- -
- 100%
- +
– Какие-то вы все мелкие, – морщился он. – То ли десять лет назад башни приходили. От оборотней отбоя не было, вас же Тамара реально в колодец отнесет. А ты, – он остановился напротив меня и навис, принюхиваясь, – что забыла? У меня с девчонками разговор короткий. Они либо мужики, либо валите отсюда. Жениться в Мороке нельзя.
– А я не ради свадьбы, – натурально оскорбилась. Мне же двадцать лет, я вчера полдня Бугимену пересказывала романтическую историю про двух влюбленных, убивших себя. Один всадил нож, вторая выпила яд. Какая мне свадьба, я почти ребенок. – Я учиться пришла.
– Ага, щ-щас. Это женское счастье, деточка моя! Вы должны ждать мужчину и искать мужчину! Переводись.
– А артефакт, это он решил, – я немного лукавила.
Фредвурт не ответил, но пронизывал таким презрительным взглядом, что два куста слева от него превратились в пепел.
Впрочем, занятие началось, прогонять меня, пойти решать что-то с ректором мужчина не мог. И чтобы удивить новичков, получше узнать их сильные и слабые стороны, профессор Круджерс объявил.
– Вы сами на пары разбейтесь. Некроманты с боевиками. Только, чур, старшекурсники с мелкими. Надо вас как-то спасать, перебьют молодняк к моей чертовой бабушке. Заодно познакомитесь.
– Простите, – подал голос один из «наших», я почувствовала изменение в «силе», посчитала, что зря он выступил. – Но так нельзя, я сын главного казначея. Меня нельзя бить. А насилие – плохой повод к знакомствам.
– Да ну? – скептично отозвался Крюджерс, снимая свою шляпу. Блин, было бы отлично, если бы она на нем оставалась. Лысый, в пятнах и зачесом на манер «спрятать озерцо страданий», он вызывал куда больше ужаса. – Проверим твою догадку. Вот ты кто?
Он щелкнул пальцами, и по земле пробежала большая трещина. Из нее потянулись руки, облезлые, бледные и тонкие.
Слава местным богам, первой завизжала не я. А тот самый удалец.
– Я Рубен Харрисон.
– Тебя я лучше всех запомнил, Рубен, – усмехнулся профессор. – Что застыли, делитесь, разбегайтесь. Боюсь, зомби голодать начнут, мозгов-то у вас нет.
Видимо, нам устроили забег с препятствиями. Я вообще не понимала, что происходит, потому что хотела свалить в закат, во дворец к Кэмпбеллу и Бенедикту. Видит вселенная, я же добегу.
Старшекурсники, в отличие от нас, очень лениво разбредались, смеялись, показывали пальцами на тех, кому свезло меньше, и кого уже облепили восставшие из преисподней.
– Поймал! – кто-то дотронулся до моего плеча.
– Отвали, – развернулась и ударила коленкой в причинное место.
Боец из меня никакой. Некромант, кажется, тоже отвратительный. Истеричная девица – вот кто я.
– Аарон, прости, – осознала, кому влепила.
Но и удар коленом у меня отлично поставлен. Я же бывшая студентка архитектурного колледжа. У нас по статистике на десять девчонок пятьдесят ребят.
Когда ты в первый раз попадаешь в такое общество, хочется правды. Нравишься, не нравишься. А зачем он на тебя ладонь положил? А зачем тянется губами?
Но если там правда неприятная, то тогда уже не очень-то и хочется. Некоторые познания все же противны женской природе.
В общем, умение постоять за себя важно в любом мире, а в Мороке и подавно.
Харт согнулся пополам, но, к счастью, обиды на меня не держал.
– Готов тебя простить, Белка.
– Я счастлива, но со спины лучше не подходи. А то я в академии превращаюсь в лошадь.
– В смысле? – не понял парень, но отвлекся, убрал кого-то позади меня.
Сдержав собственный вопль, я прижалась к старшекурснику.
