Downgrade

18:30

Рома трёт переносицу и откидывается в кресле. На экране ноутбука — последние строчки кода за день.

Шмыгает носом. Опять. Третий день подряд этот насморк.

Сворачивает все окна, смотрит на время в углу экрана — 18:32.

За окном Ленинский проспект гудит вечерним трафиком. Шестой этаж.

Октябрь. Среда.

Встаёт, подходит к окну. Внизу суета — люди вдоль проспекта, машины в пробке. Кто-то сигналит.

Опять шмыгает.

— Зараза, надо всё-таки топать в аптеку.

На кухне в раковине — вчерашняя кружка с засохшим кофе на дне. И позавчерашняя. Холодильник гудит.

Телефон вибрирует. Серёга пишет.

«Ты завтра в офис придёшь или опять болеешь?»

Набирает ответ.

«Хз. 3 дня сопли. Ни туда, ни сюда»

Отправляет. Тянется за толстовкой на спинке стула. Серая, с облупившимся принтом. Натягивает.

Ключи, телефон, карточка. Вейп — в карман. Ищет наушники на столе. Находит под бумагами.

Бормочет под нос.

— Прибраться бы…

Выходит в коридор. Соседская дверь приоткрыта, оттуда музыка — что-то попсовое, русское. Лифт приезжает пустой.

Спускается. На почтовых ящиках у входа — диффузор с торчащими палочками и стопка детских книжек. В подъезде теперь пахнет приторной ванилью. Толкает тяжёлую дверь.

Холодный воздух бьёт в лицо. Высмаркивается в платок. Аптека минут пять-семь пешком.

Засовывает руки в карманы, идёт.

19:05

Ленинский проспект гудит. Пробка. Сигналы. Музыка из машин. Неон витрин. Светофоры переключаются — красный, зелёный, красный. Тысячи огней. Город сияет.

«Якитория» на углу соседнего дома. Внутри полно людей — ужинают. У входа официант в чёрной униформе курит, что-то смотрит в телефоне.

Рома проходит мимо, руки в карманах. Ещё метров сто до аптеки. Шмыгает носом.

— Коннектор к базе бы переписать… — бормочет.

Девушка навстречу в пальто, тараторит в телефон, размахивая рукой. Мужик с седой бородой курит электронную сигарету.

Резкий запах бьёт в нос. Озон. Как после грозы, только гуще. Глаза щиплет.

Рома морщится.

Телефон вибрирует в кармане. Рома лезет за ним.

Щелчок.

Всё гаснет.

Не постепенно. Не по очереди.

Разом.

Фонари. Витрины. Светофоры. Окна домов.

Как выключили.

Улицы заливает красный свет. Как от пожара. Падает на лица людей.

Секунда тишины.

Рома поднимает голову. Смотрит вверх.

Небо пульсирует волнами. Яркое. Как будто горит.

— Охре… — шёпот рядом не успевает договорить.

Визг тормозов. Скрежет металла.

ГРОХОТ.

Слева — машина вылетает с Ленинского.

Врезается в дерево.

БАХ.

Звон стекла.

Метрах в пятнадцати от Ромы.

Рома вздрагивает. Замирает.

Ещё удар — где-то впереди. Машина въехала в другую.

Скрежет металла.

Какой-то кусок отлетел на тротуар.

Крики.

Рома останавливается. Моргает.

— Что за хрень? — чей-то голос рядом.

Из «Якитории» выбегают люди.

Дым валит из дверей.

Официант, который курил, теперь кричит посетителям.

— Выходите! Быстро!

Рома отходит в сторону. Аптека рядом, метров тридцать. Зелёный крест не горит. Стеклянные двери тёмные.

Подходит. Толкает дверь — открыто.

Заходит. Дверь с шумом захлопывается за спиной.

Тихо и темно.

Рома стоит на входе.

Девушка за кассой держит телефон.

Рома молчит. Смотрит на неё. Она смотрит на него.

Секунды три.

Он медленно поворачивается. Смотрит на улицу.

Машины разбросаны по всей улице.

Разворачивается обратно к девушке.

— За наличные можно?

Она качает головой.

— Ничего не работает.

Рома кивает.

Выходит.

Крики. Со всех сторон голоса.

