку. – Доброе утро! Это Ронни, мой протеже… компаньон! А, ассистент.

Роберт понимающе кивнул:

– Какими судьбами?

– О, у меня есть серьезное дело. – Патти водрузила на нос очки и открыла блокнот. – Институт ограбили, и я знаю, кто это сделал.

Роберт изогнул бровь. Так вот почему ему звонили. Неужели не могли сказать сразу?

– Ограбление. Ну конечно. Что ж… тебе известно, что украли?

– С этим все немного сложнее. – Патти порылась в своей неизменной папке с бумагами. – Хотя у меня есть кое-какие мысли. У нас была идея посетить Институт, но я ведь больше не занимаюсь расследованиями…

– Идем, – бросил Роберт и направился прямо к Институту.

Нельзя было сказать, что Роберт относился к Институту Магического Прогресса, к созданию которого непосредственно приложил руку, как к своему драгоценному чаду. Скорее это было похоже на отношения родителя и выросшего, удачно сепарировавшегося сына. Институт жил своей жизнью, но, несмотря на еженедельные заседания, бесконечные кипы отчетов и то и дело образовывающиеся и распадающиеся группы работы над проектами, это был его Институт.

Как и его город.

Левая рука, замененная протезом, не давала ему об этом забыть.

Он первым вошел внутрь. Полицейский, расположившийся справа, хмуро взглянул на него, и Роберт мельком показал удостоверение.

– Вот это да! – Ронни озадаченно почесал под кепкой.

– Осмотрись тут, – возникла Патти. – Это полезно для твоего образования.

Ронни кивнул и несмело приблизился к макету подводной мины. Едва ли он когда-либо видел хоть какую-нибудь мину, а тут еще и подводная… Неужели в их отечестве, Маунт-Церре, могли изобрести что-то подобное? Патти одобрительно хмыкнула и, пока Роберт обреченно вздыхал, слушая скандал наверху, отступила. Краем глаза она заметила ее – маленькую невзрачную женщину, какие всегда были крошечными шестеренками в большой системе.

– Здравствуйте, милая, – начала было Патти, как девушка махнула ей. Патти подошла ближе. У незнакомки были чудные каштановые кудряшки и зеленый джемпер по моде Лэнсборо: тематика легкого летнего романтизма пользовалась небывалой популярностью у дам среднего класса.

– Здравствуйте. – Она говорила так тихо, что едва можно было разобрать слова. – Мое имя Марсина Ливингтон, я секретарь Института. К сожалению, сейчас у нас нет возможности предложить вам экскурсию, но…

Она вдруг оборвала речь и тяжело, почти всхлипнув, вздохнула. Патти покачала головой. Увы, она не могла положить руку ей на плечо или поддержать ее как-то еще… физически.

– Я не совсем обычный посетитель. – Патти обернулась и увидела, как Роберт стремительно взбегает по лестнице. Марсина понимающе кивнула.

– Вы, наверное, как-то связаны с «инцидентом», правильно?

– Да. Я в некотором смысле расследую его.

– О, значит, вы полицейская?

– Скорее, частный детектив… Да, детектив, нанятый мистером Вельтом. Мое имя Патриция Кимри. Могу ли я узнать у вас, что случилось?

– Ох… – Марсина вновь вздохнула. Патти немного помялась, а после шагнула к ней еще ближе.

– Знаете… может, ну его, это расследование? Гораздо лучше было бы встретиться за чашечкой ромашкового чая…

– Что вы, я нужна на своем рабочем месте… – Марсина скрестила руки, но это предложение явно приободрило ее. – Не думаю, миссис Патти, что могу что-то для вас сделать. Все, что мне известно, я уже рассказала полиции.

– Понимаю… Однако вы знаете, как они работают с детективами… – Патти понизила голос. – Вечно утаивают самое важное.

Марсина улыбнулась и бросила быстрый взгляд куда-то за спину Патти. Склонилась к ее уху.

– Я видела мужчину. Утром я вышла из дома, затем купила чашку кофе и упаковку кексов в магазине с той стороны улицы, и когда посмотрела на окна Института, увидела в одном из них человека. Поймите меня правильно, я сразу же побежала к ближайшему телефону… однако полиция почему-то уверена, что кража произошла раньше, и не придает значения моим показаниям.

– Значит, полицию вызвали вы?