– Лягаться начинаю. Вот, новые кошмары к вороху моих комплексов.
Если честно, рядом с Хартом было не настолько страшно, как стоять в одиночестве. Обидно было за своих юных «коллег». Мне повезло, что я чем-то зацепила юношу, а других ребят разбирали неохотно. Ведь куда забавнее наблюдать, как мы замираем от ужаса.
Колдовали мы на уровне: все, что летит, оно работает. Швырялись в зомби камнями, ветками, ошметками грязи. Чтобы куда-то бежать, идти к финишу и речи не велось. А еще я понятия не имела, если адепт провалился в глубокую щель, не выдержал под напором монстров, то что с ним будет?
– Давай, Белка, не будем здесь стоять. Я тебя проведу, – подмигнул мой «напарник».
Он уже на четвертом курсе, за эти несколько лет привык действовать исключительно в своих интересах. Я, напротив, не стремилась улепетывать. Должна же я как-то помочь окружающим.
Заметила сформировавшуюся группку, жавшуюся друг к другу. Под ногами уже край обрыва, а рядом эти твари, требующие мозгов. Прав был Крюджерс, у нас их нет.
– Прости, Аарон, – похлопала его по плечу, – я как-нибудь сама.
Подбежав к ребятам, предложила сбрасывать обратно тех, кто успел полностью выбраться. Но что-то незримо изменилось. Я не могла объяснить, но по нестройному ряду умертвий словно прошел легкий ветерок, приносящий новости.
Они синхронно развернулись и посмотрели на меня. Я посмотрела на них, круговорот взглядов в природе. Сглотнула, осознав, что чудовища выбрали свою жертву – меня.
Правда, тон их просьб изменился. Вместо мозгов они начали произносить что-то на букву «Б». Бляюлия, Булия, Блаленная. Я не разбирала их речь и даже успела обидеться. Меня уверяли, что мое проклятие никчемное, в жизни не мешает.
– Они же еще раз выберутся, – осознал не кто иной, как Рубен. – Давай скинем к ним тебя.
Это тоже до меня доходило. И до моих однокурсников. Я как-то начала проникаться теплом к зомби.
– Если беда не приходит одна, мы тоже не обязаны встречаться с ней в одиночку. – Бессовестно придала парню ускорения в бездну.
Разбежалась и… сиганула вниз, молясь всем кого помнила, чтобы не отбить себе почки и легкие.
– Белка, ты больная, – заорал сверху Аарон. – Кто же так убивается? Так ты не убьешься.
– Ага, точно, – подала свой голос и осмотрелась.
Пока внизу было реально безопаснее. Несколько ребят прижались к стенам расщелины и изумленно на меня глазели, а я лихорадочно размышляла.
– Аарон, а могу я побежать здесь внизу, а ты сверху, прикрывая? – предложила я. – Тогда первыми и доберемся.
– Отличная идея, – он кивнул.
И мы оба рванули.
Остальные, естественно, услышали наши обсуждения, метались в морально-этической дилемме: быть храбрым и растерзанным, или трусливым и здоровым.
Я еще с земли подняла чую-то шевелящуюся руку и помахала ей.
– Ай, – почувствовала легкую боль. – Они щипаются.
– Они еще и кусаются, – вышел из темноты Рубен. – Вон, смотри, как в меня вцепилась.
– И я горю желанием тебе добавить, – отозвалась, но на предателе не задержалась.
– Эй, меня нельзя кусать. Я сын казначея.
– Да плевать. Но ладно, я не стану никого кусать, пока меня саму не укусят.
Впрочем, постепенно старшекурсники разобрали младшеньких. И им было сильно легче, потому что основная атака шла на меня. К счастью, тут реально помогал Аарон.
Вдвоем к финишу мы подошли одними из первых. Рубена в расчет не берем, по-моему, его мотивировали бежавшие позади монстры.