Рома смотрит вдаль по проспекту. Ни одного фонаря до горизонта. Только багровое свечение с неба освещает силуэты домов.

Оборачивается в другую сторону. То же самое.

Достаёт телефон. Набирает Серёгу.

«Нет сети».

Слева — резкий рёв мотора.

Рома оборачивается.

Старый «ВАЗ» выскакивает на тротуар.

Фары слепят.

Рома отскакивает.

«ВАЗ» проносится мимо — в метре от него.

Скрывается за поворотом, красные габариты мелькают.

Рома прижат к стене. Сердце колотится.

Выдыхает. Выпрямляется.

Убирает телефон.

Идёт обратно.

Вдалеке глухой взрыв. Потом ещё один. Ещё.

На дублёре машины стоят. Без фар. Водитель у открытой двери, крутит ключ. Тишина.

— Это чё такое…

Поворачивается к соседнему.

— У тебя тоже не алё?

Тот разводит руками.

Рома проходит мимо.

Возле «Якитории» толпа. Люди снимают на телефоны.

Пожар разгорается. За стеклом оранжевое пламя, чёрный дым валит из дверей.

Официант, который курил у входа, стоит вместе с девушкой-напарницей. Она кашляет, лицо в саже. Чёрная униформа испачкана.

Рома подходит ближе.

Запах гари в воздухе. Едкий.

— Все вышли? — спрашивает её.

Она оборачивается.

— Вроде да. Всех вывели. — Вытирает лицо рукавом. — Ужас. На кухне что-то взорвалось, когда свет вырубило.

— Пожарные?

Она смотрит на него.

— Я пыталась вызвать. Связи нет. Вообще.

Рома молчит.

Девушка смотрит на стоящие машины. На тёмный проспект.

— Блин, мне в Тропарёво… А метро работает?

Рома качает головой.

— Не знаю. Видимо, нет.

Она оглядывается. В одну сторону, в другую.

— До «Академической» что ли дойти…

— Удачи.

Она усмехается.

— Ага.

Разворачивается к своему напарнику.

— Макс, я пошла.

— Пока.

Уходит. Её силуэт мерцает в красном свете, пока не скрывается за углом.

Рома смотрит на горящую «Якиторию» ещё несколько секунд.

Разворачивается.

19:30

Идёт вдоль Ленинского. В обратную сторону.

Красное сияние с неба окрашивает всё вокруг. Багровый, пульсирующий свет. Фонарики телефонов мелькают — люди светят под ноги.

На дороге хаос. Машины стоят где встали. Некоторые — поперёк. Водители вышли, стоят группами, обсуждают. Голоса злые, растерянные.

— Чё происходит-то?!

— Может теракт какой?

— Какой теракт, тачки сдохли!

Рома обходит столкновение — три машины вмялись друг в друга. Стекло хрустит под ногами. Кто-то сидит на бордюре, держится за голову. Кровь между пальцев.

Батарея телефона — 67%.

Останавливается.

Напротив, через дорогу — кирпичный дом. На четвёртом этаже в окне оранжевое. Огонь. Пламя лижет раму, дым валит наружу.

Внизу у подъезда мельтешат фигуры. Гул голосов доносится через дорогу — не разобрать.

Идёт дальше.

Доходит до своего дома. Подъезд чёрный. Ни одного окна не светится.

Тянет дверь — открывается.

Внутри темно, только слабые красные отблески из узких окон на лестничных площадках. Фонарик выхватывает знакомую лестницу. Диффузор всё ещё стоит на почтовых ящиках, ваниль бьёт в нос.

Поднимается на шестой. Тяжело дышит.

Квартира. Ключ в замке. Заходит.

20:00

Полумрак. Красный свет из окон отбрасывает тревожные тени. Тихо.

Холодильник не гудит.

Рома заходит в ванную. Открывает кран — напор слабый. Моет руки. Вытирает.

На секунду замирает. Чешет переносицу.

Идёт на кухню. Достаёт кастрюлю, чайник. Набирает воду во все ёмкости, что находит.

Садится за стол. Телефон перед ним добавляет белого света к красному.

Набирает родителей. На экране — «Нет сети».

Открывает браузер — не грузится. Wi-Fi мёртв. Мобильный интернет тоже.

Telegram — последнее сообщение — 19:06.

От Серёги.

