- -
- 100%
- +
© Anton Kozhushny, 2026
ISBN 978-5-0069-8772-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
Алекс стоял на балконе и курил, задумчиво глядя на луну. Его волосы вороного цвета ложились на плечи.
Дым смешивался с ночной прохладой, медленно растворяясь в воздухе. Где-то далеко, за чертой города, лаяла собака — одинокий, протяжный звук, будто зов в пустоту. Луна висела низко, огромная и жёлтая, будто хотела что-то сказать, но не находила слов.
Он сделал последнюю затяжку и бросил окурок вниз. Тот прочертил в темноте короткую искру — яркую, как забытое воспоминание, — и исчез.
Ветер шевельнул прядь волос у виска. Алекс поднял руку, заправил её за ухо и глубоко вдохнул. Воздух пах дождём — далёким, ещё не начавшимся, но неизбежным.
В квартире за спиной тикали часы. Ритмично, неумолимо. Отсчитывая секунды, которые уже не вернуть. Он ещё раз взглянул на луну, будто прощаясь, и шагнул внутрь. Дверь балкона тихо щёлкнула за ним, отрезая ночь и её безмолвные вопросы. Зайдя в квартиру, он услышал звук телевизора в соседней комнате — там жила его сестра Настя, делившая с ним квартиру родителей.
Из-за двери доносился голос ведущего вечерних новостей: «…снова рост цен на энергоносители. Эксперты прогнозируют…» — и резкий смех Насти, будто она услышала что-то нелепое.
Алекс замер на мгновение, прислушиваясь. Знакомая картина: Настя, укутавшись в старый плед, который ещё мама вязала, смотрит очередной выпуск, попутно что-то строча в телефоне. Он почти видел, как она морщит нос, когда диктор говорит особенно серьёзные вещи, а потом качает головой — «опять эти прогнозы, будто мы и так не знаем, как жить».
Он тихо прошёл по коридору, стараясь не скрипеть половицами. В слабом свете из-под двери виднелась тень сестры — она то покачивалась, то замирала, когда Настя отвлекалась от экрана.
— Ты опять на балконе курил? — не оборачиваясь, бросила Настя. Её голос звучал привычно — чуть насмешливо, но без злости.
Алекс остановился.
— Да, — коротко ответил он.
— И опять до часу ночи? — она наконец повернулась, и он увидел её лицо в свете экрана: усталое, но с этой вечной искоринкой в глазах, которая всегда напоминала ему детство.
— Может, и до часу, — он прислонился к дверному косяку. — А ты почему не спишь?
Настя пожала плечами, потянулась за кружкой на столике.
— Не спится. Да и новости интересные — говорят, в центре опять пробки из-за ремонта моста. Как будто нам своих проблем мало.
Она похлопала рукой рядом с собой, приглашая сесть. Алекс помедлил, потом подошёл и опустился на край дивана. Плед, пахнущий домом и чем-то неуловимо тёплым, коснулся его руки.
На экране мелькали кадры города, огни улиц, силуэты машин. Где-то за окном снова залаяла собака — тот же одинокий звук, что и раньше. Но теперь он уже не казался таким далёким. Им досталась квартира от родителе погибших в странной автоаварии виновник авариии та и не был найден поэтому Алек и заботился о младшей сестре.
На экране мелькали кадры города, огни улиц, силуэты машин. Где-то за окном снова залаяла собака — тот же одинокий звук, что и раньше. Но теперь он уже не казался таким далёким.
— Знаешь, — тихо сказала Настя, глядя не на него, а на экран, — иногда мне кажется, что они просто уехали куда-то. Далеко. И вот-вот позвонят, скажут, что задерживаются.
Алекс сжал кулаки, потом заставил себя расслабиться. Он знал это чувство — надежду, которая ранит сильнее правды.
— Я понимаю, — он положил руку ей на плечо. — Но мы справимся. Мы же вместе.
Настя кивнула, на мгновение прижалась к нему плечом.
— Вместе, — повторила она.
В комнате стало тише. Новости сменились прогнозом погоды. Дождь, который Алекс чуял ещё на балконе, наконец начал стучать в окно — сначала робко, потом увереннее.
