Хищник. Если его можно ранить (сборник)

PREDATORTM: IF IT BLEEDS

ТМ & © 2018 Twentieth Century Fox Film Corporation. All Rights Reserved.

Кевину Питеру Холлу, первому из Хищников, и Джонатану Мэйберри, моему другу

Брайан Томас Шмидт. Предисловие

В июне 1987 г. кинокомпания Twentieth Century Fox выпустила первый фильм новой франшизы – научно-фантастический триллер об инопланетных охотниках, посещающих Землю для охоты на людей. Так родился «Хищник». Фильм с участием восходящей звезды, Арнольда Шварценеггера, уже снявшегося в культовых ролях Конана-варвара и Терминатора, шестикратно окупил свой бюджет. Так родилась франшиза. Вскоре началась работа над сиквелом, а Dark Horse Comics приступила к выпуску серии комиксов. Через какое-то время, на радость растущему сообществу фанов «Хищника», появились и романы, и кроссоверы с другой популярной франшизой Twentieth Century Fox «Чужой», и новые фильмы.

Рассказы, собранные в этой книге, написаны поклонниками «Хищника» в честь тридцатилетия франшизы в попытках предугадать ее дальнейшее развитие. Мы поработали с множеством имеющегося материала, включая три художественных фильма, комиксы Dark Horse Comics и многочисленные романы – среди рассказов, собранных под обложкой этой книги, вы найдете много сиквелов и приквелов к этим романам. Новые рассказы для этого сборника создали те, кто уже внес свой вклад во вселенную «Хищника» – Тим Леббон, Кевин Джей Андерсон, Стив Перри, С.Д. Перри и Джон Ширли. Кроме этого, мы представляем вам и новых авторов с новыми рассказами о новых захватывающих приключениях – рассказами, прослеживающими деятельность межгалактических охотников не только в будущем или в эпоху современности, но и на протяжении всей истории человечества.

Шестнадцать увлекательных, наполненных событиями сюжетов развиваются во все времена – от обществ будущего до времен викингов, средневековых самураев и даже американской Гражданской войны. Во многих из них наряду со знакомыми вам персонажами появляются известные исторические личности. Наша цель – подарить поклонникам «Хищника» именно то, что они любят в нем: ураганный экшн, неожиданные повороты, непредсказуемую тактику и ощущение единства всего человечества в схватке с инопланетным разумом, вооруженным технологиями, намного превосходящими наши.

Я сам – горячий поклонник «Хищника», и составление этого сборника доставило мне непередаваемое удовольствие. Надеюсь, те, кто любит эту франшизу, как и я, получат не меньшее удовольствие от чтения нашей антологии. Что касается меня, главные причины моей любви к «Хищнику» – сложная замысловатая культура, язык, стратегия и этика инопланетных охотников. Все это делает их куда более интересными и грозными противниками, чем большинство других инопланетных врагов. Многочисленные романы, комиксы и фильмы снабдили образ Хищников великим множеством любопытных деталей, и авторы этих рассказов тоже не остались в стороне.

Одним словом, эта книга воспевает и прошлое, и будущее удивительной вымышленной вселенной «Хищника». Мы надеемся, что она пробудит в читателях старые воспоминания и породит новые впечатления в предвкушении новых захватывающих глав нашей любимой саги. Если мы их напишем, они будут!

Если его можно ранить, значит, можно и убить!

Тим Леббон. Адские псы

ЕГО МОЖНО РАНИТЬ, ЗНАЧИТ, МОЖНО И УБИТЬ.

Хэлли понимает: все это сон, однако боль жалит, вгрызается в спину, десантная шлюпка, потерявшая управление, кружится, кувыркается в пустоте, несется вниз, к планете… В реальности шлюпку удалось вывести из пике и благополучно приземлиться. Но в этом сне она – единственный пассажир на борту и свободно парит в брюхе шлюпки. С каждым толчком ее швыряет о переборки, с каждым оборотом ее тело отскакивает от пола и потолка, ломаются кости рук и ног, ребра хрустят, трещит череп… Сильнее всего болит спина. В последний миг перед глазами возникает лицо матери – одновременно печальное и злое. Мать не одобрила решения дочери:

– Отправишься в космос – там и умрешь.