– Их бы надо как-то там запереть. – Испугалась я, что все усилия напрасны, они снова вылезут, и мы опять будем в тесной толпе из рычаще-шипящих бледных паразитов.
– Оставь это мне. – Хвастливо скрестил пальцы Харт. – Сама торопись, не дай нас обогнать и победи.
Я и сама очень этого хотела. Азарт потихонечку меня захватывал, а то что, нам удавалось отлично работать в команде, окрыляло.
Увы, без главы Башмаков стало труднее. Позади нас догонял, а впереди, перед самым финишем, где со скучающим видом стоял преподаватель, остановился еще и Эшвард.
Он был один, но я никак не могла додуматься, а он почему медлит?
И взгляд пылает ненавистью.
– Аарон, ты меня слышишь? – завопила во всю мочь.
– Что?
– Не закрывай, не надо…
Он обвел глазами финишную черту и, видимо, догадался о моем плане. Кивнул, расплылся в хищной улыбке, завел руки за спину и выпустил магию, разрушая обвал, чтобы наше «препятствие» для забега без труда выползало из расщелины.
– Вы чего творите, больные? – испугался за свою тушку Рубен.
Я же, чтобы не струхнуть, побежала к Эшу.
– Ты чего удумала, Веймарс? – прищурился парень.
На его ладонях тоже искрились зеленоватые лучи.
Похоже, он полагал, что я испугаюсь, и он с гордым видом пройдет мимо. Не тут-то было. В новом мире прятаться и бояться – не мой конек. Мой конек устроить катастрофу на ровном месте.
Орава умертвий двинулась за нами, Рубен забрался на дерево и жался к нему, словно осьминог к сундуку с сокровищами.
– Подружиться с тобой мечтаю, – буркнула я и последовала примеру неудачливого адепта.
Напрыгнула на Эша, обхватив его ногами и руками.
– Подружиться? Это скорее напоминает соблазнение, – раздался скрипучий голос преподавателя Круджерса. – Адептка, а че это ты не в соблазнители пошла?
Потому что девушка на руках у парня – это не только романтично, это еще мобильность, мощь, урон и слезы. Но Эш был иного мнения.
– Потому что соблазняет она так же, как и колдует, – отозвался брюнет, силясь меня стащить.
Действовал он весьма благородно, не кусался, не царапался, просто махал плечами то в одну, то в другую сторону. Если будет зачет по тому, как сливаться воедино с фигурой, я должна его получить. Я упрямо лезла к Эшу на шею, намереваясь буквально свесить ноги. Должен же здоровяк как-то свалиться?
Мои старания увенчались успехом.
– Ах ты… Барабашка, – ругнулся он, падая от потери центра тяжести.
Рухнул прямо на меня, задавив своим телом. Над нами уже стадо зомби, но и я не стремилась выбираться. Ходжес отбивается от них, а я прячусь. Удобно.
Если его кто-то еще и прибьет ненароком, то мое задание можно считать выполненным. Тут и волки сыты, и овцы целы, только людей не видно.
Потихоньку подтягивались и другие, но не спешили к нам приближаться. Началась какая-то давка из чудовищ, а мы валялись под ними.
Неожиданно во взгляде Эша что-то изменилось. Он побледнел сильнее, чем было до этого. Часто-часто задышал. В глазах образовались темные пятнышки. А после… После хаотичное движение умертвий прекратилось, они перестали теснить нас к друг другу, отступили на шаг.
Свободнее вздохнув, услышала, что Аарон пересек финишную черту, что его хвалит наставник. Кажется, оценку мы заработали. Правда, сыграл еще один фактор.
Меня предупреждали о том, что у Эшварда есть некоторые проблемы со своим могуществом.Он словно в какую-то механическую машину для убийств превращается, и к подобной его метаморфозе я должна быть готова.
Это, конечно, не про меня. Я не готова примерно ни к чему.