Посидев ещё немного с сестрой, Алекс пошёл спать. Настя что-то тихо пробормотала вслед — наверное, пожелала спокойной ночи, — но он уже не разобрал. В коридоре на мгновение задержался, оглянулся на дверь её комнаты: свет из-под неё всё ещё пробивался тонкой полоской.
В своей комнате он рухнул на кровать, даже не раздеваясь. Усталость навалилась разом, будто только и ждала момента, когда он позволит себе расслабиться. Глаза закрылись сами собой.
И приснился ему странный сон.
Он находился в пустой комнате без окон и дверей. Стены были гладкими, однотонными — ни шва, ни трещины. Даже пола под ногами не чувствовалось: будто он парил в пространстве, лишённом ориентиров. Тишина давила на уши, густая и вязкая, как туман.
Потом раздался голос. Безликий, лишённый эмоций, он звучал сразу отовсюду — и ниоткуда:
— Надо кого-то спасти.
Алекс обернулся, пытаясь найти источник звука, но вокруг не было ничего, кроме этой бесконечной пустоты.
— Кого? — хрипло спросил он.
— Того, кто верит в тебя, — ответил голос.
Воздух дрогнул. На мгновение в стене проступил силуэт двери — едва заметный контур, будто нарисованный мелом. Алекс рванулся к нему, протянул руку…
Но дверь растаяла, как дым.
— Время уходит, — прошептал голос уже тише, растворяясь в тишине.
Алекс сделал шаг вперёд — и провалился в темноту.
Он резко сел на кровати, хватая ртом воздух. Сердце колотилось так, будто готово было выпрыгнуть из груди. За окном всё ещё шёл дождь, капли стучали по стеклу в том же ритме, что и его пульс.
В коридоре скрипнула половица. Алекс замер, прислушиваясь. Потом тихо поднялся, подошёл к двери и приоткрыл её.
Полоска света из комнаты Насти больше не пробивалась. Значит, она всё-таки уснула. Он постоял ещё минуту, глядя в тёмный коридор, и вернулся в постель.
Сон не шёл. В голове снова и снова звучали слова: «Того, кто верит в тебя». Кто это? Настя? Или кто-то другой? И что за опасность грозит тому, кого нужно спасти?
Дождь за окном усилился. Алекс закрыл глаза, но перед внутренним взором всё ещё стояла та пустая комната — и ощущение, что это не просто сон.
Глава 2
Алекс проснулся от настойчивого звона будильника. Он выключил его резким движением, ещё не до конца вырвавшись из липкого кошмара. В голове всё ещё звучали слова: «Того, кто верит в тебя».
За окном серело раннее утро. Дождь, который шёл всю ночь, наконец прекратился, оставив после себя влажный блеск на асфальте и тяжёлые тучи над крышами домов. Алекс сел на кровати, провёл руками по лицу, пытаясь стряхнуть остатки сна.
В квартире было тихо. Из кухни доносился едва уловимый запах свежесваренного кофе — Настя уже встала. Он встал, подошёл к окну и посмотрел вниз. Двор был пуст, только дворник в оранжевом жилете подметал мокрые листья.
Когда Алекс вошёл на кухню, Настя уже сидела за столом с ноутбуком, попивая кофе из кружки с отколотым краем — той самой, которую она обожала с детства. На экране мелькали новостные заголовки.
— Доброе утро, — Настя подняла глаза, улыбнулась. — Ты сегодня бледный. Плохо спал?
— Кошмар приснился, — Алекс налил себе кофе, стараясь говорить небрежно. — Пустая комната, какой-то голос… Ничего особенного.
Настя нахмурилась, закрыла ноутбук.
— Опять про аварию? — тихо спросила она.
Алекс покачал головой:
— Нет. Что-то другое. Но ощущение… будто это важно.
Он не стал рассказывать подробности. Не хотел пугать сестру — она и так слишком часто видела его мрачным и задумчивым.
Настя помолчала, потом вдруг сказала:
— Знаешь, мне вчера звонил дядя Игорь. Спрашивал, как мы. И ещё… он упомянул, что в архиве нашли какие-то новые материалы по делу о той аварии.
Рука Алекса дрогнула, кофе чуть не пролился на стол.
— Новые материалы? — он поставил чашку, стараясь сохранить спокойствие. — Что за материалы?
— Не знаю. Он сказал, что сам пока не видел, но ему намекнули, будто появились какие-то записи с камер, которые раньше не учитывали.