Хэлли разом проснулась. Она лежала в узенькой койке – взмокнув от пота, тяжело дыша, запутавшись в скомканных простынях. Дотянувшись до бутылочки у кровати, она вытряхнула на ладонь еще две капсулы «фрэйла». А перед сном уже приняла целых шесть. Ну, не смешно ли: ничто в жизни не приносило ей столько боли, как эта неодолимая тяга к болеутоляющим…

Хэлли прижала ладони ко лбу, села, заморгала, стараясь выбросить из головы печальный образ матери. Слова матери последовали за Хэлли в космос и не оставили ее ни в Колониальном училище морской пехоты, ни на борту той злосчастной десантной шлюпки. Авария стоила ей межпозвоночного диска. Назначенный медиками «фрэйл» облегчил боли в спине, но принес с собой муки иного свойства – вдобавок к огорчению матери, неотвязно преследовавшему ее до сих пор.

Коммуникатор у изголовья зажужжал. Хэлли вздрогнула от неожиданности. В каюте стояла тишина; она была наедине с остатками кошмарного сна. В такие минуты Хэлли очень жалела, что повышение в чине означает неизбежную изоляцию от остальных бойцов.

– Капитан Хэлли, вас вызывает командование.

– Кто именно? – уточнила она.

Многозначительная легкая пауза.

– Майор, и с ним кто-то еще.

Хэлли запустила пальцы в спутанные волосы.

– Иду.

Комм с шипением отключился. Поднявшись с койки, Хэлли взглянула в зеркало над крохотной раковиной. Выглядела она – дерьмовей некуда. Три минуты, чтоб привести себя в порядок…

Для этой операции Хэлли выделили «Дойл», истребитель класса «слик». Пилот, капрал Джейн Эннинг, была ей знакома, но ни с одним из четверых бойцов раньше работать не приходилось. Хэлли требовала, чтоб выбор людей предоставили ей, но майор сказал, что времени нет и команду нужно подготовить за время вводной пятиминутки. Единственным утешением было то, что все они оказались из Тридцать девятого космического, более известного как «Адские псы», а Хэлли знала: негодных морпехов в этом полку нет.

Вводный инструктаж действительно занял не больше пяти минут. В результате Хэлли поняла лишь одно: это – какая-то спасательная операция. Причем внеплановая: ни номера рейса, ни даже контрольного номера уведомления о вылете. Эннинг получит координаты, как только они окажутся в тысяче километров от станции «Харон», а в курс дела их введут по пути.

Гражданский пассажир тоже означал, что ситуация далека от штатной.

– Итак, что у вас? – спросила Хэлли у сидевшего рядом.

Все они были пристегнуты к креслам пилотов в кабине экипажа. «Дойл» мог принять на борт пятьдесят бойцов, но сейчас на борту было только семеро, и Хэлли настояла, чтобы все заняли места впереди. Слева от нее, на месте второго пилота, сидел огромный сержант Тью. За пультом связи устроилась Роджерс, хрупкая с виду француженка со шрамом от ожога на щеке. Рядом с ней сидел Ширман, один из самых рослых мужчин, каких только Хэлли доводилось встречать: дерзкий, самоуверенный, боевых шрамов – не сосчитать. Розартц, усевшаяся за ними, у задней переборки кабины экипажа, мычала себе под нос какой-то навязчивый мотив. Мычание раздражало: Хэлли знала, что это за мелодия. Пожалуй, стоило бы велеть ей заткнуться…

– Я ведь уже представился, – сказал ей в ответ мужчина, сидевший рядом.

– Кэлин…

– Для друзей – Дел.

– Итак, Кэлин, что у вас?

– Моя работа никак не связана с вашей операцией, – ответил он.

Он изо всех сил старался сохранять спокойствие и любезность и дать Хэлли понять, что это ее операция, а вовсе не его… Но Хэлли видела его насквозь. Бывший военный… Нет, никаких внешних признаков, но Хэлли с первого взгляда узнала и эту выправку, и спокойную уверенность в себе, и блеск в глазах. Этот человек многое успел повидать. Возможно, ушел со службы на вольные хлеба, но вряд ли майор согласился бы иметь дело с наемниками – на каком бы высоком уровне такое ни санкционировали. Возможно, гражданский был нанят Компанией – например, в военно-технологический отдел? Нет, тоже вряд ли. «Компанейских» Хэлли видела не раз, и все они прямо-таки источали лоск и презрение к людям в мундирах – такое глубокое, что при всем желании не спрячешь.

– Значит, вы из Седьмого отдела.

Акоко Хэлли поспешила спрятать улыбку: короткая вспышка злости на лице Кэлина оказалась слишком забавной.