– Ай, Эш, – мне резко стало больно. Зомби послушными рядками уходили в свою «нору», а парень схватил меня за запястье. Сдавливал с такой силой, что рука мгновенно покраснела. – Перестань.
– Ты же хотела со мной подружиться, Веймарс, – не унимался он. – Вот и подружимся.
– Адепт Ходжес, кончай, – щелкнул пальцами Фредвурт. – Она тебе не болонка, чтобы на ней боевые навыки оттачивать.
– Она меня подло подставила. – Не отпускал юноша своих цепких пальцев. – Это даже не атака, это не пойми что.
– Ага, – бодро закивал наш преподаватель и повернулся ко мне и Харту. – Нам нужно побольше подобных идей.
Изогнув бровь, изумленно воззрилась на мужчину.
– Спасибо…
Но он продолжил.
– Идей настолько тупых и бессмысленных, что никому даже в голову не придёт, что это может сработать!
Я закашлялась, проглотив чудную похвалу Крюджерса, потянулась вперед, чтобы Эш наконец-то выпустил, но он лишь дернул на себя со всей дури. Прижался поплотнее и с очень мрачным видом произнес:
– Я не забуду, Веймарс, понятно?
– Эй, отвали, это была моя идея, – подошел Харт в попытке меня защитить. – Не припомню, когда ты обращал внимание на первокурсников.
– Не припомню, когда ты обращал на них внимание, – парировал брюнет. – Что тебе за дело до этой… – он поморщился, его передернуло, – Белки?
К счастью, Ходжес отвлекся на Аарона, расслабил мышцы, и я потерла покрасневшую кожу. Складывалось впечатление, что на ней остался след от пятерни больного некроманта. Вот же придурок.
Парни бы и дальше перебрасывались вопросами и оскорблениями, но их прервал профессор Крюджерс.
– Расходитесь, расходитесь. Выиграли Харт и новенькая. – Он с некоторым уважением посмотрел на меня. – Новенькая, ты хоть заклиная подучи, кто же на одной тяге выезжает. Шла бы тогда, действительно, к соблазнителям.
Другие адепты, так и не дошедшие до финиша, вообще никак себя не показавшие, зашептались.
– Молчать, – рявкнул еще раз преподаватель. – А ты, Эш, сходи в больничное отделение. Снова переусердствовал, протянешь-то до конца занятий?
– Вам не плевать? – огрызнулся юноша.
Я ужаснулась. Не похож Фредвурт Крюджерс на наставника, который спустит подобное поведение. Ждала минимум смертельного проклятия, максимум молниеносного убийства. Но профессор лишь отмахнулся от него.
– Иди в отделение. Не заставляй меня рассказывать об этом Вулфу.
– Сам разберусь, – вновь отрезал Эш.
Он скользнул недобрым взглядом по мне, а потом и по Аарону. Я похолодела от его выражения на лице, меня словно ледяной водой окатили. Стала полагать, что Эшвард не остановится, попробует отомстить здесь и сейчас.
К счастью, мозги у некроманта варили. Понятия не имею, зачем ему в больницу, но он таки скрылся на дорожке, ведущей в замок.
– Ты чего натворил, Крюджерс? – все узнали голос леди Винчестер. – Я только вчера на полигоне порядок навела. Всех прикопала, всех отмыла. Просила же тренировки проводить на ученическом кладбище.
– Сара, ты же в курсе, там ни одной приличной гробницы не осталось, – хмуро отозвался мужчина.
– Будешь ныть, появится новая. С твоим именем! Это мое последнее слово.
На этой ноте и завершилось мое первое занятие в Мороке. Я ощущала себя выжатым лимоном, который еще зачем-то покрутили в мясорубке. Я была вся в грязи, в траве, в мелких насекомых и листиках. Крылатки меня тоже знатно покусали.
Зато Аарон не унывал. Положил свою руку по-хозяйски мне на плечо.
– Пойдем, Белка, – лучился он от восторга. – Как? Тебе понравилось?
Мне не понравилось. И для этого было слишком много причин.