Алекс почувствовал, как внутри всё сжалось. Все эти годы расследование стояло на месте. Виновника не нашли, дело почти закрыли за отсутствием улик. И вот теперь — новые записи?
— Он обещал переслать всё, что получит, — добавила Настя. — Сказал, нам нужно знать правду.
Они помолчали. Алекс смотрел в окно, где первые лучи солнца пробивались сквозь тучи. Правда. Он столько лет хотел её узнать. Но сейчас, после этого сна, мысль о том, что тайна может раскрыться, вызывала не облегчение, а тревогу.
— Ладно, — он встал из-за стола. — Мне на работу пора.
— Алекс, — Настя окликнула его у двери. — Если эти записи что-то покажут… ты ведь не станешь делать глупостей?
Он обернулся, попытался улыбнуться:
— Какие глупости? Я просто хочу понять, что тогда произошло.
Но в глубине души он уже знал: что бы ни было в тех записях, это изменит всё.
Выйдя из дома, Алекс остановился на крыльце. Воздух был свежим и чистым после дождя. Где-то вдалеке загудел поезд. Он достал телефон, открыл календарь. Сегодня ровно пять лет с того дня, когда родители погибли в той странной аварии.
«Время уходит», — прошептал он, вспоминая слова из сна.
И пошёл к остановке, чувствуя, как тревога, родившаяся ночью, разрастается внутри.
Пока Алекс работал, сон всё не выходил из головы. Фразы «Надо кого-то спасти» и «Того, кто верит в тебя» крутились в сознании, словно заевшая пластинка. Кому грозила опасность? И от кого она исходила? Он ловил себя на том, что то и дело бросает взгляд на экран телефона — не появилось ли сообщение от дяди Игоря.
Рабочий день тянулся медленно. Цифры в отчётах сливались в одну серую массу, мысли разбегались. Алекс машинально ставил галочки, вводил данные, но внутренний взгляд был прикован к той пустой комнате из сна, к расплывчатому контуру двери, которая исчезла в последний момент.
Во время обеденного перерыва он пошёл в курилку — небольшое застеклённое помещение на заднем дворе офиса. Воздух здесь пах табаком и влажным бетоном после вчерашнего дождя. Алекс достал сигарету, чиркнул зажигалкой. Дым пошёл неровно — руки слегка дрожали.
Внезапно зазвонил телефон, находившийся в кармане брюк. Звук резанул по нервам, заставив вздрогнуть. Алекс поспешно вытащил аппарат. На экране высветилось: «Дядя Игорь».
Он нажал «принять», прислонился к стене.
— Алло?
— Алекс, — голос дяди звучал напряжённо. — Я получил доступ к материалам. То, что я увидел… Тебе нужно это увидеть самому.
Алекс сглотнул.
— Что там? — спросил он, стараясь говорить ровно.
— Записи с камер наблюдения. Они были сделаны в тот самый день, за час до аварии. И на одной из них… — дядя сделал паузу. — На ней видно, что за вашей машиной кто-то следил.
Мир вокруг будто замер. Алекс почувствовал, как кровь отхлынула от лица.
— Следил? — переспросил он. — Кто?
— Неясно. Машина тёмная, номера не читаются. Но она несколько раз попадала в кадр — то на одном перекрёстке, то на другом. И каждый раз — недалеко от машины ваших родителей.
Алекс закрыл глаза. Всё это время он думал, что авария была случайностью. Несчастным случаем, который невозможно было предотвратить. Но слежка… Это означало умысел.
— Когда я могу посмотреть? — хрипло спросил он.
— Сегодня вечером. Приезжай ко мне домой. И… Алекс, — голос дяди стал тише, — будь осторожен. Я не знаю, кто это сделал и почему. Но если они заметят, что мы копаем…
— Понял, — перебил Алекс. — Буду у тебя в восемь.
Он отключил звонок, но ещё долго стоял, прислонившись к стене курилки. Дождь, который снова начал накрапывать, стекал по стеклу в сантиметре от его лица.
«Того, кто верит в тебя», — снова прозвучало в голове.
Теперь сон уже не казался просто кошмаром. Он был предупреждением. Опасность была реальной — и она никуда не исчезла. Она просто ждала.