«Слушай, давай всё-таки завтра выпьем после работы? Есть что обсудить»

Рома смотрит на сообщение.

Вздыхает.

Смотрит на чёрный экран ноутбука. Зарядка всё ещё воткнута в розетку, кабель тянется к ноуту. Пробует включить — ничего. Даже индикатор зарядки не горит.

Берёт вейп со стола.

Встаёт, подходит к окну.

Внизу темнота. На тротуаре покачиваются огоньки фонариков — люди стоят, курят. В красном свете проступают очертания деревьев и стоящих машин.

Небо. Кроваво-красное. Всё ещё пульсирует.

Рома затягивается. Манго-маракуйя.

Стоит, смотрит.

Выдыхает в темноту.

Трогает батарею — остыла. Пальцы покалывает. Отдёргивает руку.

Холодно.

18:35 — Лена

Лена выходит из кухни с пустым подносом. Горячо. В зале душно, полная посадка.

Идёт к барной стойке, ставит поднос.

Макс стоит у стойки. Телефон в руке, наушник в ухе. Смотрит в экран, ухмыляется.

Лена подходит.

— Макс.

Ноль реакции.

— Макс!

Он вздрагивает. Вынимает наушник.

— А?

— Двенадцатый стол ждёт пятнадцать минут. Где заказ?

— Щас, секунду…

Лена заглядывает в его телефон. На экране — стрим. Какая-то игра. Парень в наушниках что-то орёт.

— Ты стрим смотришь? На работе?

Макс виновато улыбается.

— Да там Денчик катку тащит, щас закончится…

— Ты издеваешься? Меня с твоих столов люди дёргают. Я как белка тут.

Макс вздыхает. Убирает телефон в карман.

— Ладно-ладно. Иду.

Уходит на кухню.

Лена качает головой.

— Дебил. — Бурчит под нос.

Оглядывается. Столик у окна машет — счёт просят. Третий стол ждёт десерт. Пятый недоволен чем-то.

Пробивает заказ, аккуратно кладёт счёт в папку.

Хватает терминал, идёт к окну.

— Готовы рассчитаться?

Кладёт папку на стол.

Терминал тормозит. Клиенты ждут.

— Одну минуточку, сейчас…

Наконец проходит. Кладёт чек в папку.

Возвращается к стойке. Макс несёт поднос с роллами для двенадцатого.

— Наконец-то, — бросает она.

Смотрит на часы на стене — 18:47.

Ноги уже гудят.

19:06

Лена несёт поднос с горячими роллами к седьмому столу. Филадельфия, Калифорния, темпура — полный набор. Тяжёлый.

Духота, от кухни тянет жаром.

Ищет глазами Макса. Нигде нет.

Обходит столы.

Ставит поднос на стол.

— Филадельфия?

— Мне, — девушка в красном платье.

— Калифорния?

— Сюда, — парень напротив.

Расставляет тарелки. Васаби, имбирь, соевый соус.

— Приятного аппетита.

Поворачивается с подносом.

Хлопок.

Свет гаснет.

Зал погружается в полумрак. Через окна — красное сияние. Пульсирующее.

Лена замирает. Моргает. Силуэты людей в красном свете.

— Что за… — начинает кто-то за столом.

Лена нащупывает карман, достаёт телефон. Включает фонарик.

— Простите, — улыбается парочке за столом. — Видимо, решили устроить вам ужин при свечах. Только свечи забыли.

Девушка в красном платье смеётся, голос срывается.

— А я думала, это часть шоу какого-то.

— Сейчас разберёмся, — Лена поднимает поднос повыше.

Идёт к барной стойке, светя телефоном. Вокруг начинают доставать телефоны другие посетители. Десятки лучей света.

Макс заходит с улицы. Запах сигарет.

— Блин, инет сдох.

Из кухни голос.

— Эй! Тут дымит что-то!

Лена оборачивается. В проёме кухни — повар с фонариком.

— Где дымит?

— Вон! — показывает в сторону оборудования.

Администратор — Виктор Тимофеевич — уже бежит с огнетушителем.

— Расступитесь!

Врывается в кухню. Слышно шипение огнетушителя.

Минута тишины. Все ждут.

Виктор Тимофеевич выходит.

— Вроде потушил.

Секунда тишины.

— Опять дымит! Сильнее!