– Не обращайте внимания, – сказала она. – Мне просто любопытно.

– Как известно всем остальным в вашем подразделении, я – научный эксперт, – ответил Кэлин.

– Думаете, все морпехи настолько тупы?

– Давайте просто подождем получения ваших приказов, хорошо?

Отстегнувшись от кресла, Кэлин поплыл по воздуху через кабину экипажа, провожаемый удивленными взглядами морских пехотинцев. Корабль отошел от станции «Харон» всего несколько минут назад, и генератор притяжения останется выключенным, пока они не получат координаты и не наберут скорость маршевого полета, но Хэлли не тревожилась о безопасности пассажира: тот явно знал, что делает.

– Три минуты до тысячекилометровой отметки, – доложила Эннинг, оглянувшись на Кэлина и Хэлли.

– Давай, – кивнула Хэлли.

Едва заметно завибрировав, «Дойл» устремился прочь от станции «Харон», главной базы Колониальных сил морской пехоты в Солнечной системе.

– Ай! Щекотно! – воскликнул Ширман, ерзая в кресле.

– Ты отвратителен, – поморщилась Роджерс.

– А ночью ты другое говорила, мон ами!

Роджерс, не оборачиваясь, выставила над плечом средний палец.

– Занесите в журнал, капитан: на рядовые достоинства рядового Ширмана никто на борту не покушался.

– А в мечтах? – подмигнул ей Ширман.

– Мечтай дальше, – отрезала Эннинг с места пилота.

Ширман скорчил плаксивую рожу:

– Капитан, а они дразнятся!

– С виду ты вполне можешь за себя постоять, – ответила Хэлли.

– Мне не раз приходилось спасать его задницу, – сказал сержант Тью. – Может, он и здоров, но пусть это вас не обманывает, капитан. При виде крови тут же падает в обморок.

– Только при виде своей! – возразил Ширман.

Хэлли улыбнулась, откровенно наслаждаясь их весельем. Все эти бойцы были ей незнакомы, а послушать их шутливую перебранку – лучший способ понять, кто чем дышит. Корабль не был подготовлен к долгому перелету, значит, до точки назначения – максимум пара дней. И, что бы их там ни ждало, к прибытию лучше сойтись с бойцами как можно теснее.

Но все же жаль, что майор не дал ей подобрать ребят самой. Уж не Кэлин ли тому причиной?

Если он действительно из Седьмого отдела, значит, операция затеяна Компанией. Седьмой отдел был группой отставных морских пехотинцев на службе у Тринадцати – высшего органа управления Компании. С ними, всеми нелюбимыми и всем внушающими страх, Хэлли иметь дел еще не приходилось. И лучше бы так оно и оставалось впредь.

– Нас вызывают, – доложила Роджерс.

Кэлин подтянулся к пульту связи, перехватил управление, перевел трансляцию на свой комм-имплантат и прислушался, склонив голову набок. Сообщение его явно обрадовало, и он включил динамики.

Этот голос Хэлли узнала сразу – Джерард Маршалл, один из Тринадцати… Она много раз видела его в передачах и на голограммах, но никогда прежде не говорила с ним.

– Потеряна связь с «Трехманом-Два», научно-исследовательской станцией наших воентехов в десяти миллиардах километров за орбитой Плутона, – не тратя времени на любезности, сказал он. – Вам нужно добраться до станции, высадиться на нее и выявить причину их молчания. Командует операцией мой личный представитель Дел Кэлин, следующая по старшинству – капитан Хэлли. Операция – военная, но под юрисдикцией Компании. В принятии любых решений последнее слово – за Делом Кэлином. Все понятно?

– Абсолютно, сэр, – ответила Хэлли.

– Хорошо. Вопросы?

– Какова степень секретности «Трехмана-Два»? – спросила Хэлли.

– Высшая, – после недолгой паузы ответил Маршалл.

– А назначение?

– Я же сказал, капитан: научные исследования.

– Военные.

– Да, военно-технологические.

– С чем нам предположительно придется столкнуться?

– Всей информацией, которая вам может потребоваться, располагает Дел Кэлин.

– Сколько членов экипажа на борту? – спросила Хэлли.

– Членов экипажа?

Казалось, Маршалл едва ли не удивлен ее заботой о людях, на помощь которым они направлялись. Это наводило на мысль, что операция может оказаться вовсе не спасательной.

– Тридцать два человека, – подсказал Кэлин.

– Желаю удачи, – сказал Маршалл.