Меня натурально ужасали зомби, бегущие именно ко мне и коверкающие мое имя, флегматичность Крюджерса, искренне считавшего, что пряник может и стимулирует кого-то, но кнут всех. А самое главное – меня смущало состояние Эша. Мерлин предлагал его очаровать, а я, напротив, вызывала все больше ненависти.
– А зачем Ходжесу в стационар? – обратилась к парню. – Он вроде не ранен.
– Забей, почему ты о нем беспокоишься? Он тебя сам едва не придушил.
– Вроде как я виновата, – потупила взгляд.
– Да говорю, расслабься. Эш просто малость не совладал с собой. И чего ему Веймарсы сделали? – хмыкнул Аарон. – День отлежится, напьется эликсиров и вернется. Наоборот, держись меня, он ведь не шутил, когда сообщил, что этого не забудет. Он тебе отомстит.
Я посмотрела на старшекурсника.
– А ты меня защитишь? – произнесла скептически.
– А я защищу, – он горделиво расправил плечи.
– И не назовешь, почему, – еще раз уточнила.
Адепт Харт рассмеялся.
– Не назову… Вдруг сама догадаешься?
Если он рассчитывал на то, что я умная, он глубоко ошибался. Я их тех девушек, кто пойдет обучаться на курсы экстремального вождения, но экстремальными она эти курсы сделает сама.
– Хочу перед ним извиниться, – потянулась вперед.
– Куда? – поймал меня за шкирку юноша. – У первокурсников вроде как занятие у Вулфа. Мой тебе совет, ректор с виду добрый, косматый пес, но опозданий не терпит. Лучше переоденься и беги к ним. На ужине пересечемся.
Совет я к сведению приняла и им воспользовалась. Во-первых, опаздывать к ректору действительно смерти подобно, а во-вторых, я оттягивала момент извинений. Это надо сделать, но вдруг Эш меня в больничке сам до больничной койки доведет?
У меня оставалось примерно двадцать минут, и я успела встретиться с Тамилой.
– Как твоя первая некромантия? – подруга пододвинула ко мне поднос. – Не отвечай, я уже наслышана.
– И что говорят?
– Тебе чтобы приятно? – скривилась адептка Маверик. – Или чтобы правдиво?
– А совместить возможно?
– Конечно, ты ужас на крыльях ночи, бездна соблазна, демоница потусторонних сил. Ходят слухи, что ты чья-то протеже, ведь Харт на тебя клюнул.
То-то на меня все поглядывают с нечитаемым выражением.
– Это хорошо, а где правда-то?
– Ну, в связи с этим тебя хотят пустить на части наши Соблазнительницы, Мадина, естественно, из их числа. Оборотни их поддерживают, а вампирам интересно прочитать твои мысли. А, ну и ссора с Ходжесом вызвала у всех дикий ажиотаж. Делают ставки, сколько ты проживешь. Я на тебя почти все золото спустила. Будь добра, отбей.
Я обескуражено рухнула на лавку. Мне неприятно, и правды кот наплакал. Я не ужас, а очень удачливая. Я никого не соблазняла, это Харт приклеился словно банный лист.
Витавшие по столовой сплетни как-то подрывали мою социальную жизнь. Хотя… Плюсы тоже были. Пока Мадина, Эльза и другие держались от нас подальше. Эш пропал в стационаре, и пообедать спокойно я могла себе позволить.
Завершая трапезу, услышала, как две блондинки с фиолетового факультета отыскали себе новую жертву.
Бедная девушка с темно-русыми волосами чуть ли не плакала от обиды, когда Палмер повторила мой фокус. Задела плечом беднягу и перевернула ее поднос. Складывалось впечатление, что в Мороке принято кидаться едой.Над ней открыто хохотали оборотни, пока она снимала со своего воротника овощи и ошметки картофельного пюре.
– Куда ты уставилась? – не поняла Тамила, тащившая меня на занятие к Вулфу. – Не лезь. Тебе славы мало?