Марсина неловко улыбнулась:

– Да, и это, по-видимому, будет стоить мне работы. Мисс Баркер сказала, что только полные идиотки звонят в полицию раньше, чем уведомляют обо всем начальство. А ведь я потомственный секретарь, знаете? Еще моя прабабушка…

– Ох… – Патти сочувственно покивала, а после все же дотронулась до локтя Марсины. – Не переживайте, такое со всеми случается. Вы обязательно найдете другую работу.

– Может быть… как думаете, мне не стоит надеяться на рекомендательное письмо?

Роберт остановился у выхода с лестничной площадки. Мисс Баркер выступила ему навстречу как раз в тот момент, когда он планировал затеряться между бесконечных исследовательских лабораторий и переговорных. Она ничего не сказала, лишь ее взгляд пристально смерил его, и – о да – он говорил гораздо красноречивее слов. Роберт изогнул бровь. Мисс Баркер показательно вздохнула и указала головой вбок. Они синхронно двинулись к задней лестнице.

Она выглядела более потрепанно, если так допустимо сказать о леди, чем он привык видеть. Кожа посерела, под глазами появились круги. Она то и дело дергала края рукавов и смотрела на маленькие наручные часы – гордость ее семьи, как он помнил. Они не обменялись и парой слов по делу, мисс Баркер лишь изредка позволяла выдохнуть сквозь зубы какое-нибудь ругательство. Ну что за непрофессионализм!

Она указала на низкую широкую дверь аудитории № 317. Почему-то – Роберт еще не успел уловить эту мысль – сердце пропустило удар. Замок прямо под ручкой был просто раскурочен. Он толкнул дверь и ступил внутрь.

Свет лился из окна, оно было приоткрыто, и ветер раздувал оборванную занавесь. В центре комнаты стоял стол с миниатюрой Лэнсборо, города, где располагался Институт; вокруг него работало несколько следователей. Места на столе, полу и подоконнике были отмечены карточками с номерами. Один из следователей настраивал фотоаппарат.

– Господа, – Роберт выпрямился и вытянул карточку-удостоверение, – сообщите, пожалуйста, что пропало.

Поначалу никто ему не ответил. Молодые люди переглянулись между собой, затем мужчина с камерой шагнул к нему навстречу.

– Мы еще проверяем вещи согласно описи. У нас тут небольшая заминка, но мы должны справиться в течение пары часов. Внизу же…

– Внизу? – Роберт втянул воздух.

– В хранилище. Исчезло… – мужчина вновь посмотрел на коллег, – …исчезло… потенциально было украдено содержимое шкафчика № 104.

Роберт облизнул губы. Ему потребовалось всего пара секунд, чтобы сорваться с места и броситься мимо мисс Баркер вниз. О, если это было тем, о чем он подумал… дела заметно ухудшились.

– Патти! – крикнул он, когда спустился в холл. – Сюда!

Патти похлопала Марсину по плечу и, захватив с собой увлекшегося рассматриванием бомбы Ронни, поспешила следом.

Когда Роберт преодолел первые ступени, он сумел замедлиться и сделать глубокий вдох. Разум всегда стоял во главе всего – таким человеком он был и не собирался дискутировать об этом. Он лишь сдержанно выдохнул, увидев изломанную дверь хранилища. Когда ему удалось рассмотреть ее ближе, он заметил ржавчину и размытые красно-коричневые следы. Ох, только не это.

– Кровь? – Патти выглянула из-за его локтя.

– Думаю, мы имеем дело с магией. – Он кивнул на изъеденный ржавчиной замок.

– Он сделал это… своей кровью?

Роберт не ответил. Он повел носом, как гончая, и, оставив Патти изучать изувеченную дверь, прошел дальше. Хранилище представляло собой крошечное помещение, отделанное металлом; никакой мебели, кроме одиноких стола и стула, а также лампы, не было; дверцы шкафчиков, вмонтированных в стены, были закрыты и пронумерованы. Все, кроме одного. Роберт осмотрел дверцу. Никаких следов крови. Как же он тогда…

– О, по «уличному методу», – солидно сказал Ронни.

Роберт развернулся к нему и посмотрел в упор. Ронни поднял руки.

– Да чего! Просто говорю, взломали это монтировкой. Р-раз – и готово. Вон видите, как отогнулась дверца у замочка?

Патти достала блокнот. Роберт покачал головой.