– Благодарю вас, сэр.

Комм зашипел, связь прервалась, и Кэлин, цепляясь за спинки кресел, переместился к Эннинг.

– Вот координаты, – сказал он, прижимая свой палмтоп к проекционной рамке перед пилотом.

– Сколько лететь? – спросила Хэлли.

Эннинг сверилась с голограммой плана полета.

– На максимуме – шестнадцать часов.

– Окей, поехали, – сказала Хэлли. – Как только наберем максимальную скорость, включай гравитацию, затем – прием пищи. За едой познакомимся поближе.

Отстегнувшись, она оттолкнулась от кресла и приблизилась к Кэлину.

– Мне нужно знать, с чем мы там можем столкнуться.

– Это мы узнаем на месте.

– Вот как?

В ответ он только пожал плечами.

– Что за козлы эти «компанейские», – пробормотала Хэлли себе под нос так, чтобы больше никто этого не слышал.

Кэлин улыбнулся.

– Что у нас на завтрак?

Корабль приблизился к «Трехману-Два». Роджерс вызвала станцию по открытым каналам, но ответа не последовало. В двух километрах от «Трехмана» Эннинг вывела корабль на орбиту, параллельную орбите станции, и все собрались в кабине экипажа.

– Повреждений корпуса сканированием не выявлено, – доложила Розартц. – Системы жизнеобеспечения функционируют, энергоснабжение в норме.

– А спасательные шлюпки? – спросила Хэлли.

– На месте, – ответил Ширман, стоявший рядом с Роджерс у пульта связи. Теперь, когда все были готовы к высадке, все его шутки и подначки прекратились. Это Хэлли понравилось. Она провела с этими людьми всего половину астрономических суток, но уже могла сказать, что под ее командованием оказалось прекрасно сплоченное боевое подразделение. Некоторые дрались вместе и раньше – и, хоть вслух об этом никто не говорил, Хэлли подозревала, что с Кэлином они работают уже не в первый раз.

Но даже если и так, в первую очередь все они – морская пехота, пусть и работают по заданию Компании.

– Оба транспорта тоже на месте, – продолжал Ширман.

– Подойдем ближе? – спросила Эннинг.

– Нет, – ответила Хэлли. Несмотря на удивленный взгляд Кэлина, она вновь повернулась к иллюминатору, глядя сквозь черную пустоту в сторону мертвой космической станции. – Не нравится мне это. Прибывших кораблей не наблюдается, все суда станции на месте… Посылай дрон.

– Роджер[1].

Пальцы Эннинг пробежались по пульту, послышалось негромкое шипение воздуха, и к «Трехману-Два» устремился дрон-беспилотник.

– Нам нужно попасть на борт, – сказал Кэлин.

– Когда – и если – я смогу убедиться, что это безопасно, – ответила Хэлли.

– На борту станции находятся результаты важных исследований. Их необходимо найти.

– Очень любезно с вашей стороны предупредить об этом только сейчас, – сказала Хэлли. – Пожалуйста, помолчите. Идет военная часть операции. Позвольте нам спокойно делать свое дело.

Кэлин не ответил. Со стороны Ширмана донесся странный звук – то ли громкий выдох, то ли негромкий смешок. Но Хэлли не сводила глаз с дрона.

– Даю экран, – сказала Розартц.

С потолка опустился, разворачиваясь в трех измерениях согласно командам Розартц, голографический экран. Изображение заморгало и через несколько секунд сменилось картинкой с одной из бортовых камер дрона.

– Окей, теперь равномерный облет по кругу, против часовой стрелки, – скомандовала Хэлли. – Включить все сенсоры.

Все молча смотрели на экран. Дрон совершил полный оборот вокруг станции в поисках утечек радиации, воздуха, тепла – любых повреждений или признаков деятельности, и Эннинг повела его на новый круг, в перпендикулярной плоскости. Через десять минут наружный осмотр станции был завершен. Ни поломок, ни повреждений.

– Теперь можно высаживаться? – спросил Кэлин.

– Минуту, – сказал Тью. – Капитан, можно еще раз взглянуть на центральный модуль?

Хэлли кивнула Эннинг.

– Что видишь, сержант? – спросила она.

– Что-то там…

Сержант покачал головой. Он был заметно встревожен – едва ли не испуган.

– Сержант Тью?

– Подождите. Дайте присмотреться.

Эннинг повела дрона на новый круг. Все смотрели на экран, не отрывая глаз.