Но меня было не остановить. Я опустилась к девчонке, тут же получив хлесткий отзыв Мадины.
– Одно ничтожество помогает другому ничтожеству.
– Ты в порядке? – спросила незнакомку.
Она закивала и вздрогнула, оглядываясь по сторонам. Удостоверившись, что ничего страшного не произошло, я встала и стиснула кулаки.
– У тебя какие-то проблемы с самооценкой? – фыркнула, обращаясь к адептке Палмер. – Теряюсь в догадках, ты всегда такая дрянь, или это особенности твоего рода? А может дело в каком-то секретном зелье из забродивших трав, камыша и мухоморов?
– Детка, – прошелся мимо Фред Джойс, парень Мадины и по совместительству глава оборотней, – тебя прищучили.
– Чего ты сказала, Веймарс? – зло воскликнула соблазнительница. – Мне с тобой расправиться – одной левой.
– Ага, то-то ты и позвала на помощь Эльзу. Эльза, что молчишь? – я словно озверела. – Новая песня будет?
Ощущая, что вокруг вновь собирается толпа, Эльза съежилась.
– Отвали… Барабашка, – назвала меня тем прозвищем, которым окрестил Эш.
Я думала, что она тоже встанет, но девушка хоть и поднялась, но убежала прочь, накрыв ладонью губы. Ура, нашла ее слабое место. Выяснить бы, как справиться с Мадиной.
– Ты, что, думаешь, Харт тебя взял под крыло, и тебе все можно? – раздраженно бросила моя оппонентка. – Полагаешь, мы не догадались за какие заслуги?
– Мадин, точно, – воодушевилась Тамила, щелкнув пальцами. – Какой позор. Вас Белка и в соблазнении обскакала. Ты наверно на себе волосы рвешь? Завидуешь? Сама мечтала об Аароне.
Тамила – отличный друг, а какой из нее провокатор. Прям мечтаю стиснуть ее в объятиях и… задушить.
– Детка, это о чем они? – потер затылок Фред. – Ты хотела мне изменить?
Рекламные буклетики академии Морок гласили, что все адепты обучатся искусству экзорцизма. И если экзорцизм – это изгнание бесов, то рычание и полуоборот студента Джойса выглядел как вселение главного демона. Причем главный демон сам был в явном шоке, и больше всего от контраста. По преданиям он весь хитрый и умный, а какой отвратительный носитель достался.
– Валим, – схватила меня Маверик. – И эту прихвати. Когда оборотень ссорится, прилетит всем.
Блин, я и забыла о русой девочке, застывшей на полу. Она пошла вместе с нами, потому что тоже поступила на первый курс.
– Я Сонни Гвард, – протянула она руку, едва мы оказались за пределами столовой.
– Я… – протяжно вздохнула. – Зови меня Веймарс или Белка.
– Точно, у тебя, – она хихикнула, – трудности с именем.
– А я Тамила. И мы начинаем опаздывать. Бегом, пока господин Бертран нас не учуял.
Увы, вселенная словно насмехалась.
Путь преградил другой старшеклассник. И я его определенно видела в компании Эшварда.
– Это вы издевались над моей сестрой? – произнес он угрожающим тоном.
Всегда сомневалась в присутствии у мужского пола логики, на худой конец внимательного взгляда.
Стоим, обнимаемся с Сонни, она явно не выглядит пострадавшей, но кто-то же донес до парня, что сестре грозит опасность.
– Себ,– пощелкала она пальцами, – Себ, все в порядке. Это Тамила Маверик, это…
– Я наслышан, – сложил он руки на груди. – Девчонка, которая подло запрыгнула на Эша и свалила его.
– А в чем подлость? – заупрямилась я. – И не свалила, а завалила. И даже без магии. Ты, вообще, кто такой?
Нет, что они с адепткой Гвард родственники, я просекла, а остальное? Какое проклятие, какой курс, почему он к нам лезет?