Алекс потушил сигарету о пепельницу. Решение созрело мгновенно. Он достал телефон и набрал номер Насти. Гудки шли долго.
— Настя, — сказал он, когда сестра ответила. — Слушай меня внимательно. Сегодня никуда не выходи из квартиры после работы. Никуда. И никому не открывай дверь, кроме меня. Поняла?
В трубке повисла пауза.
— Алекс… что происходит? — голос Насти дрогнул.
— Просто сделай, как я прошу, — твёрдо сказал он. — Это очень важно. Я всё объясню вечером.
Он отключился, сунул телефон обратно в карман. В голове уже складывался план: сначала — к дяде Игорю, потом — домой, проверить, что с Настей. И решить, как защитить её, если угроза действительно существует.
Дождь за окном усиливался. Капли стекали по стеклу, словно слёзы.
Вечером, как и договорились, Алекс пошёл домой к дяде Игорю. Он был другом отца и работал вместе с ним. Войдя в обшарпанный подъезд, Алекс поднялся на лифте на пятый этаж.
Лифт скрипел и подрагивал, будто вот-вот застрянет между этажами. Алекс прислонился к стене, глядя на медленно сменяющиеся цифры над дверью. В голове снова и снова прокручивался разговор в курилке: «За вашей машиной кто-то следил». Кто? С какой целью? И почему это всплыло только сейчас, спустя пять лет?
На пятом этаже пахло старой краской и чем-то едким — то ли бытовой химией, то ли просто затхлостью многолетней давности. Алекс нашёл нужную дверь — тёмно-коричневую, с облупившейся краской у замочной скважины — и постучал.
Дверь открылась почти сразу. На пороге стоял дядя Игорь — седеющий, с усталыми глазами, но всё ещё крепкий. Его лицо, обычно открытое и улыбчивое, сейчас было напряжённым.
— Алекс, — он отступил в сторону, пропуская племянника. — Заходи.
Квартира выглядела так же, как и много лет назад: те же тяжёлые шторы, тот же книжный шкаф с потрёпанными корешками, тот же запах старого дерева и кофе. Но теперь повсюду лежали стопки бумаг, папки, распечатки — следы долгих поисков.
— Проходи в кабинет, — дядя Игорь кивнул в сторону соседней комнаты. — Я всё подготовил.
В кабинете на столе стоял открытый ноутбук, рядом — несколько распечатанных кадров. Алекс подошёл ближе. На экране мелькали чёрно-белые кадры с камеры наблюдения: улица, машины, пешеходы.
— Вот, смотри, — дядя Игорь указал на экран. — Это за час до аварии. Видишь тёмный седан? Он появляется здесь, на пересечении Ленина и Советской.
Алекс вгляделся. Действительно, в углу кадра промелькнула машина. Номер не разобрать, силуэт водителя — размытый силуэт.
— А вот здесь, — дядя переключил кадр, — через двадцать минут. Тот же седан, снова неподалёку от машины твоих родителей. И ещё раз — за десять минут до столкновения. Он будто шёл за ними по маршруту.
Алекс почувствовал, как внутри всё похолодело. Это не совпадение. Это слежка.
— Кто это мог быть? — тихо спросил он.
Дядя Игорь покачал головой:
— Не знаю. Я проверил все связи отца, все его дела — ничего подозрительного. Но кто-то явно был заинтересован в том, чтобы они… не доехали.
Он открыл другую папку и выложил несколько фотографий:
— Это снимки с места аварии. Я нашёл их в архиве. Видишь этот след на асфальте? — он указал на едва заметную полосу. — Это тормозной след, но он не от машины родителей. Кто-то резко затормозил рядом с ними, возможно, подрезал.
Алекс наклонился ближе. Детали складывались в пугающую картину.
— И ещё вот что, — дядя Игорь понизил голос. — После аварии я пытался поднять дело, поговорить с теми, кто его вёл. Но материалы исчезли. Все записи, протоколы — будто кто-то специально их убрал.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Алекс смотрел на кадры с камер, на фотографии с места аварии, и в голове снова звучали слова из сна: «Надо кого-то спасти. Того, кто верит в тебя».
— Настя, — прошептал он.
— Что? — не понял дядя.