– Но зачем ему использовать монтировку, если он – маг?

– Может… их было двое? Или, может быть, субъект пока не очень уверенно пользуется магией. – Патти быстро зачеркала карандашом по бумаге. – А что пропало?

Роберт потер лоб раскрытой ладонью.

– Новая разработка. Что-то вроде магического источника энергии, работающего по принципу генератора. Сложно объяснить, в чем она состоит, хотя бы потому, что я еще не доработал ее.

– Так ты тоже начал изобретать? – Она просияла. – Я думала, ты отвечаешь только за связи с общественностью.

– Все течет, все меняется, – уклончиво ответил Роберт.

– Собираешься сменить отца? – Патти встретила неопределенный взгляд Роберта. Раньше, когда Кэрол Вельт была жива, за связи с общественностью отвечала она, а ее муж занимался исключительно изобретательством. Теперь же, когда ее не стало, а отец приблизился к возрасту ухода на покой… Пытаться заменить всех – это было так в духе Роберта.

Ронни обошел комнату и теперь склонился над выломанной дверью, чтобы осмотреть замок.

– Здесь есть следы отмычек, – хмыкнул он. Патти улыбнулась. – А что наверху?

– Замок выломан.

– Могу взглянуть? – Ронни поднялся на ноги.

– Отличная идея! – Патти просияла.

– Только быстро, – ответил Роберт. – Я хочу успеть запросить первичный отчет у полиции.

Они мигом поднялись в кабинет и спустились обратно в приемную. Пара полицейских расположилась в помещении по левую руку от входа. Роберт вошел и затем постучал костяшками по двери. Один из мужчин поднял взгляд и глубоко вздохнул.

– Мистер Вельт, вам не стоит…

– Алан! – Роберт удивленно уставился на него. Надо же, еще один бывший коллега! А ведь раньше он занимал должность секретаря и по большей части принимал звонки и обращения… Теперь же вот, в патруле, если вообще не следователь! Что ж, возможно, тогда, три года назад, стоило разговаривать с ним поласковее. Теперь уже ничего не исправишь.

– Я хочу ознакомиться с предварительным отчетом, – вновь заговорил Роберт, и Алан со вторым офицером переглянулись. Повисла неловкая пауза. – Я один из руководителей этого места. Мне необходимо сверить ваши данные со своими, чтобы определить возникшую из-за пропажи угрозу.

Алан закатил глаза, но взял со стола тонкую папку и сунул ее Роберту.

– У вас пять минут.

Роберту больше и не нужно было. Мысленно он поставил зарубку напротив имени Алана. Означала она примерно следующее: «все такой же говнюк». Впрочем, многие в Лэнсборо так же не любили Роберта, но были и те, кто обожал.

Он отошел к Патти и открыл папку. На первых страницах располагалось описание Института: ходы и помещения, отметки разноцветными карандашами, которые Роберт не мог разобрать. Затем – предварительное заключение, и о, это было интереснее! «Предположительное время кражи – четыре утра. На это указывает состояние крови на двери хранилища, а также показания соседей. В ходе расследования установлено…»

– Но это же… – начала было Патти, но Роберт предостерегающе поднял руку. Она замолчала. Ронни напряженно наблюдал за ними из-за угла.

– Благодарю, джентльмены, – произнес Роберт и вернул папку. Ох, как бы ему хотелось дописать что-нибудь на обратной стороне листа, чтобы этому умнику… а, ладно! Он подхватил Патти под локоть и быстро вытащил ее на улицу. Ронни увязался за ними.

– Кража произошла в четыре.

– Это неправда, потому что Марсина видела мужчину в девять.

– Не могли же они провести внутри пять часов… – с сомнением протянул Ронни, и Роберт смерил его тяжелым взглядом. Тот сжался, но больше ничего не сказал.

– Есть ли какой-то смысл в том, чтобы грабитель проникал в здание дважды?

– Ну, мы ведь подозреваем, что у нас два грабителя…

– И один пришел в четыре часа и выломал дверь, а затем второй… Нет, это странно. Думаю, все было немного иначе. Что-то произошло между четырьмя и девятью часами, что заставило грабителя вернуться.

– А что, если это был третий человек? – Патти склонила голову и еще немного почеркала в блокноте.

Роберт помолчал.

– Где там твоя леди Ливинспун видела того парня?

– Ливингтон. С обратной стороны здания. Пойдем.