Дым начинает валить из дверей кухни.

Виктор Тимофеевич смотрит на зал.

— Уважаемые гости! В связи с аварией просим всех взять свои вещи и выйти на улицу. Приносим извинения.

Люди начинают вставать.

— К выходу, пожалуйста, — Лена направляет людей. — Не торопитесь. Осторожно.

Дым густеет. Видно оранжевое зарево в кухне.

— Быстрее! — кричит Виктор Тимофеевич. — Все на выход!

Стулья скрежещут. Звон стекла. Толкаются у двери.

Макс быстро прыгает ко входу, открывает дверь.

Выходит, держит дверь.

Включает фонарик, машет, кричит.

— Без паники, сюда, на выход!

Лена помогает выводить последних посетителей.

Всё заволокло. Плохо видно.

Наконец выскакивает наружу. Воздух. Можно дышать.

Подходит к Максу.

Оборачивается — из дверей валит густой дым.

Стоит, дышит тяжело. Люди вокруг кашляют, снимают на телефоны.

Достаёт телефон. Набирает 112. «Нет сети». Ещё раз. «Нет сети».

Набирает маму. То же самое.

Рядом женщина тычет в экран.

— У всех связи нет?

— Ни хрена, — отвечает ей мужчина.

Через несколько минут в окнах мелькает оранжевое зарево. Потом ярче. Пламя.

Замечает парня в серой толстовке — подходит к ней, тоже смотрит на ресторан.

— Все вышли?

— Вроде да. Всех вывели. — Вытирает лицо рукавом, чувствует сажу на коже. — Ужас. На кухне что-то взорвалось, когда свет вырубило.

— Пожарные?

Она смотрит на него.

— Я пыталась вызвать. Связи нет. Вообще.

Он молчит.

Лена смотрит на стоящие машины. На тёмный проспект.

— Блин, мне в Тропарёво… А метро работает?

Он качает головой.

— Не знаю. Видимо, нет.

Оглядывается. В одну сторону, в другую.

— До «Академической» что ли дойти…

— Удачи, — говорит парень.

— Ага.

Разворачивается к своему напарнику.

— Макс, я пошла.

— Пока.

Разворачивается, идёт. Фонарик телефона освещает дорогу. Батарея 31%.

19:05 — Денис

— Так, чуваки, смотрите какая дичь!

Денис наклоняется к микрофону. На мониторе шутер. Счёт 14—15. Проигрывают. Остался он один против троих.

В углу экрана — окошко с вебкой, его лицо в наушниках.

Чат взрывается сообщениями.

— Да-да, пишите что хотите, щас покажу как надо.

Крадётся по карте.

ТА-ДАААМ!

Громкий звук доната. Денис вздрагивает, дёргает мышкой.

— Блять!

ToxicPanda кидает 500 рублей.

«Делаем ставки! Я за Денчика!»

— Спасибо, Токсик, за пятихатку! Обосрался!

Смотрит краем глаза на статистику — 1247 зрителей онлайн.

Слышит шаги слева. Резко выглядывает, стреляет. Есть!

«ПЕРВЫЙ ГОТОВ»

«ДАВАЙ ДЕНЧИК»

— Так, один готов. Где остальные ссыкуны?

Перезаряжается. Бежит на точку. Бомба тикает — 30 секунд.

Выглядывает из-за ящиков. Второй враг — спиной. Короткая очередь в голову.

Чат сходит с ума.

«АААААА»

«ЕЩЁ ОДИН»

— Остался последний! — Денис вытирает ладонь о штаны. — Ну где ты, сука?

20 секунд на таймере.

Бежит к бомбе. Начинает разминировать.

Шаги справа!

Прерывается. Разворачивается. Враг выскакивает из дыма.

Стреляют одновременно.

Хлопок.

Мониторы гаснут.

Все три сразу.

— ЧТО?! ЭТО ЧЕ БЛЯ?

Денис всё ещё смотрит в чёрный экран. Руки на мышке и клавиатуре.

— ВЫ ЧЕ?!.. БЛЯТЬ!

RGB-подсветка клавиатуры мерцает секунду и тухнет.

Комната погружается во тьму.

Запах. Резкий. Палёный пластик.

— Чё за…

БАМ!

Бьёт кулаком по столу. Пустая банка энергетика опрокидывается, катится к краю.