– Ближе к иллюминаторам. У третьего по продольной оси – стоп.

В темном стекле иллюминатора отражались огоньки звезд.

– Свет, – шепнул Тью.

Луч прожектора пронзил темноту, будто копье.

Тью вскрикнул, шарахнулся назад и неизбежно упал бы, не подхвати его Ширман. Роджерс ахнула и тихо выругалась. Кэлин со свистом втянул ртом воздух.

Зубы. Пятнистая влажная кожа. Жвала. Тварь за окном сидела почти неподвижно, но ее взгляд был устремлен прямо в иллюминатор – на дрона, на них…

– Яутжа? – выдохнула Хэлли. Этого она ожидала в последнюю очередь.

– Все. Сливай воду, – сказал Тью. – Им всем хана. Рвем эту станцию к дьяволу и…

– Ничего подобного, – оборвал его Кэлин.

Хэлли твердо, внимательно взглянула в глаза сержанта.

– Есть опыт?

Тью молча кивнул.

– Чужого корабля не наблюдаю, – заметила Эннинг.

– Он не сам явился сюда, – сказала Хэлли. – Его привезли. А станция – научно-исследовательская, помните?

Кэлин хмуро смотрел на изображение яутжа, следившего за ними из темноты центрального модуля «Трехмана-Два».

– Каков план, капитан? – спросила Розартц.

– Лестница.

– А?

– «Лестница в небо». Песня, которую ты напевала себе под нос.

Розартц просияла.

– Ух ты, еще один фанат настоящей музыки!

– План в том, что вы выполните военную часть операции, – сказал Кэлин. – Высадитесь на «Трехман-Два», найдете и изымете накопители данных компьютера, осмотрите станцию на предмет выживших и убьете эту тварь в случае ее нападения.

– Именно в этом порядке? – спросила Хэлли. – Сначала данные, затем выжившие?

Кэлин молча смотрел на нее. Его молчание говорило красноречивее любых слов.

– Взорвать ее, – сказал Тью. – Выживших там нет. Взорвать на хер и уносить ноги.

– На борту находятся результаты исследований, которые…

– На хер ваши исследования! – выкрикнул Тью.

Кэлин рванулся вперед. Тью был на целый фут выше, но гражданский без особых усилий поднял сержанта и швырнул в кресло. Кресло задребезжало.

– Ты – морская пехота? – спросил Кэлин.

Прижатый к креслу Тью рванулся, но не смог высвободиться из его хватки.

– Так и веди себя как морпех! Получил приказ – выполняй. Или гуляй домой.

Отпустив сержанта, Кэлин отступил и одернул костюм.

«Он мог бы прикончить Тью одним пальцем», – подумала Хэлли. Она слышала, на что способны эти типы из Седьмого отдела, и видеть это собственными глазами ей ничуть не хотелось.

– Нам нужен полный конструктивный план станции, – сказала она вслух. – Палубы, технические коммуникации, расположение системных блоков компьютера.

Кэлин подал ей палмтоп. Хэлли кивнула на Эннинг, и «компанейский» бросил палмтоп ей.

– Теперь слушайте, – заговорила Хэлли, чувствуя леденящий холод внутри. За этим холодом крылась неодолимая тяга в очередной раз закинуться «фрэйлом». Ее лицо сохраняло каменную невозмутимость, но внутри все дрожало, нервы звенели как струна в предвкушении дозы. «По возвращении, – подумала она. – Будет дело сделано – будет и награда».

«Отправишься в космос – там и умрешь…»

Казалось, голос матери громом гремит в ушах.

– Теперь слушайте, – повторила она. – Нас шестеро – хорошо вооруженных, прекрасно обученных, а шестеро против одного – это…

– Примерно на равных, – закончил за нее Тью. – Я видел одну из этих тварей в деле.

– Очень полезный опыт, – сказала Хэлли. – Порядок действий всем вам известен. Все вы проинструктированы и обучены воевать с яутжа, – она взглянула на Кэлина. – Возможно ли, что эта особь ослаблена?

– С большой вероятностью накачана наркотиками, – ответил он. – Но я ничего не могу гарантировать. Каким-то образом ей удалось выбраться из изолятора. Трудно сказать, что там произошло.

– Планы загружены, – доложила Эннинг, выводя трехмерное изображение на главный голографический экран.

– Хорошо, – кивнула Хэлли. – Идем двумя тройками. Первая тройка – Тью, Эннинг, Роджерс. Вторая – я, Ширман и Розартц. Кэлин, вы остаетесь на борту.