– В том, что довела Ходжеса, зная, что у него проблемы с самообладанием. Прибить бы тебя.
– Но-но, – я выставила вперед ладошку, – без рукоприкладства. Шея крепкая?
– Чего?
– Шея крепкая, спрашиваю? – повторила я вопрос. – Ты смотри, будешь меня раздражать, я и на тебя запрыгну.
Юноша опешил, а во взгляде словно молния разбилась. Был бы вампиром, точно бы глаза алым налились.
– Себастьян, перестань, – вклинилась между нами девушка. – Вообще-то, адептка Веймарс мне помогла, как и Маверик. А ты орешь на моих спасительниц, вместо того, чтобы поблагодарить. – Высказав недовольство, она развернулась. – Б… Б…, а, – и она смирилась, – Белка, прости Себа, он переволновался… за меня. Нас зачислили на разные факультеты.
– Значит, все в порядке? А кто тебя доставал?
К чести Сонни, она не стремилась раскрывать имена тех придурков, что толкали ее, как футбольный мяч при игре. Суровая академия, суровые порядки. Правда, тут и угадать несложно. Выходи в центр столовой, ткни пальцем, наверняка попадешь.
– Неважно, я сама разберусь. Иди к своему Эшу, – просопела адептка Гвард и подхватила меня и Тамилу за руку. – А мы уже опаздываем.
Мы чудом успели на занятие к ректору. Я и не надеялась, потому что в коридоре у нас буквально соревнование намечалось. Пусть Бертран Вулф – почтенный преподаватель, глава учебного заведения, имеет много регалий и седые виски, но и звериного в нем немало.
Никогда! Никогда не убегайте от того, кто может воспринять вас за добычу. Ввалившись в аудиторию, буквально ощутила, как позади нас захлопывается челюсть с клыками, раздается рык.
– Ррр… Рассаживайтесь, – мужчина наградил нас негодующим взглядом. И не за то, что мы на секундочку опоздали, а потому что в этой схватке на быстрые ноги победили три девочки в складчатых юбочках. – Но запомните, я дал фору.
– Бегом, – тащила меня Тамила, немного паникуя.
Мы уселись за последний свободный стол. Ирония в том, что он был первым.
– А какой предмет? – шепнула я. – Расписание не посмотрела.
Недооценила тонкий слух оборотней.
– Экскурс в историю, знакомство с правилами, которые вы умудряетесь в первый день обучения нарушать, – за подругу ответил господин Вулф. – Адептка Веймарс, ума не приложу, откуда в вас столько… – он не закончил фразу, но после разошелся. – Приехали такой тихоней. Я искренне полагал, что вы не подходите для Морока. Удивили на этапе распределения, а про нападение на адепта Ходжеса… Скажите, ваш внешний вид и робость, это уловка? Чтобы всех заставить думать, что вы милая? Хороший ход, но я вас раскусил. Другие теперь тоже, зря вы в первый день за нашего старшекурсника взялись.
Как все глубоко во мне ошибались. Им казалось, что я такая же озлобленная студентка, как и другие парни и девушки, сидящие рядом. За пару дней в Мороке и парочку недель во дворце осознала и приняла, что нависшее проклятие очень портит характер. К тому же носители этого проклятия привыкли стратегически размышлять и обдумывать любой свой шаг. Способствует выживанию. Мне мозгов на подобное не хватало.
Поездка на спине Эша сродни проскакать верхом на морже сквозь Ниагарский водопад. В их глазах я, наверное, отбитая.
Моя сила заключалась в том, что я абсолютно непредсказуемая. Тамила, Аарон, Сонни, Бугимен, читающий страшилки в комнате, боялись предводителя банды Демонов. Я не понимала, в чем суть страха, не очень дружила с магией и поэтому могла позволить себе любую дерзость. И не буду отрицать, что отбитая. У меня мотивация на безбедную жизнь.