Ловит. Ставит резко — банка шатается, снова начинает падать.

Хватает, сжимает. Хруст алюминия. Бросает на стол.

— ЭЛЕКТРИКИ ЁБАНЫЕ! ВЫ ЧЕ ТАМ, СУКА, ДЕЛАЕТЕ?! — орёт во весь голос.

Встаёт. Темнота. Идёт к окну.

Рука касается батареи.

УДАР.

Резкий. Острый. Через всю руку до плеча.

— АЙ, БЛЯТЬ!

Отдёргивает руку. Встряхивает.

Покалывание. Пальцы немеют.

— Нихера себе!

Смотрит на батарею в темноте. Больше не трогает.

Обходит стороной.

Тишина. Компьютер не гудит. Вообще ничего не гудит.

— Сука! Охуели совсем! В самый момент! ТЫСЯЧА ДВЕСТИ ЧЕЛОВЕК!

На ощупь идёт к выключателю. Щёлкает — ничего. Щёлк-щёлк-щёлк.

— Ёбаный рот!

Лезет в карман за телефоном. Включает фонарик.

Светит на компьютер. Кнопка питания не реагирует. Жмёт снова и снова.

— Сука… сука… СУКА!

Выходит из комнаты. В коридоре темно.

Идёт на кухню, светит телефоном. Пинает по пути табуретку.

— Блядские коммунальщики! Вы за что бабки получаете, твари?!

Подходит к окну. Смотрит вниз.

Весь район залит странным красным светом. Ни одного огонька в окнах. Только внизу — огоньки телефонов.

Замирает.

Смотрит на телефон. Пытается зайти в «Twitch» — не грузится. Связи нет.

— Охуеть…

Смотрит на небо.

Волны света перекатываются с востока на запад. Кроваво-красные, пульсирующие.

— Что за хуйня…

Открывает окно.

Птицы поют.

Вдалеке БУМ. Взрыв. Ещё один — через несколько секунд.

— Эй! НЛО ёбаное!

Стоит. Смотрит. Дышит.

Снизу доносятся крики.

Смотрит на телефон.

Батарея — 43%.

Выдыхает.

Рома просыпается.

Лежит. Глаза закрыты.

Тихо.

Открывает глаза.

Комната. Серый свет из окна.

Встаёт.

Поеживается. Дышит паром.

Набрасывает кофту.

Идёт в ванную.

Подходит к раковине.

Открывает кран.

Пшик. Воздух из трубы.

Ждёт.

Секунда.

Две.

Ничего.

Закрывает.

Стоит. Смотрит на кран.

Идёт на кухню.

Смотрит на кастрюлю у раковины. На ёмкости.

Литров пятнадцать. Может двадцать.

Достаёт чайник.

Наливает воду из кастрюли. Немного.

Ставит на плиту.

Открывает газ. Поворачивает ручку.

Тишина.

Ни шипения. Ничего.

Закрывает газ.

Ставит чайник обратно.

Стоит.

Смотрит на плиту.

— Даже чай не попить.

Садится за стол.

Кухня пустая. Серая. Холодная.

Смотрит на телефон. 7:34. Заряд 41%.

Ни сообщений. Ни звонков. Тишина.

— Так. — Трёт виски. — Рассуждаем логически.

Чешет переносицу.

— Электричества нет.

Загибает палец.

— Воды нет.

Загибает второй.

Щекотка в носу. Чихает.

— Зараза.

Вытирает нос рукавом.

— Отопления и газа тоже нет.

Ещё два пальца.

— И связь всё.

Смотрит на кулак.

— Ну и пиздец.

Встаёт. Идёт к окну.

На улице пусто. Ни души.

Куча брошенных машин.

На Ленинском, на тротуарах, на газонах.

Разбитые стекла повсюду.

— Надо что-то делать.

Садится на диван.

Смотрит на ноутбук.

Окидывает взглядом комнату.

Минута.

Две.

Сидит.

— Жесть.

Идёт на кухню.

Открывает ящик. Старые чеки, инструкции, скрепки.

Перебирает. Выкидывает в мусорку.

Закрывает ящик.

Подходит к полке.

Берёт книгу. «Бесы».

Открывает наугад.

Читает пару строк.

Закрывает.

Ставит обратно.