— Опасность грозит Насте, — Алекс резко выпрямился. — Если это не случайность, если кто-то причастен к смерти родителей… они могут прийти за нами. За ней.
Дядя Игорь помрачнел:
— Ты думаешь, они знают, что мы копаем?
— Не знаю, — Алекс достал телефон. — Но я должен вернуться к ней. Сейчас же.
Он уже направился к двери, когда дядя Игорь окликнул его:
— Подожди. Возьми это. — Он протянул флешку. — Здесь все материалы. Копии, которые я успел сделать. Будь осторожен, Алекс. И… береги сестру.
Алекс сжал флешку в ладони.
— Спасибо, — коротко бросил он и вышел из квартиры.
Лифт спускался мучительно медленно. Алекс смотрел на мигающие цифры и думал только об одном: успеть. Успеть защитить Настю, пока не стало слишком поздно.
Подходя к своему подъезду, Алекс увидел всё тот же тёмный седан. В нём, на месте водителя, сидел человек с надвинутым на лицо капюшоном. Фигура казалась неподвижной, будто застывшей, но Алекс почувствовал на себе взгляд — тяжёлый, изучающий.
Он замер на мгновение, стараясь не выдать себя. Сердце забилось чаще, в висках застучало. «Совпадение? Или слежка?» — пронеслось в голове.
Алекс сделал вид, что проверяет телефон, и медленно огляделся. Вокруг — никого. Только ветер гонял по двору сухие листья да где-то вдалеке лаяла собака. Он дождался, пока из соседнего подъезда выйдет пожилая женщина с собачкой, и пристроился следом, стараясь держаться в тени.
Незаметно пробрался в подъезд и поднялся на свой этаж, стараясь не шуметь на старых ступенях. На площадке остановился, прислушался: тишина. Только где-то капала вода из неисправного крана.
Войдя в квартиру, он тихо закрыл дверь на все замки и цепочку. В коридоре на секунду замер, пытаясь отдышаться и собраться с мыслями. Потом решительно направился в комнату Насти.
— Настя, — тихо, но твёрдо позвал он. — Нам нужно срочно уходить. Собирай самое необходимое: документы, деньги, сменную одежду. Ничего лишнего.
Настя оторвалась от книги, удивлённо подняла брови:
— Что случилось? Почему так резко?
— Потом объясню, — Алекс уже вытаскивал из шкафа её вещи, складывал в спортивную сумку. — Быстрее, пожалуйста. И телефон возьми — но никому не звони, пока я не скажу.
Она встала, всё ещё не понимая, но повиновалась — привычка слушаться старшего брата сработала безотказно. Быстро собрала косметичку, кинула в сумку зарядку, любимую толстовку.
Алекс тем временем метался по квартире: в своей комнате схватил ноутбук и флешку от дяди Игоря, из кухни — пару бутылок воды и немного еды, из прихожей — куртку и ключи. В голове крутились обрывки мыслей: «Куда ехать? Где спрятаться? Кто этот человек в машине?»
— Всё, — он застегнул сумку, огляделся, проверяя, ничего ли не забыл. — Выходим через пожарный выход. Лифтом пользоваться нельзя — если за нами следят, они будут ждать у подъезда.
Настя кивнула, лицо её стало серьёзным. Она больше не задавала вопросов — поняла, что ситуация действительно опасная.
Они вышли в коридор. Алекс осторожно приоткрыл дверь на лестничную клетку — тишина. Он выглянул, проверил, нет ли кого-нибудь на площадке, и сделал сестре знак следовать за ним.
Спускаясь по тёмной пожарной лестнице, Алекс прислушивался к каждому звуку: скрип ступеней, их собственное дыхание, далёкий гул города. На третьем этаже он замер — снизу донёсся глухой стук, будто кто-то открыл дверь подъезда.
— Тихо, — шепнул он Насте. — Жди здесь. Я проверю.
Оставив сестру на лестничной клетке, он осторожно спустился ещё на пролёт и выглянул в окно, выходящее во двор. Тёмный седан всё ещё стоял на том же месте. Капюшон водителя чуть сдвинулся — будто тот повернул голову в сторону подъезда.
Алекс отпрянул от окна. Сомнений больше не было: следят. И, похоже, уже знают, что они собираются бежать.