– Ничего не имею против.

– Ищем выживших. Забираем накопители данных. Возвращаемся.

Хэлли взглянула на Кэлина, словно предлагая ему рискнуть возразить против такой смены приоритетов. Кэлин раскрыл было рот, но промолчал. Тем временем холод внутри усилился. Сердце будто покрылось коркой льда. «Скоро, – подумала Хэлли. – По возвращении. Совсем скоро».

– Выдвигай рукав и начинай стыковку, – приказала Хэлли.

Эннинг задала автопилоту курс сближения, и все отправились в трюм готовиться к высадке. Длинный стыковочный рукав соединил «Дойл» с «Трехманом-Два», и Хэлли приказала бойцам дважды проверить скафандры и оружие товарищей.

Всем было явно не по себе.

А хорошо бы еще «фрэйлинку», прежде чем влезть в скафандр…

Атмосфера на станции оказалась в порядке. Все индикаторы систем жизнеобеспечения светились зеленым. Все как обычно – вот только на борту ни души, а где-то на станции прячется вырвавшийся на волю яутжа.

Все были в боевых скафандрах с защитными масками и датчиками состояния бойца. В случае надобности гибкая оболочка скафандра могла стать твердой, как броня. Винтовки бойцов могли стрелять плазмой, лазерным лучом, микроточечными цельными боеприпасами и взрывчатыми наноснарядами.

Казалось бы, все это должно было внушать уверенность, но…

– Оставайтесь на открытом канале, – сказала Хэлли. – Он все равно знает, что мы здесь.

– Движения не наблюдаю, – доложил Тью. Его голос звучал тоньше, чем обычно – на грани срыва.

– На приборы не полагаться, – напомнила Хэлли. – Смотреть вперед. Окей, пошли.

Проводив взглядом Тью, Эннинг и Роджерс, устремившихся вправо, она повела Розартц с Ширманом налево. Тройке Хэлли предстояло первой достичь вычислительного центра станции, но путь туда лежал через несколько лабораторий и жилой отсек.

Хэлли вывела на дисплей маски показания детекторов тепла и движения, но одним глазом продолжала смотреть вперед. Ей еще не доводилось сталкиваться с яутжа, но она знала: они – прирожденные воины, а их технический прогресс порой движется вперед непредсказуемыми семимильными шагами. Их костюмы-невидимки были давно знакомы и изучены, но как этим тварям порой удается обмануть детекторы движения и тепла, пока что не сумел разобраться никто.

– Сержант?

– Чисто, – откликнулся в ухе ровный голос Тью.

– Сохраняй хладнокровие, – сказала Хэлли, тут же пожалев о выбранных словах. Однажды ей сказали, что она холодна, как глыба льда, и этот упрек здорово задел ее за живое. «Фрэйл» леденил кровь и притуплял чувства, и Хэлли не на шутку опасалась остаться холодной и бездушной на всю жизнь.

Гробовая тишина вокруг внушала тревогу, будто затишье перед бурей. Сердце бешено билось в груди. В наушнике раздался негромкий предупреждающий звон, и скафандр впрыснул ей в кровь седативный препарат для успокоения нервов.

Они двигались по коридорам, проверяя каждое помещение, останавливаясь перед перекрестками и заглядывая за угол при помощи камер микродронов. Шли осторожно, но быстро: чем дольше они задержатся на борту, тем вероятнее встреча с яутжа. Станция была не из больших, но достаточно велика, чтобы заплутать.

Хэлли надеялась, что яутжа ранен. Или, может, смылся, спрятался при появлении людей, увидев, что их больше…

«Ну да, жди – спрятался», – подумала она. Все, что она знала о яутжа, подсказывало: он скорее будет рад такому вызову и даже не подумает скрываться.

– Лаборатория справа, – сказала Розартц.

Дверь лаборатории была закрыта, но на дверной ручке и вокруг нее темнело большое кровавое пятно. Запекшаяся кровь потрескалась, отслаивалась от пластика хлопьями.

– Ширман!

Хэлли с Розартц разошлись в стороны, направив оружие на дверь. Ширман уперся в стену и взялся за ручку. Хэлли вывела на маски бойцов обратный отсчет. На счет «ноль» Ширман рывком распахнул дверь.

Хэлли затаила дыхание, готовясь нажать на спуск. Ничего. Ни шума, ни движения… только те, кто некогда мог шуметь и двигаться.