Он вернулся к Насте:
— Через двор не пойдём. Есть запасной выход с другой стороны дома — через гаражную зону. Там редко кто ходит, и машин почти нет. Пойдём тихо, держись рядом и не отставай.
Настя молча кивнула. В её глазах читалась тревога, но она не дрожала — только крепче сжала сумку и шагнула следом за братом.
Выбравшись через чёрный ход, они двинулись вдоль гаражей, прячась за бетонными блоками. Дождь, который начался снова, помогал — капли заглушали шаги, а мокрые дорожки не оставляли чётких следов.
Алекс достал телефон, открыл карту. В голове уже вырисовывался план: сначала — к старой знакомой матери, которая живёт на окраине города и никому не расскажет, где они. Потом — разобраться с материалами дяди Игоря и понять, кто и зачем убил их родителей.
Но главное сейчас — спасти Настю. Слова из сна, наконец, обрели смысл: «Того, кто верит в тебя». Она верила. И он не подведёт.
Они добрались до старой знакомой матери на автобусе с пересадками — Алекс специально выбрал сложный маршрут, чтобы запутать следы. Вышли на нужной остановке и пешком добрались до старого пятиэтажного дома. Знакомая жила на первом этаже.
Дом выглядел заброшенным: штукатурка местами обвалилась, окна на верхних этажах заколочены, а во дворе валялись пустые коробки и ржавые банки. Только в одной квартире на первом этаже, судя по свету в окне, кто-то жил.
Алекс и Настя тихо постучали в дверь квартиры, но им никто не открыл. Алекс постучал ещё раз — громче, настойчивее. Тишина.
— Может, её нет дома? — шёпотом спросила Настя, оглядываясь на тёмный двор. — Или она просто не слышит?
Алекс прислонился ухом к двери. Изнутри не доносилось ни звука. Он достал телефон, проверил сообщения — никаких пропущенных.
— Странно, — нахмурился он. — Я же написал ей перед выходом. Она обещала быть дома и ждать нас.
Он огляделся. Двор был пуст, но это не успокаивало — слишком уж тихо. Даже собаки не лаяли, ни одного прохожего.
— Подождём немного, — решил Алекс. — Может, она отошла в магазин или на кухню.
Они отошли к кустам у подъезда, стараясь держаться в тени. Прошло десять минут — дверь так и не открылась. Ещё пять — ничего.
— Что-то не так, — тихо сказал Алекс. — Слишком подозрительно.
Настя придвинулась ближе:
— Думаешь, они нашли нас?
— Не знаю. Но рисковать нельзя.
Он достал телефон, открыл карту. В голове крутились варианты: гостиница? Но там нужны документы, их легко отследить. Друзья? У них с Настей почти не осталось близких знакомых после переезда. Дядя Игорь? Нет — он уже засветился, его могут взять под наблюдение.
— Есть ещё один вариант, — наконец произнёс Алекс. — Дача. За городом. Родители купили её, когда мы были маленькими. Мы там почти не бывали в последние годы, но ключи у меня сохранились.
— Далеко? — спросила Настя.
— Часа два на электричке. Идти придётся через лес от станции, но там тихо, и никто не знает, что она наша.
Настя кивнула:
— Пойдём.
Они двинулись прочь от дома знакомой, стараясь не привлекать внимания. Алекс всё время оглядывался, проверял тени за спиной. В кармане он сжимал флешку с материалами дяди Игоря — единственное доказательство того, что авария не была случайностью.
На остановке они дождались автобуса, который шёл в сторону вокзала. Пассажиров было мало — пара подростков с рюкзаками, усталая женщина с сумками. Алекс сел так, чтобы видеть вход, и усадил Настю рядом.
— Слушай, — он наклонился к сестре, — если что-то пойдёт не так — беги. Беги в людное место, звони дяде Игорю. Но не возвращайся в квартиру.
— А ты? — Настя сжала его рукав.
— Я буду рядом. Но если меня задержат или отвлекут — уходи сразу. Обещай.
Она помедлила, потом кивнула:
— Обещаю.
Автобус тронулся. За окном поплыли огни города, витрины магазинов, силуэты домов. Дождь снова начал накрапывать, размывая очертания улиц.
Когда они вышли у вокзала, Алекс провёл сестру через подземный переход, потом по переулку, где не было камер. На платформе ждали электричку до нужной станции.